Текст книги "Приговорённые к Аду (СИ)"

Автор книги: Санта-Фет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)

– Знаешь? – Нигар тут же встрепенулся, мгновенно позабыв про обиду.

– Конечно, – Белл улыбнулся. – Видишь ли, с недавних пор я очень остро чувствую их присутствие. Стоит Светлому приземлиться неподалёку, во мне как будто всё переворачивается, и я могу отыскать бедолагу с закрытыми глазами. Уже отловил нескольких, пока ты гонялся за ними по суше. Знал бы раньше, что они тебе нужны – поделился.

– Конечно, нужны! – Нигар даже подпрыгнул. – Тем более, ты всё равно лишь зря потратил свои силы на их поимку, ведь они опять вернутся в Рай!

– Я просто размялся, – отмахнулся Белл. – Было интересно сразиться с ними в полевых условиях, а не под надзором Архангелов.

– Почему бы нам не действовать вместе, братишка? – предложил младший, хитро прищурившись. – Ты будешь их ловить, а я позабочусь о том, чтобы души Светлых послужили более полезной цели?

– Я помогу тебе заполучить парочку, а дальше ты сам, – не поддержав охотничий азарт брата, Белл вновь посерьёзнел. – Не забывай, я должен забирать свое, так или иначе. Те, кого я выбираю, не могут оставаться в живых.

– А как ты их выбираешь, Белл? По каким критериям?

– Только по эмоциям. Моя жертва должна испытывать сильные чувства ко мне. Будь то любовь, ненависть, страх. Всё равно, лишь бы чувства были достаточно яркими, чтобы утолить мой голод.

– Знаешь, по-моему, это ужасно, – Нигар передёрнулся. – Не знаю, что у тебя за характеристика, но, похоже, названия для неё ещё не придумали. Одно ясно: ты безумно опасен, братик. И тебе самое место во главе клана Падших. Афаэл, этот их Правитель, просто смешон по сравнению с тобой.

– Что я буду делать с этой властью, Гин? Зачем она мне?

– Неважно зачем, – Нигар просто отмахнулся. – Важно, что только ты достоин вести их в бой, Белл.

– Какой ещё бой? – Белл-Ориэль внезапно застыл, его зрачки сузились. Он испытывающе посмотрел на брата. – О чём ты?

– О том, что однажды Люцифер захочет вернуть Михаилу должок, и ему понадобится подкрепление в лице Падших. Если во главе клана будешь стоять ты – мы победим.

– Мы? – лицо Белл-Ориэля вдруг потемнело, взгляд стал тяжёлым и ледяным. Несколько секунд он пристально разглядывал брата, затем шагнул к нему и, схватив за плечи, поднял с дивана, поставив перед собой. – Так вот откуда взялись эти твои тайны, братишка! – прошипел он, встряхнув Нигара и припечатав к стене. – Я подозревал, что без Люцифера здесь не обошлось, и оказался прав! Он уже успел запустить в тебя свои когти. Теперь и до меня желает добраться?!

– Он хочет того же, что и мы, братик – отомстить! – Нигар попытался вывернуться, но Белл держал его мёртвой хваткой. Скулы его побелели, в фиалковых глазах проступила настоящая ярость.

– Мне нет дела до планов Люцифера – так ему и передай! – прорычал Белл, задрожав от охвативших его эмоций. – Отец он нам или нет, но я не позволю использовать меня, как марионетку! Если захочу отомстить, справлюсь и без него!

– Ладно, – Нигар быстро кивнул, примирительно подняв руки. – А теперь отпусти меня, брат… Успокойся, хорошо?

– Где ты с ним встречался? Когда? Отвечай мне, Гин! – не выпуская Нигара из рук, Белл продолжал его трясти.

– Я не встречался с ним! И не говорил, клянусь! – разъярённый вид старшего брата уже не на шутку перепугал Нигара. Он невольно побледнел, наблюдая, как зрачки Белла наполняет кровавый туман.

– Тогда откуда тебе известны его планы?!

– Это голос!.. – младший скривился, ощущая, как пальцы Белл-Ориэля медленно сжимаются у него на горле. – У меня такой дар!

– Что за голос?!

– Не знаю! Он звучит у меня в голове с тех пор, как я начал обращаться змеёй! Что-то вроде подсознания…

– И этот голос рассказывает тебе о планах Люцифера?!

