Текст книги "Драксон: Полное погружение (СИ)"

Автор книги: Тони НеБухай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Часть вторая. Фашен. Глава 21

Стого ударил кулаком по земле и от горя на его глазах показались слезы, как вдруг он почувствовал на плече чью-то руку. Подняв глаза, он увидел улыбающегося Голге.

– Все хорошо, – бодро заявил парень, в другой руке он держал лук. – Он ее спас, так что все будет хорошо!

– Кто – он? – не понял Стого.

– Да Кассетто ваш, кто ж еще? – удивился парень. – Сам смотри!

Оказалось, Голге с Багряным успели как раз вовремя. Первый сделал несколько выстрелов, изменивших траекторию ближайших к девушке самых опасных камней. А за это время Кассетто оказался около Завы и здоровой рукой отбил все остальные. Так и получилось, что они смогли выбраться невредимыми, несмотря на все «возражения» со стороны здания.

Зава даже не успела приземлиться, крылья без предупреждения пропали, и она повалилась на землю. К счастью, высота небольшая, и девушка почти не пострадала. Остальные в изнеможении упали рядом. У них получилось! На площади перед мэрией начинала собираться толпа, привлеченная шумом обрушившегося здания. Лица некоторых были знакомы. Тут оказались те, что раньше наблюдали за боем Завы с Загорто, а также несколько шахтеров, последовавшие за Кассетто с Голге, намереваясь помочь неизвестным освободить город. Но большинство еще не знало, что происходит и с интересом пытались рассмотреть на четыре силуэта на земле, скрытые в облаке пыли от разрушенного здания. На несколько секунд воцарилась тишина, все смотрели то на храбрую четверку, то на обломки мэрии и не смели двинуться с места. Вдруг из толпы, расталкивая жителей, бодрой походкой вышел человек и подошел к людям, лежавшим на земле.

– Значит, ты все-таки сделал их, а, парень? – спросил он Стого. – Что ж, думаю, с меня вкусный ужин и ночлег и для тебя, и для твоих товарищей. Ты есть-то еще не расхотел?

– А как же, дяденька! – хитро заулыбался Стого, узнавая в незнакомце утреннего трактирщика. – Весь бой вспоминал вашу картошечку, даже поджарился немного из-за этого!

– Ну, это мы быстро поправим, – вмешалась Зава, с усилием приподнимаясь. – Я же ваш лекарь, так что давайте, показывайте, что у вас, лечить буду.

Порядком вымотанная девушка, закусив губу, справилась и с ожогами, и со сломанной рукой, и с задетой дротиком ногой. Трактирщик и весь город молча наблюдали, как их герои оживают, веселеют и поднимаются на ноги. Пять минут, и все они снова здоровы и полны сил. Все, за исключением Завы, которая после сеанса лечебной терапии чуть не потеряла сознание от усталости и слабости прямо на улице.

– Эй, чего стоите? – тем временем набросился непоседливый Радо на замерших жителей. – Вы тоже приходите к нам с дедушкой, отпраздновать будем!

И тут люди ожили, зашевелились, зашептались, послышались радостные крики. Несколько человек подбежали к четверке героев, подняли их на руки и отнесли в трактир, где уже вовсю кипела работа. Стого настолько впечатлил Радо, что тот убедил дедушку готовиться к пиру заранее. Поэтому, когда их занесли, столы и стойка ломились от яств, состряпанных помощниками трактирщика. Стого и Кассетто тут же набросились на еду, а Столсен прямо с набитым ртом принялся рассказывать изумленным жителям историю своих подвигов. Зава обратила внимание, что Голге забился в угол и не присоединяется к общему веселью. Девушке это было на руку, потому что она сейчас хотела сесть или даже уснуть, да и разговор к нему был. Еле дойдя до темного угла, она плюхнулась на пол, привалилась к стене и с блаженством закрыла глаза, радуясь заслуженному отдыху. Еще бы, теперь можно спокойно расслабиться и не бояться за жизнь!

– Думаю, тебе стоит пойти с нами! – предложила она Голге, после небольшой передышки.

– Почему? – тут же встрепенулся Ронтер.

– Знаешь, когда вы с Кассетто ушли, через некоторое время пришли бандиты за твоей матерью. Они хотели заставить тебя сдаться, угрожая расправой над ней. Понимаешь, к чему я клоню?

– Нет, – удивленно заморгал парень, а потом слегка встревоженно добавил: – С мамой-то все хорошо?

Зава положила ему руку на плечо, улыбнулась и продолжила:

– Может быть, я лезу не в свое дело, но все же должна спросить: ты говорил, они убили твоего брата, как это случилось?

Голге опустил голову и замолчал, Зава тоже молчала, наслаждаясь отдыхом и давая время парню собраться с мыслями.

– Это случилось через пару месяцев после того, как мы ушли в леса, – наконец начал он. – В тот день все шло как обычно, мы обнаружили две группы бандитов и решили их перебить. Мой брат, Яскенд, должен был разобраться с большим, а я – с меньшим, вот мы и разделились. В этом не было ничего необычного, мы уже так делали, и всегда все шло хорошо. Я даже не переживал за брата, ведь он намного сильнее и опытнее меня, понимаешь? И вот, когда я выполнил свою задачу, которая оказалась почему-то намного легче обычного, случилось что-то странное. Я уже был готов идти, как до меня донесся запах гари. Я взобрался на вершину самой высокой в округе сосны и увидел страшную картину: весь участок леса, где находился брат, был объят пламенем. Я похолодел от ужаса и бросился на выручку, но когда пришел… увидел только несколько тел убитых им бандитов, парочку его стрел, а чуть дальше пепелище и больше ничего, брат пропал. Большой участок леса сгорел дотла, как будто там много дней бушевал пожар, поэтому от брата ничего и не осталось. До сих пор не знаю, что там произошло, и кто убил Яскенда. Точно не знаю, но вряд ли кто-то из тех ничтожных бандитов обладал такой силой, чтобы все так основательно сжечь. В общем, одни загадки…

Зава удовлетворительно кивала, все было так, как она и предполагала.

– Понимаешь, они все это время знали, что та старушка – твоя мать, знали, что через нее могут повлиять на тебя, но почему-то не сделали этого! Ты доставил им массу неприятностей, но на тебя так и не начали охоту. Как думаешь, к чему бы это?

– Не понимаю… – озадаченно глянул на нее Голге, это в голову ему не приходило.

– Я думаю, – перебила его Зава немного нерешительно, слегка задумавшись, а потом вдруг затараторила: – Я думаю, твой брат жив и как-то со всем этим связан! Именно из-за него они тебя не трогали, понимаешь? Именно поэтому ты не смог найти его тело. Думаю, тебе лучше пойти с нами и во всем разобраться! Возможно, я делаю слишком поспешные выводы и Яскенд все-таки мертв, но что-то тут явно не так. Если ты пойдешь с нами, сможешь разобраться с этим и понять, что же случилось на самом деле в тот день. Что думаешь?

Голге просиял.

– Знаешь, совсем недавно я просил Кассетто взять меня с собой, а теперь… теперь у меня есть не просто желание помочь вам, но и стимул бороться с «Драксоном»! Все эти месяцы я заставлял себя верить, что брат жив, но боялся дать волю ложным надеждам, а после этого разговора… я снова убежден, что мой брат не в объятьях Сора! Он слишком хорош, чтобы так просто умереть! Знаешь… спасибо тебе!

Зава подмигнула парню и закрыла глаза, собираясь уснуть прямо здесь. Она была довольна, что все кончилось, и они помогли жителям города. Теперь девушка не чувствовала себя слабой и бесполезной. Конечно, с крыльями не все пока понятно, да и других вопросов хватало. Насколько она знает, каждый орден обладает какой-то одной способностью, а тут… Она может и лечить, и толкать, да еще и эти крылья… К чему бы это? Наверное, эти крылья – это отталкивающая сила, воплощенная в такой форме. Она не летает в обычном смысле этого слова, она просто отталкивается, что позволяет не падать и при этом перемещаться. Что ж, нужно спросить об этом у дедушки, он точно обо всем знает, а сейчас стоит выспаться.

Голге же, после того как ему подмигнула Зава, слегка смутился, отвернулся от нее и посмотрел в зал. В трактире шумно, Стого и Кассетто вовсю празднуют, но это не помешало Ронтеру тоже уснуть рядом с Завой уже через пять минут после их разговора.

