290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Тридцать эльфийских жизней (СИ) » Текст книги (страница 10)
Тридцать эльфийских жизней (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 18:00

Текст книги "Тридцать эльфийских жизней (СИ)"


Автор книги: Skazka569






сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Ловко справившись с замком, девушка, в лучших традициях облачённая во все чёрное, и даже маску не поленилась надеть с прорезью для глаз, тихонько вошла в старенький, но всеми известный ломбард, куда бежали люди бедного района хоть за какой-то монеткой в обмен на ценную и не очень вещь.

Она была тут и раньше. Сама сдавала в молодости бабушкины драгоценности, чтобы прокормить себя. Так что знала в какую из комнат относили ценные вещи. Обойдя прилавок, она зашла туда и довольно улыбнулась через маску. Да это была настоящая кладовка с ценностями! Здесь были и древние вазы, и кольца с разными камнями, но самое главное – золото. Именно за ним она сюда пришла, и все бы сделала быстро! Но разные колечки так и просили себя примерить. Одно она себе обязательно оставит, вот это красивое с рубином!

И так она провела здесь больше, чем ожидала, осматривая древности и ценности и решая, что ещё она возьмёт с собой.

Получив сигнал, дежуривший в эту ночь офицер Алеантлар незамедлительно поехал на вызов. Ему совсем недавно дали нового напарника – юнца Альфреда, который должен был заменить его подругу, умудрившуюся выскочить замуж за богатого парня. Теперь Валанди наверняка лежала на пляже какого-нибудь острова в Океании и потягивала коктейль со своим мужем, пока Зак мчался в дешёвый район их преступного городишка один. Один, потому что Альфред спал без задних ног, и посчитав, что маленький ломбард вряд ли грабят серьезные группировки, с мелким грабителем он справится самостоятельно.

Зайдя внутрь здания, Закнеыл приготовил на всякий случай пистолет и, тихо ступая, прошел в дальнюю комнату.

– Ни с места, – пригрозил он преступнику. – Держи руки так, чтобы я их видел.

Мысленно припомнив все матные слова, какие она только знала, Кая, к счастью, заранее услышала если уж не шаги, то машину, которую так удачно припарковали напротив ломбарда. Она повернулась к копу одновременно с его словами и направила в него пистолет.

– Чего и тебе советую, – голос её дрогнул. Конечно страшно, волнующе, и черт бы побрал этих чистоплюев идти сюда, в этот дешевый ломбард, а не спасать жизни где-нибудь в центре. – Этот придурок Брайан неужели сигналку поставил? – спросила она скорее себя, чем копа, после чего медленно стала подходить к нему. – Слушай, красавчик, я взять ничего не успела. Если не хочешь проблем в виде раны в твоём животе или моего трупа, отпусти, а?

Но он внимательно следил за ней, и Кае пришлось остановиться. Ну… она почти ничего не взяла. Сделав страдальческий голосок, она добавила к своим словам:

– Ну дядечка, я же не от простой жизни это делаю. Ну войди в положение, а?

– Брось пистолет, – он будто ее не слушал. Он имел полное право выстрелить в нее, как только увидел пушку в руках, и никто бы ему и слова не сказал. А что? Она угрожала его жизни, размахивая оружием. Но почему-то он не стал этого делать. – Ты хоть стрелять умеешь, девочка? Сколько тебе лет? Отдай оружие, а то поранишься.

Зак протянул руку, чтобы она отдала ему пистолет, однако свой не опустил. Он все ещё не знал, чего можно ожидать от воровки.

– Эй! – возмущенно вскрикнула она, отступив назад. А то руку протянул, а сам небось имеет черный пояс. Одним пальцем уложит. – Ты на мой рост не смотри, мне уже двадцать шесть!

«Плюс-минус два года», – мысленно буркнула она, ища взглядом путь к отступлению. Справа было окно, этаж первый, можно попытаться его разбить и выпрыгнуть, но успеет ли она? У парня длинные ноги, может успеть схватить её за шиворот ещё в полёте. Но попытка не пытка, и Кая стала медленно отступать к окну.

