Текст книги "Принцесса была прекрасная, проклятие было ужасное (СИ)"

Автор книги: Орхидея Страстная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Глава 16

Мужская рука уверенно скользнула у меня между ног, заставив раздвинуть бёдра, а вторая чувственно сжимала груди. Чуть подрагивая, я покачивалась и одновременно ёрзала ягодицами, ощущая желание. Своё, что свернулось горячим зудящим клубком внутри лона, и Хоакина, что напряглось и словно норовило вырваться из плена ткани.

Чуть повернувшись, я приоткрыла рот, позволяя владыке наградить меня глубоким чувственным поцелуем. Вот только если я забылась, пока он исследовал мой рот, даря волшебное наслаждение, Хоакин не отвлекался. Сперва спустил рукава моей кофты с плеч, сразу после стянул ворот под грудь.

Только сейчас до меня дошло, что мы занимались непотребствами средь бела дня так ещё и не в личной комнате. В которой не было кровати.

– Пойдём в спальню? – спросила я, когда мы сделали перерыв в поцелуях.

– Зачем? – лукаво спросил Хоакин, и я даже растерялась.

– Мы устроимся на полу? – уточнила я, не понимая.

– Нет, – хитро шепнул владыка. – Не обязательно заниматься этим лёжа.

Этот момент стал для меня откровением. Впрочем, я так и не смогла как следует над ним подумать – Хоакин проворно расправился с завязками на лифе и оголил мою грудь.

– Ах-ах! – выдохнула я, когда он смял и принялся массировать оба полушария.

Выгнулась так, что ему стало удобней заигрывать с моим ушком. Мне казалось, словно я попала в сладкий плен! Тягучая истома разлилась по всему телу. Бесстыдно раздвинув ноги, я мечтала, чтобы владыка прикоснулся ко мне и там, внизу.

И всё же одежда мешала. Собравшись, я смогла ухватиться за низ кофты и стянуть её через голову. Тут же ткань полетела куда-то вниз, к журналу, а Хоакин заставил меня сесть поудобнее и наклониться вперёд, ухватившись руками за подлокотники.

Скользнув рукой под мои трусики, он заставил меня вздрогнуть от одного лишь прикосновения. Нестерпимое царапающее желание медленно превратилось в мягкий обволакивающий огонь. Нежные поцелуи скользили по моей обнажённой спине, сводя с ума.

Языком и свободной рукой Хоакин словно выводил на коже таинственные письма, от которых страсть становилась лишь ярче.

– Ты так прекрасна, – шепнул он мне, и от его дыхания и слов всё затуманилось ещё сильнее. – Я правда теряюсь, что же с тобой делать. Мне хочется увидеть тебя в стольких позах…

– Тебе нравится… смотреть? – удивилась я, слегка засмущавшись. Почему-то днём всё казалось иначе чем ночью. Более близко, более открыто.

– Да, – подтвердил Хоакин, проводя языком дорожку вдоль позвоночника. – Мне нравится твоя великолепная спина – изящная, словно музыкальный инструмент. Мне нравятся твои упругие груди – сладкие, словно фрукты. Твоя нежная шея, которую ты будто специально подставляешь под мои укусы.

Про укусы я и не думала, но покорно наклонила голову, предоставив владыке больше простора. Это оказалось не больно – чуть жёстче, чем наши обычные ласки, но безумно возбуждающе. Одновременно Хоакин сжал мой сосок – у меня словно и внутри всё сжалось от нетерпения и предвкушения.

– Разденься, – скомандовал он, позволяя мне встать на дрожащие ноги. – Хочу рассмотреть тебя внимательно.

Указание я выполнила в считанные минуты. Просто стянула всё и увидела, как владыка сам стоит передо мной без всего. О да, теперь я его понимала! От одного вида этого сильного подтянутого мужчины у меня словно между ног потекло сильнее. Потянувшись, чтобы погладить себя, я в последний момент перехватила руку.

– Почему ты остановилась? – спросил Хоакин, вальяжно усаживаясь на диван.

Расставив ноги, он словно демонстративно показывал, насколько сильно хочет меня. Хочет войти своим большим и напряжённым, манящим и сладким… О богиня, о чём я думаю!

– Приласкай себя сама, – предложил владыка, вгоняя в краску.