На дворе уже была ночь. Кассетто быстро наскучили разговоры с местными, поэтому он устроился у стола, спокойно наблюдая за общим весельем и сам не заметил, как заснул. Стого, который продержался дольше всех, вырубился прямо на середине фразы, рассказывая очередную забавную историю. Оставшиеся покинули трактир, и гуляния продолжились до самого утра, отдыхали и веселились все, от маленьких детей до глубоких стариков. Кто-то собрался на главной площади у развалин мэрии, кто-то засел в трактирах, все развлекались на свой лад. Свобода, возможность не бояться завтрашнего дня – это опьяняло тех, кто еще вчера считал, что насилию и произволу не будет конца. Теперь люди самозабвенно отдавались веселью, также как еще вчера страху. Наконец, под утро они устали и начали расходиться по домам.

Первым, как всегда, проснулся Стого. Он огляделся, пытаясь понять, что происходит и тут же заметил улыбающееся лицо Радо и тарелку с картошкой рядом с собой. Столсен так накинулся на еду, что и не заметил, что его друзья тоже проснулись и приступили к завтраку. Оказалось, кто-то уже успел распорядиться, и их вещи из дома Голге принесли сюда. Нашли даже спрятанный в соломе чемоданчик Стого. Добрый трактирщик, которого уже успели сделать мэром города, дал им в дорогу запас провианта и рассказал, как быстрее добраться до Матерей Бумеранга. Несмотря на раннее утро, их провожало очень много народу, все, кто еще не успел разбрестись по домам.

– О, а ты с нами? – спросил Стого у Голге, когда они подходили к окраине города. – Слышал, ты вчера натворил много всякого, да? Ну, я только рад буду, дружище!

Зава подмигнула смутившемуся парню, как вдруг почувствовала у себя на плече чью-то руку. Она в удивлении обернулась и увидела старушку, мать Голге.

– Ты это, прости старую, – выдала женщина пристыженно. – Не думала, что четыре человека справиться с такой оравой смогут… Слышишь, присмотри за моим сыном, хорошо? И если про старшенького что узнаешь…

– Конечно, – улыбнулась Зава на прощание смущенной женщине. – Мы не дадим его в обиду, можете быть уверены!

От такого Голге насупился и немного обиделся, но почти сразу смирился, понимая беспокойство матери. Он обнял ее на прощание, пообещал обязательно вернуться и брата с собой привести, если найдется. Скоро Ронтер нагнал новых товарищей, которые успели уйти немного вперед. На выходе из города, все четверо оглянулась и напоследок помахали ликовавшим жителям. Как же приятно ощущать их умиротворенность, счастье и надежду на светлое будущее. Ради этого стоит жить.

Но никто, ни один из жителей, никто из четверки даже не заметил, что за ними наблюдают. На одном из деревьев сидел Ленто. Он мог убить их всех сейчас, но пока не хотел этого делать, слишком уж интересно, чем все кончится. Задул ветер, и Стого поднял голову, но увидел лишь несколько листиков, закружившихся в потоке воздуха и уносящихся вдаль. И вдруг в глазах у него потемнело, и он стал куда-то стремительно падать…

Сашок открыл глаза, и в них тут же ударил яркий свет. Парень зажмурился и несколько секунд привыкал. Тело по-прежнему болело, но сегодня хуже не стало, и это радовало.

– Вы так хорошо продвинулись! – профессор был возбужден. – Александр Юрьевич, вы просто созданы для этой игры! Я уже начинаю думать, что у вас все получится!

– Ага, – буркнул парень. – В вашей шарашкиной конторе я не сдохну!

Профессор Павлов опустил глаза и смущенно закашлялся.

– Что, академик, не привыкли работать с такими, как я? Да не боитесь, я не отморозок, – гоготнул Сашок.

– За что вас сюда отправили? – отворачиваясь, спросил профессор.

– За убийство, за что же еще? – пробурчал парень.

