Текст книги "Колонист (СИ)"

Автор книги: Александр Цуриков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 13. Маг и волшебник.

Нельзя сказать, что я не готовился к скоропостижной смерти. Даже попытался сделать что-то, чтобы оставить о себе хорошую память. Но умереть после активации магического источника это какая-то вопиющая несправедливость. Никогда в своей жизни я не чувствовал себя так хорошо. Я даже поверить не могу, что именно то, что заставляет меня чуть ли ни летать от счастья, одновременно убивает меня.

Но Аделия убеждена что жить мне осталось несколько часов. Конечно она может ошибаться, но врать намеренно она бы точно не стала. И про то, как работают магические источники, она знает явно больше меня.

– Эйфория от силы источника это нормально. Все чувствуют себя всесильными после активации источника. И чем больше источник, тем сильнее прилив сил. А у тебя, виконт, самый большой источник из всех, что я видела. – пытается объяснить мне причину моего прекрасного настроения Аделия.

– Должна же быть рациональная причина для того, что источник делает человека счастливым. Я имею ввиду, что до активации источник работал как успокоительное, и в этом был свой смысл. Он помогал организму подготовиться к активации. – пытаюсь я найти выход с помощью логики.

– Ты ошибаешься, виконт. Как успокоительное он работал только после того, как ты выпил отвар. – разрушает мои логические построения Аделия.

И вот тут она сама может ошибаться. Потому что, обычно между получением источника и выпиванием отвара проходят минуты. В моем же случае прошли часы, и я почти уверен, что начал чувствовать себя заторможенным ещё до того как выпил отвар.

– А кого-нибудь из гильдии магов вы позвать не планировали? Кого-нибудь более опытного? – влезает в наш разговор барон Терс.

– Мы вообще ничего не планировали. – отвечаю я.

Барон Терс, ставший невольным свидетелем наших споров про то, как поведёт себя магический источник в моей груди, удивлён всем происходящим настолько, что даже перестал подвывать из-за боли в сломанной ноге.

– Вот только не надо строить из себя рассудительного человека. Вы, барон, припёрлись захватывать спорный феод с десятком трусов. Трусов, которые испугались первого же хлопка и сбежали, оставив вас со сломанной ногой на милость победителя. – добавляю я, взбешённый тем, что барон Терс прав.

Кто-нибудь более опытный в магических делах нам сейчас очень бы пригодился. Наверняка существуют какие-нибудь способы пробудить магический источник кроме того отвратительного отвара, который мне дважды варила Аделия.

– Куда уж мне до вас, виконт. Попытаться вживить в себя огромного размера магический источник, ничего при этом не зная о магии. – не остаётся в долгу барон Терс.

– Барон, вы так говорите, как будто всё знаете о магических источниках. И для вас всё очевидно. Если так, то поделитесь с нами своей мудростью. – с сарказмом отвечаю я на выпад барона, в надежде смутить его.

– Похоже, виконт, что знаю я побольше вашего. И побольше вашей магички. Последний факт, кстати говоря, меня прямо таки смущает. – с усмешкой отвечает барон и не думая смущаться.

– Так не смущайтесь, барон, просветите тёмных людишек. – предлагаю я, втайне надеясь, что он и правда что-то знает.

– И зачем мне это? – задаёт резонный вопрос барон.

– Как вы могли заметить, барон, я тут как будто умираю. А раз так, то уж наверное соглашусь на какие-нибудь уступки. Можете сами назвать цену. Если то, что вы сообщите сохранит мне жизнь, я выполню ваши условия. – предлагаю я.

– Дело в том, виконт, что как вы верно заметили, вы умираете. А раз так, то все мои желания исполнятся сами собой. Как только вы умрёте, я сразу же получу, и свободу, и феод, который вы почему-то считаете своим. – уверяет меня, что мне нечего ему предложить, барон Терс.

