Текст книги "Партеногенез (СИ)"

Автор книги: Адам Цайт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)

Глава девятнадцатая. СМЕРТЬ ПЛАМЕНА КОМАРОВСКИ

 
Да мы слабы, но ведь господь взамен
Нам даровал коварство для измен,
Обман и слезы. Мы оружьем этим
Мужскую силу оплетем, как сетью.
 

Любимая цитата Сары Мессмэр.

Этой ночью Дайяна Шварц, сидела в одиночестве в своей московской квартире, так как Ричи сидел в квартире у своей мамы, и не вылезал оттуда. Дайяна знала своего молодого «постельного» мальчика, как облупленного. Он там, у мамы – завис в танки, и вовсю в них играет по интернету с друзьями. Дайяна даже в этом не сомневалась. Если Ричи не звонит, это значит завис и набирает себе фраги, покупает себе в ангар новые немецкие или американские танчики, и радуется своим мальчишеским хотелкам. Хотя парню уже двадцать восемь лет, мог бы уж поумнеть. Да что уж тут ждать. Вряд ли он поумнеет в ближайшее время. Ну и пусть так будет. Дайяне было все равно, по большому счету.

Она заснула быстро и крепко, провалившись с головой в сон.

Ей приснилось, что она находится в каком-то чудесном месте. Это был приятный сосновый лес и озеро, с видом на горы. Дайяна прошла между деревьев, и вышла к озеру, которое было спокойным и отражало горы подобно ровному зеркалу. Оглянувшись, она увидела красивую деревянную беседку, внутри которой стоял столик и два стула. На столе стоял расписной русский самовар, имелись в наличии две фарфоровые чашечки с блюдечком и хрустальная розетка с тульскими пряниками. Дайяна немного растерялась такому исходу событий, но не успела она проанализировать увиденное, как почувствовала чье-то присутствие.

У берега, задумчиво глядя на озеро, стояла она – та самая хищница. Которая, по большому счету, должна пугать любым своим появлением, так как все-таки хищная плотоядная тварь, которая может напасть да и и сожрать. Высосать органику своими многомерными желудочками. Но, Кобра Фохт никогда не пугала своим появлением, а наоборот, внушала глубокое доверие и награждала райскими ощущениями внутренней эйфории и легкого сексуального возбуждения. Работало только на девушек. Впрочем, она никогда и не появлялась не перед кем, кроме как перед девушками. Сама Кобра по этому поводу отшучивалась так – свою еду могут пугать только такие идиоты как клоун Пеннивайз, а я не клоун, я куда умнее. Мои жертвы в меня всегда влюблены. И мне приятно, и им тоже хорошо. А вот зачем пугать? Это уже не ко мне, это уже к Стивену Кингу.

А уж как она занималась любовью с девушками в их снах и сладких грезах в конце своей кулинарной готовки – это просто сказка.

Дайяна, будучи ученым и неглупой женщиной, сразу же сообразила, что хищница запрыгнула к ней в сон по сигнально-пищевой сети. По-другому она прийти и не могла. Она – паразит, которая ползает там – в сигнально-пищевой сети. Оттуда и нападает, собственно.

Сама Кобра Фохт была просто поразительна – она была одета в свой фирменный сексуально облегающий костюмчик с открытым пупком, на котором сверкал прекрасный бриллиант. Весь ее черный брючный костюм был роскошно украшен всевозможными драгоценностями. Выглядело все это крайне дорого, и даже элитарно.

Ее белоснежные пышные дреды красиво отсвечивали на солнышке, которое давало мягкий нежный свет. Как и любая женская особь, при встрече с такой хищницей, Дайяна заволновалась и стала испытывать все те же эмоции, что и любая женщина – томление, сладкое предчувствие, влюбленность.

Кобра стояла чуть спиной к Дайяне в своей любимой позе – левая ножка вперед, руки назад, злющие раскосые глазки – зырк-зырк. Эту ее позу, уже можно назвать фирменной.

Дайяна осторожно начала к ней приближаться, все-таки она хищник, зверь, а значит неизвестно что у нее на уме. Она вполне может накинуться, это тоже возможно. Это тоже самое, как начать любоваться черной пантерой в тропическом лесу, наивно полагая, что если пантера такое красивое животное, то это дает тебе какие-то шансы. Никаких шансов. Если тварь накинется, то смерть будет стопроцентная.

