Текст книги "Ключ, перо и самоцвет (СИ)"

Автор книги: Sophonax

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

В здании было тихо, большая часть жрецов ещё не успела вернуться с работ, поэтому дознаватель застал всего двух дежуривших птиц. Первый оказался зрелым мужчиной с густой шевелюрой. Он разбирал какие-то бумаги, поэтому его совиные глаза ярко горели в мягком вечернем свете. Судя по зелёным лентам, опоясывающим его мантию, ранг у него был не маленьким. Старший жрец, не меньше. Второй человек был значительно моложе, со скучающим видом он отряхивал от пыли свою серую форму с голубыми вставками. Он бы так и сидел вразвалочку, но появление телепата его оживило.

Жрецы встретили дознавателя дружелюбно, они отложили свои дела и привстали с мест, чтобы пожать руки. Приблизившись к ним, Оис почувствовал, как его обволакивает аура обнадеживающего умиротворения. Это был один из эффектов свежести – энергии, которую используют светлые маги. Ощущения были приятными, но орел поспешил от них отгородиться ментальным заслоном.

Нет, свежесть была прекрасной вещью, она делала людей здоровее, сильнее, счастливее, но при длительном воздействии могла сильно надавить на психику. Оису по работе часто приходилось контактировать со священниками, поэтому он отгораживался, чтобы держать голову ясной. Похоже, это действие уже стало машинальным.

Обычным людям, побочные эффекты не были страшны, они общались со священниками не так часто, чтобы превысить свою дневную норму поглощения. А всё воздействие, которому они подвергались, попадая в ауру чистой свежести, было сравнимо с поднятием настроения от вкусного обеда или приятной музыки.

Самим жрецам в этом плане везло куда меньше, если у них, конечно, не было задатков к телепатии, чтобы суметь самим себя огородить. А так, при частой практике, находясь постоянно в приподнятом настроении, жрецы начинали постепенно впадать в непроходимый оптимизм, и как следствие немного глупели. Со временем, переставая колдовать, человек приходил в норму, но пока он был практикующим магом, общение с ним могло быть до жути раздражающим.

Первым делом Оис поинтересовался, как давно жрецы находятся здесь, и что знают об этом месте. Дознавателю повезло. Смена данной стаи подходила к концу, поэтому жрецы многое могли ему рассказать, перед тем как отправиться на работы в другую область.

Кульминацией стала история о том, как птицам пришлось закатить целый скандал, чтобы их обеспечили положенными орудиями и инструментами. Жрец помладше похвастался, что они даже как-то закидали усадьбу мусором, чтобы донести до власти всю степень своего негодования. Старший священник на это неодобрительно покачал головой.

Он был прав, простым жителям такое бы с рук не сошло. Но обидеть жрецов – значило рассориться с метрополией, а верхи себе такого позволить не могли. Так что, смутьяны довольно быстро получили всё необходимое и тут же успокоились.

В целом, как понял дознаватель, служителей церкви всё устраивало. На губернатора они теперь смотрели скорее с сочувствием, чем с раздражением.

– Ну, подумаешь плохой управленец, все мы люди и можем ошибаться. Нечестен на руку? Ну, он ведь не совершает каких-то страшных преступлений. Так зачем обижать человека? К тому же Нар-ху старается, хоть что-то делает, почему бы не дать ему шанс? Вдруг исправится и станет нормальным законопослушным чиновником? – Старший священник явно верил в этого человека и не терял надежды на лучшее.

А вот мнение Оиса после всех рассказов об инцидентах резко переменилось. Размышления собеседника привели дознавателя в бешенство. Но он благоразумно досчитал до десяти, стараясь хоть как-то удержать себя в руках. К сожалению, это не сильно помогло, так что бедные жрецы получили нехилый нагоняй.

