Текст книги "Его звали Тони. Книга 8 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава XXIII

Проснулся я ближе к одиннадцати. Шесть часов сна после марафона – роскошь, которую не планировал. Даргская регенерация не давала пострадать телу, но не защищала от ментальных перегрузок.

Первым делом – планшет. Ещё до того, как встал с кровати.

Статистика проекта «Культурный дарг». Обновление в реальном времени. Графики, цифры, диаграммы. В ночи Арина подрубила мне доступ – теперь я мог проверить стату в любой момент.

Я ждал чуда. Серьёзно. Где-то в глубине души надеялся увидеть цифры с шестью нулями.

Семьдесят три тысячи уникальных зрителей.

Моргнул. Перечитал. Обновил страницу.

Семьдесят три тысячи четыреста двенадцать.

Хрен знает, много это или мало. С одной стороны – население небольшого города смотрит наше шоу. С другой – мы рассчитывали на миллионы. Взрыв, топы, титулы королей развлечений. А получили семьдесят три тысячи.

Оделся, умылся, пошёл в аппаратную.

Там уже кипела жизнь. Точнее – варилась на медленном огне.

Арина сидела перед монитором, обхватив обеими руками кружку с кофе. Глаза красные. Вид уставший. Однако взгляд цепкий и злой.

– Утро доброе, – машинально озвучил я приветствие.

– Спорно, – отозвалась она, не поворачиваясь. – Вайб на уровне плинтуса.

Сорк спал прямо тут – на составленных стульях в углу. Судя по позе, отрубился в процессе работы и так и не дойдя до нормальной кровати. Гоша обнаружился под столом, свернувшись калачиком внутри бухты кабеля. Единственное уцелевшее ухо торчало наружу.

На мониторах мелькали участники шоу. Грох жрал что-то в столовой. Фрос разговаривал с той самой цвергой – судя по языку тела, трахались они всю ночь. Да и перемещалась девушка с заметным трудом. Зара позировала перед зеркалом, явно работая на камеру. На отдельном экране отображалась морда Фота – по видеосвязи из Царьграда. Помятый, невыспавшийся, но с горящими глазами. Что-то ожесточённо набивал.

– Статистику видела? – спросил я Арину.

– Видела, – Она отпила кофе. – Эпик фейл. Но не удивительно. С продвижением тоже полный кринж.

– Насколько полный? – поинтересовался я.

Блонда пару мгновений помолчала. Потом поморщилась и переключилась на другую вкладку браузера.

– Охват нарезок под миллион. Конверсия в зрителей – восемь процентов, – Она цокнула языком. – Для органики это бомба, Тони. Реально бомбезная херня. Люди смотрят, кликают, приходят и не уходят. Конверт зашибенный. Проблема в другом.

– В чём? – незамедлительно поинтересовался я.

– В рекламе. – Арина печально вздохнула. – Там конверсия – три десятых процента. Ниша выжжена к хренам. Аудитория видела сотни таких шоу, их уже тошнит от баннеров. Мы можем лить бюджет, но он сгорит за сутки, а толку – ноль.

– Подтверждаю, – прохрипел Фот с экрана, не отрываясь от записей. – Ставки на аукционах – космос. Нас перебивают роботы конкурентов.

Гоша зашевелился под столом. Высунул морду.

– Япь… Который час? – сонно повёл он взглядом.

– Одиннадцать, – глянул я на него. – Вставай и пей кофе. Совещание.

Сорк тоже проснулся от звука голосов. Сел, потёр глаза. Огляделся.

– Я не спал, – зевнул ушастик.– Анализировал с закрытыми глазами.

– И чё по анализу? – спросила Арина скептически.

– Рекламу не вытянем. – Сорк сдержал второй зевок. – Бюджет кончится раньше, чем пробьёмся. Но выход есть – надо крематорить конкурентов.

Забавно. Он там, что, реально анализом занимался? Дрых же без задних ног. Или мозг ушастика просто вспомнил последнее, о чём тот думал?

– Ладно, – Кивнул я. – А если серьёзно, что у нас по конкурентам?

Арина и Гоша переглянулись.

– Вот тут, – Гоша выбрался из-под стола, – мы шеф, реально охренели. Чёт этот мир ваще оборзел.

– В смысле? – посмотрел я на него.

– Покажи ему, – зло дёрнула щекой и левым глазом Арина. – Пусть оценит масштаб трагедии.

Гоша запрыгнул на стул. Поклацал по клавиатуре. На экране появился список. Охренеть какой длинный.

– Это платформы со взрослым контентом, – пояснил он загробным голосом. – Только те, где есть дарги. Только на русском языке. Только в империи. Красиво, правда?

Я посмотрел на счётчик внизу списка. Четыреста семнадцать платформ. Твою же мать.

– И это ещё не все, – добавила Арина. – Вот топ по поисковым запросам. Полный список – за две тысячи.

Гоша начал листать, тыкая пальцем в названия:

– Дарги со свенгами. Дарги и цверги. Дарги с эльфийками. Дарги с людьми. Дарги втроём. Дарги вчетвером. Дарги и призраки. Дарги и красотки-големы. Дарги с… – он замолчал, вглядываясь в экран. – Япь, это что ваще и как? Это вообще законно?

– Технически, да, – отозвался Сорк, заглядывая через плечо. – Если наша получила разрешение и носит артефакты. Опасно. Но то ж дарги. Они отбитые.

Вот сейчас немного обидно прозвучало. Не все же такие. Вон – адекватные вполне себе есть.

– Ну и чтобы тебя добить, у нас триста подписок, – добавила Арина. – Всего лишь. При таком количестве конкурентов – это даже не капля в море. Молекула в океане. Для мира мы просто существуем.

– А разовых покупок? – уточнил я, пытаясь нащупать хотя бы какую-то точку опоры.

– Восемьсот, – проговорила девушка. – Примерно.

Н-да. Не, я понимал, что результат не будет точно таким, как ожидалось. Однако предполагал, что цифры окажутся чуть получше.

Другой на моём месте, наверное испытал бы мощный стресс. Но биохимия дарга снова выручила. У меня скорее уже возникла спортивная злость. И желание нагнуть этих самих конкурентов. Приблизительно так, как сейчас вон на том экране одна из вчерашних свенг прогнулась. Прямо под прицелом камер, которые на себя вешал Грох.

Хм. Он у них всю ночь провёл что-ли? Похоже на то. Орчанки даже к технике уже привыкли. Не дёргаются. Хотя не – вспомнили. Сразу уставились. А потом прикрываться кинулись. Поздно, однако. На вас уже весь мир посмотрел. Вернее, наши семьдесят три тысячи зрителей. В заблюренном варианте. Ну а подписчики с «взрослой платформы» смогут заценить и полностью обнажённую версию.

– Ладно, – я сел поудобнее, скрестив руки. – Мозговой штурм. У нас есть продукт, но его не видят. Что делаем?

– Блогеры? – предложил Фот с монитора. – Крупные инфлюенсеры, реклама у них… Интеграции какие-то.

– Отпадает, -неожиданно жёстко отрезала Арина. – Что мы им предложим? Деньги? За бабло они сделают один пост, который утонет в ленте через час. С нас только отстало-убогие лулзов словят и всё.

Фот кажется сам удивился. Аж замолчал, присматриваясь к изображению на своём мониторе – для него мы тоже камеру подцепили, чтобы он нас видел. Да и остальные на блонду уставились с некоторым удивлением.

– Скандал бы залетел, – продолжила она. – Но у нас звёзд нет. А без них и нормальной реакции не будет.

– Может Тони в нарезку? – Гоша посмотрел на меня с надеждой. – Местная знаменитость ведь у нас шеф! После суда с Румянцевыми, Еревана и всего вот этого.

– Даже не думай, – повернул я к нему голову. – Никаких скандалов с моей мордой.

– Но шеф, – всплеснул ушастик руками. – А рейтинги?

– А второе ухо обкромсать? – ответил я в тон ему. – Не охреневай, креатор.

Сорк шумно отпил горячего кофе. Прихлебнув так, что звуковая волна по всей аппаратной прокатилась. Заставив нас всех повернуться к гоблину.

– Вообще, окажись тут баронесса Белоозёрская, – задумчиво протянула Арина. – И попади она под камеры. Да в удачном ракурсе. И со всеми её закидонами… Голд нюдс получился бы.

И она туда же. Почти как Брут, только Арина.

– Не, – отрицательно качнул я головой, переводя взгляд на девушку. – Она потом всех тут убьёт. Меня может быть и нет. Но это не факт.

– Нам нужен нормальный анализ, – сказала блонда, откидываясь на спинку стула и одним глотком допивая холодный кофе. – Понять, в каких нишах конкуренция ниже. Где в органике нет нарезок от других шоу. Найти аудиторию, которая ещё не задолбалась на них смотреть.

– Вручную это неделя работы, – буркнул Сорк. – Минимум. С десятью мартышками, чтоб всё выписывали.

Ну ничего себе. Как он быстро себя полноценным аналитиком стал считать. Сутки ж прошли. Ну или пара дней, если шире брать. А уже всё. Обычные линейщики стали «мартышками». Не, я как бы и не спорю – там кто угодно справится, с усидчивостью, умением чёрное от белого отличать и умением читать. Но тем не менее.

В углу вдруг взметнулась вверх рука. Тот самый техник-гоблин с пирсингом в обоих ушах. Пикс-тап вроде.

– А если нейросеть? – предложил он, увидев мой кивок.

Все повернулись к нему.

– Какую нейросеть? – спросила Арина, приподняв бровь. – В империи и Европе своих открытых нет. Только державные разработки.

– Ангкорскую. «Прачня». Единственные, кто нормально работает со взрослыми темами. И в аналитику, – затараторил ушастик. – Можно загрузить задачу – сформировать список всех ниш, оценить уровень конкуренции и трафика, отсортировать по списку. Ну и выбрать лучшие.

– Так давай, – чуть устало озвучила Арина. – Чего ждём?

Пикс-тап замялся, теребя кольцо в ухе.

– Там… нюанс. Ограничение по гео, – медленно заговорил коротышка, чей цвет кожи чуть отличался от Гоши и Сорка. – Работает только из Юго-Восточной Азии. Плюс лицензия стоит как крыло от дирижабля.

– И? – вклинился в беседу я сам.

– У меня есть… скажем так, чёрный ход, – криво усмехнулся он. – Через сервер в Ангкоре. Но это не легально. По их законам за такое руки рубят. А задача у нас масштабная. Спалят.

– Мы не в Ангкоре, – сказал я. – С хрена ли ты о них вообще переживаешь? Подрубайся.

Чуть помедлив, он развернул ноут, принявшись что-то набивать. Я же добавил, что на деньги он тоже может рассчитывать. Очевидный вроде момент, но по моему опыту, его оптимально проговаривать вслух.

– А если судебный процесс? – решил выдвинуть свою идею Сорк.

– Какой ещё процесс? – не понял Гоша.

– Громкий. Публичный. Шоу внутри шоу. Кто-то из участников подаёт на нас в суд. Или мы сами на кого-то. Нарушение контракта, порча имущества, моральный ущерб. Или… – он задумался и спустя мгновение на его морде появилась мечтательная улыбка, – можно устроить показательный трибунал. Над кем-нибудь из даргов. За нарушение правил культурного поведения. С прокурором, защитой, присяжными.

– Трибунал, – медленно повторил я. – Над участником реалити-шоу. По традициям малых народов империи. В прямом эфире.

Кто-то из технарей, которые заночевали тут же, в аппаратной, а потом проснулись от звука наших голосов, пополз в сторону выхода. На лице Арины появилось странное выражение. А сбоку зазвучал голос кобольда.

– Взять под арест, наставник? – проскрипев вопрос, боец реально взялся за штурмовой комплекс, смотря на пытавшегося отползти к выходу гоблина. – Или остановить его путь к горизонту навсегда?

Вроде тот же, что утром тот бы. И вспомнил про великое небо. Или Великое Небо. Зная кобольдов, у них эти слова наверняка писались с большой буквы.

– Пропустить, – улыбнулся я. – Мы просто обсуждаем идеи.

– Угу, – буркнул Фот, который после отповеди Арины больше молчал. – Тока у тя такая морда была, как будто прям щас выбираешь, кого б в прямом эфире накернить.

– Гладиаторские бои! – выпалил Гоша. – Без правил! Кровь, драма, ставки! На холодняке пусть бьются!

А можно мне нормальных маркетологов? У которых всё не завязано на чужие смерти и страдания?

– Нет, – качнул я головой. – Не подойдёт.

– Почему⁈ – возрился на меня гоблин.

– Где ты возьмёшь стока даргов? – устало поинтересовался Сорк, который тыкался в планшет. – Они ж помрут быстро. А вместо них никто не смертный бой не попрёт. Дебилов нет.

Его командир прищурился. Недовольно глянул на адъютанта. Но уже через миг его глаза свернули огнём новой идеи.

– Тогда бои женщин! – не сдавался Гоша. – В масле! Голышом! Это ж не насмерть! Две цверги против дарги. Или эльфка против свенги. Во будет!

Он даже большой палец показал. И сияет главное, как будто реально гениальной что-то придумал.

– Гоша? – вздохнул я.

– Да? – он аж вперёд подался. – Чё? Япнуться ж мысль, да?

– Фонтанируй идеями в другую сторону, – не сдержал я плеснувшее внутри раздражение. – Или обдумывай их чуть получше.

Гоша обиженно засопел, но промолчал. Знаю – нельзя так. В рамках обычного мозгового штурма. Но мы как-то сразу начали все подходы оценивать. Не совсем по классике вышло.

– Есть! – Пикс-тап поднял голову от экрана. – Подключился. И задачу поставил. Запускаю анализ.

На центральном мониторе побежали столбцы символов. Ангкорская нейросеть начала перемалывать данные. На своём языке правда. Хотя не – вон и строчки русского вижу. А там – что-то на латинице.

– Я вот чё думаю, – встав, Арина прошлась по комнате. – Скучно. Концепция «культурного дарга», это… Слишком уныло.

– Уныло? – в ту же секунду отреагировал Фот. – Танец Гроха залетел ваще-т! Ты видела сколько там лайков? Комментов?

– Залетел. И что? – иллюзионистка развернулась к монитору. – Один вирусный момент на десять часов уныния. А нужна система. Конвейер хайпа.

Она ткнула пальцем в другой экран, где мелькали нарезки конкурентов. Которые прямо сейчас просматривал ещё один гоблин. Вроде кто-то из технарей. Или бойцов, что вызвались добровольцами. Честно говоря – всех я запомнить не успел.

– Видите? – она шагнула ближе, буквально врезавшись пальцем в экран. – У них всё иначе. По самой грани.

Ну да, есть такое. Мы вчера как-то старались облагородить видео и вырезанные фото. А тут ничего подобного. Кое-где тупо взяли отрывки, заблюрили отдельные квадратики и всё. Оказывается, так тоже можно.

– Да сделаем мы видосы, – махнул рукой Фот. – Мои смотрят уже. Анализируют. Будут пилить скоро.

– Не в видосах суть, – звонко ответила блонда, крутнувшись к нему. – Подача. Название не поменять, а вот подход можно. Вместо «наблюдайте, как дарги становятся культурными», что-то ещё. «Десять безумных даргов, две стервы-наёмницы и восемьсот цвергов в замкнутом пространстве.»

– Кликбейт, – задумчиво кивнул Фот. – Жёлтые заголовки. Провокация. Только мы так уже делаем. В рекламе. Прям щас.

Занятная у них динамика разговора. Порой у меня такое ощущение, что эти двое вообще расстались. Вплоть до того момента, как Арина начинает вспоминать про «сейв-слотика».

– Именно. А потом? Куда попадает юзер после клика по рекламе? – блондинка уставилась на ушастика. – На наш сайт. И чё он там видит? Душные заголовки, вот что! Нам нужны лендинги! С сисястыми свенгами, у которых соски заблюрены! И цвергами, которые у стены стоят! Чтобы у этих пришлёпков и мысли не было спрыгнуть!

Фот попытался ответить. Но девушка повелительно махнула рукой, обрывая его. А заодно и Сорка, который тоже хотел заговорить.

– Для женщин, отдельный ленд! – озвучила она следующую мысль. – И ни хрена не скромный! Голых даргов туда, с квадратиками! И парные фото тоже засунуть! Чтобы они прям р-р-раз и летели на наш сайт. А тут – нарезка лучших моментов, разбитая по категориям. И онлайн-трансляция. Плюс, ссылка на взрослую платформу.

Вообще это всё звучало неплохо. Сегментировать аудиторию, наклепать лендов под каждый крупный блок и запустить рекламу. Только аналитику от систем поставить не забыть. Чтобы алгоритмы могли настраиваться.

– Нейросеть выдала результат, – подал голос Пикс-тап, вглядываясь в экран ноута. – Ниши массовые, но… Сложновато будет туда всунуть наши нарезки…

Заинтриговал. И замолчал, продолжая пялиться в экран.

– Ну? – поторопил Гоша. – Чё там?

– Э-э-э… Разное, – протянул коротышка. – Одежда для беременных, например. Там такого контента немного. Или удобрения. Их правильное использования.

– Разберёмся, – глянул я на него. – Накреативим чего-нибудь.

В мою сторону он посмотрел без особого энтузиазма. А зря. У меня ведь даже идеи появились.

Полный перечень ниш, которые нейросеть свела в таблицу, Пикс скинул мне на почту. И всем остальным заодно – работу по адаптации роликов я переложил на плечи ушастика Фота. Арина и так выглядела вкрай вымотанной. И планировала прямо сейчас заняться рекламой, если я правильно понимал.

– Шеф. У меня ещё идея, – Гошу снова распёрло. Да так, что он на стул с ногами забрася.

– Ещё одна версия боёв голышом? – предположил я с улыбкой.

– Не! Другое, – Он набрал воздуха. – Вечеринка! Большая! Пафосная! Грандиозная пьянка! Покажем миру, как зажигают «Щенки Косуль»! Запалим костры, позовём цвергов, врубим музло! И даргов тоже позовём! Пусть снимают.

Я на автомате хотел было отмахнуться. Потом решил чуть притормозить. А спустя пару секунд услышал рядом голос Арины.

– А это не так тупо, как звучит, – в тембре девушки звучало отчётливое удивление.

– Эй! – возмущённо повернулся к ней гоблин. – Я ваще-т тока умное говорю! Всегда!

– Вечеринка, – начала блонда загибать пальцы, не обратив на него внимания. – Много участников. Разные расы. Замкнутое пространство. Алкоголь. Взаимодействие. Конфликты неизбежны. Романтика возможна. Стычки гарантированы. Всё в одном месте, всё под камерами. Контента – тонны. Нарезок – сотни.

Несколько секунд тишины. Обмен взглядами.

– Плюс хайп, – подхватил Фот. – «Смотрите, как гуляют сталкеры!» Органический охват. Люди сами будут репостить. А плюсом пойдут культурные дарги.

– Плюс психологический эффект, – добавил Сорк. – Алкоголь снимает социальные барьеры. Участники расслабятся. Будут говорить и делать то, что обычно скрывают. Истинные лица. Надо тока со всех отказ от претензий не забыть взять.

Я посмотрел на Гошу. Тот сиял.

– Вот это я сказанул, да? – поинтересовался одноухий гоблин. – Мощно? Стратегически!

– Мощно, – улыбнулся я и согласно кивнул. – Надо только подумать, где устраиваем.

– Есть бывший производственный цех, – сразу же заговорил Пикс-тап. – Два яруса вниз. Огромный, сука. Вентиляция уже пашет – можно даже костры жечь.

О как. А это неплохо. Форматная картинка получится. Наверное. Надо бы сходить, глянуть на этот самый цех.

– Значит сегодня вечером? – снова заговорила Арина. – Чем быстрее, тем лучше. Пока хайп не остыл. Назовём… – она на секунду задумалась, – «Ночь без фильтров». Или ещё как. Чтоб вайб в плюс и солнце светило.

Я обвёл взглядом аппаратную. Уставшие лица. Красные глаза. Но сквозь усталость пробивается азарт. Спортивная злость. Готовность порвать на пути к успеху.

– Тогда приступаем, – сказал я, хлопнув в ладони. – Клепаем лендинги. Готовим вечеринку. Хреначим больше провокации в рекламе. И кромсаем нарезки под ниши, которые нарыл Пикс. Общая координация этого проекта на Арине.

Фот последним распоряжением остался не слишком доволен. Но какие у него были варианты? Верно – никаких. Так что спустя десять секунд все погрузились в работу. Маховик снова закрутился. И в этот раз мы собирались сорвать резьбу.

Вечеринка на самом деле удалась.

Это я понял примерно через час после старта. Грох уже дважды станцевал свой фирменный номер. На бис – после одиннадцатой кружки пива подряд и с горящими факелами в руках.

Цверги выкатили бочки с каким-то жутким подземным пойлом, которое горело ярко-синим. А кобольды после него сцеплялись в короткие круга на несколько фигур и гортанно гудели, кружась по часовой стрелке.

Бывший производственный цех оказался идеальным местом. Потолки метров десять в высоту, вентиляция работает почти идеально – дым от разведённых в бочках костров, тут же уходил наверх. Пикс-тап не соврал.

Камер мы натыкали везде. Стационарные по углам, мобильные на даргах, плюс десяток операторов, которые ходили за ними по пятам. И ещё столько же – в толпе. В поисках чего-то интересного. Фот орал в наушник что-то про «золотой контент» и «охваты – космос». Хотя он изначально в таком же духе всё загонял. Из-за чего к его оценкам я теперь относился несколько скептически.

Арина координировала съёмку с выступа на стене зала, где организовала что-то вроде технического мостика. Яростно тыкала в планшет, раздавая команды и поглядывая на толпу. Гоша с Сорком должны были присматривать за всем и направлять всё в нужное русло. Но уже накидались и пытались научить цвергов какому-то гоблинскому танцу. Получалось плохо. Зато забавно.

Кьярра и Арьен тоже были тут держались в разных концах зала. Подчёркнуто игнорируя друг друга и порой поглядывая в мою сторону. Что вдвойне занятно – около каждой крутилась стайка ухажёров. Молодых и негодующе посматривающих в мою сторону. Мол, каков подлец. Заставляет бедных женщин страдать.

Вот и появились стервятнички из числа юных, тупых и бесполезных. Сами ни на что не годятся, но вот подцепить девушку в уязвимой ситуации – это завсегда. Правда, что с ней делать потом, эти придурки чаще всего не представляют. Как оно? «Так далеко я ещё не заходил» – вот это про них.

Участники шоу смешались с толпой. Фрос сидел в углу с той же самой инженершей. Я бы сказал, оба вполне счастливо выглядели. Вон как цверга заливисто смеётся. Да и ветеран улыбается без остановки. Я вообще думал, у них так – тестовая интрижка на вечер. А теперь – хрен его знает. Может там и серьёзное что. Оно ж и так бывает – планировал одно, а получилось на всю жизнь.

Зара извивалась в центре, собирая взгляды. Остальные пили, жрали и общались. Всё шло по плану. До определённого момента.

– Эй! – женский рык перекрыл музыку. – Ты чё вякнул, хитиновая морда⁈

Дарга. Ракша кажется её звали. Нависала над кобольдом из числа бойцов отряда. Который сегодня был здесь в качестве частного лица. А тот, уже набравшийся лютого пойла цвергов, невозмутимо смотрел на неё снизу вверх.

– Я лишь отметил, – проскрипел он спокойным, менторским тоном, – что ваши движения лишены высшего смысла. Это бессмысленное содрогание плоти. Подобно слепой личинке, что бьётся в грязи, не видя горизонта…

– Я те щас покажу личинку! – рявкнула дарга. – Панцирь вскрою!

Она замахнулась кулаком размером с пивную кружку. Кобольд стремительно переместился назад. Рядом тут же выросли фигуры двух его собратьев, чьи короткие волосы-щупальца мгновенно полыхнули алым. А пальцы легли на боевые топоры. Брать на вечеринку штурмовые комплексы я запретил. Но топоры, с которыми щеголяла все падаваны, кроме Йорика и Гамлета относились к личному оружию.

– Так! – рыкнул я, быстро приближаясь сбоку. – Все стоим. Руки опустили. И даже не думаем использовать силу!

Ракша обернулась. Яростно скривились. Но потом в глазах мелькнуло узнавание. Гигантская орчанка тут же отшатнулась назад, шаря взглядом по сторонам. Кьярру наверное искала. Хочет убедиться, что не подтаскивает бочку с кипящей смолой.

– Шеф, этот панцирник… – начала было дарга.

– Из моих бойцов, – перебил я её. – И он высказал философское мнение. Возможно не слишком лицеприятное. Однако это не повод использовать силу. Культурные дарги так не поступают.

Она на секунду задумалась. Снова оглянулась вокруг. Поскребла пальцами своё бедро.

– А как поступают? – хрипло поинтересовалась Ракша. – Ждут потом в коридоре? И культурно плющат его череп о стену?

– Нет, – отчеканил я. – Решают вопрос словами.

Она фыркнула. Бросила ещё один взгляд на солдата. И свалила в толпу. Кобольды тоже двинули прочь. А вот камеры всё засняли – Фот в наушнике уже хрипел от восторга. Хотя на мой взгляд, ничего интересного мы сейчас не зафиксировали.

Не успел я отдохнуть и пяти минут, как в дальнем углу дико взревела толпа.

В этот раз причиной стал Грох. Стоящий на массивном металлическом ящике из под какого-то оборудования. Без рубашки. Потный, блестящий в свете костров. Руки на пряжке ремня.

– О нет, – зазвучал в наушнике голос Пикса, которого оставили в аппаратной, отслеживать картинку и держать нас в курсе. – Он снова повёлся.

Вокруг орка бесновалась толпа. Орали, свистели и запускали в его сторону монеты. Что занятно – в основном женщины. Выпившие и с блестящими глазами. А ещё – отчётливым плотским интересом.

– Культурный дарг! – проревел Грох, срывая штаны. – Культурный стриптиз! У-ху!

Три камеры снимали крупным планом. Арина вовсю материлась, перекрывая Пикса. Ей вторил Фот, кричавший, чтобы надо вырубить автоматическую систеу блюра. Мол, пока Грох в трусах, всё норм.

Не, я понимаю – мы сами рассчитывали на интересный контент. Но в моей голове эти слова никак не вязались с неуклюжим стриптизом пьяного дарга.

– Грох! Штаны! – рявкнул я, расталкивая цверг, не желавших уступать мне дорогу. – Обратно надень!

– Зачем? – искренне заорал в ответ орка. – Народу нравится! Это искусство! Культура!

– Минус сто баллов рейтинга! – повторно закричал я.– Через десять секунд будет минус тысяча.

Угроза подействовала. Грох нехотя натянул штаны. Толпа разочарованно загудела. Какая-то цверга в годах грязно выругалась. Другая уселась прямо на каменный пол и натурально разрыдалась.

– Зря блюрили, – уловил я едва слышный голос Фота. – И тормозить его не надо было, шеф. Пусть бы покрутился там голый.

Я поморщился. Тихо рыкнул. Схватил со стоящей стойки банку пива. Не совсем ледяного, но ещё холодного. Сойдёт. Вскрыв, одним глотком осушил. Смяв, отправил в мусорный бак, которые мы расставили повсюду.

А в ухе снова захрипело.

– Шеф! – голос Пикса из аппаратной. – Тут по общему каналу… Охрана на воротах передаёт… До вас не могут достучаться.

Ну да. Как-то мы упустили момент с рациями охраны. Те, что использовались операторами, перекинула на наушники. А вот армейская, лично у меня, сейчас висела на поясе. Какой же там канал был? С этим шоу всё напрочь из башки вылетело.

– Чего хотят? – рявкнул я. – Что не так?

– Имперская комиссия, – задребезжал в наушнике голос Пикса. – Прибыла. Чиновники уже зашли. Спускаются к вам.

Я замер. Медленно обвёл взглядом зал.

Грох снова лез на бочку. Гоша зажимался с какой-то цвергой. Двое даргов на скорость жрали сырые телячьи кости. Свенги-стервочки из первого взвода докапывались до очередного участника шоу. Гамлет пытался что-то втолковать местным, которые катили к толпе ещё десяток объёмных бочек с убойным пойлом.

Плюс десятки камер и двести пятьдесят пять тысяч зрителей на трансляции. Потому как вечеринка и взаправду удалась.

Интересно, насколько жестоко тут карается массовое убийство бюриков? И как они относятся к своим мордам в прямом эфире?

* * *