Текст книги "Купи меня. Книга 3 (ЛП)"

Автор книги: Алекса Райли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)

Глава 13
Дон

Я наклоняюсь и целую Джорджию в губы, проскальзывая языком внутрь и позволяя ей попробовать себя на вкус.

– Чувствуешь, какая ты сладкая? Я никогда не смогу насытиться твоей киской.

Я раздвигаю ее бедра еще шире, подтягивая ноги к своей талии. Когда кончик моего члена оказывается у ее входа, я смотрю ей в глаза и наблюдаю за ней, когда толкаюсь вперед.

Толстая головка упирается в ее девственность, заставляя меня немного кончить. Первобытное чувство охватывает меня. Я хочу смазать ее и облегчить свой вход, поэтому позволяю себе немного кончить. Она уже влажная, но я не хочу причинять ей боль, если это в моих силах. Я не могу просто сразу войти в нее, потому что мой член слишком большой. Мне придется осторожно входит в ее тугую киску, надеясь, что она сможет расслабиться и принять меня. Это будет самое сладкое, самое болезненное чувство, но я сделаю это для нее. Я хочу, чтобы она видела – она всегда будет на первом месте. Ее удовольствие важнее моего.

Протянув руку, между нами, я слегка потираю ее клитор, чтобы попытаться подготовить. Она мягкая и открытая, но я хочу, чтобы она испытала еще один оргазм. Удерживая у ее входа лишь головку, я потираю клитор и целую в шею и грудь.

– Я хочу, чтобы ты умоляла меня засунуть член в тебя. – Я дразню ее головкой, потирая им по киске, оставляя полосы спермы. Я чувствую, как на нее падают густые капли спермы, когда я двигаюсь по ее набухшей розовой киске.

Мне нужно это, чтобы помочь остудить страх, что она снова попытается сбежать от меня.

– Пожалуйста, Антонио, – она отпускает спинку кровати и пробегает пальцами по моим волосам. Простое прикосновение почти заставляет меня сдаться ей. Почти. Но я хочу большего. Нуждаюсь в большем.

– Этого недостаточно, Сладкие сливки. Я хочу, чтобы ты умоляла меня – и только меня – войти в тебя, – я чувствую, как на нее вытекает еще немного спермы, пока потираю ее клитор большим пальцем и дразню ее отверстие своим членом. Она двигает бедрами вверх и вниз, приветствуя меня, умоляя взять ее. – Скажи это.

Я чувствую, как она выгибается подо мной, подставляя сосок моему рту. Я обхватываю его и слегка покусываю, чувствуя, как она дрожит подо мной.

– О боже! Антонио! Пожалуйста. Я хочу тебя внутри себя. Только тебя, – ее слова звучат с придыханием. Она близка к краю, но я хочу большего.

– Ты можешь и лучше, – я снова прикусываю ее сосок, одновременно ущипнув клитор, чуть не отправляя ее за край. Но еще не совсем.

– Ебушки-воробушки, я уже близко.

Я улыбаюсь вокруг ее соска. Ее акцент делает меня невероятно твердым.

– Я хочу, чтобы ты был внутри меня. Я хочу, чтобы ты и только ты всегда был внутри меня. Сейчас. Пожалуйста, Антонио, прежде чем я умру от отсутствия оргазма, ты попытаешься засунуть в меня свой пятикилограммовый член?

Я посмеиваюсь, прижавшись лбом к ее груди. Боже, нет ничего лучше, чем слышать в ее словах улыбку.

Я смотрю вверх и встречаюсь с ней взглядом.

– Ты моя.

Она облизывает губы и кивает. Но когда видит, что я хочу большего, она шепчет:

– Да.

Потирая ее клитор, я вдавливаю в Джорджию свой член. Этого достаточно, чтобы лишить ее девственности, и я чувствую, как она напрягается подо мной всего на секунду. Я снова обхватываю ртом ее сосок и продолжаю тереть клитор, и проходит всего несколько мгновений, прежде чем она расслабляется и притягивает меня к себе.