И это чистая правда. Сашок – уголовник и по решению суда приговорен к смертной казни, но перед этим ему предложили сделку. Дело в том, что «Полное погружение» считалось перспективным проектом на благо страны. Вот только из-за возможной смерти игроков, создание игры пришлось официально свернуть. Разработчик не хотел отказываться от идеи и готов был на любые жертвы, а чиновники увидели в этом выгоду, вот и организовали закрытую секретную лабораторию. Начали тестировать на бомжах и наркоманах, но быстро поняли, что это бесполезно – в игре они быстро умирали, даже не понимая, что происходит. Видимо, уровень умственного развития сильно влиял на возможности персонажа. Следующими в расход пошли заключенные, которые с радостью подписывали контракт. Еще бы, если пройдешь игру, тебе обещали амнистию! И ради этого стоило рискнуть. Интересно, эти чинуши сдержат слово? Ладно, придется верить, все равно другого варианта нет…

Часть третья. Матери Бумеранга. Глава 22

До замка Матерей Бумеранга путь предстоял неблизкий, поэтому у Стого и его новых друзей на путешествие ушло полных десять дней. За это время им удалось не влипнуть ни в какие неприятности, несмотря на все старания Столсена. Ребята обходили стороной города и шли не по главному тракту. Им встречались лишь редкие путники да бродячие торговцы. Стого не нравилось осторожничать и отказывать себе в ночлегах на постоялых дворах, но Кассетто и Зава настояли, что так безопаснее. Багряный припомнил Столсену Исполнителя, которого они встретили на постоялом дворе в Горте. Кассетто был уверен, что их объявили в розыск – глупо считать, что пожар и бойня на улице Зари останутся без внимания властей. А встречи с одним из восьми сильнейших людей короля хотелось бы избежать. Стого не воспринимал эту угрозу всерьез и вечно храбрился, говоря, что он сильнее Исполнителя, но поддержки в отряде так и не нашел. В конце концов, он вынужден был согласился, что у них другие планы и лишний раз отвлекаться от цели не стоит.

За время пути ребята сдружились. Стеснительный Голге немного осмелел, угрюмый и молчаливый Кассетто стал чаще улыбаться, Зава после заварушки в Фашене стала поуверенней в себе и принялась командовать остальными. Только Стого никак не изменился, как был шутником и балбесом, так им и остался. Мотивы их различались: отомстить или восстановить справедливость, отыскать брата или найти себя. Но всех объединяла одна цель – желание победить «Драксон».

К замку Матерей Бумеранга вела довольно широкая грунтовая дорога, а не полудикие тропы, которыми им порой приходилось пользоваться, пытаясь обойти города и оживленные пересечения дорог. Судя по карте, недалеко отсюда находилась небольшая деревенька, с жителями которой Матери Бумеранга, скорей всего, вели торговлю и поддерживали контакт. Дело близилось к вечеру, когда они вышли на берег огромного лесного озера, с расположенным в его центре островом. На нем красовалась настоящая крепость с высившимися над крутыми обрывами стенами. Выглядело это внушительно, Голге даже присвистнул и заметил, что пришли они зря, этот орден отобьется и без их помощи. Единственное слабое место – мост, соединявший остров с берегом озера и упиравшийся в невысокую башенку.

Когда четверка подошла к настежь открытым воротам башни, они увидели небольшой столик, у которого сидела хмурого вида старушка с глазами разного размера и вязала. Слева от нее девушка увлеченно читала книгу и даже не заметила приближения гостей. Сестры никого не боялись и нападения не ждали.

– Да, – глубокомысленно заметил Стого. – С обороной здесь явно не все в порядке.

– И кто угроза, касатик, ты что ли? – не отрываясь от вязания отозвалась старушка.

– Вот так всегда, – вздохнул Столсен. – Приходишь людей спасать, а они тебе…

– Это ты-то спасать идешь? – хохотнула старушка, прерывая словоохотливого гостя, поднимая глаза от пряжи. – Слишком хил ты для этого, касатик, глядишь, и без тебя справимся!

Девушка вдруг отложила книжку, укоризненно взглянула на соседку и улыбнулась гостям.

– Прошу прощения за не очень теплый прием, – произнесла она доброжелательно. – Баба Гаста, не стоит грубить гостям, они нам не враги!

– Да-да, бабушка, – поддакнул Стого. – Не грубите…

Если в прошлый раз парня перебили хозяйки замка, то теперь он получил под ребро от Завы. Девушка была смущена всем происходящим до предела и не хотела продолжения перепалки.