Оис не понимал, как они могут быть такими беспечными и инфантильными. Магия магией, но здравый смысл же никто не отменял! Ну ладно, политические взгляды человеку можно простить, если он хорошо делает свою работу. Но Нар-ху, судя по докладу, явно злоупотребляет властью, причём обогащается в ущерб другим людям. Каким бы приятным человеком он не был, вору в кресле губернатора места нет. Управленец в первую очередь должен быть эффективным, иначе о развитии государства можно забыть.

Что касается священнослужителей, то они при первых же признаках кумовства и коррупции должны были доложить вышестоящей инстанции о необходимости профилактических мероприятий. И вообще, что у жрецов с самоуважением? Неужели им не жалко собственного труда, чьи плоды всякие мошенники без зазрения совести присваивают? И как они могли забыть про нужды простого народа, которому вообще-то некогда поклялись служить? Жрецов его нищета вообще никак не волнует?

Как это, дать губернатору ещё один шанс? А что, обычные люди этот шанс на достойную жизнь не заслуживают? И сколько терпеть? Да когда это все наладится? Ничего же не изменилось и вряд ли изменится. Да что не так со всеми ними, неужели оптимизм и терпение окончательно заменили им мозги?

Оис снова сорвался, ну и нервный же получается день. К счастью, жрецам гнев дознавателя не сильно навредил, но навряд ли смысл претензий полностью дошёл до их затуманенных свежестью умов. Зато орёл смог выплеснуть свои эмоции и теперь чувствовал себя гораздо лучше. Да и прояснившаяся ситуация не могла не радовать. К тому же все эти разговоры напомнили священникам о людях, которые пару лет назад высказывались похожим образом, младший жрец даже припомнил несколько имен. Это, конечно, мало, но лучше, чем ничего.

Выпустив пар и распрощавшись со священниками, Оис отправился дальше. Он решил вернуться к своему основному заданию, пусть проблему с Нар-ху уже и не получится выкинуть из головы. Ладно, надо искать этих странных бунтующих грабителей. На улице как раз наступил вечер, и люди начали собираться в центре города, желая отдохнуть после тяжёлого рабочего дня. Самое время пройтись по трактирам.

Осенняя улица оказалась длинным проспектом с рядом аляпистых обшарпанных домов. Несмотря на явный недостаток ремонта, жителям всё же стоило отдать должное, они либо хорошо убирались, либо старались не сорить, поэтому местность была довольно чистой.

Осмотрев несколько строений, дознаватель решил войти в наиболее презентабельное. Им оказался просторный трактир. Внутри он выглядел средненьким, но это никак не мешало посещаемости. Округлое помещение было хорошо освещено и заставлено небольшими столами из тёмного дерева, невероятно старыми, но ещё крепкими. Скамьи принадлежали тому же гарнитуру, заботливые хозяева покрыли их коврами.

Гостевой зал был переполнен и натурально гудел от разговоров уставших работяг. Тут и там, меж рядами сновали птицы с подносами. В основном они разносили выпивку. Еды было куда меньше, но выглядела и пахла она хорошо. Работники заведения всеми силами старались создать уют, и где-нибудь в центре империи, подальше от этого города, их труды были бы оценены по достоинству. Здесь же мало кто выглядел довольным. Слишком много тяжёлых забот.

Оис направился сразу к стойке. Трактирщиком оказался низенький и деловитый мужичок с чертами жаворонка. Он приветливо улыбнулся и протянул ладонь для рукопожатия. Приняв её, дознаватель поздоровался с самой располагающей интонацией. Владелец заведения сильно нервничал, хоть и не подавал виду. Оису было не привыкать к такой реакции, и она ему не шибко нравилась. Страх не гарантировал виновности и мешал опрашиваемым здраво мыслить, что в свою очередь затрудняло работу телепатам.

