Текст книги "Любовь, как оправдание (СИ)"
Автор книги: Аида Остин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)
Павел отвернулся, чтобы не дать ей повода завести разговор на ненавистную для него тему.
– Скоро.
– Очень на это надеюсь. Все-таки первая брачная ночь.
Прикусив указательный палец, девушка из-под ресниц смотрела на мужчину. Эта ее привычка заигрывать глазами давно бесила Павла и он, не выдержал.
– Ты уже в моей постели, какая тебе разница в какой?
– Не груби мне.
На стол с громким стуком были поставлены две чашки с кофе, игривый тон оставлен в стороне и на место куклы с голубыми глазами пришла Снежная королева.
– Не провоцируй. Я в душ.
Так и не попробовав напиток, Громов поднялся наверх. Его комната, где спала Алиса, он и не думал впускать туда другую. Еще чего не хватало. Этот уголок будет принадлежать только ему и его принцессе.
***
Стеблев вошел в кабинет и поздоровался со всеми.
– Итак, начнем. Здесь документы, где вы даете свое добровольное согласие на фиктивный брак. К счетам и имуществу друг друга не прикасаетесь, на совместную жизнь до конца дней не претендуете. Я правильно изъясняю? Дальше. Отдельно прописан договор, где вы оба даете свое согласие на расторжение брака по истечению указанного срока и опять таки не претендуете на имущество. И главное, прежде чем все это подписать, вы, Громов Павел Алексеевич, подписываете обязательство перед вашей будущей супругой, в том, что выполните ее требования ввести в мир деловых людей и наладить нужные связи, при этом не препятствуете ее цели. Вы же, невеста, обязуетесь сразу, после подписания документа, выдать нужную информацию, касательно фирмы, в которой работаете.
Громов не сомневался больше, он устал тянуть кота за хвост. Поставив свою размашистую подпись, он прямо посмотрел на своего заместителя. Судя по тому, как сверкали глазки Стеблева, козыри оставались у них на руках.
– Вот и отлично. Не буду добавлять банальное «совет вам да любовь», обойдемся реальностью. Регистрация завтра, в два часа. Не опаздывайте. Ну, невеста, доставайте компромат.
Ближе к пяти часам Павел вошел в кабинет зама, и устало опустился в кресло напротив. Потер рукой глаза, тяжело вздохнул и хрипло рассмеялся.
– Что, нервный припадок начался?
– Хуже – истерика. Как представлю себя в роли мужа, аж жить не хочется.
– Не дури. Судя по тому, как на тебя смотрит девица, она готова есть из твоих рук и бежать на встречу по первому зову.
– Ошибаешься, она не так проста, как кажется.
– Ты с ней почти две недели не расстаешься, устал, наверное?
Громов поморщился, как от зубной боли.
– Представь себя на моем месте.
– Не могу, у меня в отличие от тебя и внешность не та, слава богу, да и жена дома ждет.
Их дальнейший разговор прервал звонок телефона. Оба выпрямились в креслах, они уже давно ждали этой минуты.
– Ты или я?
– Я. Это мое дело.
Громов поднялся и ответил на звонок. Всего в минуту уложилась судьба человека, которому он некогда доверял, как самому себе. Жалости, сожаления или раскаяния не было и в помине.
– Ну, вот и все!
Бросив трубку на рычаг, Громов обменялся рукопожатием со Стеблевым.
– Это надо отметить.
– Обязательно, но не сегодня. У меня теща приехала, жена пристрелит, если не вернусь с работы вовремя.
– Бросаешь меня одного?
Стеблев подленько ухмыльнулся.
– Что ты, как ты можешь теперь быть один, когда почти счастлив и почти женат на акуле бизнеса?!
Стеблев еще смеялся, а вот Громову было не до смеха. Они вышли из здания и разошлись в разные стороны. Павел знал, что не поедет домой, он не стал возвращаться туда, где завтра его будет ждать, ненужная ему жена. Долго колесил по городу. От невесты было десять пропущенных, чтобы «дорогая» не надоедала, предупредил, отправив смс со скудным «отмечаю победу, сегодня не жди». Заехал в бар, хотел напиться до беспамятства, а вместо водки заказал черный кофе. Время бежало вперед, приближая ночь. Пальцы подрагивали и все вокруг, казалось только и ждет, когда наступит вечер. А за ним ночь. К десяти часам Громов не выдержал и рванул в до боли в груди знакомый двор.
