Текст книги "Магическое фотоателье попаданки (СИ)"

Автор книги: Юки

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)

Глава 38

Холод лезвия у кожи жег не хуже огня. Я дышала медленно, боясь, что рука мужчины дрогнет, и лихорадочно искала хоть малейшую возможность вывернуться. Но без магии я была беспомощна.

Грохот из коридора, словно там что-то рухнуло, оглушил меня. И я ойкнула, когда Арнест дернулся, царапнув мне шею. Кожу обожгло болью, и по ней потекла тонкая струйка крови. А дверь в зал распахнулась, со стуком влетая в стену.

Я чуть не разрыдалась, увидев на пороге Дэвида. Взволнованного, растрепанного, с горящими яростью глазами. Он нашел меня взглядом, и я всхлипнула. А потом Мелтон посмотрел на Арнеста, и меня опалило той ненавистью, с которой он посмотрел на него.

Рядом с ним встал Фрост и еще четверо его людей. У всех в руках блеснули стальные револьверы.

– Отпусти ее, Гарольд, – голос Дэвида был низким и жестким. – Иначе никто из вас не уйдет живым.

Ректор только рассмеялся, и смех эхом разлетелся по залу.

– Вы и вправду думаете, что сможете мне противостоять? – в его голосе было презрение, будто он разговаривал с жалкими червями у себя под ногами. – Оружие вам не поможет.

Фрост медленно перевел прицел с одного врага на другого, но никто из них даже не дернулся. Дэвид же не сводил ствола с ректора, но я заметила, как дрогнула его рука.

– Я верил тебе, Гарольд. Мы же, черт побери, были друзьями!

– Друзьями? – Арнест усмехнулся. – Я просто использовал твою дружбу. Было… удобно.

Эти слова резанули Дэвида, и я видела, как его лицо потемнело.

– Брось оружие, – приказал ректор. – Или я убью ее прямо сейчас.

– Не смей! – выкрикнула я, сердце колотилось в ушах. – Если ты бросишь, он убьет нас всех!

Мы смотрели друг на друга – я, вцепившаяся в его взгляд, и Дэвид, с этим странным выражением на лице, словно уже сделал выбор.

– Я не могу… тебя потерять, – покачал он головой.

Звук металла о каменный пол разнесся по залу. Револьвер упал прямо у ног Арнеста. Ректор склонился, подобрал оружие и лениво покрутил его в пальцах.

– Вот и умница, – произнес он, глядя на Дэвида так, будто тот был его адептом, сдавшим контрольную на отлично. – Жаль, что твоя доброта – твоя же слабость.

– Отпусти ее, Гарольд, – тихо сказал Фрост. Его револьвер все еще был поднят и направлен прямо в лоб одному из подельников Арнеста. – Ты же знаешь, иначе тебе не уйти отсюда живым.

– О, я знаю, Генри, – Арнест прищурился. – Но даже твои пули не помогут, если я воткну этот кинжал ей в горло.

Лезвие прижалось сильнее, и я почувствовала, как по шее снов потекла кровь.

Девушки за моей спиной сжались в кучку, Лия всхлипнула, но не двинулась. Сыщики стояли полукругом у входа, выжидая, и все время казалось, что вот-вот кто-то сорвется. Например, Дэвид, который, казалось, сейчас просто взорвется от ярости.

– Знаешь, что самое интересное? – Арнест говорил почти доверительно, как будто мы сидели за чаем. – Я ведь мог бы вас всех оставить в живых. Но ты, Хелен, слишком опасна. Даже без магии.

– Тогда зря ты меня обезоружил, – выдохнула я. – Потому что я все еще могу тебе помешать.

Его усмешка была как сталь.

– Попробуй.

И в этот момент я заметила, как Дэвид, стоящий всего в двух шагах от одного из злодеев, медленно сжал кулак, в котором что-то блеснуло.

Арнест этого не видел. Дэвид действовал так быстро, что я едва успела понять, что происходит.

Резкий шаг вперед – и блеснувший в рукаве маленький кинжал вонзается в бок ближайшему мерзавцу. Тот оседает, хватаясь за рану, и в ту же секунду Фрост и его люди открывают огонь. Грохот выстрелов оглушает, пороховой дым тут же наполняет зал. Бандиты падают один за другим, кто-то кричит, кто-то роняет оружие.

Арнест дергает меня, пытаясь заслониться, но я вцепляюсь в его запястье обеими руками и со всей силы бью его локтем в ребра. Он шипит, но кинжал не отпускает.