Нерешительно, не зная, как делать правильно, одной рукой я сжала грудь, а другой попыталась унять зуд между ног. Пульсирующий, жадный, он желал вовсе не моих пальцев – лишь немного сдавался под моими неумелыми стараниями. Казалось, я возбуждалась ещё сильнее. И Хоакин, который смотрел на меня, тяжело дыша, тоже.

– Раздвинь ноги шире, – скомандовал он, и я повиновалась, чувствуя, как распалённого лона касается воздух.

Осторожно, я попробовала скользнуть внутрь себя пальцами, медленно и бережно вставляя их до предела. А потом вновь вернулась к бугорку между ног и ощутила, что ласки внезапно стали лишь ещё слаще. Груди хотелось сжать сильнее. Не выдержав, я застонала, запрокинув голову. И Хоакин тоже, непроизвольно лаская своё мужское достоинство.

– Иди сюда, – позвал он, и я повиновалась.

Мужская ладонь легла мне на затылок. Перехватив мой хвост, владыка потянул меня для поцелуя. Глубокого и опьяняющего. Бесстыдного и властного. Мне казалось, Хоакин сейчас словно повторяет движения нашего слияния. С той лишь разницей, что толкается языком мне в рот. А я почему-то схожу с ума от его движений и безумно хочу большего.

– У тебя такой сладкий ротик, что он сводит меня с ума, – оторвавшись от меня, заявил владыка, глядя на меня с жадностью. Как опасный хищник. – Если бы ты была не такой невинной, но я бы его…

– Что? – заявила игриво я, чуть склонив голову на бок. – Что ты хочешь сделать с моим ртом?

И, приоткрыв его, демонстративно облизала губы.

– Неужто совсем не боишься моих желаний? – хмыкнул Хоакин, почти готовый им поддаться.

– Я не против их узнать, – шепнула я с придыханием, и владыка сдался.

– Я до безумия хочу, чтобы ты сейчас встала на колени и поцеловала мой член. А потом взяла его в рот – настолько глубоко, насколько можешь. Я хочу поиметь тебя в твой очаровательный ротик, Роси. Но я прекрасно помню, что ты пришла ко мне не за этим и уважаю твоё мнение.

Боже, от одних только его слов всё тело охватил странный трепет. Я только представила, как смогу прикоснуться к Хоакину языком… там… взять его глубже, как у меня внутри всё перевернулось.

Немедленно опустившись на колени, я неуверенно коснулась его губами. Восторженный вздох мужчины стал мне наградой за смелость. Облизывая, словно огромный леденец, я постепенно заглатывала всё глубже и резче, а затем отпускала.

Между ног текло, несмотря на все мои попытки помочь себе. А может и благодаря им. Внутри словно всё сжималось от предвкушения. Хоакин вновь положив руку мне на затылок чуть направлял меня, но при этом не давил. Эту игру полностью вела я, как сама хотела. И сама приходила от неё в восторг, понимая, что скоро взорвусь.

– Стой, – внезапно потребовал владыка, до крайности напряжённый.

Нехотя я повиновалась, и в следующее мгновение уже оказалась в хитрой позе. Раздвинув мои ноги так, чтобы бёдра оказались на подлокотниках, Хоакин прижал меня и рывком насадил на себя. Мы слились в восторге, наконец, получив желаемое.

И без того доведённые до крайности, мы кончили ошеломительно быстро. Огонь, разлившийся по телу, вспыхнул ярким факелом и заставил нас прогореть, опустошая. Я кричала от восторга, ощущая последние, самые сильные толчки, а Хоакин лишь прижимал меня ближе.

Глава 17

Какое-то время мы в тишине приводили себя в порядок. Подозреваю, владыка просто специально выжидал, чтобы понять, как скорректировалось моё проклятие, потому что ни с того ни с сего вдруг спросил:

– Какого цвета мы тебе выбрали бальное платье?

– Голубое, – обречённо ответила я, точно помня, что остановились на ярко-синем.

– Выходит, ты исцелилась, – почему-то с тоской заметил Хоакин.

Я аж от возмущения задохнулась. Упёрла руки в бока, а владыка под моим укоризненным взором, заметно повеселев, уточнил:

– Не голубое, нет?

Взяв каталог, он нашёл нужную модель, спустился глазами к предлагаемым цветами и зачитал:

– Сапфировый.

Ещё раз глянув на мой возмущённый вид, Хоакин примирительно заметил:

– Но ведь уже близко? Почти синонимы?