Она была там. Тонкие пальчики сжимали сигарету, а та дрожала, вспыхивая ярким огоньком и освещая бледное, измученное ожиданием лицо.
Павел вышел из машины и почти побежал. Остановился, резко присел на корточки, отобрал и выкинул из ее рук отраву, вцепился в коленки и потянул на себя, чтобы обнять, прижаться губами к впадинке на шее и почувствовать, как ее руки еще ближе прижимают к себе его голову.
– Поехали со мной.
Ночь, оживленная трасса и двое влюбленных, в предвкушении продолжения долгожданной встречи. Это была его квартира. Громов давно думал продать ее, но держал так, на всякий случай. Тысячу раз задерживался допоздна на работе и ехал сюда, чтобы не тащиться за город. Здесь он ночевал недавно, два дня назад, когда, стыдно признаться, прятался от назойливой, но тогда еще так ему нужной алчной женщины. Завтра он станет ее мужем, конечно ненадолго, но и это время будет тянуться невыносимо долго, если вдали от любимой.
Ключи упали на стол в прихожей, не снимая обуви, он потянул девушку за собой в спальню. Не разрывая объятий шел вслепую. Знал, стоит открыть глаза и он не сможет спрятать свою боль. Снимал ее невзрачную кофту, когда думал, какой эгоистичный поступок совершает. Стаскивал через голову свою рубашку, всего на миг, глядя в ее ничего не видящие зацелованные им бархатные карие глаза. Приказывал совести заткнуться и оставить в покое, в тот момент, когда прижимал девичье тело к стене и обрушивался поцелуями.
Целовал. Целовал. Целовал. Всю, не оставляя ни одного места на теле девушки, чье появление в его жизнь принесло так много радости и сожалений. Целовал, когда они упали на широкую кровать, отдаваясь с искренним безумием и любовью.
Мужчина скрипнул зубами, разжал свои пальцы на тонких запястьях, завтра здесь останутся следы. Вновь поцелуями постарался загладить свою вину. Шея девушки в нескольких покраснела от дневной щетины. Он и эти места покрывал поцелуями. Грудь. На ней он не стал сдерживаться и намеренно оставил свои метки на белом теле. Нужно влажными поцелуями их приласкать, убедиться – они настоящие.
Плоский живот вздрагивает от легкой щекотки, когда он проводит цепочку воздушных поцелуев вниз, чтобы и на внутренней стороне бедра горячими губами уменьшить тупую боль от мелких синяков.
Ноги. Эти стройные ножки так крепко сжимали его, что он боялся сойти с ума. От счастья. От той не ведомой им ранее эйфории, когда держишь в руках единственную женщину, с которой не расстанешься никогда. Громов влюбился. Скудные объяснения его поведению и тоске по Алисе не привели ни к чему. Он лишь очередной раз удивился своему слабоумию, когда понял простую истину и принял ее, больше не собираясь отпираться.
– Я люблю тебя.
Слова слетели с его губ в темноте ночи и эхом отозвались в ответ.
– Я люблю тебя.
Сжимая крепче нежное тело, Громов расслабился. Вот, значит, какая она, любовь? Они были счастливы.
Утро встретило дождем. Алиса подняла голову с подушки и посмотрела на Павла.
– Люблю…
Почти неслышно прошептала и зарылась в подушку, боясь сглазить.
– Доброе утро, принцесса.
Громов прижался поцелуем к ее плечу и провел носом до подбородка. Он с внимательно всматривался в ставшее родным лицо и сегодня, Алиса казалась более юной и ранимой. Ему было жаль, что они не смогут встречаться как все нормальные пары, но он был уверен, что у них получится сохранить эти отношения. Всего немного потерпеть и он будет свободен, только потерпеть.
– Добро утро, мой рыцарь.
Алиса указательным пальцем убрала непослушную прядь с его лба, но та и не думала оставаться на месте. Стоило девушке опустить руку, как волосы упали на место, прикрывая Павлу правый глаз и делая похожим на хулигана. Девушка рассмеялась над тщетной попыткой Громова смахнуть волосы.
