Текст книги "Приговорённые к Аду (СИ)"

Автор книги: Санта-Фет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

– Нельзя осквернить душу помимо воли, – Нигар с сомнением качнул головой. – Всем известно, что не было ни одного случая, чтобы Светлого подчинили Тьме, пока тот сам не пожелает упасть. Если же он пожелает, то станет Падшим, а не Серым, как ты сказал.

– Всё верно.

– Но как же тогда?..

– Когда увидишь Серого Ангела – всё поймёшь, – спокойно перебил змей. – И тогда ты заберёшь его сердце, кровь и душу, чтобы вырастить Древо, описанное в этом свитке, а его плоды сможешь напитывать той субстанцией, какой пожелаешь. Тьмой или же Светом, без разницы – оно примет всё.

– Дерево Душ!.. – задумчиво протянул ангел, и его фиалковые глаза заблестели азартом и предвкушением.

– Да, Дерево Душ, – эхом отозвался голос в голове и смолк, дав Нигару возможность оценить в уме открывающиеся перед ним перспективы.

Ангел довольно долго сидел, размышляя над полученной информацией, после чего аккуратно разгладил древний свиток, поместив тот на почётное место на полке с именем Адороса.

– Что ж, пора отдохнуть, – Нигар устало потянулся и зевнул. – Вряд ли мой мозг сможет вместить в себя что-то ещё, если я не посплю.

– Ты опять отложил свиток с инструкцией о том, как открыть портал в Ад! – недовольно прошипел змей, вновь заёрзав. – Твой отец ждёт тебя и Белл-Ориэля! Вы должны встретиться и наметить план дальнейших действий – забыл?!

– Как же я забуду, если ты без остановки об этом твердишь? – Гин поморщился, возвращаясь и беря с полки свиток, перевязанный куском серой бечёвки. Сдёрнув печать, он развернул пергамент и углубился в чтение.

– Всё понятно? – вновь не удержался змей, когда через несколько минут ангел стал сворачивать свиток обратно в трубочку.

– Ты меня обманул! – вместо ответа Нигар нахмурился, со злостью швырнув свиток в корзину для мусора. – Судя по формулам, портал работает лишь в одну сторону! Обратного пути нет!

– Обратно можно выйти через главные врата, – невозмутимо отозвался змей. – Ими ходят Поставщики, снабжающие Ад всякой всячиной с Земли. Люцифер даёт им свою печать, и она служит пропуском.

– То есть, он может дать пропуск, а может и не дать? – Нигар помрачнел ещё больше. – Не зря Белл-Ориэль так противится идти на эту встречу. Он лучше всех чует ловушки! – пробормотал ангел себе под нос, одновременно закрывая двери хранилища и направляясь в спальню.

– А портал? – попытался было возмутиться змей, но Нигар лишь махнул рукой.

– Подождёт! – огрызнулся он, решив про себя, что и ужин подождёт тоже. После чего упал на кровать и, укутавшись с головой в одеяло, мгновенно отключился.

– Наша маленькая принцесса уже сладко спит, – прошептал Белл-Ориэль Авроре, уложив дочку в некое подобие колыбели, которую он собственноручно сплёл из ивовых ветвей, растущих по берегам горной реки. Он решился оставить Аврору совсем ненадолго, чтобы спуститься в долину и раздобыть молока для малышки, а также немного еды в ближайшей деревне.

Когда же вернулся, обнаружил Натаниэль громко плакавшей, а Аврору лежавшей в жару в полузабытьи. Быстро накормив дочку, Белл сменил холодный компресс на лбу возлюбленной и долго сидел рядом с ней, держа за руку, не решаясь вновь её оставить.

Однако время шло, и Белл-Ориэль видел, что девушке становится всё хуже с каждым часом. Нужно было что-то делать, но уже который день его преследовало предчувствие беды. Оно было настолько острым, что от ощущения надвигающейся катастрофы темнело в глазах и срывалось дыхание всякий раз, как только Белл порывался полететь к Падшим за помощью. В конце концов, отчаявшись, Белл выскочил из хижины и, закрыв глаза, мысленно воззвал к Нигару. Раз за разом он пытался дотянуться до него через расстояние, зовя изо всех сил, буквально крича и умоляя, но младший не отзывался. То ли не слышал, то ли не желал слышать – Белл не знал. Безысходность захлёстывала удушливой волной, и от бессилия хотелось разгромить всё вокруг или завыть подобно зверю, попавшему в капкан. Но даже этого он позволить себе не мог, опасаясь привлечь внимание Светлых, всё плотнее окружавших их маленькое убежище со всех сторон.