Он конечно прав. Но только в том случае, если я буду вести себя в соответствии с местными правилами обращения с пленными. Благородных пленников здесь не принято казнить, и уж тем более пытать. Строго говоря, в моем мире такое тоже не приветствовалось.

Но сейчас речь идёт о моей жизни, и никакие конвенции о правах меня не остановят. Чтобы объяснить барону его положение, я подхожу ближе и наступаю ему на его сломанную ногу. Он начинает кричать, и судя по выражению его лица, кричит он не столько от боли, сколько от обиды.

– Вы ошибаетесь барон. Перед тем как умереть, я убью вас. Может ещё и пытать буду. В моем мире так принято. Разве ваши союзники об этом не рассказывали вам? – вру я про обычаи моего мира.

Хотя это даже и не совсем ложь. Вряд ли бы наёмники из Даркрок стали бы со мной церемониться, попади я к ним в плен и знай при этом что-то такое, что они хотели бы знать. Уж точно их никакие конвенции по правам военнопленных не смутили бы.

– У вас нет чести! – взвизгивает барон, надувшись как обидевшийся ребёнок.

– Зато есть воля к жизни. – спокойно отвечаю я.

Человек, подчиняющийся наёмникам из моего мира, упрекает меня в отсутствии чести. Чего только не узнаешь, наступи человеку на больную ногу. Жаль только, что про магический источник я ничего нового так и не узнал.

– Барон, давай договоримся. Ты спасёшь мою жизнь, а я спасу твою. – предлагаю я.

– Как я могу верить человеку не знающему ничего о чести? – с излишним пафосом восклицает барон Терс.

– Выбора у тебя нет. Ты можешь попытаться спасти свою жизнь. Или можешь тупо ждать смерти, как скотина перед забоем. Выбор за тобой. – объясняю я барону, что он в безвыходной ситуации.

Барон оказывается упёртым и не желает признавать очевидное. Может быть ждёт, что случится чудо и он освободится волшебным образом. Наличие в мире реальной магии делает магическое мышление не таким уж бессмысленным и потому очень распространенным. Они тут, похоже, все и всегда верят в чудо.

– Ты только не думай, что я позволю тебе ждать твою смерть в комфорте. Будет очень больно, барон. – решаю я добавить аргументов.

И вот это становится последней каплей. К тому, что перед смертью его будут долго и мучительно пытать Барон Терс оказывается морально не готов. Он даже пытается отползти от меня. Но очень быстро понимает, что ползти тут некуда.

– Ладно. Я расскажу всё что знаю. Но ты, виконт, должен дать клятву, что отпустишь меня без выкупа, если то, что я скажу, окажется полезным. – соглашается барон.

– Клянусь, что отпущу тебя без выкупа. Живым и здоровым. Даже людей дам на время, чтобы они помогли тебе добраться до твоего дома. – легко обещаю я свободу барону, и даже исключаю все возможные ловушки в таком обещании.

Барон Терс выглядит удивлённым. После моих слов он понимает, что я мог пообещать то, что он требовал, слово в слово, а потом, например, покалечить его. Такой исход, судя по выражению лица, ему даже в голову не приходил.

– Используй магию, виконт. Чем больше магии используешь, тем быстрее твой магический источник пробудится. Кажется так недоучки этот процесс называют. Хотя я бы назвал это объединением источника и мага. Источник отдаёт энергию на магические конструкты и как бы прирастает к носителю. То есть к тебе. Не важно. Просто используй магию. – открывает мне секреты вживления магических источников барон Терс.

Это конечно замечательно. Только вот как именно я должен использовать магию? Ну допустим, на мне прямо сейчас надето кольцо для перевода. Кстати, оно как будто к пальцу приросло. Я пробовал снять, ничего не вышло.

– Кольцо перевода подойдёт? – не стесняясь своей дремучести в магических вопросах, уточняю я.

– Для источника такого размера этого не хватит. – закатив глаза в знак презрения к моему невежеству, отвечает барон Терс.