Я лишь фыркнула и покачала головой. Почти! Тут до этого почти ещё нести бредятину и нести. Но, впрочем, голубой к синему явно ближе, чем красный к оранжевому. Так ведь?

– Значит, ещё один раз, и проклятие точно снимется, – подытожил владыка, но почему-то его самого это не радовало.

Безумно хотелось узнать почему, но я решила, что не стоит сейчас поднимать эту тему. Вместо этого решила осторожно потренироваться со своим словарём отдалённых синонимов вести светскую беседу.

– Ты рассказал, что летал на Красную Драконью кожу. Можешь описать в деталях?

– Красная драконья… – пробормотал Хоакин, а потом, сообразив, задорно расхохотался. – Медная Чешуя! Я туда не летал. Я там родился.

Информация оказалась, прямо скажем, неожиданностью. И, видимо, весь список незаданных вопрос отразился у меня на лице, потому что владыка сжалился и решил приоткрыть завесу тайны, что его окружала.

– На самом деле я сирота. До двенадцати лет меня воспитывала тётка, но потом и она скончалась. И меня буквально потянуло в этот момент с острова. Я зайцем пробрался на корабль и приплыл сюда. Прошлый владыка, к тому времени, уже занемог, и я несколько лет помогал ему с делами. А после его смерти источник перешёл ко мне.

– По завещанию? – уточнила я, вздёрнув бровь.

Ситуация выглядела для меня нелепо, но Хоакин лишь снисходительно пояснил:

– Меня же не просто так сюда тянуло. Титул владыки источника Боржоми передаётся не по крови. Мы все приходим по зову и сменяем своего предшественника.

– А правомерные наследники?

– У здешних хозяев не бывает детей, – уклончиво ответил Хоакин, а меня словно мешком муки по голове ударили.

Я настолько ошалела от новой информации, что даже допытываться до него не стала. Просто вдруг осознала, что никаких методов предохранения я не видела… не просто так, да? И девушки все уезжали, возможно, вовсе не от скуки.

– Роси? – позвал меня Хоакин, заметив мой пустой взгляд.

– Здесь? – отозвалась я, тряхнув головой.

В конце концов, подробностей я не знала, руку и сердце мне никто не предлагал, а детей… планировала, конечно, но это был не смысл моей жизни. Какой толк сейчас об этом беспокоиться?

Больше сегодня эту тему мы не поднимали. Я вела себя как обычно, Хоакин вёл себя удивительно тепло – даже на дела свои не отвлекался.

На следующее утро они, правда, навалились с новой силой и буквально погребли владыку. Но я не расстроилась и решила прогуляться. Тем более, у меня было много вопросов, которые я теперь могла в меру внятно выразить!

Сад перед домом я уже знала, как свои пять пальцев. Здесь обычно стояли тишина или колибри что-то напевали, но сегодня душераздирающе упражнялся в гаммах Любимчик. Впрочем, это почти мне не мешало. Ника и Кари я услышала ещё до того, как они появились в поле моего зрения. И, судя по всему, болтали они как раз обо мне.

– Давай её оставим? – требовала капибара, как будто итоговое решение о моём пребывании на острове принимал ягуар. – Она классная! Она очень любит меня гладить. И кормит вкусно и много! А ещё она нас понимает. Ну где мы такую ещё найдём?

– Не привязывайся, – пробормотал Ник с безграничным терпением. – Мне Роси тоже нравится, но она всё равно уйдёт. Как и все. И мы никак не сможем ей помешать.

– Эх, так жалко, что ты как всегда прав, – вздохнула Кари, и тут я решила, что пора триумфально появиться.

Глава 18

Раздвинув высокие кусты, за которыми подслушивала, я шутливо спросила:

– С какой это стати я пропаду?

– Роси! – тут же подпрыгнула прямо на своём товарище капибара.

– Не наглей, а то съем, – пригрозил Ник, лениво, но мы все знали, что никого есть он не собирается. Мы с Хоакином здесь всех слишком хорошо кормили.

Кари меж тем, соскочив на землю, задорно продефилировала прямиком ко мне. А на ходу уже спрашивала:

– Тебя уже исцелили от проклятия?

– Какое небо голубое! – вместо ответа заявила я. – И птички чудесно поют.

Капибара, задрав мордочку, с сомнением посмотрела на сизую хмарь, прислушалась к завываниям Любимчика и определилась:

– Не до конца, выходит. Но всё-таки уже близко.

