355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Левченко » Наедине с самим собой » Текст книги (страница 3)
Наедине с самим собой
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 09:33

Текст книги "Наедине с самим собой"


Автор книги: Александр Левченко



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

– Следствие рассматривало и такую версию, – ответил брат после небольшой паузы, – однако убедительных доказательств её подтверждения не нашлось...

– Ну что же, господин прокурор...

Что говорил ведущий дальше, я уже не слышал. Меня неожиданно будто поразило громом! Господи, где же мой разум был раньше?! Как же он мог пройти мимо такого простого и естественного объяснения?!

Одним импульсивным движением я выключил визор и стремглав бросился в библиотеку. Где же оно? Вот: "психотропные средства"! Так... так... Ох, все слишком расплывчато, слишком общо! В голове уже крутились слова: "зомби", "психоделики", "гипнотрон", "психотронный генератор", и я стал лихорадочно листать энциклопедию в поисках их детальных разъяснений. Однако там ничего не было. Тогда, в сердцах швырнув книгу на кресло, метнулся к лестнице, ведущей на второй этаж, к компьютеру. Но на полпути остановился: зачем? Ведь и так все понятно.

Вспышка активности сменилась глубокой депрессией, и я, едва добравшись до ближайшего стула, просто упал в него. Боже мой, что же это такое происходит на свете? Какая-то сволочь сделала меня орудием убийства, марионеткой, которой можно спокойно пожертвовать по окончании игры. Но ведь – Господи! – какие же это несоразмерные вещи – человеческая жизнь и нежелание видеть на месте прокурора конкретное лицо! Неужели ради того, чтобы воспрепятствовать, даже нет, всего лишь попытаться помешать назначению на эту должность моего брата, можно безжалостно уничтожить столько людей?! Кто, какой моральный урод способен решиться на такое?!!

"Я найду его, найду", – забормотал я сам себе. И вдруг душу охватили сомнения: а что, если это все – ерунда, болезненные выдумки доведенного до отчаяния разума? И нет никакого преступника, использовавшего меня как зомби, а есть просто непостижимая проделка природы? Однако вскоре все стало на свои места. Как бы там ни было в действительности, я должен взяться за дело и довести её до конца. Это единственная возможность найти истину и единственный шанс вернуться к людям.

Из кухни донеслись мелодичные сигналы печи, но мне было не до завтрака. Что же делать, с чего начать? Времени оставалось не так уж и много, и больше нельзя сидеть, сложив руки. Охваченный невыносимым желанием действовать, я сорвался с кресла и нервно заходил по комнате. С чего же начать? Конечно, прежде всего необходимо наведаться к Вадиму и вытрясти из него все, что он знает. Но как? Не предусматривая такого поворота событий, я каждый день тщательно брился, и кто угодно сможет узнать меня на улице. А если даже нет, то не исключено, что и сам Вадим заявит в полицию о моем визите. Как бы мне понадобился надежный помощник...

Стоп! Я остановился посреди комнаты и хлопнул себя ладонью по лбу. Черт возьми, но ведь самый лучший помощник для меня – это я сам! Необходимо только как-то выбраться с Кубы!

Мое тело задрожало от возбуждения, и я вынужден был сесть в кресло и попробовать расслабиться. Спокойно, беготней делу не поможешь, здесь нужно поработать головой. Следовательно, что необходимо для того, чтобы добраться от кубинской столицы до этого дома? Если не учитывать такой эфемерной категории, как везение, то единственное – деньги! Есть ли они у меня? При себе – ничего. Депозит в сбербанке если не ликвидирован, то по крайней мере блокирован, и вдобавок денег там – кот наплакал. Что же тогда остается? Господи, Боже мой, остается главное – номерной шифрованный счет в банке "Комби"! Там лежит весь мой афганский заработок! Как же благодарить постановщиков призабытого уже детективного сериала, эпизод из которого натолкнул меня на такую экстравагантную, но счастливую мысль! Правда, на эти деньги я рассчитывал осуществить какое-нибудь экзотическое путешествие с будущей спутницей жизни, но до этого ли сейчас!