Для начала орёл задал пару отвлечённых вопросов о работе трактира и жизни города. Выслушав жалобы на перебои с поставками, отстегнул несколько лазурных монет в знак признательности. Хозяина это порадовало и заметно расслабило. В конце концов, он не был связан с заговорщиками, и поймать его могли лишь на налоговых махинациях. Последние же в ведение дознавателя сейчас не входили, о чем тот специально вскользь упомянул. На вопросы о слишком активной молодёжи мужчина отшутился, но в голове пронеслось несколько чётких образов, явно его беспокоивших.

– Да бросьте, нет ничего плохого в том, что юные птицы интересуются политикой, это говорит об их активной гражданской позиции, если они, конечно, не преступают закон, – высказал телепат наводящую фразу.

Мужичок поспешно согласился, в его голове при этом всплыла пара интересных мыслей. Дознаватель тут же зацепился за них, чтобы погрузиться в чужие воспоминания. Быстро пролистав интересующие его события, Оис понял, что трактирщик волнуется за своего племянника, который пару лет назад влился в одно небольшое молодёжное объединение.

Так, ничего серьёзного, просто группа ребят, недавно вернувшаяся с учебы из центральных провинций и обнаружившая, что жизнь родного города несколько отличается от заявленного идеала.

Молодые люди начали просвещать своих сограждан, от чего те стали предъявлять претензии местной власти. Губернатора это напрягло, и он принял меры, от которых недовольным пришлось замолчать. Племянник, закономерно, вместе со своей компанией ушёл в подполье.

Дядя пытался его отговорить, но тот, похоже, не послушал. Юноша не возражал открыто, он не хотел ссориться, и потому сводил на нет все опасные обсуждения. Так что трактирщик уже давно не был в курсе нужных Оису дел. Но эта ветвь не была тупиковой, дознавателю удалось узнать конкретное имя, а это уже кое-что. Теперь осталось только навестить этого паренька.

Орёл поблагодарил за беседу и поспешно откланялся. Стоявшие поблизости официантки кокетливо распушили перья. Видимо, мягкий тактичный тон и некая таинственность возымели на них магнетический эффект.

Искомый молодой человек, если трактирщику не изменяет память, этим вечером должен был находиться в небольшом театре на конце улицы. Там периодически собиралась вся творческая молодёжь, чтобы пообщаться и поделиться плодами своего труда.

Театр оказался высоким круглым строением, обложенным разноцветной плиткой, чуть более яркой, чем в чужих воспоминаниях. Аккуратно расписанная табличка над дверями гласила: здесь должна быть заумная надпись, но старую запретили, а новую мы ещё не придумали. Дознаватель хмыкнул, что же там такое было, интересно, что могло кого-то оскорбить? И что такого можно так долго придумывать? Судя по состоянию краски, надпись на дощечке уже давно. Потянув на себя массивные ставни, орёл вошёл внутрь, двери за его спиной тут же захлопнулись.

В фойе проходили литературные чтения, и, похоже, это был не самый популярный вид искусства. Слушателей набиралось от силы человек десять, к счастью, разыскиваемый был среди них. Стоило Оису выйти на свет, как дискуссия моментально стихла.

– Извиняюсь за вторжение, но я здесь по воле долга, необходимо прояснить пару вопросов, – объяснил своё появление дознаватель. Собравшиеся тревожно переглянулись, конечно, они слышали, что империя выслала к ним телепата, но с чем придётся иметь дело представляли лишь приблизительно.

Неловкое молчание продлилось недолго, с дальнего места поднялся молодой человек в тусклой синей мантии. Ур-Фир, так его звали, представился организатором данного мероприятия и огласил присутствующих.

Не желая прерывать творческую идиллию, Оис предложил стихотворцам продолжать, а себе настоятельно попросил оборудовать тихий уголок подальше от сцены, где можно было бы спокойно по очереди со всеми побеседовать.

Ясное дело, что стихи в такой обстановке никто слушать бы не смог, но молодёжь восприняла это предложение с облегчением. Это давало возможность заговорщикам, а они здесь без сомнения были, подготовиться к допросу. Жители империи свято верили, что дознаватели в своих способностях ограничены лишь чтением текущих мыслей, а значит, секреты вполне возможно скрыть, если не думать о них. Телепаты же охотно поддерживали это заблуждение, позволяя народу оставаться в неведении.