– Кстати говоря, почему ты в этом уверен? Откуда ты вообще знаешь, какого размера у меня источник? Я не вижу источник у тебя самого. У Аделии вижу, у тебя нет. – интересуюсь я.

– Это моя родовая способность. Таких как я называют волшебниками. Мы видим других. – с гордостью объявляет барон Терс.

– То есть, ты тоже маг, просто источник не видно? – уточняю я.

– Нет. Я волшебник, мы только видим. Мы не можем усиливать себя источником. – смутившись отвечает барон.

– То есть, ты видел мой источник, и всё равно решил предъявить претензии на мой феод? – удивляюсь я смелости барона.

– Во-первых, это не твой феод. Но об этом мы ещё поговорим при других обстоятельствах. Во-вторых, в тот момент источник не был активирован, и я его не видел. – дважды расстраивает меня барон.

Мало того, что моё предположение о чрезвычайной смелости барона оказалось неверным, так этот наглец ещё и угрожает отнять мою землю в будущем.

– Ладно, волшебник без изумрудного города, вернёмся к источнику. Кольца значит мало? А чего будет достаточно? – перевожу я разговор обратно к своей начальной проблеме.

– Почти любого заклинания третьего уровня точно хватит. Знаешь такое? – произносит набор ничего не значащих для меня слов барон.

Откуда мне знать заклинание третьего уровня, если я и про сами уровни только что услышал? Всё равно что нахрен послали.

– Научить можешь? – не собираюсь я сдаваться.

– У нас в родовом замке есть книга. Но ты не успеешь до неё добраться. Так что нет. Мне они без надобности, потому я и не старался их запоминать. – говорит ещё кучу бесполезной информации барон.

– А артефакты подойдут? – решает поучаствовать в разговоре Аделия.

– Уровня пятого, не меньше. Вряд ли у вас такие есть. – отвечает барон Терс.

Похоже мы на верном пути. Артефактов у меня тут два десятка, только не понятно, как ими пользоваться. Никакого эффекта, кроме удара магическим разрядом от них не наблюдалось.

– Придётся тебе, барон, ещё кое-что мне объяснить. Я понимаю, что это в нашу сделку не входило. Но без этого ничего не получится. Вот объясни мне, почему кольцо перевода, надетое на палец работает так, как и должно. А то же кольцо, положенное на ладонь, просто бьёт магическим разрядом и всё. – задаю я вопрос, по ответу на который надеюсь догадаться о том, как использовать другие артефакты.

Конечно, я мог бы и напрямую спросить у барона Терса, как использовать те камни, что я выкопал из руин замка. Но я не хочу чтобы он, и уж тем более те, на кого он работает, знали, что у меня есть такое количество магических камней.

– И этого значит ты не знаешь, виконт. Тебя вообще чему-то учили в твоём родовом замке? Или вы там совсем дикие. – с чувством превосходства отвечает барон.

– Конечно учили. Тому как ронять на землю зарвавшихся баронов. У нас своя магия. Ты ж про неё тоже ничего не знаешь. – возвращаю я барона в реальность, в которой он мой пленник.

– У кого это у нас? Ты вообще откуда, виконт? – задаёт очень правильный вопрос барон.

– Ответ за ответ, барон. Я даже добавлю тайну, о которой не догадывается ни герцог Эрда, ни герцог Норленд. – предлагаю я.

Моё предложение явно заинтересовало барона Терса, но он не спешит отвечать на мой вопрос про артефакты. Наверное гадает, можно ли получить ещё что-то из этого обмена информацией.

Мне предложить больше нечего. Но рядом с нами стоит Аделия, которая, судя по всему, узнала за время этого разговора больше, чем за время обучения в гильдии магов. И вот ей-то, есть что добавить к обещанному мной. Нога барона Терса всё ещё согнута под неестественным углом, и уж если не лечение, то обезболивающее ему сейчас бы точно не помешало.

– Аделия, ты можешь помочь барону с его сломанной ногой? Лекарство, или хотя бы обезболивающее. – подсказываю я Аделии.

