Текст книги "Скаут (СИ)"

Автор книги: Александр Башибузук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Тим поймал мушкой серый силуэт и нажал на спусковой крючок.

Приклад дважды мягко ткнулся в плечо, дрофа сложилась в полете и, с отчетливым гулким стуком, упала в траву.

Приятно запахло сгоревшим порохом. Тимофей переломил свой двуствольный Голланд-Голанд. Со звонким щелчком сработали эжекторы, красные папковые гильзы весело кувыркаясь и оставляя за собой прозрачные дымные хвостики, полетели на землю.

Тим вставил новые патроны в патронник и медленно пошел к трофею.

Его по пути обогнал чернокожий егерь, подхватил дрофу, с трудом вздернул ее вверх в обеих руках и радостно ощерил беззубый рот.

– Осень больсая птиса, бвана, осень больсая!!!

– Отличный трофей, Тим! – одобрительно закивал, подошедший министр. – Я давно не видел такую огромную дрофу.

– Благодарю, мистер ван дер Бил, – Тимофей сдержанно кивнул. – Мне просто повезло.

– Хватит официоза, мой друг, – министр дружески хлопнул Тима по плечу. – Можешь называть меня просто Питер.

– Благодарю, Питер, – Тимофей еще раз кивнул, немного помедлил, а потом поинтересовался: – Хотите услышать мою новую идею, Питер?

– Конечно! – ван дер Бил сразу стал серьезным. – Я тебя слушаю, как самого пророка Моисея. Если у кого в Родезии работает голова, то это только у тебя.

Тим улыбнулся и начал спокойно рассказывать.

– Есть ЗАПУ и ЗАНУ, ЗАНУ – это по большей части шона, ЗАПУ – это в основном матабеле. Так уже случилось, что эти парни с древних времен очень не любят друг друга.

– Кажется, я понимаю о чем ты, – быстро заявил ван дер Бил. – Но продолжай, продолжай.

– Руководит ЗАНУ – Мугабе, ЗАПУ – Нкомо, эти двое тоже относятся друг к другу с откровенной неприязнью. И не только из-за племенной вражды. Мугабе сейчас в тюрьме, Нкомо на свободе и старается перетянуть лидерство в обеих группировках на себя. Итак, представим…

Тим щелкнул пальцами, егерь мгновенно притащил саквояж с походным баром и снова отбежал в сторону.

– Отличная идея! – одобрил министр. – Наливай. Так что?

– Представим, Мугабе неожиданно выпускают из тюрьмы, одновременно широко идет слух, что он согласился на сотрудничество с властями. И тут случается незадача, Мугабе сразу после освобождения демонстративно убивают черные парни. Полиция уничтожает нападавших, власти проводят тщательное расследование, которое выясняет, что нападавшие исключительно матабеле и исключительно из ЗАПУ. Железные доказательства этому устроить нетрудно. Несколько подходящих трупов и дело в шляпе. Логическое обоснование уже есть. Зачем Нкомо конкурент?

Одновременно на лагеря ЗАНУ, то есть, шона, случается мощная атака армии Родезии. А лагеря матабеле никто не трогает. Что подумают осиротевшие без главаря, потрепанные шона? Правильно, во всем виноваты проклятые матабеле и их предводитель Нкомо, который в связке с властями просто устранил конкурента. А мы вдобавок постараемся, чтобы они так подумали. Дальше эти парни начнут грызть друг другу глотки: долго, кроваво и упорно. И им станет не до революций. А Нкомо будет скомпрометирован до конца жизни. Да, провести такую сложную операцию очень трудно, но я берусь это сделать.

– Проклятье! – восхищенно выругался ван дер Бил. – Так мы надолго решим вопрос. И даже русские с китайцами их не помирят!

– Тем более, узкоглазые с русскими тоже не друзья, – поддакнул Тимофей. – Но, Питер! Прежде чем взяться за дело, надо заполучить поддержку большинства кабинета. Пока без Флауэра. Есть у меня подозрения, что он будет против. Надо действовать очень осторожно. И да, забирайте идею себе, а я ее воплощу под вашим руководством в жизнь.

Питер ван дер Бил медленно кивнул и протянул Тиму руку…

Глава 13

Глава 13

– Бвана! – глухо шептал чернокожий проводник. – Это очень хитрый зверь. Очень хитрый! Если он нас услышал, то спрячется, а когда мы подойдем – обязательно нападет.