– Красавчик, ну вот сдалась тебе такая, как я, – продолжала она заговаривать копу зубы. – Ни рыба, ни мясо. Наград ты за меня не получишь, а Брайан всё равно наркотой барыжит, я хоть услугу сделаю обществу – подгажу ему с доходом, а тебе вот шиш с маслом. Так и останешься усталым и безызвестным копом. Вот ведь герой нашелся! Маленьких и хрупких девушек ловит. А ведь где-то там кого-то насилуют и убивают, слышишь? А ты тут с воровкой жалкого ломбарда возишься. Ну что, хорош герой города, да?

– С Брайаном разберётся другой отдел, – так же медленно шагая, Закнеыл двигался за ней. И почему не стреляет? Она тут ему угрожает, оказывает сопротивление при аресте. Пальнуть ей в ногу – да и все дела. – Делаю последнее предупреждение, если не бросишь пистолет, я открою огонь. Ты себе тут статей уже накрутила сверх грабежа.

– Эй, я же тебе не угрожаю! – хотя это сейчас забавно звучало с пистолетом в руках. – Ну, либо убьёшь меня, повесишь на себя грех, я ведь не стреляю, а пытаюсь выбраться. А не убьёшь, тогда я выстрелю, и моя пуля предупреждающей не будет!

Вот она уже у окна, но этот с… Брайан ещё и стеклопакетники поставил! Вот нафига они ему? Казалось бы, стрельнул в окно и беги, но с этой игрушкой далеко не постреляешь, а благодаря темноте коп хоть этого не замечает. Лишь бы близко не подошел. Кая почувствовала себя загнанной мышью – готова была уже к любым методам, лишь бы убежать. А этот ещё хоть стойкий в отличие от предыдущего копа, который ловил её. Не жирный, высокий, красивый… Хм, если она выберется, обязательно наведается к нему в отдел!

– Дядя, – предприняла она последнюю попытку, прижимаясь к окну. – А, дядя, ну отпусти меня. Я ж девушка приличная, ну жизнь довела. Ну сжалься, дядя.

– Ты нарушила закон, я не могу тебя отпустить, – спокойно произнес Зак.

Он был непрошибаемый в этом плане, с обостренным чувством справедливости. Если поймал преступника, его нужно посадить – никаких компромиссов. Поэтому до сих пор сидел в обычных патрульных. Коррумпированная верхушка не любит таких копов.

– Давай по-хорошему, отдаешь мне сейчас пистолет, едем в отдел, и я забываю, что ты мне угрожала и оказывала сопротивление при аресте. Если, как говоришь, ничего не украла, отделаешься штрафом за проникновение на частную территорию.

– А где доказательство, что всё будет именно так? – но всё же интуиция подсказывала, что сейчас это для неё лучший вариант. Но только если он не врёт! А то знает Кая таких… Сама такая. – Хватит ко мне приближаться, иначе выстрелю!

Он уже был слишком близко, и её последние слова раздались как гром в темном помещении, что говорило о её панике. А она действительно паниковала, в такие ситуации ещё ни разу не попадала, а если и попадала, то копы были более сговорчивые. Кто ж знал, что остались ещё такие?

Выкрикнув эти слова, она вжалась в окно, но пистолет подняла ещё, целясь тому в голову, предупреждая, что лучше действительно остановиться.

Но Зак не остановился. Почуяв ее панику – а в током состоянии она и правда могла выстрелить – он рванул к ней. Длинные ноги позволили быстро сократить расстояние, и за долю секунды он оказался прямо перед воровкой, схватил ее за руку, в которой был пистолет, и вывернул, заставляя выронить оружие. Убирая свой в кобуру, он быстро скрутил преступницу и прижал к полу, надевая наручники.

– А я предлагал хороший вариант, – проворчал он, подбирая ее пистолет. Только сейчас до него дошло, что это была обычная игрушка, и он рассмеялся. – Из этого хотела меня подстрелить? Поднимайся.

Он рывком поставил ее на ноги и повел к машине.

– Эй, ай, полегче! – возмущенно рыпалась Кая, но учитывая его размеры, ни затылком в нос не заехать, ни пяткой до паха не достать. Но она не теряла надежды выбраться. Глазами и телом изучала всё: копа, обстановку, машину. Ещё была одна возможность, но шансов на побег мало, да и для жизни опасно, но чего только не сделаешь, лишь бы не в тюрьму, пока ещё рано. – Ты видел? Пистолет не настоящий, а значит, угрозы не было, это не статья! И вообще, я ведь не дала отказа на твоё предложение, просто спросила о гарантиях. Я ведь хотела согласиться, но кто тебя знает! Ай, блин, да больно же, дылда! Ты со мной понежнее, я же маленькая!