Ее тугая киска словно тиски сжимает мой член, и я наблюдаю, как еще несколько сантиметров исчезает в ней. Мне приходится стиснуть зубы и сжать челюсть, чтобы не кончить. Раньше я мог это контролировать, но быть внутри нее сейчас – это слишком. Ее девственная киска стискивает меня, и я знаю, что когда она начнет кончать, то станет еще туже.

– Еще, – стонет Джорджия и поднимает бедра. Она хочет больше моего члена, но я боюсь, что причиню ей боль.

– Полегче, Сладкие сливки. Не так быстро.

Я вхожу еще на несколько сантиметров, и Джорджия снова стонет. Я медленно двигаюсь в ней и чувствую, как она сжимается от каждого неглубокого толчка.

Мой член задевает все чувствительные точки внутри нее, и она еще сильнее истекает своими сладкими соками. Я смотрю вниз и вижу липкий сироп, смешанный с едва заметным румянцем крови – ее девственность. Это зрелище делает меня тверже, и я вонзаюсь в Джорджию, нуждаясь в том, чтобы кончить.

Она не упоминала о контрацепции, и я тоже. Надеюсь, что сегодня вечером смогу сделать ее беременной. Это был бы еще один способ привязать ее ко мне и знать, что я никогда не буду без нее. Я всегда думал, что завести семью в таком позднем возрасте – не вариант. Я думал, что этому было не суждено случиться. Но с того дня, как увидел Джорджию, все изменилось. Я хочу, чтобы в ней был мой ребенок, и я собираюсь кончить в ее незащищенное тело, чтобы убедиться, что это произойдет.

Толкаясь внутри нее, я чувствую, как она сжимается вокруг меня.

– Уже почти, – бормочу я, входя в нее еще глубже.

– Черт возьми, мне нужно позвонить на почту.

– Что? – в замешательстве спрашиваю я.

– Эта штуковина должна быть зарегистрирована у них. У нее должен быть собственный почтовый индекс.

Я улыбаюсь, когда она притягивает меня к себе для поцелуя и прижимает к себе. Я полностью вхожу в нее, отдавая каждый свой сантиметр. Она принимает меня, крепко сжимая, пока наши языки пробуют друг друга на вкус.

Двигаться в ней длинными и глубокими движениями – абсолютно лучшее, что я когда-либо чувствовал. Ее влажный вход приветствует меня, и сперма вытекает из меня. Я перестал пытаться остановить это, зная, что все равно еще долго буду оставаться твердым после оргазма. Я выпускаю в нее густые струи спермы с каждым толчком, наша страсть – это один долгий оргазм.

Я чувствую, как Джорджия начинает пульсировать, и слегка щипаю ее клитор, чтобы дать ей то, что нужно. Она прерывает наш поцелуй, запрокидывает голову и выкрикивает мое имя, когда ее охватывает оргазм.

Чувствуя, как она сжимает мой член, когда кончает, я выпускаю в нее все, что у меня есть. Ее теплый поток соков стекает по моему члену, когда и я кончаю внутри нее.

Я крепко прижимаю ее к себе, давая нам то, чего мы оба хотим. Наши оргазмы затягиваются, она переходит от одного к другому. Я чувствую каждую пульсацию ее киски, когда она словно пытается втянуть в себя мою сперму.

Как только по ее телу пробегает последняя дрожь, я переворачиваю нас так, чтобы она оказалась на мне сверху, а я все еще оставался внутри нее. Она лежит поперек моей груди, когда я лениво толкаюсь в нее. Я просто хочу продолжать чувствовать ее теплую киску, обернутую вокруг меня.

– Ну, думаю, я наконец-то получила ответ на свой вопрос. – Я слышу в ее словах улыбку, когда она растягивается на мне.

– Какой вопрос?

– Мне всегда было интересно, как себя чувствовал «Титаник», когда в него врезался тот айсберг. Думаю, в значительной степени точно так же.

Я смеюсь над ее шуткой, моя грудь двигается достаточно, чтобы заставить Джорджию посмотреть на меня.

