Текст книги "Ночная Охота (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)

Глава XVIII

Сделка с эльфом прошла гладко. Даже слишком. Мы поняли друг друга без лишних реверансов, сойдясь на том, что живые и платёжеспособные клиенты выгодны обеим сторонам. На миг я даже хотел поинтересоваться, не знает ли он, где обналичить китайские ценные бумаги. Но чуть подумав, благоразумно промолчал. Слишком крупная сумма, чтобы сходу вываливать её на стол перед магом. Лишнее доверие в Нижнем городе убивает быстрее пули.

Вернувшись в студию, вывалил свои приобретения на матрас.

Две плотные, похожие на жевательную резинку пастилки. Съедобный регенератор. Аналог того зелья, что вытащило Дарью, только спрессованный для полевых условий. Разжевать – и ткани начнут срастаться быстрее. Молниеносная регенерация. Мне – если только совсем на крайний случай. А вот Тэкки-тапу может пригодиться.

Десяток пастилок поменьше, бледно-жёлтых, в промасленной бумаге. Стимуляторы. Кратковременный разгон мышц и реакции – минут на десять-пятнадцать. Потом откат. Больше трёх за сутки – сердце может не выдержать. Стоили дешевле, поэтому взял все, что были.

Дальше пошли аргументы посерьёзнее. К моему удивлению, у Владислава обнаружился выход на оружейные артефакты. Как и они сами – в свободной продаже.

Две зажигательные гранаты – размером с бильярдный шар. Тёмный корпус, тёплый на ощупь. Полметра от эпицентра – расплавит почти всё. Дальше – как повезёт, но радиус поражения живых существ около пяти метров.

Четыре светозвуковые. Слепящая вспышка, грохот и дезориентация. Плюс белый туман, что заливает всё вокруг.

Ещё четыре – алхимические. Ядовитая пыль, которая разъедает всё, чего касается. От металла и пластика до плоти. Владислав рекомендовал минимум пять минут, не соваться в место поражения.

Десять гранат. У портового гоблина. Неплохой арсенал.

В дополнение – шесть бронебойных артефактных патронов. Тусклая, тяжёлая сталь, покрытая мелкой вязью. Калибр мой – идеально подойдут под револьвер. По словам эльфа, убойная мощь колоссальная. Шесть штук – ровно на один барабан. Правда, оружие потом скорее всего придётся выбросить. Да и не факт, что оно спокойно выдержит все шесть выстрелов. Для таких боеприпасов нужна особенная сталь.

Это было не всё. В кармане лежал клочок бумаги с адресом. Контакт скупщика – надёжного, по рекомендации эльфа. Берёт стволы, ножи, снятые с трупов побрякушки. Без вопросов. Завтра сброшу всё лишнее, что копилось после зачистки Драконов. Только сначала присмотрюсь. Гарантии Владислав давал железобетонные и лгать ему, смысла вроде не было. Но для начала стоило взглянуть на всё своими глазами.

Гранаты убрал в вентиляционную нишу за шкафом. Таскать все десять с собой – идиотизм. Брать по ситуации. Пастилки – во внутренний карман куртки, рядом с кубиками. Патроны – в отдельный свёрток, к револьверу под подушкой.

Дарья спала. Свернулась на боку, обняв подушку обеими руками. В этот раз не голая – надела футболку.

Собственное тело гудело от усталости. Так что я стянул ботинки и рухнув на матрас, мгновенно провалился в темноту.

Новое утро, которое на самом деле вечер, началось с недовольного взгляда Дарьи, которая сидела на своей кровати и сверкала глазами.

– Мне нужен ключ от комнаты, – заявила она, увидев, что я начал подниматься.

Крепнет на глазах. Несколько дней назад не могла встать без помощи. Теперь качает права и требует независимости.

– Ключ подождёт, – я встал. – Ты пока даже пятьдесят метров по прямой сама пройти не сможешь. А в драке тебя уделает даже ребёнок. Как станет лучше – получишь ключ.

Дарья тяжело вздохнула. Пробормотала что-то о невозможности спуститься и просто поесть. Возможно и ещё что-то говорила, но этого я уже не слышал – пошёл в ванную.

От предложения принести еду сюда, девушка отказалась. Пришлось спускаться. И вновь становиться локальным центром внимания. Неуютно. Да и разговоры моментально переключались вокруг. А я хотел послушать, что народ судачит о разгроме «Драконов».

Рыжеволосая и правда была зверски голодна. Смолотила фирменную лапшу в бульоне, глубокую тарелку жареного риса со свининой и кусок абрикосового пирога.

Когда я доедал свой, уши вдруг уловили голос Мэй, доносящийся из кухни.

– … опять два бутылка! – шипела бабушка. – Каждый вечел! Ты скоро здесь всё пропьёшь, старый дулак!

Олег пробубнил что-то неразборчивое.

– Мне всё лавно? Андлюшке тоже всё лавно? – похоже китаянка была в настоящей ярости. – Когда тебя полиция забелёт – кто будет помогать?

Обычный семейный быт Дальнего. Хотя немного жаль. Бабуля – она вроде норм. И внук у них неплохой.

Ко мне это никакого отношения не имело, так что я помог Дарье подняться наверх. Потом провёл для Тэкки урок телефонной грамотности. Пока на своём аппарате. Но сегодня, после визита к скупщику, я планировал взять ему собственный. Пока же варраз двинул в мастерскую. Ждать свенга, который притащит новую партию ножей для заточки.

Я же продолжил сидеть в телефоне. Теперь уже по делу. Искал и изучал всё, что мог найти на капитана Маркова.

Биографические данные и его предыстория меня не интересовали. Мозг сканировал его социальные сети и искал паттерны. Где он пьёт кофе? В какие рестораны Верхнего города водит свою жену? Во сколько обычно появляется на работе? Где он в конце концов живёт? И каким образом его лучше подловить?

Спустя полчаса в голове сложилась карта его перемещений. Сегодня – только посмотреть. Где бывает. С кем ходит. Как выглядит вживую. Первый коррумпированный полицейский в моей новой карьере. По крайней мере из тех, кого я абсолютно осознанно возьму за глотку. Раньше имел дело только с продажными менеджерами. Те хотя бы не носили оружия. Как правило.

Сунув револьвер за пояс и накинув куртку, спустился к чёрному ходу для постояльцев. И едва не врезался в Олега.

Старик стоял у порога. От него густо несло перегаром, взгляд бегал по сторонам. Только что зашёл снаружи похоже.

– Рил-тап, – хрипло засипел дед. – Там это… Покупатели нарисовались на мотоцикл. И у них пара вопросов, значицца имеется. Ответишь?

Глава XIX

Выбора особо не было. Идти на попятную и прятаться в студии – глупо. Проскользнуть мимо них незамеченным в собственном дворе – не выйдет. Да и на улицу я в любом случае собирался.

– Отвечу, – бросил я через плечо Олегу и обойдя его, шагнул за порог.

Двор. Темно и сыро. Тусклый свет из окна лапшевни выхватывал фигуру Василия, который жался к стене сарая, бледный и напряжённый. А рядом с моим мотоциклом стояли двое. Человек в потёртой кожаной куртке и здоровенный свенг.

Запах ударил раньше, чем я разглядел лица. Табак, немытые тела. И плюсом – металлический привкус оружейной смазки и пороха. Оба вооружены. Стволы под одеждой.

Парень в куртке лениво пнул переднее колесо. Повернул голову.

– Твоя техника на продажу, зелёный? – наглый голос с хрипотцой.

Не люблю, когда нарушают договоры. Олег с Василием должны были продать мотоцикл сами. Найти покупателя, провести сделку, отдать мне долю. А вместо этого они вывели этих уродов прямо на меня. Василий вовсе сделал шаг назад, сливаясь с тенью. Мамкин бизнесмен.

Ситуация неясная. Двор тесный. Оба вооружены. Вступать в клинч сходу – глупо. Сначала бы понять расклад.

– Типа того, – остановился в трёх шагах от них. – В чём вопрос?

Олег за спиной нервно хмыкнул.

Парень в куртке ухмыльнулся. Переглянулся со свенгом. Тот оскалил клыки.

– Вопрос в том, откуда у мелкого зелёного придурка вроде тебя вообще такой аппарат, – процедил он, шагнув ко мне. – Мало того, что сто процентов краденый, так ещё и перепроданный раз пять. Красная цена – сотня. Но мы сегодня добрые. По доброте душевной отвалим аж триста.

Триста. Любимая цифра любого тракториста. Дурацкий боян из прошлой жизни всплыл так некстати, что я едва не усмехнулся.

Пальцы свело судорогой. Когти рвались наружу, готовые вспороть глотку этому щедрому переговорщику. Челюсть свело. Внутренний зверь бушевал.

– По доброте душевной? – машинально повторил я.

– Ага, – парень кивнул. – Потому что мы парни из «Ржавых». Славные ребята. Никого не кидаем.

Сумму мы изначально обсуждали совсем иную. Но теперь хотя бы понятно, почему так трясёт Василия. Идиот притащил сюда пару бандитов, чтобы продать им мотоцикл убитого мундира. И как будто этого мало – даже не потрудился обеспечить себе какое-то прикрытие. Чтобы его не могли раздавить парой слов. Вот прямо как сейчас.

Первая мысль – завалить обоих прямо здесь. Вбить нож между рёбер наглого «разводящего» передо мной, порвать глотку орку. Втянуть запах свежей крови.

Хотя, нет. Есть у меня другая идея. Куда лучше.

– По рукам, – сказал я. – Забирайте.

Свенг удивлённо хрюкнул. Парень в куртке оскалился. Потом вытащил из кармана несколько смятых купюр. Пересчитал. Протянул мне.

– Вот видишь. С нами всегда можно договориться, – он уже садился на мотоцикл, забрав ключи у Василия. – Катайся тут, зелёный, не ссы. Если обижать кто станет – заходи. Разберёмся.

– Куда заходить-то? – поинтересовался я.

Оба заржали. Свенг перекидывал ногу через седло.

– Старые склады за рыбным рынком, – бросил парень, запрыгивая сзади. – Четвёртый ангар. Спросишь «Ржавых».

Мотор взревел. Байк с пробуксовкой вылетел со двора в темноту. Что ж. Я запомнил. Склады. Рыбный рынок. Четвёртый ангар.

– Чего ты их не порвал? – голос Василия дрожал, но в нём слышалось презрение, вылезшее наружу, как только опасность миновала. – Раз ты такой крутой, зелёный, то чё слился?

Я повернулся к нему. Парень мгновенно попятился и вжался в стену.

– А сам почему не договорился? – спросил тихо. – Ты же мотоцикл продавать собирался. Коммерсант.

Отсчитал полтинник. Сунул в руки Олегу, который так и маячил рядом. Ещё двести пятьдесят – в карман.

Василий скривился, смотря как отец забирает деньги. А я развернулся и зашагал в темноту. Не знаю насчёт этой пары, но вот меня ждала долгая напряжённая ночь.

Глава XX

Улицы изменились. Это чувствовалось не столько глазами, сколько кожей.

Город зажимали в тиски. Патрулей стало ещё больше, и двигались они теперь иначе. Исчезла расслабленная агрессия. Мундиры вели себя так, как будто готовы убить любого из прохожих. Вернее, они такими и были.

В вечернем небе порой скользили дроны. Не те старинные тарахтелки, десяток которых для отчётности висел над портом круглосуточно, на самом деле ничего не фиксируя, а куда более новые модели.

Шагать по такому району с сумкой, набитой трофеями – не лучшая затея. С другой стороны, сейчас эти типы готовы пустить в расход любого вооружённого гоблина.

Армейская вакса, дешёвый казённый табак и кислый пот. Патруль – за полсотни метров. Четверо. Ныряю в густую тень между складами. Пятна света скользят по стенам. Прошли. Выдыхаю, двигаюсь дальше.

На углу под жёлтым фонарём – наливайка. Грязные окна, «отремонтированная» фанерой дверь. Снаружи на перевёрнутых пивных ящиках сидят двое. Работяги, от которых тянет рыбой и машинным маслом. Перед ними – бутылка сивухи и пара пластиковых стаканчиков.

Замер в тени водосточной трубы. Пройти мимо незамеченным можно, но слух зацепился за обрывок.

– … говорю те, в ноль вырезали. Всю верхушку, япь, – бубнил первый.

Второй недоверчиво хмыкнул.

– Да хорош гнать. «Драконы» там сидели так, что хрен подступишься. Стволов немеряно, маги. Кто их вырежет?

– Там резня была, как на бойне, – первый пьяно махнул рукой, едва не сбив бутылку. – Мундиры всё оцепили. У всех убитых морды изрезаны. И говорят кого-то из полиции вальнули. Они потому и лютуют, твари.

Чокнулись пластиком. Выпили.

Я скользнул дальше в темноту. Маркетинг страха работал. Слухи расходились по порту быстрее газетных заголовков. Пусть бандиты боятся и прислушиваются к звуками по ночам.

Нужный адрес – в трёх кварталах от рыбного рынка. Старое полуподвальное помещение кирпичного дома. Окна закрашены белой краской. Над массивной дверью – выцветшая вывеска «Прачечная».

Сразу к двери я не пошёл. Пересёк улицу, зашёл в проулок напротив и превратился в изваяние. Наблюдение – основа выживания.

Минут через пятнадцать к подвалу подошли двое. Кепки, поднятые воротники. Один со спортивной сумкой. От них совсем не пахло бельём. Свежий порох, адреналин, чужая кровь. Юркнули внутрь. Ещё через десять минут вышли с пустыми руками, довольные. Хорошо. Первое подтверждение получено.

Ступени вниз. Дверь тяжёлая, обитая железом. Предбанник, заставленный плетёными корзинами.

Двое молодых свенгов. Зелёная кожа, едва пробивающиеся клыки, спортивные костюмы. Девушка сидела на корзине и жевала жвачку, щёлкая пузырями. Парень стоял у стены – поза расслабленная, но из корзины с бельём около его правой руки отчётливо тянуло металлом и оружейной смазкой.

– Чё надо, зелёный? – девица окинула меня взглядом. – Бельишко постирать принёс?

– Пришёл скинуть лишний металлолом, – окидываю её взглядом. – От эльфа-торговца, который любит печально прибухнуть.

Переглядка. Улыбки меняют формат – теперь там понимание и даже что-то вроде лёгкой вежливости. Свенга указывает рукой внутрь.

– Тебе к Магре. Топай прямо, гобл, – озвучивает девушка. – И без резких движений. Маман их не любит.

Семейный бизнес. Мать на хозяйстве, дети на фейс-контроле.

Толкнул внутреннюю дверь. Шагнул внутрь. И едва не задохнулся.

Стена влажного, обжигающего жара. Он повсюду. Плюсом – моё обоняние сходит с ума. Концентрированный удар хлорки, щёлочи, кипятка и промышленного мыла разом вырубил обонятельный радар. Я перестал чувствовать живых. Не мог уловить металл оружия или кровь. Сейчас мне можно было подойти вплотную и приставить нож к горлу – не почуял бы. Хотя мог услышать.

Зверь внутри взвыл от ярости. Впервые за недели он потерял нюх. Странное ощущение. Работать без носа – как ходить с завязанными руками.

Магра стояла между четырьмя кипящими чанами. Массивная орчанка в прорезиненном фартуке. Мощные руки блестели от пота. Металлическими щипцами вылавливала из чана окровавленные куртки и перекидывала в следующий. Те растворялись, превращаясь в пену. Медитативное зрелище.

Повернула ко мне крупное лицо. Ни капли интереса. Даже в глазах ничего не мелькнуло.

– Вываливай, – указала щипцами на металлический стол.

Я расстегнул сумку. И вывалил содержимое. Прилично, стоило признать, получилось.

Магра отложила щипцы. Подошла. Молча порылась пальцами. Всмотрелась в часы, которые я снял с убитого вьетнамца. Оглядела мобильники.

– Триста пятьдесят, – прогудела массивная свенга.

– Пятьсот пятьдесят, – ответил я. – Одни часы тянут на пятьсот, минимум.

– В Верхнем они и на штуку потянут, – ухмыльнулась орчанка. – Но тут не Верхний. Четыреста.

– Пятьсот, – парировал я.

Магра уставилась на меня. Пошевелила губами.

– Четыреста пятьдесят, – наконец озвучила она. – Окончательное предложение, гобл.

Четыреста пятьдесят. Чистые купюры из жестяной коробки.

– Возможно зайду ещё, – сказал я, убирая деньги в карман.

– Заходи, – Магра уже вернулась к чану. Щипцы подцепили изрезанную ножом куртку. – Условия те же.

Ступеньки наверх. Мимо молодняка. Толкнул дверь. Ночной воздух ударил в лицо и мир вернулся. Никогда ещё портовая вонь не казалась такой родной. Зверь встряхнулся, как после воды. Радар заработал.

Сумка пуста. В кармане – четыреста пятьдесят. Плюс две с половиной сотни от «Ржавых». Семьсот за ночь. Неплохо. Конечно, если не считать, что за мотоцикл можно было выручить в несколько раз больше.

Но прямо сейчас я собирался совсем в другое место – туда, где прямо сейчас должен был заказывать чашку кофе капитан Марков.

Читать следующую главу: /reader/569741/5410438