– Радуйся, что не подстрелил тебя, – строго произнес Зак, усаживая ее на заднее сиденье полицейской машины. Хотя он и сам порадовался этому факту. Врагов у него много даже в участке, могли все провернуть так, будто он знал, что пистолет ненастоящий, но все равно выстрелил. С хмурым взглядом он сел за руль и завел машину. Отвезёт ее в участок, оформит, как проникновение, да отпустит, если она правда чиста.

– А чего радоваться? Да уж лучше бы подстрелил, рассказала бы всем, что я сразу призналась в игрушечном пистолете, а ты меня так за это наказал. Может, тебе бы ничего не было, но с бумагами бы пришлось повозиться.

Она уже в десятый раз проверила руки, но никакой возможности выскользнуть из наручников даже с мылом. Одно радует – она сможет всё-таки выбраться – двери он не запер, осталось лишь дождаться нужной ситуации, которая может произойти только в дороге.

– А как тебя зовут, дядя? – вдруг спросила. И не успел он ответить, как она задала новый вопрос. Потом стала рассказывать какие-то вещи, не относящиеся к её жизни. Не просто болтала, а старалась заболтать или отвлечь от чего-то, порой требовательно ожидая ответа. – Ну что, молодец, поймал воровку. Какой герой! А спорим, утром в новостях будет, что где-то была убита женщина! А ведь ты мог бы быть там, умник. Скажи, тебе будет стыдно? Мог бы пропустить кражу у торговца с наркотиками, но спасти чью-то жизнь. О, я знаю таких, как ты. Наверняка в твоей жизни случилась трагедия. Убили кого-то, да? Даже если и нет, но ты столкнулся в своей жизни с ситуацией, когда копы не стали выполнять свой долг, и тогда маленький мальчик поклялся, что будет самым лучшим копом, блюсти порядок и покой! Угадала? Да вот только всем глубоко пофиг на тебя и твою справедливость, слышишь? Эй, ну чего ты молчишь, давай поговорим! Мы ж с тобой больше никогда не встретимся, а ты мне так понравился, дай хоть твой голосок перед прощанием наслушаюсь.

Она болтала и болтала, и, кажется, не собиралась затыкаться. Закнеыл порядком вышел из себя, а когда она начала гадать о причинах его становления полицейским, так окончательно выбесила. Он резко дал по тормозам, вышел из машины и вытащил воровку, грубо припечатав к машине.

– Ты понятия не имеешь, кто я, и ничего обо мне не знаешь, – прошипел он ей в лицо. – Советую заткнуться, а то в городе точно станет на один женский труп больше.

Вот не на такой исход она рассчитывала, зато он вышел из себя – это тоже хорошо. Она бы посмотрела на него с вызовом и с обидой, но маска так сильно съехала в бок, что Кая больше думала о ней, чем о том, чтобы ему ответить. Только и могла, что забавно головой мотать.

– Ты меня не убьёшь, – слишком самоуверенно сказала она, вздёргивая носик. – Это же не по твоему кодексу! Взбесился – значит, я угадала, и ты вершишь свою собственную месть мерзотам этого города, но и о чести не забываешь. А честь не позволит тебе пристрелить бедную маленькую девушку, которая сбилась с верного пути, – её голос издевательски поник, и не хватало ещё ему увидеть, как она под маской надула губки. – Эй, а в твоём кодексе нет ничего про то, чтобы таких вот сбившихся поставить на путь истинный? Ай-ай, ну не дави так сильно, а то возбужусь ещё!

Зак сорвал с нее маску, чтобы она не мотала головой, и каков же был соблазн затолкать ей в рот эту тряпку вместо кляпа. И пусть он провалится на месте, если у него ничего не екнуло при взгляде на это милое личико с надутыми губками.

– Я не праведник, чтобы возвращать преступников на путь истинный, – немного успокоившись, сказал Зак. – Мне все равно, пускаешь ты свою жизнь под откос или нет. Мое дело ловить таких, как ты.

