Текст книги "Любовь, как оправдание (СИ)"

Автор книги: Аида Остин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

Казаков оттолкнулся от стены и подошел ближе.

– Да? А куда я тебя должен был доставить? К нему? Прости, не мог. Ты отключилась в машине, ключей у тебя с собой нет, как и телефона. Хм… кому бы позвонить, чтобы открыли двери?

Его веселое или скорее издевательское настроение раздражало. Алиса старалась изменить свое отношение к нему, помня, что в трудный момент Илья оказался отзывчивым и добрым другом, но злость на мальчишку, что однажды пытался убить их обоих, никак не проходила. Сейчас Илья был очень похож на того парня из прошлого и Алиса уже никогда не сможет ему доверять.

– У меня есть друзья. Я могла бы пойти к Свете.

Парень с сожалением развел руками.

– Не могла, они с Костей сбежали чуть раньше, точнее наши друзья оставили нас поговорить. Я их об этом не попросил, но, понимаешь, они, как и я не верят в благие намерения твоего Громова, такие как он, не умеют любить. Алиса…

Илья подошел совсем близко и оперся руками на стену, по обе стороны от ее головы, блокируя выход. Наклонился, пристально всмотрелся в глаза девушки и прошептал, с шипением выплевывая каждое слово.

– Неужели ты его еще любишь?

Казаков не тот человек, с кем она будет говорить на личные темы, поэтому Алиса отвернулась, ударяя его по руке.

– Тебя не касается моя жизнь, пусти.

– А ты ответь. Неужели так и не смогла забыть его, за столько лет? Что же ты в нем нашла такого, чего нет во мне? Алиса, Громов предал тебя, унизил и окунул в грязь, как ты можешь бежать к нему, после всего, что он тебе сделал? Для него же ничего не стоит переступить через человека. А с такими как ты, он играет. Хочешь знать, что на самом деле больше всего его гложет?

– Нет. Илья, мне нужно идти…

Алиса отвернулась и попыталась нырнуть Илье под руку, но тот ее поймал и прижал к стене.

– Пострадавшее мужское самолюбие. Как так, его бросила малолетка?! Как такое возможно?! Он же всегда сам выбирал с кем ему быть, а кому искать замену. Алиса, да пойми ты, этот мужик с тобой развлекался и не больше. Разве тот, кто по-настоящему любит, женится на другой?

Алиса как могла отбивалась от его доводов, но каждое сказанное им слово имело место быть.

– Павел мне все объяснил, он никогда не любил Еву, их связывали деловые отношения.

Алиса оправдывала поступок Павла. Наступая на горло гордости, она все-таки защищала его.

– Распространяющиеся на постель? Ты считаешь такие деловые отношения нормальными?

– Нет! Но я верю ему. С Евой у него был договор, она не та женщина, которую полюбит Громов. Илья, я на самом деле ему верю.

Алиса кричала, стараясь достучаться до Ильи и сожалея, что ей самой становится все труднее верить в любовь Павла.

– Зря веришь! Ты уехала, почему он не пошел за тобой, почему небо и землю не перевернул, чтобы объясниться тогда, а не ждать шесть долгих лет? Почему сидел и ждал твоего возвращения?! Где гарантии, что ты, именно ты важна для него, а не Алекс? Как-то прожил до этого времени и дальше с ним ничего не случится, а вот сын это другое. Сын – наследник, ему нужно особое внимание и лучше без принципиальной мамашки.

Выкрикнул Илья и ударил кулаком в стену. Алиса всхлипнула и замерла. Ей и в голову не приходило, что Громов может отобрать сына. Алекс единственный, кто у нее был всегда, Алиса не видела смысла в жизни без своего маленького сыночка. Нет, этого не может быть.

– Он не посмеет.

Илья хитро усмехнулся. Провел рукой по голове, растрепав волосы, и подмигнул ей.

– А давай мы проверим, а?