Члены подполья оказались на диво собранными молодцами. Ни один не потерял контроль над мыслями, и не отошёл от заранее придуманной легенды. Ну а то, что эти легенды у разных людей звучат по-разному, дело десятое. Оису пришлось хорошенько потрудиться, чтобы добыть нужную информацию. При этом тяжёл был не столько сам процесс просмотра чужих воспоминаний, сколько сокрытие самого его наличия. Покопаться в чьей-то голове, ничего не повредив и не вызвав подозрений, та ещё задача.

Но дознаватель справился. Так что спустя пятнадцать минут после начала опросов, ему была известна полная картина происходящего. И никакой детективной интриги, что даже немного скучно. Зато невероятно эффективно.

Закончив с расспросом очередного подозреваемого, орёл неспешно попрощался, заявив, что ему нужно проверить появившуюся зацепку, и вышел вон. На самом деле он хотел обдумать полученные сведения и решить, что делать дальше. Оис узнал, что этой ночью у несогласной молодёжи должна состояться встреча в одном из подвалов города.

Глава 2. Экономка

Этот день для Иллариль оказался невероятно волнительным. В неприятном смысле. Как экономка губернатора, она знала, что начальство послало в империю за дознавателем, но не ожидала, что он прибудет сегодня. И плохо это вовсе не потому, что пришлось срочно организовывать слуг для встречи гостя. С этим у хозяйственной птицы проблем не наблюдалось. Она давно разработала план действий на случай подобных ситуаций, так что в кладовой периодически обновлялись запасные ингредиенты для праздничного обеда.

Основная сложность заключалась в том, что девушка была не только управляющей поместьем, но и главой местного подполья. И попадись она дознавателю, всё гражданское движение пошло бы коту под хвост. Ила не хотела рисковать ни собой, ни друзьями, а потому, благоразумно разыграв кишечные спазмы, спешно покинула особняк. Это, конечно, проблему не решало, но позволяло выиграть немного времени.

Ясное дело, перехитрить телепата Ила даже не рассчитывала. Но она знала, что дознавателям не безразличны жизни людей. Возможно, если предоставить посланцу империи улики против Нар-ху, тот встанет на нужную сторону? Весомыми доказательствами могли бы выступить записи о незаконных поставках. Конечно, чиновник и его нечестные коллеги не стали бы заводить компрометирующую бухгалтерию, но это не значит, что они вообще никак не вели учёт своим грязным делишкам.

План не отличался идеальностью, но деваться особо некуда.

Нет, можно было бы попытаться по-тихому устранить ищейку, и так же тихо где-нибудь прикопать, но это противоречило всем кодексам этики и морали. А Ила скорее бы умерла, чем поступилась собственными принципами. К тому же, кто захочет жить в мире, где проблемы приходится решать таким образом?

Поэтому путь только один, но его предстояло ещё хорошенько проработать. Кроме того надо что-то делать с сегодняшним собранием. Все заговорщики окажутся как на ладони, приходи и лови. Вот же беда… А ведь бегать сейчас и всё отменять смысла нет, суета могла вызвать ещё больше подозрений. Лучше подготовиться к предстоящему разговору.

Доказательства то она может и соберёт, но станет ли телепат её слушать? Ведь, учитывая контекст, ситуацию нужно правильно преподнести, чтобы доводы девушки выглядели весомыми. К тому же переговоры потребуют подходящего места и времени, иначе люди губернатора прознают о сотрудничестве с подпольем ещё до его начала. Существует слишком много факторов, которые нужно учесть, и осталось так мало времени, чтобы всё обдумать.