Пытаясь сдержать горячность, я поднялся на второй этаж и засел за терминал. Открыть где-нибудь в Гаване счет и перевести туда свои деньги из "Комби" оказалось делом не слишком трудным, но страшно канительным, и я провозился с ним едва ли не полдня. На Кубе уже наступило утро, и я там проснулся, однако был так сосредоточен на финансовых проблемах, что даже не поблагодарил Мартину за завтрак. Зато, когда я, счастливо улыбаясь, встал из-за своего рабочего места, дорога домой была открыта!

Ради осуществления своего плана я уже был готов подождать несколько дней, надеясь, что перед отправкой на "поселение" меня должны отвезти в город, хотя бы для того, чтобы нормально одеть. Да и дорога туда едва ли сможет пролечь в стороне от Гаваны. Однако неожиданно дело ускорилось.

На следующий день Яромир заглянул ко мне раньше, чем обычно, и, объявив, что последнее, комплексное обследование назначено на завтра, предложил провести экскурсию в город. Это было так неожиданно, что я не сразу согласился, чувствуя себя морально неготовым к решительным действиям. Яромир сначала не мог понять причины таких колебаний, однако мой случайный взгляд, брошенный на больничную одежду, дал ему целиком удовлетворительное объяснение.

– Не волнуйся, – рассмеялся он, похлопав меня по плечу, – наша фирма презентует тебе первую обнову.

Я быстро собрался, и через полчаса мы уже были в дороге. За окном автомобиля лил обычный для этой поры года дождь, наполняя душу пессимизмом, и я даже начал подумывать о том, не стоит ли отложить дело. Однако нет на свете ничего постоянного. Мы остановились в пригороде, возле первого же магазина готовой одежды, и когда через десяток с лишним минут я вышел на улицу в широких светлых штанах и легкой свободной рубашке и обнаружил, что ливень уже закончился, то вдруг почувствовал себя готовым ко всему.

– Ну что, едем в центр, или у тебя другие предложения поинтересовался Яромир, садясь за руль, и его совершенно естественный вопрос вынудил вздрогнуть оба моих тела. Конечно, ещё с самого начала я почти полностью сосредоточился на Кубе, однако это не мешало мне находиться в полной боевой готовности в своей украинской "резиденции", держа под рукой все, что удалось раздобыть: адрес банка, карманный испанский словарь, очень грубую схему Гаваны в энциклопедии и немного более подробную на экране дисплея, взятую из библиотечного справочника. И такая реакция на слова Яромира была связана с тем, что кубинский филиал банка "Леон" находился как раз в старой части столицы, в районе центрального бульвара Прадо неподалеку от Капитолия.

– В этом деле я целиком полагаюсь на тебя, – попытался ответить как можно беззаботнее, однако руки у меня мелко дрожали.

Современные жилые районы Гаваны мы проехали молча – по-видимому, Яромир скептически относился к архитектурному модерну. Зато, когда наш автомобиль очутился в аристократическом районе Ведадо, мой спутник начал с таким увлечением расписывать прелести окружающих сооружений, что это едва не кончилось аварией. Содержание его слов и действительная красота зданий не доходили до сознания, занятого поисками способов исчезнуть, и только тогда, когда мы выбрались на набережную и смогли окинуть взглядом морской облик города, в душе как будто что-то шевельнулось.

Первым пунктом нашей программы был осмотр старинной крепости Ла-Пунта. Я, конечно, тщательно делал вид, что все это меня очень интересует, однако сам только ждал наименьшей возможности, чтобы избавиться от Яромира. Но ни одного случая так и не представилось.

Потом мы немного прошлись по многолюдному Прадо и повернули к Президентскому дворцу. Осмотрели его довольно бегло, потому что Яромир тянул меня к соседнему Дворцу изобразительного искусства, где находился Национальный музей. И когда при входе я увидел большую толпу туристов, сплотившихся вокруг гида, то понял, что наконец появилась первая реальная возможность.