– Ты в порядке?
– Да.
– Алиса, ты должна была сказать, что…
– Чш… Хочу в душ и твой кофе.
Павел прикрыл глаза и поочередно поцеловал ее пальчики, обещая себе сделать все возможное, чтобы Алиса была счастлива рядом с ним.
– Сейчас.
Он быстро поднялся с кровати и наклонился, взял на руки свою девушку и отнес в ванную. А кофе, оно подождет.
7.
Алиса вернулась домой только к часу дня. Отцу утром отправила сообщение с извинениями, сказала, что ночует у подружки, так получилось. Утром еще раз позвонила и просила не терять.
– Алиса, я знаю, что сегодня ты стала совершеннолетней, но…просто постарайся вернуться домой пораньше, я пеку праздничный торт.
– Спасибо, папа. Я скоро буду.
– С днем рождения, дочка.
– И тебя с рождением дочери.
– Твой подарок ждет в комнате, торопись.
– Хорошо.
Не нужно подарков, самым дорогим и важным в ее жизни был Павел.
В то время, как Алиса говорила с отцом, Громов был в другой комнате и пытался дозвониться до родителей. Мать ответила только после шестого гудка.
– Привет, мам.
– Здравствуй, сынок. Как ты?
– Отлично. Как отец?
– Лучше. На работе оформил больничный, сидит дома.
– Мам, я знаю, что ты не любишь об этом говорить, но, может ему не надо больше работать?
Пауза на линии была слишком долгой. Неужели обдумает? Павел затаил дыхание в ожидание ответа, только и в этот раз ничего не изменилось.
– Нет, Паша, он не бросит свою работу. Что он будет делать дома, сидеть и переживать, как там его ребята? Справляются ли? Нет, он не согласится.
Сына расстроило упрямство отца.
– Мам, а как ему с таким давлением работать? Он и здоровье свое подпортил только из-за своих ребят. Я знаю, сколько сил и нервов нужно потратить обучая новичков, какая это ответственность следить за ними, они только на бумажке числятся специалистами.
– Знаешь? Ну, тогда и ты должен как ни кто другой понимать отца.
Женщина вздохнула и сменила тему.
– Что у тебя нового?
Громов посмотрел в дверной проем, убедился, что Алисы нет и тихо поделился своей тайной.
– Мам, я скоро женюсь.
Морщась и смущаясь, двадцатидевятилетний мужчина сполз по стене. Не было в его словах ни капли лжи, и женитьбу он имел в виду на Алисе, а не на той, другой. Про сегодняшнюю свадьбу Павел никому не собирался сообщать. Зачем? Это фарс, бизнес.
– П…поздравляю. Какая она, твоя избранница?
Голос матери стал теплым, доверительным и ему так хотелось с ней поговорить с глазу на глаз, что он стал продумывать поездку к родным.
– Самая лучшая. Мам, я люблю ее. По-настоящему люблю, больше всех.
– Я рада за тебя, сыночек. Приезжайте к нам, познакомимся. Паш, отец будет очень счастлив.
– Спасибо.
Алиса позвала его и приближалась к комнате, Павел вскочил на ноги, вышел на встречу, на ходу заканчивая разговор.
– Алис, ты знаешь, мы с тобой похожи на подростков, которые отчитываются перед своими родителями.
– Ты и подросток? Хотя-я, без твоего строгого костюма и с этой лихой челкой, вполне сойдешь за студента.
Громов рассмеялся и обнял ее, прерывая все дальнейшие рассуждения по поводу их поведения, возраста и статуса. Ему было безумно жаль, что придется расставаться, но это лишь на время. Завтра же он что-нибудь придумает и они встретятся. А с той, другой его связывает брачный контракт и договор, пусть она больше не рассчитывает на совместную койку.
В этот день Алиса вернулась домой на такси. Она сама предложила это и Павел согласился. Он и сам немного опаздывал, ехал, как на казнь, награждая себя не очень лестными эпитетами. Одно радовало, все пройдет тихо и почти не заметно. Вечером будет ужин в ресторане, куда приглашены только нужные люди, обязательный поход к родителям, где ему вновь придется врать и изворачиваться.
***
– Тук-тук, можно?