К счастью, пара бумаг с заветными сведениями уже грели душу, покоясь в наплечной сумке совы. В общей суматохе Ила сумела подцепить их из тайника в рабочем кабинете начальника. Но перед тем как показать их телепату, она решила посоветоваться с товарищами. Уверенность в себе это хорошо, но две головы лучше, чем одна, вдруг друзья отметят что-то, что она упустила.

Иллариль так спешила, что и не заметила, как вышла на осеннюю улицу. Она буквально налетела на прохожего, чуть не сбив того с ног. Не смотря на недовольство пострадавшего, эта заминка оказалась весьма удачной. Не задержи несчастный девушку, что теперь старательно извинялась, её мог бы заметить дознаватель. Последний, к счастью, неспешно удалялся в противоположную сторону.

Заметив это, Ила содрогнулась. Первым её порывом было броситься вдогонку, но она ещё не продумала объяснения, а потому рисковала выглядеть несерьёзно. Кто их знает этих проницателей разума, вдруг они нетерпимы к плохо поставленной речи? Этот, скорее всего, только что навестил театр. Это было бы логично, ведь там периодически собиралась вся продвинутая молодёжь. Девушка и сама намеревалась его посетить, чтобы пообщаться с приятелями и предупредить их об опасности.

Но она опоздала. Оставалось надеяться, что её промедление не стало фатальным, и с друзьями ничего страшного не случилось. По крайней мере, вокруг театра мало что изменилось, вся та же городская суета, как и в любой другой вечер. Происходи здесь что-то неладное, рядом бы уже собралась куча зевак, да и дознаватель выглядел бы куда сопричастнее.

На ступеньках Ила всё же замешкалась, предположив страшное. Она задумалась, не подозрителен ли её приход в случае, если внутри уже хозяйничает городская стража. Товарищам в таком случае она не смогла бы помочь, но что насчёт её собственной роли? Можно было бы сказать, что она пришла на поэтические чтения, а про политическую подоплеку даже не догадывалась. Но тогда стражники могут копнуть глубже и узнать у губернатора, что вообще-то рабочая смена его экономки заканчивается намного позже. Даже при наличии отгула люди, у которых прихватывает живот, вряд ли первым делом тянутся к искусству.

Всё же, взвесив риски, Ила решила проверить и с замиранием сердца переступила знакомый порог. Как сипуха она имела чуткий слух и могла узнать происходящее ещё до того, как вошла в фойе. Голоса её соратников не ощущались напуганными, скорее возбуждёнными, если не воодушевлёнными, а все разговоры и были что только о недавнем визите. Видимо, птицы твёрдо верили в свою способность перехитрить сыщика. И судя по тому, как спокойно дознаватель покинул это место, им это неплохо удалось.

Девушка выдохнула с облегчением, но расслабляться было рано. Поздоровавшись со всеми и сказав пару слов поддержки, она подозвала к себе Нура. Тот считался самым надёжным человеком в их компании. Нур обладал простенькой и в то же время располагающей внешностью. Он был похож на соседского паренька, который всегда придёт на помощь в трудную минуту. Ила знала его давно, они вместе попали в первый поток детей, отбираемых империей на обучение, и впоследствии оказались в одной школе. Потом по возвращении в родной город их пути разошлись, но кружок бунтовщиков птиц снова сблизил. Впрочем, объединение подарило сипухе и много других прекрасных знакомых.

Без всяких вступлений, не желая терять времени, Ила обратилась к старому другу:

– Мы можем поговорить наедине? Мне нужна будет твоя помощь этой ночью, – прошептала она. Нур кивнул и указал рукой за кулисы, намекая на место, где им не будут мешать.

Остальные птицы были увлечены разговорами о недавнем визите, поэтому не обратили особого внимания на исчезновение своего лидера. Они шумно галдели, делясь впечатлениями. О творчестве снова все позабыли.

– Нам нужно отменить собрание, но мы не сможем сделать это в ближайшее время: я хочу, чтобы все продолжали думать, что ничего не изменилось, – начала девушка в полголоса.