– Могу и помогу. Если барон останется жив. – даёт Аделия обещание, одновременно напоминая барону о том, что я могу его убить.

– Хорошо, твоя тайна, виконт. И лекарство для моей ноги. И никому не говорите, что я вас этому научил. – соглашается барон, добавляя важности тому, что скажет, требованием о сохранении тайны.

– Согласен. – подтверждаю я.

– Согласна. – подтверждает Аделия.

– Золото, виконт. Оно как смазка. В тех местах, где магический кристалл покрыт золотом, ты можешь черпать из него силу. И использовать так, как было задумано создателем кристалла. – объясняет барон.

– Значит, если у меня есть кристалл, который создали для перевода, и я покрою его золотом, то у меня получится работающий артефакт? И никаких дополнительных ухищрений? – уточняю я.

– Да. Именно так. – подтверждает барон.

Если бы я планировал рассказать ему что-то действительно ценное в качестве ответа, то обмен получился бы неравноценный. О такой ерунде, как использование золота в качестве проводника магии, я и сам мог бы догадаться. Если бы конечно у меня было бы на это время.

Но так как времени у меня как раз и нет, то наша сделка не так уж и плоха. Можно даже пойти дальше и сказать, что я купил себе жизнь в обмен на знания о том, что я не из этого мира.

– Твоя очередь, виконт. – торопит меня барон, опасаясь, что я передумал выполнять свою часть сделки.

– Я из того же мира, что и те, кто налепил вам звездно-полосатый флаг рядом с вашими гербами. – говорю я, наслаждаясь тем, как искажается лицо барона, который так же как и я, теперь уверен, что мог бы догадаться и сам.

– Надеюсь это не та тайна, которую не знают герцоги. – закрыв глаза от негодования, говорит барон.

– Конечно же нет. Я честный человек, барон. Но вы должны дать клятву, что никому не раскроете эту тайну. Так будет справедливо. Вы ведь тоже потребовали хранить в секрете то, что это вы рассказали нам про изготовление артефактов. – ставлю я условие больше из вредности, чем о того, что действительно хочу сохранить тайну.

– Хорошо, виконт. Я согласен хранить эту тайну. Клянусь честью. Говорите. – неожиданно легко соглашается барон Терс.

Наверное он уже понял, что это будет такая же страшная тайна, как и то, что я не из этого мира.

– В моем мире, барон, нет титулов. Точнее говоря, их никто не признаёт. Ни баронов, ни виконтов, ни герцогов, ни даже королей. Где-то они ещё сохранились, но уже ничего не значат по факту. Так что дома я просто Андрей. Хотя в вашем мире, я виконт Андрей. – открываю я тайну моего мира барону.

К моему удивлению, барон Терс воспринимает сказанное мной, как очень важную информацию. Не комментирует, не жалуется на то, что я его обманул. Просто молчит и задумчиво смотрит на меня. Он так серьёзен, что мне приходит в голову забавная мысль о том, что мои слова перевернули его понимание реальности.

Ну или всё гораздо проще, и он осознал, что находится в плену у простолюдина. И проиграл он чуть ли не крестьянину. Вот уж о таком он точно никому рассказывать не станет, что бы не уронить своё баронское достоинство в глазах других владетельных сеньоров. Минус тут в том, что он может попытаться убить и меня и Аделию, ради сохранения в тайне такой позорной для него информации.

Как бы там ни было, времени на это у меня нет. Мне нужно где-то достать золото, сделать из него хоть какую-то оболочку для одного из магических камней и использовать его для сотворения чего-нибудь магического. И судя по ощущениям в моей груди, времени у меня всё меньше и меньше.

Золотые монеты я потратил ещё на базе около врат, так что просто воспользоваться своим золотом я не могу. Единственное золото, что есть поблизости, это те самородки, которые выкопали мои крестьяне. И я его отдал им всё без остатка. Откуда же мне было знать, что я найду здесь способ его потратить ?

