Текст книги "Черный Маг Императора 20 (СИ)"

Автор книги: Александр Герда

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Тем более, что участие в турнире привлечет к Мишке так много внимания, которое он любит. Уверен, что ради шумихи, которая при этом появится вокруг рода Шуйских, его отец расстарается, чтобы сынок принял участие в подобном турнире.

Вот только есть один маленький нюанс… С учетом того, что произошло в «Китеже», поддержит ли Романов его кандидатуру? Хороший вопрос. Однако ломать над ним голову и загадывать, как оно там будет, в данный момент вообще смысла никакого нет. Как по мне, так будет даже интереснее.

– Нет, Максим, кто поедет от «Тирлича», нам неизвестно, – сказал Орлов.

– Какая тебе разница кто поедет? – спросил у меня Громов. – Ты лучше думай над призывом какого существа будешь работать. За время подготовки тебе нужно будет отточить взаимодействие с ним. Со своей стороны могу предложить Вулканического Голема. Отличный выбор для ученика третьего курса. С одной стороны достаточно сложно, с другой – очень эффектно. Что скажешь?

Вулканический Голем? Да ну… Что может быть скучнее. Огромный пылающий обалдуй… По-моему, если я призову Трупную Слизь и то будет гораздо веселее. Если уж браться за это дело, то нужно придумать что-то такое, с огоньком.

На эту роль отлично подошли бы мои Жрецы Смерти. Вот уж у кого с головой все в порядке и можно не переживать за то, что они поймут меня как нужно. В их случае главное правильно поставить задачу. Правда смотреться они будут не так эффектно, как хотелось бы мастеру темных классов. Разве что…

– Роман Артемович, может быть, мне призывать дракона? – спросил я.

– Дракона? – удивленно спросил Громов, затем бросил взгляд на Орлова и тут же покачал головой. – Нет, дракон не годится. Я не думаю, что у тебя хватит сил, чтобы контролировать его. К тому же, чтобы научиться призывать такое существо тебе потребуется слишком много времени. До лета нам точно не успеть.

– А мне не надо учиться его призывать, я уже умею, – сказал я. – Правда это не совсем дракон… Да и пахнет от него не очень приятно… Но выглядит очень круто! Хотите покажу?

Глава 13

Услышав мое предложение, Орлов с Громовым многозначительно переглянулись, а затем удивленно уставились на меня. В директорском кабинете на некоторое время стало тихо, и было слышно лишь как шелестит конфетный фантик. Раз уж они о чем-то размышляют и говорить мне не нужно, я все-таки решил съесть еще одну конфету. Впрок, так сказать.

– Ты хочешь призвать его прямо сейчас? – спросил наконец Орлов. – То есть, существо, о котором ты говоришь, может поместиться в моем кабинете?

Судя по его голосу, он сильно сомневался в моих словах и своим вопросом оставлял за собой вариант, что под словом «дракон», возможно я подразумеваю нечто другое. Однако мне пришлось его огорчить.

– Разумеется нет, – ответил я и пожал плечами. – Он ведь все-таки дракон, а не летающая ящерица. Мы могли бы прогуляться немного, например. Если, конечно, вы с Романом Артемовичем не слишком заняты.

– Вообще-то, нам есть чем заняться… – сказал Иван Федорович и вновь переглянулся с Громовым, который смотрел на меня так, будто я только что признался ему, что все это время шпионил в пользу какой-то инопланетной цивилизации. – Но уверен, что мы найдем время для небольшой прогулки. Что скажете, Роман Артемович?

– Само собой, – отозвался мастер темных классов. – Очень хочется посмотреть.

Времени терять мы не стали и решили отправляться на демонстрацию моих навыков прямо сейчас. Так что мое решение налопаться впрок шоколадных конфет было очень верным.

Из кабинета мы вышли втроем, под пристальным наблюдением Ники Львовны, которая смотрела на Орлова в ожидании каких-либо указаний с его стороны.