– Да!.. Отпусти! – Нигар уже начал хрипеть, когда Белл опомнился и разжал пальцы.

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Причём Нигар смотрел на брата с потрясением и обидой, а во взгляде Белл-Ориэля читались смятение и боль.

– Прости, Гин… – оборвав тяжёлую паузу и побелев как полотно, вдруг проговорил Белл, отступая на шаг. – Я вышел из себя… Я не должен был… Прости!

– Ты… хотел меня убить? – прошептал младший, с недоверием вглядываясь в такое родное лицо своего близнеца. – Я больше тебе не нужен, Белл?

– Я не хотел, Гин, правда… – Белл-Ориэль зажмурился, потом вновь шагнул к нему и обнял. – Прости, братишка! Это всё чёртова характеристика! Но я справлюсь с ней, обещаю! И постараюсь больше не допускать подобного…

– Сейчас ты успокоился? – пробурчал Нигар, осторожно высвобождаясь из его рук.

– Да… Наверное, – Белл-Ориэль неуверенно кивнул.

– Можешь дать мне координаты Светлых?

– Хорошо, но в первый раз я пойду с тобой.

– Зачем?

– Хочу убедиться, что ты с ними справишься.

– Ну, ладно, – Нигар пожал плечами. – Так и быть, покажу тебе, что умею, Белл. Всё равно ведь не отвяжешься.

– Это точно, – старший брат кивнул, и они оба скрылись в гулких тоннелях пещеры.

– Ты уверен, что Светлые ещё здесь, Белл? – Нигар настороженно вертел головой, оглядывая окрестности.

Вокруг были заливные луга, сверкала серебряной лентой река, неподалёку тёмной стеной зеленел лес. Братья затаились на опушке, средь колючего кустарника и раскидистых молодых елей. На этой широте уже вовсю властвовало лето. Тучи насекомых резвились над нагретыми солнцем канавами, в которых роились тысячи водяных козявок, нашедших себе прибежище в застоявшейся дождевой воде. Оглушительно трещали сверчки, вторя хору множества цикад, и свисту мелких пичуг, порхающих в зарослях камыша.

В небесно-голубом просторе, словно пуховые одеяла, плавали безмятежные белые облака. Лёгкий, чуть прохладный ветерок шевелил листья деревьев, неся с собой аромат свежей травы и спелой земляники.

– Белл! – требовательно окликнул Нигар старшего брата, потому что тот не реагировал, заглядевшись на благостную идиллию вокруг. – Ты их чувствуешь или нет?

Белл-Ориэль неохотно отвёл взгляд от золотой дорожки на водной глади реки и, замерев, несколько секунд прислушивался к чему-то внутри себя.

– Светлые здесь, но они разделились, – наконец произнёс он, стряхивая с себя наваждение, навеянное сонной безмятежностью природы. – Двое продвигаются на восток, трое – на север, а один направился на северо-запад.

– И куда мы теперь?

– Давай возьмём троих, а потом займёмся остальными, – подумав, решил Белл-Ориэль, первым выбираясь из кустов. – Я догоню их и затею бой, а ты присоединишься чуть позже. Ориентируйся на меня – меня же ты чувствуешь?

– Конечно, – Нигар уверенно кивнул. – Только не убивай их раньше меня, Белл.

– Эти твои, – согласился старший брат и, недолго думая, взвился в небеса.

Пролетев всего пару километров, Белл-Ориэль резко остановился, едва не задохнувшись от опалившего его жара неистового огня, разверзшегося где-то в центре груди. В глазах моментально потемнело, и мир стал кроваво-красным. Сердце подпрыгнуло, забившись у самого горла, скулы свело судорогой непреодолимой жажды.

Потянув носом, Белл уловил так хорошо знакомый ему аромат цветочного нектара, и молниеносно обернулся, встречая врага лицом к лицу.

Они напали сразу втроём. Три ангела-воина, ещё недавно так гордившиеся своим мощным телосложением и отменными боевыми навыками. Прельстившись, как им показалось, лёгкой добычей в лице самоуверенного одиночки, Светлые окружили его со всех сторон, не оставляя ни шанса избежать поединка.