Просто отнять золото у крестьян я тоже не могу. Во-первых, от такого вероломства пострадает мой авторитет. А он мне ещё понадобится, если я не умру сегодня. Во-вторых, и пожалуй это более важно, у меня может физически не получиться это ограбление. Они наверняка уже всё спрятали под какими-нибудь корягами посреди леса.

Остаются ещё серебряные монеты, которые мне выдали в качестве подъёмных. Часть из них я уже потратил, обменяв на золото у возницы и заплатив Аделии за кольцо перевода. Но оставшегося должно хватить на выкуп всего, что добыли крестьяне.

Обменный курс, насколько я помню, был четыре серебряные монеты за одну золотую. Проблема тут только в том, что самородки это не монеты, и объяснять крестьянам про вес и чистоту золота времени у меня нет. Поэтому я достаю из своих вещей все монеты, которые у меня остались.

Мита, как назло, нигде поблизости нет. Но я уверен, что он оставил следить за всем происходящим Гара. На этот раз он прячется лучше, и я его не вижу. Но он точно должен быть где-то в кустах.

– Гар, выходи из своего укрытия, я тебя вижу. – громко говорю я, надеясь, что Гар мне поверит.

К моему сожалению, он оказывается умнее, или его и вовсе здесь нет. Разыскивать Мита по всей округе мне не хочется, поэтому я решаю подыграть Гару, не желающему выходить.

– Где этот проклятый староста?! Если Мит не появится здесь в ближайшее время, то у него будут серьёзные неприятности! – ору я, надеясь, что Гар побежит за отцом.

Не очень большая хитрость, но срабатывает. Я вижу как кусты шевелятся от того, что кто-то продирается по ним. Примерно через пятнадцать минут из-за развалин замка появляется Мит, старательно делающий вид, что он пришел сюда по какому-то своему делу.

– Мит! Хорошо, что ты здесь. Ты мне нужен. Подойди. – громко говорю я.

– Господин, я следил за заготовкой кольев для ограждения. И пришел сюда уточнить длину кольев. – отыгрывает Мит свою роль случайно появившегося здесь.

– Мне нужно всё золото, которое у вас есть. Включая вашу долю. – сразу же объявляю я своему крестьянскому старосте зачем он мне понадобился.

Почему-то он даже не удивлён таким поворотом событий. Конечно, дело может быть в том, что у Гара невероятно чуткий слух, и он слышал всё, что рассказал мне про артефакты барон Терс. Но это маловероятно. Скорее, такое поведение баронов лучше согласуется с представлениями Мита о том, как устроена жизнь.

– Я заплачу вам за него серебряными монетами. – удивляю я своего крестьянского старосту.

Мит кивает в знак того, что понял и уходит в сторону леса. Ну что ж, магические кристаллы у меня есть, золото у меня будет. Осталось только превратить всё это в подобие ювелирных изделий. И с учётом того, что я не имею ни малейшего понятия о ювелирном деле, это может оказаться непросто.

Глава 14. Пролюбить все полимеры.

Рассчитывать на то, что в фактически походных условиях у меня получится сделать что-то миниатюрное не приходится. Это значит, что мне нужно использовать кусок золота побольше, в идеале сделать один большой слиток. Я точно знаю, что золото нужно расплавить для того, чтобы объединить самородки вместе.

Если верить сериалам, то сделать это можно в обычном чугунном котелке, разогрев его над костром. Само собой, что котелок должен быть чистым. Долго и упорно оттирать со стенок котелка остатки отвара у меня нет никакого желания. Поэтому, я решаю просто залить котелок водой и кипятить какое-то время.

За то время, что я трачу на кипячение, Мит успевает вернуться со свёртком в руках. И судя по размеру свёртка, золотые самородки успели изрядно усохнуть за время хранения. Не прояви я беспечность при прошлом дележе результатов золотодобычи, и пересчитай количество самородков, сейчас мог бы упрекнуть Мита в утаивании части золота.