Тимофей поморщился. Если честно, охотиться ему, уже не очень хотелось. Одно дело стрелять птиц, которых великое множество, а совсем другое – огромных, красивых и сильных животных из африканской большой пятерки*.

Вдобавок, гребанное сафари – это не прогулка в парке развлечений, охотиться на крупных зверей опасно, очень опасно. В современности богатеньких охотников страхуют, как минимум пара стрелков с крупным калибром, но неписанные правила родезийских джентльменов никакой страховки не предусматривают. При Тимофее сейчас проводник со старенькой винтовкой Ли-Энфильд времен англо-бурской войны и пара носильщиков, вообще без оружия. И увязавшийся с Тимом, Пабло Суарес, вооруженный только фотоаппаратом с мощным объективом. Журналиста на сафари опять притащил с собой Питер ван дер Бил.

большая пятёрка, или большая африканская пятёрка, – традиционное название пяти видов млекопитающих, являющихся наиболее почётными трофеями африканской охоты: слон, буйвол, носорог, лев и леопард.

В общем, Тимофей не горел желанием отстреливать живность, но других вариантов пока не просматривалось. Назвался груздем – полезай в кузов, отправился на сафари – будь добр стреляй, потому что не поймут. А если не поймут, можешь хоть до заговенья доказывать, что свой – все равно им не станешь.

Тим поднес к глазам бинокль и принялся неспешно осматривать заросли впереди. Буш жил своей жизнью, семейство бородавочников деловито копалось в грязи, стервятники пировали на падали, а вдали, едва заметные в призрачном мареве, флегматично дрейфовали стада антилоп. Но того, кого искал Тимофей, видно не было.

– Бвана?

Тимофей еще раз вздохнул, опустил бинокль, поудобней устроил на локте штуцер и тихо скомандовал:

– Идем дальше.

– Что-то мне не по себе, – пожаловался Суарес, утирая мокрым платком лицо. – Может, пойдем назад…

Он недоговорил, потому что из кустов карликовой акации в полусотне метров впереди неожиданно высунулась огромная черная башка.

Мощные рога, закрывающие почти весь череп, налитые злобой красные глазки, парок из часто вздымающихся ноздрей…

Тима передернуло, гребаный буйвол выглядел гораздо страшней, чем террорист из ЗАНУ с гранатометом в руках.

– Мистер Бергер!.. – ахнул Суарес.

Еще мгновение и огромная туша с треском вылетела из зарослей.

Оглушительно бабахнул штуцер, приклад лягнул плечо, словно взбесившийся жеребец. Тим на долю секунды потерял равновесие, хотя успел заметить, что буйвол слегка припал на правую ногу, но на его скорость это не повлияло.

Мушка заплясала на черной морде.

Приклад снова саданул в плечо.

Тим отчетливо услышал, как пуля стукнула в череп, он прекрасно понимал, что ни одна кость не удержит сорокаграммовую, цельнометаллическую пулю калибра.470 Nitro Express, но…

Но буйвол не остановился.

Гулкий топот копыт и свирепое, ритмичное всхрапывание быстро приближались.

Тим приготовился отпрыгнуть в самый последний момент, потому что перезарядить штуцер он не успевал. Палить из пистолета по быку не имело даже малейшего смысла.

Но за несколько метров до Тимофея, буйвол неожиданно рухнул мордой в траву, проскользил по инерции еще немного и застыл, уткнувшись своими ноздрями в сапоги.

Точно по центру черепа, чуть ниже рогов, у него алела аккуратная дыра. Из нее по черной шерсти стекали маленькие капельки бордовой крови.

Тим почувствовал, как по спине льется ручьем ледяной пот.

– У вас просто жуткая выдержка, Тим… – позади раздался безжизненный голос Суареса.

Бледный как мертвец журналист стоял держа в подрагивающих руках фотоаппарат. Проводник и носильщики успели отбежать, но уже рысцой возвращались.

Тимофей непонятно чему улыбнулся, подошел к неподвижной огромной туше и присел рядом.

Рука легла на теплый, лохматый бок.

– Прости дружище…

Проводник и носильщики убежали за грузовиком, а Суарес подошел и сел рядом.