Первую атаку Белл отбил легко, просто крутанувшись вокруг своей оси, и нанеся несильные удары в ответ. Белые доспехи воинов тут же потемнели от крови, но неопасные царапины лишь раззадорили их боевой запал. Всей троицей они дружно кинулись на врага, но тот, сделав обманный выпад, ловко спикировал вниз, приземляясь на вершину заросшего маками холма.

– Гин! – позвал Белл, пока Светлые неслись следом.

– Я здесь, братишка! – тут же донеслось в ответ, и, в ту же секунду троица Светлых со всего маху грохнулась рядом на траву.

Белл-Ориэль развернулся к ним, готовый к новой атаке, но её не последовало. Ангелы уже хрипели, катаясь по траве, а их красивые лица перекашивала судорога мучительной агонии.

Нигар вырос словно из-под земли, и подойдя к брату встал рядом, спокойно наблюдая, как умирают враги.

Только сейчас Белл вдруг осознал, что не слышит свиста младшего, которым тот мог бы привести Светлых в подобное состояние.

– Ты не свистишь, – проронил Белл, недоумённо вглядываясь в лицо Нигара. Тот кивнул, и оторвав взгляд от поверженных соперников, перевёл его на брата.

– Теперь это необязательно, – пожав плечами, невозмутимо заметил он. – Я заставляю их дохнуть усилием воли.

Белл вновь посмотрел на Светлых и увидел, что те перестали задыхаться и потихоньку приходят в себя.

– Если врагов много, лучше пользоваться свистом, потому что неудобно контролировать каждого мысленно, а так… – Нигар небрежно фыркнул, и приблизился к одному из несчастных, пытающихся отдышаться после приступа кровавого кашля. – Вот, смотри, – окликнул он брата, и через секунду Светлый вновь скорчился, схватившись за горло обеими руками и когтями раздирая кожу на шее. Его губы посинели, изо рта и ушей потекла кровь, глазные яблоки стали раздуваться, вылезая из орбит. Он так извивался и сипел, что не выдержал даже Белл.

– Прекрати! – подняв руку, резко приказал он, гневно оглянувшись на брата. – Хватит, Гин!

Нигар оторвал взгляд от своей жертвы, отчего Светлый сразу обмяк, неподвижно застыв на ковре из цветущих маков.

– Хватит! – прежде, чем младший заговорил, вновь повторил Белл. – Мы враги, но не звери… – глухо добавил он, задумчиво разглядывая ещё двух Светлых, которые до сих пор не могли пошевелиться. Сейчас, когда Белл смог без помех рассмотреть врагов, он с удивлением обнаружил, что ангелы совсем молоды. Их белоснежные крылья кое-где ещё прикрывал нежный пушок, смешно топорщившийся у основания длинных, гладких, отсвечивающих голубым сиянием перьев. Все трое были темноволосыми, но это не мешало разглядеть ауру чистого света, обрамляющую их измождённые лица. – Хочешь убивать – убивай. Но не смей мучить!

– Это – Светлые, ты забыл? – осторожно напомнил Нигар, начиная злиться. – Они не щадили нас даже в Раю, братик! Так почему же я должен быть милосердным?!..

– Так же умирали и те, на полигоне? – не ответив, сам спросил Белл, и в его голосе прозвучал плохо скрытый упрёк, перемешанный с горечью. – Теперь я понимаю ярость Михаила…

– А мою ярость ты понимаешь?! – взорвался Нигар, побелев от обиды и отчаяния. – Когда я смотрел, как тебя убивают, и ничего не мог сделать?! Когда ты камнем рухнул вниз, а они стояли и… – младший задохнулся, не в силах продолжить. Его била крупная дрожь. Губы дрожали, на глазах от злости и бессилия выступили слёзы.

– Ты… сделал всё правильно, – запнувшись, всё же выдавил Белл, неуверенно кивнув. – А теперь, просто добей их или это сделаю я.

– Мне нужны их души! – огрызнулся младший, резанув по брату вызывающе холодным взглядом. – Можешь дальше не смотреть, если такой трепетный!

Белл не ответил. Он лишь качнул головой, всем своим видом показывая, что останется на месте. Нигар помедлил, затем сделал шаг назад и исчез, а вместо него на траве оказалась небольшая чёрная змейка. Белл проследил за ней взглядом и перевёл его на ангела, над которым совсем недавно экспериментировал младший брат. Светлый был совсем плох. Он почти не шевелился и с трудом дышал, устремив взгляд больших светло-голубых глаз на белый пух облаков в вышине. Солнце отражалось в его тёмных зрачках, делая их похожими на золотистые звёзды, украшавшие в Раю врата Белого Города.