Ева вошла в комнату Алисы и подняла вверх большой палец.
– Классно выглядишь. Я имею в виду и платье и твое счастливое лицо. Помирились?
Алиса кивнула. Сестра частенько спрашивала про парня, с которым Алиса как бы поссорилась. Ну, нужно же было ей как-то оправдывать свой потерянный взгляд и плохое настроение, вот и пригодился Казаков.
– Спасибо.
– Он придет?
– Что? О, нет, он уехал.
– Серьезно? И оставил тебя сегодня одну? Глупый. Такую красотку нельзя надолго оставлять без внимания, уведут.
Алиса рассмеялась шутке.
– Не уведут, я очень верная.
– Тогда твоему парню повезло. Знаешь, у меня тоже сюрприз, но он скорее для всех, позже увидите.
Алиса кивнула и отметила, что Ева тоже прекрасно выглядит. Обе девушки сидели и обсуждали парней, когда в комнату вбежала Света.
– Подруга, я поздравляю тебя с днем рождения, желаю тебе всего самого лучшего, ты совершенство. Почти, но совершенство. Да, еще парня тебе, богатого и с мозгами, не то, что этот Казаков. Привет, Ева.
Светлана запоздало поздоровалась со старшей сестрой Алисы и поставила на стол коробку.
– Это тебе.
– Что там?
– Открой.
Притопывая от нетерпения, девушка сама стала помогать Алисе, распечатывать упаковку.
– Аквариум?
Алиса и Ева обменялись удивленными взглядами, а Света принялась объяснять настоящее предназначение пузатой штуки.
– На самом деле это многофункциональная вещь. Не хочешь рыбку, пожалуйста. Можно использовать, как вазу для цветов, а лучше для конфет. Еще можно записывать желания и закидывать сюда или мечты, только делить их бумагой разных цветов, ну, те что сбылись и те, что еще сбудутся. Между прочим, очень подгоняет, я проверяла. Конечно не в такой большой емкости, поменьше, но…
– Я поняла суть. Спасибо.
Алиса обняла подружку и поблагодарила еще раз.
– А ты сильно изменилась в последнее время. Такая ты мне нравишься намного больше. Прости, но это правда.
– Ты права, я изменилась. И я счастлива.
Из кухни позвал Виталий, он уже собрался зажигать свечи на торте и приглашал всех к столу. Ева вышла, сказала, что к ней пришли, Инна стояла рядом с мужем и ласково глядела на падчерицу, а Света зачаровано рассматривала узоры из розочек и ждала, когда же эту сладкую прелесть разрежут на кусочки.
Алиса сидела и смотрела на горевшие свечи. Желание, она должна загадать желание, пока свечи не сгорели. Но ей ничего не хотелось больше, чем увидеть Павла. Сейчас, в эту самую минуту, чтобы он пришел к ней и поцеловал. Утром, она не сказала ему о своем празднике, не хотела заострять вопрос своего возраста.
– Дочка, торопись, свечи скоро сгорят.
«Хочу скорее увидеть его и быть с ним вечно». Больше воздуха в грудь и погасить огонь. Сбить пламя, веря в исполнение заветного желания. Судьба бывает к нам одинаково ласкова и жестока, даря надежду и убивая мечты. Что же, огонь погашен, а желание выполнено. Он здесь. Громов стоял в дверях кухни и не сводил с нее своих черных глаз. Он выглядел бледным, злым и до смерти взбешенным. Почему?
– Ты?
Тишина. Вопрос Алисы повис в воздухе. Ева едва перевела взгляд своих синих глаз с Павла на сестру, как ей стало понятно, что эти двое знакомы.
– Что происходит, Громов?
Инна оставила мужа и вышла вперед. Да, дочь предупреждала, что сегодня познакомит со своим избранником, наверное это он. И он знает Алису.
– Доченька, ты, наконец, решила познакомить нас со своим молодым человеком? Я рада. Здравствуйте, я Инна, а это мой муж Виталий. Проходите, мы празднуем совершеннолетие нашей младшей дочери. Алиса, приглашай гостя.
«Алиса, приглашай гостя». Каждый слог набатом отдавал в голове девушки. Он пришел, но не к ней. Он молодой человек ее сестры. Как же так? А что делать ей? Не будучи уверенной в собственных силах, девушка оперлась руками на стол и медленно поднялась.
– Зд…здравствуйте.
Сжатые в руке красные розы впивались в его ладонь, оставляя отметины. Что происходит? Как Алиса могла оказаться сестрой Евы? Почему, он должен стоять здесь и испытывать этот кошмар? Нет, не верится, что вся происходящая хрень правда. Только сегодня Громов решил никогда не расставаться с любимой, а несколько часов спустя узнает, что она…
– Громов, только не говори, что у тебя что-то было с моей сестрой. Не говори этого. Я за себя не отвечаю, если это так.
– Замолчи.
Кинув цветы в угол, Павел прошел вперед, не замечая никого, кроме своей девочки. А ведь, она действительно еще девочка, всего восемнадцать, а он…
– Алиса, нам нужно поговорить. Я все объясню тебе.
Эти банальные фразы тихим и спокойным голосом были затерты до дыр и слились в обществе с фразами из анекдота, про мужа изменника. Медленно Алиса приходила в себя, воспринимая происходящее.
– Что ты мне объяснишь?
Мужчина перевел дыхание.
– Давай выйдем и поговорим. Не здесь, прошу тебя.
– Нет.
Истерика со скоростью урагана поглощала ее, слезы застилали глаза, сил терпеть такое унижение не осталось. Как он мог?!
– Алиса, пожалуйста.
Действуя под наплывом эмоций, девушка подняла бокал с шампанским и выплеснула ему в лицо. Ева вскрикнула и подбежала к ним, толкнув сестру.
– Ты с ума сошла? Паш, что происходит? Скажи мне, я требую!
Громов не пытался стереть влагу кисло-сладкого вина. Капли шампанского были похожи на влажные дорожки слез, что катились по щеками его Алисы.
Непереставая кричать, Ева нагнетала дальше, даже попытки Инны не привели ни к чему.
– Значит, это правда? Это с ней ты был вчера? Говори. Поэтому не поехал домой? Скажи мне. Нет, лучше скажи ей, куда уехал сегодня. Пусть она знает, что от нее ты помчался жениться на мне. Да, сестренка, мы муж и жена. Что, еще хочешь быть его любовницей? А ты, Громов, удобно, да? Сегодня одна сестра, завтра другая…Ненавижу вас.
Пощечина оставила на лице Алисы красный след.
– Ненавижу тебя. Дрянь. Ты врала мне про своего одноклассника, а сама спала с моим женихом. Предатели, не прощу вас никогда.
Павел не дал себя ударить и к Алисе разгневанную женщину не подпускал. Инна старалась удержать дочь, проклиная Алису за боль и слезы дочери, Света встала между подругой и Громовым, готовая в любую минуту заступиться. Павел же чувствовал себя хуже, чем в аду.
Громкий стук заставил вздрогнуть всех присутствующих в комнате.
– Па-па!
– О, Боже. Виталий?!
Крики и суматоха вокруг упавшего на пол мужчины отодвинули на второй план трагедию разбитых сердец.
Под звуки скорой помощи, Громов садился в свою машину, уверенный, что его жизнь уже никогда не будет прежней. Алиса его не простит.
8.
Мерное тиканье приборов чередовалось со стуком дождя в окно, сливаясь воедино и нарушая тишину в палате. Осенний дождь, он как слезы, либо смывает оставшуюся боль, либо еще добавляет грусти. Ветер срывал с деревьев последние листочки и отправлял их на мокрую землю, или купал в лужах, или поднимал высоко в небо, унося далеко за пределы больничного парка.
Алиса стояла у окна и смотрела, как внизу передвигаются люди. В белых халатах спешили скорее зайти в здание, в обычной уличной одежде и под зонтом, они пришли на прием, а кто-то, как и она навещает родных и близких. У всех была своя забота, свое горе, своя радость, своя миссия.
По пустому коридору в отделении кардиологии шла медсестра, придерживая в руках стопку историй больных. Отыскав нужную, девушка остановилась у палаты, открыла дверь и вошла, с сожалением глядя на Алису.
– Доброе утро. Вы уходили домой?
– Нет.
– Завтракали?
– Сейчас спущусь в кафе.
Девушка покачала головой.
– Доктор подойдет к десяти. Дождетесь?
– Конечно, я буду здесь.
Вымученная улыбка, очень печальная, она вызывала сострадание у окружающих, оставляя в памяти красивое лицо Алисы.
– Все будет хорошо, не переживайте.
Медсестра коснулась ее локтя и вышла. А Алиса повернулась к кровати отца. Почти два с половиной месяца прошло, как в их семью пришла беда. Больное сердце не выдержало, операция не помогла и Виталий впал в кому. Инна во всем обвинила Алису, Ева вкладывала все свои силы на месть Громову, а Алису готова была раздавить собственными руками. Конечно, столько планов рухнуло из-за этой девчонки, а она только-только начала к ней привыкать. Нет, не зря Ева видела в ней соперницу, именно Алиса была причиной крушения ее мечты и счастливого брака с богатым бизнесменом, и именно младшая сестра разрушила карьеру.
Первые дни Инна не отходила от мужа, со временем, когда врачи сказали, что надежды почти нет и шансы невелики, стала приходить раз в три дня, остальное время с ним была дочь. Каждый день она садилась у его кровати и разговаривала. Рассказывала, что они будут делать, когда он поправиться, куда поедут и с кем встретятся. И каждый раз ей казалось, что у отца дрогнули ресницы или он пошевелил пальцем, или приборы заработали чуть быстрее, показывая учащенный пульс. Но все это ей казалось. Девушка понимала, что сама себя утешает, обманывает, поддерживает надежду, но без этой веры им обоим не выжить.
В половине одиннадцатого Алиса вышла из кабинета лечащего врача. Доктор не сказал ничего нового, остается только ждать. Сколько? Прогнозы не утешительные, денег на лекарства почти не осталось, все ушло на операцию, а продавать загородный дом Инна не хочет. Судя по ее реакции, она вообще не собирается больше расходоваться на лечение мужа. Как же быстро ее любовь прошла. Семь лет мужчина боготворил ее, выполнял каждую прихоть, а она так быстро сдалась. Злость и обида на мачеху сводили с ума, Алиса готова была броситься на нее с кулаками, чтобы выместить на ней свою боль. Она не заслуживала его, она предала их семью. Столько лет притворятся, как так можно? Кипя возмущением и гневом, девушка вернулась в палату.
– Ты была у врача?
Голос Инны гулко разносился под высоким потолком, отчего девушка поморщилась. Головная боль много дней подряд не проходила, а от больничной еды и казалось бы вечного кофе, сводило желудок.
– Была. Какая тебе разница?
– Не дерзи. Ничего нового?
– Ничего. Он снова предложил попробовать новый препарат, а на него нужны деньги.
Инна покачала головой. Ей было жаль мужа, но их совместная жизнь закончилась, Виталий в больнице и почти не жилец, а ей нужно подумать о себе. Зачем отдавать последнее, если заранее известен результат?
– У меня больше нет денег.
– Продай дом или заложи его.
– Нет. Я столько лет мечтала о нем, что не буду рисковать. Алиса, пойми, надежды нет, он…
– Мой отец будет жить, слышишь, ты, жадная тварь! Это ты виновата. Кто тебя просил уговаривать его работать, когда доктора запретили?
Еле сдерживая слезы, девушка наступала на мачеху, намереваясь высказать ей в лицо все, что накипело.
– Винишь во всем меня? Тебе напомнить, когда ему стало плохо? Кто на самом деле виноват? Забыла, как ты связалась с почти женатым мужчиной и разбила семью? Да не одну, ты собственного отца загнала в могилу!
– Не правда!
– Правда и ты сама это понимаешь. А теперь уясни, что денег больше нет, можешь продать квартиру, если хочешь, по своей глупости Виталий оставил ее тебе, вот, и распоряжайся, а на меня не рассчитывай. Ясно?
Инна высоко подняла голову и обошла застывшую девушку, открыла дверь и, не оборачиваясь, покинула палату. Не важно. Алису больше всего интересовало, как добыть деньги. На Инну больше можно не рассчитывать, тогда на кого? Всех знакомых отца Алиса обошла перед операцией, все, что было у него на счету, они выплатили за долги, куда ей еще пойти?
Громов. Его Алиса вспоминала часто, горько плакала первое время, проклинала и пыталась забыть, со временем забота и переживание за отца оттеснили мысли о Павле, оставив неприятные отголоски в сердце и памяти. Идти сейчас к нему и унижаться, что может быть хуже? Нет, оставался еще Казаков. Если он действительно ее любил, то не откажет. А деньги она вернет, как только продаст квартиру. Схватив сумку и плащ, Алиса помчалась на поиски своего бывшего одноклассника.
***
Многие одноклассники поступили в другие города и переехали, Илья не был исключением, он специально уехал подальше, чтобы не встречаться с Алисой. Через два месяца пришлось вернуться, вызывали в военкомат. После того, как закончил с делами, парень приехал к дому Алисы. Он не осмеливался подняться к ней, хотел просто увидеть. Если бы только было возможно и она ответила взаимностью…. Еще в школе Алиса говорила всем, что поступит на факультет отца, значит, никуда не уехала, если только ничего в ее планах не изменилось с появлением Громова.
Илья два часа просидел в машине, по времени она или ее отец должны были вернуться домой, но никто не пришел. Сжав челюсти, парень взъерошил короткие волосы и повернул ключ. Фары тут же осветили двор и худенькую фигурку девушки, сидящей на скамейке.
– Алиса.
Илья выскочил из машины и поспешил к девушке, на ходу придумывая тысячи поводов, чтобы объяснить свое появление.
– Алиса.
Девушка подняла голову и улыбнулась. Разве мог он рассчитывать на ее искреннюю улыбку? Нет, в последнюю встречу, она ясно дала понять, что знать его не хочет. Неужели, Громов на самом деле оказался таким уродом, что бросил ее или еще чего хуже.
– Здравствуй, Илья. Ты не поверишь, но я искала тебя целый день.
– Зачем?
Шокированный ее словами, парень присел рядом и спрятал руки в карманы куртки.
– Помнишь, как ты предлагал мне свою помощь, если что?
– Да.
– Скажи, ты меня сильно ненавидишь?
Илья открытым взглядом посмотрел на нее и отрицательно покачал головой.
– Как можно ненавидеть того, кого любишь?
Девушка хрипло рассмеялась. Она лучше всех знала как.
– Ты и теперь продолжаешь утверждать, что любишь меня? До сих пор?
– Люблю и не боюсь в этом признаться. Алиса, я же вижу, что с тобой что-то случилось? Это он тебя обидел, скажи?
Девушка нахмурилась и втянула голову, потирая щеку о плечо. Ее голос совсем не изменился, когда она заговорила.
– Кто он? Его больше для меня нет.
– Он тебя бросил? Я же говорил, что такие, как Громов, законченные отморозки и моральные уроды, для которых искалечить чью-то жизнь ничего не стоит. Алиса, девочка моя, скажи, что я должен сделать, чтобы просто могла смотреть на меня без отвращения?
Илья сел ближе и положил свои руки ей плечи, развернул к себе, всмотрелся в пустые глаза и еле сдержался, чтобы не сорваться с места и не поехать к Громову.
– Это не важно. Послушай, мне больше не к кому обратиться, мой отец, у него случился инфаркт, операцию сделали, но она не помогла. Илья, мне срочно нужны деньги, ты сможешь помочь? Я выставлю квартиру на продажу и все тебе верну, честно, если хочешь, то можно оформить ее на тебя, а после…
– Не торопись. Что значит, нет денег? А Инна? И когда это произошло?
Алиса всхлипнула и вытерла слезы.
– В мой день рождения. С того дня отец в больнице и надежды почти никакой нет.
Илья прекрасно знал когда ее день рождения. Он был у подъезда, но не вошел, струсил. А когда решился, то появился Громов. Илья уехал, в тот же день купил билет на самолет и улетел в другой город, чтобы не травить себя напрасно. Если бы он знал, что так получится и Алиса останется одна, то, ни за чтобы не улетел.
– А как же Инна?
– Первое время помогала. Они с отцом купили дом за городом, но она не хочет его продавать, говорит, что все зря.
Рыдания сдавили ее горло и Илья прижал Алису к себе. Он поговорит с отцом, они найдут нужную сумму и отец Алисы выздоровеет. Возможно тогда, она посмотрит на него другими глазами.
– Иди домой. Я поговорю сегодня же с родителями и завтра приеду. Тебе нужно отдохнуть, иди.
Парень проводил ее до квартиры, помог открыть дверь, но заходить не стал. Он попрощался и сбежал вниз, а Алиса действительно по-другому на него смотрела. Казаков вырос, повзрослел и уже не казался ей избалованным. Она была рада, что встретила его сегодня. Он подарил ей надежду.
Илья выскочил из подъезда и налетел на мужчину в черном пальто.
– Извините.
– Ничего страшного, бывает.
Мужчина почти вошел, когда Илья его окликнул, заставив остановиться.
– Ты Громов?
– Я. Ты что-то хотел?
Казаков подошел ближе и кивнул.
– Хотел.
Не медля ни секунды, он размахнулся и ударил правой рукой в солнечное сплетение. Затем локтем в лицо, с наслаждением отметив, что попал удачно, кровь из носа у мужика текла ручьем.
– Ты чего?
Павел ничего не понимал. Кто это такой и что ему нужно? На вора не походил, да и знакомы они не были.
– Это тебе за Алису, гад. А теперь вали отсюда и больше не появляйся на пороге дома моей девушки. Тебе ясно?
Алиса его девушка? Кто это такой и откуда взялся? Павел точно знал, что Алиса ни с кем не встречалась, она же почти все свое время проводила в больнице, даже поступление отложила.
Пока Громов приходил в себя, Илья схватил его за воротник пальто и вытолкал во двор. Он бы еще ему поддал, но торопился домой. Не стоит переживать, что этот гад в таком виде покажется на пороге Алисы, гордость не позволит. Парень сел в машину и уехал, А Громов еще долго сидел на скамейке, никак не решаясь войти.
На следующий день после произошедшей трагедии, он постарался увидеться с ней, а она не пустила. Ева подала в суд, обвинив во всех смертных грехах, зам объявил, что у них проблемы в одном из филиалов и нужно срочно ехать, мать звонила и звала в гости, все время расспрашивая про невестку. Находясь в полном ауте, он хватался за голову и стонал, мучимый раскаянием. Через две недели, когда понял, что разговор с Алисой не состоится, она ничего слушать не будет, Громов собрался и уехал разбираться с проблемами фирмы. Он хотел пробыть там несколько дней, а получилось, что застрял почти на месяц. Вернулся и сразу в суд. Одно радует, что Ева почти ничего не добилась, только потратилась на судебные расходы, а Громов отделался штрафом. Пусть, зато он свободен, брак признали не законным и вернули ему холостяцкую свободу.
А зачем она ему? Алиса продолжала избегать встреч, Павел зверел и выходил из себя, но заставить ее говорить с ним не мог. Еще один месяц ушел у него на растерзания самого себя, а сегодня он был в больнице. Поговорил с врачом, сказал, что все расходы берет на себя и поехал к Алисе. Он просто скажет ей, что больше не нужно искать деньги и уйдет. Честно.
Пришел. Да только поздно явился, его уже давно не ждут. Стерев платком остатки крови, Громов вернулся в машину и поехал домой. Завтра с утра приедет в больницу и уже там попробует поговорить с любимой.
***
Инна крепко спала, когда ее разбудил звонок телефона. Щурясь и разглядывая не известный номер, она про себя ругала того, кто ее потревожил.
– Да, говорите.
– Здравствуйте, извините за поздний звонок, но, мы должны сообщить, что ваш муж скончался так и не приходя в сознание. Как скоро вы сможете приехать, нужно заполнить документы.
– Я…о нет…как же так, ведь он…Да, да конечно, я приеду. О Господи. Виталий, как же так.
Положив трубку, Инна еще долго всхлипывала и сидела на своей кровати, раскачивалась из стороны в сторону. Что бы не думала Алиса, но она любила мужа. Пусть не так сильно, как отца Евы, но любила. Смирилась с его состоянием, испугалась остаться без крыши над головой, но ведь пошла сегодня в банк и оставила заявку на оформление кредита, а он не дождался. Как же так?
Пошарив по кровати, женщина нашла брошенный телефон и набрала дочери.
