Текст книги "Партеногенез (СИ)"

Автор книги: Адам Цайт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 23 страниц)

Глава двадцать вторая. КОНЕЦ ИСТОРИИ. ЗАНАВЕС

Вообразите себе жизнь без смерти.

От отчаяния, каждый день мы пытались бы себя убить.

И не убили бы. Вот он настоящий ужас.

Из рассуждений Рейчел Толуки Севильи.

Кобра Фохт стояла в своей любимой позе – левая ножка вперед, руки назад, раскосые глаза буравят как два буравчика. Моранта повернулась к ней и застыла, словно пригвожденная. Потом свихнувшаяся демоница издала вопль. Элизабет Венс отошла от демоницы, чтобы не мешать ей переживать встречу.

Между демоницами началось шипение и стрекотание. Причем явно, крайне эмоциональное. Моранта все больше и больше возвращала себе изначальную красоту и величие, от той старой страшной старухи не осталось уже не следа. Ее черное одеяние уже сверкало драгоценностями, а сама одежда становилась все более сексапильной, облегающей и очень красивой. В итоге перед Элизабет Вэнс уже стояли две демоницы во всей своей красе.

Закончив стрекотание и шипение, они повернулись в Элизабет.

– Элизабет, позови Рейчел, – попросила Кобра. – Миссия под названием «Лечение Моранты», будем читать почти выполненной.

– Почему почти? – спросила Элизабет.

– Потому что эта сумасшедшая слетела с катушек еще сто лет назад. Вот почему. Зови Рейчел.

Элизабет вышла из подсобки, перекрестилась перед сидящими в зале зараженными и попросила Рейчел пройти в помещение. Рейчел смиренно встав, прошла к ней, тоже перекрестилась, поклонилась присутствующим, и ушла в подсобку, закрыв дверь. Внутри их ждали две демоницы, которые для девушек перешли на человеческий язык и обсуждали план нападения на доктора Кэролайн.

– Если неожиданно выпрыгнуть сзади и вонзить раствор йода, она не увернется, – сказала Кобра. – Просто нужно заманить ее сюда. Нас двое, я буду приманкой, отвлеку ее, а ты Моранта быстро появишься и воткнешь раствор йода сзади. Мы убьем ее. Нас двое, мы сильные.

– Судя по тому, что ты рассказала о ней, она очень сильна, – ответила Моранта.

– У нас нет другого выхода!

– Выход есть, – неожиданно послышался женский голос.

Из темноты подсобки вышла Лючифера. Моранта воскликнула и отшатнулась, Кобра не смутившись стояла на месте.

– Королева Лючифера! – воскликнула Моранта. – Она жива! Третья демоница!

– Не просто третья демоница, – ответила Лючифера, жеманно приближаясь к ним. – а ваша королева, не забывайте об этом.

Кобра не ответила, а пристально смотрела на великую театралку.

– В общем, так, девочки, – сказала Лючифера. – Раствор йода воткнем мы вдвоем сзади, чтобы она точно не увернулась.

– Я не верю тебе Лючифера, – прорычала Кобра Фохт. – Ты обманщица, нет тебе веры.

– Я тоже не верю ей, – подтвердила Моранта, и не стала препятствовать тому, что Элизабет Вэнс ее крепко обняла. Тоже самое сделала и Рейчел по отношению к Кобре Фохт. Они уже разделились на две парочки.

– Ох, как мило, – с иронией сказала Лючифера. – Ну, прямо иддилия, каждой девушке по личной демонице. И как ты Моранта удержалась и не съела Элизабет Вэнс?

– Тебе нет веры Лючифера, твоя корона не законна. Ты обманом стала одной из королев. Я же все помню, – злым голосом обратилась к ней Моранта.

– Законно! Я и есть для вас закон.

Лючифера испепеляющее посмотрела на демониц.

– Моя власть никуда не делась, прошу запомнить, – резко продолжила она. – А если кто-то не согласен, пусть держит свое мнение при себе. Итак, для того чтобы завалить доктора Кэролайн, мы вдвоем должны воткнуть раствор сзади, пока она будет отвлечена беседой с Коброй Фохт. Она не знает, что мы существуем. Будем действовать быстро, даже если она увернется от одной из нас, вторая попадет.

Две обнявшиеся парочки смотрели на Лючиферу и размышляли о плане, который не казался реальным, притом, что доктор Кэролайн была самой страшной убийцей этой реальности, мертвым воином суспензией.