Эти звёзды до сих пор снились Беллу. Они переливались волшебными огнями на мраморных колоннах, рассыпаясь фейерверком разноцветных искр. Манили, зазывали, призывно мигали, обещая сладостную негу, тепло и покой. Но стоило Белл-Ориэлю поддаться их зову и сделать шаг, звёзды меркли, свет исчезал, и ангел оставался в темноте посреди ледяной пустоты. Потом он просыпался с гнетущим, невыносимым ощущением потери и одиночества, которые переполняли всё его существо, заставляя скрежетать зубами от отчаяния и безмерной боли в душе. Тогда Белл покидал гулкие тёмные залы пещеры, постепенно становившиеся для него тюрьмой, и шёл в ледяную пустыню, где белый цвет бескрайних снегов и золотившиеся на солнце вершины гор, напоминали ему о том, что в этом мире всё ещё существует надежда. Только вот найти её ангел никак не мог. И, сколько бы ни смотрел Белл на звёзды, ни молил небеса возвратить его домой, они молчали, оставаясь глухи к его стенаньям.

Постепенно молитвы иссякли, а тоска сменилась полной отрешённостью. Белл-Ориэль перестал взывать к небесам. Он начал учиться их ненавидеть. И эта ненависть крепла в нём с каждым днём, прожитым в темноте, тоске и безысходности. Она, подобно яду, заполняла каждую клеточку, копилась в крови, отравляла рассудок, уничтожая все другие чувства и заглушая боль. Ненависть стала спасением и смыслом жизни. Единственным якорем, за который цеплялся Белл, оправдывая своё бесцельное, никому не нужное существование… Так было… до сегодняшнего дня… до встречи с этими светло-голубыми глазами врага, смотревшими на него сквозь мрак отчаяния, далёким, и таким знакомым светом золотых звёзд…

Что-то кольнуло в груди, и Белл поморщился, отгоняя воспоминания, с трудом возвращаясь в жестокую действительность. Тем временем, чёрная змейка скользнула к раненому и одним стремительным движением, ужалила того в живот. Ангел дёрнулся, вскрикнул и выгнулся дугой так, что затрещал позвоночник. Потом рухнул обратно, разваливаясь на куски и осыпаясь тленом. Его душа, не успев вырваться из плена, оказалась в чреве змеи, которая, легко проглотив добычу, тут же принялась за следующую жертву.

Покончив со всей троицей, Нигар, не теряя времени, перевоплотился обратно в ангела.

– Мне нужно вернуться в пещеру, – негромко проговорил он, не глядя брату в глаза. – Ты подождёшь меня или…

– Нет, – отрезал Белл, качнув головой. – Занимайся своими делами, Гин. Я вернусь позже.

– Ладно, – поняв, что брат не желает больше участвовать в его охоте, младший понуро кивнул, и уже развернулся с намерением телепортироваться, как рука Белла неожиданно коснулась его плеча и сжала, заставляя остановиться.

– Никогда больше не повторяй этого при мне, Гин! – тоном, от которого у Нигара в душе всё заледенело, медленно процедил Белл-Ориэль. – Я больше не хочу видеть тебя таким!

– Думаешь, твой способ убийства гуманней? – хмыкнул младший, презрительно скривив губы.

– Дело не в этом.

– Тогда в чём дело, братишка?

– В том, что ты всегда был другим, Гин – не таким, как я… Я свою тьму всю жизнь прятал, но ты был добрым. В тебе её не было.

– Мы оба изменились…

– Да, и потому прошу… никогда больше не применяй свои способности при мне, Гин, иначе… Иначе, я не сдержусь, – совсем тихо добавил Белл-Ориэль, и, выпустив плечо брата, взлетел, молниеносно исчезнув в вышине.

Белл-Ориэль мчался сквозь молочные облака, с трудом сдерживая накатившую вдруг ярость. Он не понимал, откуда она взялась, но сейчас ангел готов был уничтожить весь мир – даже самого себя. И от этого опять было больно. Тошно, горько, невыносимо! Словно душу вывернули наизнанку и запихнули обратно, предварительно разорвав её в клочья.

Пред внутренним взором всё ещё стоял взгляд светло-голубых глаз умирающего ангела. И как бы ни хотел Белл избавиться от этого видения, он не мог заставить его померкнуть. Но хуже всего, что находясь рядом с этим ангелом, имени которого он уже никогда не узнает, Белл-Ориэль понял, что больше не ощущает в себе потребности убивать. Жажда исчезла, потому что в глазах Светлого не оказалось ни страха, ни ярости. Там не было ничего. Только обречённость… И ещё презрение – к пыткам, к смерти и к своим мучителям… Это не вызывало жажду. Лишь пробудило то, от чего Белл почти отвык… Сомнения?.. Жалость?.. Стыд?..

Ангел до боли стиснул зубы. Признаваться в этих чувствах сейчас для Белл-Ориэля было невыносимо. После стольких месяцев изгнания, проведённых в хмельном угаре вседозволенности и лёгких убийств, вдруг накатило понимание того, в кого он превращается. Сегодня Нигар, сам того не подозревая, дал брату возможность взглянуть на всё со стороны. Посмотреть на себя другими глазами. Глазами Светлого… теми, в которых до самой смерти отражались звёзды Белого Города…

Поглощённый раздирающими его противоречиями, и, не имея возможности выплеснуть свою боль, Белл-Ориэль выбрал единственный способ вернуть утраченное равновесие. Он решил, что должен, как можно скорей, разыскать других Светлых и заставить их себя ненавидеть. Только получив ненависть врагов, Белл сможет вновь ненавидеть их в ответ… И всё станет как прежде…

====== Глава 20. Приближение бури ======

Вернувшись в пещеру, Нигар первым делом отправился в библиотеку, где за самым дальним стеллажом со свитками находился потайной вход в святилище. Прочитав всё об этой таинственной комнате в одном из очередных фолиантов, ангел наконец-то разобрался в её предназначении, и теперь ему не терпелось опробовать полученные знания на практике. Подготовив всё заранее, Нигар окинул быстрым взглядом каменный алтарь, проверив, всё ли в порядке, и, убедившись, что ничего не забыл, принялся торопливо разжигать чёрные свечи, стоявшие в нишах по углам.

Научившись изолировать проглоченные души от собственной сущности, Нигар теперь мог безнаказанно удерживать их неповреждёнными гораздо дольше, что позволяло ему тщательнее проводить эксперименты с трансформацией. Способности Нигардиэля выросли в разы с тех пор, как он впервые вступил на Землю. Умение быстро учиться, помогало ему и здесь, позволяя развивать и совершенствовать свои навыки в геометрической прогрессии. Кроме того, страсть ко всему новому и неизведанному побуждала Нигара подходить к решению задач последовательно, не пренебрегая ни одной мелочью, неизменно доводя каждое действие до логического конца.

Однако сегодня Нигардиэль заметно нервничал. Не потому, что боялся неудачи. Его вывела из равновесия ссора с братом. Стараясь не думать об этом, ангел всё равно злился, не в силах успокоиться.

– Зря ты упомянул Люцифера в вашем разговоре, – как и всегда, угадав его мысли, в голове прокатился шёпот змея. – Слишком рано. Белл ещё не адаптировался к своему положению.

– Сам знаю, что зря, – огрызнулся Нигар, разложив сапфиры в углублениях вокруг алтаря. – Ведь у нас одна цель! Почему Белл упорствует?

– Ему не нравится контроль. Твой брат больше не хочет ни от кого зависеть.

– Я тоже не хочу.

– Это другое. Белл слишком свободолюбив. Он не желает покровительства, и не будет сотрудничать по принуждению. Однако твой брат не понимает одного: у него нет выбора. Как и у тебя. Пока вы не исполните своё предназначение, свободы вам не видать. Чем быстрее Белл-Ориэль осознает это, тем лучше.

– Он никогда не смирится, я знаю, – Нигар покачал головой и вздохнул. – Сам он ни за что не придёт к Люциферу.

– Поэтому ты должен ему помочь…

– Как? – Нигар замер, прекратив устанавливать в центре каменной чаши розовый бриллиант.

– Ты знаешь, что каждый убитый Падший обязательно попадает в Ад? – вновь раздался в голове завораживающий шепот змея. – А в Аду оказывается в чистилище, где Люцифер решает его судьбу?

