сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)
Я вдруг почувствовал тошноту, словно меня укачало. И действительно: после невесомости такая мощная сила притяжения сказалась на вестибулярном аппарате. Я почему-то не мог поднять руки — они казались слишком тяжёлыми. Коленки задрожали под тяжестью туловища. Весь взмокший я посмотрел на полковника — тот стоял расслабленно, как ни в чём не бывало. После укола прошло больше двух часов, и у меня началась абстиненция. Ноги не выдержали и я рухнул на пол.
— Что с тобой? — испугался полковник. — Давай-ка срочно валим отсюда, пока это место не стало могильником.
— Нет, — отмахнулся я от его помощи, — мне просто нужно принять таблетку.
Было уже всё равно, что обо мне подумает полковник — трясущимися руками я стал извлекать из кармашка таблетку Промиса. Он помогал мне светом фонарика и отчётливо видел, какую именно таблетку я принял. Отдышавшись, я стал приходить в себя. Потом поднялся на ноги и вытер рукавом пот со лба.
— У тебя что, никтофобия с клаустрофобией? — полковник искренне удивился. — Как тебя в космос-то пустили?
— Нет, просто дурно стало, у меня давно не было отпуска.
— Так ты у нас наркоман, — поцокал языком полковник.
Я открыл щиток и сразу стало ясно, что он не связан с системами корабля. Просто распределительный щит силовых сетей корабля.
— Ну, что скажете, детектив? — свет фонарика ослепил меня.
— Очевидно, что в условиях темноты и повышенной силы притяжения можно было допустить фатальную ошибку. Это несчастный случай.
На обратном пути, когда мы достигли зоны невесомости, я слегка отклонился и пролетел рядом с контейнером, потрогав его поверхность — он был обтянут какой-то защитной тканью и слегка вибрировал. Скоро мы выйдем, а в темноте я никакой зрительной информации о грузовом отсеке не получил. Среди этих контейнеров что-то есть. Там спрятано что-то ещё. То, из-за чего убили механика. Но мне нельзя проявлять интерес к грузу, чтобы не спугнуть полковника. Я начал импровизировать:
— Стойте, полковник, мне нужно перевести дух.
Он развернул фонарик, и луч на секунду осветил один из контейнеров — это был прямоугольный ящик размером с бельевой шкаф, положенный плашмя, и обтянутый дешёвой тканью из полипропилена, словно везли не оборудование стоимостью в сотни миллионов, а строительные материалы.
Я сымитировал головокружение и оперся на контейнер.
— Эй, детектив, так делать нельзя, — он хотел было меня оттащить, но я поднял руки, сигнализируя о важности происходящего:
— Полковник, у меня к Вам деловое предложение, — я прислонился спиной к контейнеру, всем телом ощущая вибрацию, источник которой был явно внутри ящика, а не от систем вентиляции, расположенных снаружи.
— Слушаю, — холодно ответил Цинь.
— Сейчас с Вами говорит не полицейский, а обычный человек со своими слабостями. Три дня назад я чуть не погиб здесь на корабле, и меня откачала Виджая. У меня большие проблемы с Промисом, он же Флудип, как Вы уже заметили, и я выживаю исключительно на Симпатине, он же Радутин, которого осталось всего одна доза. Я обещаю, что закрою глаза на груз, каким бы он ни был — да хоть сто тонн запрещённого Симпатина — мне насрать. Только отсыпьте мне немного, полковник! Я даже помогу прикрыть Вас, если это потребуется на Оорте. Только найдите мне Симпатин или его аналоги. Я же вижу, что контейнеры подключены к автономной системе кондиционирования на случай аварийного отключения отопления, как требуется при транспортировке медикаментов. Послушайте: я буду у Вас на крючке — Вы вмиг можете обрушить мой рейтинг, если сольёте инфу, что я употребляю при исполнении. На кону 20-летний стаж моей службы. Я даже назову фамилию человека, который снабжает меня наркотой в Центропе. Полковник, поможем друг другу?
Лицо полковника было освещено отражённым от белой упаковки контейнера светом — он слушал моё отчаянное выступление с искренним сочувствием. Задумавшись, он сначала улыбнулся, а потом расстроенно покачал головой:
— Вынужден тебя разочаровать, детектив, никаких медикаментов здесь нет. Я бы дал тебе Симпатин, если бы его перевозили. Клянусь. Но я тоже поделюсь секретом, раз уж ты подставился, сев на мой крючок.
Он обошёл ящик с другой стороны, позвав меня посмотреть на шланги присоединения к кондиционеру.
— В этих контейнерах — кровь, плазма, органы для трансплантации — всё, что катастрофически не хватает для выживания в дальних частях Солнечной Системы, где человеческая жизнь стоит дороже, чем в любом другом месте.
— Но международная конвенция запрещает транспортировку и пересадку органов.
— Да, криогенные технологии позволяют отправлять больных на Землю. Но база Оорт находится в 72 астрономических единицах от Земли. Потеря каждого специалиста стоит Китаю невероятно дорого. А для самой базы это грозит катастрофой, потому что восполнение кадров занимает более полутора лет. Поэтому Китай везёт это контрабандой.
— Вот почему вы отключили транспондер.
— А вот этого мы не делали. Кто захватил корабль, мы не знаем. И хотелось, чтобы Вы, детектив, разобрались в этом.
— А в чём тут разбираться? Если это не наркотики, то и угонять нечего. Кому нужны кровь и органы, если такие операции в космосе не делаются? Да и Центропа сообщила, что никаких пиратов рядом с нами нет. Сбой автоматики — дело закрыто.
— Видимо так оно и есть. Прости, детектив. Пойдём отсюда.
***
Команда сидела за обеденным столом. Виджая вела себя неестественно естественно. Полковник взял щепотку риса, забросил её в рот, отряхнул пальцы и запил стаканом воды:
— Амиканская вода, — он изобразил истинное наслаждение, — самая дорогая минеральная вода на Земле.
— А мы ей жопы моем! — добавила Мингю.
— В душевой вода обычная, потому что проходит через фильтры, — уточнила Виджая.
— Как вы сходили в грузовой отсек, — спросила Мингю, по очереди посмотрев на нас с полковником.
— Детектив закончил расследование, — поделился полковник инсайдерской информацией и поднял стакан с водой.
Я тоже поднял стакан, отправил ему воздушное чоканье, потом откинулся на спинку стула и включил браслет:
— Сообщение Чену: «По всей видимости Борис Дудка проверял в трюмах проводку, чтобы найти причину аварии, но наладить не успел. При осмотре места инцидента подтвердилась версия несчастного случая: из-за аварии в этой зоне нет освещения и слишком сильная гравитация, сковывающая движения. Что касается потери управления кораблём, то, скорее всего, это связано с аварией — сбой энергообеспечения корабля каким-то образом вызвал ошибку в системе управления, и перевёл её в автоматический режим. В пользу автоматики также говорит тот факт, что работа криокамер осталась независимой, тогда как, если это было бы вторжение злоумышленников, камеры, очевидно, были бы заблокированы в первую очередь. Итак, Чен, я прекращаю следственные действия по делу Бориса Дудки, а также по делу об угоне за отсутствием состава преступления. Подробный отчёт вышлю позже. Завтра я собираюсь погрузиться в криосон, если что, пиши».
— Блестящая работа! — зааплодировал полковник, иронически улыбаясь.
— Слава богу, — подхватила радость Мингю, вскинув руки к куполу, будто освободилась от тяжкого греха.
— Я не верю в это, — сказала Виджая, продолжая спокойно есть рис.
Умываясь перед сном, я принял последнюю из четырёх таблеток Промиса, чтобы заснуть без приступов эпилепсии и панических атак. Виджая работала в медпункте. Я улёгся на койку и начал писать отчёт в Центропу.
***
Мингю шла по трюму впереди, освещая путь фонариком. Когда сила притяжения сошла на нет, Мингю развернулась и поцеловала меня в губы:
— Марик, теперь я хочу побыть твоей Клариссой.
Она сняла с себя всю одежду. Почему-то на её голове появилось полотенце. Она парила в пространстве трюма, а меня тянуло вниз. Я коснулся ногами пола и прилип к нему. Ноги с трудом отнимались от липкой поверхности. Я нагнулся, чтобы потрогать пол, и обнаружил кровь. Она вытекала ручьями из контейнеров.
— Система охлаждения не работает! — закричала Мингю. — Детектив, ты должен включить рубильник!
Мы понеслись в сторону щитка. По мере приближения, мои шаги становились всё тяжелее, а Мингю продолжала парить. С огромным трудом я доковылял до щитка, преодолевая гравитацию и кровавую субстанцию, затопившую трюм до уровня колен. Схватившись за рубильник, я потянул его вниз, и всё моё тело обдало током. Я начал трястись, а Мингю пыталась опуститься ко мне, повторяя:
— Я сейчас, Марик, подожди!
Она махала руками и ногами, но опуститься у неё никак не получалось — в невесомости она застряла на месте, а я трясся от тока, не в силах оторвать руку от рубильника.
***
— Я сейчас, Марик, подожди! — повторяла Виджая, вводя в меня последнюю дозу Радутина.
Посреди сна у меня вновь случились судороги. За четыре часа я не выспался, а после укола стимулятора я уже было бесполезно пытаться заснуть. Довольно быстро придя в себя, я решил закончить отчёт. Виджая лежала у себя и смотрела планшет. Мы не разговаривали. Отчёт был готов через час. Отправив его Чену, я повернулся на бок и стал смотреть на Виджаю. Она заметила это и неосторожно повернула экран — там была фотография нашего с Клариссой домика.
— Виджи, ты скопировала себе мой фотоальбом? — я разозлился.
— Блин, прости, что без разрешения, я не хотела тебя будить.
— А я бы и не дал тебе разрешения, это мой личный альбом!
Я подошёл к ней, попытался отнять планшет, чтобы удалить фотки, но Виджая закрыла его своим телом:
— Пожалуйста, Марик, можно я оставлю его себе на память? Ты скоро ляжешь в криокамеру, а я буду скучать.
— И как давно он у тебя?
Она ответила мне лишь извинительным взглядом.
— Ты украла фотки ещё в тот раз, когда мы их смотрели вместе?
Её взгляд продолжал извиняться.
— Ладно, чёрт с тобой.
Я вышел из каюты и направился на кухню, чтобы приготовить кофе. В гостиной никого не было. Сделав первый глоток, я позвал капитана:
— Твайла, доброе время суток!
— Доброе утро, детектив.
— Я хочу отправить сообщение Клариссе перед криосном.
— Диктуйте.
— «Крыса, я закончил работу и собираюсь погрузиться в сон до прибытия на Оорт. Услышимся через полтора года. Надеюсь, к тому времени вам восстановят вышку связи». Смайлик смеха.
— Максимального смеха? — уточнила капитан.
— Нет, что-то между улыбкой и смехом. «Крыса, это будет самая длинная пауза в нашем общении, но ты не скучай, ведь я буду вне сознания, а значит, меня нельзя ревновать за внимание к кому-то другому. Скучать — это почти то же самое, что ревновать, правда же? Скучать можно по людям, которые не с тобой, но которые могут всё бросить и приехать. Но я нигде не буду находиться, я буду в криосне. Скучать по спящему — всё равно, что ревновать мёртвого, это лишено логики. Спящего можно ревновать разве что к снам. А в криосне ничего не снится. Лучше думай о том, что уже совсем скоро мы исполним нашу мечту и заживём вместе. И тебе больше не придётся за меня переживать — для меня этот полёт на Оорт и обратно до Земли покажется мигом. До скорой встречи, Крыса, я тебя люблю». Конец сообщения.
— Я отправлю тотчас же. А когда Вы планируете ложиться?
— Пока не знаю, — я отпил кофе из стакана, — я только проснулся.
На запах кофе в гостиную пришла Виджая:
— Приготовить тебе поесть?
— Спасибо, у меня что-то нет аппетита.
— Мингю снова рылась в его вещах, — Виджая села со стаканом кофе на диван и больше мы не общались.
***
Мы лежали в каюте — Виджая делала маникюр, а я размышлял: что же такое происходит на Оорте, если им понадобилось столько крови и органов. Длина грузового отсека, по ощущениям, была метров сто, и всё заставлено этими контейнерами, подключенными к системе охлаждения.
— Виджи, помнишь, ты рассказывала, что на Оорте анархия?
— Так думал Борис.
— Мне кажется, что там случилось что-то ужасное.
— Это почему же? — она прервала чтение.
— Знаешь, что мы перевозим в трюмах? — я повернулся к ней. — Кровь, плазму и органы. Вот почему на корабле слабая гравитация и плохое освещение. Вся энергия уходит на охлаждение. Представляешь? Сотня метров ящиков с кровью. Мне кажется, что на базе Оорт произошла резня.
Виджая напряглась:
— Это значит… что… в лазарете может не оказаться свободных мест для тебя!
Ну что за человек — вместо того, чтобы испугаться за свою жизнь, она беспокоится обо мне.
— А может меня вообще не будить? — сообразил я, — так и продержать в камере до Земли?
— Не факт, что Лобстер полетит на Землю. Грузовики же работают по найму, кто знает, какой груз он заберёт, и куда потом отправится. Тебя нужно будет пересаживать на пассажирский.
========== Последняя доза ==========
Вскоре Виджая заснула. Я пролежал три часа, размышляя об Орте, пока не почувствовал слабость. Радутин постепенно терял действие. Осторожно, чтобы не разбудить Виджаю, я вытащил ящик Бориса… но не обнаружил таблеток. Виджая решила их перепрятать? Мингю своровала? Я ещё раз проверил дно ящика, но пакетика нигде не было. Потом я решил зайти к Мингю. Полковника в её каюте не было. Я подошёл к Мингю и протянул ладонь:
— Давай сюда таблетки, которые ты украла из ящика Бориса. Это не его таблетки, а мои.
— Не понимаю, о каких таблетках ты говоришь.
Значит, их перепрятала Виджая, обнаружив пропажу четырёх таблеток. Я решил сменить тему, чтобы не провоцировать Мингю на лишние вопросы:
— Не хочешь прогуляться по грузовому отсеку?
Она оживилась:
— Детектив, я рада, что ты предложил это сам. Когда вернётся Цинь, я его попрошу открыть нам отсек.
Я ждал в каюте, когда Мингю просунула голову в дверной проём:
— Детектив, ну что, пойдём развлекаться!
Она разбудила Виджаю. Я ответил:
— Подожди меня у отсека, я сейчас.
— Марик, — спросонья сказала Виджая, — расскажешь мне потом, как у вас всё прошло?
— Виджи, перестань.
— Всё нормально, Марик, мне правда интересно.
— Не буду я ничего рассказывать.
— Прости, что я на тебя сердилась, я не знаю, что на меня нашло, я на самом деле не могу тебя ревновать, ведь я тебя не люблю, мне просто хотелось восполнить потерю друга, и я боюсь, что ты перестанешь со мной дружить, а секс — это главный признак дружбы, и ты мне отказал в сексе, а Мингю разрешил, поэтому я разозлилась, но сейчас я думаю, что тебе будет полезно заняться этим для здоровья.
— Я хочу посмотреть, все ли контейнеры подключены к охлаждению, их слишком много, меня это настораживает.
— Борис говорил, что в невесомости нужно застёгивать карманы, иначе могут потеряться вещи, он уже там что-то потерял, и одежду нужно привязывать, чтобы она не улетела.
— Большое спасибо за совет, — саркастически ответил я.
— А ещё нужно держаться за трос, иначе в порыве страсти вас может закрутить и сложно будет остановиться.
— Виджи, поставь мне укол Флудипа, я боюсь, что в невесомости мне станет хуже.
Она поставила укол, и я вышел из каюты.
Мингю с Цинем ждали меня у двери грузового отсека:
— Ты его там сильно не кружи, — обратился Цинь к Мингю, — детектива может укачать. Даю вам двадцать минут.
Дверь открылась и мы вошли в трюм. Мингю включила фонарик:
— Не отставай, красавчик, у нас мало времени!
Она понеслась очень быстро, перепрыгивая тросы, словно лошадь на соревнованиях по конкуру — я едва за ней поспевал. Постепенно прыжки давались легче, но скорость уменьшилась. Она отталкивалась от пола и пролетала между тросами в позе супермена, держа фонарик в вытянутой руке, а я на всякий случай страховался, цепляясь за тросы руками. Когда сила притяжения стала уменьшаться, Мингю притормозила, и парила медленно, выискивая идеальную точку невесомости. Вдруг меня кто-то толкнул в бок — я испугался, развернулся и стал водить руками в темноте. Здесь, в самом деле, кто-то прятался всё это время? Таинственный член экипажа хочет мне что-то сказать?
— Что ты там застрял? — крикнула Мингю.
— Я сейчас, мне просто нужно подготовиться, подожди минутку.
Я ещё раз провёл руками перед собой и прошептал в темноту:
— Кто ты? Не бойся...
Никто не отвечал. Я продолжал водить руками в темноте и вдруг до меня снова кто-то дотронулся.
В меня ударилась потерянная Борисом отвёртка.
Я спрятал её в карман, в одно отделение с ножом.
— Ты готов, красавчик? — свет её фонарика оценочно прошёлся по мне сверху вниз.
Я подлетел к ней, и мы начали целоваться. Потом я услышал треск молнии на её комбинезоне и остановил Мингю:
— Я хочу сам тебя раздеть.
Я вытащил из кармана наручники, приковал Мингю к тросу и отобрал у неё фонарик.
— Детектив, за что Вы меня арестовали? — она набрала полную грудь воздуха.
— Гражданка, Вы обвиняетесь в контрабанде органами, — я светил ей прямо в лицо, отчего она зажмурилась.
— Какими органами? — выпалила она на выдохе, не скрывая возбуждения.
— Сейчас я буду Вас обыскивать, — сунув руку под её комбинезон, я начал ощупывать тело. — Так-так, что тут у нас?.. Какой-то орган…Похоже на грудь… Погодите, а вот и вторая грудь. Что ж, гражданочка, Вы пойманы с поличным!
— Детектив, а можно с Вами договориться?