– Вы удивительный человек, мистер Бергер.

Он достал из за пазухи маленькую фляжку и протянул ее Тимофею.

Тим отрицательно качнул головой и достал свою. Он интуитивно почувствовал, что сейчас аргентинец перейдет к делу и просто побоялся, что тот подсунет ему в алкоголе какую-нибудь химию.

Суарес пожал плечами, хлебнул и буднично поинтересовался:

– Не пойму, зачем вам было отпускать русского военного? Вы богаты, вам предстоит блестящая карьера. Ваших родителей убили черные, которых поддерживает Советский Союз. Что-то у меня не складывается. Зачем?

Тим был готов к вопросу и уже приготовил ответ.

– Вы еще не поняли, мистер Суарес? – Тимофей улыбнулся. – Вы знаете, в шахматах иногда жертвуют пешкой, чтобы взять ферзя. Немудрящая оперативная комбинация: советского военного отпустили, чтобы выманить на меня кого-то посерьезней. Этот русский майор или кто он там, сам по себе ничего не стоил. А вот вы… вы гораздо ценней. К слову… ведите себя разумно.

Суарес улыбнулся и демонстративно положил руки на колени, чтобы показать, что он не собирается сопротивляться:

– Ну… я уж точно не ферзь.

– Это вам только кажется, – Тим сделал глоток из фляги и закурил. – Парни из контрразведки свое дело знают крепко. Вы даже не представляете, сколько полезного знаете.

Журналист несколько секунд молчал, а потом сухо поинтересовался:

– Вы блефуете, мистер Бергер?

– Блефую, – согласился Тимофей. – Но лишь отчасти.

– Я не собираюсь вас шантажировать! – раздраженно бросил Суарес и встал. – В оперативную комбинацию я не верю. Нет, возможно вы перестраховались, что очень разумно, но… – он развел руками. – Зачем вам контакт с Советским Союзом? Предложить себя в качестве агента? Что вам в этой жизни не хватает? Денег? Вы богаты. Убеждения? Не верю, простите. Желание пощекотать нервы? Вы слишком умны для этого.

Тим спокойно ответил:

– Я просто не хочу, чтобы погибла эта страна. И хочу договорится. Не договорюсь с Советами, договорюсь с Китаем. Представьте, что в Солсбери и Булавайо высадились несколько китайских дивизий? Вечер сразу перестанет быть томным. О! От такого щелчка по носу, зазвенят стекла в министерствах иностранных дел по всему миру.

– Ха! – хохотнул Суарес. – Мне хочется смеяться, когда я представляю вашего премьера с цитатником Мао.

– Не будет никаких цитатников и колхозов, – Тим ухмыльнулся. – У нас есть что предложить китайцам без всего этого. Но я, все-таки, сначала обратился к Советскому Союзу. Впрочем… откажетесь вы, придется находить общий язык с американцами или британцами. И мы найдем, уж поверьте.

– Зачем Советскому Союзу договариваться с Родезией? – Суарес внимательно посмотрел на Тимофея.

– Зачем? – Тим ткнул своей фляжкой об флягу аргентинца. – В первую очередь – это гигантский дипломатический успех. Представьте заголовки мировых таблоидов: При прямом посредничестве Советского Союза в Родезии к власти мирно пришло чернокожее большинство! Впечатляет? Никто не смог, ни США, ни Великобритания, никто вместе взятый, а Союз Советских Социалистических Республик смог. Из Советов сейчас делают страшилку, вас представляют невменяемыми коммунистами, не способными договариваться. И эта страшилка сразу лопнет.

– А оно придет к власти, это чернокожее большинство? – журналист скептически вздернул бровь.

– Придет, – уверенно подтвердил Тимофей. – Конечно, абсолютно контролируемое. Имущественный ценз для черных отменят, вместо него введут образовательный. Хочешь быть полноправным гражданином – учись. Одновременно стартуют несколько государственных социальных программ для черных. Все будет очень красиво. И главное! Советский Союз получит надежного союзника в Африке, прямо под боком рассадника апартеида ЮАР. Абсолютно стабильную страну, которая не будет тянуть средства, наоборот, она сама будет давать. Это очень много, просто очень.

– Ваше общество не примет коммунистическую идеологию, – категорично возразил Суарес. – Родезия – это калька британского общества, абсолютно враждебного советскому строю.

