сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)
Я посмотрел на женщин, и они, догадавшись, что я хочу послушать его без свидетелей, спешно покинули кухню.
— Она пишет, — капитан начала диктовать, — что их временно разместили в полицейском участке, потому что оставаться дома небезопасно из-за лесных пожаров. Пишет, что с ней всё хорошо и не нужно волноваться. Она просит, чтобы Вы следили за своим здоровьем и по возможности продолжали службу. Она очень хочет, чтобы Вы, детектив, не совершали необдуманных и эмоциональных решений. Пишет, что очень скучает по Вам, но служба важнее всего. Она Вас очень любит, детектив.
— Спасибо, капитан.
***
Виджая сидела в каюте с очень грустным выражением лица:
— Ты правда шпион?
— Конечно нет, Виджи. Мне кажется, что меня кто-то подставляет. Тот, кто захватил управление. Теперь я думаю, что нас сопровождают пираты. Наверняка они летят следом и контролируют наш полёт. Мне самому интересно, в какую сторону проложит курс автопилот после манёвра через Юпитер.
— Значит и меня тоже подставили?
— Нет, Виджи, ты тут ни при чём. Мы разбудим инженера, и он поднимет логи, где будут видны все операции на корабле — данные о твоём состоянии в криокамере и время открытия ящика с препаратами, когда я тебя спасал. Твоя попытка самоубийства — это алиби от всего. А вот у меня проблемы.
— Какие, Марик?
— Я пытался взломать управление, чтобы включить гравитацию.
— Логи покажут, что ты вводил какие-то коды?
Я опустил голову, потому что не было сил соображать — моё состояние снова стало ухудшаться. Виджая подошла ко мне и села рядом:
— Тогда мы не станем будить инженера.
— Но я должен закончить расследование, чтобы Чен перевёл меня на службу к китайцам. Тогда полковник перестанет подозревать меня в шпионаже.
— А ты сможешь раскрыть преступление без помощи инженера?
— Это зависит от того, смогу ли я осмотреть место преступления. А я не попаду в закрытый отсек, пока полковник меня подозревает в шпионаже. Это замкнутый круг.
— Пусть он сфотографирует этот чёртов щиток.
— Нет, Виджи, этого недостаточно. Мне нужно провести следственный эксперимент: мог бы механик так покалечиться самостоятельно.
— Но полковнику выгодно, чтобы это был несчастный случай!
— Да, но, чтобы отвести меня к щитку, нужно пройти через грузовой отсек с секретным оборудованием. А я по его мнению шпион. Говорю же — замкнутый круг.
Виджая потрогала мой лоб:
— Ты весь горишь, Марик!
— Мне кажется, что Радутин действует не так, как Симпатин.
— У них одно действующее вещество, просто в Радутине его меньше.
— А если колоть больше, то он быстро кончится?
— Осталось всего два пакета на четыре дозы. А если колоть больше, то две дозы. Понимаешь, Радутин не нужен на грузовом корабле, он нужен людям, которые долго живут в космосе. Повезло, что он вообще тут есть.
— Получается, я не дотяну до манёвра?
— Мы тебя заморозим.
— Значит, пока есть Радутин, можно продолжать принимать Флудип, чтобы не было синдрома отмены. Два дня, чтобы успеть закончить расследование, иначе я проснусь через полтора года на Оорте в статусе уволенного.
— Нужно заранее освободить для тебя камеру.
— Да, пора предать тело Бориса космосу.
— Поставим укол в комнате для уединения, чтобы у полковника не было вопросов.
Я лёг на койку, и Виджая ввела двойную дозу Флудипа. По венам побежал горячий ручеёк, и я наконец-то расслабился. Виджая спрятала шприц в карман:
— Что написала Кларисса?
Я принял положение сидя, свесив ноги с койки.
— Говорит, что с ней всё хорошо. На время пожара их разместили в полицейском участке. Там такая глушь — населённых пунктов поблизости нет. Но я подозреваю, что с ней не всё в порядке. Не знаю почему. Я это чувствую. Она не пишет мне напрямую. С ней что-то не то. Думаю, после прощального письма она снова попала в больницу. У неё слабое сердце. Поэтому она передаёт сообщения через кого-то. Я уверен, что она просит доктора, чтобы он отправлял сообщения от имени полиции, чтобы я не волновался.
Из носа полились сопли — сильно заболела носоглотка, как это бывает перед тем, как заплакать. Сквозь ком в горле я продолжил:
— Она просила, чтобы я закончил службу.
— Ты сильно по ней скучаешь?
— Да.
— Какого роста Кларисса?
— Чуть выше тебя, а тебе зачем это знать?
Она подошла ко мне вплотную, встав между моих свисающих с койки ног:
— Закрой глаза. Я встану на цыпочки, а ты обними меня. Представь, что обнимаешь её.
Я не стал противиться и обнял Виджаю. Руками я водил по её спине, представляя Клариссу. Трогал её лопатки, водил ладонями по талии, сжимал грудную клетку, опускал руки ниже и обводил ими её ягодицы.
— Она делала так? — произнесла Виджая на ушко, щекоча своим холодным носиком мою шею.
— Да, — ответил я шёпотом.
— А так? — она начала пальцами ерошить мою причёску.
— Продолжай…
Она неожиданно поцеловала меня в губы, и я открыл глаза:
— Так нельзя, Виджи.
— Не произноси это имя — сейчас ты с Клариссой.
Я снова закрыл глаза. Она продолжала целовать моё лицо — и губы, и нос, и брови и щёки:
— Назови меня Клариссой. Ну же!
Её шея пахла чужим ароматом. Но я продолжал вспоминать Клариссу, исследуя тело Виджаи.
— Марик, я твоя Кларисса. Назови меня по имени, — она расстегнула комбинезон, задрала находящийся под ним эластичный топ и обнажила груди.
Я прикасался к ним своим лицом, погружаясь в бессознательное состояние всё глубже и глубже:
— Кларисса, я люблю тебя…
— Я тоже тебя люблю, Марик. Я так тебя люблю…
Она взяла мою руку и запустила её в разрез комбинезона, приложив к своему животу. Одной рукой она прижимала мою голову к груди, а другой толкала мою ладонь всё ниже и ниже, приговаривая:
— Я хочу испытать то, что ощущает человек, которого любят.
Я открыл глаза — чужая смуглая грудь постепенно начала меня отрезвлять. Я высунул руку из расстёгнутого комбинезона Виджаи. Мой безымянный палец был влажным.
— Так нельзя, Виджи!
На секунду её лицо выразило разочарование, но потом девушка бодро застегнулась и начала восстанавливать мою причёску:
— Я хотела тебе помочь. Ты страдаешь. Ты зажат. Твоему мозгу нужны подобные выплески эмоций. Это всего лишь психопрактика. Тебе стало лучше, Марик?
— Да, наверное, — растерянно ответил я, не совсем понимая, какие последствия для моей совести они будут иметь.
Мы вышли из комнаты, и в этот момент мимо нас проходил абсолютно голый полковник, вытирающий голову полотенцем:
— С лёгким сексом, русский шпион! — крикнул он на весь корабль и скрылся в своей каюте.
Получил на меня досье. Мне очень захотелось кофе и мы с Виджаей сели за стол.
— Чем вы там занимались? — вдруг раздался искажённый помехами голос капитана.
Видимо услышала крик полковника. Мне стало стыдно. Капитан передаёт мне любовные письма жены, а я уединяюсь с Виджаей. Вдруг она сообщит ей? Но ведь ничего не было. Хотя доказать я не смогу.
— Капитан, — вступилась Виджая, — детектив проходит курс лечения после интоксикации Флудипом, и было бы стрёмно, чтобы об этом узнали — ну, типа, репутация детектива пострадает. Твайла, не могла бы ты не распространяться о том, что я ставлю ему уколы в комнате для уединений?
— Хорошо, я это учту, — шум в динамиках ещё некоторое время продолжался, и капитан добавила, — как Ваше здоровье, детектив?
— Удивительно, что Вы обо мне беспокоитесь, учитывая, что три дня назад Вы бросили меня умирать.
— Прошу прощения, детектив, я… я не совсем понимала, насколько это серьёзно.
Вскоре в гостиную пришли Цинь и Мингю. Полковник сел на диван, а Мингю встала перед ним и начала делать гимнастические упражнения цигун. Я сделал объявление:
— Не пора ли отпустить Бориса Дудку в последний путь?
========== Рецидив ==========
Все стояли в медпункте возле криокамеры с покойником. Капитан начала речь:
— Мы собрались здесь, чтобы почтить память выдающегося механика Бориса Дудки. Если кто-то хочет сказать на прощание пару слов, то прошу.
Первым к телу подошёл полковник:
— Ты был самым крутым профессионалом, с кем мне приходилось летать. Покойся с миром, Борис.
Мингю подошла после него:
— Эх, Борис, Борис. У тебя было столько планов на Оорте… — она посмотрела на Виджаю, — …и некоторые из них касались меня. Но теперь ты мёртв, и вместе с тобой во мне умерла часть надежд. Но я буду поминать тебя добрым словом.
Потом к камере подошла Виджая. Она поцеловала Бориса в лоб, не взирая на ужасный шрам:
— Прощай, мой лучший друг. Ты хотел открыть мне Вселенную, но открыл во мне способность любить. Я знаю, что ты не любил меня. Но я благодарна тебе за то, что ты помог мне познать себя, — во время этой фразы Виджая стрельнула в меня своим взглядом. — Прощай, Борис.
Все расступились и посмотрели на меня. Я не сразу понял, чего они ждали, но пришлось подойти к покойнику и мне:
— Борис Дудка, хоть я тебя не знал, но обещаю очистить твою смерть от лжи, чтобы твоя душа могла летать по Вселенной спокойно. Пусть твои атомы станут частью звезды.
Вчетвером мы пронесли покойника по коридору к утилизатору и сбросили тело в ионосплиттер. Кнопку нажал полковник. Где-то в глубине корабля раздался хлопок.
Потом Виджая долго лежала в гостиной на диване, глядя сквозь купол на звёзды.
***
Я проснулся от шума — в каюте ругались:
— Кто тебе разрешил рыться в его вещах? — возмущалась Виджая.
— У него и мои вещи есть! — рявкнула Мингю.
Она сидела рядом с моей койкой и шарилась в контейнере Бориса. Виджая заметила моё пробуждение.
— Ты долго? — Виджая обратилась к Мингю.
— Нашла, — та спрятала что-то в карман и вышла из каюты.
— Воровка, стервятница, только и думает о наживе, — прокомментировала Виджая.
— Она уже крала что-то раньше?
— Мингю в принципе алчная. Борис рассказывал, что она присвоила себе чужую работу и накрутила рейтинг, чтобы больше зарабатывать.
— А потом присвоила твоего Бориса, — добавил я.
Виджая подошла проверить температуру:
— Ты проспал десять часов, это хорошо. Как самочувствие?
— Голова сильно болит.
— Пойдём в комнату, поставим укол Радутина.
***
Я отходил после укола стимулятора, а Виджая сидела в кресле. В браслете мигало неотвеченное сообщение от Чена: «Марик, военные наводили о тебе справки, что случилось?»
Я продиктовал ответ: «Чен, полковник Цинь отказывается помогать следствию, подозревая меня в угоне корабля. Свяжись с ним и развей его сомнения».
— Виджи, расскажи про инженера. Он был неравнодушен к тебе?
— Что? Феррис Фрост? Нет, с чего ты взял?
— Тогда, во время конфликта, он заступился за тебя.
— Потому что он дружил с Борисом, а я была его близкой подругой.
— Я пытаюсь понять, почему он убил его… Ревность могла бы это объяснить. Ты не замечала в последнее время что-то странное в поведении инженера?
— Они спорили из-за утечки энергии, Феррис говорил одно, а Борис другое. После первого посещения закрытой зоны они с Борисом больше не говорили о работе.
— Это показалось тебе странным?
— Да, он же так долго требовал от полковника доступ к щитку, а вернувшись оттуда, больше про энергию ничего не говорил.
— Наверное он не нашёл проблему, и версия инженера оказалась верной, — предположил я.
— Странно то, что они перестали обсуждать эту тему вообще.
— Но он ходил в закрытую зону ещё два раза с Мингю.
— Но уже не по работе. Я рассказывала тебе, чем они там занимались.
— Мне кажется, Борис прикрывался сексом.
— Думаешь, он там что-то искал? — выгнула брови Виджая.
— Может оказаться так, что Борис совершил что-то нехорошее. Например, перепрограммировал корабль.
— Такого не может быть, Борис был хорошим!
— Тем не менее, он был эгоистом, который пользовался тобой.
— Я не верю, что он мог угнать корабль.
— Мне нужно во что бы то ни стало попасть в грузовой отсек.
***
— Сообщение Чену: «У меня новая версия. Стыдно, что она не пришла мне в голову раньше. Механик через щиток перепрограммировал корабль. Автопилот запустился по таймеру уже после смерти механика. Мне осталось попасть к месту инцидента, чтобы определить, связан ли распределительный щит с системами корабля. Если это сугубо силовой щит, то версия отпадает. Но, если там есть доступ к системам корабля, то у инженера появляется мотив убийства, потому что он хотел предотвратить угон».
***
Из каюты полковника доносились крики Мингю сексуального характера. Пришлось долго ждать, когда Цинь выйдет.
— Полковник Цинь, мне нужно переговорить с Вами тет-а-тет, — поймал я его после выхода из гальюна.
— Ну пойдём в «камеру пыток».
Он развалился в кресле, словно босс, а я прислонился к стенке, как сотрудник, который принёс объяснительную:
— Я не шпион. И корабль я не угонял. Мы договорились с капитаном, что я напишу заключение о несчастном случае и покину корабль до прибытия китайского детектива. Но корабль перешёл в автоматический режим, и я оказался тут заперт. Чтобы избежать политического скандала, мой куратор с китайской стороны обещал перевести меня к ним, то есть к вам на службу, чтобы расследовать дело об угоне корабля, но это произойдёт после того, как я закрою дело для российской полиции. Понимаете, полковник, в чём проблема?
— Вам нужно попасть в закрытую зону, чтобы осмотреть место инцидента и завершить российское дело.
— Верно. Проводите меня туда?
— Сначала сделаем виток вокруг Юпитера.
— А раньше нельзя? Завяжите мне глаза, если боитесь, что я увижу ваше драгоценное оборудование!
— А куда ты торопишься? Нам ещё лететь и лететь…
— Если окажется, что это был несчастный случай, всем от этого станет легче! Особенно Вам, полковник.
— А почему ты не разбудил инженера? Посмотрел бы логи, связал бы нужные ниточки, попробовали бы хакнуть систему, чтобы вернуть управление. С пробуждения инженера и нужно было начинать расследование. Но ты приберёг его напоследок… Ты его подозреваешь в угоне? А может быть в убийстве? Ты ведь не веришь в несчастный случай?
— Такая версия есть, не скрою.
— Но какой у него мотив?
— После первого посещения закрытой зоны Борис больше не обсуждал с инженером вопросы энергообеспечения корабля, и я думаю, что механик задумал нечто, что противоречило протоколу безопасности. Именно поэтому он, под предлогом секса с Мингю, ходил к щитку ещё два раза. Я подозреваю механика в саботаже. Возможно он сам и перепрограммировал корабль, ведь он неплохо разбирался в системах. Таких специалистов, как Борис Дудка, напомню, в космосе всего 100 человек. Либо инженер «помог» механику уйти на тот свет, либо это реально несчастный случай.
— Интересная версия. Мне нужно это обдумать.
— Кстати, полковник, вы из какой волны?
— Из пятой, а что?
— Значит для Вас ещё что-то значат старые земные ценности? Вас не смущает, что молодые занимаются сексом с кем попало, изменяя друг другу? В частности Мингю.
— Что? Ха-ха, нисколько! — он поднёс пальцы к носу и вдохнул аромат, оставшийся после ласк Мингю, наигранно закатив при этом глаза. — Я счастлив, что дожил до этих дней! Не нужно ни за кем ухаживать, что-то обещать — тебе дают просто так!
— Значит, Вы не ревновали Мингю к Борису?
— Думаешь, у меня есть мотив, детектив? Станет человек с такой властью, как у меня, открывать дверь в закрытую зону, чтобы они там трахалась? Другое дело, что Борис за моей спиной мухлевал с системой корабля, — вот что теперь меня беспокоит. Но механик мёртв, и я уже не смогу его убить за саботаж.
— Мне бы только одним глазком посмотреть на место инцидента, чтобы удостовериться в несчастном случае, полковник, прошу!
— Слушай, — он взглянул на часы, — у меня уже 9-й час вечера, я хочу отдохнуть. В зону сходим без проблем. Когда обогнём Юпитер.
Мы вышли из комнаты, и в этот момент мимо нас прошла Мингю, направляющаяся в душ. Полковник ушёл в свою каюту, а я последовал за экспедитором.
— Мингю, нам нужно поговорить с глазу на глаз, — постучался я в душевую.
Дверь открылась и я вошёл. Мингю снимала одежду:
— О чём?
— Я не должен тебе это говорить, пообещай, что оставишь наш разговор в тайне от полковника на первое время.
— Предположим, обещаю, — в её глазах появилась заинтересованность.
— Полковник тебя сдаст.
Мингю начала было снимать трусы, но остановилась:
— В смысле?
— Мы только что с ним разговаривали. Ты же знаешь, что у него будут проблемы из-за того, что ты занималась сексом в закрытой зоне?
— Мне можно быть в грузовом отсеке, я экспедитор, — она сняла трусы и осталась голой.
— По секрету: он сообщит в рапорте, что ты приводила туда механика без разрешения, — соврал я в интересах следствия.
Мингю включила воду, покрутилась под струями, выключила, взяла тюбик с гелем и начала натирать им тело, не сводя с меня взгляда:
— Вот как. Типа я нарушила протокол безопасности…
— И с тебя снимут несколько сотен баллов рейтинга. А это большие деньги.
Мингю глубоко задумалась, усиленно отмывая свою промежность. Потом она намылила голову, включила душ и смыла с себя гель. Потянувшись к полотенцу, которое висело за моей спиной, она коснулась меня своими сосками:
— Зачем ты мне об этом рассказал, детектив?