– Умница, поймал? Теперь отпусти, и я за тобой побегаю. А знаешь, я в детстве очень хорошо играла в салочки, проверишь?

А вот факт, что она избавилась от маски, был ей только на руку. И пусть её надежда на побег отразилась в глазах и в улыбке, он всё равно не узнает, как она собралась это делать.

– Вот зачем ты это сделал? А я планировала после высвобождения к тебе в гости зайти, познакомиться, а теперь всё, моё лицо тебе знакомо! Дядя полицейский, – вот бесит, что он такой высокий! Так и задирала голову с момента, как он перестал шипеть в её лицо. А так хотелось укусить его за нос за выворачивание руки, – такая чудесная ночь. Неужели ты хочешь пропустить её, отвозя меня в отдел и задыхаясь в бумажках. А может, я тебя кофе с пончиками угощу? Вы же, копы, любите пончики. Хотя, по тебе не скажешь.

– Разговариваешь, как маленькая, а говорила, что уже двадцать шесть, – фыркнул он и затолкал обратно в машину, бросив маску ей на колени и громко хлопнув дверью. Он сел за руль и вдавил педаль газа в пол, намереваясь поскорее разделаться с бумажной волокитой и избавиться уже от этой болтушки.

– Так это же конспирация! – ответила она уже в машине. – А вот говорила бы я, как в обычной жизни, и если бы мне удалось сбежать, ты бы меня не опознал! Но вот ты снял маску, и теперь это бессмысленно, но я уже вошла в образ!

И всё началось заново: болтовня, вопросы, доведение до белого каления. И когда в зеркале заднего вида она увидела обозленное лицо Зака, который уже вот-вот был готов сорваться на крик, но всё, что он мог, – это вдавливать педаль газа, тут-то Кая и воспользовалась ситуацией, вскочив со своего места и больно укусив его за ухо. Даже если и резко затормозит, машины будут биться друг другу в бамперы, а у неё будет несколько секунд, чтобы вырваться. А если он и сам врежется носом… Да, был риск, что она и сама пострадает, но либо так, либо в участок, а Кая не хотела в участок.

Закнеыл резко затормозил, и ему очень повезло, что на ночных улицах было не так много машин.

– Ты спятила? А если бы я врезался куда-нибудь? – схватившись за ухо, обернулся разъяренный Зак.

– Так в том и была соль, – мило улыбнулась девушка, вновь привставая и прижимаясь к спинке его сидения, но это уже было медленно, чтобы он не принял за новую попытку укуса. Да и не кусала она, а теперь лишь нашептывала. – Ты бы врезался, потерял сознание, а я бы убежала.

– Тебе бы больше досталось, я-то пристегнут! – он конкретно взбесился и теперь точно впаяет ей какую-нибудь статью, типо нападение на офицера при исполнении. А чтобы ситуация не повторилась, он вышел из машины, достал эту чокнутую и пересадил на переднее сиденье, перецепив наручники, чтобы руки были прикованы к ручке над дверью. – Ещё раз выкинешь что-то в этом роде, пристрелю.

– Не любишь жесткие игры? – надула она губки в обиженной гримасе. – А я ведь так старалась. Но ничего, для тебя могу быть и нежной. Или тебе просто нравятся связанные и прикованные девушки?

Она потянулась к бедному уху, но, увы, теперь не то что языком, даже приблизиться к его лицу не могла, отчего Кая сердито вернулась в кресло и отвернулась от парня. Теперь мыслей не было. Тут уже никак не удрать. И черт бы побрал всех этих святых копов! Что ж, зато, на счастье Алеантлара, в салоне наконец-то наступила тишина.

Остаток поездки прошел без приключений. Закнеыл привез девушку в участок, провел с ней все стандартные процедуры и усадил напротив своего стола, чтобы наконец заполнить все бумаги.

– Имя? – задал он стандартный вопрос, занеся ручку над бланком.

– О, так ты познакомится со мной хочешь? – включила дурочку девушка. – Так бы сразу и сказал! Я бы тебе ещё телефончик оставила! Я же спрашивала твоё имя, а ты… – но заприметив его строгий взгляд, буркнула что-то нечленораздельное под нос и уже тише добавила: – Кая Лунман.

– Телефончик тоже оставить придется, – спокойно ответил Зак на ее баловство, черканув имя на бумажке.

– Ого! Зак, это где ты успел девчонку раздобыть, я опять все интересное проспал? – очухался Альфред, сонным выползая из каморки. – Рейд на притон был?

– Залезла в ломбард, ничего не украла, – отрицательно покачал головой Зак. Он недовольно глянул на своего напарника, а тот, похоже, не собирался так легко отставать.

– Симпатичная. Ты ее закроешь?

– Зачем? Выпишу штраф и поставлю на учёт.

– Жаль, – и как-то недобро Альфред посмотрел на Каю.

– На что ты намекаешь? – не утаился этот взгляд от Зака. Он сразу напрягся, готовый навалять напарнику, если он сказанет что-то не то.

– Ни на что, так, мысли вслух, – пожал плечами он и наконец ушел, послав улыбочку девушке. Закнеыл проводил его хмурым взглядом.

Она, конечно, услышала, что её всё-таки не запрут, и отделается только штрафом, и надо бы радостно помалкивать, но… все знают, что у баб порой мозг отключается.

– О, вот если бы он меня поймал, я бы точно сбежала! – сказала девушка, заглядывая через стол, что же он там всё-таки пишет. На Альфреда она взглянула боком, но не могла ему не улыбнуться, хотя этот перед ней попривлекательнее будет.

И всё равно она продолжала лезть на рожон. Последующие действия она проводила медленно и аккуратно, чтобы он опять не прижал её к столу и больно не скрутил руки (хотя, почему бы и нет?). Кая встала, держась к столу рядом, чтобы не вызвать подозрение на побег, просто встала рядом с копом и заглянула в бумажку. Теперь хоть отчетливее видит, что он там пишет.

– А если оставлю телефон, позвонишь? – мило улыбнулась она ему. Жаль, руки за спиной всё ещё в наручниках, она бы положила их на плечи этого красавчика и… вот честно, поблагодарила бы от сердца. Была уверена, что точно запрет. Хорошо, что ещё обыскивать не стал. Золотые цепочки в задних карманах как лежали, так и лежат.

– Сядь на место, – Закнеыл опять начал потихоньку закипать. – Если завтра узнается, что в лавке Брайана всё-таки что-то пропало, я тебя найду. А вообще, может, мне тебя обыскать? Или отдать тем, кто очень любит «обыскивать» девушек?

Были у них в участке такие кадры, которые во время обыска могли позволить себе лишнего. Зак очень не любил этих парней и презирал их, однако ничего сделать не мог. Он и так слишком многим перешёл дорогу. С некоторыми вещами приходилось мириться. Встав, он усадил Каю обратно на стул, вернулся на свое место.

– Ты хоть понимаешь, в каком положении? Это не игра, глупая ты девчонка, – уставился на неё Зак, откладывая бланк в сторону.

– Нет, ну если хочешь, я могу начать кататься тут в историке, пачкать тебя и вашу мебель слюнями и соплями. Так будет лучше? – впервые за всё это время серьёзно спросила девушка. – Ну поймал ты меня, что же, теперь нельзя в ситуации что-то забавное найти? Тебя позлить, например. Кстати о поисках… И как ты, интересно, будешь это делать? По имени и фамилии? У меня нет места регистрации, так что хоть все районы обыщи, а меня по документам не найдёшь. Ну если только школа и десятки мест работ.

Она перевела взгляд с парня на помещение, осматривая его: тихо, темно. Где-то тот коп шляется. Не так она себе всё представляла, но это намного лучше фантазий. Может, действительно хорошо, что именно он её поймал?

– И вообще! Зачем меня отдавать? Почему бы самому не насладиться поиском моей добычи? – вновь перевела она на него лукавый взгляд, правда, сама подумала: «Дура, ты что мелешь? Нельзя!». – А! Я поняла! Ты так на меня реагируешь… Ну точно, ты голубой!

У Зака на скулах заиграли желваки. Это был предел, она долго тянула его резинку терпения, и сейчас она лопнула.

Не долго думая, он схватил ее за воротник и подтянул к себе, перегнулся через стол – рост ему позволял – и навис над Каей. Просто бросить ее за решетку ему будет уже мало. Она бы не стала так провоцировать его, если бы знала, кем являлся Зак до того, как пришел работать в полицию. Может, пора вспомнить прошлое?