– Ты думаешь, дознаватель всё же узнает о нашей встрече? – спросил парень скептически. Было видно, что всеобщее облегчение от миновавшей угрозы накрыло и его. Сипуха покачала головой на такую беспечность.

– Мы должны быть готовы к худшему, – возразила она, – про телепатов столько слухов ходит. Мы не можем знать наверняка, на что способен этот. А вдруг он уже всё разузнал и хочет взять нас с поличным?

– Но тогда нам наоборот нужно всех предупредить и чем скорее, тем лучше. – Нур недоумённо пригладил перья в волосах, собранных в высокий короткий хвост.

– Это было бы разумно, имей мы дело с обычным человеком, но наш сыщик может читать мысли. Кто знает, как он отреагирует, когда поймет, что его раскрыли? Мне бы не хотелось торопить события. К тому же мы скрываемся не только от дознавателя. Люди Нар-ху могут заметить неладное, если наши собратья начнут волноваться. Отменить встречу – значит признать существование реальной опасности. Не знаю как тебе, а мне паника в рядах не нужна.

– Ладно, в целом я тебя понял. – Он кивнул, но потом, всё ещё сомневаясь, спросил, – Почему ты думаешь, что дознаватель станет ждать ночи, а не приступит к делу раньше?

– Потому что ловить всех сразу ему выгоднее. Одиночные поимки – это долго, нудно и накладно, а в нашем случае ещё и шумно, так что вряд ли он захочет возиться, имея альтернативный вариант. Поэтому я думаю, что он не станет беспокоить нас в ближайшие часы, а дождётся общей встречи.

Настроение Нура начало портиться. До этого разговора он был куда увереннее в собственной безопасности. Тогда в беседе с телепатом сыч не заметил ничего угрожающего, наоборот, сыщик ощущался вполне себе располагающим человеком. Обхитрить его казалось так просто… А теперь приходит Ила и говорит, что птицы в большой опасности, и при этом отказывается принимать срочные меры. У Нура голова шла кругом, ему казалось, что он чего-то не понимает.

– Хорошо, допустим, ты права, и как ты собираешься нас спасать? – полюбопытствовал он.

Иллариль задумалась, опустив голову, потом почесала подбородок и, подняв взгляд, ответила:

– Я планировала тихонько ловить товарищей на подходе к месту встречи и отправлять их назад. Если будем достаточно расторопны, то всё успеем, но нужно быть предельно аккуратными, чтобы самим не попасться. Ночь должна сыграть тут на руку, в темноте легче затеряться.

– Эмм, – сыч скривился, – без обид, Ила, но звучит это крайне сомнительно, честно говоря, плохо представляю, как мы это будем проворачивать.

– Согласна, – девушка пожала плечами, – но с другой стороны, если правильно рассчитать кто, откуда и к какому времени будет подходить, то всё получится.

– Если ты права, то дознаватель также придёт на встречу, как ты от него-то прятаться собралась? – Нур пребывал в некотором ошеломлении, сипуха ещё никогда не предлагала таких странных решений.

– Никак, я бы на его месте не стала сразу приходить, а немного повременила, чтобы все успели собраться и расслабиться. Так что, полагаю, у нас будет достаточно времени, – сова немного колебалась, не зная, стоит ли рассказывать другу о своих переговорных намерениях, но какой иначе смысл всё это затевать?

– А потом я хочу поговорить с телепатом один на один. Он служит империи, следовательно, может понять наши доводы, мы ведь просто отстаиваем свои гражданские права. К тому же мне есть что показать в подтверждение своих слов. – Ила открыла наплечную сумку, являя на свет пачку бумаг.