Завел руку за спину и резким движением сдернул с себя футболку, оставшись в одних джинсах, с расстегнутым ремнем.

– Ч…что ты делаешь?!

Алиса толкнула Илью в грудь.

– Добавляю драмы и интриги в твою жизнь. Тебе ведь нравится добровольно обрекать себя на страдание. Наслаждайся.

– Что? Ты о чем? Илья, пусти меня.

Окончательно протрезвев, Алиса убедилась, что ее бывший одноклассник совсем не изменился и все также применяет силу, добиваясь своего. Свои следующие действия, парень проделал в считанные секунды. Прижав палец к губам девушки, Казаков наклонился совсем близко и его горячее дыхание, опалило ее щеку. Поймал руки, переплел пальцы, сжимая запястья, и втиснул колено между ног, резким движением приподнимая Алису вверх, зажимая между собой и стеной.

– Не кричи, я тебе ничего не сделаю.

Алиса выдергивала руки, кричала на него с зажатым ртом, а Илья сжимал хрупкие кисти, не давал позвать на помощь. Когда она извернулась и хотела укусить его за руку, распахнулась входная дверь и в квартиру, ворвался Громов. От переживаний его лицо приобрело серый цвет, он не знал, что думать и, где ему искать Алису. Позвонил и разбудил Сомовых, в надежде, что Алиса поехала к ним, но Шерри не подтвердила его догадок. Тогда он подхватил спящего Алекса, проехал по всем клубам и барам, почти два часа разыскивал ее по ночному городу. Через знакомых раздобыл адрес подруги Светы и у нее выяснил, с кем могла бы уйти его девочка. Павел не верил, что из-за обиды на него Алиса кинется в объятия другого мужчины, тем более, что раньше сама просила защиты от преследующего ее парня. Нет, она так не поступит. Отчаявшись, Громов ехал по городу и, как раз подъезжал к дому Казакова, когда на телефон Алисы, позвонил сам Илья. Он говорил грубо, с издевкой и прямым текстом разъяснил, что Павлу ничего не светит. Осталось приехать и убедиться самому. Павел не помнил, как добрался, взбежал по лестнице на шестой этаж и толкнул приоткрытую дверь.

Громов покачнулся. Ему показалось, что земля уходит из-под ног, когда он увидел Алису в чужих объятиях. Прижатая к стене другим, открытая и беззащитная, с удивленно распахнутыми глазами, она испуганно смотрела на него, заливаясь краской стыда.

– Ты…

– Молчи.

Мужчина заскрипел зубами и сжал кулаки. Илья оскалился.

– О, нас прервали на самом интересном. Ты проходить будешь или развернешься и отвалишь обратно?

Парень отпустил Алису, дико вырывающуюся из его рук, он даже поправил ей волосы, ласково заправив темную прядь за ухо.

– Не трогай меня.

Алиса оттолкнула его руку и прошла мимо. Громов не смотрел на нее, он не сводил глаз с наглого лица Казакова и всей душой хотел размазать того по стенке.

– Где Алекс?

Сглотнув, Алиса прикоснулась к его руке, вопросительно глядя в покрасневшие от напряжения и волнения глаза.

– В машине. Алиса, иди вниз.

Не аккуратно развернул и вытолкнул ее в подъезд, захлопнув дверь. Алиса звонила в звонок, стучала и просила Павла выйти, прислушиваясь к шуму внутри квартиры, в том, что там дерутся из-за нее, не было ничего хорошего. Это не правильно, так не должно быть. Все превратилось в жуткую пародию на обещанную Ильей драму, так считала Алиса. Через несколько минут дверь открылась, и вышел Громов, шатаясь, с разбитой бровью, из которой сочилась кровь, он презрительно полоснул по ней взглядом и схватил за руку.

– Я сказал вниз.