– Вернусь через полчаса, – сказал он ей и посмотрел на часы. – Через четверть часа ко мне должен подойти Загорский вместе с Островской, скажете им, чтобы подождали меня. Я на срочном научно-магическом эксперименте.

После этих слов секретарь Ивана Федоровича бросила на меня заинтересованный взгляд, а я ответил ей привычной в таких случаях улыбкой. Все-таки приятно знать, что ради меня Орлов был готов немного отложить свои дела.

Кстати, небольшая прогулка пойдет ему на пользу. Сидит целыми днями в своем кабинете и встречи проводит, а так хоть какое-то разнообразие.

– Угу, – подтвердил Дориан. – Что бы он без тебя делал.

Если посмотреть на нашу небольшую компашку со стороны, все выглядело так, что Орлов с Громовым меня куда-то ведут. По крайней мере, я был уверен, что если бы нас кто-то видел сейчас в школе, то подумали бы именно так. Хорошо, что сейчас шел урок и в коридорах не было ни одного человека.

Однако, когда мы вышли из основного корпуса, то избежать внимания нам не удалось. Пройдя немного вперед, я обернулся и увидел, что в некоторых окнах торчат физиономии учеников. Можно сказать, что очередная сплетня родилась.

Еще бы ей не родиться! Темникова куда-то ведут под конвоем директор школы и мастер темных классов! Ясное дело, что на место его очередной шалости, какие в этом могут быть сомнения?

Мы прошли немного по парку в сторону школьного озера, и когда здание основного корпуса стало еле заметным сквозь деревья, Громов предложил начать.

– Думаю, не имеет смысла уходить дальше, – сказал он и махнул в сторону откуда мы пришли. – Иван Федорович, мне кажется, ученикам нас уже явно не видно.

Однако я был немного другого мнения на этот счет…

– Нас видно не будет, это верно, – согласился я. – Но вот моего дракона будет видно. Роман Артемович, я думаю, будет лучше, если мы отойдем еще немного подальше. К школьному озеру будет в самый раз. Оттуда точно ничего не будет видно. Или мне и правда придется призвать дракончика размером с ящерицу.

– Хм… – усмехнулся Громов. – Темников… Ты случайно не преувеличиваешь? Может быть, тебе просто кажется, что твой дракон будет настолько большим?

– Не-а, – покачал я головой. – Они, конечно, бывают и больше… Наверное… Но мой тоже не мелкий.

– Роман Артемович, если Максим считает, что нам стоит отойти подальше, то почему бы и нет? – сказал Орлов. – Тем более, такая хорошая погода сейчас… Давайте немного подышим свежим воздухом.

– Как угодно, – не стал спорить Громов и мы двинулись дальше.

Однако до самого озера мы так и не дошли. Когда до него оставалось всего несколько минут, Иван Федорович сказал, что дальше идти смысла нет. К тому же место, где мы оказались, было достаточно удачным для демонстрации.

Перед нами была большая поляна, вокруг которой стояло несколько лавочек. Весной и летом здесь высаживали цветы, чтобы они радовали своим видом учеников и преподавателей, а сейчас лежал снег. В целом неплохое местечко, хотя озеро было бы намного лучше.

– Надеюсь, здесь твой дракон точно поместится, – сказал Орлов и обвел рукой поляну. – Даже если будет размером с вагон. Что скажешь, Максим?

Вообще-то, я в этом очень сильно сомневался… Максимальный размер Отродья Дракона, которого я мог призвать, был гораздо больше, чем вагон. Туловище, может быть, и не больше вагона, а вот раскинутые крылья и хвост на этой поляне точно не поместятся.

– Придется призвать такого, чтобы поместился, – ответил я. – Можно начинать?

– Угу, – кивнул Громов. – Сделай такое одолжение.