– Простите, – осторожно спросила Дайяна. – Вы та самая хищница? Я имею в виду ту, о которой говорила Рейчел Толука севилья. Вы – меметический хищник?

– А как вы поняли, о том, что это я, позвольте спросить? – ответила Кобра, повернувшись к ней.

– Есть такая штука, о которой мало кто знает, – сказала Дайяна, продолжая осторожно приближаться. – Называется эта штука женская интуиция. Сильнейшая вещь, которая не разгадана современной наукой.

– Согласна с вами, – произнесла хищница и вежливо поклонилась. – позвольте представиться, Кобра Фохт. Демоница. Тонкая певица бездны. Пожирательница девушек. Хищница. Страшная как тысяча чертей. Хоть это вам и не заметно. Да и не должно быть.

– Понимаю, – встав в позу критического анализа ответила Дайяна. – Вы, вероятно, действуете подобно тому, как действуют глубоководные рыбы удильщики. Я как ученый и преподаватель могу привести одним из примеров так называемую англерскую рыбу (лат. Lophiiformes), также известная как «рыба-удильщик». Удильщики имеют специальный вырост на голове, называемый «ильичом» или мягким зрачком, который служит приманкой для добычи. Он светится в темных водах, привлекая мелких рыб и других животных. Тело удильщика обычно имеет тёмную окраску, как, собственно и вы, тоже имеете темную окраску, что помогает им незаметно плавать в окружающей среде. Они могут менять свой цвет, чтобы лучше сливаться с фоном, что обеспечивает им маскировку при ожидании добычи. Удильщики используют два метода охоты. Первый – активный, когда они медленно плывут и двигают своей приманкой, чтобы привлечь добычу. Второй – пассивный, когда они остаются неподвижными, используя свой мягкий зрачок в качестве приманки и ждут, пока добыча подплывет…

– Дайяна, хватит мне читать лекцию, я не ваша студентка. Вы, наверное, сумасшедшая ученая, фанатично преданная науке? Ведь так?

– Что есть, то есть, – ответила Дайяна. – Да, я фанатка науки. Круче чем Дробышевский. Я являюсь автором трех книг о высших паразитах, имеющих высокие научные рейтинги.

– Прекрасно Дайяна, только спешу вас огорчить, я на вас нападать не собираюсь.

– Позвольте спросить почему? Я красивая девушка, говоря по-научному – я молодая женская особь с интенсивной репродуктивной меметикой. Как раз гожусь вам в пищу. Вы же, как я понимаю, именно этим кормитесь? Или я не права?

– Дайяна, не льстите себе. Вам уже тридцать два года. Вы староваты для меня. Я не буду нападать на вас.

– Что значит старовата? Мне всего лишь тридцать два года. Я молодая красивая девушка.

– Милая моя. Не обманывайте себя, вы уже вышли из того возраста, когда говорят про милую красивую девушку. Вы уже старовата.

– Это некорректно мисс Фохт, – с обидой в голосе ответила Дайяна.

– Я все сказала Дайяна. Нападать не буду, потому как вы слишком старая.

– Я не старая!

– Старая и дряхлая как Тортилла.

– Вы всегда всех так обижаете?

Кобра не ответила а с недовольным видом посмотрела на озеро.

– Мисс Фохт, в любом случае, мне как ученому, чрезвычайно интересно с вами побеседовать. Я рада, что вы пришли ко мне. Могу ли я вас пригласить за скромный стол? Угостить чаем и тульскими пряниками?

Кобра с озорной искринкой в раскосых глазах повернулась к Дайяне.

– Ну давай, выпьем чаю и побеседуем. Все равно нам как-то надо хорошо провести ваш прекрасный сон. Сон у вас изумительный, должна сказать. Приятный сон. Птички хорошо поют. Горы такие величественные. Изумительно. Превосходно.

– И часто вы так вторгаетесь в сны?

– Частенько. Просто посмотреть кому что снится. Заодно поискать себе чего-нибудь интересное или необчыное.

– Прошу, – сказала Дайяна и взяв Кобру за руку повела ее к беседке.