Прорычал и потянул девушку за собой, не задумываясь, успевает она шагать или нет. Вывел на улицу, посадил в машину и сел за руль. Алиса обернулась назад, где мирно спал ее сын, укутанный в одеяло. Она, ласково прикоснувшись к маленькой ручке Алекса, и улыбнулась сквозь слезы. Ее жизнь вновь разделилась на «до» и «после» и ей снова нужно брать себя в руки, чтобы быть сильной и смелой.

– Спасибо. Я не знаю, что мне еще сказать.

Громов молчал. Сосредоточился на дороге, крепко сжимая руль, и смотрел перед собой. Он ее осуждает? Алиса не знала, как начать разговор, для измученного организма нужен был сон, а для расстроенных чувств – тишина и понимание. Но дольше молчать нельзя, это тупик, затягивающий и запутывающий обоих. Всхлипнув, Алиса с мольбой посмотрела на Громова, ища поддержки. Ей было не обходимо опереться на него, ей нужны его понимание и ласка. Сдаваясь, Алиса признавала, что бы там у них не было в прошлом, но другого мужчину она не примет, ей нужен он, не обходим, Громов единственный, кто способен разбудить ее чувства и кому она ответит взаимностью. Он ее защитник, опора, человек способный вывернуть душу наизнанку и спасти от смертельной тоски по нему, сводящей с ума долгими и одинокими ночами.

– Прости меня, я не думала, что так получится. Расстроилась и выпила лишнего. Я виновата, оставила сына и не пришла домой. Прости, что тебе пришлось искать меня.

Опустив голову и пряча слезы, Алиса вцепилась в колени дрожащими руками.

– Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь и хочу…

Громов резко свернул вправо и остановил машину, вышел, открыл дверь и вытащил Алису на улицу, отводя дальше.

– Понимаешь, что я чувствую?! Да что ты можешь понять?! Это не ты моталась по городу, не зная, куда пойти и к кому обратиться. Не тебе в голову лезли отвратительные и страшные мысли. И не тебе повезло увидеть любимого человека в чужих руках. Да, я был не прав, когда обманул тебя тогда. Наивно думал, что мы вместе разберемся. Но ты себе не представляешь, через что я прошел, когда потерял тебя. Оглянись, ты же ничего вокруг не замечаешь, кроме своей обиды. Ты живешь ею, дышишь, она движет тобой! Сбегаешь не поговорив, пропадаешь на шесть лет, а потом возвращаешься, приближаешься ко мне и снова уходишь, как только видишь перед собой препятствие. Зачем, Алиса? Ты боишься быть обманутой?! А жизнь в страхе и одиночестве, она лучше?! Посмотри на меня, на себя, ты же нас наказываешь. Всех и Алекса тоже.

Павел не сдержался и толкнул в плечо потрясенную услышанным Алису.

– Не знаю, что ты собираешься делать дальше, но сына я так просто не отпущу.

– Что?

– Ты меня услышала. Я хочу видеть, как Алекс растет, быть с ним рядом и помогать. Я – отец Алекса и мне решать, как и когда с ним видеться. Уяснила?!

Алиса замерла. Неужели Илья был прав и сама Алиса Павлу не нужна, все дело в их сыне? Запрещая себе паниковать, Алиса прибегла к единственному решению, вернулась в свое привычное и до смерти надоевшее состояние холодного равнодушия.

– Если ты будешь оспаривать свои права, то до встречи в суде.

Отстраненный голос и ни капли эмоций на лице, они остались за пределами доступа для посторонних, каким и оказался Громов. Алиса развернулась и пошла к машине, не дойдя пары метров, она увидела сонного Алекса, он шел к ней навстречу, кутаясь в теплый плед.

– Алекс, милый, пойдем в машину, здесь прохладно.

Алиса потянулась к ребенку, но мальчик отошел в сторону. На улице стало светло, на смену ночи пришел новый день и принес очередное испытание.