– В «Титаник» врезались один раз, Сладкие сливки, – я толкаюсь в нее, и она стонет. – А я только начал.

Я обхватываю пышную плоть ее бедер, впиваясь пальцами, и двигаю ее по своей длине.

– Думаю, тогда мне следуют называть тебя Капитаном, – выдыхает она, садясь на меня и начиная скакать на моем члене.

– Думаю, это подошло бы. Капитан всегда остается со своим кораблем.

Ее смех превращается в стон, когда она принимает меня глубже в себя. Я протягиваю руку, чтобы ущипнуть ее за соски, и чувствую, как она сжимается вокруг меня.

Сидящая на мне вот так, она выглядит как богиня. Ее светлые волосы растрепались вокруг нее, а зеленые глаза смотрели на меня сверху вниз. Ее большие сиськи подпрыгивают, а полные изгибы двигаются вместе с ней. Я провожу руками по ее бедрам, чувствуя мягкую кремовую кожу, пока она двигается вверх и вниз. У нее на животе образуется мягкая складка, и я провожу по ней руками. Именно там в ней будут расти мои дети, и от этой мысли я начинаю кончать.

Я чувствую, как мое семя выплескивается в нее, когда держу руку на ее животе. Мысль о том, что она забеременеет и в ней будет частичка меня, заводит так же сильно, как и вид ее сверху.

Я опускаю руку немного ниже, потирая большим пальцем ее клитор, и мягкого давления достаточно, чтобы она тоже перешла через край. Она кончает на моем члене и наклоняется вперед, с наслаждением прижимаясь ко мне.

Я не позволяю ей двигаться. Я держу свой член внутри нее, прижимая девушку к себе и поглаживая по спине. В этот момент я хочу сказать ей, как сильно люблю ее и что никогда не отпущу. Я хочу рассказать ей все, что сделал, чтобы привязать ее к себе, и признаться ей в том, что она на самом деле подписала.

Но вместо этого я продолжаю поглаживать ее тело, когда она обмякает на мне, и я медленно толкаюсь в нее. Я занимаюсь с ней любовью, когда она засыпает и просыпается, потому что она нужна мне снова и снова.

Глава 14
Персик

– Перекройте главный выход! – Я смотрю через стол на Стеллу, когда она заканчивает свой рассказ о том, как вышла замуж и забеременела от двух мужчин.

Мы встретились несколько недель назад, сразу после того, как Антонио забрал меня с аукциона. Я умирала от желания спросить ее, как она оказалась с двумя мужчинами. Я знаю, что Антонио сыграл большую роль в жизни Аарона и Джастина. Он им как отец, и братья даже взяли его фамилию. Каждый раз, когда я видела ее, двое парней следовали за ней по пятам. Это первый раз, когда мы наедине. Мне пришлось объявить девчачий обед.

– Эти парни Кортес не валяют дурака. Если они чего-то хотят, то обязательно это получают. Даже если им приходится прибегнуть к небольшой хитрости, – она говорит это с огромной улыбкой на лице, похоже, не заботясь о том, что ее мужчины не только организовали ее участие в Аукционе любовниц, чтобы могли купить ее, но и намеренно заделали ей ребенка.

Она рассеянно потирает животик, заставляя меня задуматься о том, что мы с Антонио никогда раньше не предохранялись. Мы это даже не обсуждали. И от того, сколько раз мы занимаемся любовью, это всего лишь вопрос времени. Или, может быть, Антонио не может иметь детей, кто знает. Мы почти не говорили о будущем. Кроме его ворчания о том, что я никогда его не оставлю.

Это то, что мне больше всего нравится. На самом деле, последние два месяца были самыми счастливыми в моей жизни. Это первый раз, когда я отлучаюсь от Антонио больше, чем на несколько часов. Я начала поддразнивать его по поводу того, есть ли у него вообще работа. Я сказала ему, что ничего страшного, если ее нет, потому что у меня есть семьдесят пять миллионов, на которые мы можем жить. Он просто рассмеялся и показал мне, что, по его словам, его новая работа заключалась в том, чтобы его рот касался моего тела.