Неподалеку послышалось противное заливистое тявканье. Среди травы начали мелькать сутулые пятнистые силуэты.

– Минутку… – Тим встал, вытащил пистолет из кобуры и несколько раз выстрелил. – Вот… теперь они ненадолго от нас отстанут…

Обиженно завывая, гиены метнулись в сторону.

– О чем я? – Тимофей сменил магазин и вложил Браунинг в кобуру. – Да, конечно, об неприятии коммунистической идеологии. Да, вы правы, конечно, не примут. Даже не стоит пытаться привить. Хотя, Союзу самому еще до коммунизма далеко. Развитый социализм устроит всех. У вас под боком есть такая страна, как Финляндия. Насколько мне известно, они прекрасно ладят с Советами.

– И с чего вы предлагаете начать? – серьезно спросил Суарес.

– Скоро простая родезийская девочка Аманда Джонс, напишет письмо генеральному секретарю Брежневу, в котором задаст ряд вопросов. Как вариант, Брежнев ответит ей и пригласит в Советский Союз. Вскоре сюда приедет советская девочка с ответным визитом. Дальше произойдет обмен делегациями. Реально? Вполне.

– Неплохо, – согласно кивнул журналист. Но… – он сделал паузу. – Уж простите, но я сильно сомневаюсь, что вам под силу реализация столь масштабных планов. Это же фактически смена политического строя.

– Я не один, – спокойно соврал Тимофей. – Далеко не один. В Родезии есть целый ряд людей во властных структурах, которые понимают необходимость перемен. Моих товарищей и единомышленников. Но я понимаю ваше недоверие. Ну что же, мы сделаем первый шаг, чтобы подтвердить свою дееспособность. В течение пары месяцев мы добьемся освобождения Мугабе. И еще… в свадебное путешествие мы с Сарой планируем поехать в Европу. И там я жду контакта с человеком, который может принимать решение. Пожалуй, нам пора заканчивать разговор…

Тимофей встал и показал взглядом на приближающийся грузовичок.

– Я сообщу в ваших предложениях, Тим, – быстро сказал Суарес. – А пока мяч на вашей стороне.

Тимофей кивнул.

– Хорошо. А до озвученных мной событий, придется сократить наше общение до минимума. И помните, вы только первые в очереди.

Буйвола погрузили в кузов, Суарес уехал на грузовике, а Тим пошел на базу пешком, чтобы слегка успокоиться и обдумать все то, что он успел натворить. На самом деле его предложения были абсолютно популистскими и не имели под собой никакой реальной основы.

– Твою мать… – растерянно бормотал Тимофей. – Это же надо было так вляпаться? Понесло идиота. Ну и как ты собираешься исполнять предложения Советам? Политический строй сменить, Мугабе выпустить, ага, разбежался. И вот же аргентинская сука, все-таки кое что умудрился из меня выторговать…

Однако, очень скоро Тим успокоился и решил не спешить. Первые шаги сделаны, Питер ван дер Бил заинтересовался идеей, а значит надо просто подождать.

В охотничьем лагере Тимофея встретили как героя, потому что буйвол, которого он подстрелил, оказался каким-то рекордным.

– Больше пятидесяти трех дюймов между кончиками рогов!!! – возбужденно бубнил Питер ван дер Бил. – Ты обогнал даже меня, сынок. Хорошее начало, очень хорошее! – он подмигнул Тимофею и понизив голос сообщил. – Я уже говорил с людьми, твою идею восприняли очень неплохо. Но не будем забегать вперед.

Тим в ответ просто кивнул.

Рядом раздался знакомый голос.

– Мистер Бергер, я хочу вас поздравить с добычей…

Тим обернулся и улыбнулся Аманде Джонс.

– Не ожидал вас здесь увидеть, юная леди.

– Меня привезли два часа назад, – спокойно и уверенно ответила девочка. – Я сама напросилась, чтобы увидеть вас,

Аманда сейчас не выглядела подростком. Стильный охотничий костюм делал ее совсем взрослой. Охотничьи сапоги, бриджи, приталенный китель и шляпка с пером очень шли девочке.

– Как ваши дела? Как ваша бабушка? – вежливости ради поинтересовался Тим. Возиться с девчонкой ему совершенно не хотелось.