– Надо было сразу сказать, что он мой отец. Зачем ты мне врала? Я больше не хочу с тобой разговаривать.

– Алекс…

– И я хочу домой, к Джене, она никогда не врет, даже когда говорит Джеку, что не подмешивает в его суп лекарство потому, что Джек давно это знает сам. И ты, ты не ковбой, ковбои не врут, они честные парни.

Алиса растерялась. И злилась. Обвиняя всех вокруг, она действительно не замечала своих ошибок. Павел с самого начала просил рассказать сыну правду, но Алиса не разрешила и, к чему это привело? Шерри с Арсением убеждали попробовать наладить отношения с Громовым, но она слишком гордая, чтобы прощать. Стирая слезы, Алиса сотрясалась от безудержных рыданий, пока ее не обняли крепкие и такие родные руки, тогда рыдания стали еще сильнее, но в них постепенно пробивалось облегчение. Комкая его рубашку на спине, Алиса вжималась заплаканным лицом в твердую грудь, впитывая родное тепло, вдыхала до боли знакомый запах тела и не смогла остановить себя, когда ее губы прикоснулись к его шее, ища и находя успокоение.

– Поехали домой.

– Домой?

Алиса подняла голову и всмотрелась в черные глаза, они с любовью и нежностью смотрели на нее, даря надежду.

– Да. К нам домой.

– К нам?

Робкая улыбка мелькнула на ее губах, озаряя счастьем.

– К нам.

Павел наклонился, коснулся нежным поцелуем ее виска и прижался щекой.

– Я не хочу быть без тебя. Мне плохо. Я скучала, слышишь?! Я так сильно скучала по тебе.

– Я знаю. Мне тоже было плохо без тебя. Ты просто верь мне, всегда, я прошу тебя.

Алиса кивнула, очередные слезы полились на его рубашку, пропитывая насквозь. Алекс смотрел на них и хмурился, затем подошел и дернул отца за задний карман брюк.

– Мам, ну, давай мы его тоже в Техас заберем, только не плачь, ладно? Так и быть, Джек научит пасти быков и ты, Громов, будешь настоящим ковбоем.

Павел рассмеялся и посмотрел на Алису.

– Как думаешь, у меня получится?

Алиса кивнула.

– У тебя? Обязательно.

Эпилог.

Гроза разрывала черное небо и поливала пыльную землю дождем. Воздух проникся электричеством и каждая вспышка молнии сопровождалась новым ударом грома. Свет в доме моргнул и погас, погружая в полную темноту, к чему Алиса давно привыкла и к подобным капризам природы и не переживать по таким пустякам. Но сегодня все было иначе. Джена с мужем еще вчера должны были вернуть домой, а из-за разболевшейся ноги Джены остались в гостях у Шерри и Арсения. Алекса они взяли с собой, решили сходить в кино. Сегодня же Сомов позвонил и сказал, что завтрашнее заседание переносится на следующий день и Алиса может оставаться дома, но радость от такой новости омрачила внезапно начавшаяся гроза.

Девушка проверила телефон – связь так и не появилась. Взгляд упал на ее красный пикап, стоящий у входа. Если она поедет встречать Павла, они не разминутся по дороге? Он же всего один пару раз приезжал к ним на ранчо, вдруг забыл, как добраться? Оглядев выбранное короткое легкое платье для встречи, девушка сморщила носик, в таком она и до машины добежать не успеет, промокнет насквозь. Махнув рукой и не желая тратить время на переодевания и терзаться сомнениями, Алиса сняла с вешалки джинсовку и вышла на крыльцо. Холодный воздух и брызги дождя заставили морщиться. Перепрыгивая лужи, Алиса добралась до машины. Как нарочно ключ выскользнул из ее руки и упал в воду, из-за чего ей пришлось испачкаться и окончательно промокнуть.

– Черт тебя подери. Отвратная погода. И почему именно сегодня, а не вчера или завтра?

Вытащив ключ, Алиса стряхнула воду и открыла дверь, ныряя в сухое пространство. Вставила ключ, включила фары и ослепила двор. Первое, что она подумала, когда увидела вдалеке скачущего на коне мужчину – у нее начались галлюцинации. Чем ближе приближался всадник, тем сильнее ее охватывало волнение и трепет. Яркая вспышка ослепила его, конь заржал и встал на дыбы, это было, как в старом вестерне, когда ковбой всему миру демонстрирует свою силу и красоту. И его можно было принять за кого угодно, если бы Алиса не узнала широкий разворот плеч, ставший родным жест, когда ее любимый мужчины рукой убирает назад не послушные волосы, сейчас они были мокрыми и, казалось, что отливают синевой, приковывая к себе внимание.

– О, Господи. Он сошел с ума?

Дергая ручку, Алиса, не веря, качала головой, забыв про дождь, она бежала к нему, чтобы обнять и сказать, как сильно скучала.

Всадник остановил коня и привязал к загону, стряхнул воду со шляпы, ударив ее о бедро и, вернул на место. Павел стоял расставив ноги и смотрел, как к нему бежит самая прекрасная женщина в мире. Ее ковбойские сапожки мелькали в воздухе и лихо рассекали темную воду луж, платье промокло и прилипло к телу, очерчивая стройную фигуру, а заплетенные в косу волосы рассыпались по открытым плечам. Поймав себя на мысли, что он мог больше никогда не встретиться с Алисой, Громов нахмурился. Разве он был бы так счастлив без нее? Нет. Плюнув на придуманный им сценарий встречи, Павел побежал к ней. Подхватил на руки, прижался лицом к ее груди, вдыхая ртом ее тепло.

– Какая же ты красивая.

Широкие ладони прошлись по спине, задержались на плечах и осторожно сжали голову Алисы. Громов всматривался в ее глаза, ловил в них малейшее изменение, но видел только любовь и доверие. Они смогли, переступит через время и обиды. Держались друг друга, когда Ева начала им мстить, намереваясь разрушить компанию Павла и очернить Алису, распространяя слухи, о ее подкупности. Павел даже приехал с Алисой в аэропорт, провожать Илью и пожали руки, сносно перенося общество друг друга. Идея проводить Казакова пришла в голову Шерри, когда она убедила друзей в пользе выходки парня, кто знает, сколько бы они ходили вокруг да около, если бы не он? На свадьбу Светы и Кости пришли вместе и принесли подарок, к упаковке которого приложил руку Леха, втиснув в белый бант своего игрушечного индейца.

Прошел год и за это время, между расставаниями на несколько месяцев и редкими, но оттого еще более долгожданными встречами, они убеждались, что с каждым днем любят сильнее.

– И вся твоя.

– Да, моя. Иди ко мне.

Жадно целуя податливые губы, Павел понес Алису к дому, намереваясь продолжить целовать ее лежа на широкой кровати.

У крыльца Алиса попросила остановиться.

– Что-то не так?

Она отрицательно помотала головой и расцепила его руки, сделала полшага назад, соблазнительно улыбаясь и, медленно расстегнула верхнюю пуговицу, открывая белую грудь. Дождь врезался в нежное тело, оставляя влажные следы, вторая пуговица с легкостью поддалась тонким пальчикам, третья…Громов больше не мог оставаться в стороне.

– Сумасшедшая.

Со стоном притянул Алису к себе и впился губами в ее шею, спускаясь ниже.

– Да. И я люблю тебя.

Они любили друг друга под открытым небом, на глазах у буйной стихии и не скрывая своего восторга. Рядом с ним Алисе не нужно было притворяться, он всегда был и останется тем рыцарем и защитником, который примет свою принцессу такой, какая она есть, со всеми ее страхами, сомнениями, с ее безудержной любовью к нему и будет благодарен судьбе, за дарованный им второй шанс.