Но так как я не только не пересчитал самородки, но и даже не взвесил их все вместе, то подкрепить обвинения мне сейчас нечем. И единственное, чем я могу себя утешить, это предположение о том, что Мит всё равно нашёл бы способ, принести меньше чем в прошлый раз.

Например, он мог разрубить часть самородков на более мелкие, после чего затереть получившиеся срезы об обычный камень. В таком случае, количество самородков осталось бы прежним, а часть золота я всё равно бы не получил. Ну и обмазать самородки грязью он бы точно не забыл бы, так что и вес не сильно бы изменился.

Но на самом деле это не так уж и важно для меня сейчас. Даже имей я железные доказательства, то всё равно не стал бы устраивать споры с Митом. У меня просто нет на это времени, потому что магический источник в моей груди ждать не станет.

– Четыре серебряные монеты за одну золотую. – напоминаю я обменный курс.

Мит молча кивает и протягивает мне свёрток.

– Точно взвесить не получится, так что придётся вам довериться моему глазомеру. – объясняю я Миту, как будет происходить обмен.

По его глазам я вижу, что он еле сдерживается, чтобы не начать спорить. И опять же, будь у меня чуть больше времени, я бы спровоцировал его на спор, чтобы по итогу отдать меньше. Но сейчас я просто отсыпаю больше серебряных монет чем должен. Против такой моей небрежности Мит естественно не протестует.

Я в целом тоже доволен тем, как всё получилось. Сейчас золото для меня это фактически моя жизнь, так что я готов был отдать за него не только чуть больше серебра, но и вообще все свои вещи, кроме котелка и минимума инструментов.

Развернув полученный от Мита свёрток с золотыми самородками, и оценив их чистоту, или в данном случае вернее будет сказать, то насколько они заляпаны грязью, я решаю их предварительно отмыть. Для этого я использую остатки привезённой с самой базы питьевой воды.

Можно сказать, что это расточительство и очередное проявление моей безолаберности. Но если у меня не получится сделать золотую оправу к одному из магических кристаллов, то я умру и вода мне не понадобится.

Отмыв всё насколько это возможно, я высыпаю самородки в котелок и подвешиваю его над костром. В сериалах золото в котелке плавилось почти мгновенно, но у меня ничего не происходит. Самородки даже форму не меняют. Предположив, что дело тут в монтаже, я жгу костёр под котелком больше часа. И никакого результата.

При этом все, и Мит, и Аделия, и барон Терс, смотрят на меня, как на законченного идиота. Судя по выражению их лиц, я делаю настолько несусветную дурость, что они даже говорить об этом стесняются.

– Да что не так? – восклицаю я, не выдерживая их взглядов.

– Виконт, а что вы собственно делаете? – аккуратно спрашивает Аделия, сохраняя на всякий случай приличное расстояние от меня, как будто я опасный сумасшедший.

Ну то, что я и правда делаю сейчас что угодно, только не расплавляю золото, я уже понял. Но вот как объяснить своё поведение окончательно не опозорившись, я ещё не придумал.

– Удаляю оксидную плёнку с самородков методом прокаливания. – отвечаю я, намеренно стараясь выразиться как можно более наукообразно.

Никому из присутствующих от моего ответа происходящее понятнее не становится, но вот мне самому, как ни странно, это помогает. Раз расплавить золото не получается, то я могу попытаться соединить самородки методом ковки.

Мне повезло, инструктор Петров оказался очень предусмотрительным человеком и положил в мои сумки целых три штуки пассатижей и пару молотков. Это конечно не печь для плавки, и даже не тигель, но шансы на хороший исход у меня ещё есть.

Не снимая с костра котелок, я достаю пассатижами пару самородков покрупнее, выкладывая их на солидного размера камень, прикаченный мною поближе к костру. Затем, я беру пассатижами один из самородков, кладу его поверх другого и начинаю бить по ним молотком.