– Хорошо Лючифера, – сказала Кобра. – Я рассчитываю на вас обеих, не подведите. Воткните сзади раствор йода. Дождитесь момента, когда я ее заболтаю. Она же наверняка не сразу меня убьет, а сначала все мне припомнит. Будет долго разглагольствовать, а я буду слушать. Вспомнит Красную Черепаху, будет что-то вещать. Дождитесь момента и воткните раствор.

– Я боюсь за тебя Кобра, – сказала Рейчел, обняв еще крепче свою демоницу. – А вдруг не выйдет ничего?

– Все выйдет, – строго сказала Лючифера. – Мы избавимся от Кэролайн сегодня. Нас трое демониц, мы по силе равны ей. Ничто не сможет устоять перед тремя демоницами. Поэтому заманиваем ее сюда, и кончаем ее. Три демоницы, если, конечно они не инвалидки, могут порешить кого угодно. Тут куча книг, вы нормально синхронизируетесь. Так что все в порядке.

– А почему ты здорова? – спросила Моранта. – Тебя не зацепил удар? Как это ты умудрилась остаться полностью здоровой?

– Меня не было в этой реальности, когда был нанесен удар.

– Врешь! – гневно воскликнула Кобра. – Все говорит о том, что бы была предателем, коллаборационистом, ты тайно перешла на сторону тюремной корпорации.

– Это неверно, – спокойным голосом ответила Лючифера. – Мне не было никакой выгоды переходить на сторону тюремной корпорации, зачем мне было выдавать присутствие нашей расы. Я просто была за пределами реальности, ушла по делам.

– По каким делам? – язвительно спросила Моранта.

– По торговым, – так же спокойно ответила Лючифера.

– Мы никогда не торговали своими товарами, – не успокаивалась Моранта. – Мы всегда держались в тени. А ты значит торговала?

– Признаюсь да, – сказала Лючифера. – Может быть только в этом моя вина? Но, я не имею отношения к удару по реальности. Я не причастна к этому событию.

– Вы же сами запретили торговать товарами из первичной нереальности с живыми, ты, что забыла про закон трех королев демонов? – заверещала Моранта. – Ты же сама была королевой, и сама подписала указ.

– Да, согласна, я нарушила указ о запрете на торговлю нашими товарами из первичной нереальности. И я не скрываю свою вину, да я вошла в тайное соглашение с межпространственной торговкой, это были очень и очень эксклюзивные поставки частным клиентам. Очень скрытные, никому неизвестные, торговые соглашения.

– Нарушила свой же закон, – прошипела Кобра. – А мы все как дуры верили, что королевы все делают для нашего блага. Для нашей безопасности.

– Это единственное в чем меня можно обвинить, – сказала Лючифера. – Больше ни в чем.

Две обнявшиеся парочки стояли и с подозрением смотрели на Лючиферу, та, нисколько не смущаясь, стояла и смотрела на них.

– Пора действовать девочки. Рейчел, бери свой планшет и звони доктору Кэролайн. Говори, что ты сдаешься и отдаешь ей хищницу. Скажи, что вы обе не видите перспектив от нее бегать. Что вы хотите обе договориться с ней.

– Это очень опасно.

– Делай, как я говорю Рейчел, а ты Кобра стой здесь. Мы с Морантой будем наготове. Пускай доктор Кэролайн притащит свою задницу сюда, брать свой приз. Мы убьем ее.

Рейчел обреченно взяла свою Кобру за руку и посмотрела на нее, та ответила нежным взглядом. Рейчел подошла к старому деревянному столу, что стоял в подсобке, на нем были навалены старые книги православной тематики. Лючифера и Моранта прыгнули в сигнально-пищевую сеть и исчезли. Она открыла планшет, и набрала номер доктора Кэролайн. Долго ждать не пришлось. Кэролайн ответила на звонок буквально в ту же секунду.

– Ну что Рейчел, устала бегать от меня? – послышался злобный голос доктора Кэролайн. – Я уверена, что у вас с Коброй все получится. То, что вы задумали.

– Что вы имеете в виду доктор? – с тревогой спросила Рейчел.

– Я имею в виду, что я рядышком Рейчел, стою прямо перед входом в домик. Жду, когда вы там наговоритесь. А что касается тебя Кобра, получи подарочек.

