Текст книги "Последний маг крови (СИ)"

Автор книги: А. Духовная

Соавторы: Э. Йглымская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

Дом был ничем не примечателен и производил впечатление заброшенного, вот только ключ, который инквизитор вставил в замок, повернулся легко и без малейшего скрипа.

– Похоже, что замок недавно смазывали, – тихо проговорил маг и толкнул дверь. Она тоже отворилась совершенно бесшумно. Убедившись, что за ними никто не следит, они вошли в дом.

– Чтоб тебя! – ругнулся Тревельян, налетев на что-то в темноте. Он слегка засветил посох и осмотрелся по сторонам. Стало ясно, что налетел он на один из глиняных горшков, составленных почему-то прямо у входа. Да и вся остальная комната была завалена хламом: пустые коробки, деревянные ящики, рваные штаны, осколки битого стекла и непонятно откуда взявшееся чучело совы. Аккуратно пробираясь мимо этих мусорных баррикад, они прошли в дальнюю часть комнаты, где под пыльным ковром и обнаружили искомую дверь в подвал. Она была заперта. Инквизитор подергал дверь еще раз, поминая недобрым словом Вилбура, не упомянувшего об этой маленькой детали, как его оттеснила от двери Изабелла.

– Дай-ка я, – промурлыкала пиратка, с изяществом кошки присаживаясь перед замком и доставая отмычки из-за отворотов своих сапог.

Она явно знала, что делала, так как через пару мгновений дверь была открыта. Изабелла слегка поклонилась, словно ожидая аплодисментов, и сделала приглашающий жест рукой.

– Погодите, – сказал инквизитор. – Надо проверить, не использовалась ли тут магия. Да и агенты могли что-то упустить. С этими словами маг провел рукой над кристаллом на окончании посоха, отчего тот засветился неярким синеватым свечением. Тревельян наклонился над дверью в подвал.

– Здесь я никакой магии не чувствую, – через некоторые время сказал он. На всякий случай он стал осторожно ходить по комнате, перешагивая через кучи мусора, однако, ничего примечательного не обнаружил, если не считать легкой магической ауры, исходящей от чучела совы. Аура, однако, была такой неопределенной, а чучело таким старым, что вряд ли это имело какое-то отношение к объекту их поисков.

– Ничего, – объявил, наконец, Тревельян. – Давайте спускаться.

– Я иду первой, – объявила Кассандра и, не дождавшись возражений, полезла вниз. Остальные последовали за ней.

Они оказались в промозглом и сыром подвале. И тут...

– Я что-то чувствую! – объявил инквизитор. Он замер, подняв посох и словно прислушиваясь к чему-то.

– Здесь точно колдовали. И не так давно. И магия эта была совсем недоброй.

– Ты хочешь сказать, магия крови? – обеспокоенно спросила Кассандра.

– Ну магия, не магия, – не дав ему ответить, встряла Изабелла, – а кровь здесь точно есть. С этими словами она указала на бурое пятно на стене.

– Да, похоже на то, – присмотрелся к пятну Варрик. – А вот еще.

Несколько пятен поменьше обнаружились и на полу.

– Странно, что Настоятель не упоминал об этом, – задумчиво проговорил Тревельян. – Казалось бы такие пятна не так уж трудно обнаружить.

– Так или иначе, ведут они к выходу из подвала, – подытожил Варрик, и спутники двинулись за ним в сторону двери.

Подвал действительно вел в Клоаку. Дверь, через которую они прошли, скрывалась за нагромождением досок и прочего строительного мусора – если не знать, что она там, то и не заметишь. А в Клоаке кипела жизнь, но жизнь тихая, скрытная, предпочитающая тени солнечному свету. Обитатели этих трущоб шустро и абсолютно бесшумно передвигались вдоль стен и исчезали прежде, чем ты успевал их рассмотреть. Впрочем, не все из них были столь деликатны. Не успели они сделать и пару шагов, как на них из ближайшего переулка выкатился вдрызг пьяный гном. Рыгнув прямо в лицо Кассандре, он схватился рукой за стену и, пошатываясь, удалился, бурча что-то про жареных нагов.

– Добро пожаловать в Клоаку! – хмыкнул Варрик. – Лучшая часть моего города...

