Текст книги "Обреченные (СИ)"
Автор книги: RoksenBlack
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)
– Нет, – Грейнджер отрицательно покачала головой, не поворачиваясь. – Я вижу, что он любит меня, но я не та девушка, с которой он будет счастлив.
Гарри смотрел на Гермиону, так любовно держащую книги в маленьких руках, и думал, что счастлив с ней будет любой.
– Что заставляет тебя так думать? – недоумевал он.
– Ну как же, дети, семья – это то, что вам обоим нужно. Я считаю это глупостью, – Гермиона повернулась к Гарри, в глазах которого мелькнула злость.
– Как ты можешь так говорить?! Легко считать семью глупостью, когда тебя дома ждут родители, – закричал Гарри. – Моя семья умерла. Я не считаю глупым создать новую!
Гермиону разозлило, что Гарри обвинил ее в бесчувственности, она ответила на его выпад:
– Ты не сможешь заменить родителей, Гарри! Нельзя осознанно быть готовым к семейной жизни в восемнадцать лет, даже не узнав друг друга как следует.
– А сколько ты будешь ждать, пока волосы на голове поседеют? – Поттер подошел ближе к Гермионе, прижимающей к себе книгу. – Что плохого в нормальном желании?
– Желании? – голова ее склонилась набок в показном недоумении, но в глазах было понимание.
– Желании иметь детей, – попытался оправдаться Гарри.
– Неправда. Вам всем просто хочется заниматься любовью, поэтому вы так спешите.
– А тебе не хочется заниматься любовью? – спросил Гарри, подойдя ближе. Для него это было слишком. Мысли о занятиях любовью в присутствии Гермионы могли привести только к одному. В штанах стало теснее. Он понимал, неправильно так близко подходить к ней. Но Гермиона не могла сильнее удивить, попытавшись ответить на вопрос.
– Есть способы получать удовольствие и без лишения девственности, – она очень нервничала от близости любимого человека, но слова, вылетавшие как птицы, поймать уже было невозможно.
– О чем ты говоришь. Гермиона? – способы удовлетворения, не касающиеся прямого контакта, были Гарри известны. Он видел кое-что в журналах сводного брата и слышал кое-что из уст старших братьев Уизли. Но думать о таком в одном ключе с Гермионой? Это сводило с ума. Из головы вылетели все разумные мысли, оставив только образ ласкающей себя Гермионы. Он вплотную приблизился к ней и неосознанно взял ее за предплечье.
– Гермиона?
– Я не буду с тобой это обсуждать. Я девушка. Имей уважение. Обсуди эти способы с Джинни, – она отвернулась и отступила подальше от Поттера в страхе совершить непоправимое. Если рядом с Малфоем было забавно и щекотно, то касания Гарри и его близость вызвали настоящий пожар в груди, который стремительно спускался вниз, вызывая дрожь всего тела.
– Откуда ты про это знаешь? Ты это делала?
– Нет! Гарри, нет! – зашептала Гермиона – Как тебе такое в голову могло прийти? Просто… я… читала книгу об этом. Несколько раз.
– Об этом есть книги? – Гарри рассмеялся. – Гермиона, ты неподражаема.
– Есть, – та, успокоившись, тоже улыбнулась. Его смех, такой искренний порадовал ее. – Ладно. Иди уже, тебя ждут.
– Нас ждут, – Гарри не хотелось отпускать ее, такую знакомую и незнакомую в одно и то же время. – Когда сюда нужно будет вернуться? Ты говорила – каждые два часа. Мы успеем. Я обещаю.
Гарри протянул Гермионе ладонь, и она, как всегда доверившись, улыбнулась и взяла ее.
– Еще нам предстоит обсудить, как поступить с Пожирателями.
– Я думал, ты против преследования.
– Мнения я не меняла, но после поезда… их надо обезвредить. Просто я пока не решила, как.
Они вышли за дверь, оставляя множество вопросов здесь, в Выручай-комнате.
Комментарий к Глава 8. Выручай-комната
Шелдон Купер – раздражающий персонаж любимого мною сериал “Теория Большого Взрыва”, советую.
========== Глава 9. Табу ==========
С первого курса Джинни Уизли была объектом пристального внимания.
Единственная девочка в большой семье Уизли, она, пожалуй, получала всегда все достаточно новое. Родители баловали ее вниманием. А братья смотрели за ней и сделали из нее настоящую мечту парней: не обижается, не ноет, классно летает на метле. Рыжий цвет волос весьма удачно гармонировал с хрупкой фигурой.
Как известно, чем больше получаешь, тем больше хочется. Нет. Никто не обвинит Джинни в тщеславии, но любовь к Гарри Поттеру, согретая лучами его славы, говорила сама за себя.
Возможность, которую она так долго лелеяла, расписывая школьные тетради фамилией «Поттер», рассыпалась в прах из-за связи, что образовалась между лучшими друзьями – Гарри Поттером и Гермионой Грейнджер.
Джинни гордилась собой, она смогла привлечь внимание Избранного в темные времена. Осталось немного поддержать интерес в этом году.
Девушки Хогвартса как будто посходили с ума. Устроили негласное соревнование за сердце и член Гарри Поттера. Они не преследовали его открыто, но улыбки, прикосновения… Джинни видела, ему нравится. Он не хотел внимания общественности, но женское внимание, да еще и такое интимное, ему было по душе. Это пугало младшую представительницу семьи Уизли.
Джинни, скромная девушка по натуре, никогда не давала коснуться себя кому бы то ни было. Мама наставляла, что до помолвки девушка должна сохранять невинность, иначе мужчина перестанет видеть в тебе желанный объект. Теперь же, исходя из всех обстоятельств, особенно когда идеальная Гермиона Грейнджер была так близко, необходимы были решительные меры.
– Гарри – шепотом позвала Джинни, держа его руку под столом. – Я должна кое-что тебе показать.
В Норе был праздник по случаю рождения сына Флер, Леголаса. Здесь были все, кого так или иначе касалось рождение этого мальчика. Кингсли Бруствер появился, как только узнал о прибытии Поттера. Они долго обсуждали, как Пожиратели Смерти могли пробраться в Хогвартс-Экспресс, никем не замеченные.
– Прямо сейчас? – спросил Гарри, не поворачиваясь к ней; он внимательно слушал Гермиону, чьи идеи по поимке преступников были весьма интересными.
– Если есть список тех, кто избегает правосудия, то можно устроить им ловушку. Например, поставить сигнальные чары на следы темной магии по всей стране, попытаться сделать маячок на черную метку, как в карте Мародеров. Лучше, конечно, наложить Табу на конкретные имена, – рассказывала Гермиона, разглядывая сидящих за столом.
Сегодня на обеде, что традиционно готовила Молли Уизли, были все, кто был ей дорог. Все дети, кроме Чарльза, что работал в Румынии с драконами, и, конечно, Фреда, погибшего в битве за Хогвартс. Его брат-близнец Джордж теперь редко участвовал в семейных развлечениях, да и поводов было немного. Миссис Уизли очень ждала свадеб своих детей, надеясь, что семейные праздники смогут заглушить боль от потери сына. Ее также переполняла радость за мужа, который получил наконец повышение в должности при нынешнем руководстве, представитель которого был частым гостем в их доме.
– Очень дельные советы, Гермиона, пожалуй, в отделе правопорядка тебе были бы очень рады, – сказал Кингсли и улыбнулся. Сам факт, что в министерстве не пришли к таким же идеям, удручал будущего министра. Такая девушка могла стать кладезем знаний на любой должности. Но ее будущее в Отделе тайн, как ему уже было известно.
– Метка исчезла после победы над Волдемортом, мы проверяли у всех, кто сидит в Азкабане, так что этот вариант отпадает, – заметил Гарри и повернулся к Джинни, которая уже минуту что-то настойчиво шептала. – Давай позже?
– Нет! Именно сейчас, – сказала уже громче Джинни, и все повернулись к ней. – Простите, нам срочно нужно обсудить один вопрос.
– Джинни, дочка, может… – постаралась остановить ее миссис Уизли. Но увидев решительный взгляд Джинни, отступила. – Если очень надо, то, конечно, идите.
Гарри неохотно поднялся за Джинни, бросив извиняющийся взгляд на гостей за столом.
– Мы быстро…
Открыв в дверь в женскую спальню Норы, где всю жизнь жила Джинни и часто бывала Гермиона, Гарри понял, что ни разу здесь не бывал. Даже странно. Девушкам доступ в мужскую спальню был неограничен. Он был недоволен, что Джинни оторвала его от разговора, где, возможно, принимались важные решения. И закрывая дверь в комнату, он был настроен объясниться с ней. Она – девушка и может не понимать некоторых вещей.
– Джинни, что за спешка, мы….. – Гарри замер на полуслове, оборачиваясь к Джинни, которая медленно расстегивала школьную блузку. Вручную. Пуговица за пуговицей. И он не мог оторвать взгляда от кристально-белого бюстгальтера, что показался под рубашкой.
Белая грудь, что была покрыта веснушками, полукружиями виднелась из-под женского белья.
Наверное, на груди у Гермиона нет веснушек. Что? Что? Что ты несешь? Твоя девушка раздевается перед тобой, а ты думаешь о груди подруги? Она выглядывала из выреза платья, в самом деле, молочно-белая. Черт! В штанах тесно. И что конкретно к этому привело?
– Ты что-то хотел сказать? – ласково говорила Джинни, подходя ближе. Она взяла Гарри за руки и посадила на кровать. Встала напротив него так, чтобы его взгляд как раз упирался в ее веснушчатую плоть.
– Да… хотел… нам нужно… – Гарри пытался собраться с мыслями. Но женское тело, пахнущее так сладко ванилью, не позволяло связно думать. Волосы Гермионы пахнут свежестью и цитрусом… Нет! Нет! Парень, ты свихнулся? Гарри поднял взгляд. – Нам нужно вниз. Я обещал Гермионе вернуться в Хогвартс через два часа.
– Всего пять минут. Гарри, потрогай меня, – Джинни проглотила обиду, когда услышала, что даже в такой момент близости всплывает имя лучшей подруги. Она не должна обижаться. Нужно быть настойчивой. К тому же бугор, который так ясно виден в брюках, говорит, что она на верном пути. – А я потрогаю тебя.
– Только пять минут, – рука уже тянулась к груди, прикрытой кружевным кусочком ткани. Отбросив мысли о простом белье Гермионы, которое он часто видел во времена их походной жизни, Гарри наслаждался упругостью женской плоти, к которой раньше его не подпускали. Почему сейчас?
Рука Джинни сжала тот самый бугор на брюках, заставив Гарри застонать.
– Джинни, внизу министр магии, – произнес он сдавленно.
– Он еще не министр, а я наложила «Оглохни». Нас не услышат, – она расстегнула ширинку и посмотрела в глаза возлюбленного. – Мы тихонько. Гарри, сожми грудь сильнее, я не стеклянная.
Джинни опустилась на колени перед Гарри и вытащила его член, который подрагивал в ее руках. Она медленно начала водить по нему рукой, большим пальцем поглаживая головку. При этом Джинни внимательно смотрела за реакцией Гарри. Он закрыл глаза и что-то мычал, сжимая зубы от удовольствия. Гарри начал активно мять в руках женскую грудь, освободив ее из белого плена белья. Грудь мягкая и гладкая. Он нащупал сосок и потянул за него. Услышав довольный стон, он мягко проделал то же самое с другой грудью.
Джинни чувствовала, как влажно становится между ног. Сидя на коленях, она слегка их раздвинула и опустила свободную руку вниз. Нащупав кромку трусиков, она сдвинула их в сторону и коснулась мягких губ, проникая чуть глубже. Джинни всегда получала удовольствие, когда ласкала себя. Она всегда мечтала, как это будет делать Избранный.
Она начала активнее двигать рукой, как только ощутила, что член становится словно каменный. Ей было очень приятно держать в руках сосредоточие удовольствия своего парня, член был гладкий и очень горячий. На головке блеснула капелька влаги, и Джинни очень захотелось попробовать ее на вкус. Вкус героя.
– Еще немного, – попросил Гарри, его кульминация была близка. Такие ощущения. Мышцы все больше напрягаются. Внутренности скручивает. Дыхание учащается. Стоны становятся громче. И вот… почти…
– Гарри, Джинни! Мы… – Гермиона застыла на пороге комнаты, увидев пикантную сцену.
Развернувшись, она выскочила за дверь. Бежать. Бежать. Не думать. Не вспоминать. Почему сейчас? Там внизу столько людей. Она и представить не могла, что застанет Гарри без штанов. Мерлин, как же стыдно! Краска заливала лицо Гермионы.
Рон встретил ее внизу кривой лестницы, ведущей в гостиную. Гости уже разошлись, за спиной друга никого не было.
– Позвала? Они идут? – спросил Рон, не обратив внимания на цвет лица Гермионы и даже не подозревая о неловкой ситуации, произошедшей наверху.
– Они… думаю, сейчас спустятся, – начала говорить она.
На лестнице послышались шаги, и порозовевшая Джинни пронеслась мимо друзей в сторону выхода из дома. Подняв брови в изумлении и вопросительно пожав плечами, за ней пошел Рон. Гермиона была остановлена на удивление крепкой рукой.
– Гермиона, мы… – прошептал Гарри.
– Гарри, просто я… – начала Гермиона оправдываться, стараясь не смотреть в его лицо и не вспоминать, какое напряжение застала на нем минуту назад.
Наконец поняв всю абсурдность ситуации, они рассмеялись. Все ведь нормально? Ну, делала приятно Гарри его девушка. Ну, слишком часто думал друг о своей подруге. Ну, помешала Гермиона получить разрядку. Ну, увидела она вставший член Гарри. Ну, вскочил он, оттолкнув Джинни. Ну, обиделась Джинни за его реакцию. Что такого? Все ведь нормально?!
– Все нормально? – спросил он, когда они наконец спустились с лестницы.
– Конечно, – бодро сказала Гермиона. – Я рада за вас. Ты очень быстро последовал моему совету.
– Так, она… – пытался рассказать Гарри, что инициатива исходила от Джинни.
– Гарри, избавь меня от подробностей, – попросила Гермиона.
– Между прочим, приличные люди, – попытался пошутить Гарри, – стучатся, прежде чем войти в комнату.
Но Гермиона не оценила шутку.
– Между прочим, Гарри, приличные люди не занимаются такими вещами днем, посреди званого обеда, – нравоучительным тоном пояснила она и ускорила шаг, приближаясь к точке аппарации, где их уже ждали.
У Гарри от такого голоса табун мурашек пробежался по всему телу, концентрируясь в неудовлетворенном месте. Тон Гермионы должен вызывать желание подчиняться, а не возбуждать. Но если судить адекватно, то когда его жизнь вообще была нормальной? Стоило ли пытаться стать нормальным? Жениться, заводить детей? Он постарался избавиться и от мыслей о том, что с Гермионой их никто бы не прервал. Слишком хорошо та знала способы укрыться от нежелательных глаз.
Гермионе было стыдно. Она не должна была видеть Гарри в таком состоянии. Не должна хотеть увидеть это снова. Вон Джинни стоит и смотрит прямо в глаза, словно чего-то ждет.
– «Прости», – одними губами произнесла Грейнджер, и прощающая улыбка Джинни была единственным, что она увидела перед аппарацией.
***
Первокурсница из Слизерина Элиза Митчелл бродила по Хогвартсу. Она старалась вежливо здороваться с шедшими мимо однокурсниками и преподавателями. Ее лицо всегда оставалось милым и непосредственным, она редко привлекала к себе внимание. Она наблюдала. За всеми. Особенно ее интересовали те, кто не мог заметить маленькую девочку с высоты своего роста, возраста и положения.
Сегодня Элиза стояла за углом и наблюдала за Гарри Поттером. Он выловил Гермиону Грейнджер после трансфигурации, и они о чем-то тихо разговаривали.
Слов юной слизеринке слышно не было, зато хорошо были видны взгляды, требовательно скрестившиеся друг с другом. Слово «Табу» было слишком явным, чтобы его не понять, оно заставило Элизу напряженно свести светлые брови и вслушиваться еще лучше.
Грейнджер попыталась уйти, но была остановлена рукой Поттера. Громкое «Мы договаривались!» – заставило его отпустить руку. «Я докажу», – понеслось ей в спину. Проходящие мимо студенты уже давно начали оборачиваться на героев. Через короткое время по всей школе пронесется новая сплетня о них.
Слишком много версий можно построить, исходя из тех слов, что расслышала Элиза. Она стремительно помчалась по коридору в поисках нужного ей человека. Он ждал ее в входа в гостиную Когтеврана.
– Крошка, ты куда-то спешишь?
– Табу, – громко пропищала Митчелл. – Времени нет, действуем. Завтра решим насчет удачного момента. Округлившиеся глаза и кивок были достаточным ответом, и она убежала.
***
Гарри Поттер не мог поверить, что Гермиона считает его слабаком. Они ведь столько пережили вместе. Конечно, порой его поступки были опрометчивыми, но кто не совершает ошибок?
Осталось только одна возможность убедить Грейнджер изменить решение – доказать свою состоятельность, как аврора, в прямом столкновении. Появится повод показать ей, что она не всесильна. Никто не будет решать, как ему жить. Дамблдор достаточно им манипулировал. К тому же, Гермиона хороша по части стратегии, но Гарри нет равных в бою.
– Как ты хочешь доказать? – скептически посмотрела Гермиона на Поттера, упирая руки в бока.
– Магическая дуэль, – сказал Гарри, мысленно уже потирая руки от нетерпения снова ринуться в бой. С Гермионой, конечно, не разгуляешься. Единственной целью будет – не навредить ей. Одержать победу он должен быстро.
– С кем? – она дернула головой, когда он кивком головы указал на нее. – Со мной? Я правильно понимаю, Гарри Джеймс Поттер? Ты хочешь попытаться в дуэли выиграть у меня? И тогда я должна буду снять условия ультиматума, который поставила в июле? Тебе так необходимо участвовать в операции Аврората?
– Да, мне это нужно, Гермиона. Я с ума схожу от мысли, что ублюдки, пытавшиеся сжечь нас заживо, до сих пор бродят по земле, – и тут Гарри улыбнулся, словно понял, что она боится. Он пообещал: – Я буду осторожен, тебя сильно не заденет.
Гермиона Грейнджер громко рассмеялась, привлекая к себе внимание прохожих. Гарри действительно не понимал причины веселья, хоть и засмотрелся на волосы, когда она их откинула движением головы.
– Гарри, да ты хоть представляешь, сколько заклинаний я знаю? К тому же, ты побоишься задеть меня. У тебя нет шансов, – с превосходством говорила она. – И после того, как ты признаешь поражение, мы не будем возвращаться к разговору о поимке кого бы то ни было до конца этого года.
Теперь для Гарри было делом чести поставить Грейнджер на колени. Фигурально выражаясь, конечно.
– Смотрела бои без правил? Проиграет тот, кто ляжет на лопатки, – решил Гарри.
– Это вполне приемлемо, но правила мы все-таки соблюдать будем. Договорились? – Гермиона протянула палочку.
– Согласен, – скрестились.
Сторонний наблюдатель мог заметить, как золотистая спираль несколько секунд обвивала руки будущих соперников и рассыпалась на сотни искр. Этот же наблюдатель, возможно, задавался вопросом:
«Так ли выглядит магия дуэльного контракта?»
Комментарий к Глава 9. Табу
С Новым годом! Успехов и вдохновения в новом 2019 году!!!
Пусть фейерверком взорвутся все ваши невзгоды!
========== Глава 10. Битва титанов ==========
Студенты школы Хогвартс, несмотря на окончившуюся войну и недавнее происшествие в Хогвартс-Экспрессе, скучали. Теперь, когда Темный лорд исчез навсегда, а газеты больше не пестрели громкими заголовками, единственным доступным развлечением для обитателей замка стали слухи. Со скоростью лесного пожара могла распространится любая сплетня, причиной которой было одно неосторожное слово.
Дуэль.
Сегодня это слово было причиной невероятного шума, что подняли студенты всех факультетов. На каждом занятии, в каждой нише, в каждой факультетской гостиной обсуждалось лишь одно – дуэль между Гарри Поттером и Гермионой Грейнджер.
Теории строили даже эльфы замка. Одной из самых невероятных была битва на драконах, которых уже везут из Румынии. Студенты младших курсов утверждали, что драться друзья будут на гриффиндорских мечах. Неважно, что в природе существовал лишь один.
О причинах дуэли тоже строились самые разные догадки. Самой весёлой, как считала Гермиона, была та, в которой Гарри собирался биться насмерть с подругой за сердце Рона. Правда, первое же упоминание данной сплетни рядом с самим Роном заставило шутника с третьего курса оказаться в Больничном крыле со сломанным носом. Теория, в которой герои второй магической войны сражаются за пост министра Магии, очень позабавила Кингсли. В письме он написал, что обязательно прибудет посмотреть на битву за его кресло.
Письмо с министерской печатью означало, что сплетня просочилась за стены Хогвартса. И желающих посмотреть представление стало очень много. Поэтому слух о дуэли как о показательном уроке по защите от темных искусств взяли за основу. Добавили участников и перенесли дуэль на выходной день.
Таким образом, настоящую причину знали лишь четверо друзей, которые успели не раз поспорить о целесообразности данной затеи. Особенно бушевала Джинни. Она уже в который раз пробовала отговорить друзей.
– Совершенная нелепость, – начала говорить она в пятый раз за день. – Вы же можете покалечить друг друга.
– Вот не понимаю. Что вы пытаетесь доказать? – спрашивал Рон.
– Лично я пытаюсь добиться права самому принимать решения. А не действовать по указке, как делал это последние семь лет, – говорил Гарри, при этом гневно посматривая на Грейнджер.
– Лично меня ты не слушал никогда. Очевидно, что впервые согласившись соблюдать меры безопасности, ты сразу заскучал. И как только появилась возможность, ты снова лезешь на рожон, – отчитала его Гермиона.
Джинни не первый раз за неделю наблюдала перепалку друзей, связанных самыми крепкими узами магии, и начинала волноваться. Гарри, загоревшись идеей показать Гермионе ее место, совершенно не обращал на Джинни внимания. Единственная попытка соблазнения в Норе оказалась прерванной. Радовало Джинни только то, что сама Гермиона продолжала заботиться о зелье, не собираясь бросать дело в начале пути. Но ее интерес к этой битве тоже не угасал. Они с Гарри, обложившись книгами, взахлеб учили новые заклинания. Тренировки проходили по очереди, когда ходили поддерживать огонь под зельем в Выручай-комнате.
Подробности спора между друзьями поведали Минерве Макгонагалл, которая взяла на себя всю организацию мероприятия. Она также посоветовала найти еще нескольких желающих продемонстрировать свои умения в защите, тем более, что на мероприятии будут представители Министерства. Таким образом, волшебники смогут отвлечься от первопричины соревнований, а студенты – показать себя перед будущими работодателями.
Суббота – день «Битвы титанов», как окрестили эти соревнования журналисты, – приближалась. Список участников пополнялся изо дня в день. Самым удивительным было увидеть в нем Драко Малфоя, который подошел к гриффиндорскому столу в один из обеденных перерывов.
– Грейнджер, привет. Запиши меня, – Драко подошел вплотную к ней и склонился над ее списками, что лежали на столе.
Слизеринец тут же был отброшен в сторону Роном, который встал, закрывая собой Гермиону.
– Дуэль, Малфой, серьезно? Тебе что, мозг вместе с меткой Пожирателя выжгли, – Рон в гневе сжимал кулаки. Хорек, по его мнению, уж слишком фамильярно стал общаться с подругой.
– У меня он, по крайней мере, был, Уизли, – Драко начал замечать, как оборачивается народ в обеденном зале. Драко не мог допустить своего унижения, поэтому начал нападать. – Ты же только и способен, что кулаками махать.
– Хочешь проверить, на что я способен? – зарычал Рон и двинулся на Малфоя, который уже подходил ближе.
Ничего не произошло. Никто не успел что-то предпринять или даже подумать об этом, как раздался крик Минервы Макгонагалл:
– Мистер Уизли! Мистер Малфой! Будьте добры, объяснитесь. Что здесь происходит?
– Репетиция! – нашелся Гарри Поттер и перекрыл путь директору.
– Да, верно… Репетиция завтрашней дуэли, – подыграл Малфой, которого взглядом прожег Поттер. – Отлично сыграно, Уизли.
– Сыгр… Да. Точно, – подтвердил Рон.
За когтевранским столом уже начали делать ставки, кто же одержит вверх: Малфой или Уизли. В какой-то момент они так разошлись, что Флитвик, так и не докричавшись до своих студентов, сквозь шум обеденного зала наслал на них дождь. Мокрые студенты недовольно посмотрели на стол преподавателей, но декан лишь спрятал палочку и ухмыльнулся.
Шелдон Купер, мокрый и недовольный, подошел к Гермионе, которая вставала из-за стола.
– Гермиона, привет.
– О, Шелдон! Я сейчас немного… – Грейнджер пыталась уйти от разговора.
– Да ты не волнуйся, я записаться на дуэль хочу, – он вплотную подошел к Гермионе, но гневный взгляд Рона заставил его сделать шаг назад. – Не подхожу. Слушай, а твой верный пес когда-нибудь отдыхает? Мы могли бы…
– Гермиона, нам уже пора, – Гарри начал тянуть ее к выходу, – библиотека ждать не будет.
Рон уже шел за друзьями, бросая подозрительные взгляды на Купера. Но того мало волновали угрозы рыжего Уизли. Он посмотрел в сторону уходящих и крикнул:
– Не забудь! Завтра я участвую!
– Не забуду, – крикнула Гермиона, повернувшись вполоборота, и зло зашипела на Гарри, вырвав у него свою руку: – Гарри Джеймс Поттер, это было крайне невежливо.
– Невежливо было бы не навестить его в Больничном крыле со сломанной рукой. Посмотри на Рона, – оправдывался Гарри, обращая ее внимание на злого Рона, идущего рядом.
Рона в последнее время бесило все. Эта дуэль, организованная по какой-то непонятной ему причине. Сделал бы Гарри, как ему нужно, и не лез на рожон к Гермионе. Все знают, что в гневе она страшна и, как он признавал, великолепно владеет палочкой. А поговорить об отношениях Рону так и не удается. Теперь их с Гарри можно застать только в библиотеке. Он сомневался, что подобное времяпрепровождение поможет им оборвать их магическую связь. Но делать нечего, и они с сестрой, тяжело вздыхая, присоединялись к изучению новых заклинаний. Кстати…
– Где Джинни? – начал оборачиваться он в поисках пропавшей сестры. – Я был уверен, что она идет за нами.
Джинни действительно отстала от друзей, но причина была веская.
– Что, Уизли? Опять тебя не взяли?
– Малфой? Тебе до всего есть дело? Что и кому ты пытаешься доказать своим участием в «Битве Титанов»?
– По крайней мере, я докажу, что твой братец – никчемный слизень, которых он изрыгал на втором курсе. Все хотел спросить, как он накопил на новую палочку? Наверное, вся ваша семья голодала.
– Наша семья, по крайней мере в данный момент, не находится под следствием в Министерства.
– Заткнись, Уизли.
Джинни Уизли была единственной гриффиндоркой, кто с превосходством и ненавистью смотрел на Драко Малфоя, остальным было все равно. Сказывался прошлый год. На всем львином факультете она одна из немногих была в числе нетронутых Кэрроу студентов и часто присутствовала на пытках магглов. Пытать магглов заставляли, естественно, всех, но у слизеринцев не было выбора. Джинни до сих пор с отвращением смотрела на старших представителей змеиного факультета. А Драко Малфой просто слишком часто появлялся в поле её зрения.
– Сам заткнись и дай пройти. Как видишь, меня, в отличие от тебя, ждут.
Наблюдавшие эту сцену два студента переглянулись. Потом кивнули друг другу, в чем-то соглашаясь. После чего разошлись по своим факультетам.
Напряжение перед субботними соревнованиями нарастало. Конфликты между студентами происходили все чаще. Из солидарности к Малфою участниками записались еще несколько студентов его факультета. И теперь межфакультетская война возобновилась. Но, на удивление, самыми несдержанными были Гарри с Гермионой; сказывался плохой ночной сон из-за посещения Выручай-комнаты, а также расхождение во мнениях по многим вопросам. Повод для спора они искали во всем. Даже в распределении пар среди участников стало камнем преткновения.
– Гарри, ты не можешь этого сделать, – отобрала Гермиона список, – они поубивают друг друга.
– Ты же сама составляла список запрещенных на дуэли заклинаний, – он взял со стола свиток длиной не менее метра и потряс перед её лицом. Рассмеялся. – Гермиона, серьезно? Что мы будем делать завтра? Снитч ловить?
– Ты не понимаешь. Наша задача: обезопасить студентов. А ты стравливаешь между собой факультеты.
– В споре должен быть азарт. В мероприятии должна быть зрелищность. Что интересного в дуэли, например… Полумны и Невилла? Он будет ей кланяться и предупреждать о следующем заклинании. А она? Бегать вокруг него и ловить своих нарглов.
Рон с Джинни засмеялись, но замерли, когда их коснулся строгий взгляд Гермионы.
– Вы все еще считаете это шуткой, а если кто-то пострадает?
– Гермиона, рядом Больничное крыло, – напомнила Джинни. – Не относись к этому так серьезно.
– Авадами точно никто раскидываться не будет, – поддержал сестру Рон.
– Знаете что! – вскочила Гермиона и начала собирать свои книги и свитки в сумку. А список кинула в Гарри. – Отлично! Выкидывайте список! Стравливайте всех подряд! Устройте шоу! Можете даже дракона пригнать! Но если завтра кто-нибудь серьезно пострадает, не приходите ко мне с криками: «Гермиона, что же нам делать?»
Друзья вздрогнули, когда хлопнула библиотечная дверь. А мадам Пинс воскликнула:
– Мисс Грейнджер!
– Может у нее того… ну, эти… женские дни, – прошептал себе под нос Рон.
*
Стоял замечательный солнечный день. Все занятия уже закончились. Студенты стайками выходили из замка. Но цель у всех была одна: «Битва Титанов». Стадион был заполнен под завязку, волшебники жаждали зрелища.
Ли Джордан, бывший студент Хогвартса, лучший друг близнецов Уизли, а ныне корреспондент британского волшебного радио, тоже должен был появиться. Его специально пригласили, чтобы комментировать «Битву титанов».
Журналисты пытались пообщаться с участниками, но были в мягкой форме отосланы. Единственная, кто поговорил с ними, была директор школы.
– Мы надеемся, что данное мероприятие покажет нашим студентам, как важно уметь защитить себя. Хотя главный враг повержен, всегда будут люди, несущие зло в наш мир. Нет. Мы не продавали билеты. Это не соревнование, а показательный урок. Это мероприятие должно было стать закрытым. Но слух просочился, и только поэтому вы здесь.
Итак, дуэлянты готовы. Стадион ликует. Что нужно зрителям?
– Больше грязной крови! – послышался громкий возглас со зрительских трибун Слизерина, но недоброжелателя быстро обезвредили, закрыв рот заклинанием «Silencio».
– Хлеба и зрелищ! – крикнули с синих трибун когтевранцы. Вот уж кто точно посещает маггловедение.
Сам исполняющий обязанности Министра Кингсли Бруствер сидел на трибунах и махал флажком с гербом Гриффиндора. Его молчаливый компаньон из Отдела тайн спокойно наблюдал за происходящим, подозрительно посматривая на студентов. Те громко скандировали.
– Поттер!
– Грейнджер!
– Уизли!
Два десятка авроров тоже были здесь. После случившегося первого сентября в их обязанности стал входить контроль безопасности на всех массовых мероприятиях волшебной Британии. Хогвартс не был исключением. Закон о «Табу» должен был войти в силу только с понедельника. Поэтому сейчас необходимо было следить за безопасностью.
Директор Хогвартса готовилась объявить начало дуэли. Ждали только Ли Джордана. Минерва Макгонагалл начала волноваться, когда к назначенному часу он так и не появился.
– Можно ваш автограф? – пропищал тоненький голос.
Гарри Поттер услышал его, когда обсуждал с директором, что делать с комментатором. Рядом с ним стояла первокурсница в форме Слизерина. Элиза. И лицо этой девочки показалось Гарри смутно знакомым