– Ты почти права, моя замечательная свинка, – подтвердила я.

Ник прикрыл лапой смешок, но, к счастью, Кари этого не заметила. Она вообще собиралась снова забрать меня в рабство, вот только я прекрасно помнила всё услышанное.

Сев на травку, я позволила капибаре устроиться у меня на коленях. Принялась её наглаживать, чтобы расслабить и заболтать, а потом подкараулила момент и застала вопросом их врасплох:

– Так из-за чего вы решили, что я пропаду?

В саду тут же повисла напряжённая тишина.

– Ничего личного, Роси, – первым перешёл к серьёзной теме ягуар. – Просто все уходят.

– Но я вся не такая! – оскорблённо выдала я.

– Каждая думает, что она особенная – пожал плечами Ник. – Только проблема же не просто в девушках.

В этот момент он замолчал, словно не желая говорить дальше. Я вздёрнула бровь. Ягуар молчал, сомневаясь.

– Ник, ну Роси же можно знать? – жалобно попросила Кари, и стражник сдался.

– Ладно, раз уж ты нас слышишь, то будет честным тебе рассказать, – решил он и сообщил: – Гостьи Хоакина, как и ты, может и рады были бы переждать, чтобы стать женой владыки. Но снимая своё проклятие, вы никогда не задумывались, что не одни здесь прокляты? Есть какая-то древняя легенда… я не помню её, честно сказать. Однако заканчивается она тем, что владыка обречён на одиночество. Именно из-за неё в итоге все и уходят.

Меня второй раз словно мешком муки ударили. При мысли, что мне придётся оставить Хоакина почему-то сердце аж защемило. Не фантомной болью, а словно настоящей. Эту реальность мне принимать не хотелось.

– Но ведь почти весь сглаз можно разбить? – припомнила я, отчаянно сопротивляясь печальному итогу моего романа.

– «Почти», Роси, – акцентировал ягуар. – Ты очень правильно заметила.

А хотела сказать совсем другое! Но поди кому докажи…

– Это очень древнее и сильное проклятие, – намекнул Ник. – Вряд ли кто-нибудь из жрецов Курвосаки способен его просто взять и снять.

Умом я, конечно, это понимала, но сдаваться не собиралась. Даже не ради себя, а ради Хоакина хотелось попробовать. Вот только я не знала, что именно делать.

Дальше поговорить нам не дали – послышался шорох в кустах, а потом к нам вышел непосредственно владыка.

– Ты, оказывается, здесь сидишь, – удивился Хоакин, заметив меня. – И не скучно тебе с ними? Даже не поговорить ведь.

Кари, озадаченно глянув на нас обоих, уточнила:

– То есть владыка не знает, что ты нас понимаешь?

На полминутки в нашем уголке сада повисло молчание. В итоге я не нашла ничего лучше, как ответить:

– Ну вот как-то так!

– Боюсь, мне придётся тебя украсть у местной фауны, – сообщил Хоакин. – Приехали из ателье – с тебя нужно снять мерки.

– Ой, платья да?! – восторженно заявила капибара.

– Ты что, сдалась? Учти, с кринолином по кустам не побегаешь, – напомнил Ник.

– А можно мне тоже посмотреть? – не замечая его ворчания, попросила Кари.

Решив, что ничего страшного не будет, я встала прямо вместе с ней. Хоакин шёл впереди и сперва этого не заметил, но потом, почти у входа в дом повернулся ко мне и изумлённо заявил:

– С капибарой?

– Водосвинкой больше, водосвинкой меньше, – философски заявила я, хотя вообще планировала сказать про человека. – Всё равно она леди.

– Ох, так меня ещё и не называли, – засмущалась Кари.

Владыка ничего не сказал – видимо смирился, что я у него немного странненькая.

Глава 19

Работницы ателье оказались приятными женщинами немного старше меня. И, что удивительно, пришли не только с инструментом, но и принесли сразу несколько заказанных вещей.

– Владыка ваши размеры примерно обозначил, – сообщила одна, проворно обматывая меня сантиметром, когда мы этого самого владыку и выпроводили погулять.

– Очень примерно, – дополнила вторая, внимательно записывая результаты.

– Мы принесли с собой несколько готовых моделей. Если подойдёт – сразу сейчас на вас и подгоним.