Яромир хотел все сделать своими силами, однако я настоял на том, чтобы пристроиться к экскурсии, ведущейся на английском языке, достаточно понятном нам обоим. И результаты превзошли самые лучшие ожидания. Не успели мы пройти несколько залов, как мой спутник так заинтересовался рассказом, что совсем забыл обо мне, и я, выбрав благоприятный момент, осторожно оторвался от группы и торопливо подался к выходу.

Выбравшись из помещения на улицу, я свернул в какой-то переулок и во весь дух бросился по нему к Прадо. На углу бульвара невольно оглянулся и, не обнаружив позади себя Яромира, уже довольно спокойно двинулся влево, к Капитолию, смешавшись с пестрым людским потоком. На душе остался неприятный осадок от такого подлого по отношению к Яромиру и всей его фирме поступка, и единственным утешением было осознание того, что другого выхода у меня нет.

В нужном месте я свернул налево и очутился на узенькой улочке, тянущейся между красивыми старинными зданиями. Согласно со схемой, цель была уже совсем близко, однако пришлось ещё немного попетлять, пока в конце концов довольно неожиданно перед глазами не выросло суровое неоклассическое сооружение с вывеской "Leon". Сердце ускорено заколотилось в груди, и я не сразу отважился переступить порог.

Пока ноги несли меня к окошечку, в душе успели зародиться какие-то туманные опасения относительно возможных бюрократических препятствий. Но все оказалось довольно просто. Достаточно было знать только номер и шифр счета, и вскоре я уже выходил из банка, сдерживая радостную улыбку. В кармана моих широких брюк лежала не очень толстая, но весомая пачка хрустящих банкнот.

Выбравшись снова на Прадо, я решил немного замести следы и, воспользовавшись словарем, спросил какого парня по-испански, где здесь ближайший супермаркет, надеясь запомнить ответ и потом его перевести. Но кубинец, услышав свой родной язык из моих уст, мигом перешел на такой же ломанный английский. В конце концов мы объяснились, и минут через двадцать я уже щеголял перед зеркалом в светло-сером костюме европейского покроя и легких замшевых мокасинах. Заодно приобрел зонтик, кошелек, большие черные очки и спортивную сумку, в которую спрятал одежду "от Яромира".

На улице я остановил такси и, решив ещё раз застраховаться от возможных преследований, небрежно бросил:

– Аэропуэрто.

– Куаль? – неожиданно поинтересовался водитель, и я непонимающе вытаращился на него. Таксист усмехнулся и подсказал: – Хосе Марти, интернасьйональ?

– Си, си, – облегченно вздохнул я, проклиная себя за неразумные детские затеи.

Аэробус на Киев отлетал в четверть седьмого вечера. Приобретя билет в автоматической кассе, я забрался в самый глухой уголок зала ожидания и вплоть до самой регистрации просидел там. И лишь поднявшись по трапу, остановился и бросил единственный прощальный взгляд туда, где готовилась к вечерним развлечениям прекрасная столица Кубы. Увижу ли я тебя ещё раз, Гавана?..

Проснувшись, я бросил взгляд на большие настенные часы и хмыкнул: было уже больше трех пополудни. "Кубинское" тело ещё спало под стеной, и я не стал его будить – все-таки в дороге утомляешься больше, хотя и ожидание тоже не мед. Интересная проблема возникла под утро, когда измученное да ещё и вымокшее под дождем новое тело, выдержав все конспиративные требования, переступило наконец порог дома: как встречать себя самого? Обнять, расцеловать, ограничиться рукопожатием? В конце концов я решил обойтись без каких-либо церемоний – все-таки не театр, и играть не для кого.

"Кубинец" зашевелился, сладко потянулся и проснулся. Я оставил его на правах гостя немного полежать, а "украинца" послал на кухню готовить завтрак. Заглянув по дороге за штору, я обнаружил, что на дворе продолжает мелко моросить дождь, и вдруг подумал, что такая погода прекрасно подходит для осуществления всяческих таинственных дел. На протяжении завтрака идея становилась четче, преодолевая сомнения и возражения, порожденные собственной нерешительностью, и в конце концов оформилась в твердое решение: начать расследование сегодня вечером визитом к Вадиму.

