Текст книги "Любовь, как оправдание (СИ)"
Автор книги: Аида Остин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
– Здравствуй, Алиса.
– Добрый вечер, Павел Алексеевич. Если вы к Арсению, то его нет. Они с женой ужинают в ресторане и будут поздно.
Ледяной тон девушки не отпугнул, наоборот, он подстрекал к действиям. Павел спрятал руки в карманы брюк, отчего рубашка натянулась на широких плечах, пиджак давно лежал на заднем сиденье машины, в компании галстука и легкими шагами сократил расстояние.
– Я ждал тебя. Сегодня узнал, что ты временно не работаешь и хотел извиниться. Завтра же поговорю с Сомовым.
Алиса вздернула подбородок, откидывая длинные волосы за спину.
– Не нужно. Пока он сотрудничает с вами, я в отпуске. Это все?
Девушка почти развернулась к воротам, но все еще не расцепляла их взгляд, она не моргала, боясь упустить хоть одно движение Павла, ловила, запоминала и тут же, отбрасывала от себя, чтобы забыть и не вспоминать потом, когда останется одна.
– Нет. Знаешь, я здесь целый день провел, проголодался, хочу пригласить тебя на ужин. Можно?
Услышав, что он весь день не отходил от дома и ждал ее, Алиса удивилась. Она сама с самого утра ничего не ела и полдня искала себе другую квартиру, думала, поужинает с Шерри и Арсением, а они устроили романтическое свидание. Что же касается Павла, то говорить с ним ей хотелось в последнюю очередь. Нет, она не настолько храбрая, чтобы остаться с ним наедине, ведь они обязательно будут говорить о прошлом, а этого делать никак нельзя. Она не готова.
– Спасибо, но я откажусь. Павел Алексеевич, нам с вами больше не о чем разговаривать. Прощайте.
Алиса быстро развернулась и ушла, захлопнув за собой калитку. Ключ дрожал в ее руке, когда она открывала дверь, слезы застилали глаза, ненависть к себе душила, так хотелось развернуться и побежать обратно.
***
Девушка уже давно сидела в гостиной, поэтому, когда Сомовы вернулись домой и обнаружили ее, от ярко вспыхнувшего света сильно резало глаза.
– Алиса, почему ты сидишь в темноте?
Взгляд Шерри задержался на сумке, стоящей у дивана рядом с чемоданом, она посмотрела на мужа, ожидая поддержки.
– Я нашла квартиру и переезжаю. Пару дней пробуду в городе, а потом улетаю.
Алиса встала и подняла сумку, отвечая хриплым голосом. Арсений вышел вперед.
– Это из-за того, что я тебя отстранил от работы? Прости, я сорвался, все дело в том, что нам нужна сделка с компанией Громова. Я не знаю, что на тебя нашло и, почему ты так упорно не хотела уступать ему, но…
Едкий смешок слетел с губ девушки.
– Не надо. Я поняла, это в моем профессионализме можно сомневаться, а подвергнуть критике его доводы нельзя. Так? Конечно, кто я и кто он?!
– Ты не права, мы очень ценим тебя. А Павел Алексеевич сегодня встретился с нами в ресторане и извинился. Эллис, он просил вернуть тебя, признал, что ты прекрасный специалист и ему будет приятно, если ты продолжишь работать.
Шерри согласилась с мужем, улыбнулась и попыталась обнять подругу, но та дернулась в сторону, с обидой глядя на друзей.
– Не нужно, я не буду работать с ним.
«Значит, он просил вернуть меня? После того, как при всех унижал и заставлял оправдываться? Да кто он такой, чтобы вертеть моей жизнью?»
– Алиса, подожди, он сейчас…
Девушка перебила друга и громко выкрикнула.
– Знаете, а пошел он к черту, ваш Громов. Видеть его не могу, слушать о нем не хочу! Ненавижу!
На последнем слоге Алиса всхлипнула и не выдержала. Слезы, которых не было так давно, покатились по ее бледным щекам. Девушка крепко вцепилась в ручку чемодана и направилась к двери, когда Арсений отобрал у нее вторую сумку.
– Остановись. Что случилось и почему ты настроена против Громова. Я давно тебя знаю, но не понимаю, что с тобой происходит. Да, он далеко не подарок и договорится с ним сложно, мы это поняли, но это не повод ненавидеть его. Вспомни, с какими людьми нам приходилось работать, далеко не все были вежливыми. Еще больше было таких, по сравнению с которыми Громов ангел. Почему сейчас, Алиса?
Арсений был жутко расстроен, он итак переживал из-за всего, к тому же Алиса была для него не посторонним человеком, он относился к ней, как к младшей сестре и сильно переживал. Нет, здесь было все не так просто, как казалось на первый взгляд.
Алиса остановилась на пороге. Слова друга чистая правда, она дергается на пустом месте, что такого, что кому-то не понравилась ее придирчивость, можно же решить мирно этот вопрос. Жаль, но это не ее случай. Сквозь зубы, девушка решилась и объяснила им настоящую причину своего бегства, очень стараясь не допустить истерики и не разреветься.
– Я уезжаю, так не могу оставаться в этом доме. Знаешь почему? Я была знакома с его прежним хозяином. И не просто знакома, я встречалась с ним, я любила его, а он меня предал. Сомов, из тысячи домов ты купил дом человека растоптавшего мою душу, я годами ненавидела его, проклинала и пыталась забыть, понимаешь? Этот человек, он страшный. Сначала приручает к себе, а потом убивает. Но и это не самое главное, он…он отец Алекса. Слышишь?! Громов отец Алекса.
Алиса не видящим взглядом смотрела на потрясенных друзей, дрожащие руки выронили ручку чемодана и ее стук показался слишком громким, в полной тишине. Не зная, что сказать или сделать, Алиса развернулась. Сейчас ей нужно выйти на свежий воздух, покинуть удушающее пространство, последние дни были слишком напряженными, она просто выдохлась и могла сдаться, прошлые страхи победят.
Шатаясь, Алиса подняла руку собираясь открыть дверь, но вместо ручки поймала пустоту. Сморгнув слезы, девушка подняла голову и замерла – напротив нее стоял Громов, злой, пугающий, с жесткой линией губ на бледном лице и сжатыми кулаками.
слова мужчина не сказал, а прорычал, больно вцепившись в хрупкие плечи девушки.
– Повтори, что ты сказала.
14.
Ожидание сводило с ума. Двое отчаявшихся людей, временно оказались заложниками городских пробок и были вынуждены терпеливо ждать, когда поток мешающих им машин рассеется. Мужчина постоянно смотрел на часы, сжимал челюсти и хмурился, ему не впервой было наблюдать подобное, но те случаи были другие, в них не было особой важности и все, что имело значение до сегодняшнего дня, оказалось мелочью, не стоящей ничего, кроме денег. Сегодня же все по-другому и важная встреча, на которую он так спешит, должна была состояться еще несколько лет назад. На нем нет вины, не ее отменил, вина лежала на женщине, подарившей ему счастье, длившееся ничтожное мгновение, она же его и украла, лишила нескольких тысяч дней, возможности наблюдать за тем, как растет его сын. Сын. Громов и мечтать не мог о таком подарке. До вчерашнего вечера он как мог, отгонял от себя мысль о том, что бы было, будь у них с Алисой ребенок. Развивать подобную тему тоже самое, что изо дня в день терзать душу, лично загоняя ее в ад, отдавая чертям на издевательство. Как же он злится. После того, как услышал правду, несколько раз приказывал повторить заново и все равно не верил. Только после вмешательства Сомова оттолкнул Алису и уселся на диван. Арсений втиснул ему в непослушные пальцы стакан со спиртным и заставил выпить. Через несколько минут Павел смог хоть как-то связно подумать, но на Алису не смотрел. Знал, чувствовал, что она сидит где-то рядом, но повернуться не мог. Громов боялся, что снова не сдержится и накричит на нее, заставит рассказать все, не выдержит и будет обвинять во всем. После этого, ни о каком примирении и речи быть не могло.
Тишину нарушила Шерри, хлопнув в ладоши, она нервно рассмеялась, призывая к общему вниманию.
«– Ну, вот видите, как иногда бывает. Сейчас главное не ваши эмоции, вы взрослые люди и сможете спокойно разобраться, а вот Алекс, он…
Ее перебила Алиса. Сжимая пальцы, она глухо сказала.
– Алекса здесь нет и не надо его втягивать.
То, что Громов был с ней совершенно не согласен, все итак знали, но сидеть и молчать мужчина не собирался.
– Это не тебе решать.
Возможную ссору не допустила Шерри, огорошив их новостью.
– Вот завтра и посмотрим.
Все трое уставились на нее. Девушка развела руками и очередной раз доказала, что она настоящая дочь своего отца.
– Алекс с Дженой прилетают утром. Сюрприз!»
Сопроводив новость счастливой улыбкой, Шерри махнула ручкой и поднялась к себе, пожелав всем спокойной ночи. Качая головой, Алиса ушла следом за ней, Арсений налил выпить себе и позеленевшему от последних новостей Громову, заранее ему сочувствуя.
Это было вчера, а сегодня Павел и Алиса спешили в аэропорт, они будут встречать Алекса, их сына, который пока не знает, что у него двое родителей.
– У тебя есть обезболивающее?
Алиса могла бы и дальше молчать, только от бессонной ночи голова нещадно раскалывалась, мешая нормально думать. На светофоре Павел наклонился вправо и открыл бардачок, стараясь как можно дальше держаться от девушки. Он нашел таблетки, выпрямился, завел руку назад и взял с заднего сиденья бутылку минералки, купленную по дороге, передал все Алисе, ничего не говоря.
Машины медленно двигались вперед, вскоре показался очередной мигающий красным светофор. Когда перекресток остался позади, движение нормализовалось. До аэропорта оставалось несколько километров, усиливающих и без того большое напряжение. Что будет, когда он увидит мальчишку? Как его представят? Что ему сделать, чтобы больше не потерять сына? А главное, как простить и понять поступок сидящей рядом женщины?
У Алисы были схожие мысли, с той лишь разницей, что она не хотела расставаться со своим ребенком, бегущим на встречу жизни с упрямством и завидной настойчивостью, которыми мог свести с ума любого. А еще, он постоянно спрашивал «скоро ли папа приедет?» Видимо, путешествующему по планете отцу пришло время вернуться. Будь ее воля, блудный папаша гулял бы еще долго, но, как всем известно, у судьбы на все свои личные планы.
Шум голосов, спешащие люди и они, в самом центре зала, где скоро должен появиться Алекс. Павел старался не показывать эмоций, скрывал, как мог, дико хотел сбежать покурить, но оставался на месте. Кто знает, что придумает Алиса, где гарантия, что она не купит билет и не сбежит от него второй раз. Громов впервые со вчерашнего дня открыто рассматривал девушку, удивляясь ее поступку. На вид такая невинная, а на деле оказалась обычной мстительной стервой. Презрительно скривив губы, Громов отвернулся, не желая настраивать себя против девушки еще больше. Вспыхнувшие было чувства к ней, меркли, заменялись другими, совершенно противоположными симпатии и любви, с таким набором ему будет очень сложно строить отношения, даже ради сына.
Алиса теребила края джинсовой куртки. Качая головой, девушка поражалась тому, на сколько сильно ее состояние тревоги, когда рядом Павел. А ведь и раньше, почти всегда она чувствовала нечто похожее, но списывала на нервы. Возможно, с ним нельзя рассчитывать на мир и покой. Что же теперь будет, как они поступят, и сможет ли она запретить Алексу видеть отца? Проклиная обстоятельства, девушка обернулась, всматриваясь в лица людей. Самолет приземлился давно, но пока никого из прилетевших в зале не было.
– Алиса, я хочу предупредить, чтобы ты не пыталась настроить ребенка против меня.
Девушка скосила глаза и мельком посмотрела на Павла.
– За кого ты меня принимаешь?
Громов придвинулся ближе и строго произнес.
– Я предупредил.
Быть козлом отпущения никто не хотел, как и признаваться в своих ошибках. Ответить Алиса не успела, зал оглушил громкий детский крик, на который обернулись многие женщины.
– Ма-ма!
Алиса раскрыла объятья. Ее сын, неугомонный клубок с темными вихрами, вечно торчащими в разные стороны и хитрые глазки, от которых нельзя оторваться. Мальчишка лет пяти несся вперед, размахивая руками, и смотрел на идущих людей. Вот он остановился почти рядом, огляделся, нахмурился тому, что до сих пор мама не нашлась, втянул воздух в легкие и снова завопил.
– Ма-ма-а-а!
Алиса рассмеялась и поспешила к нему, счастливая, что вновь видит сына, она оглянулась на застывшего Громова и потянула его за собой, держа за руку. Вскоре появилась Джена, она чуть прихрамывала на правую ногу и что-то ворчала, увидев Алису, махнула, приветствуя, и рукой указала на вопящего парнишку. Алиса с Павлом подошли к Алексу, девушка осторожно присела на корточки перед ним и постучала указательным пальцем по плечу.
– Хэй, ковбой, ты чего так громко кричишь?
Сынишка обернулся на голос матери, широкая улыбка разлилась на детском личике и, раскинув руки в стороны, он кинулся ей на шею.
– Мамочка, как я по тебе соскучился. Мы с бабушкой летели очень долго, я устал, а потом уснул, потом проснулся и опять устал. Мама, я устал спать, а мы все летели и летели. Представляешь?
Алиса гладила сына по голове и кивала, не в силах произнести хоть слово, а малыш прижался к ее уху и шепотом поинтересовался.
– Мам, а это кто?
Бесцеремонно показал на Павла указательным пальцем и стал ждать ответа. Алиса не знала, что сказать, Джена, казалось, все поняла сразу и с укором, но все же улыбнулась Громову, а Павел понял, что не хочет начинать важный разговор в зале аэропорта. Выпрямившись, мужчина протянул руку Алексу.
– Здравствуй, меня зовут Павел, а тебя?
Мальчик прокашлялся и задергал ногами, велев матери отпустить его на пол. Вытер ладошку об джинсы, задрал нос и заявил.
– А я Алекс.
Две ладони встретились в крепком мужском рукопожатии, черные глаза смотрели в светло-карие, карие всматривались в лицо не знакомого большого дяди.
Алиса прервала их, когда пауза немного затянулась.
– Поедем, нам всем нужно отдохнуть.
Она обняла Джену, забрала багаж и потянула за собой Алекса. Все четверо сели в машину Громова и на вопрос, куда он их везет, Алиса получила странный ответ «Домой». Несколько лет назад она многое бы отдала за него, но не сейчас. Попыталась спорить – проиграла. Джену завезли к Сомовым, те отсутствовали и не смогли поздороваться с Алексом. Павел пообещал ребенку, что вечером он обязательно отвезет его к ним снова. Всю дорогу до городской квартиры, которую он так и не поменял, Павел посматривал в зеркало, убеждаясь, что на заднем сиденье на самом деле сидит Алиса и их сын. Когда они вошли в квартиру, Алиса на секунду остановилась, стряхнула паутину воспоминаний, взяла себя в руки и прошла вперед, решив, что поговорит с Павлом, убедит его вызвать такси, и им совсем не обязательно оставаться здесь, так как ни к чему хорошему это не приведет.
– Проходите, сейчас посмотрим, что у меня есть в холодильнике. Если ничего вкусного не найдем, я поеду за продуктами. Алекс, что ты хочешь?
Мальчик стоял перед огромным телевизором и тыкал пальцем в кнопки, включил, нашел мультфильм, к удивлению взрослых среди информационного мусора обнаружились любимые всеми волк и заяц из «Ну, погоди!» и лег на пол.
– Алекс, ты слышишь?
Алиса присела рядом с сыном, который развалился на ковре и полностью погрузился в происходящее на экране.
– Алекс?
Мальчик «шикнул» на мать и подпер кулачками голову. Девушка пожала плечами, поднялась и кивнула Павлу в сторону кухни. Когда они остались одни, Громов встал у окна и оперся руками в раму, видимо, его привычка смотреть в окно не изменилась за несколько лет. Алиса присела край стула, и устало откинула голову назад, упираясь затылком в холодную стену. Нужно что-то сказать, пора завершить этот кошмарный момент и жить дальше, иначе можно сойти с ума.
– Ты можешь обвинять меня, проклинать и думать все, что тебе хочется, Громов, мне плевать. Я поступила так, как сочла нужным. Да, я сбежала и прятала от тебя сына. Ты вообще его не заслужил. Твой поступок был ужасен и ему нет прощения, поэтому можешь не рассчитывать на мирные переговоры. Понятно?
Павел молчал. Никто из них так и не проверил содержимое холодильника, оба сдерживались, подыскивая более подходящие слова. Через несколько минут Громов опустил руки и повернулся.
– Просто останьтесь здесь ненадолго, большего я не прошу.
Ни мольбы, ни просьбы в голосе, больше похоже на сухой приказ. Алиса усмехнулась.
– Зачем?
– Чтобы я смог узнать своего сына и женщину, которую принимал за другую.
Павел прошел мимо, стукнула входная дверь и Алиса осталась одна, ломая голову над смыслом происходящего.
15.
Жар плавил асфальт и сухой ветер разносил по городу пропитанный запахом машин воздух, удушающее действуя на людей. Стоя в своем кабинете, Громов смотрел в окно, заранее не желая расставаться с прохладой офиса. Второй день подряд солнце палило стирая с неба облака, нечто похожее творилось и в душе мужчины, он, как и жару ненавидел почти все, что с ним сейчас происходит. Ударив кулаком по стене, Павел вернулся за стол и набрал номер матери. Вчера и сегодня утром не смог ответить на ее звонок, вдруг случилось что-то важное, а он до сих пор не перезвонил. Ответили почти сразу.
– Мам, прости, не мог раньше. У вас все хорошо?
– Не очень. У отца давление повысилось, пришлось лечь в больницу.
– Когда?
– Мы скорую вызвали, его увезли еще вчера вечером. Я сейчас с ним, не переживай.
Громов со злостью растрепал аккуратно уложеные волосы и на секунду прикрыл глаза, ругая себя.
– Если что-то нужно ты говори сразу, хорошо?
Не испытывая того спокойствия, что был в голосе, Павел вышел из кабинета, грозным взглядом заставляя Надежду вернутся к своим делам и не тревожить его пустяками.
– Ничего не надо, здесь все есть. Я сейчас вернусь в гостиницу, а после обеда поеду обратно в больницу.
– Нет, я сейчас подъеду за тобой и мы пообедаем, а потом я отвезу тебя к себе.
– Но…
– Мам, в какой ты больнице?
– На самом деле я не далеко от тебя, могу подойти через десять минут.
– Жду.
Чертыхаясь и отмахиваясь от сотрудников, Павел вошел в лифт, испугав своим неприветливым видом пару новеньких, которых так милосердно пригревает его зам, выдавая свою заботу за вклад в будущее компании. Когда он спустился на первый этаж и пошел к выходу, его увидел Сомов, поприветствовал и поспешил на встречу.
– Добрый день, что вы здесь делаете?
Арсений поздоровался и покачал головой.
– Не такой уж он и добрый, Павел Алексеевич. Мы можем с вами поговорить?
– Что-то серьезное? Просто у меня встреча, я уезжаю.
– Серьезное. Я не задержу вас долго.
Громов подошел к охране, предупредил, что к нему подойдут и попросил передать, чтобы его подождали внизу. Вместе с Сомовым они вернулись его кабинет, куда незамедлительно примчался встревоженный Стеблев.
– Ну, что у вас стряслось?
Судя по лицам сидящих напротив него людей, как минимум случилась катастрофа. Стеблев прокашлялся и посмотрел на Сомова, тот не переставал хмурится и все время поглядывал на свой сотовый, проверяя входящие звонки.
– В первую встречу, когда юрист господина Сомова перечисляла недочеты предлагаемой нами компании, мы не приняли всерьез ее предупреждений. В понедельник подписали договор на поставку нужного оборудования, а сегодня выяснилось, что фирму объявили банкротом.
– Деньги вложенные можем вернуть, но не все, так как оплата прошла, а банки заблокировали счета фирмы.
Павел был не удивлен. Если честно, то он и сам не доверял той фирме и ее владельцу. Спор с Алисой был неким делом идиотского принципа и он должен был оставить последнее слово за собой. Глупо. А девочка оказалась права. Постукивая ручкой по столу, Павел улыбнулся, вопреки всему мужчина испытывал гордость за Алису.
– Что вы собираетесь делать?
Сомов откинулся в кресле и развел руками.
– Обсуждать с юристами проблему и решать, делая все возможное и сокращая потери. Я как раз был внизу и ждал мисс Смит, думаю, будет справедливо, если именно она займется этим делом.
Сомов знал, где живет Алиса с сыном, они с Шерри встречались с ними накануне и старались не вмешиваться в чужие отношения. Но Арсений ясно дал понять, что не будет стоять в стороне, если Громов еще раз обидит девушку. Алису он тоже предостерег от поспешных решений, заступился за Павла и попросил хорошо обдумать последующие решения. Так же он знал, что Алекса оставить не с кем и что Алиса с мальчишкой приедут вместе, а значит, кому-то придется посидеть с ним, так как все будут заняты работой. Единственный кондидат в няньки сидит перед ним, что ж, должно быть весело.
– Она здесь?
Стеблев следил за шефом, быстро покидающим свой кабинет. Не дожидаясь остальных, он вошел в лифт. Когда двери открылись, ему предстала довольно милая картинка, где Алиса, одетая в джинсы и простую белую рубашку, весело разговаривала с его матерью, а та в свою очередь улыбалась Алексу, перекидываясь с ним на английском. Алиса первая почувствовала его и обернулась, улыбка медленно сменилась не довольной гримасой, настроение обоих пропало.
– Мам, вы уже познакомились?
Женщина отрицательно покачала головой.
– Только с Алексом. Должна заметить, что мои выпускники не говорят так хорошо на английском, как этот малыш.
– Я не маленький.
Тут же последовало громкое заявление. Взрослые засмеялись, Алиса подошла к сыну.
– Конечно, ты не маленький. Поэтому, я попрошу тебя остаться с Павлом, пока я с дядей Арсением и тетей Шерри буду работать. Хорошо?
Девушка наклонилась к сыну, всматриваясь в родное личико. Как же ей не хочется оставлять его с отцом, что будет, если без нее он откроет мальчику страшную тайну, как Алекс отреагирует? Вчера, они с Павлом решили немного подождать и дать ребенку привыкнуть к новой обстановке, а уже позже представить отца и сына друг другу.
– Да легко.
Малыш махнул рукой и потерял всякий интерес к матери, переключив внимание на пистолет охранника.
– А вы…
– Алиса, познакомься, это моя мама Анна Анатольевна.
– Очень приятно, Алиса.
Громов сглотнул комок мешающий ему дышать и говорить. Эта встреча должна была состояться давно, как и многое другое в их жизни. Девушка улыбнулась и кивнула, а мать Павла не смогла сдержать удивления в голосе.
– Правда?
– Правда. Алиса, тебя ждут, за Алекса не переживай, мы поедем обедать. Если что звони. Алекс?
Окликнув сына, Павел, придерживая его за плечо, развернулся к двери и все трое покинули здание. Алиса убежала спасать деньги компании, а новоиспеченная бабушка смахнула слезы с дрожащих ресниц.
***
– Твоя Алиса на самом деле чудесная девушка. Я рада, что она вернулась и мы смогли узнать про Алекса. Паш, вы уже с ней поговорили?
– Нет.
Громов поставил на стол пустую чашку и обернулся к окну, где его сын рассматривал рыб в большом аквариуме. Мальчик строил смешные рожицы и старался напугать разноцветных рыб.
– Что вы будете делать дальше? Алекс рассказал, что живет в Техасе, это так?
– Да.
– Но…ты же не отпустишь их снова?
– Мам, я и тогда никого не отпускал, а Алиса слишком самостоятельная, чтобы спрашивать у кого-то разрешение. Конечно, я буду присматривать за ними, но заставить не могу.
Он сам мучился вопросом, что будет дальше. За те два вечера, что они провели втроем, поговорить нормально не получилось. Либо он был занят игрой с сыном, либо Алиса оставляла их и уходила по своим делам. Когда приходило время укладывать Алекса, его мать демонстративно захлопывала дверь и до следующего вечера не показывалась. Сегодня было исключение, проблемы в компании Сомова вынудили ее покинуть квартиру и оставить ребенка с ним.
– Знаю, нам нужно решать, как мы поступим, но я не могу настаивать, понимаешь? Видеться с внуком, это единственно, что я могу тебе обещать.
Женщина грустно кивнула.
– Хорошо. Это хорошо, что у нас он есть и отец будет рад. Как только ему станет лучше, обязательно расскажи про Алекса. И не настаивай, я поживу в гостинице.
– Мам…
– Нет. Спасибо, сын, мне уже пора. Если сможешь, приезжай вечером в больницу, поздоровайся с отцом. Алекс, проводи меня.
Она поднялась и протянула руку мальчику с озорной сияющей улыбкой. Громов слушал, как его мать задает вопросы на английском, а сын весело лопочет, отвечая ей на более привычном для него языке. Сжав челюсти, мужчина решил, что сегодня же обязательно поговорит с Алисой.
***
– Как у вас дела?
Шерри наклонилась над столом, пока остальные были заняты и шепотом поинтересовалась.
– Не знаю.
Алиса вздохнула и сняла очки, потерла переносицу, устало прикрыла глаза и беспомощно уставилась на подругу.
– Бедная моя. Обещаю, как только разберемся, я сама лично отправлю тебя на не обитаемый остров. За Алексом присмотрю, а ты будешь наслаждаться морем, солнцем и белым песком.
Шерри улыбнулась, но Алиса ее давно знала и этот взгляд, был знаком. То, что жена Арсения заботится о ней – нормально, но вот заботушка ее шита белыми нитками и больше похожа на услуги свахи.
– Даже не думай об этом. Это ты у нас по части романтических отношений, что совершенно не вяжется с твоей должностью. Пойми, тебе очень повезло с мужем, таких как он единицы. А Громов другой, он не переступит через свои принципы и интересы, пусть даже от этого будут зависеть другие люди. Не нужно его считать хорошим, на красивых глазках далеко не уедешь.
Шерри поджала губы и отмахнулась от слов девушки.
– В тебе говорит гордыня и обида, а еще твой мозг профильтровала Джена. Между прочим, она в восторге от Павла и ждет не дождется, когда ваша семья приедет к нам на ужин.
– Шерри, мы не семья, ясно? Иногда мне кажется, что твой отец специально выбрал эту компанию для сотрудничества.
– Глупости.
– Да, но подобное совпадение невероятно, согласись.
Сомов обратил внимание на них и призвал вернуться к работе. Почти в половине одиннадцатого, решено было разойтись по домам, а завтра утром вернуться. Алиса села в машину и поехала домой, кривя рот каждый раз, как только думала так о квартире Павла. Суматошный день и предстоящий вечер добавляли напряжения, отчего в который раз с тех пор, как она вернулась, захотелось свернуть на знакомую улицу и зайти в магазин за сигаретами. Стоя на светофоре, Алиса решала, как ей поступить. Мелькнул зеленый, девушка зажмурила глаза и поехала прямо. Нет, сегодня она не будет поддаваться слабости и возвращаться в прошлое, им с Павлом нужно сесть и поговорить, а позже решить, как они будут жить дальше. В принципе, для нее все решено и в планах нет мужчины под фамилией Громов, для нее он перевернутая страница и начинать читать ее заново, тоже самое, что перечитывать эмоциональную, но печальную книгу. Нет, пусть все останется как есть. Алекс узнает, что у него есть отец, они будут видится так часто, как захотят, но рушить свою жизнь ради человека когда-то убившего в ней любовь и веру, она не будет.
Сжимая ключи от дома, Алиса вышла из машины. В окнах горел свет, мелькал экран телевизора и колыхались шторы. Алекс, только ему вздумается играть с ними. Улыбаясь, девушка шагнула к подъезду, когда ее окликнули.
– Алиса.
Она замерла. Обернулась и увидела Казакова. Парень оттолкнулся от капота машины и пошел ей на встречу, в руках его были цветы.
– Илья?! Как ты меня нашел? Света сказала, что ты уехал и давно не приезжал.
– Да. Держи, это тебе.
Он протянул ей букет красных роз, склонил голову и осторожно коснулся губами нежной щеки.
– Спасибо.
Прижимая цветы, Алиса всматривалась в повзрослевшее лицо своего бывшего одноклассника. Он стал серьезным и очень красивым, с завидной мускулатурой под черной рубашкой. Скорее всего у него отбоя нет от девчонок.
– Я скучал по тебе. Не пойми не правильно, но были моменты, когда я думал, что с ума сойду, я не знал где ты и что с тобой. Девушка, вы очень сильно напугали всех своим исчезновением.
Илья улыбнулся, показывая милые ямочки на щеках.
– Прости. Я все объяснила Свете, думала она и тебе рассказала. Илья, ты очень много сделал для меня тогда и поддержал, даже не знаю, чтобы со мной было, если бы не ты.
Алиса искренне благодарила его, ведь действительно, Казаков показал себя с лучшей стороны и был настоящим другом и помощником. Илья кивнул, улыбаясь одним уголком рта, коснулся пальцем длинных волос, показывая, что ему нравится ее новая прическа.
– А я, как только узнал, что ты в городе, все бросил и прилетел. Алиса, я к тебе приехал, давай сходим куда-нибудь, посидим, поговорим. Вдвоем.
Не сокращая дистанции, Илья дал понять, что для него ничего не изменилось и он, все также хочет быть с ней. Алиса отступила.
– Посмотрим, я сейчас занята и у меня почти нет свободного времени. Спасибо тебе еще раз, но не нужно.
Девушка развернулась, достала ключи и спряталась в подъезде. Появление Ильи, как и возвращение на родину, делало не реальной жизнь за границей, словно стирая несколько лет обретенного покоя и возвращая в давний кошмар, куда она так боялась вернуться. В квартире было тихо. Алису встретила пустая гостиная, кухня сияла чистотой, а из духовки разносился аромат жареного мяса. У девушки жалобно заурчало в желудке, за целый день в него не попало ничего кроме крепкого кофе, да и тот был сварен не так, как она любит. Предвкушая вкусный ужин, девушка повернула к комнате, в которой они с сыном временно остановились, приоткрыла дверь и увидела спящего Алекса на груди Павла. Нежная улыбка мелькнула на ее губах, а в сердце разлилось тепло. Именно об этом она в тайне мечтала, чтобы сын рос с отцом и ее встречал любимый мужчина, с которым вечерами они будут обсуждать прожитый день, а ночью дарить друг другу ласку. Зажав рот ладонью, Алиса выскочила из комнаты, задыхаясь от собственных эмоций. Разве она заслужила предательство? Мечтала о жизни в чужой стране и с ребенком на руках в девятнадцать лет? Одна. Лишенная юности. Потратившая все свое свободное время на учебу, сына и работу. Стирая слезы, девушка села за стол и уронила голову на руки. Сколько еще ей притворяться, показывать всем, какая она сильная и самостоятельная? Как долго растрачивать себя на игру во взрослую и серьезную жизнь?
– Я так устала…так устала.
На стол упала пачка салфеток, рядом поставили стакан с холодной водой, из духовки сильнее потянуло запахом мяса. Вытерев глаза, Алиса следила за Павлом, ловко управлявшимся с посудой. Он, молча, передвинул нарезанный хлеб, заварил чай, поставил порцию тушеного мяса с картошкой перед ней и вышел. Алиса быстро расправилась со всем, вытерла руки и пошла искать гостеприимного хозяина. Громов стоял у раскрытого окна и курил. Этот запах сигарет часто преследовал Алису во сне и она просыпалась в слезах. Не зная с чего начать, Алиса подошла ближе и встала рядом, вытащила из пачки сигарету, подкурила, но затягиваться не стала, дышала пропитанным дымом воздухом, впервые не испытывая желания сбежать.
– Спасибо тебе, ужин был великолепным. Ты прекрасно готовишь. Знаешь, а мой отец тоже вкусно готовил и мы играли с ним в веселую игру, как быстро я угадаю, что он добавил в привычное блюдо. Было весело и я скучаю по тем временам.
Алиса говорила тихо, не торопясь. Рассказывать Павлу о себе для нее тоже было впервые. Те несколько встреч, что у них были, оба не спешили раскрывать правду, за что в итоге поплатились.