С платьями оказалось сложно, а вот тёмно-зелёный костюм, который мне так понравился, сел хорошо. Блузка была свободная, юбка завязывалась на красивый бант, а жакет не предполагал застёжек. В общем, его мне оставили сразу. Вместе со шляпкой.

Нижнее бельё тоже нашлось подходящее, но там, как я поняла, они сразу держали всю размерную сетку на всякий случай. Мне так понравились полупрозрачные сорочки и шёлковые халатики! Я даже не стала переодеваться, когда сотрудницы ушли, пообещав в ближайшие дни подготовить остальные вещи.

Конечно, им я сказала, что сейчас оденусь, а сама… так и стояла перед зеркалом, любуясь своим отражением. Даже не заметила, как Кари выскочила из комнаты куда-то, оставив дверь приоткрытой.

– Роси, уже всё? – внезапно услышала я рядом голос Хоакина.

Вздрогнув, я не успела даже прикрыться, потому что владыка вошёл в комнату слишком стремительно. Мы так и замерли, в неловком молчании, глядя друг на друга. Взгляд мужчины жадно прошёлся по моей фигуре, и я вдруг поняла, что он уже видел меня и в более непристойном виде. И вообще это ведь нормально… для пар.

– Как тебе? – спросила я с осторожностью, чуть поворачиваясь, чтобы получше показать все прелести обновки.

А заодно и свои.

– Восхитительно, – ответил Хоакин словно заворожённый.

Осмелев, я сделала шаг к нему навстречу. Я-то уже предвкушала горячие объятия и жаркие поцелуи, как вдруг владыка помотал головой и сообщил:

– Спускайся в столовую, всё уже готово, – а потом просто смылся.

Одевалась в приличную одежду я в смутных чувствах, но решила не предавать этому значения. В конце концов, может он проголодался или хотел побаловать меня горяченьким.

Вот только ночью, когда я по привычке в темноте добежала до его спальни, та вдруг оказалась закрыта. На замок.

– Что это за дебош? – пробормотала я, недовольная возвращаясь обратно.

В общем, я и так привыкла засыпать только под тёплым боком владыки, а тут он меня ещё и разозлил… Прокрутилась я полночи, и на утро напоминала себе фурию или гарпию из сказок. Хоакину, кажется, тоже, потому что он миролюбиво спросил:

– Может быть, в саду качели поставить, чтобы было чем заняться?

– С диваном? – недовольно уточнила я.

– Двухместные, если хочешь, – сразу понял меня владыка.

С одной стороны, я здесь прекрасно себя занимала. В библиотеке я отсортировала только один небольшой стеллаж, Кари с Ником меня развлекали, и гулять я любила. Но ни одного повода отказаться от качелей я не нашла.

– С обзором фонтана, – потребовала я и, представив, как мы с Хоакином вместе на них нежимся, чуть сменила гнев на милость.

– С видом на источник, – подтвердил владыка.

Я думала, он соорудит их с помощью магии, однако Хоакин внезапно нанял в городке плотников, которые управились за полдня, закрепив конструкцию на крепких ветвях одного из садовых деревьев. Правда, вышло как-то топорно и не изыскано, но я побоялась об этом сообщить. Впрочем, владыка всё прекрасно понимал.

Пока я осматривала творчество местных мастеров, он приобнял меня со спины и лукаво поинтересовался:

– Простовато, да?

– Практично, – постаралась ответить я нечто тактичное.

И вот уже в дело вмешалась магия. За считанные мгновения бортики украсила затейливая резьба, и лишние опилки тут же унеслись куда-то по ветру. Цепи, на которых держались качели, оплели роскошные цветы. На сиденье упали мягкие подушки и длинный матрас нежно-розового оттенка.

– Теперь совсем другое дело, правда? – хитро спросил владыка.

Вместо ответа я просто потянула его за руку, к нашему новому романтическому уголку. Уютно устроившись в его объятиях, я с удовольствием неспешно раскачивалась. Хоакин бережно поглаживал меня, и в этот момент я казалась себе самой счастливой девушкой в мире.

И даже, наконец, начала понимать, почему отец так хотел выдать нас с сёстрами замуж. Ведь это так здорово, когда рядом с тобой любимый человек. У меня, правда, были отношения с неясным статусом, да и потенциальный жених немного проклят, но почему-то верилось, что всё решаемо.