– С бабушкой все хорошо, – девочка состроила забавную рожицу. – Она гораздо крепче чем кажется. А меня пытаются запихнуть в школу. И еще начали делать из меня кинозвезду. Скучно… – она прыснула. – Но мы с вами еще увидимся. Пока-пока…

Аманда ушла к женщинам, старательно пытаясь изобразить модельную походку. Но получалось у нее не очень.

Тим улыбнулся, проводив ее взглядом, принял поздравления от остальных охотников и отправился к себе в палатку. Привел себя в порядок, потом почистил штуцер и устроился на походной койке. И лежал на ней почти до самых сумерек, потому что общаться ни с кем не хотелось. Правда одуряющий аромат жареного мяса все-таки выгнал его в общество.

После ужина Тим устроился поодаль от всех в кресле с сигарой и бокалом виски. Громко трещали сверчки, огромное солнце уже почти скрылось за горизонтом. Свирепая жара уже спала, прохладный ветерок приятно холодил лицо.

«Благодать же! – слегка заторможено думал Тимофей. – Наслаждайся жизнью, дурилка картонная. Ан нет… не сидится…»

– Мистер Бергер… – рядом в кресло присел Кен Флауэр. – Извиняюсь, что нарушил ваше уединение.

– Никаких проблем, – Тим отсалютовал ему бокалом. – Я рад вашему обществу, директор.

– Достойное начало, – Флауэр уважительно кивнул. – Вы сделали первый шаг к большому шлему*. Но вы сегодня необычно замкнуты. Вас что-то беспокоит?

«большой шлем» – про охотника, убившего хотя бы по одному представителю каждого из видов «большой пятёрки», принято говорить, что он собрал «большой шлем»

Тим немного насторожился и уверенно соврал:

– Много думаю о своих служебных задачах. Не хочется просто просиживать кресло.

– Вы справитесь, – спокойно поинтересовался Флауэр и резко сменил тему. – А как вы оцениваете политическую перспективу Родезии?

Тим насторожился еще больше и осторожно ответил.

– В краткосрочной перспективе с нашей страной все будет хорошо. В долгосрочной перспективе, увы… не все так радужно. Войну на истощение мы проиграем с треском.

– И какой выход вы видите? – директор разведывательной службы пристально посмотрел на Тимофея. – Меня очень интересует ваше личное мнение.

– Договариваться, – сухо ответил Тим. – Чем раньше, тем лучше.

– С кем же? – Флауэр улыбнулся. – С Советами?

Тим хмыкнул.

– Не думаю, что портрет Ленина в вашем кабинете будет смотреться уместно.

Флауэр хохотнул.

– Вы правы. Тогда с кем?

– С сильными игроками. Близкими нам по духу и политической системе. В первую очередь с Америкой и Британией.

Тим ответил так, потому что был уверен – Флауэр настроен исключительно прозападно.

И угадал.

Директор уважительно склонил голову.

– В этом мы с вами единомышленники, Тим.

Но развивать тему не стал и вскоре оставил Тимофея одного.

Когда совсем стемнело, к Тиму опять подошла Аманда и требовательно заявила:

– Мне скучно! Сделайте хоть что-нибудь!

Тимофей вздохнул, немного помедлил и встал:

– Идемте со мной, маленькая леди.

Подошел к своей машине, включил радио и быстро нашел нужную волну.

Над бушем полился густой голос Чака Берри.

– It was a teenage wedding, and the old folks wished them well

You could see that Pierre did truly love the mademoiselle…

Тим улыбнулся, припомнив, что именно под эту песню танцевали Ума Турман с Джоном Траволтой в «Криминальном чтиве» и скомандовал.

– А почему бы нам не потанцевать, маленькая леди?

И первым сделал несколько па, беззастенчиво копируя Винсента Вегу.

– Ну же? Танцуйте! Я вам помогу. Вот так, так и так!

Через пару минут на музыку и смех Аманды сбежался весь лагерь и получилась настоящая дискотека.

Почтенные политики отплясывали как мальчишки.

Засыпал Тимофей в прекрасном настроении.

А после охоты, заехал в штаб скаутов Селуса в Булавайо.

– Ну что сынок, – Рональд Дейли пронзил его тяжелым взглядом. – Надо понимать, ты приехал сюда не просто поболтать со стариком? Ты уже нашел засранца, который ставит нам палки в колеса.

– Нашел, – твердо ответил Тимофей. – И ты его знаешь, дядюшка Рон. Это…

– Флауэр? – закончил за него майор.

– Да, это он. Не сомневаюсь, что Флауэр работает на британцев. И он уже начал копать под тебя.

Карандаш сухо треснул в руке майора. Он зловеще ухмыльнулся и тихо сказал Тиму.

– Ну что же, значит мы займемся им первыми…

Глава 14

Глава 14

Разговор с Рональдом Ред-Дейли получился тяжелый, но интересный и очень полезный. По его завершению, у Тимофея появился еще один единомышленник и союзник. Правда, Тиму стоило больших трудов уговорить майора не проявлять открытого неповиновения Флауэру. Решили подождать, а пока, сделать вид, что скауты Селуса полностью и безоговорочно принимают руководство над собой директора Разведывательной службы. Но одновременно, активно занялись проработкой собственных операций.

Прошла неделя, потом вторая, третья и четвертая. Тим вышел на службу и неожиданно понял, какие шикарные инструменты получил в свои руки. Сейчас к нему стекался весь поток развединформации, мало того, Тимофей единолично координировал все взаимодействие со специальными подразделениями, вдобавок, получил возможность привлекать в интересах ЦРО армейские подразделения и военно-воздушные силы.

И сразу же, в рамках своего плана, начал планировать акцию по уничтожению одного из самых крупных лагерей подготовки ЗАНУ в Замбии, причем совершенно официально. Директор Центральной Разведывательной Службы Кен Флауэр, без проблем визировал разработку. Он вообще, после того, как Тимофей «приструнил» Рональда Ред-Дейли, относился к любой идее Тима благосклонно.

Правда на бумаге операция выглядела не так масштабно, как изначально задумывалась. И без привязки к главному плану смотрелась, как простая рядовая акция.

«Теперь дело за Питером ван дер Билом… – подумал Тим. – Потому что, если гребанного Мугабе не выпустят из тюряги, вся эта затея выеденного яйца не стоит. Терры так и будут плодиться как тараканы…»

Тимофей отложил ручку и покосился на обтянутую форменной юбкой мощную задницу своей секретарши, старательно наводящей порядок в шкафу.

– Шеф… – вскинулся Тим Холанд. – Уже пять минут седьмого…

– Оба свободны, – Тимофей отодвинул свое кресло и встал. – Но если завтра снова опоздаете, пожалеете, что на свет родились…

– Сэр, никак нет, сэр! – секретарша и Тим дружно приняли строевую стойку.

Холанд с присущей себе предприимчивостью перетянул в отдел свою подружку, рядовую Ронду Роузи. Тим не возражал и выбил для нее штатную должность секретарши. И не пожалел, потому что из Ронды получилась исполнительная и толковая работница, вдобавок она умела печатать на печатной машинке с пулеметной скоростью и сразу взяла на себя большую часть бумажного делопроизводства.

Тимофей кивнул, убрал лишние бумаги со стола в сейф, с тоской подумал, что, скорей всего, Сара уже у него в квартире и спустился к машине.

Нашел на радиоприемнике местную радиостанцию и порулил на киностудию, где ему назначил встречу министр информации Питер ван дер Бил.

Справа на обочине показался огромный рекламный баннер, на котором, на фоне буша и гор стояли взявшись за руки две хрупкие девочки – чернокожая и белая. Надпись гласила: «Мы просто хотим мира! Дайте нам жить!».

Фотограф очень удачно выбрал композицию, девочки смотрелись совершенно беззащитно и невинно, а надвигающиеся на них со всех сторон тени – символизировали агрессию всего мира в отношении их родины.

Тим улыбнулся, но сразу зло буркнул:

– Хрен вам кто-либо что-то просто так отдаст. Но мы возьмем сами…

Неожиданно машине отмахнул жезлом полицейский. Тим прижался к обочине и остановился, было полез за документами, но потому вспомнил, что это тот коп, с которым он разговаривал после того, как пристрелил террориста.

– Сэр… – капрал с виноватой физиономией отдал честь. – Прошу прощения, что остановил вас, но…

Тимофей вылез из «Мустанга» и пожал капралу руку.

– Пустяки, я не спешу. Нужна моя помощь?

– Нужна, сэр, ваша помощь нам нужна, – полицейский прижал руку к сердцу. – Помните того чернокожего патрульного, который словил несколько пилюль из ствола грязного терра? Сэмми, Самьюэль Озадугво. Славный малый! Так вот, он выжил. Сейчас в госпитале, хотя идти на поправку ему еще далеко. И все уши нам засранец чернозадый прожужжал, мол подайте мне того парня, что грохнул ублюдка, хочу сам пожать ему руку. Хоть тресни, но подай. Уважьте, наведайтесь вмести с нами к Сэмми? Здесь совсем рядом.

Тим глянул на часы и кивнул. До встречи с ван дер Билом оставалось полтора часа, так что он вполне успевал. А друзья в полиции могли пригодиться.

Раненый патрульный на фоне белоснежных стен и постельного белья казался еще черней. Вся грудь у него была забинтована, а своим изможденным лицом Сэмми смахивал на египетскую мумию. Но при виде Тимофея он радостно выпучил глаза и даже попытался встать.

Тим присел на табурет рядом и придержал раненого.

– Не суетись, парень. Как дела? Смотрю, что ты уже идешь на поправку?

– Сэр! – едва слышно захрипел патрульный. – Вы… вас… я хотел…

Тимофей взял его за горячую ладонь.

– Не стоит. Ведь мы делаем одну работу. Я сам хочу тебя поблагодарить за то, что спас детишек.

– Они все наши дети! – горячо зашептал раненый. – Нет чужих детей… – он запнулся. – А вы, сэр… – Сэмми закрыл глаза. – Вы… спасете всех нас! Я видел, видел, когда шел к Ункулункулу. Он дал вам силу аматлози, наших предков, я видел, я сам слышал…

Сэмми откинулся на подушку, закрыл глаза и замолчал. Судя по всему, слова забрали у него последние силы.

Совсем молодой, еще с юношескими угрями на лбу, больше похожий на студента врач, категорично отмахнул: мол, закругляйтесь.

– Хорошо, парень, – Тим встал. – Я тебя еще навещу, а пока отдыхай, а потом поинтересовался у доктора. – Как он? Шансы есть?

– Часть левого легкого в клочья, – пожал плечами врач. – Пневмоторакс и все такое. Но жить будет, парень крепкий. У этой чешской машинки пульки маленькие, но злые… – он достал из кармана несколько металлических комочков. – 7,65×17 миллиметров, вроде пустяк, а вблизи режет насквозь. Но этому черному повезло, большую часть остановили ребра.

– Разбираетесь, – уважительно кивнул Тим, покатав в пальцах искореженную пульку.

– А то! – гордо задрал нос паренек. – Ну, я побежал, раненых до черта.

– Беги, беги, парень…

В коридоре Тимофея встретили четверо полицейских.

– Сэр! – капрал отдал честь Тиму. – Если вам понадобится наша помощь, только свистните.

– Семми прикрыл собой и мою внучку! – гулко пробасил пожилой усатый капитан. – Капитан Арчибальд Белл, к вашим услугам. Хочу чтобы вы знали, группа быстрого реагирования полиции Солсбери, всегда откликнется на ваш призыв.

Тима все эти признания в «любви» уже порядком надоели, и он поспешил побыстрей отделаться от копов, но ситуация неожиданно его растрогала.

– Как он сказал? – улыбался Тим. – Унгулунунгу, аматлози? Тьфу ты, язык сломаешь. Ну да ладно, лишняя сила мне не помешает. А копы могут пригодиться, правильные парни. Ладно, поехали. Надо бы не забыть прикупить мороженого для девочек…

В одном из открытых павильонов киностудии полным ходом шли съемки. Гора аппаратуры, софиты, куча непонятного творческого народа, стоял дикий шум и гам. Питер ван дер Гал лично руководил процессом: сидел в директорском кресле, лениво потягивал вискарь со льдом и изредка властно порыкивал в мегафон.

Тим остановился неподалеку и решил понаблюдать за процессом.

Тем временем на площадку нагнали статистов: чернокожих и белых, мужчин, женщин и детей, одетых в африканские национальные наряды и в европейскую одежду. Надо понимать, они все символизировали дружное население Родезии.