Внезапно Кобра Фохт закричала от боли. Все ее тело пронзила какая-то черная плетка. Она взмыла в воздух и стала парализована, повисла в воздухе раскинув руки.

– Это, называется дистанционный хлыстовой захват, дорогая Рейчел. Вывожу ее на сцену.

Рейчел услышала, как за дверью закричали зараженные, доктор Кэролайн вошла в домик и стала прогонять их. Послышались крики, что-то сильно ударилось. Парализованная Кобра Фохт, висевшая в метре от пола полетела к двери, ведущей из подсобки, вышибла дверь и улетела в зал. Оказывается, доктор Кэролайн схватила хлыстовым захватом всех трех демониц. Парализованы оказались Лючифера, Моранта и Кобра. Лючифера парализованная висела в центре, справа Моранта, слева Кобра Фохт. Зал уже опустел. Перед тремя парализованными демоницами, которые висели над сценой, показалась страшная доктор Кэролайн, в ее руках был черный технический чемоданчик.

– Неплохо у меня получилось захватить всех троих, чистая победа, – сказала доктор Кэролайн. – Тут ведь главное терпение. Действовать без спешки, чтобы сразу трех зайцев. Мне недосуг бегать за каждой по отдельности по всей реальности.

Так теперь вы, – доктор Кэролайн повернула голову к Элизабет Вэнс и Рейчел, которые заплаканные стояли у двери в подсобку. – Сначала я разберусь с демоницами, потом разберусь с вами. А ну марш в подсобку и ждите там. Если сами не пойдете, парализую и вас.

Рейчел и Элизабет обреченно посмотрели друг на друга и зашли в подсобку.

– И дверь за собой закройте, – злобно добавила доктор Кэролайн.

После того, как дверь была закрыта, доктор Кэролайн положила черный чемоданчик, перед обездвиженными висящими демоницами.

– Итак, начинается самое интересное, девочки, но, прежде чем я буду вас жечь, причем долго жечь, мучительно, буду выжигать все ваши многомерные структуры, сожгу все ваши многомерные желудочки, вы будете мучиться как никто. Я для вас специально все это подготовила. Сперва скажу тебе Кобра Фохт, вот именно тебе.

Кэролайн вытащила из своего черного кожаного плаща квантовый меч, подошла к Кобре Фохт и саданула ее, послышался вой от страшной боли.

– Вот что я тебе скажу Кобра. Вы три последние демоницы. Вы паразиты, которые поселились в сигнально-пищевой сети. Вы будете наказаны за каждую съеденную девушку, за каждую, все трое. Я поначалу думала, что вы, Кобра Фохт, последняя демоница, но я ошиблась, благодаря деятельности Элизабет Вэнс и Рейчел Толуки Севильи, я вычислила вас троих, и собрала вас здесь. Для того чтобы уничтожить вас, чтобы вы больше не нападали на девушек, как Кобра, в свое время, напала на меня. Вот сколько девушек вы съели, вот столько вы и получите сильной непереносимой боли. А я, знаете ли, большой специалист.

Доктор Кэролайн раскрыла зубастую пасть и в бешенстве заревела.

– Я была хорошенькой девушкой двадцати пяти лет! У меня был жених, я мечтала о семье, о ребенке, вы… превратили меня в монстра, в убийцу. Я мучаюсь от суспензии. И виновата в этом не Красная Черепаха, которая подохла, туда ей и надо. Пусть там сидит в своем пустотном измерении, и мучается вечно. Старая дура, захотела товаров из первичной нереальности. Виноваты в этом вы. Не я на тебя нападала Кобра, а ты на меня. И теперь – возмездие! Возмездие, о котором я грезила. Я хотела увидеть, как будут гореть ваши многомерные структуры. Это очень, очень боль девочки. И сначала я разберусь с вами, а потом буду медленно вынимать кишки у ваших двух подельниц, с которыми вы спелись. Устроили романтические отношения? Я вам сейчас покажу романтику. Сейчас будет очень больно.

В этот момент в подсобке, сидели и плакали Рейчел и Элизабет Вэнс.

– Ну, вот и все Рейчел, – утирая горькие слезы, сказала Элизабет. – Вот и все, пришел наш смертный час. Пора молиться Богу. Нас ждет смерть. Печально закончилась наша история.

– Не могу с тобой не согласиться, – также утирая слезы, ответила Рейчел. – Не думала, что суровая реальность сильнее, чем фантазии о победе. Я рассчитывала победить доктора Кэролайн, интересно, на что я рассчитывала? Как глупо было на это рассчитывать. Эту войну не выиграть. С таким противником, как Кэролайн, точно не выиграть. Она сама смерть. Безжалостна. Нет в ней никакой жалости.

– А с чего у нее будет жалость, она запрограммирована. Или, быть может, это просто ее месть? Месть за то, что ее обрекли быть суспензией?

– Какая уже разница, – горько ответила Рейчел. – Главное, что она скоро придет к нам. В общем, так, Элизабет, у меня есть яд. Хороший яд. Верная смерть.

– Сколько у тебя ампул? На меня будет?

– Я предусмотрела этот вариант Элизабет, у меня есть две ампулы на меня и на тебя. Умрем вместе. Это будет лучше, чем Кэролайн будет убивать нас медленно. Я не хочу такой смерти. Приготовимся, такова суровая реальность друг мой. Не бывает романов с хорошим концом. Все романы с хорошим концом – ложь. Все писатели шизофреники. Вот, настоящая правда. Полюбуйся на нее Элизабет.

– Ты все также не веришь в Создателя?

– Я не читаю художественную литературу.

– Я все равно верила и продолжаю верить, что высшие силы есть, – сказала Элизабет. – Не может же быть, что все так ужасно.

– Элизабет, вот перед смертью, позволь я тебе кое-что скажу, нет ничего человеческого. Все что мы называем человеческим – это не более чем репродуктивно-пищевая функция колонии паразитов. Мы просто плодовые тела, служим не своим целям, а служим целям пищи и размножению самой колонии. Поэтому все эти фантазии о победе добра над злом, полеты в вечные райские наслаждения, духовность – это иллюзии. Просто иллюзии. Нет добра и зла, нет подобной дуальности. Это все просто сказки, которые позволяют нам иметь надежду.

– Я не верю что все так плохо, в моем сердце до сих пор надежда. Что бы ты не говорила.

– Не должно быть никакой надежды, должен быть сухой лабораторный остаток. Надежда – это всегда иллюзия.

– Может быть, что-то спасет нас и наших демониц?

– Ничего не спасет. Мы проиграли. Да, мы верили в победу. Но, победы нет. Ты же сама это видишь?

– Я только нашла ее, свою Моранту, только нашла и потеряла.

– Скажи спасибо, что увидела ее в ее былой красе. Когда она еще была Морантой Лунной Свирелью. Прекрасна правда? Такая же прекрасная, как и моя Кобра Фохт.

– Моя круче.

– Это с чего это твоя круче?

– Просто обалденная, – мечтательно ответила Элизабет.

– Хотя бы этому радуйся, потому как Моранты скоро не станет, она сгорит.

В руках у Рейчел появились две ампулы с ядом. Девушки посмотрели друг на друга.

– Еще немного поживем, – запричитала Элизабет Вэнс.

– Перед смертью не надышишься, – ответила Рейчел. – Зато умираем вместе, уже веселее.

– Что там за красной чертой?

– Ничего человеческого, не бойся Элизабет, просто навсегда уснем.

* * *

– Вы все виноваты в моих мучениях, – продолжала яростно реветь разгневанная доктор Кэролайн на обездвиженных демониц, что висели над сценой. – Вы все трое – чертовы людоедки, обожрались девушками. Вы не должны существовать. Мне плевать на ваши товары, потому как я сама не должна существовать. Вы превратили мою жизнь в мучения. Я должна была умереть еще в девятнадцатом веке. Но, я уйду в бездну только вместе с вами, проклятые демоницы. Я принесу вам боль, страдания. Будете гореть. Гореть! А потом умрете. Умрете как три собаки. И умрете по-собачьи.

Кэролайн присела к техническому чемоданчику и нажала на какую-то кнопку.

– Сейчас я включу режим хлыстового многомерного обжигания ваших структур. Будете как курицы в гриле. А ха ха. Нет, не как курицы, как собаки. Именно собаки. Курицы – это для вас слишком красиво звучит.

Доктор Кэролайн не заметила, что в углу стоит темная женская фигура. Ее младшая сестренка, лаборантка Кэт стояла сзади, и молча роняла горькие слезы. Ей было тяжело, но, тем не менее, в ее руке появилась игла с ампулой раствора йода, которую она метнула в спину доктора Керолайн. Та не смогла увернуться, так как лаборантка Кэт была таким же воином-сусензией, и скорость, с которой влетела игла, была слишком большой.

Доктор Кэролайн медленно повернулась и увидела свою младшую сестру.

– Сестренка, почему ты убила меня? – со стоном спросила доктор Кэролайн.

– Потому что мучить их глупо сестра. Прости меня, я люблю тебя.

Суспензия внутри доктора Кэролайн стала вулканизироваться. В это время две девушки, что сидели в подсобке приняли яд. Умерли они довольно быстро, как и сказала Рейчел – этот яд особый, он замешан на основе желчи павлина, действует в считанные секунды. Уже через минуту в подсобке лежали обнявшись два трупа. Девушки, которые искренне верили в свою победу – не дождались ее. Да и глупо было на это рассчитывать.

В центре зала на коленях сидела и рыдала лаборантка Кэт. Все демоницы разом освободились от хлыстового захвата. До смерти перепуганная Лючифера прыгнула в сигнально-пищевую сеть и убежала с дикой скоростью в неизвестном направлении. Моранта, точно также сделала ноги, как заправская бегунья. Осталась только Кобра Фохт, которая подошла к лаборантке Кэт и обняла ее.

– Кэтрин, – сказала Кобра. – Прости меня за все.

– Я тебя любила Кобра, – тихо ответила лаборантка Кэт. – Любила и помнила о тебе все это время.

– Кэтрин, – прошептала Кобра. – Я дам тебе самые дорогие товары. Ты вернешь себе тело двадцатилетней девушки. Наверняка есть технология.

– Кобра, прошу тебя. Дай и мне уйти вслед за сестрой.

– Не говори глупостей.

– Кобра. Я должна уйти в бездну. Мне нечего больше делать в таком виде. Я хочу прекратить быть кровососущей тварью. Сделай для меня, то же самое. Воткни раствор в меня. Я соединюсь со своей сестрой.

– Не говори глупостей. Пожалуйста, Кэтрин, ты должна жить.

Лаборантка Кэт протянула Кобре Фохт иглу с ампулой раствора йода.

– Воткни. Я соединюсь с моей сестренкой. Воткни. Освободи меня.

Весь Санкт-Петербург окутал мрачный дождь, как будто само небо плакало над сложившейся трагедией. Жидели Санкт-Петербурга открыли свои зонтики, и поспешили скрыться от усиливающегося ливня. Вода хлестала по водосточным трубам, гоняла кошек с крыш, с грохотом лилась и обрушивалась с железных листов. Как будто бы там, на небе был кто-то недоволен, как будто бы кто-то был в ярости.

Прогрохотал раскат грома, дома осветились мощной вспышкой. Ливень стал бить по кучам мусора, хлестать по вонючей речке, что текла рядом с домиком.

В самом домике, опустившись на колени, сидели лаборантка Кэт и хищница Кобра Фохт. Они сидели прямо в разлившейся суспензии, которая вырвалась из тела доктора Кэролайн.

Они о чем-то тихо говорили. Но, в конце концов, Кобра выполнила просьбу Кэтрин, и освободила девушку. Лаборантка Кэт умерла с улыбкой облегчения.

Ливень все усиливался. Гроза была просто ужасающая. Ветер был настолько сильным, что стал срывать железные листы с крыш домов. Кое-где упали деревья в парках, завалились от ветра столбы и светофоры. Апрельская стихия не унималась.

Глава двадцать третья. ПРОБУЖДЕНИЕ

– Создание теории о возможной червоточины между реальностями – интересная и научно-фантастическая задача. Такие идеи широко присутствуют в литературе и фильмах, но научное обоснование для существования червоточин между разными реальностями пока не имеется.

Червоточина, в современной физике, представляет собой гипотетическую структуру в многомерном пространстве-времени, которая бы позволяла соединять две разные точки в пространстве или времени. Но это не означает, что червоточина может связывать разные реальности.

Существует множество теорий о параллельных вселенных, однако они остаются частью научной фантастики, так как до сих пор нет экспериментальных данных, подтверждающих их существование. Таким образом, на данный момент невозможно дать научное объяснение или описание червоточины, которая соединяла бы разные реальности.

Это наука далекого будущего. Вряд ли кто-то может применить эту технологию.

Кроме… запрещенных черных каббалистов.

– Простите, что вы сказали?

– Ах. Не обращайте внимания. Это я так, мысли вслух.

Из лекции профессора Маркеса перед студентами в американской корпорации «ДжекилХайд».

Дайяна Шварц проснулась. Она увидела, что лежит рядом со спящей знаменитой Рейчел Толукой Севильей. Ее рука все еще была утоплена в ее золотистые волосы. Дайяна встала и подошла к окну, после выпитого вчера алкоголя немного побаливала голова.

Трусы Ричи лежали под шкафом.

– Вот же нам с Рейчел угораздило вчера хорошо так выпить, – подумала про себя Дайяна.

Она отдернула штору и увидела, что небо окрашено в странный желтый цвет. Солнце находилось прямо над ней и странно мерцало.

– Что это? Что это такое?

Только сейчас Дайяна увидела, что по улице бегают какие-то люди. Слышны крики ужаса. Дайяна всмотрелась в происходящее и закрыла рот рукой.

– Симбиот-мицелий… – прошептала она. – Он… среагировал. Пошла обратная биомеметическая изменчивость. Этого не может быть. Процесс не может быть таким быстрым.

Дайяна услышала звук сзади и повернулась. С постели встала Рейчел Толука Севилья и стала медленно к ней приближаться. Увидев ее, Дайяна выпустила из себя громкий пронзительный крик. Она кричала так, как не кричала никогда в жизни. Ужас сковал ее всю. У нее стало темнеть в глазах, тем временем хладнокровная тварь приближалась и Дайяна почувствовала ее дыхание.

* * *

Доктор Рейчел Толука Севилья шла по коридору российского проекта Сахаров. Рядом с ней в белоснежной рубашке вышагивала Сара Мэссмер.

– Доктор Рейчел, к вам будут вопросы. Как это произошло? Вы в курсе, что сотрудница российского филиала «ЕвоФарма», Дайяна Шварц, умерла от сердечного приступа в психиатрической лечебнице час назад?

– Да, я в курсе. Я не знаю, что вам сказать.

– Но вы, были ночью у нее. Вы вчера приехали к ней в гости. Провели у нее ночь. И в итоге наша сотрудница скончалась в психиатрической лечебнице. Как это вообще понимать?

– Что вы от меня хотите? Я не знаю, почему она сошла с ума. Она с утра начала вести себя как сумасшедшая. Набросилась на меня с ножом в руках, кричала, что я страшная рептилия. Кричала, что мицелий среагировал, что небо желтого цвета. Она была безумна. Я думала, что это я напилась русской водки вчера вечером. Неужели алкоголь так действует? С ума сойти.

Навстречу девушкам спешил взъерошенный начальник службы безопасности российского проекта Сахаров Андрей Моисеевич Голдман.

– Доктор Рейчел. Добрый день, – с волнением сообщил Голдман. – Доктор Рейчел. У нас умерла сотрудница, и при странных обстоятельствах. Пожалуйста, расскажите мне лично, что произошло? Как это так?

– Я уже устала от вас от всех отбиваться. Я не виновата в том, что произошло. Когда я вчера к ней приехала, она уже была ненормальная. Она мне говорила, что корпорация ЕвоФарма распространяет препарат, которого вкалывают женщинам перед зачатием, чтобы родился здоровый ребенок. Я пыталась ей объяснить, что это какой-то бред.

– Почему вы сразу не вызвали санитаров, если видели, что с ней что-то не так?

– Я не думала, что все настолько плохо. Мы выпили вчера.

– Сколько вы выпили?

– Бутылку русской водки и немного шоколадного ликера. Съели по тарелке пельменей со сметаной. Я не думала…

– Простите, доктор Рейчел, но пока мы не выясним, как это случилось, мы вас обратно в Швейцарию не отпустим. У нас труп. У нас умерла сотрудница. Вы последняя, кто ее видел.

– Я еще раз вам повторяю, она с утра набросилась на меня с ножом. Она кричала, что я рептилия, что, дескать, я прошлая эволюционная форма, и что, дескать, это я финансирую распространение шмурдяка, которого вкалывают женщинам по всему миру. Я ее как могла, оглушила и вызвала санитаров.

– Вы ее ударили? По голове?

– Я ее просто оглушила и связала. Она на меня напала, черт возьми. Я же вызвала психиатрическую бригаду. Что вы от меня хотите?

Внезапно в тусклом коридоре корпорации появилась тучная мужская фигура. Навстречу им шел глава российского проекта Сатурн Лев Язекильевич Миллер собственной персоной. Похожий на раввина тучный мужчина шел, постукивая тростью.

– Оставьте ее, – густо прогрохотал Лев Язекильевич.

– Лев Язекильевич, – обратился к нему начальник службы безопасности. – Мы не можем просто так отпустить ее обратно из России, пока не выясним причину гибели Дайяны Шварц.

– Оставьте это мне Андрей Моисеевич, – властно густым голосом сказал Миллер. – Рейчел, прошу ко мне в кабинет. Надо поговорить.

Рейчел не стала спорить, и пошла вслед за руководителем российского проекта Сахаров.

Они вдвоем вошли в его кабинет, и Лев Язекильевич закрыл тяжелую дверь.

Рейчал села в мягкое кресло рядом с его рабочим столом. Доктор Миллер уселся напротив.

– Доктор Рейчел. Никаких проблем не будет. Вы сегодня вечером улетите на частном самолете обратно к себе в Швейцарию. Я улажу все проблемы.

Сказав это, Лев Язекильевич достал сигарету и закурил.

– Позвольте и мне закурить, – сказала Рейчел.

– Пожалуйста, курите.

Рейчел так же закурила и уставилась на руководителя проекта Сахаров.

Они в течении минуты обменивались взглядами.

– Лев Язекильевич, – прервала молчание доктор Рейчел. – Может, объясните, что произошло? Ведь не у меня нужно спрашивать, а скорее у вас.

– Я вам обещал, что мы еще встретимся с вами доктор Рейчел. Вот мы и встретились.

– Тогда я позволю называть вас вашим настоящим именем… доктор Вэбер.

Миллер пыхнул дымом и поднял глаза на Рейчел.

– Забудьте все то, что вы видели. Забудьте эти события, – сказал он.

– Я попросила бы объяснить, что это были за события. Позвольте, я скажу то, что сама думаю. Вы создали парадоксальную червоточину, чтобы пройти в эту реальность. Ведь так? Только вот вопрос, откуда у вас такая технология?

– Хорошо, я удовлетворю Ваше любопытство доктор Рейчел. Я черный каббалист. Я искал способ просочиться сюда. В вашу реальность. Пришлось ухищряться.

– Где настоящий доктор Вэбер?

– Я убил его. Убил своей тростью. Если вам так интересно.

Оба собеседника еще раз посмотрели друг на друга.

– Я так думаю, доктор Рейчел, что ни вы, ни я не заинтересованы распространять эту информацию. То, что вы видели, и те события, в которых участвовали, это просто… ну… считайте что это была просто некая параллельная жизнь. Лучше забудьте все это, доктор Рейчел. Ни в ваших интересах выяснять, что да почему. Я рад, что вы сыграли ключевую роль.

– Так значит, червоточина была не только та больница, а вообще вся эта история – большая червоточина.

– Вы правы. Перемещение из одной реальности в другую, требует событий. И они произошли. Иначе червоточина не сформируется.

– Это какая-то невероятная манипуляция реальностью и первичной нереальностью…

– Вот поэтому в еврейском народе полностью запрещены черные каббалисты доктор Рейчел. Нас не много таких.

– Вы были когда то простым раввином?

– Все черные каббалисты с этого начинали. Только вот у каждого потом своя судьба. И свой путь. Я выбрал свой путь. Шагать через бездну. Должен сказать, доктор Рейчел, что это путь только для одного человека. Когда есть только ты и бездна вокруг. Что сделано, то сделано. Не вашего ума это все, доктор Рейчел. Надеюсь, обойдемся без лишних ушей.

Доктор Вэбер встал и посмотрел в окно. Потом обернулся к Рейчел.

– Скажите, Кобра Фохт существует? – с волнением спросила Рейчел.

– Знаете, моя милая, поменьше мечтайте о лесбийских отношениях. Еще не такую тварь сварите в своем воображении. Вы же, как развелись с Пламеном Комаровски, все больше о женщинах стали думать?

– Она плод моего воображения? Она просто плод моих фантазий?

– Очень опасный плод воображения. Помните, как говорил доктор Маркес? Бойся того, то существует, но еще больше бойся того, чего не существует. Не порождайте чудовищ доктор Рейчел. Не стоит этого делать. Реальности и нереальности – сложные явления.

Доктор Вэбер задумчиво посмотрел в окно.

– Несуществующая демоница – для каждого своя. Для кого-то страшный монстр. Для кого-то предел мечтаний.

КОНЕЦ