Я конечно уже успел проявить чудеса тупости, но на то чтобы понять, что опять ничего не получается, у меня уходит каких-то пара минут. Не показывая своего разочарования, продолжающим с интересом наблюдать за моими действиями, Миту, Аделии и барону Терсу, я кладу самородки обратно в котелок.

Подкинув в костёр пару поленьев, я молча стою и пытаюсь понять, что я делаю неправильно. Самая вероятная причина неудачи это то, что самородки успели остыть пока я возился. Эта причина мне нравиться, и я решаю попробовать ещё раз.

На этот раз, я заранее кладу молоток на камень, служащий в качестве наковальни, и решаю использовать пару пассатижей одновременно. Одними я беру один самородок в котелке, вторыми другой. Стараясь двигаться как можно быстрее, я переношу самородки на камень, и придерживая верхний самородок, начинаю изо всех сил бить по нему молотком.

Мне удаётся расплющить оба самородка в достаточно тонкие неровные пластины, но они и не думают слипаться. Смотря на получившиеся пластинки, я понимаю что гораздо проще будет расплющить все самородки, а уже потом пытаться сковать их в одно целое.

Ещё примерно полчаса уходит у меня на то, чтобы расплющить все самородки, доставая их по одному. Делать это оказывается гораздо проще, чем делать тоже самое с двумя самородками одновременно.

Вдохновленный частичным успехом, я пытаюсь соединить две нагретые пластинки, достав их из котелка, положив одну на другую и нанося по ним удары молотком. И конечно у меня ничего не получается. Тут до меня доходит, что я только ухудшил ситуацию, ведь тонкие пластинки остывают ещё быстрее, чем самородок.

Но так как я такой же, как и все балбесы, я всегда сначала ищу не там где потерял, а там где удобно искать. И в данном случае, я решаю, что нужно что-то сделать с оксидной плёнкой, которая должна образовываться на золоте. Наверное подсознательно я пытаюсь цепляться за то самое оправдание, которое озвучил ранее.

Ну а что, звучит хорошо, почему бы не побороться с оксидной плёнкой. Так я хоть совсем идиотом себя не чувствую.

Вспомнив свой опыт пайки радиодеталей в школьные годы, я понимаю, что мне нужен флюс. Или что-нибудь, чем можно его заменить, хоть в какой-то степени.

Понадеявшись на предусмотрительность инструктора Петрова, я снова иду копаться в своих сумках. Никакого флюса я конечно же не нахожу. Зато я нахожу целую пачку соды.

Уж не знаю с какой целью сода была добавлена к моим припасам, но я намереваюсь использовать её в качестве флюса. И я очень надеюсь, что это сработает, потому что действительно хороших идей у меня нет. Вот разве что сворачивать пару пластинок в трубочку, или просто складывать их пополам.

Собственно именно так я и поступаю. Взяв пару пластин, я посыпаю их содой, а потом сворачиваю так, чтобы сода хотя бы частично оставалась между ними. Потом я нагреваю получившиеся свёртки в котелке и расплющиваю молотком.

Уж не знаю насколько они свариваются друг с другом, но в итоге у меня получается достаточно большая по площади пластина. Состоит она из слоёв, видимых невооружённым глазом, но не разваливающихся на части.

На эту работу у меня уходит несколько часов, и заканчиваю я уже в сумерках. Всё это время Мит, Аделия и барон Терс продолжают с интересом наблюдать за моими манипуляциями. К счастью, никто из них не решается комментировать увиденное до самого последнего момента.

– Виконт, вы всерьёз намереваетесь сделать из этого оправу для одного из магических кристаллов? – не выдерживает наконец Аделия.

Очень хочется заорать, что я уже почти согласен умереть, только бы не заниматься этим идиотизмом. Но я конечно сдерживаюсь. И потом, умирать я точно не хочу, поэтому и делаю всё, что могу.

– Аделия, чего бы тебе не заняться исполнением твоей части сделки с бароном Терсом? Он сделал всё, что обещал. От него больше ничего не зависит. Шла бы ты лечить его ногу. – отправляю я Аделию с её вопросами подальше от меня, лишь чудом удерживаясь от того, чтобы не перейти на нецензурные выражения.