Я вскинул руки вверх, закрыл глаза и сделал задумчивый вид, который должен был означать, что я готовлюсь к сложному призыву… На самом деле я думал о другом. Как бы мне не промахнуться с размерами Отродья Дракона? Надо умудриться сделать так, чтобы он был не слишком большим, но в то же время и не очень мелким. Надеюсь, у меня это получится…

Раздался громкий хлопок, следом за ним я услышал, как в один голос охнули от удивления Громов с Орловым, а потом мое Отродье Дракона решило сообщить округе о своем появлении громким ревом. Именно в этот момент я открыл глаза и посмотрел на своего призванного красавца!

На мой взгляд, дракон был прекрасен! Главное, что я угадал с размером. Он был примерно раза в два меньше, чем максимальный размер дракона, с которым я мог справиться, однако даже при этом выглядел внушительно.

Правда в некоторых местах кожа с него свисала огромными лохмотьями и кое-где белели кости, но в остальном – просто отличный экземпляр получился. По-моему, он даже не так сильно вонял, как обычно. Возможно, это происходило потому, что этот был намного мельче.

– Ну как вам дракон? – спросил я, глядя на Орлова с Громовым, которые оба в этот момент стояли с открытыми ртами, зажав носы руками.

– Охренеть, Темников!

Услышал я восхищенный возглас директора.

– И ты можешь его не только призвать, а еще и контролировать? – чтобы перекричать громкий звук, исходивший от хлопанья крыльев Отродья Дракона, Ивану Федоровичу приходилось говорить намного громче обычного.

Когда Орлов говорил с зажатым носом, его голос звучал забавно. Лично я не смог сдержать улыбки.

– Конечно могу, – ответил я и посмотрел по сторонам. – Если хотите, могу ему приказать напасть на вон тех двух ворон, которые пытаются от нас улететь.

– Нет, это не нужно! – с радостью в голосе ответил директор и посмотрел на мастера темных классов. – Что скажете, Роман Артемович?

– Веником убиться! – ответил Громов не своим голосом. – По-моему, у нашей команды есть отличный шанс на успех!

– Да, я тоже так думаю, коллега, – с улыбкой сказал Орлов и вновь посмотрел на размахивающего крыльями дракона. – Максим, ты не хочешь рассказать, где научился этому заклинанию?

– Нечего особо рассказывать, Иван Федорович. В какой-то книжке прочитал и как-то само собой запомнилось, – уверенно соврал я. – Жаль, что книжку не помню совсем… Знаете, так иногда бывает.

– Угу, – кивнул директор. – И ты говоришь, что это не самый большой экземпляр, который тебе по силам?

– Не самый, – на этот раз я не стал врать. – Я ведь сразу предлагал идти на школьное озеро, а на этой поляне дракон большего размера просто не поместится.

– Слушай, Темников, а что у него вид какой-то не живой? – спросил Громов. – Кости торчат, мертвечиной воняет… По-моему, обычно драконы не так выглядят.

– Какой был, – честно ответил я, не став ему объяснять, что Дориан не предоставил мне выбора, когда учил этому заклинанию. – Роман Артемович, так-то вообще мертвечина – это наш профиль, разве нет?

– Достаточно, – махнул рукой Орлов, а я вновь вскинул руки вверх и развеял дракона, который перед этим мрачно посмотрел на меня.

Видимо он был очень недоволен тем, что его призвали от нечего делать и не дали никого разорвать. Даже жалких ворон и тех отпустили…

С исчезновением Отродья Дракона пропал и неприятный запах. Громов с Орловым оставили свои носы в покое и снова одновременно выдохнули. Судя по их довольным лицам, дракон им понравился.

– Темников, можешь считать, что у тебя уже есть проходной балл по призыву на следующий год, – сказал мой мастер темных классов и поправил свою повязку на глазу. – Чисто сработано!

– Спасибо, Роман Артемович, – ответил я.

Правда в том, что я сдам летом призыв, я и так не сомневался, но все равно было приятно.

– Я думаю, здесь пахнет даже авансовым проходным балом на пятый курс, – обрадовал меня Иван Федорович и похлопал по плечу. – Мне кажется, ты поступил правильно, решив принять участие в турнире. С твоим участием он станет намного интереснее, я почему-то в этом уверен.

