Текст книги "Регрессор: Я сокрушу ваше будущее. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава XII

Тесса Прескотт была уверена, что сэр Роберт Локвуд захочет поговорить сразу же, как она вернётся назад. Но прошло уже три часа с момента, как она попрощавшись с Лавинией, добралась до офиса и пока никто не спешил вызывать её на ковёр.

В Лондон они вернулись на джете молодой аристократки, которая всю дорогу расспрашивала Тессу о том, как та познакомилась с Лаговым и что он за человек. Сама девушка объясняла это своей журналистской деятельностью. Якобы хотела написать про мужчину статью. Однако Тесса прекрасно ощущала её настоящие чувства. Всё, что та хотела написать о Лагове – воспоминание в своём дневнике о том, что именно он делал с ней прошлой ночью. Внучку одного из пэров Британии перемкнуло на русском Защитнике, который казалось её просто не замечал.

Приложив к телефону указательный палец левой руки, Прескотт разблокировала служебный профиль. Большой палец правой руки открывал публичный – тот, который полагалось демонстрировать в случае случайной проверки. Служебный визуально выглядел абсолютно идентично, но имел небольшой нюанс – под иконками нескольких игр, которые в соседней версии можно было спокойно запустить, скрывались совсем другие приложения.

Авторизовавшись в одном из них, Тесса почувствовала, как внутри засверкали искры тревоги. Рабочий чат подразделения к которому она относилась был девственно пуст. Ради справедливости – писали там не так часто. Приложение было заточено под коммуникации по делу и мониторилось профильным отделом МИ-6. Однако обычно там всё равно накапливалось по десять-двадцать сообщений за сутки. Такого, чтобы не было ни одного… На памяти Прескотт подобного не случалось.

Поднявшись из-за стола, она вдруг почувствовала, как её повело в сторону. Что это? С момента, когда они охотились на тех гигантских улиток и британка получила регенерацию, ничего подобного не происходило.

Опустив взгляд на экран телефона, Тесса открыла мессенджер. Моргнула, пытаясь разобрать символы на размытом пятне, которым вдруг стал аппарат. Ткнула пальцем в список чатов, пытаясь не промахнуться мимо Елисеева. Надо дать ему знать, что всё пошло не так. Полковник, он… Точно не бросит её. Единственный, кому можно верить на этой…

Ноги подкосились и блондинка тяжело опустилась на колени. Телефон ещё был в руках, но теперь Прескотт не могла разобрать даже контуров устройства. Девушка попробовала подняться – сомнений, что дело в отраве, у неё не было и таилась надежда, что регенерация справится.

Не справилась. Спустя мгновение веки Защитницы сомкнулись, и она завалилась на ковёр собственного кабинета. Откатившийся телефон, остался лежать в полуметре от вытянутой руки блондинки.

* * *

У Василия Панурина были простые планы на жизнь. Закончить учёбу на историческом факультете МГУ, найти работу, писать монографии и посвятить свою жизнь загадкам Римской империи. Если получится – лично принять участие в раскопках на землях, которые раньше входили в её состав.

Именно на кафедре археологии он познакомился со Степаном Варзовым, который и пригласил парня на эту встречу. Прямо сейчас позвавший его студент с упоением рассказывал о том, как попал в Изумрудный Столб. Прикончил какого-то вылезшего из земли монстра, что хотел его сожрать и неожиданно для самого себя обрёл новую способность – чувствовать прошлое вещей.

Звучало это всё интересно, однако сам Василий совсем не был уверен, что когда Степан перейдёт к финальной части своей истории, нужно будет соглашаться. Пока Варзов только упоительно рассказывал о своём опыте, но потом он наверняка задаст вопрос. Пригласит их отправиться с собой. Иначе в чём тогда смысл этого мероприятия? Не хвастовства же ради он их позвал?

В следующий момент, Панурин увидел, как медленно открылась дверь. Ему был виден лишь маленький её кусочек, но ту определённо открыли. Потом закрыли. Правда из короткого коридора комнаты так никто и не появился.

– Это же двенадцать полноценных миров, а мы ничего не знаем об их истории. Непаханое поле! И никакой конкуренции. С моей способностью мы сможем выяснить историю каждого. Десятки монографий! Сотни научных статей.

– И масса уникальных вещей для продажи, – задумчиво протянул незнакомый Панурину парень, который сидел около стены.

Несколько человек покосились в его сторону. Даже сам оратор, который уже был Защитником ранга «альфа», на миг сбился. А когда собирался ответить, в комнате вдруг появился ещё один человек.

Взвизгнула девушка. Вскочили на ноги студенты. Осёкся Варзов, с удивлением уставившись на неизвестного. Сам Панурин тоже поднялся, заодно схватив тяжёлую сувенирную пепельницу. Но незнакомец агрессии не проявлял. Да и выглядел прилично – в рубашке и пиджаке.

– Извиняюсь за столь внезапное появление. Опасался вас не застать.

Студенты переглянулись. Агрессировать на человека, который только что возник из ниоткуда ни один из них не хотел. Ясное дело – перед ними Защитник. И наверняка сильнее Варзова.

– Это же Лагов… – с придыханием выдохнула симпатичная брюнетка, на которую всё это время поглядывал Панурин.

– Реально, он.

Вторым высказался крепыш, который опустил руки, что до того держал перед собой, сжатыми в кулаки. Следом прокатилась волна шепотков по остальным.

– Получается, можно не представляться, – улыбнулся мужчина. – Не против, если я присоединюсь к вашей беседе об археологии?

Возражений ни у кого не нашлось. Всё происходящее отдавало сюрреализмом – Лагов всё же был главой Корпуса Защитников и его присутствие в комнатке общежития казалось чем-то практически полностью невозможным.

Однако он тут в самом деле находился. Рассказывал об угрозах, которые их ждут в случае согласия на эту работу и потенциальных открытиях, которые может сделать команда. Параллельно объяснял, чем может быть полезен Корпус. Фактически предлагал присоединиться.

Изначально у Панурина имелись сомнения. Как наверное почти у всех в этой комнате. Но теперь их стало намного меньше. Слишком уж критической была разница между тем, чтобы присоединиться к небольшой группе любителей во главе с единственным Защитником и вступлением в Корпус. В последнем случае, Лагов обещал оставить им все права на научные изыскания, плюс обеспечить защиту и финансирование. Взамен прося лишь одного – права первого ознакомления со всеми материалами и возможности их придержать.

Подумать только – ещё вчера Панурин смотрел, как Лагов выступал в Эстрель Конгресс-центре. А теперь тот стоял рядом с ним в комнате и приглашал вступить в ряды Корпуса. Поразительный выверт судьбы.

Когда Лагов наконец задал вопрос о том, кто из них готов присоединиться к археологической команде Корпуса, Панурин немедленно поднял руку. Отказавшихся было всего двое. Парни, которые мрачно взирали на Константина, шепчась о чём-то около окна.

Дождавшись, когда те покинут комнату, главный Защитник страны окинул взором оставшихся.

– Теперь осталось решить только один вопрос. Кто из вас хочет сегодня же прокатиться в Лондон?

* * *

Небольшое и почти случайное собрание в комнате общежития – точка с которой начнётся отсчёт деятельности одной из самых эффективных археологических команд. Способность Варзова позволяла им многократно опережать всех остальных и гарантировать высокую точность интерпретации находок.

Пройти по тому же самому пути, убив существо живущее в редкой для Изумрудного мира, открытой почве, пытались многие. Даже разыскали места обитания животного, изучили повадки и составили целые гайды по охоте. Одна проблема – сколько бы Защитники ни убивали этих «кротов», заполучить способность не вышло ни у одного.

Основная масса склонялась к версии, что Варзов получил способность за счёт уникальной комбинации. Такое нередко встречалось – парень мог запросто прихлопнуть какое-то насекомое, а сразу после него убить крота. Либо что-то съесть. Всякое бывало.

Другая, меньшая часть считала, что необычной была не очерёдность действий студента, а особь крота, которую он прикончил. Что и привело к появлению такой вот способности.

Теперь у меня была возможность лично это проверить. А ещё – сам Варзов во главе целой компании студентов. Которые кажется изрядно обалдели от открывшихся перспектив и того факта, что летят на арендованном мной бизнес-джете в Лондон.

С собой я их решил взять по двум причинам. Во-первых, лично присмотреться к каждому из этой команды и оценить его. Тем более я собирался повести их на ту сторону уже после того, как получу новую способность и смогу чувствовать эмоции людей. А во-вторых, Золотой мир был планетой с серьёзным историческим наследием. Там я точно знал несколько мест, где находили массу всего интересного, вплоть до сделанных записей. Никто так и не смог их расшифровать – на пути к этой задаче существовала масса сложностей, преодоление которых требовало времени. Если в первое время этим на самом деле занимались, то потом археологические задачи уступили место совсем другим. Теперь же стало возможным, выяснить контекст происходящего.

Сам Варзов, после этой встречи провёл несколько вылазок на ту сторону, даты которых были доподлинно неизвестны. Спустя полгода опубликовав большую статью о том, что внутри каждого из миров находилась технологически развитая цивилизация. По его мнению, некоторые даже обгоняли в этом плане Землю.

Материал содержал немало интересных фактов и обещание большой монографии. Ради которой, как поговаривали, он и удалился в один из двенадцати миров. Так и не вернувшись потом назад. То ли погиб, то ли решил не возвращаться к человеческому обществу. Как бы там ни было – десятое мая было единственной доподлинно известной датой, подтверждённой из нескольких источников. Чем я благополучно воспользовался. Получил Защитника, способного дать фактуру о прошлом двенадцати миров. После всего произошедшего за пару дней, было жизненно важно получить подтверждение нашей старой теории. Либо отыскать её опровержение.

– У меня вопрос. Как в Корпусе смотрят на отношения между сослуживцами, мон ами?

На кресло напротив опустился Франсуа, взгляд которого отражал всю важность заданного вопроса. Предположить о ком шла речь было несложно – последние двадцать минут канадец перешучивался только с одной из девушек-археологов.

– Зависит от обстоятельств.

– А кто будет оценивать эти обстоятельства? У нас есть какой-то этический комитет?

Улыбнувшись, я отрицательно покачал головой. На лице канадца вспыхнуло озарение.

– Можно тогда я его сформирую? С собой во главе.

В этот раз мне пришлось приложить усилие, чтобы не рассмеяться.

– Ты бы разрешил начальнику участка самому рассматривать жалобы на полицейских?

Разочарование, которое появилось на его лице, было поистине вселенского масштаба. Правда всерьёз это канадцу не помешало – спустя пару минут он вновь болтал с той же самой девушкой.

Ещё через полчаса мы приземлились в Питере, где на борт поднялся Дмитрий. Вместе с ним была и его мать. Ольга сама выразила желание участвовать в вылазках. Первый опыт поглощения меноса оказался положительным и теперь женщина жаждала добавки.

Обоих я решил взять с собой к Золотому Столбу. В прошлый раз с Ольгой Вороновой я тесно не пересекался. Однако ничего плохого о ней в памяти не было. На мой взгляд женщина наверняка будет поддерживать своего сына. А раз так – пусть тоже получит способность чувствовать чужие эмоции.

Сам парень воспользовался моментом – как только джет набрал крейсерскую высоту, тут же обрушил на меня целую лавину вопросов. Я только теперь понял, насколько ему тяжело и какие нагрузки приходится ежедневно тащить.

При этом он сам придумал структуру, в которой существовали руководители сегментов, вроде Павла Олеговича, и одновременно имелись команды, что были завязаны лично на Дмитрия. Первые должны были управлять масштабными процессами и руководить большим количеством людей, Другие же брали своей ценностью и компетентностью. Небольшие группы профессионалов, которые подчинялись напрямую Дмитрию и помогали ему рулить ситуацией в целом.

Как мне казалось, схема получилась грамотной и со всеми предпосылками для стабильной работы.

Заодно обсудили ближайшие перспективы. Особенно медицинское страхование и фарм-компании. В случае с первым, пока регистрировалось юридическое лицо и оформлялись документы. А вот второе требовало внесения изменений в законодательство. Мясо гигантской «черепахи» мы продали без всяких бумаг и запросто могли продолжать в том же духе. Но имелась реальная проблема – с нас начнут брать пример все остальные. Что рано или поздно приведёт к ненужным ситуациям.

Поэтому сейчас юристы, нанятые Дмитрием работали с аппаратом парламента, согласовывая нормы и положения нового законопроекта. Того, что откроет упрощённую схему для регистрации «препаратов» из компонентов, добытых на той стороне.

А команда специалистов по фарм-технологиям активно разрабатывала схемы, которые позволят продавать продукт в привычном виде. В формате капсул или таблеток. Чтобы он выглядел максимально привычно для потребителя.

Совсем скоро на рынке появится масса безработных. В основном из тех компаний, которые мы сами и разорим. Недостатка в кадрах у нас точно не будет. Да и разнообразного оборудования в продаже появиться должно немало.

При этом я озадачил его ещё одним вопросом. Помимо переработки сырья из двенадцати миров и штамповки новых препаратов, требовалось кое-что ещё. Работа с теми же самыми лекарствами, которые выпускали по всему миру сейчас, но пропитанными меносом. Для чего требовался не только персонал, но и сырьё с той стороны. Либо его пропитка менос-ядрами здесь.

Оба эти варианта должны были подойти. Плюс, было нужно заново переизобрести всю технику. Изготовить каждую деталь из материала, насыщенного меносом и сделать её неуязвимой для него. На это наверняка уйдёт уйма ценных менос-ядер, но задача казалась мне необходимой. Как бы ни развернулась ситуация дальше, мы не могли позволить себе потерять фарм-отрасль, полагаясь только на двенадцать миров и добычу оттуда.

Да и научные изыскания тоже требовалось продолжать. Точно так же, как в первой ситуации – активно используя менос. Как мне казалось, при определённом подходе, наука могла серьёзно продвинуться вперёд. Может быть даже потеснив в плане эффективности все способности Защитников. В прошлый раз мы даже не подумали двигаться в этом направлении. Не говоря о том, что Виталий начал собирать отряд уже после того, как все фармакологические компании давно были развеяны по ветру, а научные структуры находились в глубочайшем упадке. На тот момент было сложно что-то предпринять. Да и наши ресурсы были заметно ограничены.

Помимо этого, дал указание присмотреться к покупке лаборатории, которая сможет заниматься изучением образцов. В идеале – нескольких таких структур.

Прямо сейчас у нас был контракт с одной из подобных организаций в Питере. Они изучали ягоды, которые я собрал в Изумрудном мире и анализировали состав жидкости. Той самой, из который в Золотом мире выбрался лэйк, пытавшийся нас убить.

Говоря о ситуации глобально – нам требовался глава ещё одного направления. Научного. Опытный человек, который сможет заняться всеми процессами, связанными с изучением меноса. Хотя бы на уровне – «давайте сделаем аспирин из сырья с той стороны и посмотрим, как он будет работать». С тестированием на животных, а потом на добровольцах из числа Защитников и обычных людей.

То же самое со всеми остальными направлениями – не только медициной. Мы не должны полностью потерять научный потенциал и прекратить исследования только из-за того, что под рукой есть двенадцать Столбов, за которыми имеется решение почти всех проблем.

Было бы неплохо ещё запустить в одном из двенадцати миров производство сложной электроники. Такой, чтобы она успешно работала на другой стороне. Примитивные варианты, вроде фонариков, успешно функционировали и сейчас. Электродвигатели – через раз. Тех крохотных машинок, которые я планировал использовать для привлечения внимания дракона, со мной было целых пять. С расчётом на то, что одна точно останется рабочей.

Телефоны, компьютеры и даже электронные часы на той стороне включаться стабильно не желали. Очень редко бывало, что у кого-то получалось протащить нечто сложное и устройство выживало. Таких случаев за всю историю было около сотни и большинство связано с телефонами. Которые в двенадцати мирах всё равно были почти бесполезны – максимум можно было удобно снимать на видео.

При этом, техника, как правило сгорала не так часто. Один из пяти телефонов самоликвидировался при первом входе в Столб. Потом – можно было не беспокоиться. На той стороне аппарат конечно же не работал. Но стоило вернуться на Землю, как его снова можно было использовать…

Если бы запустить на той стороне производство нормальных раций, то… Преимуществ у этого решения было столько, что я задумался, почему мы не пытались организовать такое в прошлый раз. И тут же обозначил Дмитрию ещё одну задачу. Сложную, безусловно – достаточно было посмотреть в интернете устройство рации, чтобы это понять. Однако – если получится отыскать нужных специалистов, пусть попробую подумать над таким планом. Хотя бы гипотетически.

Когда мы подлетали к Лондону, рабочий процесс был в самом разгаре – я даже не сразу понял, что самолёт уже идёт на посадку. А сообщение от Елисеева обнаружил уже после приземления. Полковник писал, что ему почему-то не отвечает Тесса. Хотя он видел, что та заходила в сеть и прочитала его сообщения.

Формулировка отдавала ребячеством, а у штатного офицера МИ-6 могла иметься масса резонов для того, чтобы молчать. Однако говорить ничего из этого я не стал. Пообещал, что попытаюсь выяснить у местных, где сейчас девушка и что с ней происходит.

Правда, покинув самолёт, я не обнаружил делегацию по торжественной встрече. А когда мы оказались в терминале, пожалел, что решил обойтись без оптической иллюзии.

Журналисты. Десятки и десятки людей, которые устремились к нам.

– Что вы можете сказать о тридцати девяти Угрозах? Почему именно они?

– Как вы отыскали эту клинику? Вы сами лежали там? Вы бывший сороковой?

С лёгкой руки Пак Джин Хо, который называл пациентов «угрозами», это слово стали использовать в качестве их обозначения. А теория о том, что я был сороковым пациентом появилась в интернете почти сразу после выступления в Берлине.

– Вы прибыли, чтобы убить одного из них?

– Если Угрозы знали о падении Столбов, получается за их вторжением стоит чей-то разум?

– Ради чего вы прибыли в Великобританию? Почему вы тут?

– Я знаю, где находится одна из Угроз. Дадите эксклюзивное интервью в обмен?

Замедлив шаг, я повернул голову, встретившись взглядом с кудрявым мужчиной, глаза которого были прикрыты стёклами очков в тонкой оправе. Тот вдруг улыбнулся, смотря на меня без намёка на страх.

– Было бы забавно, скажи тебе кто такое, правда?

Не успел я открыть рот, как мужчина осел на пол, обратившись лужей серой слизи.

* * *

Елисеев и раньше чувствовал себя не слишком комфортно. Выскочка, которого назначили из-за того, что он пошёл против собственного министра – именно такая репутация сложилась об офицере в стенах ведомства. Отчасти это было справедливо. С другой стороны – если бы он слепо подчинялся приказам, это бы только ухудшило дело. Даже думать не хотелось, на какие меры пошёл бы Лагов, ликвидируй тогда кто-то Дмитрия с Ольгой.

После того, как он побывал в Изумрудном Столбе и вернулся с целой командой Защитников, стало ещё хуже. Он лично отбирал сотрудников в новый главк. Стараясь брать тех, кто дружил с головой и мог быть эффективным. А ещё – таких, чтобы они не пустились во все тяжкие, как только почувствуют себя на самую капельку сверхлюдьми.

Однако это не значило, что вернувшиеся не станут болтать о своих приключениях. Они и не удержались. В красках расписывали, как охотились в Изумрудном мире, действуя бок о бок с людьми Лагова. Заодно демонстрировали свои новые возможности и вели себя так, будто имеют преимущество на фоне всех остальных.

Последнее было правдой. Но демонстрация этой самой правды, вызывала у всех прочих естественную эмоциональную реакцию. Что вкупе с новостью о прохождении через Изумрудный мир всего личного состава главка, произвело эффект рванувшей ядерной боеголовки.

Теперь в ГУПАП хотели все. А каждый второй из высоких чинов спешил передать через кого-то сообщение, что не против прокатиться с его бойцами «на экскурсию». Посмотреть, как там всё устроено, на другой стороне. В процессе прикончив какое-то количество представителей местной фауны, которых конечно же приволокут рядовые.

Желание стать Защитником и обрести новые возможности, параллельно восстановив здоровье, Елисеев полностью понимал. Но принять факт того, что генералитет хотел сделать это именно таким способом – не мог. Уверенно отвечая отказом на каждое такое предложение. Хотят стать Защитниками – пусть действуют сами. Без него.

Но два часа назад ему спустили приказ за подписью заместителя министра, что курировал новый главк. Со списком людей, которых требовалось «привлечь к операции по ту сторону Изумрудного Столба, обеспечив для этого все необходимые условия». Несколько десятков сотрудников – от генералов до их сыновей.

Полковник понимал, что это лишь проба сил. Прогнётся сейчас – тут же появится ещё один приказ. За ним следующий. А когда кончатся желающие среди министерской элиты, сразу же появятся нуждающиеся в услугах из-за её пределов. Которым не будет никакого конца и края.

Поэтому прямо сейчас Елисеев шёл к тому самому заместителю министра. Старательно пытаясь не думать, почему молчит Тесса. Мысль о том, что их вдруг полыхнувшая страсть могло быть лишь игрой ради информации, была слишком уж болезненной. Но и другая грань, где с Прескотт произошло нечто нехорошее, офицеру совсем не нравилась.

Генерал-лейтенант выскочил навстречу, когда Елисеев собирался сворачивать за угол и они чуть не столкнулись.

– Смотри, куда идёшь полковник. Совсем уже охренели – с такой скоростью носиться. Ты приказ получил? Кто с твоей первой группой пойдёт? Той которую сегодня отправляешь?

Сам Лагов улетел в Лондон, но около Изумрудного Столба остались Василина и Пётр. Которые должны были попеременно водить отряды на ту сторону, командуя Защитниками. Новички из ГУПАПа пойдут внутрь вместе с ними.

– Никто, товарищ генерал. Я не стану брать неподготовленных людей на ту сторону.

– Ты берега попутал, Елисеев? Ккак со мной разговариваешь? Забыл, кто перед тобой.

Кто перед ним, полковник прекрасно знал. Даже его личную машину видел. На которой тот уезжал с двадцатилеткой, оформленной в качестве заместителя какого-то отдела. По антистрессу, наверное. Про всё остальное можно было и не вспоминать – для чего ещё нужны курилки, если там не обсуждают недвижимость руководства.

– Помню, товарищ генерал. И попрошу не вмешиваться в работу моего главка. Если у вас есть претензии – излагайте их министру.

Ответ заставил замминистра побагроветь.

– Министром решил прикрыться? Думаешь тебя твой Лагов от всего убережёт? Ты сейчас субординацию нарушаешь, Володя. Такого тут не прощают.

– Не стоит мне угрожать, товарищ генерал.

– Ах ты…

Увидев его лицо, Елисеев начал разворачиваться, собираясь вернуться к себе. Помимо всего прочего, полковник был в курсе, что генерал обожает орать и биться в истерике, если что-то идёт не по плану. Такого сейчас точно было не нужно. Тогда мог не сдержаться уже полковник. Со всеми вытекающими.

Хлопок. Что-то мокрое, брызнувшее на щёку. Елисеев тут же окружил себя воздушной защитой, принявшись крутить головой по сторонам. Никого. Только мёртвый генерал. Хотелось бы верить, что ещё возможно живой, но без черепа люди вроде не живут.

Он замер, смотря на оседающее тело, которое щедро заливало ковёр кровью и пытаясь осознать произошедшее. А из-за угла вывернула пара беседующих майоров в мундирах. Тут же остановившихся и отступивших назад.

* * *

После превращения парня в серое желе, импровизированная пресс-конференция, которую пытались навязать мне местные журналисты, превратилась в настоящий хаос. Вплоть до того, что мне пришлось использовать усиленный меносом голос, чтобы их успокоить. Каждый хотел заснять место происшествия и лужу, что осталась от репортёра, который стоял рядом с ними.

Единственное, что удалось выяснить полезного – этого парня никто из них не знал. Как он появился рядом, тоже никто не помнил.

Предположение, которое в мою голову пришло первым, британские репортёры озвучили сразу же. Клон. Либо управляемая на расстоянии кукла. Способность, эффективность которой зависела от многих факторов, но всё равно была пугающей.

Ещё я был уверен, что это один из тридцати девяти. Если вычеркнуть Токийского мясника – тридцати восьми пациентов клиники. Решил познакомиться лицом к лицу.

Какой-то логики в этом не просматривалось. Но не зря же они все были пациентами психиатрии.

Незнакомая способность – ещё одна улика в его пользу. Некоторые Защитники могли создавать сторонние конструкции. Одним требовалось время и ресурсы – они выстраивали настоящие инкубаторы, внутри которых выращивали подконтрольных себе существ. Другие делали это на ходу. Были даже те, кто мог оживить и заставить двигаться почти любую мёртвую плоть, если та была достаточно пропитана меносом при жизни.

Однако, именно такой способности, когда вместо человека на полу оставалась лужа слизи, я припомнить не мог.

Чтобы рассечь толпу журналистов пришлось использовать воздушные стены. Они же не дали репортёрам последовать за нами к машинам. А вот звонок Тессе, который я сделал сразу же, как загрузился в микроавтобус, оказался неудачным.

Чуть подумав, отправил сообщение Тадеушу Сковски. Попросил выяснить номер главы британской оперативной команды, которая занималась Столбами. Заодно прокомментировал произошедшее, чтобы он донёс информацию до своих коллег.

Отель, как и транспорт нам обеспечил Дмитрий. В этот раз у нас был не Ритц с его мимикрией под нарочитую тяжеловесную роскошь, а что-то современное, в стиле хайтека.

Арендовано было целое крыло, доступ в которое для остальных гостей согласились закрыть. Поэтому закинув вещи в номер, я вышел в небольшой холл, который располагался тут же и подошёл к боковой стеклянной стене, за которой открывался вид на город. Собирался подумать о том, что сделать приоритетом – вылазки в Золотой Столб, ради которых я прилетел или ситуацию около неизвестного Защитника.

Правда обдумать всё не вышло. Уже через десять секунд я прекратил дышать. Вовсе не из-за того, что со мной что-то случилось. Наоборот – хотел подобное предотвратить. А голова немедленно наполнилась массой флешбеков из прошлого.

Тончайшая медная пыль. Вот, что витало сейчас в воздухе. Дрянь, которая при достаточной дозировке могла вырубить даже Защитника ранга «эпсилон». Либо очень сильно его ослабить. Оружие о котором на этой планете не должен был знать никто кроме меня.