Как оказалось, даже запертый ночью замок в спальню Хоакина.

Глава 20

Уткнувшись в закрытую дверь, я очень тяжко вздохнула и наугад попросила:

– А можно мне просочиться? Там очень сладенько и горячо.

Не знаю, кто меня услышал, но замок щёлкнул. Владыка посапывал и явно видел десятый сон, но мне это не помешало. Я просто юркнула под одеяло и тут же заснула. И спалось мне очень хорошо, хотя сквозь дрёму мне иногда казалось, что владыка постоянно ворочается.

Потянувшись с утра и распахнув глаза, я посмотрела на слегка помятого Хоакина и поняла, что мне не мерещилось.

– Удачно покемарил? – уточнила я ласково.

– Разве что покемарил, – усмехнулся владыка со странными эмоциями.

– Я тебя подняла?

Здесь Хоакин и вовсе рассмеялся, но немного мрачно. И подтвердил:

– Да, подняла. Но я не понимаю, как ты сюда попала? Замок, что ли вскрыла?

– Просто помолилась, – выдала я, сама дивясь метаморфозам своей речи.

– Кому? – опешил хозяин, и тут я не выдержала.

Потянувшись вперёд, я коснулась губами его губ. Намёк он понял прекрасно. Поцелуй получился жадным и страстным для утра. Более того, я почувствовала, что Хоакин совсем не против продолжить, вот только он сам же и отстранился первым.

– Так кому ты там молилась? Ты сама, что ли, жрица Курвосаки?

– Нет, я из Баи, – усмехнулась я, наконец-то чуть приоткрыв информацию о себе. – И я никому не молилась. Просто попросила меня впустить, и замок сам открылся.

Казалось, произошедшее хозяина сильно озадачило. Я думала, он не понимает, что происходит, однако владыка сообщил:

– Всё хуже, чем я думал, – и, не объяснившись, потянул меня на завтрак.

Как ни пыталась, так я и не узнала, что хуже-то! И кому оно хуже.

Зато во время послеобеденной прогулки меня нашла Кари и заговорщицким шёпотом сообщила:

– Я поговорила с Перотти.

– Что это? – не поняла я.

– Это местная долгожительница, черепаха Перотти, – объяснила капибара. – Её семья следит за историей острова. Она согласилась с тобой поговорить насчёт проклятия владыки. Нужно только подобрать момент, когда хозяин этого не заметит.

– Почему? – нахмурилась я, не понимая, что за прятки.

– Владыка не любит рассказывать о своих проблемах, – поморщилась Кари. – Да и ты ему не сказала, что нас понимаешь. Так что выбирай время, и пойдём.

Но всё оказалось не так просто, потому что Хоакин внезапно стал уделять мне слишком много внимания. Мы читали в библиотеке, качались на качелях, стреляли в тире. Он даже помогал мне наводить порядок в библиотеке и показал свою мастерскую артефактов. А потом с чего-то решил:

– Пойдём прогуляемся по городу. Прислали записку, что твою одежду подготовили. Давай примерим, чтобы лишний раз платья туда-сюда не таскать. К тому же уже купленные обновки надо выгулять.

Почему-то я чуть покраснела, в первую очередь подумав о нижнем белье. А потом вспомнила, что для прогулок по городу у меня же лежит костюм!

Не то чтобы я сильно хотела в люди, но понимала, что рано или поздно придётся знакомиться. Городок оказался совсем небольшим – мы дольше шли по саду Хоакина, чем до главной площади местного поселения, откуда уже виднелся океан.

Я думала, здесь будет тихо, раз люди приехали на лечение, однако вокруг царило праздное оживление – аристократы и богачи изволили кутить на отдыхе.

Небольшие компании выпивали на уличных верандах рестораций. Где-то вдалеке слышался стук каучуковых шариков по дереву – не иначе, играли в настольный теннис. А мимо нас проехалась дама на верблюде, которого вели под уздцы. И я бы почти не обратила на него внимания, однако он, бросив на меня взгляд, пробормотал:

– Опять туристы… да сколько можно.

Видимо, со стороны казалось, что я им слишком заинтересовалась, потому что Хоакин пояснил:

– Здесь катают гостей за определённую плату. Если хочешь, можешь тоже прогуляться.

– Благодарю, не стоит утруждаться, – помотала я головой, представив, что местный «аттракцион» всю дорогу будет на меня ворчать.