Сперва я взялся разрабатывать какую-то схему операции, причем "кубинской" голове, которая должна была непосредственно провести дело, дал задачу выдвигать идеи, а старой – их анализировать и подвергать конструктивной критике. Однако вскоре пришел к выводу, что никаких особых планов не нужно. Достаточно просто застать Вадима самого и откровенно поговорить с ним. Конечно, он может ничего не знать или не захотеть раскрывать какие-либо тайны, однако, будем надеяться, мое появление ошеломит его и заставит быть максимально уступчивым.

Складывая помытую посуду, я скользнул взглядом по связке ключей, висящей сбоку на кухонном шкафе. Не знаю, для чего они предназначались, но сам их вид натолкнул меня на одну интересную идею. Когда-то Вадим раздал самым близким друзьям, составляющим скелет нашего общества, дубликаты ключей от своей квартиры. В отличие от Валерия, он не любил различные технические нововведения и пользовался традиционным английским замком. У меня тоже был такой ключ, и, наверное, он ещё до сих пор лежит в каком-нибудь ящике. Но самое важное – это то, что Валерий также должен его иметь!

Я начал шарить по всем ящикам, тумбам, полкам и закоулкам и в конце концов нашел то, что искал. Неизвестно, правда, подойдет ли этот ключ теперь, но если с его помощью можно будет неожиданно появиться в квартире, то мои шансы на успех ещё больше возрастут. В таком случае достаточно просто намекнуть на свое возвращение с того света, и слабохарактерный Вадим выложит все, что знает.

Когда стрелки часов начали приближаться к шести вечера, я понял, что нужно собираться. Лучше всего, конечно, было бы дождаться темноты, но такой вариант – не для меня. Летом темнеет поздно, и тогда выбраться отсюда в город станет очень тяжело. Все владельцы окружающих домов имеют автомашины, и их не волнуют подобные проблемы, а вот мне нужно пешком пройти несколько километров до трассы и там ждать автобус или голосовать. И вообще, транспортную проблему необходимо как-то решать. О том, чтобы взять напрокат автомобиль или хотя бы мотоцикл, не приходилось даже мечтать, и единственным выходом оставалось приобрести мопед. Слава Богу, денег на это должно ещё хватить.

Поднявшись на второй этаж, я осмотрел местность. Не заметив ничего подозрительного, выскользнул за дверь и торопливым шагом, но не переходя на бег, пошел к калитке. Не задерживаясь, быстро отворил её и выбрался на улицу. Ху-у, вроде никого не видно, разве что кто-нибудь именно сейчас смотрит в окно. Но тут уже ничего не поделаешь. Я раскрыл зонтик и двинулся в направлении трассы.

Где-то в душе тлела надежда, что меня догонит какая-нибудь машина и подвезет если не в город, то по крайней мере до трассы, однако ей не судилось сбыться. Больше того, пришлось ещё полчаса ждать рейсового автобуса. Так что, приехав в город, я едва ли не бегом бросился к ближайшему автомагазину и до его закрытия ещё успел купить неплохой, как на такие деньги, мопед. Тут же заправился и двинулся окольными улочками туда, где жил Вадим. Жаль, конечно, что этот вид транспорта привлекает к своему владельцу больше внимания, чем хотелось бы, однако ничего лучшего позволить себе я не мог.

Те полтора часа, которые оставались до сумерек, я провел на закрытой козырьком лавочке в сквере напротив Вадимового дома, пристально всматриваясь в нужный подъезд. Из наших общих знакомых не появлялся никто. Что ж, это увеличивает шансы застать Вадима самого, тем более, что сегодня – обычный рабочий день. А если все-таки в квартире окажутся гости, придется вежливо убираться прочь и разрабатывать другие варианты.

Наконец стемнело совсем, но я все не отваживался покидать свое укрытие. Истекло ещё не меньше получаса, пока в конце концов я не заставил себя встать, спрятать мопед в кустах и двинуться к дому. Погода вроде бы содействовала такого рода авантюрам, но, с другой стороны, в своем помятом и мокром костюме я вряд ли буду походить на выходца с того света. Что же, придется компенсировать этот недостаток собственным убедительным поведением.

Поднявшись на пятый этаж, я полез дрожащей рукой в карман и вынул оттуда ключ. Из-за двери нужной квартиры не доносилось ни одного звука, и это убеждало по крайней мере в том, что большой шумной компании там нет. Я вставил ключ в замок и, воровато осмотревшись, повернул его. Впрочем, соседи уже не раз наблюдали подобные картины, и едва ли это могло бы привлечь их особое внимание. Дверь мягко подалась вперед, я быстренько проскользнул за неё и сразу же осторожно затворил.

Слабый свет, падающий из комнаты в коридор сквозь матовое стекло внутренней двери, плохо справлялся с темнотой, и мне пришлось немного постоять на месте, чтобы дать возможность привыкнуть глазам. Внимательный взгляд на подставку для обуви окончательно убедил: в квартире нет никого, кроме хозяина. Я несколько успокоился, снял свои насквозь промокшие мокасины, взял из кучи тапочек те, которые раньше считались моими, и надавил на ручку.

Приглушенное освещение от розового бра создавало в небольшой уютной комнате довольно таинственную атмосферу. Вадим полулежал в кресле и смотрел видео, а на низеньком столике возле него стояла наполовину опорожненная бутылка коньяка. Впрочем, достаточно было одного взгляда, чтобы понять: мой бывший товарищ немного набрался.

– Привет, – вяло махнул он рукой мне и показал на соседнее кресло, садись вон там.

Такой радушный прием несколько выбил меня из колеи, и я озадаченно присел на предложенное место, размышляя, как вести себя дальше. Однако Вадим, присмотревшись к моему лицу, вдруг обеспокоено хмыкнул и, подтянувшись, сел.

– Послушай, парень, – сказал он неуверенно, – что-то я тебя не припоминаю. Как это ты сюда влез?

– Успокойся, дверь закрыта, – ответил я и тут же заметил, как побледнел мой приятель. – Ну что, Вадим, не хочешь узнавать?

Тот на минутку замер, боязливо смотря на меня, но потом отрицательно покрутил головой.

– Понимаю, тебя сбивает с толку мое лицо, – невесело улыбнулся я, но, поверь, возвратиться оттуда совсем неизменным никак нельзя...

Мне хотелось его самого натолкнуть на правильный ответ, однако это было не так легко. Тут бы неплохо и намекнуть, откуда это, собственно, я возвратился, но что-то не позволяло вносить в дело явную мистику. И когда мне показалось, что в глазах Вадима уже загорелся огонек догадки, но он никак не отважится в это поверить, я просто закатил правую штанину и показал ему след, который ещё в детстве оставили под коленом зубы собаки.

– Игорь! – Вадим отпрянул от меня и инстинктивно закрылся руками. – Но ведь это невозможно, невозможно!

Я хотел его успокоить, но вдруг мне стало так больно и обидно, что на глаза аж навернулись слезы, вынудив отвести взгляд в сторону. Незапланированная пауза была достаточно долгой, и это позволило Вадиму немного овладеть своими эмоциями.

– Чего ты хочешь, Игорь? – спросил он слегка дрожащим голосом.

– Хочу, чтобы ты помог мне выяснить, что произошло на самом деле в тот страшный вечер, – ответил я.

– Но как?

– У меня есть подозрения, что в мою порцию подсыпали какой-то психотропный препарат. Или загипнотизировали или ещё что-то в этом же духе. Или и то и другое...

Вадим посмотрел на меня ошарашенным взглядом и медленно закачал головой.