– Дэвид! – кричу я.

Он бросается к нам, перехватывает мою руку и рывком вырывает меня из хватки ректора. Дрожа от пережитого, я падаю прямо в его объятия, а Арнест, пошатнувшись, отступает назад, заслоняясь кинжалом от подступающих сыщиков.

– Живее! – орет Фрост. – Выводите девушек!

Лия подхватывает меня под руку, мы вместе тащим двух ослабленных пленниц к выходу. Сзади слышен шум схватки – удары, выстрелы, чьи-то крики.

Но шагнув за порог зала, я поняла, что все не так просто – где-то впереди загрохотало, и пыль посыпалась с потолка.

– Он рушит коридоры! – догадался Фрост. – Не дайте ему уйти!

Я обернулась – Арнест, истекающий кровью, но живой, поднял руку с каким-то предметом, сияющим желтым светом.

Глава 39

Мы с Дэвидом мчались по узкому каменному коридору, спотыкаясь о неровный пол. Фрост и сыщики остались прикрывать выход для девушек, а мы гнались за Арнестом, чья тень мелькала впереди, то пропадая за поворотом, то снова появляясь.

– Уйдет! – зло выдохнул Дэвид, сжимая кинжал.

Коридор раздваивался, и мы свернули в правый проход. Он был темнее, и в его тенях вполне мог спрятаться Гарольд. Кажется, мы даже слышали какие-то звуки оттуда.

И вдруг яркая вспышка озарила тьму, а в следующий миг я вдруг почувствовала, что магия снова работает. Чудотворная энергия вновь потекла по венам, но прежде, чем я успела среагировать, Дэвид шагнул вперед и закрыл меня собой.

Что-то прогремело, в ушах зазвенело. А мужчина пошатнулся, роняя кинжал, и рухнул на каменный пол.

– Нет! – вырвалось у меня испуганное. – Дэвид!

Я опустилась рядом, дотронувшись до его шеи, и едва нащупала пульс. Лицо мужчины побледнело, дыхание было еле слышным, и у меня снова по щекам потекли слезы.

– Ну что, довольна собой? – издевательски бросил Арнест, выходя из тени. – Из-за тебя он умрет.

Что-то внутри меня оборвалось. Страх и отчаяние смешались, вытесненные яростью. Я поднялась, сжимая кулаки, и почти шепотом приказала своей силе, вложив в приказ всю ненависть:

– Убей его! Распыли на атомы!

Магия откликнулась мгновенно, как будто только и ждала команды. Вокруг меня воздух заискрился, стены дрогнули, а в следующую секунду тело Арнеста разлетелось в облако серой пыли, осыпавшейся на каменный пол. Наверное, он такого не ожидал.

Я едва удержалась на ногах. Сил не осталось, мир поплыл перед глазами. Я упала рядом с Дэвидом, вцепившись в его руку. И последней мыслью перед тем, как тьма поглотила меня, было: «Только бы он выжил».

Я очнулась не сразу, словно пробираясь сквозь вязкий туман. Сначала возникло ощущение мягкой подушки под головой. Потом – знакомый запах трав и алхимических реагентов.

Дом Зериуса.

Слабый свет пробивался сквозь шторы. Я моргнула, пытаясь вспомнить, как сюда попала, и тут же в груди сжалось.

– Дэвид… – выдохнула я.

– Тише, – раздалось рядом.

Повернув голову, я увидела Фроста, стоящего у стены, скрестив руки. Он выглядел уставшим, но в его взгляде было что-то мягкое.

– Он жив, – сказал он, словно прочитав мою мысль. – Твое счастье, что удар магии пришелся вскользь. Вовремя подоспели мои ребята, иначе все могло кончиться хуже.

Я выдохнула, чувствуя, как из глаз льются горячие слезы – впервые за все время они были от облегчения.

– Где он? – спросила я, сев. Голова кружилась, но это уже не имело значения.

– В соседней комнате, – Фрост кивнул. – Отдыхает. Но, Хелен… ты понимаешь, что сделала?

– Понимаю, – я сжала одеяло. – И не жалею.

Он хмыкнул, но ничего не ответил.

Через минуту в дверях показался Зериус. Его брови были сдвинуты, в руках – кружка с чем-то горячим.

– Очнулась, ведьма, – буркнул он. – Пей. И больше так не делай, а то из тебя выжмут все силы, и обратно не соберешься.

