Текст книги "Зимний Бал в Северной Академии (СИ)"
Автор книги: Sandra Hartly
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 29 страниц)
Глава 18. Хранилище
Забираясь в телипаж, на прощанье окинула взглядом ворота Академии. Еще вчера я гуляла по поселку, а сегодня фактически покидаю это место под конвоем, не зная, смогу ли вернуться.
Мой вздох не скрылся от дракона, и старший инквизитор улыбнулся. – “Вы бывали в столице, дона?”
“Один раз в детстве, но воспоминания туманны.” – ответила я, вжимаясь в сиденье. Оставшись с драконом в узкой деревянной кабинке, хотелось куда-нибудь скрыться. Мужчина будто заполнил всю кабину и сидел слишком близко, что нервировало.
“Вашим талантам нашли бы применение в отделе инноваций,” – продолжал свой допрос инквизитор.
Я хмыкнула и, отводя взгляд, ответила, – “Когда-то я тоже так думала, но мне быстро объяснили, что это не так. Максимум, на что способны в отделе инноваций, это присвоить чужое, запретив магу пользоваться собственным заклинанием.”
Понимая, что только что сказала инквизитору, я закрыла рот рукой. Но, слыша его вопросы, почему-то не могла промолчать. Дракон не дурманил меня магией, но я явно была под воздействием.
“Весьма опасные слова, дона.” – прорычал вир Дип. Когда я лихорадочно замотала головой, пытаясь что-то соврать, чтобы оправдаться, он оскалился, – “Не пытайтесь мне солгать, Аврора. Не зря я старший инквизитор. И не зря вир Доминик прислал меня лично допросить вас. Мне известно про метку и про планы молодого наследника. Но в одном мы с советником Террагоном сходимся во мнении, даже как Аматрикс, вы опасны.”
“Я не собираюсь жить в закрытом квартале, Аматри, лучше уж на плаху,” – зачем-то выпалила и снова закрыла рот рукой.
Дракон рассмеялся, – “И это мне известно. Собственно, поэтому вы опасны, дона. Спустя столько лет вы приняли метку, как раз в тот момент, когда наследник подал прошение о расторжении брака Императору. Вы рассчитываете, что, став свободным, молодой наследник наденет на вас обручальный ободок?” – прищурившись спросил вир Кайрон.
Я округлила глаза, на несколько секунд буквально лишившись дара речи, а потом, словно ненормальная, начала смеяться, – “Наследник древнего рода обручится с магичкой? Более нелепой шутки я в жизни не слышала. И кто, Максимильян Террагон, который используя меня, чтобы не завести Аматрикс в Академии, пожалел денег на платье. Вы не в себе, вир старший инквизитор,” – последнюю фразу я скорее прорычала.
Инквизитор наклонил голову и продолжил внимательно изучать мое лицо, от чего поток моего внезапно нахлынувшего гнева было уже не остановить, – “Мне не нужна метка, это вышло случайно и ничего не меняет. Если придется выбирать между кварталом Аматри и плахой, я с гордо поднятой головой взойду на эшафот, но не позволю превратить себя в ходячую утробу для еще одного высокомерного и бездушного существа.”
Высказав дракону всё, что было внутри, я дышала так, словно пробежала несколько кругов на поле для тренировок. Понимая, что дракон применил какую-то магию или артефакт, я пыталась сдерживаться, но чем больше сопротивлялась, тем сильнее накрывали эмоции.
“Познавательная беседа,” – невозмутимо ответил вир Кайрон, и прежде чем открыть дверцу телипажа, зачем-то спросил, – “Вам известно о зове избранной?”.
Вспоминая, что уже где-то слышала эту фразу, но так и не узнала, что она значит, я отрицательно покачала головой, и дракон снова улыбнулся, одобрительно хмыкнув.
Видимо, ответы для советника Террагона старший инквизитор получил. Теперь меня поведут допрашивать о мятежниках. Если честно, я ожидала увидеть здание казематов или здание отдела инквизиторов, но никак не старинный особняк в одном из отдаленных районов города, где жили маги, служащие императору.
“Знакомый дом?” – спросил старший инквизитор, наблюдая за моей реакцией, но я молча покачала головой.
В этом районе я была впервые и пыталась сопоставить картинку, которую представляла из рассказов Крастина, и то, что видела.
В отличие от севера, дома столицы были возведены из гладкого камня, и крыша крыта не деревянными балками, а тонкой черепицей, которую делали на юге, плавя песок в специальных формах. В окнах столичных домов было не мутное толстое стекло, как у северян, а настоящее тонкое и прозрачное.
Похоже, инквизитору было интересно наблюдать за мной, поскольку несколько минут он молчал и позволял рассматривать величественные двухэтажные строения. Всё, как когда-то писал мне Крастин, позволяя юношеским мечтам обрести краски и очертания. Я мечтала, что однажды буду жить вот в таком доме, и работать в отделе благоустройства. Но теперь той Авроры больше нет, а потому, глубоко вздохнув, я осмотрела здание, куда привёл вир инквизитор. Оно было таким же, как все, но судя по служащим гвардии императора, именно это и был наш пункт назначения.
Переведя взгляд на пожилого дракона, я ожидала следующего вопроса, но он молча указал в направлении двери. Пропуская вперёд, инквизитор сказал, – “Откройте дверь, дона.”
Обнаружив, как внимательно за мной наблюдают, не составило труда догадаться, что в приказе есть подвох.
“Чего вы ждете, дона Виндер? Откройте дверь!” – уже настойчивее приказал вир Дип, и я взялась за холодный металл. Нажав на ручку, я толкнула дверь, и она не поддалась, затем я потянула её на себя, и результат был тот же.
“Тут заперто, вир Дип,” – холодным тоном сказала дракону.
Мужчина зарычал и отдал следующий приказ, – “Так отоприте дверь ключом.”
Повернувшись лицом к инквизитору, я протянула руку, и он выгнул бровь, не понимая, что мне нужно, – “Мне нужен ключ, вир. Как я отопру дверь ключом, который вы мне не давали?”
Потерев виски, словно я сказала полную чушь, инквизитор минуту молчал, а потом приказал: “Отоприте её заклинанием, дона Виндер. У нас нет ключа, но нужно попасть внутрь. Как бы вы попали без ключа в запертое помещение, подумайте и действуйте.”
Вздохнув, я желала высказать дракону всё, что думаю, но он приказывал, а не спрашивал, а потому я молча выполняла, не имея возможности возразить или отказаться. В голове всплыло воспоминание о заклинании подчинения, о котором когда-то вспоминал Максимильян. В его книге было описание, но не было ничего полезного. А после того, что происходит сейчас, я начала сомневаться, что на магов оно не действует. Дракон явно использует не просто свою магию, но и что-то ещё.
Вопреки моему желанию, мозг генерировал идеи, как можно отпереть дверь в особняк. И ничего безобиднее заклинания утерянного ключа я так и не придумала.
“Perdidi clavis et vis ire in domum suam (потерян ключ, хочу домой),” – тихо сказала я, направляя магию, и спустя несколько секунд замок щелкнул, а дверь со скрипом отворилась.
“Стоять!” – рявкнул пожилой дракон, и только оглянувшись, я поняла, что это был приказ гвардейцам, которые собирались ломануться вперед, но тут же замерли, услышав грозный рык начальника.
“Идемте, дона Виндер. После вас,” – уже спокойнее скомандовал мужчина и, крепко обхватив мое предплечье, слегка подтолкнул, намекая, что я должна войти первой.
Переступив порог, дракон приказал активировать освещающие артефакты и достал какой-то мерцающий артефакт. Поводив им, он указал в направлении двери в другом конце пыльной прихожей, и мы направились к ней.
Дверь оказалась не заперта, и распахнув ее, мы замерли у огромной лестницы, которая спускалась вниз.
“Подвал, нам туда,” – со знанием дела скомандовал вир, подталкивая меня вперед.
Шаг за шагом мы с драконом спускались в то, что он назвал подвалом, и чем ниже мы опускались, тем ярче мерцал артефакт в руке инквизитора. Ещё одна дверь, и снова дракон пропустил меня вперёд.
Не так я представляла себе помещение под названием подвал, скорее это была гостиная, в которой не было окон. Даже камин, покрытый слоем пыли, был украшен резными по камню узорами вьющегося растения. Комната была пыльной, но с высоким потолком и завалена разбросанными листами, опасаясь наступить на один из которых, мы замерли. Точнее, дракон замер крепко сжимая мою руку и удерживая рядом.
При слабом освещении понять, что именно разбросано по полу, было невозможно, и тогда дракон снова приказал активировать освещающие артефакты. Светильники начали вспыхивать по кругу, озаряя ровные камни, которые служили надежным укрытием.
Обводя взглядом пол и пустые стены, вир Дип направил ярко мерцающий артефакт на камин и приказал мне стоять и не двигаться, направляясь к каменной кладке.
Отряхивая от пыли, дракон извлек из камина какой-то артефакт, похоже, тот самый, который когда-то кинул в портальный ящик Максимильян. Я догадалась, что это был маячок, указывающий на хранилище Честера. А потому внимательнее осмотрела комнату, понимая, что меня привели в тайное место мужа, в котором Максимильян ожидал найти страшные доказательства его связи с мятежниками.
Но, увы, судя по разочарованному лицу старшего инквизитора, далеко не это они ожидали найти. Страшное хранилище было пустым, с разбросанными белыми листами на полу и таким же пустым камином, покрытым толстым слоем пыли. Это явно не было логовом мятежников, как пугал меня Макс.
Слой пыли в прихожей, на лестнице и в этой комнате свидетельствовал о том, что тут давно никого не было. Даже следов от того, что кто-то убрал все доказательства, не было, поскольку слой пыли был равномерным, не оставляя никаких шансов утверждать, что отсюда унесли компромат.
Похоже, дракон пришел к тем же выводам, и убедившись, что магических ловушек нет, позвал гвардейцев, поскольку на лестнице раздались громкие шаги и голоса.
“Обыскать! Все бумаги в отдел!” – прорычал разочарованный дракон, и меня подвинули от входа.
Комнату наполнила тяжелая магия драконов, которые искали тайники и собирали разбросанные бумаги.
“Вы стали еще привлекательнее, дона Виндер. Редко кому возраст к лицу.” – неожиданно дракон оторвал меня от наблюдений за гвардейцами. Не сразу я поняла, о чем говорит инквизитор, и нахмурившись, мужчина показал мне листок, который поднял с пола.
Там был рисунок. Простой чернильный рисунок. За столом сидела девушка, которая читала книгу, опираясь на руку. Не сразу я узнала на портрете себя. Вир демонстрировал мне картинку за картинкой, и на всех была только я. Читающая, задумчиво рассматривающая что-то за окном или с грустью записывающая в тетрадь.
С непониманием я посмотрела на инквизитора, – “Этот дом принадлежал Честеру Дымову. Точнее его бабушке, но после ее ухода достался единственному внуку. Именно тут он жил во время службы в отделе инноваций. Неужели супруг ни разу не обмолвился, что обладает целым состоянием в столице.” – объяснил дракон и что-то прошептал.
С меня словно цепи упали: дракон снял свое ограничение, позволяя говорить.
“Я плохо знала своего мужа, мы слишком мало успели.” – ответила я инквизитору и зачем-то добавила, – “Не знала, что он так хорошо рисует,” – лишь на мгновение удавалось рассмотреть листки, которые собирали гвардейцы, похоже на всех была нарисована я.
Драконы бегали и суетились, но так и не сумели ничего найти, почти ничего. Один из гвардейцев подошел к инквизитору и, косясь злобным взглядом в мою сторону, указал на нишу над камином.
“Что ж, дона Виндер, похоже, комната наполнена не только вашими портретами времен студенческой юности, но и тайник имеется.” – воодушевленно сказал инквизитор и кровожадно улыбнулся.
Похоже, вир Кайрон Дип все же надеялся, что-то найти, и уж явно не портрет возлюбленной прятал Честер в тайнике в подвале. В этом дракон был уверен. Прежде чем меня утащили к тайнику, который не могли открыть драконы, со стороны лестницы раздался громкий шум и рык дракона.
_______________
“Я желаю услышать это лично от него!” – звучал крик сверху, и дверь в подвал резко хлопнула, едва не слетая с петель.
В подвал ворвался злой, запыхавшийся и потрепанный наследник Террагон. Заметив меня в комнате, глаза черного дракона потемнели от едва сдерживаемой ярости.
“По какому праву, без моего присутствия, вы устроили допрос моей избраннице?” – рычал Максимильян.
Старший инквизитор хмыкнул и посмотрел на наследника как на неразумное дитя, – “По личному поручению советника Террагона. Сбавь напор, мальчик, вспомни, к кому обращаешься,” – спокойно и с нотками насмешки сказал вир Дип.
Черный дракон часто дышал и пытался успокоиться, внимательно изучая меня темными глазами. Поняв, что его ‘собственности’ вреда не причинили, он вдохнул и глаза снова стали серыми, – “Простите, вир Кайрон. Но вы знаете, что зверь не позволит причинить вред своей Аматрикс. Что происходит?” – холодным тоном спросил он.
Старший инквизитор улыбнулся и кивнул в сторону тайника. – “В самом хранилище были только бумажки с портретами юной Авроры, но мы обнаружили тайник Честера Дымова и как раз намерены его открыть.” – вещал вир Дип и указал мне рукой на камин. – “Прошу, дона, уверен, вам тоже интересно узнать еще одну тайну своего горе-супруга.”
Как и прежде, старший инквизитор попытался ухватить меня за предплечье, но, услышав утробный рык Максимильяна, убрал руку, слегка подталкивая в спину. В сопровождении двух инквизиторов я подошла к камину и уставилась на драконов в ожидании команды. Я не имела представления, как открывать тайники.
“Просто невинная пташка,” – с сарказмом сказал старший инквизитор, оскалившись, и Максимильян недовольно прищурился, смерив начальника взглядом. Наследник Террагон явно не был в восторге от возможности лишиться своей Аматрикс, а еще от того, что ее, хоть и завуалированно, но все же оскорбляют. Потому он взял инициативу в свои руки.
“Аврора, медленно веди рукой над камином и вливай магию. Если защита рассчитана на тебя, он сам откроется.” – строго приказал младший дракон. Пожав плечами, я вздохнула и сделала, как было велено.
Дойдя до середины каменного выступа, я ощутила сопротивление. Тут и правда стояла защита, но магии было недостаточно. Понимая, что драконы просто так не отстанут, я протянула Максу руку, – “Мне нужно что-то острое.”
Драконы переглянулись, и старший инквизитор кивнул, позволяя выполнить просьбу. В ладонь лег загнутый кинжал, и я продолжила водить рукой. Магия замок не открыла, подтверждая мои подозрения, но просто так лить кровь на камин я не собиралась. Судя по резному узору, нужна только капля и только в правильное место.
Это я узнала из той же главы о тайной переписке в учебнике Честера, где нашла защищенное письмо. Он все предусмотрел, кроме того, что за мной будут наблюдать два инквизитора и около десятка гвардейцев императора. Но и тут я надеялась на мужа. Чес не был глупым, и раз в самом хранилище ничего не нашли, маловероятно, что что-то опасное он оставил в тайнике.
Похоже, драконы так не считали, и за спиной раздался недовольный рык старшего, – “Чего вы ждете, дона? Вам не удастся избежать своей участи, не тяните время зря.”
“Возможно, мой портрет в красках муж просто спрятал от взломщиков,” – вернула я колкость дракону, и он тихо зарычал. Но ничего сделать не сумел, за спиной я ощутила уже знакомый жар Максимильяна, и мужчина тихо склонился к уху.
“Ты знаешь, как снять защиту?” – спросил черный дракон, почти касаясь моего уха.
Я кивнула и указала на рисунок над камином. – “Кровная магия. Если я нанесу много или не в то место, все, что внутри, скорее всего, сгорит, посчитав, что меня вынуждают его открыть. Но я не вижу узор, слишком высоко,” – прошептала в ответ, и на моей талии сомкнулись горячие руки. Словно куклу, Макс поднял меня выше, позволяя рассмотреть узор.
“Кажется, нашла, но мне так сложно дышать,” – прохрипела я и снова ощутила под ногами пол.
“Прости,” – прошептал дракон.
Не стоило мне переводить взгляд на старшего инквизитора. Мужчина смотрел так, словно готов был лично казнить меня на месте. Я не понимала, что его разозлило, но вид был жуткий.
“Так будет удобнее.” – Макс опустился на одно колено и протянул руку, показывая забраться на согнутую ногу.
Старший инквизитор удивленно округлил глаза, и кажется тихо зарычал. Не часто наследник великого древнего рода преклоняет колено перед жалкой магичкой, которую подозревают в измене империи.
Стараясь не смотреть в сторону старого и злого инквизитора, я забралась на ногу черного дракона и, опираясь локтями на планку камина, уколола палец, прикладывая к центру вырезанного цветка. Флосис – редкое растение, которое росло только на севере и только высоко в горах.
Резной узор слегка мелькнул голубым, а потом в комнате раздался громкий щелчок, и передняя панель над камином отъехала в сторону, показывая то, что было скрыто от глаз.
Едва подавив смешок, я спрыгнула с ноги Максимильяна. За перегородкой был не портрет в красках, как я говорила виру старшему инквизитору, но это был портрет – мой и Честера. Судя по всему, мужчина рисовал его уже после обручения. Это единственная бумажка, которая была вставлена в деревянную оправу и имела подпись: “Все, что имеет значение.” Та же фраза, что и в скрытом письме из учебника.
“Похоже, ваш муж слишком сильно был влюблен. Жаль, не успел понять, в кого именно,” – прорычал старший инквизитор, изучая бумагу и обследуя ее магией. Он собирался кинуть картинку к остальным, но не успел.
“Нет! Можно я заберу его. Это все, что осталось мне от Честера, прошу,” – пискнула я дракону, и он расплылся в улыбке, переводя взгляд на хмурого Максимильяна.
Он протянул картинку младшему инквизитору, – “Аматрикс могут стать только невинные девушки, преданные зверю и дракону. Я бы подумал над тем, как эта магичка сумела получить метку, наследник Террагон. Сами решайте, что с этим делать,” – прорычал дракон и подошел ближе к тайнику.
Максимильян внимательно рассматривал картинку, на которой я улыбалась Честеру. Только сейчас я заметила разницу с теми, что лежали на полу. На всех рисунках, которые мне показывал старший инквизитор, я хмурилась или была серьезной, и только на этой улыбалась.
“Позволь мне забрать ее, Макс, пожалуйста,” – я протянула руку дракону, но он не мигая продолжал смотреть на рисунок.
“Похоже, ты была счастлива с ним, Аврора. Свободна выбирать, какой будет ваша жизнь, и счастлива. А он, и правда, любил тебя,” – хрипло сказал дракон и, отводя взгляд, сунул мне деревянную рамку, так, словно боялся передумать.
Пока мы с наследником изучали рисунок, старший инквизитор что-то нашел в тайнике и радостно хрюкнул, обретя надежду.
"Помоги мне, Максимильян!" – взвизгнул пожилой дракон, и нехотя Макс пошел к нему.
Постучав по стенке, они нашли двойное дно, откуда начали извлекать какие-то бумажки. Только стон, смешанный с рыком вира Кайрона, подсказывал, что и это не доказывает вину мою или Чеса. Найдя рисунок, я была абсолютно спокойна. Если что-то и было, то Честер позаботился о том, чтобы это не нашли.
До меня начало доходить, что даже если бы они нашли книги, которые были в сундуке, этого будет недостаточно, чтобы обвинить мужа в измене. Больше ничего драконам найти не удастся. Мужчина позаботился обо мне и о том, чтобы инквизиторы не смогли связать с мятежниками ни его, ни меня.
Наблюдая, как инквизиторы вынимают из камина какие-то бланки, я была спокойна. Только крепко прижимала к груди последний подарок мужа. Неоспоримое доказательство того, что он любил меня больше, чем что-либо другое в своей жизни. Какие бы тайны не скрывал в тени Честер Дымов, меня он любил больше.
Глава 19. Дракания
Бумаги, которые достали мужчины из тайника, не принесли им ровным счетом ничего. Несколько векселей на пятьдесят золотых и какие-то финансовые записи. Больше в доме ничего обнаружить не сумели.
“Пока мы все тщательно не обыщем, доне запрещено покидать Драканию и возвращаться в Академию. А также связываться с родными или коллегами,” – рычал разочарованный старший инквизитор, и заметив, как округлились мои глаза, ехидно добавил: – “Несколько дней, вам придется провести в отделе инквизиции императора под присмотром, и, к сожалению, условия будут не самые комфортные.”
Я открывала рот, пытаясь ухватить хоть каплю воздуха, но что возразить старшему инквизитору так и не придумала. Фактически меня отправляли в казематы просто так, на всякий случай. А вдруг что-то еще отыщут, и я понимала, что выйти оттуда шансов практически нет. Да и вир Дип, судя по улыбке, прекрасно знал, что именно этим все закончится. Я не должна вернуться в Академию, неважно виновна или нет. Дракон намекал, но я не услышала. Несколько раз он прямо говорил, что я опасна, и, убедившись, что на роль Аматрикс я не соглашусь, выдохнул с облегчением.
Но похоже, советник Террагон и сам старший инквизитор недооценили молодого наследника.
“В этом нет необходимости, вир Дип. Аврора моя, и я возьму ее под опеку. Полагаю, в моем особняке вряд ли у нее будет возможность связаться с родными или друзьями. Вы отстранили меня от службы и следующую неделю я абсолютно свободен и присмотрю за доной. Ни к чему держать невиновную девушку в казематах без веских причин.” – тон Максимильяна звучал спокойно, но сжатые кулаки выдавали напряжение.
Дракон понял то же, что и я. Неспроста его отец прислал старшего инквизитора. Со старым драконом никто не посмеет спорить, и в его решении никто не усомнится. А казематы я уже не покину, даже если ничего не найдут, они придумают что-то другое.
Но и старый дракон не собирался так просто упустить добычу с лап. – “В родовом поместье, магичка? Советник Террагон не позволит этого, я действую по его личному распоряжению и не уверен, что ваш отец…” – начал инквизитор, но закончить ему не позволили.
Натянув высокомерную маску, черный дракон уверенно заявил: – “С отцом я все обсужу сам. Это не просто магичка, в день зимнего бала Аврора получит официальный статус, а до того момента находится под моей негласной защитой. Думаю, вы согласны, что как дракон я не могу позволить прозябать в казематах, единственной, кто может подарить наследника роду Террагон.”
Как ни пытался придумать ответ старый инквизитор, но так и не сумел возразить высокомерному наследнику. Злобно прошипев, – “Под вашу ответственность, наследник Террагон,” – вир Дип приказал нам покинуть старый особняк Честера и не спускать с меня глаз.
Вначале мы с Максом ехали молча, но когда вдали показались ровные и одинаковые домики, я все же озвучила вопрос, который не давал покоя всю дорогу, – “Ты везешь меня в Аматри?”
Дракон вздохнул и покачал головой, – “Без разрешения отца туда нас не пустят. Нет, Аврора, как и сказал старшему инквизитору, я везу тебя в особняк. Поверь, в Аматри тебе было бы проще.” – напряженно ответил дракон, не глядя на меня.
Идея с посещением особняка явно не нравилась моему дракону, но старший инквизитор не оставил ему выбора. Если бы Максимильян позволил увести меня в казематы, он бы остался без Аматрикс.
Упрямый наследник не привык отступать от желаемого, даже если для этого ему приходилось нарушать приличия и правила, принятые в Аркании. Я понимала, что не из-за внезапно вспыхнувшей любви к жалкой магичке, молодой дракон рискует вызвать гнев своего отца, притащив меня домой. Он просто не мог уступить и поддаться. Вир Террагон и вир Дип позарились на то, что Максимильян считал по праву своим, и уступить значило проявить слабость, а значит, проиграть в любом случае.
____________
В квартале советников императора бывали редкие маги, только те, кто служил во дворце или лично советникам.
Пожалуй, я первая из северян, кто попал сюда, не будучи приближенной. Если особняки столичных магов казались мне роскошными, то как описать то, что стояло тут, я уже не знала. Похоже, советники живут не хуже самого Фламариона Пирокса, только их особняки были немного поменьше королевского дворца.
Всего три этажа, сооруженные из гладкого полированного камня. С огромными окнами и даже балконами. Признаться, я думала, что такая роскошь, как балкон, существуют только в императорском дворце и в академиях, которые когда-то строили древние маги и драконы. Но судя по виду особняков советников, тут балкон был чем-то привычным, как и подвал.
Не удивительно, что столичные жители с таким пренебрежением относились к северянам, мы жили намного скромнее. Или, как любил цитировать столичных драконов, наш декан – влекли жалкое существование.
В Дракании уже была глубокая ночь, и по улицам, по которым катился наш телепаж, пробегали редкие слуги, которых куда-то послали нерадивые драконы. В высоких и массивных особняках тускло горели ночные артефакты, а я пыталась понять, который из домов принадлежит Максу. И догадаться было не сложно. Повернув на главную дорогу, ведущую во дворец, я увидела по обе стороны четыре огромных древних дома. Они разительно отличались от тех домиков, которые стояли в квартале драконов, и тем более от того, где жили маги. Особняки правящих родов были величиной с корпус Северной академии, да и в высоту насчитывали целых четыре этажа.
“Внутри все выглядит менее древним и впечатляющим.” – тихо сказал Макс, заметив, как я едва не открыла рот, рассматривая четыре огромных строения.
Остановившись у самого первого особняка, который находился ближе всего к дворцу, Макс взял мою руку и строго посмотрел в глаза, – “Помни, ты моя гостья, Аврора. Ни Флавия, ни отец ничего не смогут с этим сделать. Неуважение к тебе – это неуважение ко мне,” – уловив кивок, дракон поцеловал мою руку и распахнул дверцу телипажа.
По телу прошла мелкая дрожь, когда я смогла осмотреться. То, что в детстве казалось мне сказочным местом, сейчас выглядело жутко, особенно в темноте. Сказочный дворец, который я помнила, словно превратился во что-то зловещее и больше не вызывал восторга.
Осматривая все это величие, которым восхищалась когда-то, я ощутила только одно желание – сбежать обратно. Обратно на север с его вечными морозами и белыми снегами. Вечная мерзлота теперь казалась мне более уютной и приветливой, чем огромные каменные дома, погруженные в мрак столичных улиц.
“Все хорошо, Ава, они не тронут тебя.” – тихо сказал Максимильян, протягивая руку.
Видимо, свои впечатления от этого жуткого места скрыть не удалось, и наследник понимающе улыбнулся. А вот я не представляла, как можно жить внутри и тем более, каким должно быть ужасным было детство в этом месте.
“Пока Крастину не исполнилось семнадцать, мы почти каждый вечер кидались снегом и катались на отполированных досках с горки, в трех домах от нашего.” – зачем-то сказала дракону, и он улыбнулся.
“С пяти лет, до обеда меня обучали этикету, а после истории, культуре и другим наукам. Все время я проводил в комнате-классе, выходя на улицу только для тренировок боя на мечах и магии. Впервые, снег я увидел в шестнадцать, когда приехал в Академию. Пожалуй, шесть лет учебы были самыми беззаботными в моей юности и детстве.” – тихо сказал дракон, тем самым отвечая на незаданный вопрос о его детстве.
Слегка толкнув массивную дверь, Максимильян вздохнул и повел меня внутрь. Едва мы сделали два шага, перед глазами возник пожилой маг, который склонился и спросил, чем может служить виру.
“Это Арчиман Мангус, наш дворецкий и главный над другими работниками,” – представил мужчину дракон, – “Моя гостья, дона Аврора Виндер,” – сообщил магу дракон, и мужчина поднял бровь. Похоже, в столице еще помнили фамилию моего отца.
Получив распоряжение приготовить мне соседнюю с наследником комнату, маг удивился, – “Возможно, стоит поселить дону в женское крыло. Бывшие покои доны Сереи пустуют, и есть несколько комнат неподалеку от спальни доны Флавии, но они более скромные,” – пытался соблюсти принятые в особняке порядки старый маг. Но уловив взгляд наследника, повторил приказ приготовить соседнюю комнату и удалился.
“Похоже, ты приказал что-то неприличное,” – прошептала дракону, который решил показать мне библиотеку, пока комната не будет готова.
“Более чем, Аврора, но рисковать тобой ради каких-то приличий я не буду. Старую комнату Сереи вначале нужно освободить от безвкусного хлама, а после выжечь магией весь яд, которым она пропиталась за несколько лет. А селить тебя рядом с женой отца я не стану. Она та еще змея, не лучше своей дальней родственницы,” – указывая на кресло, сказал дракон.
“Жена твоего отца – родственница твоей жены,” – повторила я, присаживаясь ближе к камину, в надежде согреть околевшие руки.
Хоть в столице было теплее, чем на севере, но выдернул меня вир Дип прямо с лекции. А в академии я одевалась легко и опрятно, оставляя теплую шубу и сапоги в домике. Добежать по снегу до административного корпуса можно и в тонких ботинках. Зато выглядела на лекциях более презентабельно.
“Ты совсем продрогла.” – сказал дракон и присел рядом, привлекая к себе и пряча мои руки в свои горячие ладони.
“Да уж, в мои планы на сегодня не входила экскурсия в казематы. Спасибо.” – пыталась пошутить, откидываясь назад и позволяя дракону меня согреть.
Макс уткнулся носом в волосы и крепко прижал к себе. Я чувствовала, как участилось его дыхание, и сердце билось слишком быстро, отчего грудь словно пульсировала.
“Еще чуть больше недели и ты станешь моей,” – прошептал инквизитор, водя носом по моей шее и обдавая кожу горячим дыханием.
Ничего не ответив наглому дракону, я позволяла себя согревать и покрывать шею легкими поцелуями, даже запустить руку под плащ и крепко прижимать за талию. Спорить с самоуверенным мужчиной бесполезно, вокруг все время что-то происходит, а потому я не стала рушить его надежды и планы.
Немного отогревшись, я посмотрела на прикрывающего глаза наследника и слегка потормошив его руку твердо заявила: “Я хочу есть, Макс. Твой начальник оставил меня без обеда. А еще, мне не во что переодеться и я переживаю за Виза, он без еды в клетке, один.”
Дракон улыбнулся и отстранился, – “Сначала набег на кухню, потом подумаем, что делать с наглой птицей и нарядами. В Академии нам появляться пока запрещено.” – уверенно заявил мужчина, протягивая руку.
Кухня драконьего поместья могла бы послужить столовой для всего нашего факультета. Большие поверхности и разнообразные артефакты для приготовления блюд. Порывшись в каком-то шкафу, наследник разочарованно вздохнул.
“Ничего вкусного и готового нет. Выпечка с мясом и напитком из трав подойдет?” – спросил Макс и выгрузил на блюдо странного вида выпечку.
Такого я никогда не видела, а тем более не пробовала. Единственное мясо, которое употребляли на севере, была старая оленина. Есть ее в блюдах было невозможно, зато сушить, нарезав тонкими полосками, в самый раз.
С подозрением я покосилась на угощение, но после того, как дракон подогрел его и принялся жевать, последовала его примеру. И это оказалось весьма неплохо, однозначно с ягодной выпечкой доны Попс не сравнится, но вполне съедобно. Напиток напоминал нашу травяную настойку, только очень сильно разбавленную.