А, так вон оно что. Сыч начал всё понимать. Его подруга всегда была натурой страстной и увлекающейся. Ещё ребёнком она имела обострённое чувство справедливости. Неудивительно, что обучение в империи оставило на ней свой след. Новые порядки пришлись маленькой Иле по нраву, и она начала идеализировать страну и всё что с ней связано. Это было сродни непоколебимой вере, которой бы позавидовал любой патриот. Нур же отличался более приземлёнными взглядами, он понимал, что за маской дознавателя не обязательно будет сокрыт хороший человек. Все люди подвержены соблазнам в той или иной степени. Сыч беспокоился за девушку, поэтому прямо выразил своё негодование, надеясь, что грубая встряска хоть как-то на неё подействует.

– Ила, я тебя не узнаю, ну ты же умная птица. Как так? Почему, когда в дело примешиваются личные идеалы, ты начинаешь выдавать какой-то бред? Откуда у тебя такая уверенность, что всё сработает? Ладно, допустим, ты встретишь дознавателя, и он будет готов тебя выслушать, но что если тот окажется не один, а с охраной? А если это будет человек Нар-ху? Как ты тогда говорить собираешься?

К удивлению сыча девушка невозмутимо покачала головой.

– Нет, ты не прав. Дознаватели работают одни или в связке с другими проницателями разума, обычных людей они возле себя не держат. Иначе наш посетитель уже был бы с компанией, – заявила она спокойно, – в чём-чём, а в этом я точно уверена. В детстве, пока мы учились в империи, я как-то пересекалась с внетайным обществом…

Нур прервал её ироничным взглядом. Ну, надо же внетайное общество. Она что серьёзно сейчас будет ссылаться на этот студенческий кружок сумасшедших конспирологов? Не, ну, тут можно сразу посеребрённую кастрюльку на голову надевать, чего мелочиться…

Кривая улыбка сыча оказалась настолько красноречивой, что тут любой без труда смог бы сказать, о чем он думает. Ила фыркнула.

– Что? Да, мне, как и многим, нравилось всё загадочное и таинственное! – воскликнула она, улыбнувшись, – но это не значит, что я верила во все подряд. И то, о чем я сейчас говорю, между прочим, взято из официальных источников: там как бульварные газеты, так и музейные документы времён Филомелии второй! Так вот, в них указано, что на свои задания телепаты чаще всего ходят одни. Похоже, тому причиной какие-то мощные навыки гипноза: зачем звать посторонних, привлекая лишнее внимание, если пойманные и так не будут сопротивляться?

– Хорошо, может, ты и права, но я всё равно считаю, что это крайне рискованный и необдуманный план, – Нур с осуждением покачал головой, но он всё ещё был весел после упоминания общества чудиков, поэтому прозвучало это не слишком внушительно, однако Ила согласилась.

– Да, знаю, но на продумывание другого у меня нет времени. Ну, разве что ты предложишь что-то получше? – теперь её голос прозвучал спокойнее. Парень открыл было рот, но не нашёлся что ответить. Готового решения на замену у него не имелось.

– Ну, вот видишь? – вздохнула сипуха, но спустя недолгую паузу сменила тон, – А знаешь, если у тебя всё-таки появятся какие-то мысли… Думаю, мы могли бы найти пару минут, чтобы их обсудить.

Сыч кивнул в ответ, а потом сказал:

– Ладно, чёрт с тобой, я помогу, но прошу, будь осторожна и думай хорошенько, прежде чем что-либо предпринимать.

Ила снова улыбнулась, но глаза её остались серьёзными.

***

До полуночи и начала заветной встречи было ещё десять минут.

Оис прятался на покатой крыше здания, внимательно осматривая местность. Он выбрал крупное двухэтажное гнездо, достаточно высокое, чтобы увеличить обзор, и широкое, чтобы на нём уместиться. Домик был похож на снеговика без головы, а вместо белой шапки его поверхность покрывали пушистые цветущие кустарники. Их раскидистые ветви надёжно скрывали дознавателя от чужих глаз. Его цель была довольно далеко, чуть ли не в двух кварталах отсюда. Для таких случаев сыщикам полагались бинокли, полезные изобретения из чужих земель, некогда полученные в дар от звериных посланниц. Но Оис от своего решил отказаться, с орлиным зрением была возможность обойтись и так, а другим окуляры могли оказаться нужнее. Поэтому сейчас он самостоятельно сканировал ночь.

Собрание должно было происходить в подземелье почти никем не посещаемой библиотеки. Один из заговорщиков работал там смотрителем, соответственно, мог предоставить своим товарищам доступ в безопасное для переговоров место.

Библиотеку сложно было с чем-то спутать, её построили на руинах одного из древнейших докатаклизменных [3]. домов. Не то чтобы современный Нуттил стоял на развалинах какого-то крупного селения, скорее это был один из многочисленных одиноких аванпостов. Тому свидетельство, что подобных строений в городе было всего ничего. Со временем одно здание обвалилось, в другом случился пожар, и его забросили. В оставшихся же устроили темницу. Поговаривали, что докатаклизменные строения связывались между собой сетью подземных ходов, но правда это или нет сказать было сложно.

Библиотека была одним из немногих используемых зданий, в архитектуре которых можно было встретить прямоугольные массивы. Сооружение было квадратным и невысоким, частично облицованным кирпичом и оплетённым жилыми ветвями [9]. на разрушенных участках. Главный вход опоясывали широкие ступени, а у дверей выстроились отреставрированные колонны.

Вообще-то вокруг библиотеки творилось что-то странное. Люди встречались, не доходя до неё, перекидывались парой фраз и расходились. Дознаватель понимал, что происходящее, скорее всего, связано с его раскрытием, но подробностей узнать не мог, слишком далеко, чтобы прочитать мысли и тем более, чтобы хоть что-то услышать.

Оис внимательно вглядывался в лица всех подозрительных прохожих, стараясь как можно лучше запомнить их черты. Несмотря на украденные воспоминания о подпольщиках, орёл предпочитал полагаться на собственные глаза. Чужие представления могли быть ненадёжны.

Когда до полуночи оставалось всего ничего, орёл выбрался из укрытия и отправился к месту встречи. Он понимал, что всё идёт не по плану, и собирался действовать по обстоятельствам. Сначала дознаватель намеревался заняться экономкой губернатора. Этому городу явно нужна была смена кадров на местах. Но вот с намерением и взглядами сторон всё было не так ясно.

Когда расстояние сократилось до необходимого минимума, Оис сплёл несколько энергетических потоков и волнами пустил вокруг себя. Техника была простой и лёгкой, не требующей много сил для поддержания, но по этой же причине она не позволяла читать мысли, лишь определять местоположение и эмоции людей, попадающих внутрь сотканной ауры.

В телепатии вообще очень многое возлагалось на плетение, и чем сложнее была вязь, тем сильнее и дольше выходил эффект. Структура могла быть любой, но первым имперским чтецам очень не хотелось постоянно напрягать фантазию, поэтому те придумали ряд универсальных арканов и капюшонов, которые использовались и по сей день. Оис не был исключением и, также как и все, предпочитал использовать уже заученные структуры.

Выяснилось, что пара человек на собрание всё-таки пришла, ещё двое ходили неподалеку. Не плохо бы было разобраться, кто есть кто, но для этого нужно подойти поближе, а ещё лучше проникнуть в здание.

Дознаватель заходил в библиотеку ранее, чтобы разведать обстановку, и еле-еле успел до закрытия. Внутри планировка была простой: центральный хаб с рядами книжных полок и прилегающие к нему читальные залы. Оказалось, что в строении есть ещё два входа, зато подвал всего один. Орёл оставил открытым окно недалеко от этого места и надеялся, что библиотекарь не будет всё дотошно проверять. У Оиса имелись отмычки, но пользовался он ими не очень умело. Был вариант, что заговорщики будут держать запасной вход открытым, нужно же им как-то незаметно в помещение попадать. Но судя по чужим воспоминаниям, дверь они за собой предусмотрительно закрывали.