Это было просто невероятно – страшная хищница воспринималась как красивая игрушка, с которой хотелось просто заняться любовью. Дайяна еле сдерживала свои растущие сладострастные желания. Ей было чертовски приятно прикасаться к ней. Не было ничего более желанного чем она. Дайяна прекрасно понимала – да, это воздействие, которое, опять же, идет по сигнально-пищевой сети. Но, даже понимая это, она, все равно ничего не могла сделать со своими ощущениями. Это было просто настолько приятно и настолько волнительно, что Дайяна жадно ловила каждую секунду ее присутствия.

Обе девушки сели напротив друг друга укрывшись от солнышка под тенистой беседкой. Дайяна взяла коробок спичек и разожгла старый русский расписной чайник, чтобы вскипятить в нем воду. Кобра элегантно села на белоснежный стул и облокотилась о спинку.

– Меня вот что интересует, опять же, как ученого, – начала Дайяна.

– Что конкретно интересует дорогая моя?

– Ваша природа мисс Фохт. Какова ваша природа?

– Я являюсь порождением так называемой «первичной нереальности», я не существующая. Если не понимаете, попробую объяснить. Вы – существующая. Я – нет. Поэтому, когда я синхронизируюсь в книжных магазинах и библиотеках как живая девушка, я не отбрасываю тени и не отражаюсь в зеркале.

– И никто этого не замечает?

– То, что люди недалекие, называют мозгом – ошибаются. Это несносный древний паразит, который не воспринимает такой парадокс. Он не понимает, как так может быть, то девушка есть, а отражения в зеркале нет. Он просто сам дорисовывает. Если специально об этом не сказать, вообще никто не заметит. Вы же видите, что даже здесь, находясь в вашем сне, я не отбрасываю тени?

– Я этого не заметила. Удивительно.

– И никто не замечает Дайяна. Это просто идитотский паразит, дорисовывает и не дает своему плодовому телу увидеть парадоксальное явление.

– Крайне любопытно, – сказала Дайяна наливая чай в фарфоровые чашечки. – И что же, вы синхронизируетесь в библиотеках и книжных магазинах как обычная девушка?

– Совершенно верно. К сожалению, не могу синхронизироваться просто на улице. Мне нужны книги.

– А почему так?

– Видите ли, я, в некотором смысле, страдаю инвалидностью. Не хочу об этом говорить. Да и зачем? Что вы хотите у меня еще спросить?

– Скажите, мисс Фохт, вы же поддерживаете отношения с Рейчел Толукой Севильей. Моей подругой?

– Да, к сожалению, события таковы, что вынуждены все вместе спасаться от наших врагов. Беда заставила. Общая беда.

– Вас преследуют корпорации?

– Ну естественно преследуют. Со всей окружающей вселенной по мою душу слетелось воронье. Торговцы, торговки, агенты корпораций, глубинные брокеры, теневые перекупщики. Все слетелись в эту реальность в надежде схватить меня.

– Чем вызван такой интерес?

– Мои товары. Они самые дорогие во всей вселенной. Они просто хотят поживиться. Мерзавцы. Ты даже не представляешь сколько сволочей сюда прибежало. И прибежит еще. И все меня ищут. Сплошные сканеры, маячки, волновые ловушки. Мне все это приходится обходить и прятаться. Чтобы не быть пойманной.

– Я поняла, – сказала Дайяна наливая чай в блюдечко.

– А почему не из чашки? – с удивлением спросила Кобра. При этом сама держала чашку с блюдцем, оттопырив мизинчик.

– Ну… как у Тургенева, барышни на Руси наливали чай в блюдечко.

– Идиотская мода. Чай нужно пить из чашки. А что касается так называемых писателей. Не советую читать художественную литературу. Это сплошной паразитизм и всякие извращения. Скажу тебе по секрету Дайяна – психически здоровых писателей не бывает.

– Я это знаю. Поэтому и не читаю художку. Это мой Ричи писатель и читатель.

– Нашла бы себе нормального мужика Дайяна. Зачем тебе этот Ричи? Что ты в нем нашла? Это же убогий глупый паренек.

– Привыкла Кобра. Просто уже привычка. А привычка – вторая натура. Но, Кобра, я хотела бы тебя кое о чем спросить. То что меня волнует.

– Наверняка хочешь спросить про шмурдяк.

– Да. Я пытаюсь по своим каналам, как могу разузнать кто за этим стоит. То, что производителем шмурдяка является корпорация ЕвоФарма – ложь. Это всего лишь прикрытие. Я смогла узнать о таком странном обществе как «Mysterium Umbrae», но, я так чувствую, что это только вершина айсберга.

– Да, все тут страшнее и ужаснее чем кажется. Ну и что же ты еще выяснила?

– У меня есть список женщин-миллиардерш, которые финансируют шмурдяк. И в списке, которого я достала, значится миллиардерша Рейчел Толука Севилья. Я не могу понять. В чем дело.

– Это может быть ошибкой. Это могут быть неверные сведения.

– Кобра, есть еще куча странных обстоятельств. Рейчел рожала своего ребенка, свою дочь, Леон, в закрытой частной клинике, которая находится в Швейцарии. Эта клиника называется «АndersCelebrite Harmonie Clinic». Я как могла, разузнала. Эта клиника обслуживает только самых богатых женщин мира. И среди них – Рейчел. Она там рожала.

– Ну и что же здесь подозрительного?

– Подозрительно тут все Кобра. Рейчел не рожала от своего мужа Пламена Комаровски.

– Не знаю, откуда у вас сведения, Дайяна, но это правда, она родила не от мужа, она родила от начальника охраны своего особняка Дмитрия Янова.

– Это точно?

– Определенно.

– Но, я ведь и в этом сомневаюсь Кобра.

– Не поняла.

– Я в этом тоже сомневаюсь, что она родила от Дмитрия Янова.

– И что вы этим хотите сказать Дайяна?

– Страшно об этом думать Кобра. Это просто какое-то безумие.

– Дайяна, – Кобра Фохт поставила чашку и посмотрела на собеседницу. – Не лезьте в это дело. Вам что, больше всех нужно? Никогда не пытайтесь узнать правду. Правда, любая – всегда не совместима с человеческой психикой. Так устроена реальность. Ничего человеческого.

– С самого начала всей этой истории кто-то обманывает! – воскликнула Дайяна.

– Дайяна, скажу тебе так. С самого начала всей этой истории, обманывают все! Абсолютно все. Здесь нет честных и порядочных. Ни одного персонажа. Такова эволюция, такова природа.

* * *

Пламен Комаровски как бешеный, несся по трассе от российской границы. Доехав до Санкт-Петербурга, он припарковался как можно ближе к дешевой распивочной «Слезиночка». Именно этот адрес дала театралка Клэр Дрюффо, заявляя, что именно там его ждет его бывшая жена Рейчел Толука Севилья.

Пламен быстрым шагом пошел к этой распивочной, вокруг него стояли большим забором грязные и мрачные спальные районы Санкт-Петербурга. Пламен ни на что не обращал внимания, а упорно шел к цели, и наконец, дошел. Перед ним красовалось обшарпанное здание, где у входа имелась вывеска:

РЮМОЧНАЯ

«СЛЕЗИНОЧКА»

Пламен сверился с той бумажкой, которую дала Клэр Дрюффо. Удостоверился, что это именно то здание, которое нужно, и решительно вошел в дом.

Его встретили стоящие у столиков опущенные алкоголики, и еще две толстые барменши, которые подозрительно посмотрели на ворвавшегося в рюмочную мужчину.

– Чего надоть? – спросил ближайший алкоголик, который стоял за столиком.

– Ты, чьих будешь? – спросил второй седой алкоголик.

– Где она? – сам не свой проорал Пламен Комаровски.

– Она ждет тебя внизу. Иди в подвал, она там, – ответил ближайший алкоголик.

– Там, там. Она ждет. Она давно ждет, – подтвердил второй.

Пламен Комаровски прошел через всю рюмочную и подошел к дальней двери. Внезапно что-то стукнуло его в затылок, и он лишился сознания.

Очнулся он уже связанным. Перед ним стояли насупленные мужчины угрожающего вида, а в центре сидела нога на ногу жеманная театралка Клэр Дрюффо.

– Пламен, ну нельзя же так нестись сломя голову к своей бывшей жене. Вы же бандит из девяностых, в конце-то концов. Могли бы уж быть поосторожнее с вашими действиями.

– Где Рейчел? – Пламен хотел наброситься на театралку, но двое сильных руки схватили его за шкирятник и грубо усадили на место.

– Свяжите его, – сказала театралка.

Очень быстро Пламен Комаровски оказался привязанным к холодному железному стулу, на котором были видны кровоподтеки. Это явно была какая-то пыточная.

– Пламен, дорогой мой, – сказала Клэр Дрюффо медленно приближаясь к нему. – Зачем так поступать? Зачем мчаться? Зачем бежать неизвестно куда? Разве жизнь тебя не научила какому-то здравомыслию? Ах да, забыла, ты же начинал свою карьеру простым бандитом из московских подворотен. Рекетирство, потом угоняли тачки, потом кооператив «Салют», потом зам. председателя народного собрания. Потом член Государственной Думы. Потом «Единая Россия», потом бегство в Швейцарию, проект Сатурн. Мда… хорошая биография для знатного русского еврея. Как там тебя звать то? Микаэль Леви? Так тебя родители назвали? А почему Пламен Комаровски? Это что? Благозвучно?

Пламен не отвечал, а сидел перед театралкой силясь снять с себя веревки.

– В общем так, мой дорогой, – Клэр Дрюффо уселась перед ним и закурила папироску на длинном мундштуке. – Ты всем мешаешь. Я, надеюсь, ты понимаешь, что ты просто как банный лист на заднице. Тебя уже давно все списали, как ненужный хлам. Или ты думал, что проект Сатурн в Швейцарии это панацея от кремлевских преследователей? Ты сколько там кому задолжал? Крупную сумму небось. А все почему? А потому что у тебя нет здравомыслия Пламен. Ты влип по самую задницу друг мой.

– Где Рейчел? Прошу отдайте мне мою жену? Куда вы ее утащили?

– Потише Пламен, – холодным тоном сказала Клэр. – Нечего тут концерты устраивать. Ты мне надоел до чертиков. В печенках сидишь Пламен. Кто тебя просил лезть не в свое дело?

– Это мое дело. Это моя жена! У нас с ней есть дочь. Отдайте!

– Да что ты говоришь Пламен. Какая наивность. Какая доверчивость. А тебе никогда не говорили про женское коварство? Ты даже сотой доли не знаешь кто твоя бывшая жена.

– Я люблю ее! Тебе этого не понять, не дано.

– Да уж. Мне этого точно не понять. Особенно когда глупый идиот что-то говорит о любви к Рейчел Толуке Севилье. Вот уж понять я этого ну никак не могу. Но, ты знаешь Пламен. Мне не досуг точить с тобой лясы. Должна тебе сказать, что сегодня ты умрешь. Просто умрешь. Как умирают все живые трехмерные людишки. Смерть тебя заберет сегодня. И виноват в этом ты. Не стоило лезть в эти дела Пламен. Не стоило совать свой нос. Я тебя об этом не просила. И не нужно никого винить. Просто исчезнешь.

– Ты не имеешь право. Я глава службы безопасности проекта Сатурн.

– Ты не нужен в большой игре Пламен. Ты уже списан со счетов. Все. К сожалению, эта работа по твоей ликвидации досталась мне. Ну, ничего, я никогда не стеснялась марать ручки. Но, просто пойми Пламен, дорогой мой, бывают в бизнесе такие моменты, когда ты всем мешаешь. У вас в России в таких случаях принято надевать мешок на голову и отвозить к дамбе. Как-то так. Но мы сделаем проще. У меня есть много интересных способов.

Глава двадцатая. ГИПОТЕЗА РЕДФИЛДА

Профессор Виноградов вышел на кафедру и начал читать лекцию.

– Добрый день, уважаемые студенты! Сегодня мы обсудим интересную и важную гипотезу в области биологии, известную как «гипотеза о редакторской роли пола» или гипотеза Редфилда. Эта гипотеза представляет собой одну из теорий, которая пытается объяснить различия между мужчинами и женщинами, известные как половой диморфизм.

Гипотеза Редфилда предполагает, что половой диморфизм, такой как различия во внешнем виде, поведении и физиологии между мужчинами и женщинами, является результатом естественных механизмов, направленных на устранение генетических ошибок и повышение качества потомства.