– Нарываешься, – прорычал он ей в лицо и отпустил, но не надолго. Уже в следующую секунду он оказался с другой стороны, прижимая ее к столу и шаря по карманам.

Девушка вскрикнула и стала рыпаться пуще прежнего. Не на такое грубое действие она рассчитывала, но никакие слова и айканье не остановили копа. Из боковых карманов он выудил пять колец с драгоценными камнями, а вот из задних… Там было столько цепочек, что вставал вопрос, как она вообще могла на них сидеть?

– Да чего обижаться-то? Я же пошутила! – буркнула она в стол, матеря себя за свой длинный язык. – Оставь хоть одну, как плату за твоё домогательство и грубости! У меня после тебя синяки по всему телу будут. Ну хватит, нет у меня больше ничего! – она попыталась выпрямиться, когда на стол была положена, наверное, всё-таки последняя золотая цепочка.

– Точно? – спросил он, поднимая ее и прижимая к себе спиной. – А то, может, запрятала ещё цепочки в потаённые места?

Прежде чем отпустить, он укусил ее за ухо – такая маленькая месть за ее выходку в машине.

– Так проникновение превратилось в кражу. Нужно было помалкивать, – Зак пересчитал цепочки и кольца и записал в бланк.

– Это какие еще места у меня есть? А ты докажи, что цепочки Брайана, – буркнула Кая, смешно пытаясь потереть ухо о своё плечо. – Может, это мои вещи, я их на удачу таскаю. Что ты там пишешь? Вычеркни, мои они, говорю! И что теперь? Посадишь, да? И не жалко тебе меня? Сам говорил, что типы у вас аморальные! А может, тот, что приходил, тоже аморальный! Вот ты уйдёшь, а он меня возьмет и изнасилует, а потом ещё изобьёт!

Заболтала она пуще прежнего, что в первую очередь говорило о том, как она разволновалась и испугалась за своё будущее. Ну, скорее больше камеры, чем других копов боялась. Кая упала на свой стул и уже честно не знала, что ещё делать. Язык – её враг, может, лучше заткнуться?

– Это ты за голубого мстишь? Ну прости, неудачная шутка. Натурал ты, натурал! Не сажай меня в камеру, дядя коп, я маленькая, бедная, надо мной издеваться будут!

– И возьмёт, и изнасилует, и изобьет, и не только он, – подливал масла в огонь паники Каи Зак. Он с противной улыбкой сел на стол, ставя ногу на уголок стула, на котором сидела воровка. – Знаешь, в тюрьме твоя симпатичная мордашка только в минус будет.

– Не смешно! Ты же не такой, у тебя наверняка есть внутренний закон защищать слабых, и хоть я и преступница, но теперь уже слабая жертва! Ты не отдашь меня на растерзание своим помощникам! – и уже сама в это слабо верила, а может, действительно поддавалась страху. Да и он еще издевался.

А Зак лишь сидел и улыбался, чем злил Каю. Да и еще так изменился с момента их встречи. С такой миной он и сам походил на тех, кого они оба описывали. И мысль, что она обманулась как маленькая девочка, посчитав его совсем другим полицейским, взбесила её. Психонув на нервной почве, она вскочила с места, но лишь чтобы быть с ним на одном уровне глаз. Но даже сидя он казался ей выше.

– А знаешь, что? А делай, что хочешь! Но всё, что со мной произойдёт, будет на твоей совести, ясно? – глупо пригрозила она ему почти в лицо.

– Я хуже, – шепнул он, сверля взглядом Каю. – Ты сама виновата, что вытащила эту часть меня на поверхность. Сидела бы молчком и отделалась бы лёгким испугом. Уже завтра могла бы свалить куда-нибудь, но нет, ты решила наговорить всякой ерунды копу.

– Да кто же знал, что ты лишен чувства юмора? Наоборот бы порадовался, что поймал веселую и активную, сам сказал, что симпатичную девушку, а не пьянчугу или наркомана! Это не моя вина, что ты так к жизни строго относишься. Проще надо быть, – не удержалась и показала ему язык. А что? Хуже, судя по настроению копа, точно не будет. Хотела сделать от него шаг назад, но сзади был стул, и, оглядевшись, Кая хотела было вовсе отойти от парня. – Ну давай, сажай меня, черствый и скучный герой. Где тут ваши клетки?

– Сядь, – рявкнул Зак, что Кая аж подпрыгнула от неожиданности и упала на стул. Он наклонился к ней и вкрадчивым голосом заговорил. – Слушай внимательно, от того, что я скажу прокурору, зависит твое будущее. Я могу сказать, что ты была сговорчивой, проявляла содействие и вообще раскаялась в содеянном, и ты получишь штраф до десяти тысяч долларов или месяц исправительных работ. Или я говорю, что ты оказывала сопротивление и пыталась напасть, сбежать и так далее, и ты получишь срок до двух лет. Что же мне делать?

Он с ехидной улыбкой наблюдал за реакцией Каей. Ему нравилось, что теперь она бесилась, и планировал ещё немного попугать ее. И ему стоило много усилий, чтобы не засмеяться.

– Я всего лишь тебя укусила. Это не нападение, – буркнула Кая, опустив голову. – А что ты меня спрашиваешь? Разве ты ничего не решил на бумажке, где ещё нет моего номера телефона и твоей подписи? Хотя фиг тебе с маслом, а не мой телефон.

И не смотря на такие храбрые речи, голосок-то стал тише, а Кая уже не пыталась вздёргивать носик и смотреть Заку в глаза. Руки сзади похолодели от волнения, да и предательски задрожали плечи от одних только дум, что там в тюрьме с ней сделают.

– Или ты хочешь, чтобы я «купила» твоё расположение? – всё-таки неуверенно подняла она на него лицо. – Ну точно! Иначе бы такого не спрашивал. А значит, лишь вопрос цены остался, верно? Деньги тебя не интересуют, раз ты до сих пор мальчиком на побегушках работаешь, – ничему её жизнь не учит. Стоило ненадолго забыться… – На меня ты вроде тоже ещё не посмотрел ласковым взглядом. Тогда что ты хочешь? Чтобы я молчала до тех пор, пока ты домой не пойдёшь? Но это как-то скучно. Больно взгляд у тебя стал злобным, ты чего? А, может, хочешь, чтобы я для тебя что-то своровала или куда-нибудь залезла?

– Лучше б молчала. Сейчас договоришься, я найду, каких заслуг тебе ещё приписать, – фыркнул Зак. – У меня и без тебя есть знакомые, которые могут залезть куда-то и не попасться, – кинул он камень в её огород. – Ладно, посидишь немного в клетке, может, чему научишься.

Он поднялся и собрал в коробочку драгоценности со стола, уже собираясь пойти запереть Каю.

– Ну, научусь-то вряд ли, – пожала она плечами, покорно следуя за держащим её под руку Заком.

Одно радовало – клетка хоть не такая, на какие она насмотрелась в фильмах. Если уж не идеально чистая, то хотя бы пустая и не запачкана кровью или рвотами. Вот только садиться на подобие скамейки было всё равно противно.

– Так что со мной делать-то будешь? – рискнула она всё же спросить, когда коп завёл её внутрь. – И руки-то мне освободишь?

– Освобожу, – произнес Зак, снимая с нее наручники. – А что с тобой делать, зависит от твоего поведения. Если продолжишь и дальше теребить мое терпение, окажешься в месте похуже. Так что подумай, кем ты хочешь меня видеть: врагом или союзником.

– Ну тогда буду молчать. А ты будешь скучать! – буркнула девушка, но когда она повернулась к нему, потирая запястья, то в глазах читалась большая и искрянняя благодарность. – Не помрешь со скуки?

– Мне и без тебя хватает головной боли, – усмехнувшись, он закрыл дверь, разделившую их решеткой.

– Ну смотри, – она подошла к решетке и, меж прутьев просунув руки, облакотилась о неё, милыми глазками смотря на копа. – Ну так что, позвонишь мне?

– Телефончик оставь, – усмешка на лице Зака стала ещё шире.

– Нет, ты его запишешь в свои бумажки, но сам-то позвонишь? Или мне вновь воровать нужно, чтобы с тобой встретится? – руки так и тянулись вновь к нему коснуться. А может, протянуть? Что он, интересно, сделает?

Закнеыл посмотрел на протянутые руки, и что-то дёрнуло его подойти, чтобы она могла его коснуться.

– Позвоню, если ты пообещаешь быть воровкой только в постели, когда будем играть в ролевые игры, – а улыбка все не сходила с его лица. Он схватился за прутья и опустился к Кае, чтобы их лица были на одном уровне.

– А мы будем? – спросила она, касаясь его шеи. О, какая это была шея. Её хотелось касаться и касаться, что она, собственно, и делала, подушечками пальцев щекоча каждый сантиметр этой приятной кожи. – Тогда я не могу иначе. Обещаю.

И ведь честно пообещала, но лишь на ближайшие три дня. Она понимала, что вся эта ситуация походила на какую-то ролевую игру, и факт того, что коп позвонит какой-то воровке с бедного района ради того, чтобы назначить свидание – это маловероятно.

И ведь все равно пообещала, лаская маленькую надежду внутри себя, уж очень понравился ей этот мужчина. Она с каким-то наслаждением любовалась его глазами, просунув половину лица между прутьев, будто тянулась к нему.

– Ладно уж, иди, играйся со своими бумажками, – нехотя сказала она. – Только не забудь, что я здесь, а то уйдешь домой, а твои грифы растерзают меня.

– Пусть только тронут, – зловеще оскалился Зак.

========== День 19. Супергеройское AU ==========

Пока Сектар отсиживался на бронированном балконе над специально оборудованной площадкой, в ней проходила тренировка его людей-супергероев. И хоть казалось, что он совершенно не смотрит в пуленепробиваемые окна, он всё равно наблюдал за ребятами по-своему.

«Гинтар, пропускаешь слишком много снарядов, внимательнее, – обращался он к своим людям через мысли. – Вот так, молодец. Валанди, мы с тобой это уже сотни раз проходили! Сосредоточься, не обращай внимания на мысли друзей, страхуй остальных. Закнеыл, молодец, но не бери всё на себя, давай передохнуть телу, если рядом есть команда. Кая, слишком много агрессии, ты слепнешь от неё».

А внизу происходила мнимая мясорубка.

***

Двадцать лет назад мальчик по имени Сектар Стоун поклялся себе, что никогда не даст в обиду таких же, как он сам – тех, кого раньше называли уродами и гнобили, и сейчас которых называют супергероями. Чем старше он становился, тем активнее участвовал за права людей со способностями, которые возносили их над обычным народом. Его мало кто слушал, мало кто верил ему, пока вокруг него не образовалась команда, над которой он взял шествие.

Но вместо того, чтобы просто быть вместе и не давать друг друга в обиду, жить в мире, Сектар и его команда решились на более правильный поступок: защищать тех, кто их ненавидел, от таких, как они сами – сверхлюдей, но из-за ненависти народа которые изменились в худшую сторону. Сначала это были обычные грабежи, убийства в малых количествах. Пока над ними не взяли шествие так же, как и Сектар над своими, но этот человек был других идеологий. Калантар – опасный и очень сильный противник, из-за которого мир узнал такие понятия, как суперзлодеи и супергерои.

Уже семь лет группы Поднебесных и Подземных суперлюдей борются за жизни простых граждан.

***

– До отдыха ещё полчаса, ребята! – не выдержал и сказал уже в громкоговоритель Сектар. – Что сегодня с вами? Не выспались все одновременно?

– А ты спустись сюда и в том же темпе поработай пару часов, – запыхавшись пробурчала Кая, зная, что он это же в её голове прочитает. Она чудом отскочила от летящей в неё сетки, но вот не смог отскочить стоящий к этой сцене спиной Гинтар. Сетка поймала его, и браслет, что был на руке у каждого, замигал ярко-красным светом, оглашая о проигрыше.

– Черт возьми! – устало он скинул с себя сетку и повернулся к Кае. – Почему ты меня не предупредила?

– А я, что, знала, что ты стоишь сзади?

«Вы все уже сдаёте позиции, – грустно сказал Сектар. – Давайте ещё десять минут. Гинтар, у тебя осталось две жизни. Мне стоит напоминать, что в реальности никто тебе второго шанса давать не будет?»


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю