290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Академия искусств (СИ) » Текст книги (страница 9)
Академия искусств (СИ)
  • Текст добавлен: 29 ноября 2019, 12:00

Текст книги "Академия искусств (СИ)"


Автор книги: Ray Jons






сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

– Боишься за меня? – ехидно спросила Пенни и после этого Талон сразу отключился.

Почти добравшись до места, где должна быть последняя взрывчатка, Пенни услышала движение и спряталась. Прямо у ниши стоял Найджел. Вот черт. Быстро обувшись и сделав непринужденное лицо, Пенни, спокойно-ковыляющей походкой, подошла к нему.

– Ты что тут делаешь?

– Я тут подумал, тебе не обязательно все делать самой, – сказал он злобно сверкая маленькими глазками. На Пенни накатила паника. Если сейчас он помешает ее плану, то она даже не знает, что будет делать. Талон и остальные далеко, а одной ей с ним не справиться. Нужно срочно убедить этого болвана в обратном! За то время, что она провела в плену, девушка заметила, как с ним обращается Андромеда. Ласково и нежно. Возможно это может помочь.

Сделав свой голос максимально похожим на голос Андромеды и стараясь говорить как можно нежнее, девушка сказала:

– Найджел, конечно ты прав. Но думать – моя работа. Я полностью доверяю тебе, просто хочу лишний раз убедиться, что все пройдет как по маслу. Жду не дождусь, когда все взлетит на воздух. Ты ведь это прекрасно понимаешь, так пропусти меня посмотреть на…

– Не так быстро!

Прямо перед ней стояла настоящая Андромеда. План улетел в тартарары, махнув на прощание платочком и пожелав удачи. Маленькие глазки Найджела метались от одной девушки к другой. В его голове словно крутились невидимые шестерёнки. У него ведь только одна сестра? Или их две? Близняшки? Но он видел только одну – Андромеду. Значит вторая – самозванка? Зачем? И как? И кто настоящая? А если обе? Туповатый мозг трещал от вопросов. Но спустя секунду, парень схватил Пенни одной рукой за горло. Настоящая Андромеда быстро подошла к нему и рывком стянула кольцо с пальца Пенни. В ее темно-медовых глазах бушевала ярость.

– Я так и знала! Так и знала что вы вставите мне палки в колеса! Вы не посмеете! Не посмеете все испортить! – девушка визжала жуткими, булькающими звуками, от чего по спине бежали мурашки. В следующее мгновение ко лбу Пенни было прижато дула пистолета.

А время? Оно почти истекло. Пенни посмотрела на часы Найдежела. Это был жуткий день. День, когда Академия взлетит на воздух. Через пять… четыре… три… два…

Один.

Комментарий к День, когда Академия... Сестре Питера 11

====== ...была спасена ======

Мгновения текли. Ничего не происходило. Глаза Андромеды, горящие безумием, принялись метаться. Она щёлкала курком пистолета, но он всё время выдавал осечку*. Найджел, стоящий рядом, непонимающе крутил головой.

Только сейчас все трое их заметили. Катерин и Талона немного трясло, но, кажется, Пенни догадалась, что случилось. Эти двое не стали ждать, пока она сама обегает всю Академию, и прибежали ей на помощь. Бомба в подвале, скорее всего, тоже обезврежена, иначе бы уже взорвалась. Пенни выдохнула. Андромеда яростно вскрикнула и кинулась прочь, бросив пистолет и брата. Найджела же, так и не понявшего, что происходит, Катерин схватила его и хорошенько приложила об стену.

– А я ведь говорил, я ведь говорил тебе, что ты на кого-нибудь из них нарвешься! – Талон с диким блеском адреналина в глазах смотрел на Пенни. – Но ты ведь очень любишь работать одна! Только вот знаешь что, – парень поднял с пола выпавший из рук убежавшей Андромеды пистолет, и угрожающе потряс им в воздухе, – тут, черт возьми, были не жвачные шарики, а чертовы пули!

Парень еще раз пнул обмякшее тело Найджела, чтобы выместить переполняющий его недавний страх. Если бы он, не наплевав на запрет физрука и Питера, остался в кабинете, то Пенни уже давно была мертва. От одной только мысли по спине бежали огромные мурашки. Пенни сняла с руки колечко. Увидев перед собой полные страха голубые глаза Пенни, Талону захотелось снова впечатать этого урода в стенку, и с сестренкой его так же расправиться. До парня смутно доходило, что Андромеда, пусть и была законченной психопаткой, она все же была девушкой. Стервозной и жестокой, но девушкой.

– Убавь тон, – одернула брата Катерин. – Ты как, в порядке? Не переживай, Питер отключил бомбу в подвале, так что все в порядке. Жаль только Андромеда сбежала, я просто боялась что он, – она кивнула на обездвиженное тело Найджела, – шею тебе свернет, если я побегу за ней.

– Все в порядке, – ответила Пенни.

– Надо оттащить его к кабинету, пока никто не увидел, – уже более спокойно сказал Талон. Девушки согласно кивнули.

Спустя тяжелых десять минут (огромный Найджел весил где-то тонну, и Талон понятия не имел, как им удалось дотащить его до кабинета) они связали его в кабинете мадам Вайлесс. Питер о чем-то очень тихо говорил со своей сестрой, развернув ее к себе так, чтобы она не видела связанного. Если бы девочка снова не проснулась, он наорал бы на каждого, кто был в кабинете. В особенности на Талона и Катерин. Но малышка сразу открыла глаза, как только братик вернулся, а значит бомба-Питер был обезврежен. Найджел пока не приходил в себя, но на всякий случай рот ему заклеили скотчем.

– Получается, это все? Конец и занавес? – спросил Талон, стоя в стороне рядом с Пенни. Они оба были без маскировок, и стояли у выхода. Шеф Куимби, прибывший вместе со всеми агентами Управления, которые окружили всю территорию Академии, неодобрительно смотрел на этот дуэт, но ничего не говорил. В конце концов, Талона в этот раз сажать не за что. А ловить его себе дороже. Андромеда где-то бродит.

Вообще-то шеф помнил её. Маленькую, дрожащую от ужаса девчонку, прижимающуюся к младшему брату, как к огромному медведю. Найджел всегда был крупным и слабоумным, но с сестрой обращался бережно, как с тонкой куклой. Его немного поражал этот семейный дуэт – беззащитная и слабая (как он тогда думал) девочка с хорошеньким, заплаканным личиком, и бледный, суровый, как игрушечный робот, мальчик. Тогда он решил сделать для этих детей всё возможное. Ведь они не виноваты в грехе их родителей. Скорее всего, эти малыши не были даже посвящены в то, что здесь происходит, и у них было вполне счастливое детство. А теперь? Их отправят к психологам, в исправительную школу, в детский дом, а вдруг разлучат? Видно же, как тепло они друг к другу относятся, как бережно держит свою куколку-сестру на руках Найджел, как она ему что-то полушёпотом объясняет. Ну разве не прелесть? Шеф навсегда запомнил только двух напуганных детей.

А теперь это были двое безжалостных, абсолютно непроницаемых, холодных убийц.

– Пока нет, – протянула Пенни, отвечая Талону. – Андромеда не сдастся так просто. У нас в заложниках ее брат, так что она попробует его вызволить. Тогда мы ее схватим и выведаем у нее, где тайная лаборатория их родителей.

– А если она не… – Талон не успел даже договорить, как что-то с грохотом упало на пол. Пыль посыпалась ошметками и только когда она рассеялась, все увидели перед собой Андромеду, выпавшую из вентиляционной трубы. И если бы это не было так грустно, было бы даже смешно. Девушку сразу схватили и связали.

– Я не слова не скажу вам, слышите? Вы ничего этим не добьетесь, вам не найти лабораторию, и вам не сдержать нас! Они придут за нами! Они придут! – визжала Андромеда. Она отчаянно пыталась выбраться, но связана была сильными электрическими кольцами. Более безнадежную ситуацию придумать было нереально, и киллерша на собственной шкуре прочувствовала, каково это – не иметь никаких шансов на побег.

Шеф Куимби выносил ей все обвинения, но девушка молчала и не произносила не слова. Пенни затея шефа казалась глупой, ведь им следовало искать секретную лабораторию, а не подтверждать уже очевидные факты. Девушка лихорадочно пыталась представить, где могло располагаться тайное убежище, и почему-то ей все казалось, что оно где-то рядом. Это ведь не Доктор Кло, у которого в каждом уголке земного шара есть свое логово, это действительно серьезные злодеи. И неужели бы они доверили возвращение Академии каким-то, пусть даже гениальным, подросткам? Пенни это казалось смешным. Пусть они действительно хорошо постарались, но самые зловещие ученые разве не могли усомниться в безупречности плана? Они определенно хотели бы все сами проверить, а значит их секретная лаборатория должна была быть где-то близко. Но от слишком шумной обстановки в кабинете, Пенни все время путалась в мыслях.

– А полигон? – спросил Питер у злодеев. Он принимал такой же актив в допросе, как и шеф. – Зачем вам нужно было загонять нас на полигон, если вы с легкостью могли убить нас в Академии?

Может это было обманом зрения, но как только парень заговорил о полигоне, Пенни заметила как сильно напряглась Андромеда и быстро кинула взгляд на тупого братца, словно приказывая ему молчать. Она не проронила ни слова с момента допроса, и на ее лице не было ни капли эмоций, когда им предъявляли обвинения. Но теперь девушка на миг потеряла самообладание и заметно занервничала.

– Ну конечно! – вскрикнула Пенни, от внезапно осенившей ее мысли. Все в комнате сразу повернулись к ней с вопросительными лицами. – Я знаю где тайная лаборатория!

– Ничего ты не знаешь, – сквозь зубы прошипела Андромеда, яростно глядя на Пенни. – Ты ничего не знаешь, глупая овца! Все блондинки – дуры!

– Она на полигоне, – не обращая внимание на оскорбления, продолжила Пенни, и еле заметно кивнула в сторону испуганной и злой девушки.

– Где лаборатория, Андромеда? – строго спросил Куимби. – Будет лучше, если ты сама это скажешь.

– Мне нечего говорить, – процедила сквозь зубы девушка. – Я ничего не знаю!

Одна ее реакция на вопрос доказывала, что врет. Пенни лихорадочно пыталась вспомнить всю картину полигона, но никак не могла сообразить, что могло бы послужить входом в логово злодеев. Андромеду допрашивали все: от шефа Куимби, до физрука. Питер помогал не меньше, но девушка все равно молчала. Никакие уловки не могли развязать ей язык. Шум в маленьком кабинете нарастал все сильнее и от этого думать становилось сложнее.

– Тихо всем! – вскрикнул Талон и все как по команде замолчали. Пенни непонимающе смотрела на парня, когда он подошел к связанным пленникам. Достав из-за пояса жвачкомет с эмблемой «ПСИХ», он сунул его Андромеде чуть-ли не под нос.

– Знаешь что это такое? – жестко спросил Талон.

– Жвачкометик? Я испуганна до потери пульса, – саркастически спросила Андромеда.

– Тебе и не обязательно, а вот твоему братцу, – парень зловеще улыбнулся и прижал дуло к шее Найджела, а потом что-то нажал на рукоятке. – Эта штука может не только к стене приклеивать, но и залепить глотку твоему братцу. Плотно. Он не проглотит и не продохнёт, а я запихаю ему по комочку в каждую ноздрю его сопливого носа. Он будет умирать медленно, и прямо на твоих глазах. Ну, как медленно, минуту. Может, полторы, смотря, какая реакция и дыхалка. Усекла? Так что не вынуждай меня, и скажи, где ваша чертова лаборатория?!

Никто не проронил ни слова, все были поражены и Пенни в том числе. Она и понятия не имела, что это безобиднейшее оружие может так просто убить, но может Талон все же блефует? Но вот выражение лица парня ничуть не походило на притворство.

– Думаешь я на это поведусь? – с плохо скрываемым испугом сказала Андромеда. – Всё это блеф.

– Тогда прощайся с братцем, – Талон чуть нажал на курок и легкий щелчок прозвучал слишком громко в напряженной атмосфере. Комочек жвачки прилип на щёку, словно парень давал Андромеде ещё один шанс.

Пенни вопросительно посмотрела на ошарашенную Катерин, молча спрашивая о том, правда ли Талон способен убить человека. Выражение лица Катерин было испуганным, видимо, парень не блефовал, отчего у Пенни заледенела кровь. Действительно ли Талон это сделает, и если сделает, то что будет потом?

– Ты не посмеешь, – прошипела Андромеда.

– Хочешь это проверить? – ухмыльнулся Талон, стреляя снова и залепив рот Найджелу.

Парень и девушка сверлили друг друга взглядами на протяжении нескольких тяжелых минут, в течение которых никто не решался вставить слово. Но, в конце концов, Андромеда с дрожью в голосе сказала:

– Не трогай его. Я скажу, только убери оружие.

– Покажешь, – твердо заявил Талон. – А если вздумаешь хитрить, то хуже будет только твоему брату.

По обреченному взгляду Андромеды было понятно, что девушка согласна на все, лишь бы ее брата не трогали. Андромеду отвязали от стула, но сразу же одели на руки электронные наручники, считывающие пульс, чтобы точно быть уверенными, что злодейка не приведет их в ловушку. Шеф Куимби и мистер Скотт остались в кабинете, следить за Найджелом (а заодно и отлепить от него комки жвачки), а Питер, Катерин, Талон и Пенни вышли, окружив преступницу со всех сторон, и двинулись в сторону полигона. Питер и Катерин шли вместе с Андромедой чуть впереди, а их юные заместители позади.

– Ты бы… – очень тихо и нерешительно начала говорить Пенни, – ты правда…

– Мог бы убить этого тупицу? – таким же шепотом дополнил Талон, но так и не ответил на вопрос. Пенни молча потупила взгляд. От одной мысли об убийстве ей становилось не по себе.

– Считаешь меня способным на такое? – все так же тихо спрашивал Талон, внимательно наблюдая за реакцией Пенни. За ее растерянным взглядом и нервным покусыванием губы. Она без слов давала ему тот тяжелый ответ, которого не могла произнести вслух. От одной мысли, что эта блондинка видела в нем убийцу, на душе оставался ужасный осадок.

– Видимо да, – буркнул Талон.

– Просто ты так уверенно говорил и… я подумала что… неужели жвачкомет так может? В смысле, я думала он только чтобы задерживать врагов… – нерешительно подбирала слова Пенни.

– Это же логично. Сама знаешь, какая жвачка плотная и прилипчивая. Так что, попади я в нос и рот, даже случайно, – Пенни саркастично изогнула бровь. Случайно в два жизненно необходимых места? Это на грани фантастики, друзья, – он задохнётся. И я ничего не сделаю. Она прилипчивая, а если нет растворителя – пиши пропало. Но внутрь им нельзя – токсичен. Не думай, что я какой-то ненормальный убийца, как эта парочка, – грубо завершил Талон, всем своим видом давая понять, что больше разговаривать он не намерен.

– Я не думаю что ты убийца, – прошептала Пенни, думая, что парень ее не слышит.

В лесу было адски холодно, для людей которые стояли в одних рубашках и футболках. Злой холодный ветер завывал в соснах, лес уже погрузился во тьму, отчего на Пенни и Талона нахлынуло дежавю. Казалось, столько времени прошло, когда они еле выбрались отсюда чуть живые, мысленно обещая себе больше никогда не возвращаться. И вот они снова оказались здесь, да ещё и по доброй воле.

– Мы пришли, – выйдя на поляну сказала Андромеда. Потянувшись к суку дерева, который больше напоминал железный прут, она схватила его, но Катерин больно треснула её по руке, и сама опустила рычаг вниз.

Земля задрожала. Верх полигона приподнялся, раскрывая вход в тайное убежище злодеев.

Комментарий к ...была спасена *почему он выдавал осечку? Потому что главные герои не умирают. И потому что идиот-Найджел повредил пружину, когда нечаянно уронил.

====== Последняя тайна Академии ======

Войдя в ворота, они оказались в железном коридоре, в котором не было никаких средств освещения. Выбора особо не было, и они пошли. Коридор спускался вниз, не сильно, но заметно. На Пенни накатывали волны клаустрофобии, но слабые – пространства было более чем достаточно. Чуть вдалеке забрезжил слабый, подёрнутый рябью голубоватый свет. Так светится вода в океанариумах.

Лаборатория началась неожиданно. Всего несколько шагов к голубоватому свету – и коридор вдруг расширился, показывая то, что многие годы скрывалось под толщей земли. Всё ещё работало. Горели мониторы, в огромных, цилиндрических чанах была вода (она же и светилась) и какие-то цветные жидкости. Железные столы, придвинутые к стенам, были завалены бумагами, записями, на них хаотично стояли микроскопы и какие-то неизвестные приборы, стояли пустые клетки для грызунов, валялась канцелярия. Сиротливо, в самом центре этого помещения, робко примостился столик, на котором, немного пугающе, матово сверкал монитором ноутбук.

Около включённых компьютеров, занимающих большую часть противоположной входу стены, виднелись два кресла на колёсиках с высокими спинками. Катерин первой сделала шаг в логово злодеев и принюхалась, тут же чихнув. Поднимались просто тучи пыли. По стенам расползлись плесень и грибок, даже мох вырос. Создавалось впечатление, будто здесь никого нет. И нет уже очень давно.

– Жуть… – тихий голос Пенни пронёсся по лаборатории, как раскат грома.

– Не то слово, – также тихо отозвался Талон. – Заберу это местечко себе. Тихо, спокойно, и никто не лезет. Вон, сколько лет простояло, никому не нужно и никто не нашёл. Кстати говоря… Эй, как тебя там, где твои родители?

Андромеда молчала. Кажется, она и сама пребывала в лёгком шоке.

– Я была уверена, что они здесь… Они были здесь… Должны были быть здесь…

– Постой секунду, – кажется, Питер понял, к чему клонит девушка. – Хочешь сказать, ты даже не знаешь, здесь ли они? Ты что, не проверяла?

– Они были здесь. Я знаю, я сама видела. Они должны быть…

Катерин, которая обошла почти всё помещение, завизжала и бросилась к ним. По пути она споткнулась, полетела вперёд, и приземлилась в объятия Питера. Тот, немного опешив, подхватил её на руки. Глаза Кати были широко распахнуты. Она схватилась за футболку парня и испуганно залепетала:

– Там… Там… лежит… там… ТАМ СКЕЛЕТ!!!

У всех свои недостатки. Все чего-то боятся. У Пенни была клаустрофобия. Питер до одури боялся машин, особенно тех, что быстро ездят, хотя, конечно, никогда бы не признался. Талон ненавидел летучих мышей и крыс, а Катерин боялась мертвецов. Особенно скелеты. Даже к муляжам она подходила с опаской, и ей всё казалось, что вот-вот они оживут и положат на неё свои костлявые руки, навалятся всеми косточками, будут пялиться пустыми глазницами и щёлкать челюстями. Брррр… Зомби ещё хуже. Там ещё и плоть есть, и глаза, и вообще…

Питер сильно покраснел. В полумраке, который даже свет компьютеров и воды не освещал (выключателей никто так и не нашёл) этого не было видно, но он чувствовал, как кровь приливает к голове. А Катерин словно издевается! Ещё и грудью своей прижимается, бёдрами, руками держится, и касается его обнажённой кожи на шее… Сердцебиение участилось настолько, что, казалось, девушка должна была его почувствовать. Но она лишь дрожала, вспоминая весь ужас своей встречи с мёртвым созданием.

Пенни и Талон, как только это услышали, тут же бросились туда, откуда убежала Катерин. Скелет лежал у компьютеров, недалеко от правого кресла. Он принадлежал женщине с каштановыми волосами, одетой в халат и розовый домашний костюм. Женщина лежала на спине в луже засохшей, потрескавшейся крови. Пенни внимательно и осторожно всё осмотрела, светя фонариком, и осторожно обвела пальцем две дырки на костюме – на животе и груди.

– Пуля, – еле слышно сказала девушка, глядя на Талона. – Её застрелили. Тут очень хорошая вентиляция, иначе бы был не такой свежий воздух, и трупный запах бы остался. А так и мы здесь хорошо дышим.

– Пенни… а там второй! – Талон подёргал её за рукав и указал на кресло.

Второй скелет сидел в левом кресле, и точно принадлежал мужчине. Волос не осталось (а были ли они?), но зато сохранился халат, огромный бордовый свитер и брюки. Одна рука скелета лежала на клавиатуре, а вторая безвольно повисла. Под креслом, как раз там, где повисла рука, лежал пистолет. Пенни аккуратно подняла его, предварительно взяв в руки платок, чтобы не оставить отпечатков, и вынула магазин. Он был почти пуст. Да в принципе сомнений и не оставалось.

– Он её застрелил, – ахнула Пенни, кладя пистолет назад, на пол. Вдруг сзади послышался грохот. Андромеда тяжело села на пол. Глаза её безумно вращались, она смотрела в пол и молчала. Пенни даже жаль её стало.

– Значит, всё было зря? – еле слышно спросила она. Слеза звонко упала на железный пол, затем ещё одна, и они полились плотным потоком. – Всё зря? И эти попытки вас убить. И все мои планы. Всё, что я годами изобретала, всё, что выдумывала, всё зря? Они этого никогда не увидят. Им уже всё равно. Зачем тогда было всё это?

Андромеда хлюпнула носом и громко разрыдалась. Она почти кричала, слёзы текли не переставая.

– Я хотела, чтобы они мной гордились! Я хотела вернуть им дом! Хотела быть с ними семьёй! А что теперь?..

– Тюрьма, – буркнул Талон, но Пенни его пнула.

– Какая же я дура! Надо же было сначала всё проверить! Просто я не хотела идти к ним, пока всё не сделаю! Из Академии сюда есть ход, и я… я х-х-хотела, чтобы они полюбовались, как всё взлетит на воздух! Хотела похвастаться, что убила агентов Управления… Что братик уже совсем взрослый, вон какой здоровый… А теперь? Всё зря… Всё зря!!!

Андромеда спрятала лицо в ладонях. Её трясло, а у Пенни внутри всё сжималось от жалости. Только теперь она, кажется, поняла её истинные мотивы. Она хотела, чтобы родители ею гордились. Она хотела их похвалы. Ведь они с братом оказались оторваны от них совсем детьми, мотались по колониям, детским домам и психологам. Они ведь не виноваты, что родители их – психи, и детки такие же, и у них в семье немного другие понятия и причины для гордости.

Наверняка Андромеда и Найджел скучали по родителям, какими бы ублюдками те не были. Пенни вспоминала, как сама плакала в подушки, потому что мамы и папы нет рядом. Как смотрела на девочек, которые ходят по магазинам вместе со своими мамами, и завидовала им, ведь всю одежду ей выбирал дядя, он постоянно путался в размерах, выбирал отвратительные цвета, никак не мог запомнить, что Пенни, вообще-то, девочка. Поэтому девушка очень быстро начала ходить по магазинам самостоятельно. И в кино большинство девчонок ходили с родителями, и на разные прогулки, в парки развлечений. А она? Всегда одна, или с подругами, но разве они могут заменить мамину заботу? Нет, она не жаловалась, дядя опекал её и вырастил, но всё же… Всё же хотелось иногда, чтобы за тобой присматривал не дядя, а мама.

Так что сейчас Пенни хорошо её понимала. Талон и Катерин тоже. Их мать сбросила их дяде, который был далёк от идеала, а уж добрым и заботливым его вообще нельзя было назвать. Но даже он присматривал за этими злодейски вредными детьми, он кормил и одевал их, воспитал, вырастил, в конце концов. И у них всегда был дом. Но им очень часто хотелось к маме. Особенно Талону, ведь он был совсем маленьким. Но Катерин скучала по матери сильнее. Она была старше, и помнила мать больше. Также она помнила, что они с Талоном вообще-то сводные – у них разные отцы, но мама любила их одинаково… Пока не отдала дяде. Но Катерин помнила, какие мягкие у неё были руки, как ловко она плела длинные косы девочки – волосы у неё росли на удивление быстро – и учила, что за ними надо следить, ухаживать, вдалбливала правила красоты в детскую головку, так что оба ребёнка стали буквально помешаны на себе, особенно на своих волосах. Конечно, она об этом так и не узнала – ушла раньше. А через год умерла. Катерин наткнулась на это совершенно случайно – дядя оставил ненадолго компьютер, чтобы поиграть с котом, и девочка увидела небольшую анкету, где было имя их мамы. Анкета была из морга – женщина скончалась в больнице из-за сильного отравления. Катерин не говорила никому, что узнала об этом, особенно брату, но была ужасно расстроена – несколько ночей проплакала. И решила, что ей пора становиться лучшей сестрой на свете, и опекать брата, не хуже матери. Поэтому ей были лучше всех знакомы чувства Андромеды.

Питер не понимал, как можно грустить по матери. Свою собственную он презирал, и даже ненавидел, особенно за её слова Милене, и поэтому недоумевал, чего все такие грустные и погружённые в свои мысли. Он прокашлялся, и начал:

– Надо доложить обо всём, что мы…

Взгляд его неожиданно упал на ноутбук. Он был выключен, по почему-то притягивал к себе взгляд. Поставив, наконец, Катерин на ноги, он подошёл к нему и включил.

– Ну-ка все сюда, – резко сказал он, прерывая воцарившуюся меланхолию. – Кажется, тут что-то есть.

На рабочем столе оказался всего один файл – видео. Питер, почти не дыша, щёлкнул на него и сделал звук на максимум. Все четверо сгрудились у стола, пока Андромеда тихо всхлипывала.

– Меня зовут Альфред Кененгем, – на экране появился мужчина с редкими светлыми волосами, сильно смахивающий на Найджела. Точнее, это Найджел был похож на него. Альфред Кененгем был его отцом. – Я – гений этого мира. Сегодня меня лишили дома. Это гадкие твари забрали моих детей и всех учеников. Признаться, я надеялся, что этого никогда не случится, но что поделать. Зло должно быть наказано – вот глупое правило этого мира. Возможно, двумя годами ранее, я бы из кожи вон вылез, чтобы вернуть себе дом и славу, но сейчас… Нет, уже поздно. Я не хочу возвращаться. Мне это надоело.

Я завёл семью, чтобы быть как все. Конечно, Натали недалеко от меня ушла – она злой гений, и поженились мы в надежде на то, что сможем создать совершенных детей. Признаться, нам это удалось. Наша старшенькая, Андромеда – гений. А младший Найджел – превосходный убийца, просто робот. Они унаследовали всё самое лучшее. И я за них очень горд. Я собирался дать им лучшее детство, но им интересно только учиться. Особенно Андромеде – она приготовила лучший яд, который убил мышку с одной добавленной в воду капли! Причём мгновенно и, судя по всему, болезненно. Превосходно! Но это видео я записывал не для этого. Разумеется, они вырастут. Они захотят вернуть дом. Возможно, даже вернуть нас. Поэтому, малыши, я обращаюсь к вам, ведь только вы знаете вход сюда. Прошу вас – бросьте. Бросьте это дело. Нам с мамой будет уже всё равно. Эй, Натали, помаши детям! – в кадре появилась очень красивая, но усталая и исхудавшая женщина. Она и правда помахала им, улыбаясь. Здесь, на видео, эти двое действительно были похожи на родителей, а не на психов, готовящих лучших убийц в мире. – Не знаю, через сколько лет вы нас найдёте. Возможно, пройдут десятилетия, а может и года три. Тем не менее, я хочу, чтобы вы знали, почему мы мертвы.

– Ваш папа меня застрелит! – весело, со странным, мазохистским блеском заявила женщина. – Не бойтесь, это будет просто боль! Ах, боль… Ещё немного боли!!!

Глаза женщины вращались и сумасшедше сверкали, она словно задыхалась, даже руки к горлу подняла, и безумно улыбалась. Её потрясывало от возбуждения и смеха. Ясно, психованная мазохистка.

– Да, дорогая. А ты приготовишь мне яд, и я умру быстро и безболезненно. Поэтому прошу… не пытайтесь. Нам это место уже не нужно. А вы сможете жить, как все. Как дети. Растите, учитесь, любите. Прощайте. Мы с мамой вас любим. Натали, помаши им!

– Пока-пока! Я вас тоже люблю!

На этом видео кончилось. Вот и всё. Вот и вся разгадка. Андромеда, слышащая каждое слово, даже плакать не смогла. Слёзы кончились. Она лишь расхохоталась. Она упала на пол, корчась и извиваясь, и хохотала, как безумная.

– У неё истерика, – заключил Питер, глядя на это зрелище. – Докладываем шефу, и забываем всё, как страшный сон.

И добавил для тех, до кого ещё не дошло.

– Всё закончилось. Мы в безопасности.

Катерин еле слышно проговорила, вторя ему:

– Мы спасены.

====== Почти последняя глава ======

Быстрые танцы сменялись на волнующие вальсы. Юные дарования полностью окунулись в легкую атмосферу праздника, не зная, что за большими дубовыми дверями только что было остановлено преступление глобального масштаба. Что два студента из академии и два секретных агента из разных организаций, отбросив ненависть, все же смогли спасти всех и теперь в неуютном молчании сидели в кабинете директрисы.

Пенни нервно потирала безымянный палец, на котором совсем недавно было колечко. Как только вся компания вернулась обратно, шеф тотчас отправил преступников в управление, где с ними предстояло решить вопросы касательно их несостоявшегося плана о захвате академии. В кабинете осталась только она, шеф Куимби, Питер, мистер Скотт и директриса. Питер был против того, чтобы посторонний человек, не знающий почти ничего о таких секретных и опасных вещах, будет присутствовать при отчете, но ничего поделать с этим не мог. Все же она являлась главной в этом, с недавнего времени, дурдоме и выпроводить ее из ее же кабинета никто не решился. Из кабинета ушли только Линн и Брейн, которые увели в свободную комнатку сестру Питера и Талона с Катерин. Как ни странно, Линн смогла найти общий язык с Миленой и убедила ее, что братика надо оставить на какое-то время и идти вместе с ней в гостевую комнату, куда он потом обязательно придет. Питер был от этого не в восторге, но сопротивляться не стал и только дал знак Брейну, чтобы он шел с ними. Он не мог вот так оставить свою сестричку на попечение странноватой китаянки. Что касалось Катерин и Талона, последний прямо сказал, что устал и имеет полное право лечь спать, и уволок за собой сестру, оставив Управление разбираться со всем самостоятельно. Парик, он сразу как вошел, выбросил в мусорку.

– Что теперь с ними будет? – ужаснувшись услышанного, спросила директриса.

– Пока тюрьма, а потом будет видно. Возможно понадобится помощь психотерапевта, – протянул Куимби, вспоминая в какой истерике билась Андромеда, когда парни притащили ее в кабинет, держа под руки. – Пенни, поздравляю с успешно выполненным первым самостоятельным заданием. Думаю можно переводить тебя на новый уровень. Засиделась ты милая с «Психами», не думаешь? – тепло улыбнулся Куимби.

Пенни вышла из грустных мыслей и восторженно посмотрела на начальника. Неужели этот час настал, и ее будут воспринимать не как маленькую стажерку, а как взрослого и серьезного агента? На лице вспыхнул восторг, и Куимби принял это как знак согласия. Чуть не бросившись к нему на шею, Пенни радостно закивала головой.

– Ну тогда, сразу по возвращению обратно мы тебя и повысим. А теперь идите и отдыхайте агент Пенни. Мне надо кое о чем поговорить с Питером.

Девушка выскочила за дверь и прижалась к ней спиной. Как она была рада! Теперь, может и не часто, но ей будут давать по настоящему серьезные и опасные задания. Глубоко втянув носом воздух Пенни даже закашлялась. То ли от того что вдохнула она через чур сильно, то ли просто от того, что отчего-то уловила запах геля для волос, столь привычного для нее. Этот запах вернул в радостные мысли одну плохую. И почему она не пришла ей в голову раньше? Если Пенни станет агентом настоящим, то получается, она больше никогда не будет ходить на задания ПСИХ. А значит никогда больше не увидит Талона. Эта мысль очень больно вонзилась в сердце, и девушка не отдавая себе отчета распахнула дверь не заметив как в комнате сразу прервался разговор.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю