Текст книги "Зимний Бал в Северной Академии (СИ)"

Автор книги: Sandra Hartly

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 29 страниц)

В комнату ко мне Максимильян ломиться не стал, и на том спасибо. А спустя полчаса в ванне я, и думать забыла о наглом драконе и втором хитром драконе.

Включив горячую, моими стараниями, воду я отключилась прямо в ванне, заранее наложив заклинание, не позволяющее воде остывать. Ну, с благодарностью и утверждениями, что в комнату никто не ломился, я поторопилась. Поскольку проснулась от того, что меня кто-то тормошит, кутая в что-то мягкое и теплое.

“Глупая гордая ведьма, ты что творишь?” – звучал хриплый голос у самого уха. Пока горячие руки бродили по телу, кутая в пушистый халат.

Спать хотелось невероятно, и глаза просто не желали открываться.

“Сейчас еще немного,” – звучал голос, и я застонала, протестуя против того, чтобы дракон вообще ко мне прикасался.

“Аврора, я окутаю тебя магией, это поможет, просто не сопротивляйся.” – уже четко прозвучал голос Максимильяна, и я попыталась распахнуть глаза, но ничего не вышло.

Магия дракона теплой волной потекла по телу, туманя и так нечеткое сознание, и я провалилась в темноту.

Второй раз выныривать было проще, и я глубоко вдохнула, распахнув глаза и обнаружив себя в уже знакомых объятиях черноволосого дракона.

“Драконья задница,” – зашипела хриплым голосом, пихая мужчину в грудь и утешая себя тем, что он хотя бы одет.

Макс недовольно засопел, открыл глаза и прищурился.

“Я так полагаю, ругательство это вместо благодарности, что вытащил из-под воды, когда ты отключилась. А в грудь меня ткнули за то, что несколько часов откачивал магией, после истощения до которого довела себя глупая ведьма, не рассчитавшая силу нового заклинания.” – выдал тираду дракон.

“Я просто уснула, в ванне даже сделала так, чтобы вода не остывала.” – тихо зашипела в ответ.

“Виза!” – громко сказал он, садясь на кровати и складывая руки на груди.

С виноватым видом, нехотя Визардис сел на одеяло, – “Прости, я решил, что этот дракон, в отличие от старого, уже видел тебя голой. Ты уснула, а заклинание слишком быстро тянуло остатки магии, постоянно грея воду. Аврора нырнула, я позвал наглого дракона.” – объявил питомец.

“Это странно, я все рассчитала,” – потирая лоб, я смотрела на строгого наследника, который сверлил меня взглядом всем видом, изображая оскорбленное достоинство.

“Да что ты?” – картинно удивился Максимильян. – “Заклинание пятого порядка ты рассчитала? И сколько же раз, моя боевая ведьма, ты применяла подобное заклинание?” – рычал мужчина.

“Нечего было тут права качать. Иди к жене и там заявляй ей все, что угодно.” – прошипела я, и дракон неожиданно улыбнулся.

“Ревнуешь значит?” – прищурившись, спросил он.

“Ты … Ты знаешь кто?” – шипела я, подбирая слова. Наглость и самоуверенность наследника поражала и злила одновременно.

“Вариантов немного, но картина вырисовывается. Либо наглый дракон, или второй вариант. Ава, ты повторяешься. Но запускать заклинание, которое ты применила, нельзя, тем более в состоянии усталости. Ты влила слишком много магии и едва не довела себя до истощения.” – уже спокойно ответил Максимильян и встал. – “Увидимся за завтраком.”

Едва за мужчиной закрылась дверь, я откинулась на подушку и застонала.

“Неужели все было так плохо?” – спросила у Визардиса.

“Паршивенько,” – крякнул питомец. – “Воды не нахлебалась, но сознание потеряла. Я думал, наглый дракон станет седым, пока пытался понять, что с тобой и немного привести в чувства. Пока ты без сознания, метка не работала.”

“При чем тут метка?” – удивленно посмотрела на птицу, и Виза крякнул и напыжился, словно владел бесценной информацией.

“Она как подпитка твоей магии, когда все совсем плохо. Иначе спала бы ты неделю. Так дракон сказал.” – гордо заявил Визардис.

“Он что с тобой разговаривал?” – я наклонила голову, пытаясь представить, как инквизитор болтает с птицей.

“Ну, когда не перечислял ругательства, то что-то бубнил про метку.” – хмыкнул птиц, явно разочарованный таким отношением.

“Драконы,” – утешила я друга и решила, что раз магии нет, можно и поспать.

Несколько часов сна привели в чувства, и я нехотя побрела в ванну. До обеда оставалось всего несколько часов, а завтрак я успешно проспала. Вир Террагон наверняка не станет со мной церемониться, и если я хочу получить лицензию, неизвестно у кого добытую советником, стоит поторопиться.

Натянув удачно привезенное вчера платье и зевая, я спустилась вниз и наткнулась на подозрительно бодрого старого мага.

“Я рад, что вам уже лучше. Прикажете подать завтрак в столовую?” – спросил меня Арчиман, и я отрицательно покачала головой.

“Нет времени на условности, вир. Что-нибудь теплое и быстро перекусить в процессе. Идеально было бы пару конфет и травяной напиток.” – возразила магу и направилась в столовую. Вероятнее всего, гости будут обедать, и именно тут следует навести порядок в первую очередь.

Под бурчание Визардиса я начала очищать зал от пыли и, периодически чихая, рассматривала странный артефакт, пока вокруг плясали принесенные Арчиманом метлы, и летали влажные метелки, убирая паутину со светильников.

“Это звуковой артефакт. Он не работает, сколько себя помню.” – объяснил маг, заметив мой интерес.

“Странно, почему его не починили? Если я не ошиблась, тут всего то одно плетение сгорело. Немного серебра, и все будет работать.” – сказала, поворачиваясь к магу.

“Посеребренная ложка вам подойдет, дона?” – спросил мужчина.

Пожав плечами, я протянула руку. Капнув на плетение добытым из столового прибора металлом, закрепила его слабым огоньком магии. Артефакт засветился и закряхтел.

“Нужно очистить от пыли вот тут.” – указал маг, и я продула магией отверстия, из которых вместо мелодии вырывался кряхтящий звук. И это помогло. Вместо кряхтения артефакт пыхнул, и зазвучала мелодия зимнего вальса.

“Вы талантливы, дона,” – рассыпался в комплиментах пожилой маг, а я пожала плечами.

Толку с этих талантов, когда драконы все их оборачивают против меня, угрожая, запугивая и шантажируя. Будь я мужчиной, вероятно, все было бы по-другому. Но для магичек они определили одну роль – стать Аматрикс, родить наследника и не путаться под ногами. Иначе твой удел – казематы и плаха.

“Что ж, думаю, если сменить мелодию, то убирать нам будет веселее. Виза наверх. Десять ведер горячей воды, три палки, большие отрезы мягкой ткани, все метлы, которые не заняты.” – скомандовала я дворецкому и, поглядывая на временной артефакт, поняла, что на игры времени больше нет.

Работы тут оказалось больше, чем предполагалось. Не зря Визардис обозвал столовую оленьим стойлом. Тут было не чище. Многолетняя поверхностная уборка дала о себе знать. Местами грязь въелась настолько, что очистить ее было непросто.

Молодые маги поставили передо мной всё, что просила у Арчимана, и, почему-то, не спешили уходить, собравшись у дверей столовой. Покачав головой, я смирилась со зрителями и, запустив в музыкальном артефакте мелодию вьюги, стянула волосы лентой, глубоко вдохнула и начала произносить заклинания одно за другим, направляя магию в предметы.

Метлы закружились в такт мелодии, отрезки ткани принялись нырять в ведра и, отжимая воду, взлетели к окнам. Обходя зал по кругу, я постукивала каблуками в такт мелодии и летающием предметам.

Подпитав осветительные артефакты, в зале стало заметно светлее и уютнее. Мрак рассеялся, и даже драконы стали не такими зловещими, какими казались в полумраке.

“Похоже, ночное истощение ничему тебя не научило.” – раздался голос из дверного проема.

Сложив руки на груди, у входа стоял грозный черный дракон и сверлил меня недовольным взглядом.

“Твой отец приказал привести столовую в порядок до приезда гостей. Что-то мне подсказывает, что виру Террагону нет дела до моего истощения.” – возразила я наследнику и принялась за грязный пол.

“Аврора,” – простонал Максимильян, – “Я не для того полночи тебя откачивал, чтобы ты снова свалилась. Сбавь обороты и прекрати расходовать магию.”

Дракон собирался ещё что-то сказать, но визг за спиной заставил мужчину умолкнуть.

“Так вот почему ты выгнал меня со своей спальни? Ты снова провёл ночь с любовницей.” – зашипела Серея и голубым облаком влетела в столовую.

За молодой драконицей, кривясь словно проглотила что-то противное, вошла дона Флавия. Пока молодая драконица шипела на мужа, жена вира Террагона внимательно изучала проделанную работу и то, как преобразился обеденный зал.

“Мои отношения с Авророй тебя не касаются!” – громко прорычал Максимильян и ушел.

“Я твоя жена!” – визжала Серея. Последовав за ним, она громко стучала каблуками по каменному полу.

Сделав вид, что все происходящее не имеет ко мне никакого отношения, я продолжала очищать пол, игнорируя внимательный взгляд жены хозяина.

“Под окнами грязно.” – высокомерно буркнула драконица, вздернув подбородок, и ушла в сторону криков своей племянницы и грозного рыка Максимильяна.

Закатив глаза, я покачала головой и продолжила уборку.

“Драконы,” – крякнул где-то сверху Виза, озвучивая мои мысли.

До обеда все же удалось привести обеденный зал в порядок, и удовлетворенно кивнув, я вернула Арчиману все принесенные инструменты. Потушив музыкальный артефакт, я собиралась заняться лестницей, но у вира Террагона, похоже, были другие планы.

“Этого достаточно, Аврора. Гости скоро прибудут, и магия тебе еще пригодится. Приведи себя в порядок и надень приличное платье. Через час я жду тебя внизу.” – грозно приказал Доминик, заглянув в столовую, и ушел в направлении все еще неутихающей ругани наследника и дракониц.

Горячая ванна позволила немного расслабиться. Стянув волосы в хвост, я надела самое закрытое из своих платьев. Вир сказал "приличное", а не нарядное, оставив мне простор для маневра в выборе наряда. Ничего более приличного, чем закрытое светло-серое платье, в моем гардеробе не нашлось. И, осмотрев свое отражение, я довольно улыбнулась. Стянутые волосы, отсутствие макияжа и строгое невзрачное платье – типичный бытовой маг на службе у аристократа.

Встретив недовольный взгляд Доминика, я не сдержала улыбку.

“Ничего более подходящего для прилежной вдовы я не нашла, вир,” – объяснила я свой выбор дракону, и он недовольно фыркнул, но все же протянул руку.

Сам Доминик вырядился словно на прием к императору. Внутри закралось нехорошее подозрение, что не просто так советник так прихорошился. Но я успокоила себя тем, что вряд ли он стал бы называть Императора Аркании старым другом, и то что я простая магичка. Если дракону по статусу положено соответствовать, то от меня таких изысков точно не ждут.

Внутреннее чутье не подвело, и как только мы вошли в зал, внутри обнаружился высокий мужчина. Его лицо было скрыто высоким капюшоном, а одежда прикрыта темным плащом. Только золотистая вышивка давала понять, что передо мной дракон, и не просто дракон – приближенный к императору аристократ.

Глава 22. Император

Доминик уверенно сделал шаг вперед, ясно давая понять, что сам представит меня гостю.

“Аврора Виндер, Ваше Императорское Величество,” – торжественно заявил вир Террагон, и я запнулась, замирая на месте.

Мужчина развернулся и снял капюшон, окинув меня своими темными глазами. Я присела, выражая почтение правителю, и не видела его лица, зато отчетливо чувствовала на себе внимательный взгляд.

“Я напомню тебе, друг мой, что этот визит тайный. Рион и никак иначе. Даже мое имя не должно звучать сегодня в этих стенах. Поднимись, девочка, тебя приказ тоже касается. Никаких титулов и имен, сегодня я Вир Рион,” – недовольно прохрипел Император, и я встала, но все еще не смела поднять взгляд.

Мужчина сам подошел и подвинув прикрывающего меня собой Доминика, снял перчатку и двумя пальцами поднял мой подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза.

Темные глаза императора вспыхнули, и я ощутила магию дракона, которая огнем окутала тело, не позволяя вдохнуть или пошевелиться.

“Дыши и не сопротивляйся,” – прорычал дракон, гипнотизируя огненными глазами.

Около минуты меня жгла магия Фламариона, а потом он выдохнул и повернулся к виру Террагону: “Кайрон не ошибся, она не связана с мятежниками, но списывать ее я бы не стал. Девочка задает опасные вопросы и знает больше, чем положено простой магичке. Остальное мы обсудим после обеда. Я еще не решил, опасна она или нет.”

Отпустив меня, император скинул плащ и кинул его вовремя подоспевшему магу. Стянув темные перчатки, он пригладил светлые волосы и направился к столу, присаживаясь во главе.

Ощутив руку Доминика на своей спине, я вышла из оцепенения и пошла туда, куда указал хозяин. По поводу того, что сегодня я либо получу лицензию, либо лишусь головы, дракон не соврал. Сегодня меня посадили на несколько стульев дальше от мест, где сидели драконы, словно подчеркивая мое положение.

Драконицы были такими же нарядными, как и сам вир Террагон; они точно знали, кто именно пожалует в гости сегодня. А Максимильян надел форму и выглядел как грозный и невозмутимый инквизитор. Все они, как и я, приветствовали правителя и получили тот же приказ.

Когда я уже обрадовалась, что гостей больше не будет, Арчиман привел обещанных дон повелителя. И судя по виду, они действительно скучали. Несмотря на розовые платья, вид у дракониц был потухший, словно все, что происходит, не вызывало никакого интереса.

Три одинаковых розовых облака вплыли и сели по одну сторону стола. Они словно были родными сестрами: одинаковые наряды, прически и даже внешне драконицы были похожи. Темные волосы и серые тусклые глаза, пышная грудь и тонкая талия, стянутая в тугом корсете многослойного и, наверняка, невероятно неудобного платья. Фаворитки императора осмотрели всех присутствующих и остановили взгляд на мне.

“Рион, это серое нечто и есть наше сегодняшнее развлечение?” – гнусавым голосом спросила драконица, которая сидела ближе всех к императору.

Все три драконицы недовольно скривились, а Флавия и Серея напротив расплылись в улыбке, предчувствуя занятное представление, во время которого наглую магичку будут унижать. Они знали, что ни Доминик, ни Максимильян не смогут вступиться или перечить фавориткам императора.

“На севере у магов нет доступа к такой роскоши, как цветные ткани Матиз. Я не красочную зверушку вам выбирал,” – спокойно ответил император, чем немало удивил меня.

Похоже, унижать меня огненный дракон не собирался, так же как и развлекать своих фавориток подобным образом.

Матиз скривилась и вздохнула, принимая вид, словно готова уснуть от скуки. Обед проходил в атмосфере скуки и напряжения. Хозяин и наследник были напряжены, а гости откровенно скучали, отвечая на стандартные вопросы и поддерживая светскую беседу.

“Аврора, это правда, что на севере настолько мало мужчин, что у каждого мага есть две жены: одна законная, а вторая – любовница?” – спросила самая молодая фаворитка, и я округлила глаза от удивления.

Но и тут меня с ответом опередил император.

“Прита, две законные жены есть только у драконов: одна драконица, вторая – Аматрикс. Маги заключают союз у древнего алтаря только с одной женщиной, а любовница у них просто любовница. Я подарю тебе книгу, и вместо любовных историй будешь изучать культуру севера и обряды магов,” – строго сказал дракон, и фаворитка фыркнула, недовольно поджав губы.

Я рассматривала мужчину так, словно впервые видела дракона. Неудивительно, что его фаворитки грустные, если он так строг с ними и прилюдно осаживает. Пусть Фламарион защитил меня от ответа на глупые вопросы, но сделал он это, унизив свою женщину, и это было странно.

Отношения, которые я видела в доме вира Террагона, и теперь отношение императора к фавориткам. Неужели все драконы относятся к своим женам подобным образом? В Академии я видела, как трепетно они обращаются с девушками, которые согласились стать Аматрикс. Что же случается с ними потом?

Обед закончился, и когда принесли какой-то горячий травяной напиток, одна из дракониц зевнула, даже не прикрыв рот рукой. Похоже, пустые разговоры окончательно утомили наших гостей, и это поняла не только я.

“Думаю, самое время познакомить дон с нашим пернатым другом. Он немного разгонит сонную обстановку,” – сказал Доминик, и глаза фавориток открылись.

“Позвольте сказать Визардису пару слов,” – вскочила я со стула, и император нахмурился, наклонив голову.

“Думаю, это не навредит,” – кивнул мне Доминик, понимая, что если Виза начнет поливать императора отборной бранью, вряд ли он это оценит.

Перехватив у Арчимана своего питомца, я тихо зашипела на него, быстро описывая ситуацию и объясняя, как себя следует вести.

“Раз я главное развлечение, пусть терпят,” – крякнул в ответ питомец и сам полетел в зал.

“Визардис!” – зашипела я на глупую птицу и ринулась за ней, угодив прямо в руки покидающего столовую мужчины.

“Вир Террагон справится. А нам стоит поговорить, дона Виндер,” – прозвучал холодный голос императора, который крепко удерживал меня за плечи.

“Как прикажете, Ва ….,” – я запнулась под гневным взглядом императора и пыталась вспомнить, как он просил обращаться, но от волнения сокращенное имя Фламариона напрочь вылетело из моей памяти.

“Вир Рион,” – напомнил мужчина, слегка склонившись к моему уху.

“Простите, вир Рион,” – прошептала я, и мужчина хмыкнул, указав рукой направление.

Мы прошли мимо библиотеки, и словно у себя во дворце Фламарион завел меня в комнату, напоминающую кабинет. Скорее всего, это был кабинет Доминика. Усевшись за стол, мне указали кресло напротив.

“Я слушаю,” – неожиданно сказал дракон, и я несколько раз часто моргнула, не понимая, чего именно ожидает правитель.

Но Фламарион не собирался мне помогать и все так же молча сверлил взглядом. Спустя минуту я все же решила спросить прямо.

“Простите, вир, но я не понимаю, чего вы от меня ждете,” – тихо сказала, опустив глаза на свои руки и сминая подол платья.

“Перед вами сидит самый могущественный дракон Империи, дона Виндер, и вам нечего сказать?” – еще раз спросил император, и я отрицательно покачала головой.

Судя по вопросительно вздернутой брови, мужчина был удивлен и озадачен, но я не могла понять, чем именно.

“Что ж, тогда вернемся в зал,” – хмыкнул император и первым покинул кабинет.

“И что вообще это было?” – мысленно спросила я сама у себя, как обычно делала с Визардисом, и ответила так же, как сказал бы птиц, – “Драконы.”

Судя по звукам из столовой, Визардис наслаждался вниманием и возможностью вволю поболтать. Только вот вместо ругательств мой пернатый друг похоже пересказывал какую-то историю, больно поучительный был у него тон.

И подойдя ближе, я покачала головой. Вот кому следовало сказать, – “Я слушаю,” – и он бы точно не стал теряться и молчать. Пользуясь ситуацией, Визардис рассказывал о предпочтениях своего вида и перечислял всю гадость, которой охотники пытаются приманить диких птиц.

Вернувшись на место, я словила сразу два напряженных взгляда. Максимильян осмотрел меня словно ожидая, что император откусил кусочек, а советник слегка прищурившись и переводил взгляд с меня на Фламариона.

Император же не спускал взгляда с Визардиса и внимательно наблюдал, как открыв рты, слушали птичьи причитания, ошарашенные фаворитки. Спать они уже не хотели, и судя по глазам, донам развлечение пришлось по вкусу.

Спустя час, рассказы птицы о его нелегкой, голодной и холодной, но свободной жизни надоели императору, и он кивнул виру Террагону.

“Аврора, покажи нашим донам, что ты можешь сотворить с нарядом,” – сказал вир Террагон и потом недовольно прищурившись добавил, – “На себе.”

Вздохнув, я вышла из-за стола и спросила у снова принявших скучающий вид фавориток.

“Выберите цвет платья,” – сказала я донам, но ответ прозвучал снова не от них.

“Золотой!” – прогремел голос императора, и я перевела взгляд на Максимильяна. Помнится, инквизитор запретил мне когда-либо показывать, что я могу создавать этот цвет.

Инквизитор сжал кулаки, но едва заметно кивнул. Чего-то подобного стоило ждать, ведь с правителем спорить себе дороже. Я могла, например, сказать, что не могу воссоздать столь сложный цвет. Но, не зная о способностях дракона, врать не рискнула и, прикрыв глаза, прочла заклинание.

Магия быстро оплела ткань, превращая невзрачный серый наряд в сотканный из золотых нитей. Драконицы дружно охнули, когда от ткани начали отражаться слабые блики, словно нити и правда сделаны из золота.

Впечатлился и сам Фламарион. Дракон встал и медленно подошел, осматривая платье.

“Из убогой вещи ты сотворила наряд, достойный императрицы,” – тихо сказал мужчина, обходя меня по кругу. Неожиданно дракон вынул с моих волос заколки, позволяя светлым вьющимся локонам упасть на плечи.

“Закрой глаза,” – тихо прорычал император, и я подчинилась. Ощутив горячие пальцы на висках, я вздрогнула, и тогда мужчина недовольно зашипел, – “Не сопротивляйся и не двигайся.”

Голову обожгло магией императора, и я почувствовала, как по щеке потекла слеза. Но дракон только усиливал напор, от чего я задышала чаще. Спустя минуту в ушах противно зазвенело.

“Макс,” – выдохнув одно слово, я упала в руки императора, отключившись.

Сознание возвращалось быстро, словно войдя в комнату, кто-то включил свет. Но я никак не ожидала увидеть сидящего рядом со мной Фламариона. Император потирал свою короткую темную бороду, больше похожую на щетину, и о чем-то напряженно думал.

“Не бойся, с магией на сегодня все,” – строго сказал дракон, не поворачивая голову.

Зато я могла осмотреться и обнаружила, что мы все в том же кабинете Доминика.

“Ты необычно ведешь себя, Аврора,” – сказал правитель, когда я попыталась сесть на кушетку, куда меня положили.

“Простите,” – тихо ответила я Фламариону, и он потер виски и застонал.

“А еще врешь и боишься. Боишься, поэтому врешь, а потом снова боишься из-за того, что соврала,” – зло сказал дракон, поднимаясь. Я не знала, что можно возразить, а потому снова повторила.

“Простите, это нервное,” – тихо сказала я и спустила ноги с кушетки, поправляя все еще золотое платье.

“Как долго платье будет золотым?” – сменил тему Фламарион.

“Не знаю. Пока что ни один наряд не вернул старый цвет. Моей шубе больше шести лет, но мех голубой норки менее подвержен повреждениям от магических манипуляций, чем другие ткани. Ее цвет я меняла уже около двадцати раз. С другими тканями будет сложнее, они менее долговечны. Один бал, даже самый дешевый наряд, точно выдержит, а дальше я не могу гарантировать. Все зависит от ткани, силы потока и цвета,” – словно читаю лекцию студентам, ответила я дракону, и он замер.

“Что с птицей? Сколько времени нужно, чтобы научить говорить одну дикую портальщицу?” – задал император следующий вопрос.

“Около дня, если не считать времени на то, чтобы ее поймать и откормить. Дикая птица слаба, и прежде чем применять магию, нужно оценить состояние и откормить ее. С Визардисом мне понадобилось около месяца. Но он был скорее напуган драконами, которые пытались его словить, гоняя по лесу,” – снова ответила я тоном строгого профессора.

“Месяц на одну птицу, но откармливать можно несколько сразу?” – спросил Фламарион.

“Думаю, не больше пяти. С ними нужно разговаривать. А если все пять потом заговорят одновременно, я сума сойду от такого потока претензий и просьб,” – возразила я дракону.

“Знакомо,” – фыркнул император и повернулся снова, смерив меня взглядом. – “Тебе идет этот цвет. Прямо истинная императрица,” – неожиданно заявил он, и я вжалась в кушетку от того, каким взглядом на меня смотрел мужчина.

Этот взгляд был оценивающим, мужским, словно он мысленно лишал меня одежды. Похоже, при дворе скучали не только фаворитки, но и сам император, и развлекала я сегодня не дракониц.

Медленно дракон подошел и, взяв двумя пальцами мой подбородок, заставил смотреть в глаза. – “Я никогда не смотрел в сторону магичек, Аврора, но тебе удалось заинтересовать меня и зверя,” – сказал он и начал наклоняться. Фламарион провел носом по моей шее, вдыхая запах, и тихо зарычал.

“Пожалуй, мне даже повезло, что молодой Террагон не может сделать тебя своей Аматрикс из-за договора, подписанного отцом. А вот тебе повезло меньше, девочка,” – мужчина отстранился и посмотрел прямо на меня.

Сердце готово было выскочить из груди, а на глаза наворачивались слезы. Против этого дракона я бессильна, и Макс при всем желании не поможет. Никто не поможет.

“Просто позвольте мне вернуться в Академию,” – прошептала я, пока взгляд императора бродил по золотистому платью.

Мужчина улыбнулся и погладил меня по волосам, словно ему и правда жаль, но другого выхода нет.

“Ты слишком опасна, девочка, и я не стану лично кидать огонь в свой погребальный костер. Я не прочел твои мысли, но смог уловить достаточно, чтобы понять, что страх сделал тебя опасной. Под присмотром Террагона ты была бы в безопасности и безопасна. Но пока наследник не выполнит обязательства, я не разорву его союз. Двадцать ночей это достаточно много, и что будет дальше, известно только одному древнему духу. Я не стану так рисковать, Аврора, отправляя тебя в руки магов, которые желают меня свергнуть,” – холодно сказал император и поднялся.

“Вир Рион,” – всхлипнула я, понимая, что прямо сейчас Фламарион подписывает мне приговор.

“К твоему счастью, или напротив, несчастью, ты интересна мне. Пока побудешь моей фавориткой. А потом, при дворце тебе найдется применение и за пределами моей комнаты,” – таким же холодным тоном заявил император, повернувшись ко мне спиной.

“На мне метка наследника Террагона,” – прошептала я, все еще надеясь найти хоть какую-то лазейку.

“Знаю, и я ее сниму после нашей первой ночи. Это больно, но быстро,” – хмыкнул император и снова о чем-то задумался.

Слезы капали на золотое платье, а мужчина молчал и потирал подбородок.

Словно гром, тишину разрушил громкий стук. Похоже, кто-то из хозяев потерял терпение, но меня им было не спасти. – “Вас ждет вир Террагон,” – прозвучал голос дворецкого.

Прежде чем уйти, Фламарион холодно бросил мне, – “Вытри слезы, Аврора. Завтра утром я не на эшафот тебя увезу, а во дворец. Успокойся и возвращайся в столовую.”

Император удалился, и как только за ним щелкнул замок, я сделала все наоборот и перестала сдерживать слезы. Сев на пол, я поливала слезами кушетку, громко всхлипывая и кажется, тихонечко подвывая.

Хоровод мыслей вертелся, но ни одного варианта избежать уготованной участи я не нашла. Обратиться к мятежникам, бежать в убежище о котором писал Честер, просить помощи у декана и Никаса.

Я прокручивала варианты, понимая, что каждый следующий хуже предыдущего. И кажется, даже не заметила, что уже не одна. На мои плечи легла теплая шаль, и оторвав меня от кушетки, мужчина позволил поливать слезами свою грудь.

“Все будет хорошо, ледышка. Выход всегда есть. Не плачь,” – тихо говорил Максимильян, поглаживая по голове.

“Я не хочу во дворец,” – провыла я в грудь дракону, и он тихо засмеялся.

“Пожалуй, ты единственная, кто рыдает от перспективы жить во дворце и стать любовницей самого императора. Поверь, он и сам не в восторге, но доверить тебя больше некому,” – сказал дракон.

“Почему тогда не казнил?” – уже спокойнее спросила я Макса.

Что значит, не в восторге? Я конечно, не настолько наивна, чтобы поверить в то, что Фламарион внезапно воспылал ко мне страстью, но поведение мужчины наталкивало на определенные мысли. Да и вид у императора был явно не мученический, скорее озадаченный.

“Север восстанет. Твое имя используют, чтобы сплотить магов и поднять бунт против Фламариона, а твой отец будет тем, кто возглавит это действо, чтобы отомстить,” – ответил на мой вопрос дракон.

Я даже подняла голову, чтобы возразить инквизитору. Не хватало им еще и отца с матерью втянуть в свои игры. Но Макс не позволил, снова прижимая мою голову к своей груди.

“Мы в тупике, Ава. Отдавать тебя магам нельзя, но и по-тихому убрать не выйдет. Твой отец слишком значимый маг и имеет слишком большое влияние на севере,” – ласково говорил Максимильян, поглаживая мои волосы. Инквизитор рассуждал о том, как от меня избавиться, словно читал детям сказку.

“Ты так спокойно рассуждаешь о способах избавиться от меня,” – прошипела я на наглого дракона. Если так он желал отвлечь меня от слез, то вполне успешно. Нагрянувшая злость была больше, чем отчаяние, и понемногу я начала приходить в себя.

“Ты должна понимать, что происходит, и что слезами ничего не изменить, ледышка. Так что не реви понапрасну. Давай успокаивайся и забери свою наглую птицу, пока император её не поджарил,” – спокойно заявил Макс, продолжая успокаивающе гладить меня по спине и волосам.

“Я не буду любовницей императора,” – уже тверже заявила дракону, и вышло бы грозно, если бы не жалкий ‘ИК’, который вырвался посреди фразы, вызывая улыбку наследника.

“Конечно, не будешь. Даже если бы захотела, кто тебе позволит, ледышка,” – уверенно сказал Максимильян и поцеловал меня в раскрасневшийся от слез нос.

Я подняла взгляд на спокойного мужчину. Казалось, его вовсе не волновали обещания Фламариона утром увезти меня во дворец. Все такой же спокойный и высокомерный черный дракон встал и подал мне руку.

Утерев слезы, я умылась под присмотром наследника и направилась обратно в столовую.

_______________

Войдя, я демонстративно изменила цвет своего платья с золотистого на красный, и император, покачав головой, улыбнулся уголком губ и посмотрел на вира Террагона. Хитрый дракон пожал плечами, очевидно, не ожидая от меня ничего другого. А доны за столом откровенно скучали.

Заметив Визардиса, недовольно сидевшего на другом конце стола, вопросительно посмотрела на Доминика.

“Слишком много требований и претензий,” – объяснил хитрый дракон и улыбнулся. – “Ему полезно передохнуть, заклинание временное, до утра пройдет,” – успокоил он меня, и я сочувствующе посмотрела на своего пернатого друга.

“Вернешься в комнату?” – спросила Виза, и он выдал недовольное кря, не двинувшись с места.

“Чем еще я могу развлечь ваших гостей, вир Террагон?” – спросила я, вздыхая.

“Как насчет музыкального артефакта?” – подсказал дракон, и я кивнула, направляясь в другой конец зала.

Уточнив, какую мелодию желают драконы, напитала большую шкатулку магией и активировала. Из отверстий полилась музыка, и драконицы наперебой начали уговаривать правителя потанцевать.

Под возмущенными взглядами доны Флавии и Сереи, император, Доминик и Максимильян развлекали фавориток танцами. Когда и это им наскучило, я разбавила обстановку магией. Чем дольше заняты драконы, тем свободнее дышалось, и было время подумать.

Запустив довольно быструю мелодию, я сплела на полу узор, создавая видимость того, что каждый шаг, который делает пара, попадает в пушистое облако. Похоже, с бытовыми магами во дворце была беда. Детская игра, которой баловал меня учитель танцев, привела в восторг дракониц императора и заставила стонать от зависти жену Максимильяна и Доминика, которые скучали вместе со мной.