Текст книги "Регрессор: Я сокрушу ваше будущее. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава IV

Клиника и правда оказалась закрытой. Я прямо сейчас стоял около ограждения и смотрел на запертое здание.

Перевести японские иероглифы, которые были напечатаны на ленте, нацепленной поверх дверей заведения, я не мог. Но контекст был понятен и так – заведение не функционировала.

На всякий случай покружил вокруг здания, изучая его и присматриваясь. Потом вскрыл один из служебных входов, надавив на замок и сломав. Удобнее было бы отработать кислотой, но на всякий случай решил не оставлять следов.

Внутри было пыльно – состояние помещений намекало, что учреждение не работало уже давно.

Никогда раньше не был в психиатрических клиниках, но на первый взгляд ничего странного тут не было. Разве что повторялся нюанс, который показался странным ещё в мире Индиго. Все важные надписи дублировались на английском языке. Иностранный персонал? Или зарубежные пациенты? Всё вместе взятое?

Я обходил одну комнату за другой, проверяя ящики столов и все места, где могли бы оставить документы. Расчёт на человеческую забывчивость не сработал. Не зря японцев считали одними из самых скрупулёзных азиатов.

Технику отсюда тоже всю вывезли. Оставили только мебель и кое-что из второстепенного инвентаря.

Обыскав больше половины здания, начал думать, что уже ничего не найду. А потом зашёл в комнату, где местные пациенты видимо занимались арт-терапией.

В углу стоял десяток аккуратно сложенных подставок под холсты, которые кажется звались мольбертами. Но моё внимание привлекли не они. Взгляд сразу же метнулся к большим доскам, что были смонтированы на стенах.

Столбы. Гигантские разноцветные махины, которые стремились к небу. Мельтешащие вокруг них человеческие фигурки. А вон тот рисунок, который сделан оранжевым подозрительно похож на мир, который скрывался за Столбом, сейчас стоящим посреди Лагоса.

Осознание накрыло такой волной, что на какое-то время я застыл посреди комнаты, крутя головой по сторонам и находя всё новые и новые подтверждения. Потом достал телефон и расформировав оптическую иллюзию, начал фотографировать. В процессе изучая местное творчество.

На досках была изображена масса всего. От общего вида снаружи, до сцен, которые могли бы происходить внутри двенадцати миров. Разобрать их было сложно – по своему уровню рисунки были не сильно лучше тех, которые рисуют в детском саду. Однако, некоторые детали рассмотреть всё-таки было возможно. Например крылатых ящеров или странных подводных существ.

В ином случае, я бы подумал, что это результат психологических патологий местных пациентов. Но совсем рядом красовалось изображение Столбов. Двенадцати колоссов разного цвета. Ошибки быть не могло – те, кто это рисовал, имели в виду миры по ту сторону.

Если верить новостям в интернете, клиника не работала уже полгода. То есть все эти рисунки были сделаны задолго до того, как на планету рухнули Столбы.

Как это вообще понимать? Кем были запертые тут люди? Вопросов у меня сейчас появилось множество. Жаль только задать их было некому. И не совсем понятно, почему я раньше ничего не слышал о таком месте. Не знаю, какое именно число людей здесь держали, но точно не пару пациентов. Здание могло запросто принять до сотни человек. Даже если их было тридцать и каждый видел такие же сны, как Токийский мясник, это уже много.

Зафиксировав всё на камеру, сохранил фотографии в облаке и двинулся осматривать другие помещения. Правда из головы никак не выходил один вопрос – куда они все делись в прошлый раз? Какое влияние оказали на мир?

Ну и самое главное – была это классическая реакция пациентов с каким-то определённым видом расстройства, которые по какой-то причине улавливали картины грядущего, либо кто-то целенаправленно собирал таких уникумов со всего мира?

Имя главного врача клиники в записях нашлось сразу же. Но поиск в социальных сетях и интернете почти ничего не дал. Ни одного свежего упоминания в новостях после закрытия этой клиники и отсутствующие аккаунты на популярных платформах.

Он однозначно не был тут единственным доктором. Но с другими врачами всё было ещё сложнее – на сторонних ресурсах они не упоминались, а сайт самой клиники был удалён. Тем более нигде не было имён младшего медицинского персонала. Как и записей о том, куда именно перевели пациентов, когда это учреждение закрыли «на ремонт».

Отыскать владельца я попробовал сразу же. Столкнувшись со спецификой японской юридической системы. Для больниц у них имелся отдельный формат юридического лица. Все учреждения зарегистрированные после две тысячи седьмого года были некоммерческими структурами и управлялись собраниями членов в формате ассоциации. Один человек – один голос. Независимо от внесённого вклада.

Ключевой для меня момент – никаких данных о реальных владельцах клиники не раскрывалось. Вот совет директоров, который по закону был обязателен для каждого медицинского заведения, даже небольшого, здесь имелся. Председателем был главный врач, плюс значилось ещё два имени, которые сразу проверил через поиск. Тоже доктора, только помоложе. И срнова никаких данных о новых местах их работы.

Сложно. У каждого из этой троицы наверняка имелись родственники. Были друзья и какой-то круг контактов, которых можно было использовать. Списки медицинского персонала где-то тоже должны были иметься. Больница должна была регистрировать, платить им зарплату и оплачивать налоги.

Остаться здесь сам и копать, я не мог. Во-первых, у меня абсолютно не было свободного времени, а во-вторых, японцы те ещё бытовые расисты. Белый иностранец, сам по себе, повод для презрения к грязному варвару. А если он ещё и пытается вести какое-то расследование, это небывалый нонсенс. По доброй воле мне никто ничего рассказывать не будет. Тем более я пока даже не знал, куда обращаться и что именно делать. Кроме мысли о поиске родственников, никаких идей больше не было.

Действовать через официальные структуры – чревато. Утечка произойдёт сразу. При этом эффективность бюрократов в такого рода вопросах обычно невелика. Не говоря уже о том, что я даже предположить не мог, какой именно сценарий имел место быть в данном случае и откуда на Токийском мяснике рубашка из этого клиники, если внутри никого.

Вот тут мне в голову пришёл ещё один вариант. Частный детектив. Да не какой-то, а более чем конкретный. Тот, что вёл дело о пропавших людях. Молодых мужчинах, которые исчезали на следующий день после своей свадьбы.

Несмотря на резонанс, полиция тогда отказалась заводить дело. Все пропавшие не были связаны между собой, ни одного трупа обнаружено не было, свидетельств нападения тоже не имелось. В прессе активно раскручивалась теория заговора, согласно которой женихи входили в какое-то тайное общество, ставящее целью наказать женщин. А люди продолжали исчезать.

В итоге родственники пропавших объединились и наняли частного детектива. Который смог найти свидетельства, что за каждым из пропавших в дни перед свадьбой следила некая женщина.

Данные были переданы в полицию и те не смогли больше морозиться – под угрозой слива всего отчёта в прессу и большого скандала, японские правоохранители всё-таки начали делать свою работу. Нашли ту самую женщину, которая оказалась Защитницей.

Попытка беседа обернулась схваткой, в ходе которой полицейские-Защитники смогли её обезвредить и взять живой. После чего она призналась в тридцати пяти жестоких убийствах. Оказалась поехавшей на голову – её собственный сын съехал после свадьбы и сократил контакты с матерью, которая считала его смыслом своей жизни.

Странно, но несмотря на то, что я помнил всю эту историю, в памяти не сохранилось имени детектива. При этом я был уверен, что тот находился в Токио. Даже помнил несколько его первых дел. Как будто уже изучал его биографию.

Предположение о том, что часть информации, размеченной мной как необходимая, могла исчезнуть, неприятно царапнуло по нервам. По идее произойти такого не могло. Однако история с детективом намекала на противоположное. Разве что я сам ошибся в процессе той самой разметки.

Раздумывая о такой вероятности, всё же отыскал детектива по его старым делам. Рё Ёсида. Бывший полицейский, ушедший на вольные хлеба.

Открыв его сайт-визитку, вбил номер телефона в мессенджер и клацнул по нужному аккаунту. Вот и всё. Теперь осталось придумать объяснение моего интереса к этой клинике.

* * *

Го Бинь никогда не гнушался работы. Если ты не вникаешь во все процессы, кто-то сделает это вместо тебя. Получив власть над твоим собственным разумом. Придётся слепо доверять тем бумажкам, которые кладут на твой стол и опираться на них. Одним из основных личных правил китайского функционера было недоверие ко всему, что не могли проверить три независимых источника. Либо в чём он не удостоверился лично.

При этом он никогда не работал в таком интенсивном темпе. Глава партии и государства сделал его главой комиссии по вопросам Защитников. Сам лидер относился ко всему происходящему с некоторым недоверием. Но при этом прекрасно понимал, что взять и просто заблокировать Столб, никого туда не пуская, невозможно. Хотя бы по той причине, что тот продолжит втягивать в себя людей. Часть которых однозначно окажется из Китая.

Не говоря уже о китайцах, которые оказывались в других Столбах, выживали там, а потом отправлялись на родину. ООН предложила выдавать таким людям временные документы и обеспечивать местами на ближайший рейс, с чем согласились практически все страны. Некоторые даже начали ускоренную выдачу вторых паспортов через консульства, если их граждане хотели стать Защитниками и для этого желали остаться в той стране, на территории которой очутились. Особенно активно подобные программы внедряли те, у кого не было прямого доступа к Столбам.

На территории их великой державы, Столб имелся. Как и все условия для развития Защитников. Но вот тут имелся один тонкий момент. Пока на него не обращали большого внимания – сторонники и противники активного осваивания мира по другую сторону, спорили о совсем иных вещах. А вот Го Бинь отчётливо видел проблему.

Вся партийная структура Китая – система кланов и сложных взаимоотношений. В молодости он готов был до хрипоты спорить, что это не так. Повзрослев, пытался искоренить и при первых указаниях на эту проблему, принимался тыкать пальцем в далёкие страны, рассказывая об их проблемах, лишь бы замылить свою собственную. Перевалив за шестьдесят и пробившись в высший партийный эшелон, начал принимать как объективную реальность. Другой им всё равно дано не было.

Если посмотреть на Столбы и Защитников через такую призму, становилось понятно, что ключевым становится вопрос, которого пока на повестке дня не было. Зачем лидерам кланов сдерживаться и почему бы не использовать подконтрольных Защитников в своих целях?

Он хорошо помнил острое чувство опасности, когда за его спиной появился неизвестный. Сейчас китаец понимал, что это был Константин Лагов. Человек, который объявил о создании Корпуса Защитников и считался едва ли не самым сильным из них. Но раз он смог оказаться за его спиной в комнате пентхауса, на такое может быть способен и кто-то иной. Защитники – идеальные убийцы и шпионы.

Но всё это было мелочью, если перейти на другой уровень и укрупнить проблемы. В подчинении сильного слабому не было никакого смысла. Да, в древности, император мог командовать тысячами воинов, каждый из которых был способен одолеть его в схватке один на один.

Однако Защитники были не просто воинами. Они настолько отличались от обычных людей, что сравнивать их не было никакого смысла. Одними деньгами, регалиями и статусом, удержать их не получится. Рано или поздно всё это потеряет всякий смысл. К тому же никто не знал предела их силы. Афинский учёный говорил об одиннадцати рангах. Максимальный, зафиксированный на сегодняшний день – третий. И те его обладатели, которые были готовы сниматься на видео, демонстрировали потрясающие возможности.

При этом все аналитики сходились в том, что у Лагова, как минимум, четвёртый. Может быть уже пятый. И он способен на сильно большее. На столе у Го Биня имелось донесение разведки из Москвы. Где рассказывалось, что Константин нейтрализовал два батальона солдат, усиленных бронетехникой, а потом спокойно пробился к министру внутренних дел. Несмотря на то, что весь личный состав столичной полиции был поднят по тревоге.

Ещё были события в Лондоне, которые весь мир мог наблюдать на видео. Если сейчас он способен на равных бодаться с целыми воинскими подразделениями, как останавливать Защитников одиннадцатого ранга? Разрыв между ними и другими людьми окажется слишком колоссален. Всё равно, что сравнивать вооружённого солдата и бродячих собак. Если те попробуют напасть, автоматчик просто расстреляет их всех, не подпустив близко. Если же возникнет обратная ситуация, у псов не будет ни единого шанса.

Абсурдно считать, что при таком раскладе, целые полки автоматчиков, среди которых будут те, кто устроится внутри танков, станут подчиняться одному из тех самых бродячих псов.

Остановить прогресс тоже было невозможно. Даже пожелай этого Китай, всё равно ничего не получится. Они смогут затормозить развитие Защитников или вовсе открыть на них охоту, убивая пока есть возможность. Только это всё равно не поможет. А в перспективе сделает их полностью беззащитными.

Тем более, миры по ту сторону Столбов могли быть крайне полезны. Он сам в этом убедился – внучка не просто выжила, а была полностью здорова.

На миг старик отвлёкся, вспомнив, как улыбалась маленькая девочка и с какой настойчивостью требовала еды. Он сам не помнил, когда в последний раз был настолько счастлив. Работа казалось пожрала его душу, превратив в камень. Но вот тогда он снова стал человеком. Дочь уже выписалась из клиники и тоже была счастлива. Зять кланялся в ноги, благодаря за лекарство, которое по его мнению где-то достал тесть. На самом деле кланяться стоило совсем другому человеку, но об этом Го Бинь предпочёл никому не рассказывать. Даже не намекать.

Сейчас лидер ему доверяет, но стоит обмолвиться о контакте с русским и могут возникнуть ненужные подозрения. А он хорошо помнил, что случается даже с самыми высокопоставленными людьми, которых начинают в чём-то подозревать. Сначала те пропадают из общественной жизни и не появляются на совещаниях, факт чего все старательно игнорируют. Их семьи живут в прежнем ритме, но родственники боятся сказать лишнее слово или поздороваться не с тем человеком. Потом бывшего генерала или чиновника хоронят в закрытом гробу. Как правило после «инфаркта».

Китаец не хотел так умирать. Только не под пытками, в комнате с бетонными стенами, где воняло кровью. Он бывал в таких пару раз. Лично следил за дачей показаний, а потом контролировал ликвидацию исполнителей. Безымянных чиновников, которые только что чувствовали себя на вершине власти и били током адмирала, заставляя его признаться во всех подряд преступлениях. На взгляд самого Го Биня, такие признания никак не могли служить доказательством. У каждого есть свой предел, после которого он сломается и скажет всё, что угодно. Однако у генсека имелось своё видение ситуации.

Откинувшись на спинку стула, Го Бинь задумался. Только что в его голове вдруг засияла простая и при этом близкая к гениальности мысль. Которая позволяла решить сразу несколько проблем.

Долгий час он крутил её в голове, честно стараясь найти изъяны. Если не считать определённого и допустимого риска, таковых обнаружить не удалось. Тогда функционер нажал кнопку вызова помощника. Дождавшись, пока в комнате появится подтянутый молодой китаец, посмотрел ему в глаза.

– Помнишь списки добровольцев из военных и партийного актива? Ты разбивал их на группы по десять.

– Конечно, шоучжан.

– Сформируй группу только из лидеров. Двадцать человек. Выдели оружие с нанесением палладия и обеспечь медными патронами. Через два часа они должны быть готовы выдвинуться.

Выдержав короткую паузу, Го Бинь продолжил.

– Выбери двух толковых офицеров в заместители командира отряда. Чтобы каждый командовал десятком.

Помощник почтительно кивнул.

– Будет сделано, шоучжан. А кто станет командиром?

Старый функционер позволил себе слегка усмехнуться.

– Я лично поведу их в бой.

* * *

Михаил кричал. Плакал. И кажется кого-то убивал. Правда не помнил, кого именно и как, но в памяти осталось ощущение поглощённого меноса.

Проснувшись, он сначала вовсе не понял, где находится. Неудобная жёсткая поверхность, которая ещё и царапалась. Замкнутое пространство – попытавшись встать, он сразу же врезался лбом в металл и заметался в разные стороны, всюду утыкаясь в препятствие.

Только спустя минуту дошло – это ложе, которое он сам сделал из металла. Кокон, в который завернулся, чтобы безопасно поспать, когда его вырубало.

Тряхнув головой, сконцентрировался и металл брызнул осколками в разные стороны, увеча стволы деревьев. Сам парень поморщился. Опёршись рукой на переплетённые воздушные корни, поднялся, осматриваясь по сторонам.

Это же мир по ту сторону Изумрудного Столба? Как он тут…

Стоило подумать об этом, как в голове полыхнули воспоминания. Когда их затянуло в мир с оранжевыми деревьями, они не были готовы. Всё случилось внезапно. Потом это дурацкое стадо бегущих гигантских монстров, которые напоминали слонов. Из-за них им пришлось разделиться. А когда он побежал в противоположную сторону, чтобы отыскать Асю… Она уже была мертва.

Рядом были туземцы. Широкоплечие с оранжевой кожей. Один из них наклонился к сестре, снимая одежду с её трупа.

Тогда он убил их всех. Аборигены были вооружены металлом, который он использовал против них самих. Ножи, наконечники копий и стрел, топоры. Эти уроды даже не успели понять, что происходит – появившись у них за спиной, он тут же потянулся к их оружию и за считанные секунды прикончил почти всех.

Один, самый живучий, пытался что-то сказать. Хрипел на своём тарабарском. Заткнувшись, когда наконечник собственного копья вошёл ему в висок.

Потом он выбрался, оказавшись в долбаном Лагосе. Кое-как отделался от солдат, которые всё порывались куда-то его отвести. Кажется пришлось смять их автоматы – только после этого наконец отстали.