Кровавый след к их разочарованию оборвался у выхода.

– А что насчет магического? – спросила инквизитора Кассандра. – Ты чувствуешь что-нибудь?

– Слабый, но есть, – кивнул маг. – И ведет он в том направлении.

– Это как раз в сторону того прохода в порту! – азартно воскликнула Изабелла. – Я знаю дорогу.

– Веди, – произнес Тревельян.

Спутники молча и осторожно последовали за Изабеллой. По всей видимости, маскировку они выбрали удачную – они привлекали внимание ровно настолько, чтобы разбойники успели трижды подумать, так ли они беззащитны против старого доброго ограбления, но не настолько, чтобы запомниться в этом темном месте. Как ни странно, самым вопиющим элементом демаскировки был Варрик, а именно – его знаменитая на весь Киркволл Бьянка. Пока что она уютно расположилась за широкими плечами гнома, прикрытая каким-то хитрым полотном. Наружу торчал лишь кончик заправленных в нее стрел, что издалека можно было принять за обычную торбу, но если что, они рискуют серьезно засветиться.

«Впрочем», – подумал инквизитор, – «засветится Варрик, а не мы. Может быть, это и к лучшему? Все внимание будет на него, а мы так, мимо проходили, случайные наемники. Мало ли какие дела могут быть у наместника ночью в самом эпицентре разбойного мира? Может, он тут капусту покупает. Вряд ли кто-то решит выбить из него эти сведения силой, если даже посмеет не поверить.»

О чем думали спутники он не знал, но судя по молчанию, каждый был погружен в свои личные мысли.

Они все глубже и глубже уходили вниз и в сторону. По ощущениям казалось, что они пытаются погрузиться под Недремлющее море, хоть Тревельян знал, что они идут ровно в противоположном направлении – под город.

Ходы становились все уже и безлюднее, больше напоминая крысиные норы, чем проулки. Воды пополам с грязью, нечистотами и мусором становилось все больше, ноги увязали в них уже по щиколотки. Инквизитору казалось, что кто-то наблюдает за ними, а может быть так оно и было: за ними следили как минимум крысы. А кто знает, что за чудища могут обитать в таком месте.

Наконец, они вышли на ровную площадку размером с небольшой зал, из которого в разные стороны уходило сразу штук шестнадцать узких проходов. Откуда-то сверху сквозь решетки канализации пробивался тусклый свет луны.

– Это здесь, – Изабелла, поминутно поднимая голову, чтобы свериться с люком сверху, прошла почти точно в центр зала. – Вот сюда оно и должно было упасть. Течение здесь есть, но не слишком сильное: если унесло, то недалеко.

– Инквизитор? – повернулась Кассандра к магу

Тревельян помедлил с ответом, проверяя зал. Сделать это он мог прямо отсюда – открытое пространство давало больше возможностей, нежели узкие ходы.

– Да, есть, – задумчиво произнес он. – Здесь кто-то не так давно пользовался магией... Причем разной, – в голосе его появилось удивление, и он подошел к Изабелле, проверяя свою догадку. – Так и есть! Они оба стояли здесь, на этом самом месте, по всей вероятности, рассудив так же, как и мы, и использовали... Первый раз четыре дня назад, какая-то темная магия. Может некромантия, может магия крови, сложно сказать. А вот второй раз – не далее, как вчера, классический поиск, какой использую сейчас и я.

– У нашего противника есть свой противник? – уточнил Варрик. – Может, они друг друга и прихлопнут?

– Я бы на это не надеялся. Может они заодно, просто у первого не было времени все здесь обшарить. Он, не найдя ничего пошел... Хмм... Пошел назад. Я не чувствую больше ни на чем его магии. А вот второй, – он ухмыльнулся, – проверил каждый ведущий отсюда выход.

– Значит, посылку он умыкнул? – Изабелла отошла, давая место магу.

– Если нашел ее.

Тревельян прикрыл глаза, прислушиваясь. Течение и впрямь было слабое, и таинственный пакет, не мог уплыть далеко. На каждом из выходов у порога скапливалось приличное количество густой грязи и мусора, и посылка, вероятнее всего застряла бы где-то там.

– Нужно проверить эти «пороги», – он указал на них. На лицах его спутников одновременно отобразилась гримаса искреннего отвращения, и лишь Изабелла привычно ухмыльнулась:

– А ты знаешь, как веселиться, инквизитор

– Я в этом спец, – в тон ей ответил маг.

Через десять минут все было кончено, но результатов так и не принесло.

– Значит, ее все же забрали, – констатировала Кассандра. – Жаль. Можем уходить, здесь ничего нет.

– Наверное, но... Мне не дает покоя какая-то мысль... Вдруг мы тоже что-то упускаем?

– Ты сам сказал, что она никуда не могла уплыть! Либо она здесь, либо ее отыскали.

– Но ведь... Кассандра! – вдруг понял он – Каким нужно быть неудачником, чтобы проверить шестнадцать проходов и найти искомое в последнем?

– Он проверил их все! – дошло и до Варрика

– А значит, скорее всего не нашел того, что искал, – закончила пиратка, и они с наместником переглянулись.

– Но это значит, что... – голос искательницы обрел былую уверенность.

– Посылка сюда и не падала! – закончил Тревельян, и они все, как по команде, подняли головы вверх.

– Инквизитор, подсвети.

Маг охотно приподнял посох и камни на его навершии засияли ярким бледно-сиреневым цветом, освещая все вокруг.

Под самым потолком, аккурат под люком, но не настолько, чтобы закрыть его, была натянута плотная белая паутина. Не дожидаясь более просьб, Тревельян послал в нее электрические разряды, которые аккуратно и не поджигая, подпалили края паутины, державшие ее на стене. В то же мгновение паутина рухнула вниз, явно под весом чего-то более тяжелого, чем ее собственный.

– Посылка! – воскликнула Изабелла. – Вот она!

– Паук! – заорала Кассандра, отпихивая мага себе за спину. – Берегись!

Огромный паук, явно недовольный столь бесцеремонным пробуждением, медленно расправил свои жвальца, каждое размером с гнома, и молниеносным прыжком бросился на них.

«Пауки!» – мысленно простонал инквизитор. – «Ну почему всегда пауки?!»  Но больше времени на размышления и жалобы у него не было, вокруг уже кипела драка.

Кассандра, молниеносно выхватив щит из-за спины, долбанула им паука промеж восьми глаз. Паук ошеломленно застыл на мгновение, но особого вреда ему это не принесло. Он рванулся по направлению к искательнице, но та успела отскочить в последний момент. Острые как бритва жвалы щелкнули у нее прямо перед носом. Кассандра стала осторожно пятиться назад, подняв меч и не сводя глаз с угрожающе нависшей над ней туши. В этот момент паука отвлек Варрик, выстрелив в него одной из своих хитрых стрел. Паук вздрогнул и развернулся к гному. Стрела торчала у него из брюха, но, похоже, причиняла ему не больше неудобства, чем слону пресловутая дробина. Паук подобрался и плюнул в гнома отвратительным клейким сгустком, тот рванулся в сторону, но недостаточно быстро. Левая нога его оказалась плотно обмотана белой паутиной. Варрик принялся поспешно рвать паутину, попутно понося паука и всю его родню до седьмого колена такими словами, что тот должен бы был покраснеть и никогда больше не показываться на свет божий. Но, очевидно, разумную, хоть и непристойную, речь паук не понимал, да и краснеть он не умел. Вместо этого он продолжал неумолимо надвигаться на гнома.

– Не дайте ему подойти к Варрику! – заорал инквизитор, взмахивая посохом. Электрический заряд прошил все тело паука, фиолетовые искорки пробежали по всем восьми конечностям. Издав резкий, будто металлом по стеклу, скрежет, он поднялся на задние лапы, чего только и ждала Изабелла. Пиратка, разбежавшись, запрыгнула пауку на спину, вонзив кинжал глубоко в основание головы. Пользуясь тем, что паук, стоя на задних конечностях, демонстрировал незащищенное брюхо, спереди к нему подскочила Кассандра и рубанула мечом прямо поперек живота. Мощный удар передней лапы отбросил искательницу назад. Паук снова опустился на все конечности, но Изабелла уже успела соскочить с его спины, и теперь наносила быстрые, почти неразличимые глазом секущие удары по всем частям тела паука, до которых могла дотянуться.

– Осторожней, Изабелла! – инквизитор с тревогой наблюдал, как, увлекшись, пиратка не замечает тянущихся к ней жвал. Он взмахнул руками и выпустил вспышки электрической энергии, похожие на маленькие ракетницы, которые взрывались, попадая в тело паука. Тот дергался и скрежетал, но это только придавало ему злости. Зацепив-таки Изабеллу одним из острых когтей, которыми заканчивались его конечности, он резво пополз в направлении инквизитора.

Бум. Стрела, пущенная Варриком, по своему эффекту напоминала, скорее, копье. Вонзившись пауку глубоко в голову, она явно задела нервный узел и прекратила его земное существование.

– Вот это, ребятки, я и называю мастерский выстрел! – довольно крикнул гном, нежно поглаживая Бьянку.

Кассандра только фыркнула. Она отошла от гнома, которого прикрывала щитом, пока тот готовил свой выстрел. На лице ее играла улыбка, но она поспешно отвернулась, чтобы Варрик ничего не заметил, и принялась тыкать мечом лежащую без движения тушу паука, чтобы убедиться, что двигаться она больше не будет.

Тревельян подошел к Изабелле. Та, ворча и отряхиваясь, поднималась с земли.

– Ты как?

– Этот урод зацепил меня, смотри! – продемонстрировала она ему окровавленную руку. – Еще и шрам останется!

– А разве шрамы не украшают пирата?

– Меня украшает совсем не это, – усмехнулась Изабелла. Чтобы перевязать руку, она оторвала кусок от платка, который, по обыкновению, был повязан вокруг ее бедер, открывая взору еще больше, если это вообще было возможно.

– К черту паука! – решительно проговорила пиратка. – Что в посылке-то?

Осторожно обойдя паука, Тревельян поднял покрытую мерзкой на вид жижей посылку и попытался вытереть ее о паучью тушу, что ему, хоть и с трудом, но удалось. Таинственный пакет был не слишком большого размера, но довольно ощутим. Поколебавшись, инквизитор убрал его запазуху.

– Не здесь. Давайте сначала вернемся в дом. Изабелла, тебе нужно обработать рану, этот паук мог быть ядовитым

– Проклятье!.. Ты прав.

– Кажется, на сегодня наши поиски окончены, – Бьянка вернулась на свое место за спиной гнома, и он первым направился к выходу.

Около часа спустя они выбрались наверх, сначала в Нижний город, а после и – окольными путями, разумеется – в Верхний. Ночь еще не окончилась, и вокруг было темно и тихо, однако часы на рыночной площади возвещали, что до предрассветных сумерек осталось всего ничего.

Всей дружной компанией герои завалились в дом Варрика, который ныне занимали инквизитор с искательницей, и сгрудились в столовой на первом этаже, предварительно выложив на стол посылку.

– Никаких опознавательных знаков, обычный бумажный пакет, коих тысяча. Зачем нужно было отправлять его без гарантии, пусть и через друга? – спросил Тревельян, вскрывая пакет

– Может, он не ожидал, что она его выбросит? – Изабелла единственная сидела, обрабатывая рану найденным Варриком в спальне антисептиком.

Маг не ответил. Он перевернул пакет и в ладонь ему упал небольшая друза плотно спаянных меж собой ярко-красных шестигранных кристаллов.

В столовой повисла небольшая пауза. Каждый пытался понять, что это такое, и зачем нужно. А главное – как им его использовать?

– Что это за хрень? – выразила общую мысль Изабелла.

– Они мне напоминают кристаллы, которые вставляют в боевых големов, ради усиления их способностей, – произнесла Кассандра, рассматривая друзу.

– Если бы не цвет, я бы сказал, что это обычный горный хрусталь, – наметанным взглядом оценив камни, произнес наместник, – с камнями очень чистой воды, смотри, они все как на подбор, исключительно прозрачные. Точно не лириум, я бы узнал. Инквизитор?

Тревельян помедлил, магически ощупывая кристаллы, пытаясь проникнуть в их суть. Что это? Бомба? Или какой-то активатор? Или просто камни, в которых заряжены заклинания? Он взял друзу в руку и у него на голове зашевелились волосы. Он брезгливо разжал ладонь и камни, переливаясь при свете пламени, словно внутри них был красный туман, с глухим стуком упали обратно на стол.

– Это не камни, – он машинально поискал, чем вытереть ладонь, хоть и понимал, что она совершенно чиста. Фантомное ощущение запятнанности никак не отпускало, и, в конце концов, он нашел выход, вытерев ее о штанину. – Это кровь.

– Чья? – практично уточнила пиратка

– Понятия не имею. Но вероятно кого-то важного, раз ее так усиленно искали. Варрик, в твоем городе действительно вновь практикуют маги крови. Но хуже другое.

– Что же?

– Чтобы понять, чья это кровь, нам придется воспользоваться их услугами.

– Ни за что! – яростно отчеканила Кассандра, упираясь обеими ладонями в стол, и нависая над инквизитором. – Ты соображаешь, что несешь?! Любой маг, практикующий магию крови, должен быть немедленно задержан, а в идеале – уничтожен! Ты рискуешь запятнать репутацию Инквизиции, если начнешь их разыскивать! Тем более, что ты сам маг!

– Ну, искать мага крови, положим, не нужно... – протянула Изабелла, и, чуть пожав плечами, продолжила, когда всеобщее внимание обратилось к ней. – У нас уже есть один. Если Авелин выдаст нам ее на часок, то мы узнаем все, что нам нужно.

– А она это сделает по доброте душевной? – уточнил Варрик. Он больше не улыбался.

– Ну, пообещаем свободу. На меньшее она вряд ли согласится.

– И выпустим преступницу?

– Убедим как-нибудь

– Видел я, как вы убеждаете.

– Вы упускаете главное, – повысила голос Кассандра. – Мы не можем пользоваться услугами мага крови! Это... Недопустимо!

– Хорошо-хорошо, успокойся. Что ты предлагаешь в таком случае? – Тревельян поднял ладони верх, словно сдаваясь. Тускло сверкнула зеленым метка.

– Можно обратиться к храмовникам.

– И что это даст?

– Многое. Смотри, – она перевернула друзу, указывая на ее дно. Присмотревшись, Тревельян заметил небольшой двойной круг, больше похожий на излом породы, чем на краску.

– И что это?

– Знак Киркволлского круга магов, распавшегося пять лет назад. Сомнений быть не может – перед нами филактерия мага. И храмовники помогут нам найти его носителя.

Напряженную тишину разорвал гневный голос инквизитора:

– Какого демона? Их же все уничтожили!

– Значит, не все.

– Погоди-ка, искательница. Ты хочешь сказать, что возможно где-то в Киркволле до сих пор есть хранилище филактерий всех магов города? – Варрик с ужасом уставился на воительницу. – И какой-нибудь маг крови может запросто ими всеми управлять, даже особо не напрягаясь?

– Я не утверждаю, но это вполне вероятно. Нельзя сбрасывать со счетов также, что, возможно, это единственная сохранившаяся филактерия, очень удачно принадлежавшая кому-то ныне живому и вполне могущественному. В любом случае, нужно найти его. И для этого нам нужны храмовники.

– Мне не нравится эта идея, – мрачность наместника можно было черпать ложкой, такой явственной она была. – В этом городе слишком много храмовников ненавидят магов. Они воспользуются любой возможностью повлиять на них. А хранилище филактерий – вполне себе удачная возможно избавиться ото всех: и виновных, и невиновных, и магов крови, и обычных магов, и даже от тех, кто сейчас за много лиг отсюда. Один-единственный храмовник не отягощенный моралью – и здесь начнется резня. Снова.

– Они ничего им не сделают, Варрик.

– Ты не можешь этого гарантировать.

– Нужно принять решение, – подала голос Изабелла. Она уже закончила перевязку ноги и выглядела вполне довольной жизнью, если бы не ее взгляд – серьезный и решительный. – В обоих планах есть плохая сторона и хорошая. Наша задача будет лишь понять, что хуже: возможное – только возможное – влияние храмовников на пару сотен магов или вполне конкретная магесса крови с неизвестными намерениями на свободе. Так что же это будет? К кому обратимся? К храмовникам или магам крови?

Все трое посмотрели на Инквизитора. Именно он должен был принять решение. Как всегда.

– Мы не можем рисковать жизнями сотни магов, – отчеканил инквизитор. – Я не для того предлагал мятежным магам союз с Инквизицией на равных условиях, чтобы теперь ставить под удар магов Киркволла, из-за которых этот мятеж и начался.

– Ну, положим, не из-за всех магов, а из-за Блондинчика, – тихо пробормотал Варрик.

– Вот именно, инквизитор, мятеж! – ударила ладонью по столу Кассандра. – Маги подняли мятеж и развязали войну, которую ты, насколько мне помнится, не одобрял.

– И сейчас не одобряю, но мятеж был вызван действиями храмовников, которые чересчур злоупотребляли своей властью. Случись и теперь что-нибудь подобное, как, ну, например, КОНТРОЛЬ ХРАМОВМИКОВ НАД ФИЛАКТЕРИЯМИ, – он уже почти кричал на искательницу, – как тот же самый мятеж может вспыхнуть снова!

– Но ты же не предлагаешь всерьез отпустить на свободу магессу крови?! – не унималась Кассандра. – То, что она может натворить, по последствиям может быть сравнимо с мятежом!

– А кто сказал, что нам обязательно ее отпускать? – уже тише сказал маг. – Главное, пообещать...

– Ууу, ты хочешь ее обмануть? – восхищенно протянула Изабелла. -А что, неплохая мысль!

– Она же не дура! – фыркнула Кассандра. – Один раз вы ее уже провели, и она чуть вас не убила. Я бы была с ней поосторожней.

Искательница вздохнула и покачала головой.

– Но, похоже, ты уже все решил, и я не собираюсь тебя отговаривать. Ты знаешь, что именно эта уверенность в принятии решений мне в тебе и нравится, пусть я и не всегда соглашаюсь с твоим выбором.

– Спасибо, Кассандра, – ответил Тревельян, глядя ей в глаза.

– Так и кто скажет нашему дорогому капитану стражи, что мы забираем у нее преступницу? – прервал молчание Варрик. – А что вы все на меня так смотрите?

– Кому как не тебе умасливать нашу железную леди, – усмехнулась Изабелла. – Возьми еще Кассандру за компанию. Возможно, она вызовет у Авелин больше доверия.

– Прекрасно, – буркнул Варрик. – Я и две мрачные тетки с мечами. Что может пойти не так?

– Что ты сказал, Варрик? – прищурилась Кассандра

– Ничего-ничего, не обращай внимания.

– Ну раз с этим определились, то расходимся по кроваткам, – потянулась Изабелла, но тут же болезненно охнула и схватилась за раненную руку.

– Еще кое-что, Изабелла, – обратился к ней инквизитор. – Пока Варрик и Кассандра будут завтра уговаривать капитана, мы с тобой сходим в порт. Надо поговорить с капитаном корабля, на котором плыл наш незнакомец. Настоятель говорит, что капитан может что-то знать, но со случайными людьми он не разговаривает, а ты – личность известная.

– Ну еще бы, – хохотнула пиратка. – Так и быть, разговорю я этого молчуна. Встретимся утром в порту у памятника Защитнице. И, мечтательно улыбнувшись, она развернулась и покинула особняк.

Сны были тревожными и мрачными. Ему снилось что-то совсем запредельное: то снова пауки, гоняющие его по пустынной Тени, то лицо матери Жизель, почему-то отчитывающей его за нарушение конспирации голосом Лелианы. Под конец ему приснился дредноут, выплывающий из тумана, "Быки", погибающие один за другим на холме, а после – Железный Бык, со стеклянным взглядом, холодная фраза "Ничего личного, кадан" и занесенный над головой топор...Тревельян проснулся весь в поту и с усилием потер глаза. Приснится же такое...

В окно, наполовину занавешенное тканью, ярко светило солнце, и инквизитор мгновенно понял, что проспал – сейчас никак не раньше полудня. Сутки без сна, легли почти на рассвете, глупо было надеяться проснуться утром!

Он ругнулся и торопливо принялся одеваться, разыскивая детали одежды. Штаны, куртка, – «создатель милосердный, куда подевался второй сапог?!» – ага, вот ты где, перчатки, посох... Ничего не забыл? Нет.

Он осторожно приоткрыл дверь в комнату искательницы, но там было темно, из чего маг сделал вывод, что она еще спит. Логично, если бы она проснулась раньше, точно растолкала бы его.

Прихватив с кухни яблоко, инквизитор торопливо вышел из особняка, вгрызаясь в ароматный фрукт. Желудок, не удовлетворенный таким зверским к нему отношением, сердито заворчал.

«Привык к трехразовому питанию в Скайхолде, да? Забыл, как вы вместе с Олафом таскали обрезки теста с кухни круга? Эх, веселое было время...»

Он помрачнел, вспомнив, что стало с Олафом. Как сейчас помнит тот день, когда, проснувшись утром, не нашел его на верхней полке, а на все вопросы ему отвечали лишь «Не прошел Истязание...»

Сегодня ориентироваться в городе было намного проще, улочки не вызывали паники, и он надеялся, что хотя бы сегодня ему не придется краснеть перед Кассандрой за свое умение эпично не найти нужную дорогу.

Лестница, пересечь площадь, поворот, еще лестница, и вот он уже в порту. Инквизитор огляделся в поисках статуи, и почти сразу же увидел ее.

Хоук выглядела как живая. Где она сейчас? Она не говорила о своих планах, просто исчезла, а он не удосужился спросить. Хотя, она, кажется, упоминала о помощи Серым стражам? Да, наверняка...

Изабеллы, разумеется, здесь давным-давно не было. Тревельян изловил пробегающего мимо мальчишку, и, кинув ему монетку, спросил, где здесь имеют привычку пить капитаны.

Оказалось – все в том же знаменитом «Висельнике». Что ж, однажды нужно посетить местную достопримечательность. Ну и заодно еды купить, а то так недолго и ноги откинуть.

В висельнике было не слишком шумно. Маг сразу заметил Изабеллу за барной стойкой, неспешно о чем-то толкующую с высоким, грузным и бородатым мужчиной, который пил рюмку за рюмкой и время от времени, после очередной рюмки залпом, басовито удовлетворенно крякал и нюхал крошечный огурчик. Он хотел было подойти, но вовремя заметил, как она машет ему рукой, мол, иди отсюда, не мешай. Ну что ж. Не маленькая, сама выведает, все, что нужно, он и в самом деле будет только мешать.

Инквизитор уселся за столик, всем видом показывая готовность выложить кучу денег, и мгновение спустя к нему подошла миловидная официантка, которая и получила заказ еды – и побольше – сейчас, и полную корзину снеди с собой. Кассандра явно оценит.

Получив плату вперед, девушка унеслась на кухню, и вскоре перед ним стояло ароматно пахнущее блюдо с мясным рагу и чашка с каким-то слабоалкогольным фруктовым напитком. Не став привередничать, Тревельян принялся за еду, время от времени искоса поглядывая на Изабеллу.

– Не полощи мне мозги, Уорхеб, – донесся до инквизитора голос пиратки. – Тех денег, что ты выручил за треску, едва бы хватило, чтоб оплатить долг Косорылому Микулу. После того, как ужесточили таможенные правила, вы с командой неделями сидели на мели, а тут ты пьешь в таверне с самого утра, да и сапожки новые прикупил. Откуда навар?

– Да говори ты потише! – шикнул на нее Уорхеб. – Про тот долг никому не известно было, кто тебе сказал?

– Птичка одна напела. Так что если хочешь заткнуть ей клювик, прекрати тянуть кота за яйца и говори, о чем спрашиваю.

Капитан потянулся было к очередной рюмке, но смуглая рука Изабеллы быстро накрыла ее и отодвинула подальше.

– Неприятностей ищешь, Изабелла? – вздохнул Уорхеб. – А ежели найдешь? Девки-то твоей, я слыхал, нет в городе.

– А это тебя не касается, – в обманчиво ласковом голосе пиратки послышались угрожающие нотки. – Тебе что за печаль, если у меня неприятности будут?

– Так если б только у тебя! Тот тип хорошо мне заплатил за молчание, а вид него был такой, что я бы на твоем месте трижды подумал, прежде чем перебегать ему дорогу.

– Ну все, это становится скучно, – недовольно протянула Изабелла. – Выбирай, Уорхеб: или ты мне все расскажешь прямо сейчас, или ты позавидуешь тому коту, потому что твои яйца коснутся земли прежде, чем ты успеешь сказать стоп-слово. – Изабелла продемонстрировала громиле маленький, но очень острый даже на вид нож, который недвусмысленно был направлен ему между ног.

– Убери свою зубочистку, – Уорхеб-таки выхватил рюмку и опрокинул ее содержимое одним быстрым движением. – Говорить там особо нечего. Видел-то я его только мельком. Напросился он к нам на корабль в Джейдере. Там тогда жара стояла, а он в плаще и капюшоне и рожа платком замотана. Я обычно таких не беру, может он, холера его дери, заразный. Но купец, с которым мы договаривались о выгодной продаже свиного сала, откинул копыта. А ведь такое сало хорошее было!

– Меньше сала, Уорхеб, больше дела. Дальше что?

– Ну заплатил он вперед и неплохие деньги, так что я взял его на борт. Он дергался все, высматривал на берегу кого-то и давай нудеть, чтоб, значит, пораньше отплыли. Ну раз с салом не вышло, мы и отплыли. Больно уж там деньги большие дерут за швартовку, в Джейдере этом. Замотанный этот всю дорогу до Киркволла в каюте проторчал. Я ему, как-то стучу в дверь, мол, смотрите, господин, какой вид открывается, а он как заорет, чтоб убирался я, значит, отседова.

– Дай угадаю, – усмехнулась Изабелла, – ты его, конечно, не послушал.

– Да не, как раз-таки послушал. Стою, значит, у двери и слушаю, чего у него в каюте делается. Разговаривал он там с кем-то, во. – Уорхеб добрался до очередной рюмки, язык его уже начинал заплетаться, а глаза косить в разные стороны.

– С кем? О чем они говорили? – поторопила его Изабелла.

– Да не могло там никого быть! – сердито взмахнул огурцом Уорхеб. – Не под плащом же он его пронес. А о чем говорили, я не важно-то понял. Что-то про месть, про ритуал, про филатерию какую-то.

– Филактерию?

– Может быть, я уже и не помню. А вот еще, судя по голосу, местный он.

– Кто?

– Да пассажир этот. Из Киркволла он, точно тебе говорю. А второй голос я толком и не расслышал, но какой-то он был... нечеловеческий... жуткий... брр – передернулся капитан.

– Что ж Уорхеб, спасибо за рассказ, – поднялась Изабелла. – Я бы на твоем месте собрала команду и валила из Киркволла ко всем чертям. Говорят, в Оствике сало сейчас дорожает.

– Так оно стухло уже, – уныло пробасил капитан, делая бармену знак подать еще бутылку.

Изабелла, покачивая бедрами, прошествовала к выходу, незаметно подмигнув Тревельяну. Тот, подхватив корзину с едой, вышел за ней.

Пиратка дожидалась его за поворотом. Скептически оглядев его корзинку и сообразив, что с нею долго не побегаешь, она взяла курс на поместье Варрика. Инквизитор шел за нею, размышляя об услышанном.

– Уорхеб глуховат, говорит громко. Ты все слышал?

– Кроме начала.

– О, уверяю, там не было ничего интересного. Большую часть утра я его спаивала, подмешивая в каждую рюмку гномьего эля в преизрядном количестве. Ну... Не самостоятельно, конечно.

– По крайней мере, теперь мы знаем, что это мужчина и киркволлец. Негусто.

– Лучше, чем ничего.

– И то верно. Выходит, зря мы его ищем как новенького в городе, нужно искать того, кто недавно вернулся.

– Я доложу Варрику.

– Сходим вместе.

Незаметно пролетела дорога и они подошли к дому. Тревельян оставил корзину на кухне и прислушался. Кассандра все еще спала. Это уже было странно. Она еще в Скайхолде удивляла его своею неутомимостью и привычкой рано вставать, а здесь перевалило за полдень, а она ни сном, ни духом.

Тревельян поднялся наверх и негромко постучал в дверь искательницы.

– Кассандра, – позвал он, – ты проснулась?