– Что касается подсыпания, то это абсолютно невозможно, – промолвил он. – Ведь коктейли готовил я сам, хорошо помню, потому что даже немного обиделся, что никто не помог хотя бы отнести в комнату. А вот относительно, как ты говоришь, гипноза, то...

Он немного помолчал и поднял на меня взгляд, в котором уже не было ни страха, ни отчуждения.

– Ты знаешь, мне уже приходило в голову, что в тот вечер все было не совсем таким, как после обычного нарко. Я даже не уверен, что в самом деле ощущал то блаженство, о котором говорил на суде. Уже потом я действительно "поплыл", но на первых порах...

Вадим перегнулся через столик и схватил меня за руку.

– Ты знаешь, они спрашивали, не добавлял ли я в коктейли соль. Это же смешно: в такой коктейль – соль! Но теперь мне понятно: экспертиза обнаружила её в наших бокалах!

Я кивнул головой: кажется, об этом говорилось на одном из судебных заседаний. Но какое же она имеет отношение к делу?

– К сожалению или, точнее, к счастью соль не влияет на психику, вздохнул я

– Но она может быть продуктом разложения того вещества, которое на это способно! – воскликнул Вадим.

Что же, всем нам уже не раз приходилось поражаться нестандартном ходу мыслей нашего товарища. Но вдруг это правда?

– Ты давал им на экспертизу сам порошок? – поинтересовался я.

– Нет, у меня его больше не оказалось.

– Ты что, использовал весь?

– А черт его знает, – пожал плечами Вадим. – Я теперь уже не уверен в этом.

– Послушай, – мне вдруг стало горячо, – а откуда взялось это нарко?

Вадим медленно разогнулся и прилег на спинку кресла.

– Так, та-ак, – протянул он. – Его принес за день до этого Мирон. На суде он, правда, рассказывал, что совершенно случайно приобрел порошок у знакомого продавца магазина химреактивов, но мне ещё раньше признался, что этот парень сам назойливо предлагал ему, причем за полцены.

– А что это за один? – я почувствовал, как мои ладони покрываются потом.

– Его имя – Славик, Ярослав Гузар. Я кое-что слышал о нем... Но зачем? Зачем ему или кому-то другому все это делать?

– Они хотели свалить моего брата, – процедил я сквозь зубы. – Но кто, кто они?!

– Игорь, – Вадим оторвался от спинки и всем телом подался ко мне. Может, это и неправда, но я слышал, что этот Славик связан с людьми из службы безопасности Вереса...

Верес, Алексей Верес... "Резиновый Алекс"... Владелец или совладелец десятка больших и без счета мелких фирм, по сути властелин целой империи... Неужели он? Ах, сволочь! Кто-кто, а этот человек без сомнения заинтересован в том, чтобы обезвредить Богдана. Но есть ли прямая заинтересованность доказательством причастности Вереса к делу? Полночи я ломал свои две головы над этим вопросом, но в конце концов вынужден был признать: все-таки нет. Однако, чтобы окончательно отвергнуть или, наоборот, подтвердить обвинения, нужно распутывать клубок дальше. Но как? Время подгоняло, и хотя я просил Вадима хранить все в тайне, где гарантия, что он придержит язык? Вдобавок, возможно, полиция уже ищет меня, и тогда непременно когда-нибудь выйдет на мое убежище, если ещё раньше не вернется Валерий...

Окончательное решение вызревало долго. Из компьютерных справочников я вытянул некоторую информацию о Вересе, раздобыл несколько номеров, по которым можно было его искать, и раз пять подходил к видеофону, и все никак не мог отважиться. Однако ничего другого в голову уже не приходило. В конце концов я овладел собой и, после недолгих раздумий посадив за аппарат старое тело и выключив камеру, набрал первый номер.

Две попытки оказались безуспешными, однако на третий раз я все-таки попал в цель. Извинившись перед секретаршей за свой будто бы поломанный видеоблок, я попросил соединить меня с господином Вересом и получил стандартный ответ, что шеф страшно занят, да и, вообще, сперва годится называть собственную фамилию.

– Передайте ему, что это беспокоит Дмитрук.

Экран мигом погас, и через десяток с лишком секунд на нем появилось лицо Вереса. Оно было самой доброжелательностью.

– Я слушаю.

– Добрый день, господин Верес, – в моем горле будто что-то застряло, и я тут же принялся откашливаться.

– Здравствуйте, здравствуйте, Богдан Петрович, – заулыбался Верес. Позвольте поздравить вас с продлением прокурорских полномочий! Это было замечательное известие для меня. А что там случилось с Вашим видеоблоком? Я сейчас же пришлю своего лучшего специалиста, и все будет в порядке.

В последних словах явно слышалась насмешка.

– Извините, господин Верес, но это не Богдан, – затвердевшими губами выговорил я. – Мое имя – Игорь.

– Игорь? – брови Вереса поползли вверх.

– Да, Игорь, брат Богдана.

Произнеся это, я включил камеру, хотя и не был уверен, что Верес знает меня в лицо. Эффект оказался потрясающим. Алексей окаменел и, похоже, на минуту потерял дар речи. Впрочем, это едва ли могло прямо свидетельствовать о его причастности к делу.

– Это что-то невероятное... – услышал я наконец почти совсем спокойный голос и удрученно опустил плечи. Такому умению обладать собой только позавидуешь. Ну что же, придется идти ва-банк.

– Господин Верес, у меня есть материалы, свидетельствующие о том, что преступление, которое якобы совершил я, было организовано вами с целью не допустить назначения моего брата прокурором региона. Вы использовали меня в качестве зомби, надеясь обмануть органы правосудия и общественное мнение, но в конечном итоге просчитались. Я остался живым, провел свое собственное расследование, и теперь заявляю: вся ответственность за убийства ложится только на вас.

Как убедительно прозвучал бы сейчас какой-нибудь конкретный факт или хотя бы намек на него, но у меня не было, не было ничего, и я мог лишь с надеждой всматриваться в экран: ну, вздрогни, Алексей, испугайся, запаникуй! Однако он только пожал плечами и невозмутимо промолвил:

– В жизни ещё не слышал подобной ерунды. Молодой человек, вам, похоже, нужно хорошенько подлечиться.

– Что же, тогда мне остается лишь передать все материалы полиции. Или моему брату, так будет надежнее, – ещё не сдался окончательно я, но уже почувствовал в себе полнейшую опустошенность и горький привкус поражения. Причем немедленно, как только завершу разговор...

Это было сказано в отчаянии. И вдруг...

– Подождите, Игорь, давайте не будем горячиться, – несколько торопливо отозвался Верес. – Извините меня за последние слова – все это так нелепо... Давайте лучше встретимся, поговорим, и я уверен, что смогу убедить Вас в полнейшей беспочвенности подобных обвинений. Поймите только правильно, я не боюсь никаких материалов, потому что не имею к этому делу никакого отношения, но всякие там расследования, допросы, свидетельства... Хотелось бы их избежать...

"Он! Боже мой, неужели он?!! "– застучали, забились ошеломляющие мысли. Но, может, и в самом деле Верес опасается только волокиты, и не больше? Да нет же, нет! Он испугался, он по-настоящему испугался!

Не обращая больше внимания на Вереса, я выключил видеофон. Разум все ещё отказывался безоговорочно принять утверждение, что настоящий виновник трагедии в дискобаре найден, но где-то подсознательно, интуитивно я чувствовал, что это так, по крайней мере, что Верес причастен к этому делу. Тело охватила неприятная нервная дрожь, и пришлось выполнить несколько гимнастических упражнений на расслабление, прежде чем задать себе вопрос: каким должен быть следующий шаг? Сдаться полиции и заставить её возобновить расследование? Связаться с братом и все ему рассказать? Или продолжить дело своими силами, наведаться к этому продавцу химреактивов и любыми способами, не исключая даже физических, добыть из него нужную информацию?