Вперед вышли две девочки в одинаковых белых платьях. Аманда Джонс и еще она чернокожая девчушка, тоненькая и стройная, чем-то даже похожая на Аманду.

– Отлично! – громыхнул в мегафон Питер ван дер Бил. – Эй, ты, в галстуке! Ага, ты! Сделай морду попроще, не в сортире сидишь! Вот! Поехали. Ричард, остаешься за старшего, а я отлучусь…

Защелкали вспышки. Тимофей едва не заржал, заметив, как сразу несколько человек из съемочной группы облегченно перекрестились, когда ван дер Бил ушел.

– Мистер Бергер, я вас ждал! – министр крепко взял Тим за локоть и потащил за собой.

Дальше он запер дверь в маленьком кабинете, зачем-то оглянулся и внушительно заявил:

– Мугабе скоро освободят. Я все решил.

Тим недоуменно на него уставился и хриплым от волнения голосом потребовал:

– Рассказывайте.

Того, что все так быстро решится, он точно не ожидал.

– Не сегодня и не завтра, через месяц, а может и полтора. Раньше не успеют из-за юридических формальностей… – начал ван дер Бил.

Как очень скоро выяснилось, министр информации подошел к делу очень оригинально. Вместо того, чтобы уговаривать местных политиков, он обратился к своему другу премьер-министру ЮАР, а уже тот, надавил на президента и премьера Родезии, под предлогом умаслить мировое сообщество и самому прослыть миротворцем. А заодно под этой маркой сбросить со своей страны часть санкций.

Тим еще больше ошалел. В реальной истории Роберта Мугабе освободили тоже при посредничестве премьер-министра Южно-Африканской Республики, но только в тысяча девятьсот семьдесят четвертом году.

«Ну ни хрена себе… – думал он. – Гребанная история буквально стала с ног на голову. А ведь я ничего сам не делал. Совсем ничего, так шепнул кое-кому пару слов. Все сделали за меня! Даже страшно подумать, что будет дальше…»

– Я свое дело сделал, – Питер ван дер Бил ткнул Тимофея пальцем в грудь. – Теперь дело за тобой.

– Мне нужно будет знать место и точное время его освобождения, – потребовал Тим. – Как минимум за две-три недели.

– Ты будешь это знать, – прищурился министр. – Как я обещал, пресса скоро начнет набрасывать, что Мугабе пошел на сделку с властями. Но смотри, чтобы этот мерзавец не ушел. Уйдет – нам с тобой в Родезии не ужиться.

– Он не уйдет! – твердо пообещал Тимофей, уже планируя свои дальнейшие действия, потому что времени оставалось до обидного мало.

Как только вышел из кабинета к нему бросилась Аманда, таща за руку свою напарницу.

– Тим!

Чернокожая девочка быстро присела в книксене и торопливо представилась.

– Я Адель Синкомо, мистер Бергер. Аманда мне про вас очень много рассказывала.

Большеглазая, симпатичная, она удивительным образом подходила внешне Аманде. Чувствовалось, что кастинг на напарницу проводили профессионалы своего дела.

Тим вручил девочкам по коробке подтаявшего мороженного.

– Лопайте, юные леди!

Адель вдруг замялась и тихонечко поинтересовалась.

– А правда… правда, мистер Бергер… вы станете парнем моей подружки, когда она вырастет?

Тим перевел взгляд на Аманду. Внешне она выглядела спокойно и невозмутимо, но в глазах у нее прямо плясали бесенята и явно читалось: ну скажи, скажи этой мелкой, жалко, что ли?

Тимофей улыбнулся и серьезно ответил:

– Вполне может быть!

– Слышала? – Аманда толкнула локтем Адель и заразительно расхохоталась, а потом шепнула на ухо Тиму:

– И долго мне еще ждать? К слову, я не откажусь, если ты меня пригласишь на свидание.

Затем девочки умчались, оставив озадаченного Тимофея одного. Его не покидала назойливая мысль, что Аманда только играет из себя подростка.

Впрочем, очень скоро Тим выбросил все лишнее из головы и поехал искать Ричарда Ред-Дейли. Майор постоянно квартировал в Булавайо, но очень кстати вчера прибыл в Солсбери на какое-то совещание в министерстве обороны.