– Я начинаю это понимать, – смеюсь я, не заботясь о том, что Антонио манипулирует вещами, чтобы удержать меня. Он просто добавляет себе работы, потому что я никуда не денусь.

– Я рада, что нас теперь двое, и с твоим нахальством, похоже, по факту нас трое, – шутит Стелла, заставляя меня смеяться. Я не уверена, что мое нахальство действует на Антонио так, как должно. Кажется, оно заводит его, но теперь, когда думаю об этом, Антонио всегда возбужден.

– Мне пора. У меня назначена встреча с врачом, и я знаю, что мои мужчины придут за мной в любой момент. – Она встает, и ее телохранительница внезапно оказывается рядом с ней, появляясь из ниоткуда, как долбанная ниндзя.

– Миссис Кортес, – говорит телохранительница Стелле, отчего мое сердце замирает. У нее и ее мужей есть своя маленькая импровизированная семья, и я тоже хочу этого. Просто видя их всех вместе, я начинаю тосковать по тому, чего у меня никогда не было. Если у меня и было это однажды с мамой и папой, то я была слишком мала, чтобы даже помнить об этом.

– Было приятно увидеть тебя без мужчин. Мы должны снова сделать это. Скоро. – Стелла берет свою сумочку.

– Согласна. – Я встаю и обнимаю ее.

– Ты хороша для него. Я никогда раньше не видела его таким. Не разбивай ему сердце, – шепчет она мне на ухо, прежде чем отстраниться. Я просто киваю, потому что у меня в горле образуется ком.

– Отведите меня к ним, – говорит она охраннице, прежде чем они обе покидают кафе.

Ее слова заставляют меня хотеть увидеть Антонио. За последние несколько недель я поняла, что он был искренен. У него не было причин лгать мне. У него был контракт, который заставил бы меня остаться с ним. Ему не нужно было шептать то, что он говорил мне.

Я роюсь в сумочке в поисках телефона, когда сама выхожу из ресторана, но тут же натыкаюсь на кого-то.

Сенатор Уокер Китон. Я просто ошеломленно смотрю на него внизу вверх. Каковы шансы?

– Отзови его.

Я оглядываюсь, чтобы посмотреть, с кем разговаривает мой бывший отчим, но рядом больше никого нет. Он просто смотрит на меня. Отозвать его? О ком он говорит?

– Убери своего мужа из моих гребаных дел, Джорджия.

– Мужа?

Может быть, мой бывший отчим сошел с ума. Он был ослом, но после смерти мамы он был убит горем. Может, все это было слишком для него.

– Разве ты недостаточно отняла у меня?

У него немного дикий взгляд, и я делаю шаг назад, увеличивая расстояние между мной и сумасшедшим. Странно, я не чувствую к нему злости, как несколько недель назад. На самом деле, сейчас я совсем не сержусь. Я просто хочу поставить его на место.

– Я почти уверена, что это ты аннулировал траст и забрал мое наследство. Я ни хрена у тебя не отнимала.

– Я говорю не о деньгах, Джорджия. Я забрал деньги, чтобы отомстить за то, что ты отняла у меня.

Ага. Определенно сумасшедший.

– Уокер, я ничего не отнимала у тебя.

– Она всегда любила тебя больше. Ты была всем, о чем она действительно заботилась. Неважно, как сильно я ее любил, она просто не отвечала мне тем же.

Понимание поражает меня. Моя мама. Мэри-Грейс всегда любила только три вещи: меня, моего отца и деньги. И в таком порядке. На самом деле, если бы она знала, что Уокер заберет мое наследство, она, вероятно, отрезала бы ему яйца и скормила их собаке. Моя мать была главной очаровашкой к востоку от Миссисипи, но с ней было лучше не связываться.

