Текст книги "В подземелье я пойду, там свой level подниму XI (СИ)"

Автор книги: Shin_Stark

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 26

С трибун неслись крики – кто-то осознавал, что их любимого Ex-ранга нет на поверхности. Я смотрел на дно бывшего озера: там, среди горячих труб, шевельнулась тень. Он поднялся. Целый. Просто ошпаренный, злой и растерянный. Мы встретились взглядами через стекло. Он хотел что-то сказать, но рот заполнил пар.

Сегодня явно не его день.

На арене Белла встретила двоих сразу – пока весь свой флот призывать не стала, ограничившись двойными блистерными пушками. А вот остальные тут ничего не могли сделать. Всё-таки против них Ex-ранговые, а они – ну, максимум S, и то с натяжкой.

Что я мог сделать в такой ситуации? Вариант первый – подождать, пока всех моих товарищей перебьют, и отомстить. Вариант второй – ослабить всех врагов до такой степени, чтобы даже мои слабаки их забили. И вариант третий…

Использовать Лимбо, чтобы сделать всех своих товарищей на время Ex-ранговыми. Можно было бы и навсегда, но больно жирно для них будет с нифига получать такие апгрейды. Так что ограничу время до десяти минут.

В общем, остановился на последнем варианте. Пускай развлекаются, хе-хе.

Темка – не знаю, как его на самом деле зовут, но Вирус решил, что ему влом искать про них информацию, – поймал своего соперника за ногу и вбил в землю. А потом и апперкотом добил.

– Ого!.. Я чувствую невероятную силу!

– Это всё потому, что они перестали выкачивать из нас силы?

– Да! Бейте их!

Преподаватели местной академии пытались остановить процесс – судьи шептались, отводили взгляд. Директор делал пальцами «свайп влево», как будто мог отмотать реальность. Но реальность упрямая. Особенно когда её задаю я.

«И пусть только попробуют сказать, что я опоздал и не должен был участвовать в бою. Я им тут мини-апокалипсис устрою».

Меня вломиться в бой просили три раза:

– Вик, добавь!

– Вик, добей вот этого!

– Вик, он уходит!

Каждый раз я отвечал одинаково:

– Справитесь.

Справлялись. Как не трудно догадаться, это очень сильно повлияло на их уверенность в своих силах.

– Мы думали, ты нас бросил, – бросил мимоходом «Гоша», когда пролетал рядом, перехватывая чью-то руку.

– Я вас бросил, – поправил я. – Но потом передумал.

– Мило, – хмыкнул он и вмазал второму номеру их команды аккурат в челюсть.

Комментатор делал вид, что наблюдает нейтрально. Голос срывался на «профессиональную» ноту, но иногда всё-таки прорывалось настоящее: «что только что произошло» и «где моя методичка».

– Студенты Хистории демонстрируют хорошую… эм… собранность, – произнёс он. – Однако стоит отметить, что… эээ… что-то тут не так… раньше ведь они не могли победить, – он заглянул в монитор.

С той стороны к барьеру подошёл один из их преподавателей – сухой мужчина с лицом «мы не жульничаем, мы оптимизируем процессы». Он пытался поймать мой взгляд.

– Это было опасно, – сказал он одними губами. – Вы могли убить нашего ученика!

– Да, – кивнул я. – Поэтому не стоит так больше делать.

Он отвёл глаза.

В какой-то момент их лидер понял, что всё. И попробовал сыграть в переговорщика. Поднял руку, мол, «паузу». Наши остановились. Я поднял ладонь, кивнул капитану, подождал.

– Тут что-то не так. Вы жульничаете! – обвинил он нас.

Вот ведь. Они уже начинают бесить.

– Нет. Вы просто слабаки, – сказал я чистую правду.

Он взглянул на судью. Судья сделал вид, что ему позвонили, и начал смотреть в потолок. Политика – мой любимый жанр комедии.

Все здесь присутствующие понимали, что они нарушили правила. Сделали это, скорее всего, из-за меня. Про мои успехи в подземелье не слышал только глухой, вот они и решили перестраховаться и создали это озеро.

Кто знал, что я так легко избавлюсь от их ловушки?

И вот теперь не только я представляю опасности, но и все ученики с какого-то перепуга способны победить охотников небесного уровня. Вот они и нервничают.

Бой продолжился. Остатки их «непобедимой группы» – да, такой заголовок наверняка уже был на их внутреннем сайте – оказались разгромлены. И это ещё мягко сказано.

Самое забавное – я, которого они опасались больше всего, практически и не сражался. Просто стоял в стороне и наблюдал.

Ну, для них это, наверное, так и выглядело.

Белла закрыла вопрос с последним из Ex-ранговых. Гоша помог Темке. Темка помог всем остальным, вместив в себя всю скромную радость мира.

Девять минут и семнадцать секунд – столько это длилось после моего появления. Сигнал. Тишина. Даже комментатор не сразу нашёл слова.

– Командный поединок завершён, – наконец выдавил он. – Победа за… Хисторией.

Наши – мокрые от пота, местами от чужой крови, местами от воды, которая всё ещё стекала из каких-то технических пазов снизу, – стояли в центре. Кто-то поднял руку. Кто-то засмеялся. Кто-то сел прямо на пол и сказал: «Я хочу есть». Это был Темка. Вечные ценности.

[Видишь. Всё-таки что-то есть в том, чтобы называть их такими именами.]

Заткнись, лентяй.

Вскоре ко мне подошёл тот самый лидер. Он выглядел растерянным и слегка злым.

– Что это было? – спросил он.

– Просто моя сила.

– Сила…?

– Да.

– Ты мог… – он запнулся. – Ты мог убить.

– Мог, – согласился я. – Но тогда у нас не было бы разговора.

Мы смотрели друг на друга пару секунд. Он хотел сказать «спасибо» и «ненавижу тебя» одновременно. В итоге выбрал нейтральное:

– В следующий раз мы не проиграем, – пробурчал он и направился дальше.

– Если не будете жульничать, может быть, и получится, – фыркнул я.

С той стороны снова поднялся шум. Преподаватели спорили с судьями, судьи спорили сами с собой, директор журчал голосом с начальством – по гарнитуре. Все делают то, что умеют.

Я повернулся к нашим.

– Ну что, – улыбнулся я. – Слухи приукрашивали?

– Пусть теперь рассказывают, как они проиграли «слабаку», – отозвался Гоша.

Лина просто кивнула. У неё с эмоциями экономия, зато в нужный момент их хватает.

– Вик, – тихо сказала Блум, когда мы уже выходили с арены в коридор. – Спасибо, – только и сказала она.

Вообще-то я собирался и с ней поссориться, как со Стеллой. Однако она такая милашка, что я не могу заставить себя это сделать.

Мы прошли мимо стола у входа, где две девушки-волонтёрки пытались разобрать заявки. Они смотрели на меня как на человека, который только что сжёг их любимый фонтан – и при этом прекрасен в закатных лучах. Неприятно. Я не люблю быть «прекрасным».

– Ребят, – сказал я спокойно, – проверьте техническую схему. Там в подвале стоит модуль конвертации, он же «В-18» по старой маркировке. Ему пора на пенсию.

– К-какой модуль? – робко спросила одна.

– Тот, что подаёт ядовитую смесь вместо воды, – ответил я и пошёл дальше.

В раздевалке было шумно. Наши болтали все сразу, как люди, вернувшие голос. Мне это нравилось.

– Мы теперь герои? – спросил Темка, жуя батончик, который где-то выпросил у медиков.

– Нет, – сказал я. – Мы просто не статисты.

– А эти… – он мотнул головой в сторону арены. – Они же нас ненавидят теперь.

– Пусть тренируются, – пожал я плечами. – Ненависть – плохой тренер. Но иногда неплохой будильник.

Белла села рядом, руки на коленях, посмотрела на меня испытующе.

– Ты ведь знал про воду ещё до арены, – сказала она. Не вопрос.

– Догадывался, – ответил я. – Запах выдавал. И цвет. И вязкость. И вообще всё. Я удивлён, как вы сразу не догадались, – хмыкнул я.

– То есть ты пришёл, посмеялся и сразу решил высушить озеро, – подытожил Гоша. – Нормально.

– Не сразу, – возразил я. – Сначала я извинился. Это важно для этикета.

– А вступление во Всемирную Организацию Зла – тоже этикет?

– Это – карьера, – сказал я и посмотрел на экран на стене.

На экране крутился повтор моего удара. Без звука. Сверху – бегущая строка: «Нарушение техники безопасности: проверка системы охлаждения». Ни слова о «нечестной подкачке». Конечно. Проблемы этих людей – это всегда «случайные неполадки».

– Они спишут всё на «модуль перегрелся», – сказала Лина.

– Пусть, – кивнул я. – Мы не пресс-служба. Мы охотники. Нам платят не за объяснения. Главное, мы победили. А что они играют подло, а потом это скрывают – уже не наше дело.

В дверях показался тот самый директор – с планшетом и скучным лицом. Он ненадолго завис у порога, потом подошёл.

– Вик, верно? – спросил он так, будто сверялся с базой данных.

Ага, то-то он меня не знает.

– Верно.

– Вы осушили озеро.

– Да.

– Это повлекло… – он замялся, – необходимость срочного техобслуживания.

– Это повлекло честный бой, – поправил я.

Мы какое-то время смотрели на его лицо, в котором не было эмоций. Возможно, он их в детстве продал за подписку на «Премиум-суету».

– Я вынужден буду подать протест, – произнёс он. – Формальный.

– Смело, – одобрил я. – Особенно учитывая, что вы подстроили арену.

– У вас нет доказательств, – сказал он.

– У меня есть глаза, – ответил я. – И кое-что ещё.

Он на секунду напрягся.

– Но мы люди цивилизованные, – продолжил я мягко. – Не будем махать документами. Пусть всё будет, как вы любите: красиво. Два варианта. Первый: вы здесь и сейчас объявляете технический инцидент и признаёте итог боя действительным. Второй: я всю вашу академию и вас в бараний рог скручу. Сил у меня хватит, уж поверьте, – оскалился я.

Его глаза качнулись. Чуть-чуть.

– Вы мне угрожаете? – прищурился он.

– Ага, – не стал я скрывать. – Документы, аргументы, компромиссы – всё это удел тех, кто слаб. Я же сильный. Мне это всё не нужно, – пожал я плечами.

У меня и правда есть доказательства того, что они жульничали. Но я не собираюсь их предоставлять.

– Ладно, – наконец сказал он. – Инцидент. Итог боёв действителен.

– Вот и отлично, – улыбнулся я. – Удачного дня.

Он ушёл, оставив после себя запах дорогого одеколона и дешёвого оправдания. Гоша расхохотался.

– Вик, ты монстр.

– Нет, – возразил я. – Монстры – там, за стеной. А я – человек. И поэтому я гораздо страшнее любого монстра, – улыбнулся я.

Мы собрали вещи, проверили датчики, надели куртки. Снаружи коридор шумел журналистами. Из тех, кто «просто уточнить и мы уйдём», а потом ещё час не отпускают.

– Давайте коротко, – сказал я, едва мы вышли. – Один вопрос – один ответ. Без «а ещё».

– Вик Греяр, правда, что вы использовали запрещённый навык?

– Нет. Запрещённые навыки – это когда в названии навыка есть «запрещённый». Мой навык так не называется.

– Вы осушили озеро намеренно?

– Озеро осушилось от жара. Жар был моим. Это совпадение из области физики.

– Звёздная Пыль – официально разрешённый усилитель?

– Задайте вопрос дирекции. Они обожают слова «официально» и «разрешённый».

– Вы опоздали. Почему?

– Вступал во Всемирную Организацию Зла.

– Это шутка?

– А как вы думаете?

Журналисты переглянулись, словно я сказал, что завтра отменят гравитацию. Ну да, у людей хрупкая картина мира.

– И вы… – осторожный голос, – … не боитесь последствий?

– Я охотник, – пожал я плечами. – Последствия – это мой рабочий инструмент.

Мы разошлись. Кто в душ, кто – в столовую. Я – в тихую нишу рядом с аварийным выходом. Хотел просто посидеть, подумать. Нужно было ещё решить, что делать в будущем.

Как вдруг мне на кольцо позвонили. На кольцо. Позвонили.

– Алло-алло, – ответил я, прекрасно понимая, кто это может быть.

Только один псих имеет силы, которые позволяют звонить куда хочешь.

– Привет, мой друг, – послышался до чёртиков знакомый голос.

По спине пробежали мурашки.

[Это он! Он нашёл тебя!]

Вирус тоже паниковал, но я его игнорировал.

– Ну здравствуй… Виктор Громов.

Глава 27

На том конце повисла короткая пауза, затем тихий, довольный смешок.

– Игра в «Валенд-а-Мортэ» была забавной, – сказал он. – Не находишь?

– Забавной? – я хмыкнул. – Да, если считать забавой снос половины города ради пары очков рейтинга. Хотя… ты всегда любил зрелища.

Он не ответил, и я, вздохнув, добавил:

– Но знаешь, мне куда интереснее другое. Кто, чёрт возьми, сейчас со мной говорит?

– Хм, – в голосе прозвучала усмешка. – Значит, догадываешься.

– Я не просто догадываюсь, – сказал я, отталкиваясь от стены. – Я уверен. И всё же любопытно: как ты вообще дозвонился? Учитывая, что я сижу под защитой академии, а сеть тут режется фильтром – даже мышь не пискнет без разрешения.

– Скажем так, я немного… обошёл правила, – ответил он спокойно.

– То есть ткнул пальцем в реальность и попал. Отлично. Классика. Наверное, набрал случайный номер и попал на меня. Неправильный номер – но кого волнует? Вы, Трикстеры, так живёте. Удобно, наверное.

– Быть Трикстером всегда удобно, – согласился он. – Особенно когда можно не отвечать на вопросы.

– Прелестно, – сказал я. – Тогда отвечай на этот: зачем ты сюда пришёл? Что тебе нужно в этом мире?

Повисла тишина. Та самая, плотная, от которой начинает звенеть в ушах. Где-то за дверью кто-то радостно выкрикивал имя Беллы, обсуждая, как она «раскатала» противников, а я стоял и говорил сам с собой.

Парадоксально, но этот разговор с собой – диалог.

Виктор первым нарушил паузу.

– Такими темпами мы можем молчать вечно.

– Согласен, – усмехнулся я. – Только я предпочитаю, когда разговоры приносят результат. Есть предложение?

– Сделку, – ответил он.

– Вот уж неожиданно, – я улыбнулся. – Можешь расписывать свой гениальный план по тому, как выведаешь из меня всю информацию, сам при этом ничего не раскрыв.

– Три вопроса. По три у каждого. Гарантируется, что хотя бы один ответ каждой стороны будет правдивым, но какой – мы не будем знать.

Хитрый гад. Если он правильно выстроит диалог, то сможет выведать всё, что ему нужно.

– Старый трюк, – сказал я. – Но рабочий. Только добавим условие: все три вопроса должны быть на разные темы.

– Ты за кого меня принимаешь? – оскорбился он.

Трикстер определённо собирался задать три одинаковых вопроса.

– За очень умного и благородного человека. Ну так что? Если ты не собирался этим воспользоваться, то с моим условием проблем нет. Так ведь?

Он тихо засмеялся – мой же смех, только холоднее.

– Ладно уж. Но ты меня неприятно удивил, таинственный незнакомец.

– Я вообще полон сюрпризов, – сказал я. – Начнём.

[Только не вздумай сказать правду. Если он узнает, кто ты, результат будет как при личной встрече. Коллапс вселенной и смерть!]

Да уж. Без этого было бы слишком просто. Но чего-то такого я и ждал. Тем более, Виктор Громов – человек непростой. Что самое плохое – он параноик. Если я ему всё расскажу, с него станется намеренно со мной встретиться, чтобы убедиться в правдивости моих слов.

– Что ж, – сказал я вслух, – первый вопрос за мной. Что ты обо мне знаешь?

Этот вопрос был не так важен. Скорее всего, он не знает ничего. Тем не менее, он гонится за мной. И если он ответит правду, то должен будет уточнить, что именно заставляет его желать встречи со мной.

Так что, меня устроит любой ответ.

– Почувствовал всплеск энергии в этом мире, – ответил он без паузы. – Решил посмотреть, что за источник. Больше ничего.

Я усмехнулся.

– Правдоподобно, но скучно.

Ложь. Наблюдать за другим миром даже для Трикстера – морока: слишком много энергии, слишком мало смысла. Я, например, никогда бы не стал тратить силы на подобное. А он – я же. Значит, первое враньё засчитано.

Теперь его очередь.

– С кем я говорю? – спросил Виктор. – Только не уходи в абстракцию.

Я чуть улыбнулся.

– Просто человек, который не любит, когда его убивают.

Это также ложь, и он это, скорее всего, поймёт. Но если говорить правду – он меня быстро раскроет.

– Второй вопрос, – сказал я, не давая паузе затянуться. – Что ты собираешься делать дальше?

Он замолчал на пару секунд, а потом ответил:

– В этом мире я хочу встретиться с одним другом.

И снова ложь. В этом мире у него совершенно точно нет знакомых. Но он не мог знать, что я знаю всё о нём. В обычной ситуации это можно было бы считать правдой. Всё-таки ради чего-то он пришёл в этот мир.

– Допустим, – спокойно ответил я.

– Теперь мой ход. Что ты задумал? – спросил Виктор.

– Спасти себя и всех, кем я дорожу, – сказал я.

И на этот раз это было правдой.

Когда Сиф придёт, он не только убьёт меня, но и поработит разум всех моих близких. Мне этого не хочется. Так что спасти их – моя цель.

Виктор, скорее всего, поймёт, что я сказал правду. Но это не так уж и важно. Главное – гарант правды я потратил на этот ответ.

На линии повисла тишина. Потом я услышал тихий вдох.

– Хм. Даже благородно, – произнёс он.

– Благородно – это побочный эффект, – сказал я. – Мне просто лень умирать.

Я почувствовал, как Вирус шевельнулся, но не стал вмешиваться. Он знал: спорить бесполезно.

– Последний вопрос, – сказал я. – Почему ты сюда пришёл?

На этот раз пауза была долгой. Я почти слышал, как на той стороне связи потрескивает энергия, будто сопротивляясь ответу. Оно и понятно: он намеренно ответил на этот вопрос в первый раз, пытаясь запутать меня. Однако по уговору нельзя задавать похожий вопрос. Но тогда мой вопрос был совсем другим.

Наконец Виктор заговорил:

– Меня позвали. Не знаю кто, просто какой-то голос. Он просил убить тебя.

Я выдохнул сквозь зубы. Вот оно. Не совпадение, не любопытство, не «стечение обстоятельств» – меня действительно собирались убрать.

– Ну хоть честно, – сказал я. – А то я уже думал, ты просто скучал.

– Я не говорил, что выполню приказ, – добавил он.

– Но и не отказался, – напомнил я. – Мы оба знаем, как устроены приказы. Сначала слушаешь, потом убеждаешь себя, что сделал это по собственной воле.

Он снова замолчал. Потом тихо спросил:

– Ты мой враг?

А вот и третий вопрос.

«Вот ведь гад. Какой каверзный вопрос!»

Я уже ответил один раз правдой, но никто не мешает ответить правдиво и во второй. Если я скажу «нет», это может прозвучать как ложь. Если скажу «да» – то это может быть признанием. Хитрый ублюдок загнал меня в ловушку.

[Видишь, как сложно с тобой иметь дело? Благодари меня, что я на твоей стороне!]

Сложно? Ха! Этот пацан – версия меня десятилетней давности. Уж ему в хитрости я точно не проиграю!

– Да нет, наверное.

Секунда тишины, потом короткий смешок.

– Слушай, а мы точно не встречались? Уж больно хорошо ты меня знаешь, – сказал он.

Последний вопрос был задан специально, чтобы меня запутать. Неважно, какой вариант я бы выбрал – это усилило бы его подозрительность. В такой ситуации только тот, кто предельно осторожен, попытается дать прямой ответ. Поэтому я выбрал самый абстрактный и неуверенный вариант – так поступает лишь тот, кто не зациклен на попытках себя обелить.

– А это уже четвёртый вопрос. Но я отвечу. Нет, мы с тобой никогда не встречались. И я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой.

– Понятненько. Пожалуй, на этом всё, – сказал он.

Связь начала рассыпаться. Воздух вокруг кольца загустел, пахнуло озоном.

Вирус зашипел у меня в голове:

[Он тебя сканирует!]

– Пусть сканирует, – ответил я. – Это займёт вечность.

– Ещё увидимся, – сказал Виктор.

– Лучше не надо, – ответил я.

И связь оборвалась.

Я использовал «Королевскую Власть» и превратил пульт в прах – чтобы он точно не смог до меня ещё раз дозвониться. Всё-таки разговоры с ним выматывают.

В коридоре стало непривычно тихо. За стеной всё ещё гудели динамики, студенты обсуждали бой, кто-то громко смеялся. Всё как обычно. Только теперь я знал, что где-то в этом мире мой двойник получил приказ убить меня.

Я медленно пошёл по пустому коридору, глядя на отражение в стеклянных дверях.

[Он ведь не шутил…]

Переживание Вируса было понятно – наши жизни связаны.

– Конечно, нет, – ответил я. – Но если он – это я, значит, он сделает всё так же, как сделал бы я. Сначала узнает побольше. Потом попробует понять, где слабое место. И только потом ударит.

[И ты к этому готов?]

– Не-а. Виктор Громов – самый непредсказуемый чёрт во вселенной. Даже я не знаю, что от себя ждать. Как говорил один долбанутый Алхимик: «Когда я злюсь, я сам себя боюсь». Вот и он может доставить целую кучу неприятностей.

Я свернул в боковой проход, где никого не было, и сел на подоконник. За окном горел город – неон, дроны, рекламные голограммы. Всё это казалось одновременно живым и мёртвым.

[Может, тогда просто сбежим из этого мира? Я могу это устроить.]

– Не получится. Трикстер найдёт нас, где бы мы ни прятались. Мне пришлось активировать триста семнадцать разных эффектов, чтобы он не нашёл нас своими абсурдными силами. Но даже так я не смог предугадать телефонный звонок. Чёрт его знает, чего от него ждать.

[Тогда что ты собираешься делать?]

– Забавно, – сказал я вслух. – Получается, Воля Мира сначала призвала меня, чтобы уничтожить Ковчег Душ, а потом ещё и моего местного двойника, чтобы избавиться от меня.

[Мой вопрос всё ещё в силе.]

Я поднялся, стряхнул пыль с рукава и посмотрел в окно. В отражении – усталое лицо и слабая усмешка. Где-то там, на другой стороне, этот же взгляд, только чуть холоднее.

– Если эта чёртова Воля Мира решила избавиться от меня, – сказал я, глядя в темноту, – тогда я избавлюсь от неё первой.