Текст книги "Пенсионер – пионер (СИ)"

Автор книги: Ал Коруд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 27
Никита. Москва. 2025. Круг ближний

День начался привычно дисциплинированно. Подъем в половину восьмого. Пробежка. Сегодня осилил два километра. Спасибо множеству гаджетов, что могут отследить расстояние, пульс и кровяное давление. Слежу за собой. Вдруг чего? Разминка на улице и затем работа на тренажере. Мышцы, наконец, перестали «забиваться», потихоньку идет прогресс. Но я не спешу, еще как минимум месяца два просто прокачивать их. После в душ – спасибо цивилизации за горячую воду!

И завтрак. Пока варится кофе, готовлю яйца пашот и режу сельдерей с авокадо. Мама Зина обещание выполнила. Новая кофемашина и комбайн уже на кухне. Мажу тост натуральным мармеладом и с наслаждением выпиваю первую чашку кофе! Как же это здорово быть здоровым и есть, что хочется! Но я все равно соблюдаю некоторую диету и поглощаю полезную для молодого организма пищу. Потому что вы не успеете оглянуться, как вам будет за тридцать и начнутся первые проблемы со здоровьем. Вот кого ни знаю из тех, кто вел крайне маргинальный образ жизни, все к сорока стали инвалидами или существами насквозь больными. Еще раз повторяю – физкультура должна присутствовать до самой вашей смерти. Хоть в тот мир войдете без скрипящих суставов и астматического посвистывания.

Иначе Петр в рай не пропустит! Ха-ха.

Мне до этого пока далеко. Но все равно приятно сочетать вкусное и здоровое. На самом деле ничего нет страшного в том, чтобы несколько изменить свой рацион. Правда, на это придется потратить время и средства. Потому я вчера после тренировки целый рюкзак жратвы пёр к дому. Овощи, хлеб, крупы и мясо. Хлопаю себя по лбу. Вот я дурак! Это же все можно заказать в доставке. Ну не все, но долгоиграющее точно.

Это овощи и мясо я не доверю никому другому. Гречку-то тебе все равно привезут той упаковки, что закажешь. Тут же умную идею не прячу далеко, а скачиваю на смартфон очередной сервис. Как бы потом не запутаться! Весь телефон уже забит всякой фигней. Не торопясь, проставляю позиции, заодно проверяя свои запасы. Кое-что определенно в мусорку. Остальное на потом. Вдруг в кои веки гости придут. Тем можно и макароны с тушенкой и томатным соусом. Знаете настоящий рецепт «Американского гуляша»? Берете лук, пассируете, затем добавляем фарш или тушняк, специи. Варим до состояния аль денте пенне или по-нашему перья или рожки. Смешиваем все прямо на сковороде и бахаем туда побольше томат-пасты и зелени. Вуаля! Блюдо итало-американской кухни готово!

Звучит здорово и под закусь заипца.

Не успел я открыть приложение с криптобиржей, как появилось сообщение в мессенджере.

– Привет.

Ни фига себе! После недельного молчания Ольга объявилась. Собственной персоной! На хрен послать или поговорить?

– Чем обязан? У нас сегодня праздник?

– Ага. Яблочный Спас.

Сразу вспоминались деревня родственников. Сладкий аромат «белого налива», медовых трав. Хоть в СССР и боролись с религией, но церковные праздники все отмечали, и начальство с нравоучениями в эти дни не лезло.

– Что хотела?

Пауза. Смайлик обиды.

– Не ожидала.

– Я должен прыгать, как щенок?

– Извини, уезжала с родителями на море

– Могла бы и предупредить.

Снова смайл милоты.

– Даже так? Скучал?

Вот же сука!

– И на этом все же?

Пауза.

– Пересечемся? Лара подтянется.

Я на некоторое время завис. В принципе сегодня свободен. Все прошедшие дни решал проблемы, менял мебель, присматривал за ремонтом. Магазин на Маркетплейсе перезапустил. С поставщиками перетер и нового менеджера из бывших приятелей поставил на испытательный срок. Мужик нормальный, но ворчун. Ну это не страшно. В химии соображает.

– Крайне занимательное предложение. Когда?

– Да не знаю.

– Тогда, может, в обед. Я уже позавтракал.

Смайл.

– Как примитивно. Ты только ради жрачки нас хочешь увидеть?

Ха-ха. Ставлю смайлик с выпученными глазами.

– Мне светит чего-то еще?

Пауза. Ответили таким же смайлом.

– Ты нахал.

– Какой уж есть. Бери что дают. Дали – епи.

Пауза.

– Ты сильно изменился.

Прерываю:

– И стал интересней.

После паузы коротко:

– Адрес скину позже.

Смотрю на экран смартфона. Что это было? Наша холодная Снежная королева фапает на меня? Ха-ха! Ты себе льстишь, парень. Просто я стал ей любопытен. Барышне скучно, а тут завелась эдакая интересная животинка. Послать на фиг? А зачем? Тем более там Лариса с ней будет, надо законтачиться с телкой конкретней. Возник у меня к ней ряд вопросов, да и учимся вместе на одном факультете. Пора набивать фраги. Я плотоядно усмехнулся.

Затем мне стало интересно, куда ездила наша блондинка, и я полез в запрещенные соцсети. Ух ты! Карибы. Это, наверное, дорого. Моторка, рыбалка, бунгало. Снимки с самолета. Затем внезапно фотография, где Олечка в купальнике. У меня сразу заныло внизу живота. Черт побери эти гормоны! Как я раньше в молодости справлялся? Уже и не помню. Пойду-ка лучше пройдусь. Развеюсь.

Встречу назначили в пафосном местечке. Ольга категорически написала, что в этот раз платит она. Это от избытка феминизма, или она так меня решила унизить? Хотя по существу по фиг. Я с жадностью изучаю полузнакомый мир капиталистической Россией. Ведь до сих пор не мог смириться с распадом СССР. Из нашего поколения этому радовались лишь одни подлецы и нацмены. Да и то из последних не все. К хаятелям старшего возраста, тем, кому колбасы не досталось, я всегда относился крайне плохо. Мог и в лицо плюнуть, или стукнуть. Обычно эти пидары сыкливы, ответка не грозит. Но чаще всего горе-комментаторы находились далеко в эмиграции. Неудачники, которые и там ничего не добились. Могут лишь сидеть на русских площадках и жидко срать на Родину.

Все, хорош! Считай, ты в будущем и тебе здесь крутиться! А эти молодые люди живут тем, что есть, а не было. Вот и тебе пора, пердун старый!

На входе меня с некоторым недоумением срисовал «вратарь». Моя одежда под дресс-код явно не вписывается, но и за рамки общепринятого в молодежной среде столицы также не выходит. В целом спортивный прикид нынче носят многие. Вещи новые и брендовые. В такой и мажорчик сюда запилить может. Тем более, что еще день. А по вечерам здесь жарко. Кстати, давно я не тусовался. Годов так с… Может, плюнуть и как-нибудь забуриться на тусу к Роме. Посмотреть, как оно нынче. Я уж забыл, когда отрывался. Меня окликают. Девчонки сегодня приодеты. Ольга в пижонской мини-юбке, а Лариса в сиреневом костюмчике с широким поясом и открытым лифом.

– Привет. Не бойся, целоваться не полезу. Или надо?

Я заново привстал с места, оценивая реакцию девушек. Если Лариса запунцевала, то наша холодная Олечка держалась независимо. Она лишь скользнула по мне синими глазками и милостиво разрешила:

– Как знаешь.

– Ладно. Не буду вас сегодня слюнявить. Это, в конце концов, не гигиенично!

– Как трогательно!

– А ты так надеялась?

Лариса молча наблюдает за нашей пикировкой, затем выдает небрежно:

– Мальчики и девочки, я что-то пропустила?

Пожимаю плечами и подзываю официанта:

– Не знаю. Оля после Кариб какая-то шальная. Вот это, пожалуйста, закусь позже закажу. Кстати, купальник тебе идет.

Блондинка малость набычилась:

– Я рада. Все рассмотрел?

Борзею дальше:

– Есть на что? Вот у Лары точно. Сочная барышня!

Лариска от нашей перепалки несколько охренела и начала помаленьку закипать.

– Ребята, что происходит?

Оля, наконец, оторвала от меня исследовательский взгляд и мило проворковала:

– Просто одному молодому человеку сперма в голову ударяет.

Лара чуть не закашлялась напитком, что пила в сей момент, а мне как раз принесли мохито. Придирчиво его осмотрев, я сделал глоток. Неплохо! Правильное заведение.

– Оль, может, тебе натуральный пино-колада соорудить? Твоему организму явно чего-то не хватает. А уменя этого добра завались.

Обменявшись пошловатыми колкостями, мы на некоторое время заткнулись. Лариса молча переводила взгляд с одного на другого. Наконец, резюмировала.

– Никита, ты как будто не ты. Раньше бы она тебя прямо с кишками съела.

– Подавится.

Ну вот все встало на свои места. Оля у нас пантерочка, а Ларка прихвостень шакальчик. Тянется за сильной личностью. Поэтому и в компании Ромы блондинку не трогают, у ей когти есть. Или родаки со связями. А скорее всего, и то и другое вместе взятой.

Решил дальше не нагнетать и поинтересовался:

– Ладно. Попрактиковались и хватит. Что тут можно пожрать без риска подцепить кишечную палочку? Рисовую кашу с сырой рыбой и макароны не предлагать!

Девушки задумались.

– Ты чего так не любишь роллы?

– Перешел на ЗОШ. Натурал, вкуснял, полезнайл.

Лариса захохотала. А она ничего в расслабленном виде. Разрез пиджака открывает богатое содержимое, бедра в брюках также соблазнительны. Мысли о расслабухе повели меня куда-то вдаль. Тысяча чертей, сколько сейчас стоят проститутки? Стопэ, парень! Думай о бренном! Но вид колышущейся Лариной груди мешал серьезным мыслям. А Ольга живо просекла мой взгляд и наигранно милостиво улыбнулась. Стервоза!

Остановился на жареной говядине с каким-то замысловатым испанским названием. К нему овощи и еще порцию мохито.

– Ты куда так торопишься набраться?

– Водка с утра – день прошел. Или имеются предложения получше?

– Игорь звал вечером на покатушки.

Не сразу сообразил, что речь идет мажоре Володарском, кореше Ромы. Ясно. Никуда девочка от них не делась.

– Ты каким местом к нему?

– Он сын друга моего отца.

Я соображаю быстро. Отец Игоря гендиректор крупной фирмы. Значит, и папаша Ольги не последний человек. В принципе сейчас все отлично заметно по одежке. Но я в ней как-то не разбираюсь. Лук у девушки, кстати, всегда стильный. Надо бы порыться в модных изданиях и разобраться. Может, эти шмотки стоят кучу денег, а я не в курсе. Да и заведение дорогое. Нет, бабки у меня есть, но тратил бы тут, скрипя зубами.

– Кстати, мы на его денюжки здесь шикуем?

– Тебе претит такой расклад? Раньше я не замечала такой щепетильности. Все норовишь очередную гадость подцепить.

А это прямой наезд! Она меня сюда вызвала поиграть? Или нечто вызнать? Или это намек на мое волочение за Алиной? С того вечера, когда я сцепился с Роминым миньоном, больше с ними не пересекался. Разве что со Светкой тёр. Её ко мне интерес будил во мне странные чувства. С одной стороны, она податлива. Можно и переспать на разок. С другой – что-то за этим кроется. Так-так, а не отсюда ли ветер дует.

– Ты про Светку? Так я с кем попало в койку не ложусь.

Опять Лариса чуть не пролила свой морс на дорогой костюм.

– Да прекратите вы оба! Не знала бы вас, подумала, что два озабоченных. В чем вообще дело?

Ольга хищно улыбнулась:

– Сдается мне, что этот паренек совсем не тот, за кого себя выдает.

Я внутренне похолодел. Что еще за напряги?

– Оль, ты, о чем?

Лара нахмурилась. Ей одной ничего не понятно?

– Представляешь, Ларис, этот удод целый год строил из себя придурка, втерся ко многим в доверие.