Я взяла кружку, но спросила только одно:

– Я могу его увидеть?

Я толкнула дверь соседней комнаты.

Там было тихо, лишь легкий скрип половиц под моими шагами и ровное дыхание Дэвида, лежащего на кровати. Он открыл глаза, как только я подошла.

– Ты жива, – сказал он так, будто все это время сомневался.

– И ты, – я села рядом, глядя на него. – Я думала, что…

– Я тоже, – перебил он тихо, глянув на меня так, что дыхание перехватило. – Когда то заклинание ударило, я… единственное, о чем думал – только бы с тобой все было в порядке.

Я улыбнулась сквозь слезы.

– Ты дурак, – прошептала я. – Ты же мог погибнуть.

– Но не погиб. Значит, все сделал правильно.

Он взял мою руку, и я почувствовала, как его пальцы дрожат. Не от слабости – от того, что мы оба до сих пор не отошли от пережитого.

Мы долго молчали, просто глядя друг на друга. И вдруг он сказал:

– Я тебя люблю, Хелен.

Просто. Без пафоса, без лишних слов.

Я сжала его ладонь в ответ и уткнулась в его плечо.

– И я тебя, Дэвид.

Глава 40

Через пару дней мы уже оба могли ходить, пусть Дэвид еще немного хромал, а я чувствовала слабость при каждом резком движении.

В кабинете Зериуса собрались почти все, кто был в том подземелье: Фрост, несколько его людей, Дэвид и я. На столе, среди свитков и банок с реагентами, лежал кристалл – тот самый, кроваво-красный, только теперь его свет был тусклым.

– Он больше не опасен, – сказал Фрост, кивая на кристалл. – Но в нем все еще много накопленной энергии.

– И что вы с ним сделаете? – спросила я.

– Используем во благо, – ответил он. – Перенаправим силу на лечение и восстановление. Так хоть жертвы девушек будут не напрасны.

Я молча кивнула. Это было лучше, чем просто уничтожить его, но все равно внутри оставалось тяжелое чувство.

Зериус, стоявший чуть в стороне, хмыкнул и добавил:

– Моя мечта о философском камне на этом закончена. Не хочу, чтобы кто-то когда-либо снова шел по такому пути.

Я посмотрела на него – впервые за все время в его голосе не было ворчливой иронии. Только усталость и что-то похожее на облегчение.

– И правильно, – тихо сказала я. – Некоторые вещи слишком дорого обходятся.

Жизнь постепенно вернулась в привычное русло. Правда, теперь я не могла смотреть на все теми же глазами.

Я снова открыла наше фотоателье на заднем дворе Зериуса. Лия, оправившаяся от пережитого, помогала с заказами, а новенькая помощница оказалась на удивление толковой. Люди шли один за другим – и бедняки, и зажиточные горожане, и даже парочка любопытных аристократов.

Я решила: фотографии будут доступны всем. Не важно, сколько у человека денег. Если кто-то не может заплатить – получит снимок в подарок.

Для этого я начала работать над упрощенной версией магического объектива, чтобы им мог пользоваться любой – без долгого обучения и редких компонентов. Зериус ворчал, что я опять «маюсь ерундой», но помогал с зачарованиями, хоть и делал вид, что его уговаривают.

Когда я в очередной раз стояла в своей мастерской, окруженная чертежами, кусками стекла и банками с реактивами, то поймала себя на мысли: «Да, я больше не та, что пришла сюда из другого мира. Но и останавливаться я не собираюсь».

День был обычный – шумный, загруженный, и я как раз уговаривала Лию не тратить все деньги на сладости, когда дверь ателье распахнулась.

На пороге стоял мужчина лет пятидесяти, в дорогом, но неброском костюме. По его виду сразу было понятно – человек из высших кругов, и не просто так. Он окинул помещение взглядом, остановился на мне и чуть кивнул.

– Вы Хелен? Та самая, что придумала эти… фотографии?

– Да, – осторожно ответила я.

– Мое имя сэр Эдмунд Рейвелл. Я управляю одним из крупных издательств столицы. Мы хотим, чтобы вы сделали серию снимков для новой хроники города. Это будет… первый в истории иллюстрированный альбом с видами и людьми столицы.

Я замерла. Это был не просто заказ – это была возможность сделать фотографии известными по всему королевству.

– И, – добавил он, заметив мое молчание, – оплата будет щедрой. Очень щедрой.

Лия едва не подпрыгнула от радости, а я, сохраняя серьезное лицо, кивнула:

– Давайте обсудим детали.

Внутри же все кипело от восторга. Похоже, мои фотографии действительно станут доступны каждому…

Глава 41

Фотография изменила столицу. Газеты больше не печатали только рисунки – теперь на первых полосах появлялись настоящие лица и события. Магические объекты, портреты, даже хроники войн – все это оживало.

Мое имя знали почти все. И чем больше было заказов, тем меньше времени оставалось на что-то еще… и на кого-то.

Я ловила себя на том, что неделями не видела Дэвида. Мы обменивались записками, короткими встречами между делами, но это было не то.

А потом, в один из особенно загруженных дней, дверь моего ателье распахнулась. На пороге стоял он – в безупречном костюме, с тем самым выражением, от которого у меня всегда чуть учащалось сердце.

– Мы уходим, – сказал он, не терпя возражений. – Сейчас же.

– Дэвид, у меня…

– У тебя все успеется. А меня ты давно не видела.

Он посадил меня в экипаж, и мы поехали за город. Я пыталась угадать, куда, но он лишь улыбался.

Мы остановились на берегу реки. Там, в тени развесистых деревьев, был накрыт стол, звучала тихая живая музыка, и несколько слуг ждали нас с вином и блюдами.

Я обернулась к нему, пораженная.

– Что все это значит?

Он взял меня за руку.

– Это значит, что ты уже сделала для мира достаточно. Пора подумать о себе. И о нас.

И достал маленькую коробочку.

– Хелен, ты мне нужна. Всегда. Выходи за меня.

Я почувствовала, как глаза наполняются слезами.

– Да… – выдохнула я. – Да!

Свадьба в поместье Мелтона была шумной, веселой и немного хаотичной. Лия сияла, Зериус ворчал, что не любит подобные сборища, но все равно выглядел довольным. Фрост пожал руку, пожелав «мирной жизни», а Стейн ухитрился под шумок вручить нам не подарок, а подписанный контракт на «эксклюзив» о свадьбе.

А потом было много важных аристократов, и все они требовали внимания к своей персоне. А после них – еще гости, и каждый желал сфотографироваться с женихом и невестой.

Я устала на втором часу торжества, и когда Дэвид заметил, что на мне лица нет, то просто сгреб меня в охапку и утащил с праздника, перепоручив гостей Зериусу с Фростом.

Мы уединились в покоях Дэвида, закрыв дверь на ключ. Только мы вдвоем, без свидетелей и лишних слов. И в этот раз мужчина не сдерживался. А я… я радовалась, что больше не надо соблюдать приличия и правила. И, наконец, почувствовала себя по-настоящему счастливой.

В эту первую брачную ночь мы дали друг другу новые клятвы – о том, что несмотря ни на что, мы всегда будем рядом. И это было единственное, что имело значение.

Эпилог

Прошло пять лет.

Фотоателье, зародившееся когда-то в старом сарае за домом Зериуса, стало целой сетью мастерских по всему королевству. Теперь фотографии были в каждом доме – от хижины бедняка до королевского дворца. Мою фамилию знали даже в дальних деревнях, а в столице дети играли в «фотографов».

Мы с Дэвидом жили в его городской усадьбе и часто уезжали в поместье на берегу той самой реки, где он сделал мне предложение. Там же мы устраивали семейные праздники, собирая друзей.

Лия открыла лавку редких товаров вместе с отцом, а ее муж оказался весьма толковым магом света, который помогал нам в съемках. Она смеялась, что все началось с того дня, когда я пришла за реагентами.

Фрост стал начальником сыскного бюро, и иногда приезжал к нам с женой и детьми. Он до сих пор говорил, что фотография в расследованиях – незаменимая вещь, и каждый раз гордился тем, что был в числе первых, кто оценил мое изобретение.

Уильям Стейн… остался собой. Он продолжал охотиться за сенсациями, но всегда присылал нам экземпляры газет, где упоминалось наше фотоателье.

Зериус прожил дольше, чем сам ожидал. Он так и не вернулся к мечте о философском камне, но его имя вошло в историю как великого алхимика и наставника. Иногда он все еще ворчал, что я отнимаю у него слишком много времени, но улыбался, когда думал, что я не вижу.

А я… Я знала, что из того мира, где родилась, я бы никогда не увидела всего этого. И, глядя на Дэвида, на друзей, на фотографии, что хранили наши моменты, я понимала – здесь мое место.