– Белл! – слабый голос Авроры отвлёк ангела от пугающих мыслей и заставил вновь окунуться в реальность.

– Да, любимая, я здесь! – Белл нежно сжал её ладонь и поднёс к истрескавшимся губам чашу с водой. Девушка сделала глоток и постаралась улыбнуться, но улыбка получилась болезненной и слабой.

– Мне страшно, Белл! – вдруг прошептала она, улыбка погасла, а её голубые глаза на миг заволокло туманом. – Обещай, что позаботишься о Нате, когда я… Когда меня не станет… Не бросай её, прошу!

– Нет… Конечно, нет! – юноша стиснул зубы, чувствуя, как горячие слёзы предательски наворачиваются на глаза. – Не волнуйся за дочку, Аврора! Всё будет хорошо! Мы вместе позаботимся о ней, и…

– Я умираю, Белл, – девушка из последних сил сжала его руку. – Мы не сможем быть вместе… Видно не суждено… Прости! – она закрыла глаза, из которых на бледные щёки выкатились слезинки.

– Нет! Аврора! – Белл схватил её за плечи и, приподняв, прижал к себе. – Нет, я не позволю тебе умереть! – выдохнул он, задрожав от отчаяния. – Не позволю бросить нас с малышкой! Держись, Аврора! Потерпи ещё немного, прошу тебя! – он покрывал поцелуями её бледные щёки, холодея от одной мысли, что может потерять её навсегда. – Я приведу доктора! Я найду его, слышишь?! Всё будет хорошо! Ты поправишься, милая – я обещаю!..

Но Аврора не отвечала. Обессиленно откинув голову, она лишь тихо постанывала, не раскрывая глаз.

Опустив возлюбленную на старенький травяной матрас, Белл, более не раздумывая, выскочил из хижины и стремглав взмыл в чёрное ночное небо.

Нигар проснулся так резко, словно кто-то жёстко выкинул его из сна в реальность. Подскочив на кровати, он схватился рукой за грудь, которую распирало от непонятной боли, словно внутри разожгли костёр. Следом навалилось давящее чувство тревоги и накатило желание мчаться куда-то сломя голову.

– Змей! – прохрипел Нигар, ощущая, как по спине поползли колючие мурашки, а руки и ноги ослабели от ужаса. – Что со мной? Что происходит?

– Это Белл… – послышалось неторопливое шипение, и в тот же миг сердце ангела пропустило удар. – Ты чувствуешь своего близнеца.

– Что с ним?! – младший подпрыгнул, и тут же стал одеваться. – Где он?!

– Он звал тебя, – прошелестел змей неохотно.

– Почему не разбудил?! – рявкнул Нигар, кое-как засовывая ноги в сапоги. – С ним, наверняка, что-то случилось! – более не мешкая, парень зажмурился, перемещаясь в пространстве.

Немногим ранее…

– Нет, что ни говори, а Афаэл умеет вести дела, – ухмыляясь, заметил Тадиэль, пригубив вино и закусывая сочным куском кролика. – Михаилу некуда деваться. Увидите, он согласится на все наши условия.

– Да, Афаэл – молодец! – рассмеялся Даниил, подсаживаясь к столу, где уже восседали доктор и ангел Жертвы. – Хотел бы я взглянуть на лицо Архангела, когда Касиэра передаст тому наши требования. Жаль только, подопытных теперь гораздо труднее придётся добывать. Что ни говори, а Светлые, в качестве доноров, здорово способствовали продвижению моих исследований.

– Да и у меня на них имелись кое-какие планы, – вздохнул Армисаэль, поморщившись от кислого вкуса вина. – Ну, да ладно. Будем надеяться, что какого-нибудь олуха из Светлых всё же занесёт на нашу территорию, и мы сможем препарировать его, не нарушая договора.

– Как жизнерадостно звучит! – хмыкнул Даниил, пододвигая к себе тарелку жаркого. – Ты просто образец настоящего целителя, Армисаэль!

– Он образец настоящего учёного, – поправил Тадиэль, поднимая кубок. – Какой толк в целителе, если тот не способен распотрошить парочку врагов во имя науки?

– Кто кого потрошить собрался? – в импровизированную столовую вошёл высокий ангел, с длинными каштановыми волосами до плеч и узким лицом, на котором сразу же выделялись странные жёлто-зелёные глаза с чёрными вертикальными зрачками, придававшие ему сходство со змеёй. Устало сбросив с себя лёгкие кожаные доспехи и сложив их в углу, ангел плюхнулся на стул рядом с Тадиэлем.

– Умираю с голоду! – пробормотал он, окидывая стол заинтересованным взглядом. – Чем сегодня кормят?

– Кролик, – коротко кивнув на огромное блюдо в центре, отозвался Даниил. – А ты чего пост бросил, Офаниэль?

– Меня сменил Зариил, – ангел повёл плечами, одновременно засучивая рукав тоги и снимая с запястья небольшую змейку, чёрное тело которой украшали разноцветные кольца. Положив змейку на стол, Офаниэль любовно погладил её двумя пальцами и, улыбнувшись, полез в карман за маленьким холщовым мешочком.

– Твою мать, Офаниэль! – рыкнул Даниил, выразительно сморщившись. – Сколько раз нужно просить, чтобы ты не кормил своего змеёныша за столом! – он передёрнулся и швырнул кусок жаркого обратно в миску, наблюдая, как Офаниэль скармливает своему питомцу полевую мышь.

– Я тоже змей, но ведь тебя это не смущает! – жёлто-зелёные глаза ангела насмешливо вспыхнули, и он улыбнулся, обнажив два острых изогнутых клыка. – А Аспид – часть меня. Ему нужно питаться, и расти так же, как и нам с тобой, Даниил.

– Но можно же покормить его где-нибудь на травке! – Даниил закатил глаза. – Или ты тоже жрёшь мышей, Офаниэль?!

– Нет, я предпочитаю более изысканную кухню, – подождав, пока Аспид доест, ангел невозмутимо пересадил того обратно на запястье. – А тебе, как учёному, полагается иметь более крепкий желудок, мой друг.

Даниил фыркнул, принимаясь за недоеденный кусок кролика и стараясь больше не смотреть на змея, обернувшегося вокруг запястья хозяина и блаженно жмурившего круглые глаза.

– А где Афаэл? – вмешался Тадиэль, незаметно переводя тему, чтобы разрядить обстановку.

– Улетел со своей командой, лично размечать границы, – с удовольствием вонзая зубы в сочное мясо кролика, промычал ангел. Потом прожевал и, лениво потянувшись, глотнул вина. – Он, похоже, даже не сомневается в решении Михаила.

– И кто охраняет периметр?

– Зариил и ещё двое наших.

– Поешь и передай им, чтобы шли ужинать. Мы их подменим.

– Угу, – снова вгрызаясь в мясо, Офаниэль согласно кивнул. Тут змей на его запястье вдруг распахнул глазки, и, вытянув голову, громко зашипел. Ангел тут же оторвался от поглощения ужина, и застыл, нахмурившись.

– В чём дело? – заметив эти перемены, всполошился Тадиэль, вопросительно взглянув на Змеиного ангела.

– Чужой! – коротко отозвался тот, вскакивая из-за стола и кидаясь к доспехам, среди которых оставил свой меч.

Остальные ангелы тоже вскочили, но никто из них не успел ничего предпринять, как в коридоре послышался шум, и в столовую кубарем влетел Зариил, а вслед за ним ещё два ангела. Они сшибли несколько стульев и повалились друг на друга, барахтаясь на полу. Доспехи их были разорваны, из многочисленных порезов сочилась кровь.

– Какого чёрта?! – вырвалось у Даниила, и он схватился за меч. Армисаэль и Тадиэль последовали его примеру, как и Офаниэль, который подобрал своё оружие и замер в углу, настороженно следя за входом.

– Бросьте мечи! – внезапно раздался чей-то голос. Падшие увидели невысокого светловолосого юношу, непонятно как оказавшегося посреди зала. Никто из присутствующих не уловил мгновения, когда чужак проскользнул в дверь и оказался среди них. – Я никого не трону, если вы не нападёте! – предупредил незнакомец, внимательно оглядев всю компанию.

– Кто ты такой? – первым заговорил Тадиэль, даже не думая бросать меч и держа его наготове. – Что тебе надо?

– Мне нужен Армисаэль! – отозвался блондин, напряжённо вглядываясь в лицо каждого. – Среди вас он есть?

– Зачем он тебе? – спросил Даниил, осторожно продвигаясь к незнакомцу со спины.

Незнакомец совершил молниеносный выпад, от которого у всех присутствующих зарябило в глазах, и Даниил растянулся на полу, оглушённый беспощадным ударом в челюсть. Тадиэль дёрнулся и принялся что-то шептать, но блондин прервал магию, оказавшись у ангела Жертвы за спиной и грубо обхватил того за шею с такой силой, что ангел начал задыхаться. Белл мгновенно приставил к горлу жреца меч, и в его фиалковых глазах зажёгся приговор.

– Не советую! – жёстко предупредил он, когда Офаниэль чуть шевельнулся в своём углу. – Я убью всех, если не скажете, где Армисаэль! Он мне нужен! Срочно! Скажите мне, где он, и никто не пострадает!

– Я – Армисаэль, – после напряжённого молчания, неожиданно признался доктор, с неприкрытой тревогой наблюдая за тем, как задыхаясь, ангел Жертвы синеет в железной хватке блондина. – Отпусти Тадиэля и давай всё мирно обсудим. Тебе ведь нужна моя помощь, верно?

– Да, – помедлив, Белл всё же выпустил горло Тадиэля, и тот сразу же шарахнулся в сторону, растирая шею и натужно кашляя. – Ты должен полететь со мной, Армисаэль! Сейчас же! Кое-кто может умереть, если ты не поможешь! Я не причиню тебе вреда, клянусь! Просто помоги!

– Кто-то ранен? – стараясь говорить спокойно, поинтересовался доктор. – Нужно понять, какие инструменты мне понадобятся.

– Рана на крыле, и может начаться заражение! – теряя терпение, выдохнул Белл. – Летим! Иначе мне придётся тащить тебя силой!

– Спокойно, красавчик, не нужно применять силу. Я помогу, – кивнул Армисаэль, миролюбиво поднимая ладони. – Позволь сходить за инструментами. Они здесь, в пещере, недалеко.

– У тебя три минуты, – разрешил блондин, сходя с ума от тревоги и всё больше нервничая. – Если не вернёшься – убью всех, а тебя найду и…

– Тихо, не горячись! – внезапно прошипел Офаниэль, и его вертикальные зрачки многозначительно сузились. Больше не обращая внимания на угрожающий вид чужака, Падший убрал меч и спокойно направился к нему. – Мы уже уяснили, что ты не шутишь, так что не стоит ещё больше накалять обстановку, – он махнул рукой Армисаэлю, чтобы тот уходил. – Мы ведь не враги. Лучше давай познакомимся, и ты расскажешь, что у тебя случилось…

– Армисаэлю нельзя лететь одному! – неожиданно встрял в разговор Тадиэль, злобно покосившись на блондина. – Афаэл мне голову отвернёт, если мы отпустим доктора с этим…

– Я полечу с ними, Тадиэль, – Офаниэль успокаивающе обернулся к товарищу. – Не волнуйся.

– Я с вами! – поднимаясь с пола и отряхиваясь, хмуро поддержал Даниил, мрачным взглядом окидывая Белла с головы до ног.

– Ты не нужен! – Белл сжал кулаки, отвечая Даниилу не менее яростным взглядом.

– Тебя забыл спросить! – огрызнулся Даниил, вызывающе вскинув голову.

Белл метнулся было к нему, но тут снова вмешался Змеиный ангел.

– Между прочим, Даниил – опытный генетик и отлично разбирается в медицине, – заступился он за товарища, встав между ними. – Так что вторая умная голова не помешает, не так ли? Да и дополнительная охрана лишней не будет.

И пока Белл-Ориэль сомневался, в столовую вернулся доктор.

– Я готов, – кивнув на набитый доверху саквояж, буркнул он. – Показывай дорогу, блондин…

– Нехорошее место, – пробормотал Даниил, настороженно вглядываясь в темнеющие впереди вершины гор. – Не нравится мне здесь!

Он замедлил полёт, и, сделав предупредительный жест своим попутчикам, стал кругами облетать ущелье. Закончив осмотр, он вернулся, угрюмо покачав головой.

– Поблизости Светлые, – мрачно сообщил Даниил, встречая напряжённый взгляд Белла. – Прости, блондин, но соваться с тобой в пасть дьявола, я Армисаэлю не позволю. Он слишком ценен для нас, а тебя мы даже не знаем… Летим отсюда! – приказал он товарищам, кивнув им в противоположную сторону. Но тут Белл не выдержал, и стремглав настигнул доктора, обхватил того за туловище и потащил вниз. Даниил ринулся было следом, но напасть не решился, опасаясь, что оба ангела потеряют равновесие и просто-напросто разобьются.

– Стой! – с досадой выдохнул Офаниэль, тоже кидаясь вслед за блондином. – Да подожди же ты! – и поскольку Белл не мог лететь слишком быстро с барахтающимся доктором наперевес, Змеиный ангел скоро нагнал их и полетел рядом. – Постой! Послушай меня! – воззвал он к чужаку, мешая тому управлять полётом. – Я тоже чувствую Светлых, ты летишь прямо на них! Так ты погубишь и себя, и Армисаэля, и раненому своему не поможешь! Нужно что-то придумать!

– Что?! – Белл всё же остановился, и Офаниэль увидел на его лице отчётливо проступившее отчаяние.

– Давай сначала мы вдвоём с тобой слетаем! – приблизившись, негромко предложил он. – Если проскочим – вернёмся за Армисаэлем и Даниилом. Они укроются пока в скалах и нас подождут.

– Они улетят! – рявкнул Белл, едва не взвыв от бессилия.

– Не улетят, – Офаниэль подлетел совсем близко и тронул его за плечо. – Я нужен клану не меньше Армисаэля, блондин, и могу побыть твоим заложником. Если мои спутники улетят, можешь убить меня.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, и за их бессловесной дуэлью наблюдали Даниил и сам доктор.

– Хорошо, – наконец согласился Белл-Ориэль, понимая, что иного выхода нет, и в случае нападения Светлых, ему не защитить ни себя, ни доктора. Потому он выпустил Армисаэля, который, чертыхаясь, с трудом развернул помятые крылья и отлетел чуть в сторону, сжимая в руках доверху набитый саквояж с лекарствами и инструментами.

– Мы подождём вас здесь, – смирившись, Даниил угрюмо кивнул в сторону скал. – У вас ровно час, чтобы вернуться.

Змеиный ангел лишь махнул рукой и тут же устремился вслед за Беллом к маячившим вдалеке силуэтам гор.

====== Глава 24. Каменное сердце ======

Уже подлетая к обрыву, на краю которого находилась хижина, Белл-Ориэль понял, что опоздал. В нос ударил опьяняющий запах цветочного нектара, и ангела замутило от страха перед неизбежным.

– Улетай, Офаниэль, – выдавил он, уже зная, что проиграл судьбе последнее, что у него оставалось.

– Светлых много, блондин. Одному тебе не справиться, – Змеиный ангел всё ещё медлил, неуверенно озираясь. – Летим вместе со мной! Твоему раненому… вряд ли теперь понадобится помощь, – с горечью добавил он.

– Мне тоже она не нужна. Улетай! – приказал Белл и, оставив своего провожатого, решительно устремился к скалам.

Он опустился на плато перед домом и тут же увидел Камияра, находившегося у самого края пропасти и крепко прижимавшего к себе Аврору. Девушка не стояла, а скорее висела в руках воина, и все её силы сейчас уходили на то, чтобы не выронить малышку, которую она прижимала к своей груди.

Пока Белл безотрывно смотрел на Аврору, на плато появились ещё четверо воинов. Они молча окружили блондина со всех сторон, и замерли, дожидаясь приказа командира.

– Шевельнёшься – брошу твоих девчонок вниз, – кивнув на пропасть, тихо произнёс Камияр. – Игра окончена, Белл-Ориэль. Ты проиграл. Не скажу, что мне доставляет удовольствие подобная победа, но так уж вышло… Может, поведаешь перед смертью, чем ты так насолил Михаилу? – неожиданно спросил он. – За что он на тебя взъелся?

– Аврора ранена, Камияр, – не ответив, проговорил Белл. Его голос звучал глухо и сдавлено. Лицо стало не просто белым, а каким-то прозрачным и на нём тёмной паутиной проступили синие вены. В фиалковых глазах не было ни искорки ярости, лишь нестерпимые мука и боль. – Она ни в чём не виновата, как и моя дочь… Позволь им вернуться в хижину, прошу тебя!

– Зачем? – воин хмыкнул, бросив короткий взгляд на свою пленницу. – Они ведь всё равно умрут, блондин. Обе отправятся в Ад, к Люциферу. Ты не переживай. Как только мы тебя убьём, отправишься за ними – так что вы встретитесь снова очень скоро.

– Не трогай их, прошу! Не надо! – простонал Белл, делая шаг вперёд, но Камияр мгновенно отступил, подхватил Аврору, завис вместе с ней над бездонной чёрной пропастью. Никто из них не заметил, как в густой тени остроконечной скалы появился ещё один персонаж. Ночной воздух лишь слегка подёрнулся рябью и тут же застыл, слившись с каменным монолитом горы.

Едва очутившись на месте, и увидев, что происходит, Нигар молниеносно оценил ситуацию. Он пришёл в ярость. Его первым порывом было уничтожить всех Светлых, развеяв их по ветру, словно пепел. Нигар уже собрался засвистеть, тщательно подобрав первые цели, но тут виски сдавило так, что из глаз посыпались искры. В следующую секунду его предостерёг оглушительный голос, раздавшийся в голове.

– Не смей! – змей заметался внутри, не давая Нигару сосредоточиться. – Ты всё испортишшшь! Белл-Ориэль должен прийти к отцсссу, а тебе нужен Серый Ангел!

Упоминание о семени Древа Познания мгновенно остудило пыл Младшего, и заставило того остановиться. Нигар вздрогнул, медленно выдохнул и, уже не торопясь, огляделся в поисках того, кого змей назвал Серым Ангелом. Взгляд его упал на Аврору, и Гин увидел… слабый, едва заметный серебристый свет исходил от маленького свёртка, который она отчаянно прижимала к своей груди. Свёрток слегка заворочался и что-то пропищал, и тут Нигара осенило!

Ребёнок!

Ребёнок и являлся тем самым существом, душа которого была осквернена против воли! Дитя Светлого и Падшего Ангела, появилось на свет, не имея выбора. Так же, как когда-то появились на свет сам Нигар и его близнец! Серые Ангелы – вот, кем они все являлись! Наполовину Светлые, наполовину Падшие! Такие же, как Адорос, и потому настолько сильные. Обречённые вечно мучиться, разрываясь между Добром и Злом. Проклятые изначально во всех мирах, и для всех являющиеся чужими!..

Это открытие поразило Нигара настолько, что на какое-то время он перестал следить за тем, что происходит на плато. Он даже упустил момент, когда в глазах Белл-Ориэля вспыхнул и начал разрастаться уже знакомый ядовитый огонь. Не заметил, как его брат пошатнулся от пробуждающейся в нём ярости, и, скрипя зубами, безуспешно пытался сдержать рвущуюся из груди силу.

– Убейте его! – почуяв неладное, тут же приказал Камияр своим воинам. Те бросились на Белла, уверенные в том, что тот не будет сопротивляться, опасаясь за жизнь Авроры и дочери. Их расчёт оказался верен, но… Увы! Лишь наполовину. Белл действительно не сопротивлялся. Он даже не шевельнулся, только его зрачки опалило на миг чёрное пламя. В ту же секунду тела нападавших разорвало на куски. Они осыпались на землю грязными снежинками пепла.

Вслед за этим земля задрожала, заходив ходуном. Горы загудели, осыпаясь обломками скал и оглушая грохотом проснувшихся лавин. Ураганный ветер обрушился на долину и понёсся дальше, ломая вековые деревья и сбрасывая с каменных вершин утёсов седые шапки снегов.

Нигар очнулся от размышлений и плотно прижался к скале, наблюдая, как на высоком небосводе одна за другой гаснут звёзды, проваливаясь в смертельную мглу, надвигавшуюся со всех сторон, как отсвет вспыхивавших по всей Земле пожаров окрашивает луну в кровавый малиновый цвет и как стонет сама планета, раздираемая конвульсиями чудовищной силы.

В это время Камияр с ужасом огляделся по сторонам, и понял, наконец, кто является причиной творившегося безумия. Когда же небеса прошила канонада ослепительных молний и последовал чудовищный грохот, словно раскололась сама Земля, воин осознал, что у него остаётся всего лишь один шанс исполнить волю Михаила. Он издал оглушительный крик, отвлекая внимание блондина на себя. Встретив почерневший, пылающий взгляд мгновенно обернувшегося к нему Белл-Ориэля, многозначительно кивнул тому на Аврору. После чего разжал руки.

Крик Авроры утонул в стонах грохочущих скал.

Белл взревел, и позабыв про врага, кинулся в пропасть вслед за Авророй и дочерью. Он мчался с такой скоростью, что проносящиеся мимо зубцы остроконечных скал сливались в одну сплошную линию. Сердце остановилось. В голове пульсировало только одно: успеть! догнать! подхватить! спасти!

Нигар же, быстро сориентировавшись, переместился на дно ущелья и нырнул в густую тень горы, наблюдая затем, как брат изо всех сил сокращает расстояние между собой и возлюбленной. В фиалковых глазах Белла застыли и перемешались всевозможные в мире чувства: безумие, отчаяние, ужас… Он не видел ничего перед собой, кроме падающего тела и беспомощного страха, отражавшегося сейчас на лице Авроры. Она смотрела на него. Тянула к нему руки, веря, что он не сдастся, спасёт, прижмёт к себе крепко-крепко, и тогда всё будет хорошо…

Когда же до земли оставалось всего несколько метров, и Белл уже готов был подхватить возлюбленную, рядом внезапно оказался Камияр. Свистнула сталь, и разрубленное надвое серебристое крыло блондина осыпалось окровавленными перьями. Белл вскрикнул, протянул к Авроре руки, но так и не сумел дотянуться. Перекувыркнувшись в воздухе, потерял равновесие, закружился в воздушных потоках, и штопором устремился к земле, не в силах уже ничего изменить.

Тут же всё пространство вокруг наполнило удивительное безмолвие. Буря стихла как по мановению волшебной палочки, природа замерла, и мир погрузился в неестественную ватную тишину.

Нигар, в который раз, дёрнулся было на помощь брату, но вновь остановился, и, подумав немного, попятился, покачав головой. Его фиалковые, как у брата глаза, заполнились обречённой грустью, но она тут же рассеялась, уступив место мрачной ледяной решимости. Младший стиснул зубы, приказав себе оставаться на месте, и ни во что не вмешиваться.

Через секунду на землю с глухим стуком рухнуло тело Авроры, покатилось по земле, окрашивая её кровавыми брызгами. Маленький свёрток выпал у неё из рук, и безмолвно застыл на камнях, не подавая признаков жизни. Почти сразу же почву сотряс ещё один удар, и Белл рухнул на камни, неподалёку от своей семьи. Он был ещё в сознании, когда сверху на него обрушился Камияр. Настигнув, наконец, свою жертву, и пользуясь последним шансом навсегда избавиться от опасного противника, воин без колебаний занёс меч.

Белл-Ориэль смотрел на него и видел в глазах врага собственную смерть, но ни защититься, ни просто уклониться уже не мог. Все кости были переломаны, а боль от отрубленного крыла проникла в каждую клеточку тела, парализовав позвоночник. Не в силах встать, Белл приподнял голову, чтобы в последний раз отыскать взглядом Аврору, но не увидел ни её, ни дочки. Вокруг были только скалы, и серые перья кружились в воздухе, медленно оседая на липкие от крови камни.

Отблеск тяжёлой стали лишь на миг отразил в себе тусклый свет луны, и тут что-то тяжёлое навалилось прямо на блондина, закрыло его словно щитом, принимая на себя решительный удар Камияра. Послышался короткий стон, одежда Белла отяжелела от быстро пропитавшей её чьей-то горячей крови. Вслед за этим раздалось странное шипение, потом крики, хрипы, стоны, и всё стихло. И прежде, чем в глазах блондина мир начал расплываться и меркнуть, он сумел разглядеть перед собой сероватое лицо Офаниэля.

– Ну, что, парень, ты жив? – прохрипел тот, прижимая руку к груди, и пытаясь зажать рану, из которой хлестала кровь. И убедившись, что Белл дышит, удовлетворённо кивнул. – Хорошо. Значит, прорвёмся! – прибавил Офаниэль тихо, и, потеряв сознание, замер на камнях.

Змеиный ангел уже не видел, как свет призрачной луны, робко выглядывавшей из-за туч, заслонила чья-то зыбкая тень. Не чувствовал, как маленькая змейка по имени Аспид, отчаянно бросившись на защиту хозяина, и, парализовав своим ядом тело Камияра, испуганно прошмыгнула обратно на запястье, прячась от другой змеи, добившей врага одним стремительным ударом смертоносных клыков, и превратив того в груду гниющего мяса. Затем воздух вновь потяжелел и рядом с ранеными оказался невысокий светловолосый ангел. Он медленно приблизился, опустился на колени рядом с Беллом, и осторожно приподнял его голову.

– Прости, братишка! – прошептал Нигар, с тоской вглядываясь в бледное, как смерть, лицо близнеца и нежно целуя окровавленный лоб. – Ты умираешь… Но так будет лучше… Отец ждёт нас, и мы скоро встретимся… Ты будешь ждать меня в Аду, и я приду, обещаю! Мы снова будем вместе, как и всегда… – Нигар аккуратно опустил голову брата, и тихонько погладил того по щеке. Веки Белл-Ориэля дрогнули, затрепетали, и он приоткрыл мутные глаза.

– Ги-ин!.. Гин! – вырвалось у него сквозь стон, и Белл попытался поднять руку, чтобы дотронуться до брата, но та бессильно упала. – Ав… рора!.. На-та!

– Прости, Белл, – вздохнул младший, и его глаза вновь заполнились тьмой. – Им не было места рядом с нами… – Нигар поднялся, и, больше не глядя на умирающего брата, направился к истерзанным телам Авроры и малышки. Хватило всего нескольких секунд, чтобы останки девушки превратились в истлевший прах, после того, как Нигар вынул из них лакомую душу. Затем младший отыскал малышку, и, убедившись, что та тоже мертва, наклонился и приложил свои губы к её губам. Серебристый свет пробежал по телу ребёнка, на мгновение осветив лицо ангела. Нигар судорожно сглотнул, и отстранившись, зашептал заклинания, прикрыв ладонью маленькое личико ребёнка. Задуманное Младшим свершилось!

– Не бойся! – закончив с обрядом, совсем тихо произнёс он, с нежностью разглядывая мёртвую девочку. – Я не отдам тебя в Ад! Ты будешь жить вечно, мой Серый Ангелочек! – ангел печально улыбнулся, закрыв прелестное личико Натаниэль краем пелёнки и крепко прижав к себе драгоценную ношу. Медлить больше было нельзя. Бросив последний взгляд на Белла, который уже не шевелился, младший поднял голову, устремив взор в небеса. Несколько секунд он настороженно прислушивался, пока отчётливо не разобрал в ночной тишине шелест огромных крыльев. Нигар чертыхнулся, прикрыл ресницы, и растворился в предрассветных сумерках, исчезнув так быстро, словно его и не было.

Вернувшись в свою пещеру, Нигар тут же отворил двери библиотеки, и, схватив с полки свиток о Древе Душ, немедленно отправился с ним в Святилище. Уложив тело ребёнка на алтарь, следуя инструкциям в свитке, ангел зажёг свечи и приступил к обряду. Его руки слегка дрожали, когда он извлекал маленькое сердечко из груди девочки, попутно наполняя хрустальные пробирки её кровью. На душе было муторно и гадко, но Нигар упрямо не обращал на это внимания, сосредоточившись на главном. Сейчас нельзя было ошибиться, ведь от этого зависело слишком многое. Гин невыносимо долго шёл к цели, чтобы теперь всё испортить из-за глупой секундной сентиментальности.

Подготовив все компоненты и перепроверив их правильность несколько раз, ангел вылил кровь в похожее на чашу круглое углубление алтарной плиты и с превеликой осторожностью погрузил в неё сердце. Теперь оставалось самое главное: соединить их с душой, превратив в вечное вместилище Добра и Зла.

Впервые за всё время изысканий и опытов Нигар нервничал так сильно, что ему понадобилось несколько минут, чтобы выровнять дыхание и прийти в себя. И только после того, как его руки перестали трястись, он смог предельно сосредоточиться и полностью отдать себя работе.

Погрузив кончики пальцев в кровь, ангел закрыл глаза, и, следуя вызубренной наизусть формуле, призвал Дух Адороса. После первой же фразы, произнесённой на древнем наречии, Нигар едва не потерял сознание от боли, пронзившей всё его естество. Кровь на алтаре неожиданно вскипела и загорелась, охватив беспощадным пламенем руки Нигара до самых локтей. Взметнувшись почти до потолка, огонь взревел, как в адской жаровне, поглощая живую плоть и лишая свою жертву возможности пойти на попятную. Кожа на кистях Нигара мгновенно лопнула, и потекла вниз, подобно расплавленному воску. Пальцы скрючились, стали выворачиваться, обнажая кости и сухожилия, чернея прямо на глазах под воздействием всё яростней разгорающегося пламени.