Итак, как же это работает?

Давайте рассмотрим основные идеи гипотезы.

На первом этапе стоит осознание, что гены играют ключевую роль в формировании организма. Но иногда в генах могут возникать мутации – изменения в последовательности нуклеотидов. Некоторые из этих мутаций могут быть негативными и влиять на здоровье и жизнеспособность организма.

И вот здесь гипотеза Редфилда вступает в игру. Она утверждает, что размножение двумя разными полами (самцами и самками) имеет свойственные механизмы защиты от негативных мутаций. Давайте рассмотрим некоторые из этих механизмов.

Сексуальный отбор – это один из ключевых аспектов гипотезы. Один пол выбирает партнера на основе определенных характеристик, которые могут свидетельствовать о здоровье и способности передать хорошие гены потомству. Таким образом, лишь те особи, у которых есть высокое качество генов, будут успешно размножаться.

Конкуренция между особями – внутрипопуляционная конкуренция также играет свою роль. Организмы, обладающие лучшими генетическими характеристиками, могут выиграть в этой борьбе и передать свои преимущественные гены потомству.

Выбор самок в пользу здоровых особей – если самки выбирают самцов на основе их характеристик, которые свидетельствуют о хороших генах, это может помочь снизить частоту вредных мутаций в популяции.

В заключение, гипотеза Редфилда предлагает интересное объяснение того, почему существует половой диморфизм в природе. Она пытается показать, что эволюция разных механизмов размножения помогла организмам избегать генетических ошибок и поддерживать высокое качество своего потомства. Это лишь одна из множества теорий, но она демонстрирует насколько интересно и сложно изучение мира живых организмов.

Спасибо за внимание, и помните, что мир биологии полон удивительных открытий и тайн!

Отрывок из лекции профессора Виноградова из российской корпорации «Проект Сахаров».

– Элизабет, пора вставать, – затрясла Рейчел сладко посапывающую девушку. Та, зарылась в подушки и одеяла еще глубже. Рейчел начала трясти активнее, пока из-под одеяла не показалась ножка, отодвинувшая Рейчел.

Завтракать девушки решили в гостиничной столовой на первом этаже. Когда они сели за стол и им принесли по яичнице с колбасой, плюс кофе. Рейчел с некоторым недовольством смотрела на гостиничный завтрак, но, тем не менее, уплетала за обе щеки.

– Как думаешь Рейчел, – сказала Элизабет Вэнс. – Куда делась доктор Кэролайн? Почему она нас больше не терроризирует?

– Я бы сама хотела бы узнать ответ, на этот вопрос, – ответила Рейчел. – Меня это беспокоит больше всего. Если бы она нас нашла, она бы тут же схватила бы. Может, она переменила тактику. Во всяком случае, планы не меняются. Мы загоним ее в ловушку. У нас все получится.

– Твоими устами да мед пить, – грустно ответила Элизабет Вэнс. – Нет ощущения, что мы победим Рейчел. Я боюсь, что все плохо закончится.

– Мы уже прошли огонь, воду и медные трубы. А значит победим! И прекрати наводить панику. Мы загоним эту мертвую сучку в ловушку. Нам удастся вонзить в нее раствор йода. Нас будет много, и у нас целых две демоницы.

– Три, на самом деле. Ты забыла про Лючиферу.

– Я перестала ей доверять. Хоть мы и были раньше подругами. Я не думаю, что она нам поможет. Скорее предаст и ударит ножом в спину.

Не успела Рейчел договорить фразу, как увидела, что к ним приближается женская фигура, одетая во все темное. Рейчел очень быстро узнала Клэр Дрюффо. Театралка не спрашивая разрешения села к девушкам.

– Клэр? – вопросительно посмотрела Рейчел. – Клэр Дрюффо?

– Рейчел, прошу выслушай меня, – тихо сказала Клэр Дрюффо. – Мне можно доверять, я на вашей стороне. Я буду участвовать в покушении на доктора Кэролайн. Нас должно быть трое. Кобра Фохт пускай будет приманкой. Когда она отвлечется, мы с Морантой выпрыгнем из сигнально-пищевой сети и одновременно воткнем в нее раствор йода. Пожалуйста, Рейчел, верь мне, я сама заинтересована в том, чтобы убить доктора Кэролайн. Ты же все понимаешь Рейчел. Она же и до меня доберется, это же просто вопрос времени.

– Все это звучит хорошо Клер, но ты не забыла случайно, что Моранта безумна? Сперва нужно ее привести в адекватность.

– Это должны сделать вы с Элизабет.

– Почему не вы с Коброй?

– Рейчел… – Клэр Дрюффо недовольно поджала губы. – Послушай меня, когда в старом мире нас было целых шестьдесят две демоницы, у нас были, скажем, так, сложные взаимоотношения. Сперва с ней должны поговорить вы с Элизабет.

Клэр посмотрела на Элизабет Вэнс.

– Пускай Элизабет уведет ее в подсобку. Там, у сцены, где она вещает свои проповеди зараженным, сзади есть дверка. Пускай Элизабет ее соблазнит своей сладкой вкусной нежностью и уведет туда. Там и будем приводить ее в чувство. Вы должны ее подготовить к тому, что живы еще две демоницы. Я не знаю, какая будет ее реакция. Попробуйте ее подготовить.

– А если она набросится?

– Я буду рядом, я не дам ей напасть на вас.

– Хорошо Клэр, скажи мне, пожалуйста, – Рейчел нахмурилась и несколько секунд думала, как об этом спросить Лючиферу. – Лючифера, кто виноват в гибели демониц? Ответь честно. Если ты скажешь правду, будет лучше. Не ври, хватит обманывать.

– Рейчел, поверь мне, я не причем. Я не убивала демониц. Это старая история, к которой я не имею отношения. Там были события, что все к этому шло.

– К чему все шло?

– К тому, что кто-то попытается нас уничтожить.

– Кому выгодно уничтожать поставщиков самых дорогих товаров во вселенной? Это кто такой идиот?

Клэр замолчала, и было видно, что она хочет сменить тему. Отвечать на этот вопрос ей явно не хотелось.

– Рейчел, все было сложно и неоднозначно. Я не причастна к этому.

– Рейчел. Оставь Лючиферу. Представь, какая это трагедия. Гибель своей расы. Может она и вправду не причем, – вступилась за Клэр Элизабет Вэнс.

– Спасибо за поддержку Элизабет, – грустно ответила Лючифера.

– Ты мне другое скажи, – продолжила Элизабет Вэнс. – Кто стоит за шмурдяком? Какая организация? Зачем все это делается?

– Я слышала об организации, которая называется «Mysterium Umbrae», но, подробностей не знаю.

– Я так понимаю, корпорация «ЕвоФарма» – это всего лишь прикрытие?

– Думаю да. Это какой-то грандиозный проект, имеющий благую цель для человечества.

– Да как то жутко от такой благой цели. К чему это приведет?

– Да ничего опасного не вижу. Биоботы уничтожают все генетические ошибки в плоде. Что плохого?

– Да, действительно, что плохого что рождаются ящерицы, а мальчики почти не рождаются.

– Это вполне объяснимо, – вмешалась Рейчел. – Самцы появились примерно сорок миллионов лет назад, многомерный симбиот-мицелий таким образом начал устранять накопившиеся генетические ошибки. Вы знаете что такое «Гипотеза Редфилда»?

– Не знаю, мы «академиев» не заканчивали, – ответила Элизабет Вэнс.

– Элизабет. Рейчел Толука Сефилья – фанатка науки, она нам сейчас на целый час заведет свою шарманку…

Рейчел скрестила руки, положила их на стол и стала вещать.

– Гипотеза Редфилда, также известная как «гипотеза о редакторской роли пола», является одной из теорий, объясняющих существование полового диморфизма (различий между мужчинами и женщинами) в живых организмах.

Согласно этой гипотезе, половой диморфизм, такой как, различия во внешнем виде, поведении и физиологии между самцами и самками, возник как результат биологической необходимости устранения негативных генетических мутаций и ошибок. Гипотеза предполагает, что при размножении двумя полами (мужским и женским), каждый пол имеет свойственные ему механизмы защиты организма от накопления вредных генетических мутаций.

Подходящие мутации, которые могли бы привести к неблагоприятным эффектам, фильтруются на разных этапах размножения. Эти механизмы могут включать в себя:

Первое. Сексуальный отбор: один из полов может выбирать партнера на основе определенных физических или поведенческих характеристик, которые свидетельствуют о здоровье и способности передать хорошие гены потомству.

Второе. Конкуренция между особями того же пола: внутрипопуляционная конкуренция может способствовать тому, что только особи с наиболее высокой жизнеспособностью смогут произвести потомство.

Третье. Выбор самок в пользу здоровых особей: если самки выбирают самцов на основе их характеристик, которые свидетельствуют о хороших генах, это может способствовать уменьшению частоты вредных мутаций в популяции.

Гипотеза Редфилда предполагает, что эволюционная борьба между полами и между особями одного пола играет роль в формировании и поддержании полового диморфизма. В конечном итоге, эти механизмы должны помогать устранять или минимизировать генетические ошибки, улучшая здоровье и жизнеспособность потомства.

Первые самцы появились примерно шестьдесят миллионов лет назад, когда многомерный симбиот-мицелий начал воспроизводить так называемую «биомеметическую изменчивость» в своих плодовых телах, чтобы устранить накопившиеся генетические ошибки.

– Подожди-подожди, – вмешалась Элизабет Вэнс. – Ты что, хочешь сказать, что до появления самцов, мы были ящерицами и размножались партеногенезом?

– Как бы это фантастично не звучало, – ответила Рейчел. – Но таки да. Женские особи – это первичная форма плодовых тел во всей колонии паразитов. И твое бесстыжее влагалище, вот то самое, что у тебя между ног, Элизабет, изначально не предназначено для того, чтобы туда вставлялись непомытые отростки. Оно предназначено, чтобы сбрасывать яйцо.

Глаза у Рейчел стали злыми, и она недовольно поправила волосы.

– Так, девочки, давайте к делу, – недовольно вмешалась Клэр Дрюффо. – Какая разница как оно было.

– А разница в том, – добавила Рейчел. – Что если слишком много женщин отшмурдячется, то потомство начнет возвращаться в прошлую эволюционную форму.

– То есть в ящериц, – констатировала Элизабет Вэнс.

– А что ты имеешь против ящериц, Элизабет? – недовольно спросила Рейчел. – Чем они тебе не нравятся?

– Ящерки такие милые, – сказал Элизабет.

Клэр ткнула ее в плечо.

– Не отвлекаемся от нашей проблемы, девочки. Хватит уже разводить научные академические дискуссии.

Элизабет Вэнс посмотрела на Рейчел, та сидела насупленная и явно чем-то недовольная. Тем не менее в ходе беседы всем троим удалось убедить друг друга продолжать проект «Покушение на доктора Кэролайн».

В этот момент доктор Кэролайн стояла неподалеку и слышала весь разговор в подслушивающем устройстве. Когда разговор закончился, она узнала, что знаменитая театралка Клэр Дрюффо – тоже демоница.

– Так, значит, вас трое, – прорычала доктор Кэролайн. – Трое демониц. Очень хорошо. Ну что же, девочки, все готовьтесь к смерти. Расплата будет жестокой. Умрете все.

Доктор Кэролайн пошла по направлению к ближайшему переулку и скрылась там тенью. Неподалеку показался любопытный нос Сары Мессмэр, которая также слушала весь разговор. Она немедленно связалась с Клэр Дрюффо.

– Клер, – послышался ее голос.

– Сара, не вмешивайся, не высовывайся. Что ты хочешь? – тихо ответила Клэр.

– Я боюсь, что доктор Кэролайн здесь шляется.

– Этого не может быть, я сделала все, чтобы она отстала. Она не знает, где находятся девушки.

– Ты уверена в этом, Клэр?

– Более чем. Я очень опытная в таких делах, уж не сомневайся.

– Ты удивишься, что мне показалось, что я ее видела.

– Не может быть, Сара, – настойчиво ответила Клэр. – Я спутала ей все карты. Она сейчас в другой части России. Я дала ей ложный след. Более того, мой агент сообщил мне, что она сейчас в Твери.

– Мы точно можем быть в этом уверены?

– В моем опыте можешь не сомневаться, Сара. Я не первый раз.

* * *

Две девушки, одетые как православные верующие паломницы, вышли из гостиницы и сели в скромный автомобиль Лада.