– Мне жаль, Уокер, – это все, что я действительно могу сказать. Мне действительно его жаль. Я не могу представить, что буду любить кого-то, а меня не будут любить в ответ. Если бы Антонио не любил меня…

Мои мысли обрываются. Черт возьми. Я совершенно, безумно влюблена в Антонио. Было бы душераздирающе, если бы он не любил меня. Я избавляюсь от этой мысли. Конечно, этот мужчина любит меня. Я первым делом получу подтверждение этого, когда увижу его. Когда он забрал меня с Аукциона, он сказал, что собирается доказать мне, что я значу для него, и он сделал это. Я знаю, что все для него. Что он проведет остаток своей жизни, делая меня счастливой, и я планирую сделать то же самое для него.

– Если тебе жаль, тогда отзови своего мужа.

– Уокер, я не замужем.

– Прекрати это дерьмо. Я начал копать, когда получил известие, что некто по имени Антонио Кортес предпринимает шаги, чтобы убедиться, что меня не переизберут. Пытался понять, почему какому-то владельцу казино в Вегасе, не насрать на выборы в Сенат в Техасе. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, когда увидел, на ком он женат.

– Мы не женаты, – снова пытаюсь я. Не то чтобы это имело значение. В любом случае, я уверена, что Антонио охотится за ним. Я должна была предвидеть это. Когда я рассказала ему обо всем, что произошло, и о том, как я росла, гнев по отношения к сенатору Уокеру Китону был очевиден. Или, может быть, я действительно предвидела это, и мне просто все равно.

Когда-то я испытывала по отношению к Уокеру только гнев, но теперь это еще и сочувствие. И все же нелепо быть настолько мелочным, чтобы ревновать к тому, что женщина любит своего ребенка больше, чем его. Я не вижу ни одной проблемы в том, чтобы Антонио убедится, что он не станет снова сенатором. Его приоритеты и этика явно нарушены.

– Я видел свидетельство о браке. Не говоря уже о том, что это было в газете, Джорджия. Свадьба миллиардера не проходит без того, чтобы это не попало в новости, – рявкает он тем тоном, который использует, когда злится, но не хочет, чтобы кто-то вокруг нас слышал.

А я просто стою, в шоке уставившись на него. Я не выходила замуж. Какого черта?

Я поворачиваюсь и направляюсь к лифтам.

– Куда ты направляешься? – слышу, как кричит позади меня Уокер.

Я оглядываюсь.

– На твоем месте я бы держалась от меня подальше, если ты не хочешь ухудшить отношения с Антонио. Ему не нравится, когда меня что-то расстраивает. Это ты уже понял.

Я оставляю его стоять там, даже не попрощавшись. С его стороны было бы мудро прислушаться к моему предупреждению, но такие мелкие люди, как он, склонны быть глупыми.

Когда я наконец возвращаюсь в наш люкс, то направляюсь прямо в кабинет Антонио. Подхожу к его столу и начинаю рыться в ящиках. Мне плевать на то, что я слишком любопытничаю.

Когда вижу папку со своим именем, то вытаскиваю ее и открываю. Первое, что лежит сверху, – это действительно свидетельство о браке. Подписанное свидетельство о браке. Подписанное мной.

Вот же ловкие засранцы. Должно быть, я пропустила это. Когда подписывала контракт Любовницы, я, должно быть, так же подписала и соглашение на брак. И теперь же ясно вижу, что он не порвал его вместе с контрактом Любовницы.

Просматривая остальные файлы в папке, нахожу кучу своих фотографий и информацию о Уолкере.

Я беру свой телефон и отправляю Антонио сообщение.

Я: Нашла свидетельство о браке. Я собираю свое барахло.

Глава 15
Дон

Я сижу в своем кабинете и просматриваю бессмысленную бумажную волокиту. Любой из моих сотрудников мог бы справиться с этим, но Джорджия хотела пойти на обед со Стеллой одна. Я продолжаю думать о ней, отсчитывая секунды до того момента, когда снова увижу ее.

И закатываю глаза, когда входит моя ассистентка Джен.

– Не приноси мне больше ничего до конца дня. Я серьезно.

– Дон, у меня на быстром наборе есть еще с десяток человек, которые работают на тебя и могут справиться с этим. Но если ты здесь, почему бы не позаботиться об этом самому?

Она одаривает меня понимающей ухмылкой, и я откидываюсь в своем кресле.

– Она подговорила тебя на это, да?

Джен улыбается и опускает передо мной стопку бумаг.

– Персик очаровательна. Она сказала мне занять тебя, пока наслаждается обедом и сплетничает о тебе.

С этими словами Джен выходит из кабинета, закрыв за собой дверь.

Вздохнув, я тянусь за своим мобильным телефоном. Я убирал его на дальнюю сторону стола, чтобы оставить ее в покое вместо того, чтобы писать ей каждые три секунды, как мне того хотелось.

Я вижу пару пропущенных сообщений от Чарльза – владельца казино «Змеиные глаза» – с предложением провести вечер покера парами. Я смеюсь, думая, что никто не захочет играть против моей девочки. Она уничтожит их всех.

Я прокручиваю сообщения вниз и вижу, что пропустил одно от Джорджии, которое пришло примерно полчаса назад.

Сладкие сливки: Нашла свидетельство о браке. Я собираю свое барахло.

– Блядь! – я вскакиваю со стула и бегу к двери своего кабинета, распахиваю ее и направляюсь к лифту. Когда двери открываются, вижу, как Джен вскакивает из-за стола, и поворачиваюсь, чтобы крикнуть ей. – Поставь охрану у главного входа! Найди Джорджию и не позволяй ей покинуть казино! Сейчас же!

Я вбегаю в лифт и вставляю свою карточку, набирая код пентхауса.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – умоляю я лифт. Не позволяй ей уйти. Позволь мне добраться до нее вовремя. Я могу все объяснить.

Когда двери лифта наконец открываются, и я прохожу через двойные двери пентхауса, то на мгновение испытываю облегчение, увидев, что Джорджия стоит у входа. Однако меня охватывает паника, когда вижу, что рядом стоят сумки и коробки. Она собрала вещи.

– Джорджия. Пожалуйста, малышка. Я могу объяснить.

Она опускает руки на бедра и начинает постукивать ногой в туфлях на высоких каблуках по полу.

– Мы богаты. У нас должны быть люди, которые делают это дерьмо за нас.

Я стою там, не понимая, о чем она говорит. Я открываю рот, только чтобы снова закрыть, не зная, как на это отвечать.

– Почему ты стоишь там, будто кто-то пнул твоего щенка? Я не ухожу от тебя, Антонио.

Чувство облегчения, которое охватывает меня, настолько велико, что это пугает.

– Тогда почему ты собрала вещи? – спрашиваю я, указывая на сумки.

– Потому что мы женаты, и я не собираюсь жить в каком-то отеле, как девушка для перепиха на стороне. Нет, я твоя жена. Ты купишь мне дом. Ты можешь себе это позволить, так что позвони кому-нибудь и займись этим. Я буду в ванной, нужно разобраться с косметикой. Это драгоценный груз, и мне нужно убедиться, что все аккуратно упаковано.

Она разворачивается и идет в ванную, бормоча что-то о том, что нужно сделать из нее честную женщину.

Я не двигаюсь с места. Чувствую себя так, словно меня сбил поезд под названием «Джорджия». Что, черт возьми, только что произошло? Прежде чем успеваю обдумать это, звонит мой телефон. Это Джен. Я отвечаю, думая, что нужно сказать ей, чтобы она отменила охрану.

– Алло?

– Мне звонит агент по продаже недвижимости и говорит, что у нас есть предложение за наличные на дом недалеко от города. Не хочешь ли ты сделать банковский перевод и попросить своего адвоката одобрить покупку?

– Тонио! – слышу, как Джорджия зовет меня из задней части люкса. – Я выбрала дом и сказала, что ты покупаешь его для меня в качестве свадебного подарка. Но ты все равно должен мне еще один подарок, потому что не считается, если я знаю, что это.

Я не могу сдержать смех, когда говорю Джен одобрить сделку.

– Да, продолжай. И не могла бы ты прислать сюда сегодня вечером грузчиков, чтобы они доставили кое-что из необходимого в новый дом?

– Будет сделано, – отвечает она и завершает звонок.

Я кладу телефон на столик рядом с собой и отправляюсь в спальню, чтобы найти Джорджию в ванной, разбирающую свою косметику.

– Мне понадобится упаковка пузырчатой пленки, прежде чем я смогу продолжить, – говорит она, не глядя на меня. Она сосредоточена на том, что делает, явно не обращая внимания на ад, через который я только что прошел, думая, что она бросает меня.

Я подхожу к ней, поднимаю и перекидываю через плечо. Она возбужденно визжит, а затем в негодовании шлепает меня по заднице.

– Опусти меня!

– Как пожелаешь. – Я бросаю ее на кровать и залезаю на нее сверху, пока она хихикает и пытается вырваться.

Я хватаю ее за запястья и держу их над ее головой, пока двигаюсь между ее ног, прижимая ее тело к матрасу. Мой твердый член прижимается к ее трусикам, когда платье собирается вокруг ее талии.

– Ты точно знала, что делаешь, когда отправляла мне то сообщение.

Она приподнимает бровь и пожимает плечами, делая вид, что не понимает, что я имею в виду.

– Я должен был сказать тебе. Я просто не мог рисковать тем, что ты бросишь меня.

– Думаешь, я снова оставлю тебя? Я люблю тебя, Антонио. Я не собираюсь никуда уходить, – она освобождает руку из моей хватки и обхватывает мою щеку. – Я люблю тебя. Я счастлива, что замужем за тобой.

Я знаю, что чувствовал ее любовь, и конечно знаю, что люблю ее, но слышать, как она произносит эти слова – это все, на что я надеялся.

– Я тоже люблю тебя, Джорджия. Но ты это и так знаешь, не так ли? – я одариваю ее лукавой улыбкой, которая совпадает с ее.

– Ну а что тут не любить?

Эта женщина будет бросать мне вызов на каждом шагу. И я не могу дождаться. Наклоняясь, целую ее, крепко прижимая к себе. Я потираюсь своим твердым членом о ее мягкое тело, нуждаясь в облегчении внутри нее.

Я протягиваю руку между нами, расстегиваю брюки и достаю свой член. Затем оттягиваю в сторону ее трусики и проскальзываю в ее влагу. Мой член находит свой дом и врывается в ее тугую гостеприимную киску.

– Вот так, Антонио, прямо там, – стонет она, запрокидывая голову и хватаясь за спинку кровати.

Я толкаюсь сильнее, отдавая ей каждый свой сантиметр. Я стягиваю верх ее платья, обнажая одну из ее грудей, обхватываю ее сосок и посасываю его, продолжая двигаться в ней.

Я наклоняю бедра так, чтобы при каждом толчке задевать ее клитор. Ее киска сжимает меня крепче, и я так близок к краю. Мне нужно, чтобы она была со мной, когда кончу. Мои глубокие толчки поражают ее сладкое местечко, и всего через несколько идеальных толчков она начинает пульсировать вокруг меня и кричит от удовольствия.

Удерживая себя внутри нее, когда кончаю, я отдаю каждую каплю в ее ожидающее тепло. Она сжимает меня так крепко, что почти больно, и мы оба достигаем пика нашей страсти и одновременно кончаем.

Я нежно целую ее грудь и шею, когда мы переводим дыхание. Я прокладываю дорожку поцелуев к ее щекам, а затем к губам, нежно любя ее тело после нашего быстрого траха.

– Ты должен мне свадьбу, – говорит Джорджия с закрытыми глазами и широкой улыбкой на лице.

– О, должен, да?

– Ага, папочка толстосум. Очень большую.

Я смеюсь над ее шуткой и зарываюсь лицом между ее большими сиськами.

– Все, что захочешь, Сладкие сливки. Все, что угодно.

– Ты будешь чертовски хорошим мужем, Антонио.