Больше всего мне понравился, конечно, третий вариант. Однако все нужно тщательно взвесить, трезво оценить собственные возможности и лишь тогда принимать решение. А пока что следует успокоиться и чем-нибудь перекусить. Хотя, какое там "чем-нибудь"? Разве можно сделать из одной картошки больше, чем два надоевших до смерти блюда?

Приготовление обеда немного отвлекло меня. Вдобавок со вчерашнего вечера осталась немытой посуда, и работа нашлась для обоих тел. Я уже садился к столу, когда, словно гром среди ясного неба, в коридоре прозвучал длинный звонок.

В первый миг я просто-таки окаменел. Господи, неужели вернулся Валерий?! Но зачем же ему звонить?! Вероятнее, это гость, прибывший издалека и не знающий об отсутствии хозяина! А, может, там полиция, за мной?!!

Вслед за длинным сигналом пошла серия коротких, и это вывело меня из оцепенения. Я бросился в комнату, стал возле окон, выходящих на внешнюю дверь и калитку, и осторожно заглянул за шторы. Возле входа в дом, понятно, никого не было, звонили с улицы. Кто именно, я не видел, однако облегченно вздохнул: это не полиция. За оградой виднелся скромный светлый "пежо".

Звонки прекратились, и вдруг я увидел мужчину, который их подавал. Он резко отступил назад и пристально осмотрел окна дома. Это был коренастый парень в черной куртке, с мощными плечами штангиста, и, хотя его глаза прятались за темными стеклами противосолнечных очков, я сразу понял, что где-то уже видел это лицо. А когда через миг память услужливо подсказала, где именно, мои оба тела едва не свалились с ног: я узнал в неожиданном госте конвоира, сопровождавшего меня в телепортационную камеру!!!

Что он здесь хочет, черт бы его взял?!! Неужели это знакомый Валерия?! Но нет же, абсурд! И вдруг сознание обожгла догадка: служба безопасности Вереса!!! Он установил, откуда я связывался с ним, и послал ко мне своего человека! Но зачем?!! Я напряженно всматривался в окно, горячо надеясь на то, что сейчас парень сядет в свой автомобиль и уберется прочь. Однако он снова подступил к калитке, исчезнув из поля моего зрения, и я понял, для чего.

Что делать, что делать?!! Мысли отчаянно заметались в голове. Если ему удастся пробраться в дом, то мне конец! Но ведь, постой, дом оборудован сигнализацией! Если она сработает, то вскоре здесь должна появиться полиция!

Решение ещё не сформировалось окончательно, а я уже бежал на второй этаж, к сигнализационному пульту, вместе с тем не покидая наблюдательного пункта. Ох, ещё одна идея: забаррикадировать входную дверь! Окинув взглядом комнату, я схватил руками сервант и потянул его в коридор. В тот же миг сорвал крышку с сигнализационного блока и стал лихорадочно замыкать контакты. Есть! Крохотный красный индикатор загорелся, а ещё через несколько секунд погас зеленый. Сигнал принят! Теперь оставалось только продержаться до подхода полиции.

Я сбежал вниз, и баррикадирование пошло быстрее. Теперь я старался работать как можно тише, чтобы преждевременно не обнаружить себя перед страшным визитером. Хотя он, пожалуй, и так слышал в доме подозрительные звуки.

И вдруг снаружи донеслось тихое скрипение. Я стремглав бросился к окну, но и без того уже все понял: парень открыл калитку! Боже мой, что же теперь? Меня будто парализовало, и я остался неподвижно стоять под дверью и возле окна, вслушиваясь в шаги по бетонной дорожке, а потом по лестнице.

– Эй, Игорь, открой, не доставляй мне лишних хлопот, – неожиданно послышался голос визитера.

Охваченный ужасом, я молчал.

– Игорь, отзовись, я знаю, что ты здесь.

– Чего тебе надо?! – нервы "кубинского" тела, стоящего под дверью, не выдержали, и слова сами вырвались изо рта.

– Есть разговор, – коротко ответил непрошеный гость.

– Убирайся лучше отсюда, я уже сообщил в полицию!

Из-за двери донесся ироничный смешок.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю