Текст книги "Мне не нужна победа! (СИ)"

Автор книги: Pantianack

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 22
Пакет обновлений

* * *

Столб плотного белоснежного света ударил с неба прямиком в центр площадки перед донжоном на которой Лия Тир Аман выложила круг из трёх Великих Слёз, одной капли и, собственно, самой себя. Затем засветился каменный пол под нашими ногами ногами, ну а затем и стены воссияли так, что в крепости не осталось ни одной тени. Я какое-то время терпел, но надолго моих сил не хватило. Веки сомкнулись и не размыкались до тех пор, пока не стало хоть немного темнее. А затем я почувствовал, как мне на макушку упала тяжёлая капля. И ещё одна. И ещё.

Открыв глаза, увидел интереснейшую картину. С совершенно безоблачного неба на уже потухшие камни проливным дождём падали крупные капли мокрого света. Вдали сверкнуло и через пару секунд над замком раздался звучный раскат грома.

На всякий случай посмотрел туда, где до сих пор стояла моя хранительница и убедился, что с ней всё в порядке. Девушка стояла там, где и прежде, широко раскинув руки и ощутимо наслаждалась происходящим, а свет, будто вода стекал по её волосам и одежде. И не она одна. Постепенно на площадь стала подтягиваться и остальная обитающая в замке нежить. Первой вышла Горничная, ведя за руку свою подопечную девочку. Следом в дальнем углу немой гигантской тенью возник Скат из Коринфа. Подтянулось несколько солдат. Вместе из ворот тронного зала вышли Мастер и Фортификатор, затем к ним присоединился Падальщик. Капли света, попадая на сухую и тонкую, как древний пергамент кожу умертвий шипели и пузырились, но это не вызывало у слуг никакого дискомфорта. Напротив. Я не видел лиц всех обитателей замка, у многих из них этих самых лиц и вовсе считай, что не было. Но я был абсолютно уверен, что все они так или иначе по-своему улыбались. Мне же с этого дождичка было ни горячо, ни холодно. То есть, скорее всего эти капли имеют какое-то исцеляющее воздействие, но с полной шкалой здоровья стоять под дождём всё равно не имело смысла, так что мне осталось только отправиться в очередной данж. Всё равно вся жизнь в замке оказалась парализована.

В очередном Угасающем Мире задержался примерно на сутки и заработал триста пятьдесят тысяч Воли. Не скажу что было прям удивительно просто, вовсе нет. Босс заставил шевелить мозгами и булками, а добираться до него было по своему интересно, однако новых противников или каких-то мозголомных головоломок на моём пути не возникло и даже модификатор мира был какой-то невзрачный: «Мрачные Тени» делали локацию немного темнее, чем остальные, и если игрок пользовался дополнительными источниками света, провоцировали далеко стоящую нечисть на агрессию.

У меня было не то настроение, чтобы искать дополнительные приключения на свою пятую точку, так что я не торопился. Зачищал всё, что было на моём пути и никуда особо не сворачивал.

А вот возвращение в крепость удивило. Так сильно мой замок не преображался с тех самых пор, когда мы с Лией ютились на Северной Башне.

Теперь в центре площади перед донжоном бил фонтан. Ничего сверхординарного. Просто чаша, наполненная обычной не светящейся чистой водой, из центра чаши выпирал конус из которого где-то на полметра вверх вырывалась слабая струя воды и наполняла сосуд. Чисто функциональное строение, раз и навсегда избавляющее меня от необходимости таскать с собой палеты с минералкой. О том, что эту воду можно пить мне даже Система сказала. Набрал её для анализа на всякий случай. Вдруг земные учёные обнаружат ней тоже какой-нибудь дополнительный эффект или микроорганизм, которых на земле не существует.

Рядом с фонтаном играли трое ребятишек уже не так похожих на ожившие мумии. Увидев меня, дети радостно закричали и прыстнули в донжон так, что за ними только пыль успела взвиться.

Дальше больше. У тронного зала появились ворота! Здоровенные, в такие два Ската из Коринфа пройдут, не задевая друг друга и даже дверной косяк останется целым. Сейчас исполинские створки были открыты нараспашку и внутри блестел отполированный почти до зеркального блеска каменный пол. Ковровая дорожка заметно посвежела и стала ярче цветом. Окна покрыли витражи. В подвешенных на цепях жаровнях пылали огни. Вдоль стен появились длинные скамейки для просителей. Стены украсили гобелены и даже трон стоял на возвышенности у дальней стены целым куском. В общем, замок максимально приблизился к своему идеальному состоянию.

В тронном зале была только Горничная. Уже совершенно не отличимая от обычного человека девушка в чёрно-белой униформе и в чепце склонилась в почтительном поклоне, отвлекшись от выметания невидимой мне пыли и вновь вернулась к своему занятию.

Немного напрягало отсутствие Лии. Я как бы уже привык к её извечному «С возвращением, Странник.» Так что я обратился к служанке огненным словом с целью узнать, в порядке ли хранительница и где она сейчас находится.

Горничная вновь переместила всё своё внимание с метлы на меня, кивнула на первую часть вопроса, а на вторую указала рукой куда-то вверх и в сторону. На «Всё ли в замке хорошо?» получил лишь ещё один кивок и оставил эту тему. Всё-таки с Горничной Лия общается заметно лучше меня. А раз та «говорит», что всё нормально – значит так оно и есть.

Двери, ведущие к колодцу с Бездной, были плотно закрыты на засов. В следующий раз, когда захочу пострелять из огнестрела или ещё как-то сильно удивиться, придётся поднапрячься, чтобы убрать этот здоровенный брус.

Поднялся в комнату над тронным залом и тоже не узнал ничего из-за того, как всё преобразилось. Появились шкафы. Отгородки для переодевания, полки, над кроватью зачем-то образовался балдахин, да и само ложе раздалось вширь. Столик, на котором у окна стоял ноутбук тоже преобразился, превратившись из просто круглого небольшого и неочень-то удобного предмета мебели в полноценный рабочий стол с многочисленными выдвижными ящичками, зелёной бархатной столешницей и покрывшийся тёмным лаком.

Сама же Лия Вен Дар Тир Аман обнаружилась на так же обновившейся крепостной стене. В барбакане, где всё так же стучал молотом совершенно не изменившийся Кузнец.

– С возвращением, Денис. – произнесла она это так удачно, что слова легли аккурат между ударами молота. – Прости, что не встретила. Впервые за всё время нашего знакомства.

– Не страшно, – отмахнулся я, но всё же поинтересовался. – У этого была какая-то причина?

– Не совсем… – смутилась рыжая красавица. – Я… просто… была далеко от места твоего появления и… решила этого не делать. Потому что осознала, что могу не спешить. И что мой мир от этого не разобьётся на тысячи осколков… Если, конечно, ты не разгневаешься на меня за подобное пренебрежение своими обязанностями…

– Конечно нет, – усмехнулся я такой странной постановке вопроса. – Просто я действительно привык к твоим приветствиям и считал их чем-то вроде обязательного таинства. Было приятно осознавать, что меня ждут. Не знал, что для тебя это было так обременительно.

– Вовсе нет! – запротестовала в ответ дворянка зарумянившись щеками. И я вдруг заметил, что у неё появились веснушки. – Это не было обременительно! Просто, за некоторое время до твоего появления я всегда знала, что ты появишься на своём балконе и стремилась туда так, если бы от этого зависела моя жизнь, но сейчас… я вдруг осознала, что это не так что и обязательно. Будто Мир дал мне свободу не делать то или иное действие! И не пойми неправильно, я действительно рада твоему возвращению, но… Я могла в этот момент быть где-то ещё. Делать что-то ещё!

– И как ощущения?

Лия на какое-то время задумалась.

– Сложно. Порождает множество вопросов. – девушка подняла на меня немного потерянный взгляд. – Зачем мне эта… свобода действий?

– Умение делать выбор между «делать» или «не делать» – это свобода? – усмехнулся я.

– Это уже больше, чем было у каждого здесь. – не поняла моей иронии хранительница.

– Ну так может и сейчас эта опция появилась не только у тебя? – на всякий случай уточнил я. – Поговори с остальными. Может и им тоже удалось взять больше свободы при последнем обновлении?

Лия с сомнением посмотрела мне через плечо на усердно долбящего по пустой наковальне кузнеца.

– Сомневаюсь, но понаблюдаю за остальными.

Мы вышли на стену и направились в сторону донжона. Туда, где раньше были строительные леса, ведущие в мою комнату прямо со стены. Сейчас там был полноценный каменный переход с небольшой, но очень толстой обитой железом дверкой.

Разговор с хранительницей был довольно интересен. Она вроде бы и была свободна в общении, но с последним «обновлением» ей как бы добавилось больше смелости и инициативы. От чего беседа с ней была куда более непринуждённой, чем обычно. Ну и несла в себе больше, так сказать, фоновой информации. Девушка рассказывала, как ведут себя мои подопечные здесь, когда меня нет. Оказывается, Скат из Коринфа иногда ходит по крепостной стене. Недавно он в темноте напугал Горничную, которая решила выйти проветриться через ту самую калиточку в моей комнате над тронным залом. Мастер теперь почти всё время занят, обслуживая экипировку наёмников, а те в свою очередь не только сбивают «Голодную Орду» из мощных арбалетов со стен, но и делают пешие вылазки за стены замка через подвесной мост. А ещё вскоре должна была прийти новая партия условно союзной нежити так же проситься под мою руку. И у Лии даже было сэкономлено несколько тысяч Воли от убийства «Голодной Орды» для найма. По этому она интересовалась, кого действительно стоит оставлять в крепости, а кого гнать дальше.

В общем, два дня пролетели незаметно. В ПВП… не повезло. В этот раз человек на контакт не пошёл и отпускать меня не пожелал несмотря на все мои увещевания. Когда у него оставалось меньше десяти процентов здоровья, придурок повесил на меня «Метку Злых Намерений» и пообещал, что мы снова встретимся, когда он будет к этому готов. Так что теперь у меня в инвентаре лежал польский паспорт очень гордого, но не очень умного человека, а на моей совести добавилось ещё одно кровавое пятнышко. Не слишком большое, на самом деле. Больше меня интересовало, как отреагирует на лишнюю смерть Белый Пульсар. Но он никак не отреагировал. Я с ним говорил? Говорил. Помощь предлагал? Предлагал. В ответ – оскорбления и нападение. Конечно, можно было и не вторгаться, но… После Кристины я крепко задумался над тем, кто ещё кроме адекватных людей вроде Насти и того канадца попадает в Игру и… В общем, не думаю, что именно сегодня совесть будет мешать моему сну.

«Неизбежная Победа» – вспыхнула надпись перед моими глазами и меня вновь вернуло на родной балкон.

* * *

А вот моментальная карма думала иначе.

По возвращении на базу со мной связался Артём Филиппович и безо всяких предисловий попросил приехать в отделение полиции. Я, разумеется, приехал и там меня ждала новость, выбившая пол из-под моих ног. А всё дело в том, что у меня неожиданно сменился куратор!

И вот стою я, значит, напротив парня, сидящего в кресле начальника. Рядом со мной стоит Марьянов. Присесть нам, разумеется, никто не предложил. На парне погоны полковника, а выглядит он не так уж чтобы намного старше меня. На всякий случай кошусь на Марьянова. Сороколетний мужик, которому майора дали фактически за сам факт возникновения Программы Адаптации Специалистов Дальнего Поиска. Перевожу взгляд на человека, сидящего напротив меня и смотрящего на меня, как на вошь и понимаю, что ничего не понимаю.

Полкан молчит, Марьянов представляет меня полковнику, представляет полковника мне, говорит, что дела уже передал и надеется, что мы найдём общий язык. Извиняется за резкую смену куратора, мол, приказ свыше, ничего не поделаешь…

– Майор, ты перед всеми нижестоящими так расшаркиваешься?

– Расшаркиваюсь? – опешил Марьянов.

– Нижестоящими? – не меньше удивился я.

– Здесь я задаю вопросы! – рявкнул полковник, вскочив с не своего кресла. – Развели здесь демократию! Майор, подчинённым надо доводить приказы, а не уговаривать их сделать то, что от них требуется!

Мы с Марьяновым ещё раз переглянулись.

– Товарищ полковник, – это обращение далось майору с заметным скрипом. – Денис не мой нижестоящий. Он мой подопечный. Вам должны были довести эти тонкости наших взаимоотношений.

– Ваши, – презрительно выдал мой новый «начальник» слово, – взаимоотношения меня не касаются. И эти «ваши взаимоотношения» закончились. Дальше Одинцов переходит под моё командование. Но я тебя услышал. Свободны. Оба.

И мы вышли. Сначала из кабинета, потом из здания. И только после этого я позволил себе выдох:

– Ни буя себе! – наконец, смог выдавить из себя я.

– Денис, – скрипнул зубами Марьянов. – Я попробую поговорить с твоим новым куратором ещё раз и довести до него реалии на местах. Но ради бога, не пори горячку.

– А давайте вы сначала объясните мне что тут происходит? – взмолился я.

Марьянов впервые за всё наше знакомство при мне достал пачку сигарет, достал одну, чиркнул зажигалкой и смачно затянулся. Закашлялся.

– Два года не курил, – пожаловался офицер. – Эту пачку купил перед тем, как с тобой знакомиться, думал, ты меня до затяжки доведёшь. Ан нет, поди ж ты! – очередная затяжка. – Сам-то как думаешь, что произошло?

– Я-то думаю, но лучше бы вам мои мысли сейчас опровергнуть.

– Да нечего опровергать. В больших кабинетах посчитали, что такой проект нельзя оставлять в руках какого-то «эй, майора». Это ведь фактически жила на которой можно «копытить» средства продления жизни. – очередная долгая затяжка. – Ну и вот. Умные люди в больших кабинетах дождались, пока я процесс более-менее организую и прислали «надёжного» человечка.

– А надёжный он, потому что свой? – невесело покивал я.

– В точку.

– Он хоть старше меня вообще? – задал не отпускающий меня вопрос.

– Ему двадцать семь. Кажется. – Марьянова возраст полковника, кажется, бесил ещё больше, чем меня, но и выдержки у офицера было поболе. Так что он держался.

– А как так? В двадцать семь и уже полковник ФСБ?

– А ты слышал, как цари свои воинские звания получали? – усмехнулся Марьянов.

Ага, слышал. Там прикол был в том, что при рождении юного царевича зачисляли в тот или иной полк и звания давали за безупречную выслугу лет. У них даже, вроде, мундиры, соответствующие были. А когда папка двигал кони и корона шлёпалась на неокрепшее чело, «выслуга» прекращалась, а царь «переводился» на новое, уже пожизненное место службы. Такая вот бобуйня.

– Охренеть. И что, у него папа так высоко сидит? – не поверил я, что отпрыска самого первого лица отправили пусть и на синекуру, но в такие даля от столицы со всеми её досуговыми возможностями.

– Нет, что ты! – рассмеялся майор. – Но для кого-то он действительно сильно свой. А это главное.

– А вы там никому не свой? – на всякий случай закинул удочку я. – Ну… в этих самых Башнях?

– Таких, как мы не пускают в Башни, наша конура у фундамента, а он общий.

– И что, даже после янтарей не предлагали? – скривился я.

– Предлагали, но я типа не понял намёка.

– И что теперь? Вечный майор?

– Нет, у всякой медали две стороны. Меня будут двигать, потому что люди верные только присяге тоже нужны. Больше скажу, мне и за то, что я вонять по этой теме не буду, неплохо дадут. Чего там, уже наобещали корзину печенья и банку варенья, чтобы не так обидно было.

– Хоть не в Сибирь? – поинтересовался я.

– Обратно, в Москву. Буду консультировать, пока новое назначение не придумают.

– То есть вас даже не на вербовку новых добровольцев в программу перенаправляют?

– Нет, – многозначительный кивок вверх. – Там уже решили, что схема отлажена и решения на местах можно делегировать… менее загруженным специалистам.

Глава 23
Лицензионное соглашение

* * *

Проговорив ещё какое-то время со своим уже бывшим куратором, я для себя уяснил ещё несколько неприятных моментов. Марьянов всё ещё пытался внушить мне веру в то, что большие головы наверху знают, что делают, но получалось у него откровенно плохо, потому что сам он в сказанное не верил. Так что, вернувшись домой я, как на духу выложил всё своим девушкам по принципу: одна голова – хорошо, а три – это целая сборная. Так говорил Горыныч в каком-то старом мультике. Или не мультике – какая уже разница? Главный вывод был озвучен Мариной.

– Трындец всему – пришла руина.

– Тебе надо готовить базу в Угасающих Мирах к полноценному переезду, – сделала очевидный вывод Эльза. – Бли-и-и-и-н! Только жить нормально начали! Всего три месяца! Я ещё даже залететь не успела! Денис, нам срочно надо что-то делать!

– Успокойся, дура! Рано ещё себя во вдовы записывать! – рыкнула на неё Мара. – И вообще, в очередь!

От услышанного я завис так, что даже собственные выстраиваемые схемы своего поведения с новым начальством в моём мозгу намертво закоротило одним простым восклицанием: В смысле залететь⁈ Даже хохма старая вспомнилась из разряда: «ты только с ней поздоровался, а она уже распланировала как назовёт вашего третьего ребёнка». И теперь все мои мысли были заняты тем, насколько эта хохма реально хохма – а вот вообще не тем, чем в данном случае надо. Потому что Эля у нас в этом плане круче Лесли Нильсена. У неё лучше всего в этой жизни получается две вещи: с абсолютно прямым лицом пороть несусветную дичь и наоборот маскировать мимикой серьёзные намеренья. Марина даже как-то призналась, что сама порой не может проследить за полётом мысли собственной подруги. Я же, честно говоря, о детях не задумывался в принципе. Какое, к чёрту «залететь»? – мне двадцати двух лет нет! Я сам ещё ребёнок! Который, к тому же, до сих пор в игрушки играет! Ха-ха! А тут выясняются такие намеренья у одной из моих подруг, а вторая ей поддакивает! Жесть, как она есть!

– Так что делать будем? – вырвал меня из панической атаки голос Марины.

– А?

– Я говорю, нам, что делать, пока ты у себя в Игре прятаться будешь? Они ведь за тобой к нам придут больше не к кому. – сложила руки под грудью Марина.

– Думаю, тебе надо вызвать отца, – посерьёзнела Эля. – Денису нужны все свидетели того, что он добросовестно выполнял все требования властей. Если новый начальник настолько конченный, как его описал наш любимый муж, – очередной табун мурашек пробежал по моей спине до самого загривка. – То он в первую очередь начнёт перекладывать ответственность за свои косяки на всех вокруг и на подопечного в первую очередь.

– Хорошо, – кивнула Марина и полезла за своим телефоном. – Дорогой. Дуй в магазин.

– Зачем? – опешил я от такой оперативности.

– За запасом еды! Тебе надо иметь хотя бы пару месяцев автономности, а дальше уже мы что-нибудь придумаем.

– Да не собираюсь я никуда бежать! – попытался возразить я, но признался. – И, если что, на два месяца у меня там запас уже есть.

– Если его не съели твои подданые. – включилась в процент убеждения Эльза. – Милый, не спорь. Лишняя коробка консервов ещё никому в жизни не повредила.

Впрочем, из дома я решил пока не выезжать, а всё затребованное заказать по средством курьерской доставки. Всё-таки мои собственные мысли были не далеки от рассуждений «жонушек». От нового руководства, если оно действительно настолько отбитое, можно было ожидать всего что угодно, а значит, нужно было продумать не только вариант с бегством. Не хотелось думать о нашей власти совсем уж плохо, учитывая всё то, что уже произошло, но и исключать вариант давления на меня через Элю и Мару я не мог.

Так за следующие несколько дней был переписан договор аренды. Теперь в нём фигурировали имена девушек. На всякий случай обзвонил кое-кого из бывших коллег мамы с целью юридической консультации опять же Эльзы и Марины ну и себя, чего уж. Хотя в моём случае умные люди просто разводили руками. Много я им рассказать не мог. Секретность, ети её. Так-то, посмотрев уже имеющиеся у меня на руках документы (амнистию показывать не стал, ибо бумага у меня на руках была, а дела, за которое мне её выдали, опять же как бы не существовало), которые вызывали вопросы странностью формуллировок. Тем не менее они были составлены гладко и без обмана, но… И вот за этим «но» могло идти абсолютно всё, что угодно.

И вот казалось бы: ничего же ещё, вроде бы не произошло. Подумаешь, новый человек, ещё не разобрался в ситуации, приехал на новое место, решил немного самоутвердиться и показать, что настроен серьёзно… Вот только я таких уже видел. Ещё давно, когда на меня пытались повесить долбаный самолёт, на котором разбилась мама со своим ухажером! Тогда тоже ничего беды не предвещало. Просто рядовые сотрудники решили, что было бы неплохо записать на мой счёт три сотни лишних фрагов. Как итог – полное эмоциональное выгорание с моей стороны и никаких последствий для тех, кто это всё придумал. «Ивзините, мы были обязаны проверить все версии». И всё, насколько я знаю. Вонять и разбираться тогда не было никаких моральных сил. Всё что я хотел – чтобы меня просто оставили в покое. Но тогда я был один. Сейчас… Сейчас я бежать не собирался, но девушки правы. Новый куратор может просто не оставить мне другого выбора.

На третий день пришла Настя. Сразу после того, как тоже имела удовольствие поговорить с новым куратором и из её истерики стало понятно, что план «Б» я готовил не зря. Полковник Борунов (именно так звался наш новый куратор) по факту забрал её янтарь и заявил, что государство больше не сможет платить за исцеляющие камни по старым договорённостям. Теперь они будут стоить по сто тысяч за штуку (в пять раз дешевле, чем было), а уже выплаченные гонорары будут пересчитаны и… начнут частично «выравниваться» за счёт будущих «поставок». Кроме того, новый куратор ПРИКАЗАЛ ей в течение трёх дней выдвинуться за новой партией, которая должна была быть не менее десяти штук. Плюс ко всему ей было запрещено самой лечиться Слезами Солнца, а запись с бодикама отныне подлежит обязательной сдаче каждый раз.

Описать эмоциональное состояние девушки, в истерике пересказывающей нам эти нововведения описать было сложно. Ублюдок просто морально размазал её тонким слоем о свой мнимый авторитет. И тут дело было даже не в том, что пятьсот тысяч за один крохотный янтарик – это охренеть какие большие деньги и мы зажрались. Эту сумму за уникальный товар, который может не только помочь в излечении смертельных болезней, но и ПРОДЛИТЬ ЖИЗНЬ стареющих элит, которые могут себе это позволить государство мне выставило само, и я очень сомневался, что у какого-то куратора была физическая возможность ТАК изменить наше мировое соглашение. А что до остального… Честно, я впервые пожалел, что не могу взять с собой за туман живого человека.

Мне же от Насти был адресован вполне естественный вопрос, как к причине возникновения самой ситуации:

– Денис, что делать-то теперь?

– Я что-нибудь придумаю. – заверил я лучницу. – А ты пока особо не высовывайся. У тебя есть какие-нибудь проблемы с тем, чтобы выйти в данж в требуемый срок?

Наасте услышанное от меня не понравилось. Это было отчётливо видно по нахмуренным бровям.

– Так-то нет.

– Замечательно. А сколько времени ты сможешь просидеть в своём поместье?

* * *

На следующий день новый куратор вышел на связь уже со мной. Ну как вышел. На рабочий телефон позвонила какая-то девица и заявила, что мне в течении тридцати минут надлежит прибыть куда-то в центр на инструктаж с целью ознакомления с новыми правилами «Программы Адаптации Агентов Дальнего Поиска». Опоздание недопустимо. Ответа от меня никто не ждал в трубке сразу после произнесения последнего слова раздались короткие гудки.

Я хмыкнул и стал собираться. Благо, на это действительно не требовалось много времени. Звонок прозвучал в одиннадцать часов. Не удивлюсь, если «куратора» самого ещё не было на рабочем месте. Спокойно погрузил в инвентарь несколько ящиков с провиантом и папочку со всеми документами, что были подписаны мной и людьми, которыми, как меня заверил Марьянов, действительно имели право на подобные подписи. Выпил чашечку растворимого кофе, поцеловал на прощание своих девушек и через сорок три минуты уже осматривал бизнес-центр в котором на двадцатом этаже и располагался новый офис нового начальства.

Потратил ещё какое-то время на общение с охраной, потому что пропуска у меня, естественно, не было. Наконец, после сверки документов и звонка по нужному телефону всё-таки был допущен в святая святых. Когда поднялся на лифте, на часах уже доходило двенадцать. По этажу шёл, вращая головой, как сова. В таких местах мне не приходилось бывать никогда. Даже в офисе мамы, которая была той ещё акулой в своём деле, было поскромнее. Не то чтобы всё вычурно в золоте, но вот прям сияет новизной и хайтеком. А самое главное, нашими с Настей недоплаченными деньгами. На входе в отделённую часть здания с золочённой табличкой «Государственная Программа Адаптации Специалистов Дальнего Поиска При Федеральной Службе Безопасности в г. Ромодановск» стоял ещё один охранник, осведомившийся о цели моего визита.

– Сам не знаю, – честно ответил я. – Судя по всему, я тут работаю. А пока или уже, тут пока не ясно.

В офисе за столом что-то печатала смазливая блондинистая секретарша. Вид у неё был шлюховато-профессиональный. Белая просвечивающая кружевами блузка, клубок-причёска на затылке, стянутая двумя длинными шпильками так, что того и гляди кожа на лице лопнет от натуги. Под стол не заглядывал, но вангую чёрные капроновые колготки и юбку-карандаш немного короче официального дресс-кода.

– По какому вопросу? – пристрелила меня девушка.

– Одинцов. Вызывали. – ответил я, нависнув над ней, как Дамоклов меч. – Судя по голосу вы. И вас уже с поста охраны предупредили.

– Вы опаздали на тридцать две минуты. – посмотрела на элегантные часики на руке ничуть не впечатлившаяся секретутка.

– Да я вообще приходить не хотел. – вместо улыбочки на лице нарисовался гадкий оскал.

– Ага, шутник, значит. – сузила свой взгляд секретутка.

– Я абсолютно серьёзен. Таким тоном вы меня вызвали в первый и последний раз.

Какое-то время девушка продолжала буравить меня ледяным взглядом, но, судя по всему, не дождалась ответной реакции и прошипела.

– Я сообщу о вас Павлу Вениаминовичу.

Ох, сука, он ещё и Вениаминович! Ничего не имею против Вениаминов, Вениаминовичей и прочих «Веничек», пока мне не нужно ломать язык, выговаривая их позывные. Поймал себя на том, что уже достаточно заряжен на конфликт полковником, потому как обычно не докапываюсь до имён, ибо люди их не сами выбирают. Но вот прямо сейчас я был готов проигнорировать это незначительное обстоятельство.

Тем временем секретутка процокала в кабинет «высокого начальства» и закрыла за собой дверь.

– Заходи. – процокала она обратно через несколько минут не смотря в мою сторону.

Ну я и прошёл.

Первое что меня встретило – длинный Т-образный стол не менее чем на двенадцать персон помимо главного кресла. Сам полкан сидел за ноутбуком и делал вид, что чем-то усердно занят. На меня он даже и не взглянул, давая мне возможность впечатлиться убранством арендованного офиса, панорамным остеклением одной из стен и иконостасом всевозможных грамот и наград за всё на свете любовно в линию развешанных за его спиной. Портрет президента, что примечательно, всё ещё лежал в углу на тумбочке.

Я тихо хмыкнул и, подойдя к столу, присел на ближайший стул.

– Я не разрешал садиться. – наконец-то произнёс ЧСВ-полкан вместо человеческого обозначения приветствия.

– А я не нуждаюсь в твоих разрешениях в этом вопросе.

– Во-первых, «ваших», – вот откуда это взяли анимешники! Теперь я это увидел! У чувака реально на виске вздулись сосуды в виде крестика! А я-то думал это просто художественны троп! – Тыкать будете дома.

– А, во-вторых, ты не настолько старше меня, чтобы я тебе выкал, – я осклабился и поставил локти на стол. – И совершенно точно не умнее.

– Вот как⁈ – скрипнул зубами полканчик. – И что же такому как ты дало право делать выводы о моём интеллекте?

– Банальнейшее сравнение, – как там говорится? Улыбайтесь – это раздражает. – Умный человек приходил ко мне раз в неделю домой, пил чай, рассказывал, что изменилось и что я должен знать. Затем забирал то, за чем приходил, давал распоряжение перевести положенные средства, и мы не виделись с ним до его следующей недели, если не случится какой-то экстренной ситуации. И конечно же умный человек обходился без безвкусного офиса на хрендцатом этаже за дохрена арендных денег и вполне справлялся ноутбуком и телефоном из квартиры. Про секретаршу модельной внешности я вообще молчу. А ещё умный человек хотя бы для приличия попытался вникнуть в обстановку на месте прежде, чем походя сносить то, что уже работает. Ещё можно добавить в сторону умного человека элементарной веж…

– МОЛЧАТЬ! – палкан вскочил со своего кресла и опёрся на столешницу, честно признаться, не маленькими руками. Видать, мальчик очень себя любит и много над собой работает в тренажорке. – Не тебе критиковать работу старших по званию! О том, как вас, уродов, распустил мой предшественник я ещё доложу куда следует! Совсем охренели! Я вас научу уважению! Вежливость, говоришь? Да ты вообще представляешь, кто я такой⁈ Я тебя в камере сгною, гнида! Я тебя…

Моя ладонь со всей силы обрушивается на стол и морёный, залитый эпоксидной смолой слэб с прекраснейшей инсталляцией и тот разламывается по волокну. Трещщина идёт до самой Т-образной начальственной части и полкан только и успевает что отшатнуться назад, пока безнадёжно испорченный шедевр ручной работы складывается книжкой обрушивая на пол всё не менее дорогое содержимое. Неловко вышло. Стол ломать я не собирался, но уж тут как вышло – так вышло. «Эффективный рационализатор» ещё не осознал, что произошло, а я уже стоял напротив его тушки, отпихнув ненужную преграду в сторону.

– Ты конкретно не с того начал, дятел. Давай по новой, всё херня. Я здесь на добровольных началах. Я тебе, сука, не служу и уж тем более не прислуживаю. Я хожу в параллельный мир и рискуя собственной шкурой достаю оттуда то, что достать могут считанные единицы людей на всей планете. Ты здесь нужен только затем, чтобы раз в неделю или реже собирать то, что тебе прислали в маленькую посылочку и отправлять наверх большим дядям в высоких кабинетах, не выёживаясь по поводу того, сколько материала получилось достать. Ты понял⁈ Резать наши гонорары я тебе, падла не позволю. Относиться к себе и другим игрокам как к скоту я не позволю тем более.

– Руки вверх! – звонко раздалось у меня из-за спины. Я оглянулся и увидел ту самую секретутку, которая смотрела на меня через мушку пистолета. – Я не повторяюсь. Медленно отойди на три шага в сторону и встань на колени.

– Нет. – ровным голосом ответил я, выбирая в своём инвентаре щит и готовясь вытащить его в любой момент. Но вместо этого хватаю за шкирняк бледного как полотно «полковника» и одним движением ставлю его между собой и пулями на вытянутой руке. – Стреляй.