Текст книги "Регрессор: Я сокрушу ваше будущее. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Поэтому он просто стоял и смотрел. До того самого момента, как противник испустил последний вздох и тело детектива не наполнилось ощущением чего-то тёплого. Пронизывающего плоть и скапливающегося внутри.

От неожиданности снова осел вниз. К счастью, в этот раз приземлившись на пятую точку – затормозить удалось почти сразу, как начал съезжать по склону.

Мышцы перестали дрожать только спустя несколько минут. А встав, Ёсида к своему удивлению понял, что колени и поясница больше не болят. Он настолько привык к этой боли, ставшей его постоянной спутницей, что не замечал её. Теперь же бывший полицейский чувствовал себя так, будто сбросил добрый десяток лет.

На лице сама собой появилась лёгкая улыбка – теперь старый японец понимал, ради чего столько людей стремится попасть на эту сторону. Такого результата не добиться никакими таблетками. И главное – он с ним навсегда. Детектив только что стал Защитником ранга «альфа». Как минимум.

Придя в себя, он вернулся к телу и обыскав его, снял с пояса нож и мешочек, полный тонких полосок сушёного мяса. Плюс выделанную из кожи фляжку, наполненную вонючей водой. Пить он её не стал, но вещь забрал себе. После чего уселся на один из соседних выступов похожего размера и стал ждать.

К счастью, больше никто из опасных местных обитателей не появлялся. Несколько раз показывались странного вида ящерицы, которые пытались подобраться к мёртвому телу. Но стоило им понять, что рядом есть кто-то живой, как животные сразу обращались в бегство.

Вернуться назад он с какого-то момента пробовал регулярно. За неимением лучшего, ориентируясь на число ударов сердца. Как только отмерял сотню, снова думал о возвращении назад.

Долгое время ничего не получалось. Пока в какой-то момент мир снова не отсекли чёрные стены. В следующий момент Ёсида оказался на площади перед Столбом и завалился на асфальт – переместился японец в той же сидячей позиции, возникнув посреди воздуха.

Встав, тряхнул головой, прогоняя размытые пятна, которые появились перед глазами сразу после переноса. Вгляделся в ночь, освещаемую установленными прожекторами. И вытащил из кармана телефон, намереваясь сообщить Лагову обо всём произошедшем.

Не успел – по телу прошла крупная дрожь, а сам аппарат выпал, ударившись о землю. Откат от поглощённого меноса пришёл почти сразу после возвращения на Землю. Оказавшись не только быстрым, но и неожиданно мощным. Упавший на землю и содрогающийся в конвульсиях Ёсида сейчас наверняка выглядел не сильно лучше аборигена.

В первую очередь это означало хорошую новость – японец поглотил столько энергии, что плоть не выдержала. Но прямо сейчас детектив думал только об одном – лишь бы никто не выкинул его штаны, если дело дойдёт до госпитализации.

* * *

Личинок были даже не сотни. Скорее тысячи. Разнокалиберных – от совсем мелких до относительно крупных. Немецкие Защитники благополучно пропустили тот момент, когда их можно было накрыть одним прицельным ударом и теперь эта мерзость расползалась по залу, накрывая пассажиров.

В случае с мухами, из зародыша в итоге вылуплялась полноценная особь. Но там и способ их доставки до тела был совершенно иным. Как поведут себя мелкие монстры, исторгнутые телом Гловацкого, в отсутствие носителя, я не знал.

– К аэропорту. Скорее!

Вертолёт чуть повернул в сторону, а в наушниках послышался ломаный английский пилота.

– У нас нет разрешения на посадку. Без него, это запрещено.

Поле разреженного меноса, которое обеспечивало перевод не могло воздействовать на электронику. Но при этом подтягивало слова, если ты видел лицо и главное – губы говорящего. Очень интересный нюанс, по словам учёных обусловленный вывертами нашей психики и спецификой работы головного мозга.

– Просто выведи нас к территории аэропорта. И быстрее!

Тот предпочёл не отвечать. Я же бросив взгляд на громадное здание, к которому мы приближались, посмотрел на экран планшета. Вот и как понять, где находится нужный мне выход? Снаружи постройка выглядела, как гигантский блок из стекла и бетона.

– Франсуа, видишь скопление меноса?

– Конечно, мон ами.

Снова перейдя на английский, канадец указал пальцем на дальнее крыло.

– Вон там. После нескольких стен, но в том районе.

Я повернул к нему голову.

– Идём вдвоём. Под оптическими иллюзиями – прыжками до самого крыла. Потом я попробую достать всех личинок. Твоя задача – искать тех, кто скрылся и сжигать.

– А если они кого-то успели заразить?

– Убивай.

– Но… Вдруг это будет красивая женщина, шеф?

Оторвав взгляд от глыбы аэропорта, я повернул голову к мужчине и тот невозмутимо пожал плечами.

– Красивых женщин надо любить, а не убивать.

Спорить с очевидным тезисом я не стал. Да и сам ответ был исключительно риторическим. Не думаю, что канадец собирался устроить диспут по поводу судьбы заражённых красоток.

Совсем скоро мы очутились около здания аэропорта и я рванул ручку двери, распахивая её. Потом, окружил себя оптической иллюзией и прыгнул, тут же создав под ногами плиту из спрессованного воздуха. Оттолкнувшись, одним махом преодолел пару десятков метров и снова оттолкнулся. За несколько прыжков достигнув крыши громадного здания.

Ускорившись, опять спалил подошвы обуви, оставив отчётливые следы на покрытии крыши. И ударил тонкой нитью кислотной крови, вырубая солидный квадрат под ногами. Оказавшись этажом ниже, шагнул в сторону, позволяя прыгнуть Франсуа и повторил процедуру, пробив путь ещё ниже. Прямо в зал, охваченный паникой.

Вживую крылатые личинки выглядели ещё более отвратительно, чем на экране планшета. Бесформенные комки плоти, к которым крепилось по несколько пар крыльев. Совершенно разного размера – от совсем крохотных до относительно крупных.

Пятёрка немецких Защитников, прикрыв самих себя воздушными щитами, пыталась уничтожить угрозу, но получалось у них из рук вон плохо. Один выпускал струи пламени, зачем-то формируя их у самых рук. Выглядело эффектно, однако абсолютно непрактично. Другая раз за разом метала ледяные диски, создавая те в воздухе и по-моему никого не поражая. Ещё трое попросту пытались ловить и сдавливать в воздушных тисках.

Сами Защитники от угрозы были укрыты, но вот пассажирам повезло куда меньше. По всему залу то и дело падали люди, в которых впились маленькие мясные монстры. Основной нюанс был в том, что потом они ни на кого не нападали. Вместо этого, каждый из поднимающихся с пола устремлялся к одному из выходов.

Сейчас мы находились в своего рода тупике. По левую сторону был ещё один зал с выходом к самолёту, а потом стояла громадная стеклянная стена, за которой открывался мрачный индустриальный вид. Выход располагался справа, куда и пёрла толпа, включая заражённых.

Использовав левитацию, я поднялся под самый потолок. Широко распахнув глаза, попытался расслабиться. Для выполнения какой-то задачи в первый раз, требовалась максимальная концентрация. Которая достигалась исключительно в состоянии покоя. Провернуть такое в бою непросто. Даже если уже делал подобное множество раз раньше.

Наконец получилось. Мир вокруг будто замедлился. Движения людей стали плавными и медленными. Прямо сейчас мой организм работал в режиме полного разгона. Точно так он чувствовал бы себя, мчась на полной скорости в атаку. Только технически я оставался на месте – изменилось лишь восприятие реальности. А нагрузки на мышцы, сердце с сосудами и центральную нервную систему многократно возросли.

Миг и вперёд умчалась туча кислотных капель. Те самые «пули», которыми я хотел прикончить Токийского мясника. Моя концентрированная кровь, отправленная в нужном направлении.

Первая волна успешно уничтожила несколько сотен личинок и пару десяток людей. Вторая выкосила ещё больше. Третью я выпустил буквально через доли секунды, успев до окончания импульса – она должна была накрыть не меньше четырёх сотен целей, которые были слишком низко, чтобы истребить их иначе.

Следом – ударил теплом. Раскалил объём воздуха под потолком, сжигая сотни крылатых монстров разом. Дальше – нагрел ещё один пласт выше. Вниз потёк расплавленный металл, а воздух заволокло запахом жжёного пластика. Пространство между навесным потолком и бетоном было полностью зачищено.

Прикрытый оптической иллюзией Франсуа сместился к центру зала, прицельно отрабатывая по тем личинкам, что были вне моего поля зрения.

Паря в воздухе, сделал рывок к проходу. Снова запустил импульс, ускоряя собственный организм на максимум. Ударил кислотными пулями по личинкам и заражённым, которые заполняли коридор на несколько сотен метров вперёд. Ещё раз. Третьей атакой выкосил уцелевших, а как только импульс спал, пустил в дело тепловую способность.

Франсуа, успешно спаливший тех немногих заражённых, которые оставались в этой части крыла, пробежал внизу, устремившись вдаль по коридору. Я же опустился на пол. Канадец должен справиться – целей осталось не так много. К тому же от меня сейчас толку всё равно будет мало – нужна не работа по площадям, а снайперская ликвидация выживших. У Лебуа, по очевидным причинам, имелось в этом вопросе стратегическое преимущество.

Посмотрев по сторонам, обнаружил множество перепуганных пассажиров. Они поднимались с пола, выбирались из-под пластиковых сидений и стоек соседней кафешки. Самые креативные прекращали притворяться мёртвыми.

Объединяло их одно – шокированное выражение лиц и страх в глазах. Никто из них не видел, кто именно расправился с угрозой. И пусть личинок в воздухе больше не осталось, они всё равно не понимали что происходит – уверенности это никому не прибавляло.

Накрыв всю эту часть крыла и коридор полем меноса для перевода, я расформировал оптическую иллюзию.

– Я Константин Лагов. Глава Корпуса Защитников. Призываю вас соблюдать спокойствие. Угроза устранена и надеюсь совсем скоро здесь окажутся спасательные службы, которые окажут вам всю необходимую помощь.

Голос прокатился по всему крылу, привлекая всеобщее внимание. На несколько секунд установилась тотальная тишина. Стремительно сменившаяся шокированным многоголосьем.

– Вы видели? Это же тот самый русский! Откуда он здесь вообще взялся?

– Больше никогда не буду летать! Поезда – мой выбор. Ганс, вытри за собой и уходим.

– Посмотри на него! Только посмотри! Как думаешь, если спрошу телефончик, он даст? И зачем я сегодня это худи гигантское надела… Сиськи даже не видно.

– Что это нахрен было… Это ведь всё сон, да? Кто-нибудь, скажите мне, что это сон…

Слишком много голосов. Сразу и со всех сторон. Пришлось приглушить собственную чувствительность, чтобы мозг не перешёл в режим раздражения из-за обилия звуков. Только после этого я вдруг понял, что вибрирует телефон, лежащий в кармане штанов.

Достав аппарат, увидел номер Рё Ёсиды и клацнул по кнопке, принимая вызов. Правда, когда приложил телефон к уху, услышал только непонятные слова на японском. При личной встрече, я использовал поле перевода, вот он и решил, что отлично знаю язык.

– Извините, вы можете повторить то же самое, но на английском?

Не успел я озвучить свою просьбу, как действительно услышал английский. Только говорили прямо передо мной. Та самая немка с волосами, собранными в косу и двумя топорами.

– Кем бы вы ни были, немедленно положите телефон и заведите руки за голову. Вы задержаны по подозрению в массовом убийстве.

Глава XI

Тадеуш Сковски успел. К моменту, когда он отчаянно спеша, добежал до нужной части терминала, здесь ещё не было даже местной полиции. Только поток изумлённых и напуганных людей, который валил навстречу. А ещё – трупы, сожжённый подвесной потолок и множество ошмётков плоти, как будто разъеденных кислотой.

Два Защитника, что оставались в вертолёте, выпрыгнули первыми и не слишком удачно – оказались в поле зрения местного спецназа. Разрешения на посадку им никто не давал и пусть Сковски уведомил об этом немецких коллег, до выдвинувшегося к аэропорту подкрепления, информацию не довели.

На удостоверение сотрудника Агентства и крик о том, что внутри их люди, они отреагировали тоже почти без понимания. Однако, останавливаться и разбираться Тадеуш не стал. Не до этих сейчас дуболомов. С чего они вообще взяли, что для них тут найдётся работа? На фоне Защитников, обычные бойцы смотрелись даже не пушечным мясом, а движущимися мишенями, которые тем требовалось поразить.

В здании царила паника – люди вываливались из проходов, заполняя пространство рядом со зданием. Отчасти потому спецназ его и упустил. В противном случае любители исполнения всех известных норм и законов, наверняка бы попытались задержать.

На втором этаже пахло дымом и кровью. Проскочив мимо какой-то девушки, которая пыталась стянуть с себя громадное худи, пока подруга тащила её за руку, поручик наконец увидел Лагова. Диспозиция, правда, вызывала вопросы – около него стояли те самые пятеро немцев, которых они видели на экране планшета.

– Вы должны немедленно сдаться. Встаньте на колени и заведите руки за голову! Иначе нам придётся применить силу.

Лагов снова использовал свой фокус с переводом чужих языков – Тадеуш не мог даже сказать, на каком именно языке сейчас говорила светловолосая немка с двумя топорами. Его разум воспринял их, как произнесённые на польском.

Угроза была прямой и открытой. Но Лагов её всерьёз не воспринял – русский внимательно слушал, что ему говорят по телефону, который он держал около уха.

– Такого не должно быть. Но раз так вышло, вы можете рассчитывать на компенсацию с моей стороны. Что до Пак Джин Хо – если вдруг увидите, передайте ему мою благодарность и пожелание процветания. Как только получится выкроить время, мы непременно встретимся.

Немцы переглянулись. Светловолосая валькирия, вооружённая парой топоров, взмахнула одним из них и воздух зашипел, на миг наполнившись искрами. Какой бы ни была её способность, со стороны это выглядело внушительно.

– Я требую немедленно…

Убрав телефон от уха, Лагов немного изменил тембр голоса, перебивая её.

– Десять секунд тишины.

Интонации были такими, что немка замерла, поражённо смотря на него. А когда шок прошёл и девушка снова открыла рот, Защитник уже прервал телефонный разговор, убрав аппарат в карман. Говорить он тоже начал первым.

– Перед вами командующий Корпусом Защитников. Я только что предотвратил акт биологического террора. Позвольте поинтересоваться вашим уровнем интеллекта, фройляйн. Почему вы так активно ищете проблем там, где их искать совсем не надо.

Тадеушу показалось, что щёки валькирии заметно покраснели, заливаемые румянцем.

– Как вы смеете? Убиты десятки людей!

– Заражённых людей. Мёртвых носителей биологического оружия. Выйди хотя бы один наружу и подобное могло повториться уже в масштабах Берлина. Тогда, вам не смог бы помочь даже я.

На миг Сковски представил стратегию борьбы с подобной заразой. Блокировать трассы, выстроить защитные линии в промежутках между ними и… А что делать, когда толпы пойдут напролом? У армии банально не хватило бы бомб с ракетами, чтобы их перебить. Оставалась только артиллерия и пехота, на которую ляжет основная нагрузка. Альтернатива – скромный ядерный удар по столице Германии, со всеми издержками этого решения.

– Это неизвестно! Возможно их можно было бы спасти.

Тадеуш наконец оказался на расстоянии, с которого можно было не кричать, а просто громко говорить. Чем поручик немедленно воспользовался.

– При всём уважении, это было невозможно, пани. Тадеуш Сковски, Агентство внутренней безопасности Польши. Не раскрывая деталей – семеро наших военных были убиты точно таким же способом.

Взгляды всей пятёрки немцев обратились на парня, который после секундной паузы, продолжил.

– Самое паскудное – после заражения они становятся подконтрольны паразитам и теряют свободу воли. Боюсь, все внутри кого оказались эти мелкие твари, были обречены.

Германцы обменялись взглядами, переваривая новую информация. А вот Лагов поднял глаза от экрана телефона, который снова достал. С мрачным видом обвёл всех взглядом, остановив его на Сковски.

– Свяжитесь со своим шефом, поручик. Мне понадобится он сам и все его европейские коллеги. Максимум через час.

* * *

Первое моё впечатление после звонка Ёсиды – шок. Японец не просто оказался втянут в Чёрный Столб, оказавшись в Корее. Всё произошло сразу после того, как он обнаружил важное доказательство. А за секунду до этого исчез его источник, который отправился в том же направлении.

Таких совпадений не бывает. Я не мог припомнить случая, когда Столб забирал бы людей из локации, одного за другим. Единственный вариант – если это была эмоционально связанная пара или близкие родственники, которые хорошо общались между собой. Но не отдельные люди, что просто оказались рядом.

Перемещение Марковых в Оранжевый мир и последующее исчезновение Михаила в Изумрудном, куда он отправился из Лагоса, казались мне аномалией. Теперь же выстраивалась система. Сам факт наличия которой изумлял до глубины души. Складывалось отчётливое впечатление, что кто-то специально направлял действия Столбов.

Незадача была в том, что для подобного нужно было не просто иметь возможность запустить процесс переноса, что само по себе, уже казалось невероятным. Чтобы настолько точно изъять сначала Маркова, пытаясь его спасти, а потом забрать Ёсиду, пробуя того убить, нужно было видеть общую картину. Смотреть на всё своими собственными глазами.

Предположений по поводу того, как и кто мог нечто подобное реализовать, у меня не имелось. А детектив, будто этого мало, прислал фотографию списка пациентов, о которой я его попросил. Тридцать девять человек. Среди которых мне сразу же бросился в глаза одно имя. Анджей Гловацкий. Толстяк, который только что едва не начал заражение всей Германии.

– Я немедленно свяжусь с шефом.

Молодой поляк, который несколько секунд с интересом рассматривал мой телефон, наконец ответил. А рядом послышался голос немки.

– Вы не можете никуда уйти. Никто вас не отпускал.

Тараканы в её голове были размером с черепаху. Однако, это точно не было моей проблемой.

– Боюсь, даже если вы очень захотите, всё равно не сможете меня остановить.

Удивительно, но когда я сделал шаг в сторону, она тоже сместилась, преградив мне путь. При этом девушка была «бетой». По моим ощущениям, очень близкой к тому, чтобы прорваться на третий ранг, но пока этого уровня не достигшей.

– На колени. Руки за голову.

Я всегда старался быть сдержанным. Жизнь кровью и болью вбила простую истину – эмоциональные решения слишком часто приводят к провалу. Но сейчас… Раздражение поднялось откуда-то из глубины, заставив меня шагнуть к ней навстречу. Искры около её топоров не заметил бы только слепой – у неё имелась какая-то способность, связанная с металлом и электричеством. Наверняка мощная. Из тех, что внушают тебе полную уверенность в своих силах.

Упустила она всего один важный момент – забыла с кем говорит.

Миг и металл топоров обратился полноценной лавой, что громадными раскалёнными каплями тяжело рухнула вниз. Женщина непонимающе моргнув, отпрыгнула назад. И тут же упала на колени, придавленная воздухом. «Эпсилон» против «беты» – у неё не было ни единого шанса.

Один из её соратников начал было поднимать автомат, но тонкая нить кислотной крови рассекла оружие и тот замер, ошеломлённо смотря на падающие вниз куски металла.

– Мне всё ещё стоит завести руки за голову? Или вам такая ролевая игра уже не интересна, фройляйн?

Сейчас, когда я присмотрелся к её лицу, стало понятно, что это вовсе не женщина. Девушка лет двадцати пяти. Просто лицо слишком мрачное, какое-то чуть обветренное и без грамма косметики. Да и черты были крупноваты, что заставляло считать её старше.

– Яростный взгляд был устремлён на меня, а губы дрожали от гнева.

– Вы не можете так поступать. У вас нет полномочий.

Прозвучало это настолько удивительно, что я на миг впал в настоящий ступор. Потом вспомнил, где нахожусь. Германия – страна, в которой нет кондиционеров, банки требуют отчёта за каждый платёж в тридцать евро, а студенты-соседи считают расход воды каждого и считают это нормальным. Рай для поклонников бюрократии и адское пекло для всех остальных.

– Я возглавляю Корпус Защитников. Не хочу расстраивать, но мои полномочия заканчиваются только там, где захочу я сам.

Камеры в этой части терминала были благополучно уничтожены раскалённым воздухом, а вокруг не было никого кроме Тадеуша и Франсуа. Эту же пятёрку немцев нужно было поставить на место. Наглядно продемонстрировав, что мешать мне не стоит.

Тем более причины спешить и срезать углы у меня имелись. Отныне я был уверен, что мне противостоит некто разумный. Который возможно был в курсе, что Ёсида выжил в Чёрном мире и оказался в Сеуле. А как только оклемался – связался со мной.

Вопросов по поводу того, как всё это работает, с кем я могу иметь дело и почему Ёсиду сразу же не загребло в другой Столб, у меня было множество. Но задавать их сейчас было некому, так что всю эту груду я оставил на потом.

Благодаря японцу, теперь у меня имелись факты. Сразу тридцать девять. Которых требовалось отыскать и нейтрализовать. Уверен, одно из японских имён списка скрывало за собой Токийского мясника. Вторым оказался Гловацкий. Те трое, что вырезали группу американцев, отличались – одиночками они не были. Но что-то подсказывало – тоже могли быть связаны с этим списком.

Продолжать диалог с немкой дальше, я не стал. Зато продолжал удерживать её при помощи сжатого воздуха вплоть до момента, когда оказался около спуска вниз. Для закрепления материала.

Франсуа, оптическую иллюзию сбросил только после того, как мы спустились по эскалатору на первый этаж. Заставив вздрогнуть Тадеуша, который как раз пытался объяснить работнику аэропорта, что где-то там в стороне, сейчас может произойти обрушение части потолка из-зз раскалённой лавы.

Сразу после этого на втором ярусе сработала система пожаротушения и этаж начала заливать жидкость. Аэропорт – место, напичканное колоссальным количеством датчиков. Чудо, что всё это дело не сработало раньше.

Василина с Петром нашлись сразу после выхода. Общались о чём-то с офицером, на ломаном английском.

– О, а я как раз пытаюсь доказать, что мы в самом деле из Корпуса.

Посмотрев на Василину, которая озвучила эти слова, я вспомнил с чего начались их проблемы в Лодзи. Имейся тогда убедительный аргумент в пользу того, что они в самом деле из Корпуса, никакого конфликта не возникло бы. Требовалось что-то придумать. Чем быстрее – тем лучше.

Моё появление все вопросы о принадлежности к Корпусу сняло. Я же отправил сообщение Дмитрию, дав указание максимально быстро подобрать помещение под пресс-конференцию.

Ответ пришёл почти сразу. «Павел Олегович Твардовский найден и нанят. Только что приступил. Он сам займётся поиском.»

Вот и первая за сегодня, хорошая новость. Теперь, как минимум, направление позиционирования, брендинга и работы со СМИ закрыто полностью. Уверен, он ещё и весь маркетинг под себя подомнёт. Как и всё остальное, что как-то касается его компетенции. Но это даже к лучшему. Мне бы ещё таких «вице-президентов компании» хотя бы парочку и можно было бы солидно разгрузить Дмитрия. Слишком много всего на него сейчас сходилось – от стратегических задач, которые больше некому было разобрать, до тактики.

И пусть он нанял себе небольшую универсальную команду, которая была готова помочь в самого разного рода вопросах, было бы лучше разбить всю деятельность на несколько крупных кластеров. Каждым из которых занимался бы отдельный человек, а Дмитрий курировал их деятельность.

Контакт для связи с Твардовским, парень мне тоже сбросил. Вернее чат на трёх человек, включая самого Дмитрия – чтобы тот тоже был в курсе происходящего.

Как я и думал – рассыпаться в благодарностях, старый преподаватель не стал. Вот задачей заинтересовался – не столько даже поиском места, сколько контактами с медиа. А после отправленного ему голосового сообщения, заявил, что немедленно займётся подготовкой пресс-релиза и приступит к рассылке сразу, как будет определённость с местом проведения.

– Видеоконференция тебя устроит?

Оторвав взгляд от телефона я повернулся к Тадеушу, который всё это время обсуждал со своим руководством возможность коллективной встречи координаторов европейских команд с моей персоной.

– Я её и имел в виду.

– Тогда через час двадцать всё организуют. Но у моего командира есть один вопрос…

Смотря на замолкшего парня, я вопросительно взмахнул рукой и тот продолжил.

– О чём ты сегодня хочешь рассказать прессе?

* * *

С чем именно хочу выйти к журналистам, я ему рассказывать не стал. Отчасти из-за того, что не хотел давать полякам большую фору, чем всем прочим. А частично – потому что сам не знал, какие именно слова озвучу.

Вот видеовстречу, провести согласился. Прямо сейчас находясь в ситуационном центре немецкой службы по защите конституции и смотря, как на больших экранах появляются прямоугольники с изображением моих будущих собеседников.

Командиры оперативных групп стран Евросоюза. Те, у кого были ресурсы и полномочия искать нужных мне людей. А после сегодняшних события в Берлине, ещё и заинтересованность. Никому не захочется, чтобы в его стране появился кто-то вроде Гловацкого.

В паре случаев офицеров хотели заменить руководители служб, которые подобные команды курировали. Но я настоял, что участвовать должны исключительно лидеры групп. Вероятность встретить среди них бюрократа, карьериста, коррупционера, идиота или человека, который объединял в себе все четыре грани, была невелика. На расстрельные должности выдвигали тех, кого не жалко. Людей из-за пределов локальных систем и кланов. При этом достаточно умных, чтобы справиться со своими задачами, а не сочинять начальству опусы, что «у нас тут Мюнхен сгорел и мы просрали все полимеры, но тому не наша тупость виной, а происки врагов республики, бабулей клянусь».

Поэтому, свежесозданные структуры работали быстрее и лучше ведомств в целом. Как бы смешно это ни звучало, выкинув туда худших с точки зрения руководства, службы сформировали команды из лучших спецов, которые у них имелись. Особенно, если вспомнить, что для подобной работы требовался некоторые креатив и свободный полёт мысли. Люди с тоннельным мышлением для неё не годились в принципе.

– Все на связи. Можно начинать.

Говорил Тадеуш на польском, но я его прекрасно понял – поле перевода накрывало всю комнату, из-за чего порой барахлили некоторые мониторы.

– Столбы упали на Землю первого мая и стали неожиданностью для большинства людей. Но не для всех.

Стоило мне закончить первое предложение, как любое движение на экранах прекратилось. Руководитель немецкой оперативной команды, который физически присутствовал в помещении, даже движение рукой остановил.

– У меня есть имена тридцати девяти человек, которые знали о падении Столбов заранее. Возможно видели их во время своих приступов.

Отмерли. Начали двигаться, поглядывая по сторонам и что-то у себя фиксируя.

– Приступов?

Вопрос задал глава румынской группы – мужчина лет сорока, в забавном мундире.

– Все они были пациентами одной из психиатрических клиник Японии.

Лица большинства моих собеседников стали изрядно озадаченными.

– Мне послышалось? Вы сказали, что они пациенты психиатрической клиники?

Теперь высказался испанец. Но судя по живой заинтересованности, в том или ином формате, этот вопрос хотели задать все.

– Были пациентами. Анджей Гловацкий, который сегодня пытался атаковать Берлин, из их числа. Есть все основания считать, что остальные тоже способны на подобные действия. Возможно некоторые из них участвовали в Венском инциденте.

Ещё одна пауза. Сидели и осмысливали, смотря на меня. Потом шевельнулся глава немецкой группы. Сомкнув пальцы в замок, посмотрел на меня.

– Как именно вы предлагаете с ними поступить?

Повернув голову, я глянул на него в ответ. И принялся излагать свой нехитрый план. Отыскать, оценить и нейтрализовать. Возможно попытавшись побеседовать с кем-то из них, но без лишней зацикленности на этом вопросе. Примеры Токийского мясника, получившего свою способность в прошлый раз и Анджей Гловацкого, обрётшего его сегодня, указывали на одно – миндальничать с ними будет плохой затеей. Если каждый настолько же опасен, выход только один – полная ликвидация.

В списке пациентов, который нашёл Ёсида, не было указано гражданство – имелись только имена и фамилии. Однако, этого уже было достаточно, чтобы сделать первые выводы. И пусть ориентироваться на фамилию в современном мире, где турки рождаются и вырастают в берлинских кварталах, а условные итальянцы могут иметь своё комьюнити в Бангкоке, не слишком рационально, однако это был хотя бы какой-то ориентир.

Семнадцать человек из списка имели нужные фамилии – на них европейцы должны были сосредоточиться в первую очередь. Правда, как минимум пятеро, скорее напоминал американцев, а несколько запросто могли быть уроженцами Латинской Америки. Тем не менее, оптимально было проверить их всех.

Елисееву я этот список тоже отправил. Двое оттуда напоминали соотечественников. Да и всех остальных проверить тоже не помешало бы.

Проблемой оставались страны Азии и Латинской Америки. Плюс, сами Штаты. Попытка моей ликвидации тонко намекала, что сотрудничать они желанием не горят. При этом сейчас ситуация развивалась совсем не так, как в прошлый раз – мои действия полностью изменили её динамику и я потерял своё преимущество. Пустить всё на самотёк тоже было никак нельзя. Если их Защитники выйдут из под контроля и примутся рвать страну по кускам, остановить тех будет крайне сложно. Если вообще возможно.

Зато у меня вышло наладить контакт с командованием оперативных групп Европы. Во всех смыслах – теперь у них появился мой номер телефона, а список контактов моего собственного устройства, серьёзно пополнился.

Раньше я планировал максимально долгое время оставаться в тени. Однако сейчас всё изменилось. Появление списка пациентов психиатрии перевернуло весь смысл ведущейся партии – теперь мне требовалось не просто направить человечество по нужному пути. Оказалось, что по другую сторону большой доски тоже кто-то есть. И он способен двигать фигуры. Чтобы спасти Землю, требовалось его переиграть.

Личность потенциального противника оставалась загадкой. Второго путешественника во времени, можно было отсечь – никто из Защитников не был способен управлять Столбами. Удалённое наблюдение за объектами на гигантском расстоянии друг от друга – задача тоже нетривиальная. Даже если есть нужная способность, потребуется десятый или одиннадцатый ранг, чтобы спокойно следить за объектом, находясь с ним на разных материках. Настолько сильных Защитников пока не появилось. Даже проводи кто-то по двадцать четыре часа в сутки по ту сторону и непрерывно охотясь, этого всё равно было бы мало для достижения такого ранга.