– И? Продолжай, Лёлик.

Смотрю Снежной королеве прямо в глаза. Ведь этот спич чисто для меня устроен. Долго же она соображала. Но такой вариант интерпретации прошлого меня вполне устраивает.

– А дальше я не знаю. Никита, к чему этот цирк?

Деланно развожу руками:

– Может, мне просто нравится быть клоуном?

Лариса смеется и рукоплещет. А у нее красивые глаза. Так, опять меня несет.

– Оля, тебе жалко, что ли? Пусть веселится мальчик. Таким он мне больше нравится. А то больно был убог.

Вот зараза! И Ларка не преминула меня укусить. Что за барышни пошли? Эмансипация и сегрегация в одном флаконе. Нам приносят заказы и есть время на передумать. А эти девочки совсем не дурочки с переулочка. И Лариска скорее компаньонка-пантерочка. Багира белая и Багира темная. Жизнь заиграла новыми красками! Столько пространства, чтобы пошалить. И не только в брачные игры. Мы уже нехилая компания.

– Здесь, остановите, пожалуйста.

Ольга и за такси не дала расплатиться. Заявила, что сегодня её день. Пока сидели в ресторане, девчонки приняли немного. Я же переждал хмель и заказал черный кофе. Хотя мне все норовили подсунуть всякую рафовую дрянь. Как так можно портить обычный напиток?

Я огляделся. Мы на огромной парковке какого-то торгового центра. Только практически пустой. Его еще не построили? В Москве постоянно что-то строят. Откуда-то спереди послышался шум мотора и смех. Затем нас кто-то громко позвал. Вся честная компания в сборе! Лица в основном те же, но виднеются и новые. Народу собралось достаточно для сейшена.

Фраги – баллы, которые начисляют в компьютерных играх за ликвидацию противника.

Лук – наряд, прикид, некий цельный образ.

Глава 28
Ростик. Август 1973 года. Сабантуй

Два дня до школы! Меня эта новость здорово нервировала. Когда в прошлой жизни в институт шел, и тогда места себе не находил. Тут и вовсе иной мир. И как его познавать мне непонятно. Разве что Серега поможет. Но у него и своих дел полно. Надо резко подтянуть учебу, иначе техникум не светит. А без него дорога лишь на завод, а потом армия и прощай образование. Какая все-таки несправедливость по сравнению с девчонками. Хотя у тех свои траблы. Замужество, дети, перерыв в образовании или работе.

Так что нет в жизни щастья!

Вот на такой минорной ноте меня и застал Серый.

– Чего сидишь?

– Чилюсь на расслабоне.

– Чего?

«Палюсь!»

– Это так хиппи высказываются.

– Хватит свои журнальчики читать, а то и говорить стал на непонятном языке. Где хиппи и где мы?

– В Москве их полно.

Серега почесал затылок.

– Нам что до этого? Мажоры пущай, себе балуются. Наше дело телячье.

Если так, то и мне все равно.

– Предложения есть у доблестного сеньора?

– Пройтись до Ленина.

– И какие приключения нас там ждут?

– Парни собираются.

– То есть будут пир и танцы?

– Это уж как получится. Надо еще успеть отойти до первого сентября. И веселиться будем, скорее всего, на свежем воздухе.

– Намек понял.

Двигаюсь к шкафу. Со штанами все понятно. На ноги ботинки, батя, то есть прадед подогнал. Тяжелые такие на толстой платформе. Я бы сказал модные, но в здешней среде считаются рабочими. А мне понравились, можно смело по грязи шагать. После недавних дождей её появилось достаточно. Это не столица двадцать первого века, что вся в брусчатке и бетоне. Натягиваю поверх болоньевую куртку и готов к выходу. Серега был в перешитом с чьего-то плеча пальто. СССР жил в целом бедновато. Странно, вторая супердержава мира, а беднее, чем друзья по соцлагерю. И уже не получится все свалить на войну. Или проблемы в экономике, или кто-то что-то неправильно делает во внешней политике.

Но мы молоды и веселы! Нам плевать на глобальные проблемы. Сбегаем по ступенькам и вылетаем на улицу. Конец августа решил напомнить нам, что скоро осень. Ветер свеж и бодр, поверху гурьбой гуляют тучи. Но кого это сейчас может испугать! Мы идем веселиться! Мелочь рассыпается перед нами. Во дворе мы в авторитете. Но нос не задираем, здороваемся с молодежью и пенсионерами. И это удивительно для меня. Все всех знают. С одной стороны, такой подход означает безопасность и стабильность, с другой, иногда меня напрягает. Я-то никого из них не знаю! Вернее, уже познакомился шапочно, но настоящий Ростик жил тут с детства. Это как большая итальянская семья.

– Чего там у тебя с Галкой случилось?

– А что у меня с Галкой?

Мы не виделись меньше недели, а уже столько новостей.

– Злая на тебя.

– И что с того?

Серый не замечает в моем поведении ничего предосудительного и потому хмыкает.

– И когда успели поссориться?

– Долго ли умеючи.

Мы пересекаем соседний двор. Серый достает из бездонного кармана семечки и дате горстку мне. Вот уж никогда не подумал, что буду вести себя, как деревенский гопник. С другой стороны, кто считал, что попасть в мир Советского Союза образца 1973 года можно по-настоящему? И вовсе не попаданцем с опытом и знанием будущего. Я даже не помню, когда Брежнев умер, и кто был президентом после него. Или кто тут вместо него?

– Да и черт с ней и ее семейкой. Больно уж она к тебе липла в последнее время. И ведь не вы… – Серый похабно показал руками, что с ней надо было делать, – только облизываться.

– У тебя положение лучше?

Серый довольно улыбнулся:

– Мне достаточно в деревню смотаться.

– Ты тогда с Наташкой был, пока я…

– С ней. Не понял, – кореш развернулся. – Ты что имел в виду? Э, – Сергей стукнул меня по плечу, – да ты никак Иринкой зажигал?

– Отжигал!

– Ничего себе коза! Хотя… Парень в армии, со своими нельзя. Ты просто вовремя подвернулся.

Желаю соскочить со скользкой темы:

– А у тебя с Наташей серьезно?

– Да ну как сказать… Что у нас с ней может быть общего?

Ого, а тут нравы до предела простые.

– Понятно.

– Ну ты и сам с усами. Пошли, вон наши стоят!

Человек десять оттаптывали ноги на пятачке около «Гастронома». Кого-то я уже знал по встрече на пляже или по фотографиям. Одноклассники и члены футбольной команды. Если говорить по-пацански – Центровые школы. Круче нас никого уже нет. Здоровые в основном лбы. Все искренне улыбаются при виде нас, с охоткой протягивают руки. Ощущается общее приподнятое настроение перед намечающейся пати. Только вот куда пойдет дальше?

– Куда сегодня?

– У Лехи сарай свободен. Батя на рыбалке, мама в деревне.

– Свет, что ли, провели?

– А как же? Там сейчас и гараж. Мотоцикл и лодка. И плитка у Лехи есть.

– Зашибись, хоть горячего пожрем.

Вперед выходит высокий парень. Я его знаю шапочно. Андрей, бессменный староста класса и капитан волейбольной команды школы. Основательный пацан.

– С местом решено. Что берем и сколько? И не забываем про хавыч. А то знаю я вас, нажретесь быстро.

Ушлый паренек в странной шапке выкрикнул:

– Я котлеты из дома прихватил.

– У меня пирожки.

– Считается, – Андрей протянул широкую, как лопату, кисть. – Скидываемся, господа юнкера.

Мы с Серегой, не сговариваясь, отдаем по красной бумажке. Десять рублей в это время деньги. Но гулять так гулять! Поднимаем свой авторитет среди братвы выше крыши. Народ загудел, прохожие оглядываются.

– Во кулачье! По червонцу проставились!

– За базаром следи, Митроха. Мы честно в колхозе заработали!

– Вместо тракторов поля пахали?

– Доярок эти жеребцы пропахивали. Смотри, какие морды довольные.

– Ага, вон хари откормленные. Может, им и закусь не давать?

Мы с Серым лыбимся и не отвечаем колкостями на дружеские подначивания. Парни в основном скидывают трешки, иногда мелькают синенькие пятерки. На круг вышло неплохо. Народ навеселе гогочет даже без хохм. Предвкушение праздника и есть праздник! Прикидываем, на что нам хватит. Откровенную бурду брать не будем. Плодово-выгодное пусть и не так по шарам бьет, зато похмелье легче.

Серега и Андрей, как самые большие и взрослые на фейс двигают в винно-водочный отдел. Мне и Митрохе поручают закупиться закуской. По пути у нас будет кулинария, добьем остаток денег там. Организмы вокруг молодые и крепкие, покушать любят. Потому мы сразу берем полдюжины буханок черного хлеба и два батона белого.

– Кильку возьмем! Сразу килограмм.

Я рассматриваю огромную жестяную банку и сомневаюсь. Целый рубль с мелочью за мелкую рыбешку. Но рыба в обычных консервах выходила на круг еще дороже.

– Будет её кто есть?

– Под картошечку за милое дело уйдет. У Лехи она там и хранится.

– Ну, если так, то берем.

– Еще к чаю надо что-то взять.

– Сушки пойдут?

– Лучше пряников. Два кило.

Никаких плавленых сырков или копченой скумбрии. Что еще по моему мнению шло в закусь в это время? Шпроты и ливерная колбаса?

Парни выходят с винно-водочного с увесистыми рюкзаками за плечами. В них позвякивает пойло. Мы дружной гурьбой устремляемся дальше, делая остановку лишь в «Кулинарии». Меня как держателя «кассы» толкают вперед с Андреем. Тот приятельски здоровается с продавщицами и о чем-то с ними перешептывается, затем поворачивается ко мне:

– Сколько у тебя осталось?

– Восемь семьдесят пять.

На закуску ушла меньшая сумма из собранного. Брали разом два целых ящика пойла, чтобы хватило на всех точно. Еще мог народ подойти.

– Давай все. Котомку тоже.

Что нам туда наложили, даже не знаю, но сумка стала заметно тяжелее. По пути мельком заглянул. Трехлитровая банка с винегретом и котлеты, пахнущие хлебом, а не мясом. Столовские. Хитрые тетки с кулинарии. Все равно или домой потащат, или спишут. Меня все больше и больше поражала местная система распределения. Неужели нельзя все провернуть прозрачно и открыто?

Гараж на деле оказался странной формы сараем, сооруженным из говна и палок. Горбыль, куски ржавой жести, шифер. Располагался он около самой речки, к воде вели деревянные мостки, по которым спускали лодку. Зато внутри «гараж» оказался довольно просторным, даже со вторым этажом. Лодки не было, в углу одиноко стоял лодочный мотор, несколько канистр, а посередине сарая красовался «Минск» с люлькой.

– Наверх осторожней. Ступеньки шатаются.

– Ну ты раззява, Леший! Где молоток и гвозди?

– На тех полках ищи. Вы пока за водой сходите, а я картошку достану.

Народ живо разбежался по делам. Праздник сам себя не подготовит, пусть и такой простенький. Ни шашлыков, ни хороших напитков вроде виски и бренди. Все «по-босяцки». Так выразился Серый, когда мы пошли с ведрами за водой. Идти оказалось совсем недалеко. Воду зачерпывали прямо из речки с мостков. Те, видимо, были предназначены для лодок. Хотя если экология, позволяла, то почему бы и нет?

Наверху на плитке уже подогревались котлеты. Посередине выстроился самодельный стол из ящиков, покрытых клеенкой. Народ готовил места для сидений. Парни поднимали с первого этажа размятый топчан. Андрей притащил из соседнего сарая кресло-качалку. Кто-то уже отмывал в горячей воде граненые стаканы, другие резали хлеб или открывали консервы. Народ подготовился заранее, один я не был в курсе. Поэтому оказался без ложки и вилки, но обнаружил в кармане куртки раскладной нож. И в нем к вящему удивлению оказалась вилка. Подготовленный чувак наш Ростик.

– Не стоим, наливаем!

Парни нетерпеливо дожидались начисления по стаканам, переминаясь и глупо ухмыляясь. Все выпивать начали только-только, внезапно ощутив себя взрослыми. В эту эпоху, начав не по чину, и огрести, наверное, от родаков можно. Но мы все перешли в десятый класс. Значит, заслужили.

– Будьме! – выдохнул Андрей. И я залпом выпил вино. И зря.

Это точно не «Хванчкара»! Приторно-сладкая субстанция вязко прошла по горлу, вызвав невольный спазм. Дыши! Не сказать чтобы очень противно, но чем-то гдотным отдает. Народ после выпивки зашевелился и потянулся за закусью. Тарелок никто не предлагал, кушали прямо со сковородок и банок. Один винегрет был щедро высыпан в широкое блюдо.

«Интересно, его помыли?»

Я положил котлету на хлеб, а на нее добавил какой-то травы. Хм, и верх, и низ бутера не особо отличаются по вкусу. Мясо густо заменили хлебным мякишем. С другой стороны, в будущем в дешманскую жрачку чего-то только не докладывали. Видел как-то на Ю-Тубе красную субстанцию, что заменяла мясо в дешевых продуктах. И напрочь расхотелось питаться подобным фастфудом. Здесь хотя бы все натуральное. Хлебная котлета с привкусом мяса!

Налили еще по одной. В этот раз я пил осторожней, прошло лучше. Видимо, дело привычки. Короткостриженый пацан, посматривая на мою кислую физиономию, хохотнул:

– Лимонад. Вот Агдам вещь! Сразу по шарам дает.

– Зато похмелье после него.

– А чё! Мы с утра в деревне бражкой закинемся и на речку.

– Как там рыбалка, Шура?

– Около деревни так себе. Надо в лес, на озера. Вот там такие щуки!

Он показал руками нечто невообразимое. Парни захохотали. Шура обиделся, но доказать не мог. Я же приналег на принесенные кем-то консервы с черноморской тюлькой в томатном соусе. А вкусно! Сардины в масле также понравились. Надо же! А я смотрел на них свысока. Их же везде продают, но народ охотится за шпротами.

На электрической плитке стояла исходящая паром большая кастрюля с картошкой. В воде плавали зонтики укропа. Народ первоначально заправился и начал вспоминать события текущего лета. Обсудили и меня. Не все знали, что Сеня крепко приложил мою голову об железо ворот. Здоровьем интересовались не абы как, а искренне и это радовало. Вообще, ощущалось некая сердечность и подобие братства. То ли оттого что все знали друг друга с раннего детства, можно сказать, выросли вместе. То ли от влияния эпохи, когда человек человеку друг и брат. Можно было смеяться над подобной формулировкой, но я чувствовал, что эти слова наполнены неким смыслом.

Нет, я далек от мысли о всеобщем братстве. Злобы, глупости и зависти хватало и здесь. Но точно не в таком количестве, как в будущем. И люди подобными качествами явно не гордились, скелеты в шкафах тщательно охранялись, былое гнилье запихивалось в самые дальние уголки души. Все потому, что люди надеялись на лучшее. На поступательное движение прогресса и счастливую долю потомков. И пока это получалось. Сравнить, как жил дед Ростика, и он сам. А всего-то лет прошло! И вдобавок по стране пронеслась разрушительная война. Видел я на прадедовом кладбище памятник погибшим. Сотни имен. С одного села. Раньше как-то представлял все абстрактно, а на днях осознал все с точки зрения собственной семьи. А ведь кому-то, как сестре прапрадеда и вовсе не удалось создать её. Какой-то фашистский летчик нажатием на гашетку оборвал все нити её дальнейшей судьбы.

Стало горько от осознания невозможности что-то сделать, и я потянулся за стаканом.

Мы кушали рассыпчатую картошечку, очищая от кожуры каждый самостоятельно. Макали её в пустую консервную банку с сероватой солью, закусывали соленой балтийской килечкой, запивая все плодово-выгодным. Языки развязались, вспоминали не только удаль молодецкую, ведущую на подвиги, но и романтические встречи. Серый в лицах изобразил мою драку на танцплощадке. Пришлось показать, как у меня получается ловко крутить палкой. Пацанам понравилось, мой уровень поддержки вырос прямо на глазах. А они и так был немаленький.

Пошли обмены мнениями по женскому вопросу. Судя по хвастовству, большинство парней на самом деле еще не «вкусило сладкого». Слов было слишком много. Помалкивали лишь я, Серега и Андрей, многозначительно поглядывая друг на друга. Леха в какой-то момент покосился в мою сторону:

– Говорят, что ты Галку с вашего дома «откупорил»?

Все застыли в предвкушении скабрёзного рассказа.

Я же нахмурился:

– Это кто у нас такой смелый языки распускает? Я ему его обязательно обрежу.

Меня тут же поддержал Серый:

– Они давно поссорились, да и не было ничего. На фига нам малолетки.

Парни переглянулись, а затем воззрились на помалкивающего доселе кореша.

– Серый, да ты никак в деревне наследил?

– И как дойки у сельчанки?

– Слышал я, что у него там зазноба.

– Ну ты и жук!

Внимание переключилось на приятеля, а затем на Андрея. Тот также отмалчивался. Разгоряченные вином пацаны требовали подробностей. Сами они дальше поцелуев и обжиманий, скорее всего, не продвинулись. Желания у девушек этой эпохи иные. Замуж, дети, или карьера. Последнее также уже распространено. Отличный пример – моя, то есть дедова сеструха.

Затем мы пили чай с пряниками и пирогами. Пошли задушевные разговоры о будущем. Пацаны делились планами, мечтали о разном. Ничего в их надеждах не было такого особенного. Поступить дальше учиться, в основном в техникум, максимум в областной институт. Затем армия и работа. Кто-то уже и невесту себе присмотрел заранее. Незамысловатые радости бытия. В голову пришла мысль, что в разных эпохах люди зачастую мыслят одинаково. И наши поколения не так далеки друг от друга. Разве что будущее развивается дольше. Но ведь и мой школьный корефан Павел сразу после армии женился и строит семейное гнездышко. Стало грустно. Где я, зачем я?

Меня беззастенчиво толкнули:

– А ты куда Ростик пойдешь?

– В техникум хотел же.

Я глянул на пацанов и выдохнул:

– Никто из вас не знает своего будущего. Тогда чего тут сидите, рассусоливаете?

Леха подначил:

– Ты как будто знаешь?

– Свою нет. Но кое-что из будущего могу предсказать.

Все тут же замолкли и уставились на меня. Андрей так же с интересом собирался выслушать мои откровения, но я вовремя себя одернул. Политики еще не хватало.

– Давай рассказывай.

– Ему после удара мячом будущее открылось.

– Ростя Мессинг!

Все заржали, не обидно, с легким подначиванием. Прервал веселье Андрей:

– Хорошо ржать! Вдруг человек дело скажет?

«Вот сволочь, подставить хочет!»

И меня внезапно понесло. Сначала пацаны слушали вполуха, затем замолкли и боялись пропустить хоть одно слово. Про мобильную связь, Интернет, электромобили, компьютерные игры. Техника явно интересовала советскую молодежь и такое будущее, как ни странно, их не удивляло. Ведь научно-технический прогресс шел прямо на их глазах. Полеты в космос, появление массового телевидения, транзисторы, магнитофоны. Новые города в глухой тайге, глубоководные аппараты в глубинах океана, сверхзвуковые пассажирские лайнеры. Чем их на самом деле можно удивить? Но я удивил. После подробного рассказа о толерантности кто-то побежал на улице тошнить. Культура отмены вызвала много гневных выкриков.

– Такое будущее нам не нужно!

– Так это не у нас, а на Западе, – поспешил я успокоить парней. – Особенно в Америке.

– Там так и будут негров обижать?

– Да нет, это негры начнут обижать белых.

Все смеются. Знали бы вы ребята, как лет через пятьдесят всем будет совсем несмешно. Человеческая цивилизация так запуталась, что непонятно, где добро, а где зло.

Конец беседы помню смутно. Меня хорошенько в сарае накрыло. И в самом деле выгодное вино. Выпили не так много, а крепость ощущалась. Чего только люди не выдумают, лишь бы отвлечься от реальности.