– Ты предлагаешь мне… убить Белла?! – ахнул Нигар, невольно отшатнувшись и выронив из рук камень.

– Но он же хотел убить тебя? – вкрадчиво продолжил змей. – Угрож-ш-шал!

– Он бы не сделал этого никогда! – твёрдо заявил Нигар, быстро взяв себя в руки.

– Конечно, Белл импульсивен, но он любит меня, ясно?! Плохой из тебя советчик, раз ты в элементарных вещах не разбираешься!

– Если ты действительно любишь брата и желаешь свободы – заставь Белла встретиться с Люцифером! – зашипел змей. – Это ради его же блага! Пока они не встретятся, твой брат будет страдать. Он этого не осознаёт, но не сможет успокоиться и снять проклятие Страсти, если не исполнит своего предназначения и не отомстит врагам!

– Но Люцифер в Аду! Как же им встретиться?

– Нужно открыть портал, – дав осмыслить Нигару идею пару секунд, вновь прошипел змей. – В библиотеке есть свиток. В нём расписана инструкция, как живому существу проникнуть в Ад и вернуться назад. Изучи его и ты сможешь отвести в Ад брата, и побывать там сам. Заодно передашь Люциферу предложение Афаэла о сотрудничестве.

– Это обязательно? – Нигар помрачнел.

– Да. Поверь мне, твои умения в трансформации душ и способности Посредника откроют множество возможностей в будущем. Не следует пренебрегать хорошим шансом обеспечить себе безбедное существование.

– Ладно, я подумаю, – по-деловому коротко отозвался ангел, устанавливая «живой камень» обратно на постамент. – А теперь заткнись. Я должен сосредоточиться.

Голос послушно смолк, а Нигар перевоплотился в змею и скользнул на алтарь. Он обернулся вокруг постамента с бриллиантом и раскрыл пасть, из которой, одна за другой, медленно выплыли три сияющие субстанции. В тот же миг «живой камень» вспыхнул. Полутёмную келью озарил свет тысячи маленьких солнц. Души застыли над розовым бриллиантом, от которого в разные стороны, словно лунные дорожки, потянулись голубые лучи. Они упали на разложенные вокруг сапфиры, и те, зашипев, стали таять как кусочки волшебного льда.

Не дожидаясь окончания процесса, змея соскользнула с алтаря на пол и перевоплотилась обратно в ангела. Понаблюдав за происходящим, Нигар довольно улыбнулся, и, возложив ладони на алтарь, сосредоточенно замер.

– Frigidus in radium aeternum, et accipere diluvium lapides, ut in aeternum! Somno quasi stella in Sancta Arca, in qua mundus regitur Infinitum! * (Застынь в сиянии навеки, и хлад камней прими, как вечность! Усни звездой в Святом Ковчеге, где миром правит Бесконечность! *) – прошептал он, ощутив, как внутри его тела зародилась тёплая волна незнакомой доселе силы, которая плавно перетекла в ладони, а оттуда – сквозь кончики пальцев устремилась к душам. Сила обволакивала их незримым коконом, ласкала и убаюкивала, словно младенцев, затем, обездвижив, погрузила в бесконечный смертельный стазис.

Одновременно с этим в углублениях, где ещё совсем недавно лежали сапфиры, стали образовываться небольшие сферы. Они раскрылись, как синие бутоны цветов, внутри которых, похожие на яркие капельки крови, запульсировали сердцевины. Души, покачиваясь, медленно заскользили к ним по тонким лунным лучам, и исчезли внутри своих последних пристанищ, безропотно позволив запереть себя в каменной ловушке. Лепестки сапфировых цветов закрылись, их кровавые сердцевины лопнули, заполнив полупрозрачные сферы живительной субстанцией, что отныне заменяла душам бренные тела их бывших хозяев…

Белл-Ориэль стрелой нёсся сквозь ледяное марево небес, даже не замечая, как, вторя его ярости, на Земле бушует стихия. Молнии рвались одна за другой, грохот вспарывал тучи, но ни обрушившийся за спиной ливень, ни закручивающиеся в смертельные воронки смерчи, не могли сравниться с тем, что сейчас бушевало в душе у Белла. Не видя ничего перед собой, ослеплённый нахлынувшей болью, ангел мчался туда, где рассчитывал найти спасение.

Чёрный горизонт, затянутый сплошной линией свинцовых туч, помогал держать направление. Белл-Ориэль летел на север, где, по его предположению, должен был оказаться ещё один враг. Почему Белл выбрал именно это направление, он не мог бы объяснить даже самому себе. Просто доверился инстинкту. Почувствовал, что именно там он найдёт нечто, чего так жаждет его душа.

Ощутив, наконец, знакомый, сладкий запах нектара, Белл-Ориэль резко снизил скорость и, планируя в восходящих потоках воздуха, медленно стал снижаться.

Запах Светлого становился всё сильней. Вместе с ним приходило какое-то странное ощущение чего-то неестественного, давно забытого, утерянного. Словно Белл случайно пересёк границу времени и вернулся обратно в детство.

Запах был чужим, и одновременно до боли знакомым. Он притягивал и пугал, манил и отталкивал. Сулил райское блаженство и грозил адскими муками.

Пытаясь разобраться в спутанных ощущениях, Белл приземлился за несколько миль от источника запаха, и уже пешком отправился навстречу своей цели. Он медленно шёл сквозь небольшую рощицу, настороженно прислушиваясь и принюхиваясь, как дикий зверь, почуявший опасность. Запах вёл к реке, берег которой уже проглядывал вдали меж тонких стволов невысоких осин. Дойдя до опушки, ангел остановился, внимательно оглядывая окрестности, всё больше убеждаясь, что инстинкт его не обманывает. Глядя вперёд, он чувствовал, что идёт в западню. Здравый смысл кричал, умоляя повернуть назад, но, несмотря ни на что, словно повинуясь гипнотическому зову, Белл-Ориэль ступил на тропинку, уходившую к реке, и пошёл вперед, не обращая внимания на всё более охватывающее его чувство тревоги.

Вокруг стояла девственная тишина. Лишь тихое журчание воды нарушало безмолвие застывшей перед бурей природы. Даже ураганный ветер, сопровождавший Белла в течение полёта, стих, позволив чёрным тучам неподвижно зависнуть вдоль горизонта.

Внезапный звук хлопающих крыльев мгновенно оборвал гнетущую тишину, заставив ангела подскочить и выхватить меч. Белл-Ориэль стремительно обернулся к приближающемуся противнику, и нанёс удар раньше, чем успел того разглядеть.

Раздался испуганный вскрик, противник отскочил и, зацепившись ногой за корягу, свалился в жухлую траву. Ещё одно мгновение, и Белл оказался рядом, а его меч упёрся в горло непрошеного гостя.

– Может, побережёшь свои силы для врагов, блондин?! – раздался возмущённый голос Касиэры, и она, игнорируя нацеленный на неё клинок, начала подниматься. – Ты что, не видишь, на кого кидаешься?

– Какого чёрта ты здесь делаешь? – наблюдая, как богиня пытается стряхнуть с себя пыль, не слишком любезно рыкнул Белл-Ориэль. – Как ты меня нашла?

– О, это было нетрудно, – пробурчала Касиэра, многозначительно кивнув в сторону мраморных туч, по которым, словно зловещий фейерверк, пробегали молнии. – Похоже, ты не успокоишься, пока не разгромишь всю планету, да?

– Зачем ты меня искала? – не ответив, вновь спросил ангел, невольно взглянув на берег реки, откуда, будто смертельный яд, продолжал сочиться запах Светлого. Присутствие Касиэры его нервировало, а запах врага не давал сосредоточиться.

– Давай поговорим в другом месте, – заметив его напряжение, тут же предложила женщина.

Белл-Ориэль помедлил, обдумав её слова, потом коротко кивнул.

Они взлетели, но уже через несколько минут Белл стал снижаться, не желая терять запах врага, и не собираясь улетать слишком далеко от реки.

Приземлившись среди поваленных ветром сосен, в дебрях хвойного леса, ангел обернулся к богине.

– Говори! – не желая тратить времени, глухо приказал он.

– Что случилось с Рианой? – вместо этого, сама спросила Касиэра, не спуская с блондина цепкого взгляда своих синих, прекрасных глаз. – Я была возле её дома, и увидела… – она замолчала, не в силах продолжить.

– Ты увидела след от Святого огня, – помрачнев, закончил за неё Белл-Ориэль. – Риану сожгли твои Светлые дружки, Кэс.

Женщина побледнела, и несколько секунд не могла произнести ни слова.

– Как же ты остался в живых?! – неожиданно прошипела она, не скрывая сарказма. – Почему не защитил её?!

Белл дёрнулся, как от пощёчины. Лицо его потемнело.

– Меня не было, когда её нашли Светлые, – проглотив ярость, всё же выдавил он. – Они поймали меня сетью, когда я вернулся. И если бы не Ориэль…

– А где был Нигар?! – так же зло перебила Касиэра, не желая выслушивать оправдания. – Впрочем, – угрюмо выдохнула она, раздражённо махнув рукой, – Можешь не отвечать, – отвернувшись, женщина подошла к стволу дерева, и устало опустилась на него. – Я знала, что ваше возвращение станет концом для Рианы, – после паузы, с нескрываемой горечью произнесла она. – Я говорила Риане, что не нужно вам встречаться, но она очень хотела вас увидеть… Так ждала встречи все эти годы… Я не смогла отказать, когда Риа умоляла меня перенести вас к ней. Это было ошибкой…

– Да, ты совершила ошибку, Касиэра, – мрачно кивнул Белл, глядя куда-то в сторону. – Тебе нужно было дать нам умереть.

– Нужно было, – она согласно кивнула, не собираясь спорить. – Но я не смогла… Наверное, стала слишком сентиментальной. Ведь я и сейчас… пришла предупредить тебя, Белл-Ориэль.

– О чём? – несмотря на раздражение, Белл всё же обернулся и взглянул на неё.

– Ты не должен приближаться… – она сделала паузу, потом тихо добавила, – К Светлым.

– Правда? – ангел удивлённо приподнял бровь, потом криво усмехнулся, не скрывая презрения. – Неужели ты прилетела специально для того, чтобы заступиться за Светлых, Касикандриэра? А может, это Михаил тебя прислал?

– Прекрати третировать планету, блондин! – повторила богиня, грозно сверкнув глазами. – Сколько можно убивать ни в чём не повинных людей?! Или у тебя совсем крышу снесло, и теперь ты решил поиграть в Бога? Наверное, удобно срывать свою злость на тех, кто тебя слабей?!

Белл зарычал. Губы его побелели, зрачки опалил огонь, полный смертельной угрозы. Блондин подался вперёд, схватил Касиэру за плечи, поднял на ноги и припечатал к дереву.

– Убери от меня руки! – в негодовании задохнулась она, но тут же смолкла, встретившись с почти безумным, почерневшим взглядом ангела. Её очередную решительную попытку вырваться, Белл пресёк, грубо перехватив женщину за горло.

– Лучше не дёргайся, Кэс! – рявкнул он, молниеносно сжав её кисть, которую Касиэра занесла для удара, выпустив острые, как лезвия когти. – Я оторву тебе руки быстрее, чем ты успеешь это понять!

Женщина замерла, и в её прекрасных глазах впервые промелькнула неуверенность.

– Вот, и делай после этого добро, – слегка дрогнувшим голосом выдохнула она, поджав от обиды губы. – Ты совсем с катушек съехал, блондин?!

– Думай, как хочешь, – прошипел он, бесцеремонно разворачивая к себе её лицо и прожигая насквозь ледяным взглядом. – И можешь передать Михаилу, что он зря старается! Мне плевать на людей, на планету, и на тебя в том числе, ясно?!

– Иди к чёрту, индюк ощипанный! – забыв об осторожности, моментально взъярилась Касиэра, подскочив на месте. Её щёки запылали от гнева, прекрасное лицо исказила судорога бешенства. – Как ты смеешь так со мной разговаривать?!.. Кем ты вообще себя вообразил, щенок блохастый?!

Хоть Касиэра и была готова взорваться от возмущения, щедро осыпая его оскорблениями, именно её ярость привела Белл-Ориэля в чувство.

Глубоко вздохнув, ангел вдруг улыбнулся женщине и неожиданно закрыл ладонью ей рот, прерывая поток ругательств.

Касиэра охнула, и забилась в его руках, но блондин лишь крепче прижал, не давая вырваться. Вдоволь насладившись этим безмолвным поединком, и жалкими попытками его оттолкнуть, Белл-Ориэль, наконец, дал ей вздохнуть.