– Сломанная нога барона может подождать. Меня больше волнует твоё состояние, виконт. Не буду скрывать, тут есть и профессиональный интерес. – отвечает Аделия, как будто не замечая мои толстые намёки.

– Ты ювелир? Может занималась чеканкой монеты. – начинаю я беситься.

– Нет. Я не ювелир. – отвечает Аделия, готовясь произнести какую-то явно длинную и заученную речь.

– Если ты не ювелир, то тебя здесь не ждёт ничего интересного. – продолжаю беситься я.

– Я маг. И должна изучать всё, что связано с магией. – говорит Аделия, явно сбившись с произнесения заготовленной на такие случаи речи.

– Лечи ногу барона, Аделия. Там магии побольше будет. И уровень там как раз подходящий для тебя. – срываюсь я, усомнившись в профессионализме Аделии как мага.

Несмотря на мои героические усилия по выражению мыслей без использования нецензурных выражений, Аделия всё равно обижается. Горевать по этому поводу мне некогда, да и незачем, так что когда она уходит, фыркнув как дикая кошка на прощание, я чувствую облегчение.

Барон Терс следует за ней настолько быстро, насколько ему позволяет сделать это сломанная нога. На мой взгляд, он поступает весьма опрометчиво, так как обиженная на меня Аделия вполне может ошибиться при лечении уже самого барона. Кроме того, если для лечения ноги барона потребуется отвар, то все его усилия бесполезны, так как единственный нормальный котелок всё ещё у меня.

– Господин, я могу вам как-то помочь? – спрашивает Мит, резонно опасающийся наблюдать за мной после ухода Аделии и барона.

– Нет. Можешь идти заниматься своими делами. – отсылаю я и своего крестьянского старосту, так как не могу представить, чем он может быть мне полезен в данный момент.

Мит уходит куда-то за развалины замка, успевая скрыться до заката солнца. И практически сразу же я жалею, что отпустил его. В наступившей темноте я ничего толком не вижу, и Мит мог бы сильно облегчить мою работу, просто подсвечивая фонариком то, что у меня в руках.

Ругая себя за непредусмотрительность, я достаю из своих вещей фонарик и три пары резиновых перчаток, так хорошо послужившие мне при откапывании магических камней. Фонарик приходится держать в зубах, а перчатки я натягиваю на руку одни поверх других, пока иду к тому месту, где лежат все найденные мной артефакты.

И то, что они всё ещё просто валяются поверх одной из сумок, может служить очередным доказательством моей безолаберности. Учитывая всё, что я знаю про эти магические камни, лучшей аналогией будет гора денег, которую я бы просто оставил на улице.

При этом, несмотря на общее понимание ценности магических кристаллов, я не имею ни малейшего понятия, есть ли среди них такой, из которого может получиться артефакт пятого уровня или выше. Поэтому я просто выбираю самый крупный из них. И возможно, это не лучший вариант, потому что на кристалл размером с половину кирпича, выкованной мною, золотой пластинки может просто не хватить.

Когда я беру кристалл рукой, на которую предварительно надел три резиновых перчатки, я понимаю, что активированный источник ничего не поменял в плане ощущений. Болезненный магический разряд, хоть и ослабленный тремя слоями резины, весьма чувствительно ударяет меня.

Добравшись до котелка с золотой пластиной, я достаю её пассатижами и оборачиваю её вокруг кристалла. Получается, мягко говоря, не очень хорошо. Как будто в грязно-жёлтую одноразовую салфетку завернули половинку кирпича, и большая часть его торчит из неё наружу.

Но так как мне плевать на эстетические качества получившегося артефакта, я доволен результатом. Доволен я ровно до того момента, как я решаю попробовать артефакт в деле. Я снимаю с левой руки перчатки и аккуратно перекладываю в неё артефакт из правой руки, стараясь держаться только за золото.