Вообще-то, у меня был не особо богатый выбор, если уж говорить начистоту. Но в одном я точно сходился с директором «Китежа», поучаствовать в турнире будет интересно. Вот только что из этого выйдет? Поживем увидим…

На этом мои показательные выступления были закончены и мы потопали обратно в главный корпус. На подходе к нему я вновь заметил множество лиц, которые наблюдали за нами из окон.

Уверен, что половина из них сейчас была очень расстроена тем, что меня водили не на расстрел и вновь вернули в школу. Однако это не значит, что обсуждать увиденное никто не будет. Даже интересно было узнать, что там придумают на этот счет?

До конца очередного урока оставалось совсем немного времени, так что я решил сразу же отправиться в столовую. Меня так и распирало от желания поскорее поговорить с Нарышкиным насчет предстоящего турнира!

Вот только в обед мне этого сделать не удалось. К моему большому сожалению… Щекин задержал их класс на своем уроке, поэтому я весь обед прождал его, и к тому моменту, когда Нарышкин примчался в столовую, уже собирался уходить.

Конечно, можно было бы задержаться ненадолго, но тогда мы оба опоздали бы на следующий урок, а это ни к чему. Злить преподавателей в первый же день учебы – очень плохая примета. Тем более во втором полугодии, да еще когда следующим предметом у меня ритуалистика Так что я лишь успел перекинуться с княжичем парой слов и отправился в гости к Пальчиковой.

Впрочем, так было даже лучше. Насколько я понимаю, Орлов еще не разговаривал с Лешкой насчет турнира, и будет гораздо лучше, если наш с ним разговор состоится уже после этого. К тому же, как знать, может быть, Нарышкину удастся выяснить, кто будет третьим?

Мне вообще было крайне интересно узнать, о чем Орлов и Громов будут разговаривать с княжичем. Ясное дело, что речь пойдет о предстоящем турнире, как и в моем случае, но меня интересовали детали. Все-таки дело важное и ответственное, поэтому я хотел знать на этот счет как можно больше информации.

Решение нашлось достаточно быстро. Почему бы не отправить Петра Карловича, чтобы он составил Нарышкину компанию до вечера? Да, попахивало откровенной слежкой, но в данной ситуации я считал такое решение правильным.

Кстати говоря, Дориан меня в этом поддержал. Мор сказал, что это даже не слежка, а так… Просто взгляд со стороны. В конце концов, я же не буду просить Градовского докладывать мне все, чем будет заниматься в этот день Лешка. Меня интересует конкретный разговор в директорском кабинете, вот и все. Ничего преступного в этом нет.

Отправив Градовского обратно к княжичу, я вышел из столовой и решительно направился на встречу с Пальчиковой. С учетом некоторых обстоятельств, которые недавно изменили мое отношение к ритуалистике, я решил начать наши взаимоотношения со Стефанией Ярославовной с чистого листа.

Ради этого я даже перечитал учебники за первые два курса и повторил все, что мы уже прошли в этом году. Чтение оказалось очень полезным. Я открыл для себя много чего интересного и взял кучу полезной информации, которая почему-то не усвоилась в моей голове ранее.

Однако, даже с учетом всего этого, приходилось признать – если не считать некоторых не очень сильных ритуалов, ничего пока на уроках Пальчиковой не происходило. Все в основном сводилось к теоретической подготовке. Даже проведенные нами ритуалы были примитивны и скорее должны были объяснить нам базовый принцип этой науки.

Я думаю, причина в том, что ритуалистика сама по себе крайне опасный предмет, где любая ошибка могла повлечь за собой довольно серьезные последствия. Может случиться так, что их будет крайне непросто устранить, и даже если удастся, то не факт, что когда-нибудь в будущем это не аукнется каким-нибудь непредсказуемым образом.

В этом плане, ошибки здесь были так же опасны, как и в случае с проклятьями. Правда лично для меня в этом была очень большая разница, как раз таки проклятья я знал исключительно хорошо и не мог в них ошибиться.

Мое решение вплотную заняться ритуалистикой чудесным образом совпало с тем, что теперь мы будем работать в другом кабинете. Он находился на последнем этаже в самой дальней части коридора. С непривычки я даже не сразу нашел его, потому что до этого уроков на последнем этаже у нас еще не было.

Я влетел в кабинет в самый последний момент, когда Пальчикова уже внимательно осматривала всех присутствующих. Едва я закрыл дверь за собой, как она вновь открылась и в кабинет вбежал мой запыхавшийся одноклассник, который, видимо как и я, долго бродил по коридору пока нашел нужное место.

Стефания Ярославовна недовольно посмотрела на нас, но промолчала. Это означало, что мы можем спокойно идти на свои места. Вот только где здесь мое привычное место, если кабинет был совсем не таким, к которым мы привыкли.

Кабинет был почти круглым, кроме того, здесь не было и привычных нам парт. Потолок нависал над непривычным классом, пол которого ярусами уходил вверх. Поэтому создавалось ощущение, что я нахожусь в подобии амфитеатре, а не в школьном кабинете. Только этот был с крышей, а вокруг не камень, а дерево.

Этажами надо мной возвышались соединенные вместе столы, за которыми шли такие же соединенные между собой лавки. Все было устроено так, чтобы мы сидели не на отдельных местах, а как будто вместе. Понятия не имею, для чего это было нужно, однако мне такая идея не нравилась. Что может быть лучше индивидуального места? Терпеть не могу, когда кто-то сидит рядом.

Пока поднимался на третий этаж, где народ сидел реже всего, я ощутил, что в этом кабинете был какой-то необычный запах. Пахло старым деревом и почему-то сушеными травами.

В тишине, которая воцарилась в кабинете, слышно было лишь как ребята перешептываются между собой, скрип деревянных ступенек под моими ногами и покашливание Пальчиковой, которая что-то записывала в своем журнале.

Выбрав для себя подходящее место, где можно было разместиться достаточно свободно, я выложил на стол учебник и посмотрел на Стефанию Ярославовну. Так как мы смотрели на нее сверху, создавалось ощущение, что она как будто была на сцене, в центре которой стоял учительский стол.

Кроме того, отсюда был хорошо виден небольшой круг, который был начерчен на полу. Да ладно? Неужели мы наконец-то займемся практикой? Хоть что-то интересное… Может быть, мне теперь и Эликсиры Бодрости не понадобятся. Как ни крути, но даже с учетом моего интереса, не заснуть под монотонный голос Пальчиковой – дело сложное. Этому мне еще предстояло только научиться.

– Доброе утро, ученики, – наконец начала урок Стефания Ярославовна, прекратив писать. – Надеюсь, все заметили, что с этого момента мы будем заниматься в другом кабинете?

По классу прокатился гул голосов, означавший, что да, перемену заметили все без исключения. Даже самые недалекие из нас.

– За время обучения мы с вами должны дважды менять наше место нахождения, – продолжила она, поправив свою гулю-прическу. – Это первый раз, а второй будет на пятом курсе, когда мы переберемся в школьный подвал. Там расположен ритуальный зал, который будет нам необходим для наших уроков.

Вновь прошла волна шепотков по классу, которая практически сразу стихла под строгим взглядом преподавателя.

– Здесь мы с вами будем заниматься не только теорией, но кое-какими практическими опытами. По крайней мере, это будут делать те из вас, которые достаточно хорошо справятся с теорией. Те, кто будет не допущен к практике, летом получат минимальные проходные баллы на следующий курс. Думаю, это понятно, – сказала она и бросила взгляд на некоторых учеников, в числе которых был и я.

Само собой. Вот только зря вы на меня так смотрите, Стефания Ярославовна. Получать подачку в виде минимального проходного балла в мои планы явно не входило.

Я подмигнул Пальчиковой в ответ на ее строгий взгляд и мне показалось, что от неожиданности она даже вздрогнула. Ну что же… Попробуем взяться за ритуалистику еще один раз… Как вы там сказали, мне светит минимальный проходной балл?

Глава 14

Подарив всем нам тяжелый многообещающий взгляд, в котором мы должны были увидеть грядущие трудности, Стефания Ярославовна вновь вернулась к уроку:

– Однако сегодня нас еще ждет теория. Одна из самых интересных тем, на мой взгляд, которые покажут вам ритуалистику несколько с другой стороны, – сказала она.

Странное дело… В этом кабинете была интересная акустика. Мало того, что голос преподавателя перестал казаться мне тоскливым и нудным, так он еще и стал намного громче. Казалось, он заполнял собой все пространство вокруг, заставив нас всех замолкнуть и сосредоточиться на ее словах.

– Тема урока сегодня: «Редкие ритуальные предметы, их природа и обращение с ними», – сказала Улитка, затем медленно встала со своего стула и сделал несколько шагов, заняв место в центре круга. – Вы уже знаете, что сила любого ритуала основывается на трех вещах: воля мага, верная форма и правильные ритуальные предметы. Любопытно, но именно последнюю вещь многие неопытные ритуалисты склонны недооценивать. На мой взгляд, это странно. Особенно учитывая то, что очень часто эти предметы являются не столько инструментом или проводником, сколько источником силы.

Она сцепила руки за спиной и медленно обвела взглядом класс, вдруг остановившись на мне.

– Темников… Скажи мне, что именно ты представляешь себе при словосочетании «ритуальный предмет»? – спросила она.

– Ритуальный нож, например, – ответил я. – Свечи или какая-нибудь чаша… В учебнике они чаще всего упоминаются.

– Верно, – кивнула она и мне показалось, что в ее взгляде я заметил легкое удивление. – Большинство согласится с тобой. Предметы, которые ты назвал, это азбука ритуалистики. Однако в ритуальной азбуке есть буквы, которые на практике встречаются не часто.

Пальчикова щелкнула пальцами и прямо перед ней в воздухе появилась иллюзия черного колокола. Кстати, по части иллюзий она была очень хороша. Как правило, изображения, которые она создавала, были статичны и не дрожали.

– Кто-нибудь знает, что это такое? – ответом ей были тишина и скрип ученических лавок, на которых мы сидели. – Этот предмет называется Немой Колокол. В хранилище «Китежа» есть парочка таких в натуральном виде. Возможно, в следующем году я покажу вам в чем разница, если проводить ритуал с ним и без него.

– Хорошая вещь, – сказал в этот момент Красночереп. – У одного из моих бывших хозяев был такой. Если в этом возникнет необходимость, Максим Темников, я подскажу тебе, где его искать.

– Немой Колокол – один из редких ритуальных предметов, которые мечтает заполучить любой мастер ритуалистики, – продолжила тем временем Стефания Ярославовна. – Металл для его изготовления выплавляют из руды, добытой в пещерах, куда никогда не доходил солнечный свет. Звук этого колокола не слышен ушами. Он поглощает его. Ты что-то хочешь спросить, Каблукова?

– Зачем он нужен? – не выдержала наша староста. – Как можно применять в работе беззвучный колокол?

– Очень просто, он создает купол безмолвия, в котором все слова ритуалиста становятся намного сильнее, – ответила ей Улитка. – Вы пока еще не в состоянии оценить всю важность этого, поэтому просто запомните мои слова. Однако, в работе с Немым Колоколом есть один нюанс, о котором всегда нужно помнить. Его продолжительное использование ведет к глубокой меланхолии и апатии. В какой-то мере он заглушает не только лишние звуки, но и душу. Поэтому следует применять его лишь в особых случаях.

Вокруг послышались характерные звуки, которые означали, что все старательно записывают слова преподавателя. Я не стал исключением и тоже сделал вид, что пишу, хотя на самом деле я не очень понимал зачем это нужно делать. Как можно забывать о таких вещах?

Когда снова наступила тишина, иллюзия Немого Колокола исчезла, а вместо нее появилась новая – скопление белых, переплетенных между собой корней.

– Об этом предмете мы долго говорить не будем, – сказала она. – По большей части его используют ученики небесных классов, так что вам я показываю его для общей информации. Просто, чтобы вы знали о его существовании. Предмет называется Чистоградие и применяется в ритуалах исцеления, роста и очищения. Вам будет интересно узнать, что он считается более редким по сравнению с Немым Колоколом.

– Что в нем такого сложного? – спросил я, размышляя над вопросом – есть у Лешки такая штука или нет. – Почему он такой редкий?

– В его сердце артефакторы заключают каплю солнечного света, которую прежде нужно поймать в день летнего солнцестояния, – ответила мне Пальчикова. – Это очень непросто, поэтому даже в нашем хранилище Чистоградие лишь в одном экземпляре.

Иллюзия исчезла, и все вновь склонились над своими тетрадями записывая новую информацию. Вскоре нас ждал новый предмет, который в основном использовали ученики астральных классов. Он назывался Зеркало Множества Судеб.

Суть его состояла в том, что оно показывало множество возможных вариантов развития жизненных ситуаций. Кроме того, в нем можно было увидеть несколько альтернативных исходов той или иной ситуации.

По сути, маг концентрировался на своем вопросе, смотрел в него и мог увидеть, к чему приведет тот или иной его выбор. При этом Зеркало не показывало будущее, оно показывало вероятности, основанные на текущем положении дел.

Такие штуки я не любил, это было по части Градовского. Впрочем, насколько я понял, Петр Карлович не нуждался в таком Зеркале, чтобы находить ответы на схожие вопросы. Видимо, он был настолько хорошим специалистом в своей области, что мог обходиться без всяких ритуалов.

Кстати, у Зеркала был один недостаток, который мне вообще не понравился. Этот ритуальный предмет питался воспоминаниями заклинателя и после каждого использования мог лишить какого-нибудь из них.

Такое себе, на самом деле… Лишаться памяти из-за желания узнать свое будущее, не самое лучшее решение на мой взгляд. Для себя я такого точно не захотел бы. Даже с учетом того, что Пальчикова сказала, будто потерянные воспоминания имеют шанс со временем вернуться на свое место. Кто знает, когда именно мне понадобится то, что стырит у меня Зеркало Множества Судеб.

Следом за этим было еще несколько предметов, однако ни один из них не показался мне слишком уж полезным. Каждый из них имел недостатки, которые были для меня критичны.

Единственный ритуальный предмет, который я захотел бы иметь в своей коллекции артефактов, был Немой Колокол. Тем более, что Красночереп знал, где можно раздобыть такую штуку. Правда, имелся изъян, но на фоне остальных он не выглядел катастрофой. К тому же, никто не заставляет часто пользоваться этим артефактом, можно же использовать его лишь в исключительных случаях.

В конце урока Стефания Ярославовна задала нам домашнее задание, затем хлопнула в ладоши и объявила:

– Урок окончен… Темников, останьтесь на минуту…

Через минуту класс опустел, а я с мрачным видом потопал вниз. Учитывая ее любовь ко мне, ожидать от Улитки чего-нибудь хорошего было глупо.

– Максим, сегодня ты впервые не спал на моем уроке, – сказала она, глядя на меня снизу вверх. – Должна ли я думать, что с этого момента ты решил обратить внимание на мой предмет или это произошло случайно?

– Не случайно, – ответил я и вздохнул. – Просто до этого ваши уроки были немного скучными, а сегодня совсем другое дело. К тому же, я не хочу быть недопущенным к практическим занятиям.

– Похвальное желание, – кивнула она. – Сегодня ты меня порадовал. Может быть, я наконец узнаю, за что все так расхваливают Темникова?

– Я постараюсь, – пообещал я, однако она меня не отпустила.

– У меня к тебе вопрос, Максим. Если бы тебе предложили на выбор оставить для себя один из показанных сегодня артефактов, какой бы ты выбрал? – спросила она и начала собирать с учительского стола свои вещи.

– Немой Колокол, – ответил я и объяснил почему.

– Интересный выбор, – сказала она. – И весьма показательный. Можешь идти, Темников. Похоже ты не безнадежен. Буду надеяться, что я рано поставила крест на тебе.

Я вышел из кабинета в некотором смущении. Конечно, было вполне ожидаемым, что из-за моего отношения к ее предмету, Стефания Ярославовна была не лучшего мнения обо мне. Но узнать, что она поставила на мне крест, было неприятно.

Прыгая через одну ступеньку, я миновал лестничный пролет и в этот момент столкнулся с Огибаловым, который стоял на лестнице, опершись спиной на перила. Если бы я бежал чуть быстрее, то врезался бы прямо в него.

– Какого черта ты здесь встал? – спросил я у него, мгновенно активировав Тень-Страж на всякий случай. Кто знает, что на уме у этого придурка?

– Жду тебя, Темников, – ответил он и ухмыльнулся. – Знаешь же, когда гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. Ты случайно не забыл, что у нас с тобой назначена встреча? Очень хочется получить свою перчатку назад.

– С чего бы мне об этом забыть? – спросил я и сделал шаг назад, чтобы увеличить расстояние между нами. Мне было спокойнее, когда этот тип стоит подальше от меня. – Давай в это воскресенье на Лысом Камне.

– Во сколько? – приподнял он одну бровь.

– В семь утра, – ответил я. – Люблю, когда морозец покрепче.

– Заметано, – кивнул он, затем сунул руки в карманы и не спеша начал спускаться вниз, насвистывая себе под нос какую-то веселую мелодию.

Судя по его довольной физиономии, он уже считал вопрос своей победы решенным. Вот только мне не очень понято почему? Собственного говоря, вариантов немного. Либо Огибалов был настолько в себе уверен, либо он просто хотел этим сбить меня с толку, либо… задумал какую-то гадость…

Ну и какой из этих вариантов верный, интересно знать? Отличный вопрос без ответа, которые я так люблю. Интересно, что скажет Нарышкин об этой встрече? Не знаю почему, но в этот момент у меня появилось сильное желание обсудить случившееся со своим другом. Уже второй отличный повод для разговора на сегодня!

Вот только нормально поговорить с Лешкой у меня получилось только лишь поздним вечером. В первый день учебы на княжича навалилась куча хлопот и от всех преподавателей ему было что-то нужно. В основном решали какие научные работы он будет писать во втором полугодии. Это давало дополнительные проходные баллы по предмету.

Поэтому, когда закончились уроки, он даже из основного корпуса не выходил, а торчал в разных кабинетах, решая свои вопросы. После этого Лешка еще и первое в этом году заседание «Медики» решил устроить. Как-никак он там председательствовал.

Все это было понятно. Несмотря на ухаживания за Кречетниковой и наши с ним приключения, учился Нарышкин очень хорошо. По рейтингу он входил в тройку лучших учеников на своем курсе и считался гордостью «Китежа». В этом плане княжич, конечно, был очень упертым парнем.

После того, как стало понятно, что черным магом императора ему стать не светит, он решил достичь успеха другим путем. Несмотря на то, что Дар целительства в его роду не был основным, Лешка упорно шел к своей цели стать лучшим в небесном классе, и у него это получалось.

Причем очень хорошо получалось. Веригин был не из тех, кто ставил бы Лешку председателем «Медики» только из-за высокого положения его семьи. Дементий Брониславович отлично понимал, что он делает, и если выбрал Нарышкина на эту роль, то это многое говорит об успехах княжича.

Честно говоря, временами я ловил себя на мысли, что горжусь успехами княжича. По правде говоря, когда он сообщил мне о принятом решении остановиться на небесном классе, я считал это не самым лучшим решением. Все-таки второстепенный Дар…