– Извините и вы нас, – примирительно откликнулась она. – Мы бы хотели поговорить с вашей матерью-настоятельницей, не проведете?

– А что это вам от нее нужно? – старушка убрала вязание, сложила руки на столе, и принялась внимательно рассматривать гостей.

– Баба Гаста, нехорошо так! – снова вмешалась девушка. – Лучше проводите гостей к госпоже Калее, если уж они так просят…

– Ох уж эта молодежь, сходи туда, принеси то… Ладно, касатики, идемте со мной, да шалить не вздумайте, а то быстро покажу вам, кто в этом доме хозяйка!

– Разве что увидим, кто тут на побегушках, – хохотнул Столсен и тут же снова получил под ребро от Завы.

Баба Гаста сделал вид, что ничего не слышала, неспешно поднялась со своего креслица и зашла в башню, которая оказалась сквозной. Наша четверка последовала за ней, с интересом глядя по сторонам, и посмотреть было на что. На стенах по обе стороны висели бумеранги разных цветов и размеров. Все они выглядели внушительно, несмотря на древний вид.

– А это что за штуки-то такие? – присвистнул Стого с интересом.

– Смерть твоя, касатик, – серьезно предупредила старушка. – Если пошалить вздумаешь.

Сказано это было так спокойно и уверенно, что у Стого по спине побежали мурашки. Только теперь он убедился, что старушка действительно не такая хрупкая и беззащитная, как могло показаться в начале. Может, ей уже лет шестьдесят-семьдесят, но хватку она точно не потеряла, нужно держать ухо востро.

Тем временем они вышли на мост. Погода стояла жаркая, но здесь дул свежий ветерок, поэтому все немного расслабились, наслаждаясь прохладой. Даже хмурый Кассето и ворчливая баба Гаста, казалось, немного оттаяли. Голге глянул вниз через низкие перила и немного удивился: вода настолько чиста и прозрачна, что можно различить плавающую в глубине рыбу. Да и сам мост, хоть и старый, радовал глаз. Сестры явно любили свою обитель и заботились о ней. И точно, в конце моста гости заметили девушку, подметавшую площадку перед входом в крепость. Юная послушница посмотрела в сторону незнакомцев, но тут же опустила взгляд и вернулась к работе. Все поняли, что дело в бабе Гасте, строго зыркнувшей на девушку, давая понять, что лучше бы ей не отвлекаться.

Так, в полной тишине они и вошли в замок. Он не производил такого впечатления как убранство башни, не имел очарования моста, но был ухожен и по-домашнему уютен.

Далеко идти не пришлось, пара поворотов влево, один направо, и они оказались в большом зале. Не таком огромном, как в мэрии Фашена, где сражался Стого, но и не таком маленьком, как на постоялом дворе в Горте. В дальнем конце зала за столом сидела молодая женщина лет тридцати, не старше, и что-то писала. Услышав гостей, она подняла голову и приветливо улыбнулась.

– Здравствуйте! Меня зовут Каллея, я мать-настоятельница, – представилась она. – Чем могу помочь?

Подойдя поближе, гости смогли рассмотреть невысокую стройную женщину со светлыми, слегка вьющимися волосами, придававшими ей не свойственный статусу очаровательный и немного кокетливый вид. Зеленые глаза матери-настоятельницы излучали теплоту и искренний интерес к гостям, каждый из четверки был быстро, внимательно и непринужденно осмотрен и одарен ласковой улыбкой. После недружелюбного приема бабы Гасты, Каллея производила еще большее впечатление, каждый из гостей был очарован молодой женщиной и впал в некоторое замешательство – не так они себе представляли мать-настоятельницу. Они пытались подобрать слова, потому что говорить нужно осторожно, в их историю сложно поверить.

– Да вот, притащились какие-то оборванцы, хотят обсудить что-то, – первой ответила баба Гаста, прекрасно знакомая с очарованием Каллеи и имевшая к нему иммунитет. – Моя бы воля, вообще не пустила б их, да вот Малея попросила провести к вам.

– Эй, – первым пришел в себя, конечно же, Стого и плюхнулся на один из стульев для гостей. – Ну что это за напасть-то? Приходишь тут людей спасать, а про тебя говорят одни только гадости! Не будь я таким добрым и бескорыстным, уже бы давно развернулся и ушел отсюда.

Мать-настоятельница укоризненно взглянула на старушку и произнесла:

– Спасибо вам, Гаста, что проводили наших гостей и не будете ли вы настолько любезны, чтобы оставить нас?

– Ну уж нет, не буду, – наотрез отказалась старушка и проковыляла к другому стулу и важно уселась. – Я ж не прощу себе, если эти головорезы что-нибудь выкинут, так что лучше я останусь.

Каллея вздохнула, покачала головой, но спорить не стала. Она попыталась сделать вид, что вообще забыла о присутствии бабы Гасты и полностью посвятила свое внимание гостям.

– Итак, – обратилась она к Стого, решив, что тот главный в отряде. – Вы пришли, чтобы защитить нас, я правильно поняла? Вот только никак не могу понять от кого. Кстати, могу ли я узнать, как вас зовут?

– О, я Стого, – заулыбался Столсен. – Сын Повара, ну, того самого Повара, может, слышали?

– Этого-то пижона, – хмыкнула баба Гаста. – То-то ты показался мне знакомым, касатик. Весь в отца, такой же балбес…

– Вы знаете моего батю? – тут же отреагировал парень, поворачиваясь к старушке. – И почему это он балбес? Вообще-то, он у меня важный такой, рассудительный, а балбес это про меня больше. Батя вспыльчивым бывает, это да, но точно не пижон и не балбес!

– Потом расскажу, если будешь хорошим мальчиком, – снисходительно пообещала старушка, ловя недовольный взгляд Каллеи.

Снова повисло неловкое молчание, на этот раз его нарушила Зава. Она представилась, присела рядом со Стого и, бросив на него недовольный взгляд, продолжила:

– Я последняя из Светлых, если не считать моего дедушку. За мной стоят: Кассетто, последний из Багряных, и Голге, лучник… гхм, наш товарищ, он не из ордена.

– Но я тоже кое-что умею, – скромно и немного обиженно встрял парень.

– Конечно, – подтвердила девушка и ободряюще улыбнулась пареньку, а потом снова повернулась к Каллее. – Видите ли, многие ордена нашей области уничтожены, ваш остался одним из последних, поэтому мы и пришли сюда, чтобы помочь.

– Большинство орденов уничтожено? – подняла бровь мать-настоятельница. – Это прискорбно, не знала об этом. Именно поэтому вы считаете, что нам что-то угрожает?

– Видите ли, – в разговор вступил Кассетто. – Есть такая организация, называет себя сектой «Драксон». Она по пока неизвестным причинам начала уничтожать магические ордена. Мое братство не было слабым, но сейчас я остался один. Как мне кажется, в такой ситуации любая помощь лишней не будет.

Каллея задумалась.

– Странно все это, – наконец призналась она. – Но я вам верю. Пока. Знаете, давайте так: вы у нас поживете три недели. Если за это время что-то произойдет – вы, как и собирались, вмешаетесь и поможете. Если нет – будем считать, что ваши опасения напрасны и вы пойдете своей дорогой. Согласны?

– Ничего себе! – снова вмешалась баба Гаста. – Четыре лишних рта на целых три недели? Мать-настоятельница, вам не кажется…

– Как всего три недели? – одновременно начал Стого. – А если они позже придут? Давайте…

– Это уже решено, – твердо посмотрела Каллея на бабу Гасту. – Лучше проводите наших гостей в их комнаты! Думаю, им можно выделить левое крыло, там сейчас не так жарко. Скоро у нас будет ужин, мы кого-нибудь за вами отправим, а пока – располагайтесь!

– Благодарим за ваше гостеприимство, – улыбнулась Зава, попутно пиная Стого, заставляя того ненадолго замолчать. – Надеюсь, наши подозрения беспочвенны и с вами ничего не случится!

– Эй, как это ничего не произойдет? – снова встрял не утерпевший Стого. – А как же наша задача? Как же слова твоего дедушки?

– Просто пойдем, – мрачно бросила ему Зава, не понимая, как можно быть настолько несдержанным и не соблюдать даже элементарных правил приличия.