Дальше были городские улицы и бар. Давно он столько не пил.

Вот из-за чего возникло недопонимание с местными, Михаил не помнил. Но он выпустил свою силу и кажется убил их всех. Но… Почему сейчас вокруг был Изумрудный мир?

Марков поднялся на ноги. Поморщился от головной боли, хмурясь и пытаясь вспомнить. Точно! Там кто-то появился. Другой Защитник, которого он почувствовал рядом. Потом вроде бы начал разрушаться бар. Дальше вспышка и он уже тут. Вместе с тем металлом, который парень успел притянуть к себе.

Судя по состоянию деревьев и посечённым ветвям, здесь он тоже успел выплеснуть свою боль. Зря наверное. Или нет. Все эти миры одинаковы. Зря они с Асей ими заинтересовались.

Прижавшись спиной к стволу дерева, Михаил пару минут подумал. Потом уверенно отлепился от опоры. Пора было возвращаться. Позвонить и рассказать о произошедшем родителям, а потом отправиться в Лагос. Если они думают, что он ограничится всего двумя десятками убитых, это зря. Тот мир захлебнётся кровью.

Подумав о том, чтобы вернуться назад, Марков исчез в зелёной вспышке, оказавшись около Изумрудного Столба. Где немедленно попал под прицел камер.

* * *

Беседу с Рё Ёсидой, который предложил встретиться в одном из многочисленных токийских заведений, прерывать пришлось дважды. Сначала – когда Дмитрий сообщил, что к нам заявились какие-то идиоты, начавшие требовать поделиться. Скорее всего они вели речь про то самое мясо, которое я собирался доставить в Питер. Но запросто могли говорить о чём-то ещё – до погружения в детали, история не дошла. По той простой причине, что главарь незадачливых рэкетиров попытался выстрелить Франсуа в голову. Что канадцу категорически не понравилось и он сгоряча всех их убил.

Контакты Елисеева у Дмитрия были – именно с ним я и посоветовал связаться. Пусть спустят приказ в городское управление, чтобы те урегулировали ситуацию.

Второй раз произошёл, когда мы с детективом уже перешли к обсуждению деталей. Стратегически, японец был согласен взяться за работу. Но все условия оплаты, как и предполагаемый объём задач собирался обговорить заранее. Фраза «я готов платить по тройной ставке и компенсировать все ваши расходы», его не устраивала.

В этот раз повод был куда более неоднозначным – нашёлся Марков. Покинул Изумрудный Столб и двинулся за его пределы. Что примечательно – даже отметился у дежуривших там военных.

Своих людей у меня там пока не было, но я воспользовался оперативной группой Елисеева. Теми полицейскими, которых ранее отправляли, чтобы наблюдать за мной. Их часть так и осталась около Столба, став постоянной группой присутствия.

Именно они зафиксировали, как Михаил садится на рейсовый автобус, который не так давно запустили от Каргополя до Петербурга. Один из сотрудников, одетый в штатское, отправился в поездку вместе с ним, оставаясь на связи.

Зачем Маркову в Петербург, до конца понятно не было. Но в прошлый раз его заклинило на мести лаффарам. Возможно сейчас речь шла о точно такой же агрессии, но уже в отношении сотосаров, которые населяли Оранжевый мир.

В любом случае – мне было необходимо с ним пересечься. И теперь это казалось реальным – автобусу требовалось не меньше четырнадцати часов, чтобы добраться до Петербурга по разбитой дороге. Тогда как я мог долететь из Токио всего за десять.

Правда, требовалось ещё добраться до самого аэропорта. Но это заняло у меня всего полтора часа. Как только мы с детективом поставили подписи и я вручил ему первый транш наличностью, так сразу же раскланялся. А через несколько секунд уже мчал по улицам.

Решение с японским сыщиком казалось немного сомнительным. Но это было лучшее, что я мог сделать прямо сейчас. Само собой, позже нужно будет запустить расследование и за пределами Японии. Попытаться отследить любые контакты этого заведения и его персонала с внешним миром. Заодно детально прошерстить всю информацию в интернете.

Последним я занялся сразу, как мы поднялись в воздух – запустил сразу несколько нейронок, которые должны были собрать все данные по конкретным персоналиям. Удобно, когда есть такой инструмент. Правда с некоторыми приходилось изрядно повозиться, чтобы они начали работать в нужном направлении. Но к счастью обычно было достаточно «убедить» один раз. После этого к вопросу можно было не возвращаться.

В процессе полёта проверил всё, что относилось к нападению. Больно уж странным выглядело неожиданное появление группы смертников, решивших попытаться прессануть моих людей. Полиция пока ничего интересного выяснить не смогла. На вид – типичные бандиты, вроде как имеющие контакты сразу с несколькими местными группами. Какая именно из них могла отправить тех на убой, непонятно. Откуда взяли информацию – тоже неясно.

При этом среди них было пятеро Защитников. По нынешним временам – немалая сила. Зачем кому-то убивать об меня пятерых бойцов? Даже если бы Дмитрий поддался в моменте, потом на поле появился бы я сам и расклад стремительно бы изменился.

Первое, что приходило на ум – проверка сил и возможностей. Но для неё это, на мой взгляд, было слишком щедро.

Неплохо было бы завести собственных «следователей», но это оставалось вопросом будущего. Пока Дмитрий не мог полностью укомплектовать даже штат офиса – я принимал участие в нескольких итоговых собеседованиях, подключаясь по видеосвязи.

Помимо этого просмотрел резюме нескольких десятков людей, которые хотели отправиться на ту сторону и откликнулись на объявление о наборе в Корпус. На самом деле заявок были тысячи. Но Дмитрий прогнал все через нейронку, отсеивая по формальным критериям. Оставшиеся разобрал один из его помощников, а потом он прошёлся сам, уполовинив число.

Осталось всё равно много. Пятьдесят четыре человека, из которых я планировал выбрать десятерых. Защитников, которые отправятся со мной на ту сторону и станут моей опорой. Как тут же выяснилось, это было совсем непросто. Вот откуда мне знать, что в голове у этой милой брюнетки, которая увлекалась скалолазанием и фехтованием? Ради чего она на самом деле хочет оказаться в Изумрудном мире? Написать в анкете можно было всё, что угодно. Но это не значило, что в итоге человек тебя не предаст.

Вести я их собирался вместе с отрядом Елисеева. Недавние события показали, что услуги офицера мне ещё не раз понадобятся. К тому же будет лучше, если его самые первые бойцы, которые по логике должны будут стать самыми сильными, окажутся со мной знакомы. Пусть в головах отложится образ главы Корпуса, как союзника и наставника.

Мало ли что придёт в голову властям. В теории они ведь могли попытаться подобрать Елисееву замену и отправить в отставку. Либо банально убить. Защитники чрезвычайно живучи и регенерация у нас тоже великолепная. Особенно в случае с бывшим майором, который теперь стал подполковником. Однако до момента достижения седьмого-девятого рангов, Защитников можно было уничтожить обычным вооружением. Крайне затратно, если речь шла про открытый бой, но теоретически возможно. А прикончить во сне было ещё проще.

Десять кандидатов для первой группы я всё же отобрал. Со скрипом и совсем не будучи в них уверен, но с составом определился. Отправив перечень фамилий Дмитрию и попросив собрать их в офисе Корпуса к вечеру. При этом обеспечив местом для отдыха.

Сам Елисеев собирался взять с собой до тридцати человек, но мне столько попросту было не нужно. Это у него имелась готовая штатная структура, уже насыщенная сотрудниками, из которых необходимо было вытаскивать и усиливать людей. В моём случае всё только формировалось. Десять человек станут первой частью фундамента.

Отправиться на вылазку мы договорились в самое ближайшее время. Сразу после того, как я разберусь с Марковым. Следующая хронологическая точка, которую мне нужно было не пропустить, приходилась на десятое мая – имелся промежуток времени, в который можно было заняться собственными делами.

За полтора часа лёта до Петербурга, Елисеев снова объявился на связи. Сообщил, что Михаил Марков убил полицейского, который ехал в автобусе под видом пассажира и покинул транспорт. Предположительно рванув в сторону Петербурга. Теперь он был объявлен в негласный розыск с запретом сближаться или пытаться задержать. Судя по характеру сообщений, с точки зрения офицера, Защитник перешёл черту и подлежал аресту или уничтожению на месте.

Фора по времени у меня и раньше была не слишком большой. Но зато была возможность определить точное местоположение объекта. Теперь же исчезла и эта опция. вариантов оставалось всего два – либо ждать его в аэропорту, предполагая, что Марков направится именно сюда, либо заняться своими делами и действовать после того, как он вновь засветится на камерах.

Определиться я не мог до самой посадки. Ровно до того момента, когда пришло ещё одно сообщение от Елисеева. Михаил появился на камерах аэропорта.