Текст книги "Инициация (СИ)"

Автор книги: Оратор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

– И чем тебе так ноги понравились? – смущённо спросила девушка через паузу.

– Длинные и крепкие. В Хорезме таких не делают.

– Ты просто мало времени провёл в Степи.

– Достаточно, чтобы понять: у тебя самые красивые, – отрезал парень.

– И что, ты правда готов на мне жениться? Спросила она, закончив обрабатывать последний обожженный участок.

– Я дал слово старейшине. Да и вообще… ты вполне себе ничего, – ответил он с улыбкой, но в следующую секунду почувствовал, как девушка сжимает пальцы на его плече.

– Ничего? Вот так, значит? Ответила она с наигранной угрозой. Если будешь шляться по бабам в эти два года лично убью.

– Любимая, спешу тебя разочаровать: бабы у меня в очереди идут аккурат после тварей-медведей, оленей, волков, рысей и бегемотов.

– Ты видел тварь-бегемота?

– Нет. Но вдруг встречу? – едва не рассмеявшись, отозвался парень.

– Слава, я серьёзно, – тихо ответила она, закончив со спиной и присев рядом с ним. Их взгляды встретились.

– Да ладно, ладно, не буду, – смягчился он. Разве что… может, напоследок?

– Ты так сильно хочешь умереть молодым? – А знаешь, я тут подумал… ну его в баню, примирительно выдохнул парень. – А если серьёзно: когда поженимся, жить будем у меня.

– Может, ты в Степь переедешь?

– Не-не, что-то пока я в вашей Степи только по спине огребаю.

– И что, вообще ничего хорошего не было? – спросила она игриво.

– Было, произнёс он и абсолютно невозмутимо положил руку ей на ягодицу.

– Тебе ведь сейчас больше больно, чем приятно. Упрямый, как осёл, покачала головой девушка, но без злости.

– Я потерплю, – придурковато улыбнулся Боеслав.

– Терпение хорошее качество для воина, парировала Алсу и нежно, но твердо убрала его руку. – Теперь тебе предстоит терпеть два года. С этими словами она поднялась и вышла из палатки. «Вот те на… – подумал Боеслав, утыкаясь носом в локоть. – Отцу расскажу – ржать будет, как конь».

Глава 16

Делегация Лютояровых простояла в чистом поле у крепости ещё три дня, пока к ним наконец не вышел боров Медведев. Шёл он медленно, его тяжело кренило во время шагов то вправо, то влево, вместе с ним отчеканивали сапогами по земле два десятка солдат от Нукеров до Витязей.

– Добрый день, уважаемый. Ответ от Ростиславичей пришёл? Не церемонясь крикнул Владимир ещё на подходе.

– Пришёл, пришёл. Отозвался Медведев.

Они говорят, что проступков за Вами не числится, грамота подлинник, а люди вы уважаемые, но… Надо бы уплатить за проезд, всё-таки по торговым делам справляетесь.

– Ну это само собой разумеется. Ответил недовольный Владимир. Сколько?

– А что везёте?

– Мутаген.

– Тогда возьмут товаром, одной трети от всего хватит.

– Ага. Хмыкнул Владимир, войны вокруг напряглись, руки у всех скользнули на ножны. – Вам и распоряжения Ростиславичи дали, сколько забрать? Документиком не поделитесь? Как увидим, вопросов больше не будет, честь по чести уплатим. Закончил Владимир, естественно, он никому не планировал отдавать такой большой пласт товара, просто сама ситуация казалась ему странной, а бегающие глазки борова давали понять, что тут что-то нечисто.

– Это закрытая корреспонденция, но если Вы уплатите налог и возьмёте ориентир в сторону Смоленска к управляющему дому Ростиславичей, Вам, может, и выдадут само распоряжение.

– Уважаемый, так дела не делаются, Вы задержали нас на три дня у стены, а теперь не хотите даже показать свои основания. Али вы забыли, что по табелю мы равные? Решили с нами обращаться как с чернозубыми крестьянами? Выкрутил надменность на максимум Владимир, не любил он разговаривать в такой манере, но его собеседник был явно из числа тех, кто понимает только такой язык.

– Как можно! Просто закон для всех един. Ответил Медведев, заливаясь потом.

– У меня ещё вопрос имеется, тут пастухи мимо проходили, мы с ними пошушукались, говорят, до Смоленска от крепости пять дней пути, как Вы тогда получили ответ за три?

– Бой! Крикнул Медведев и показал какой-то странный жест, в эту секунду пушка на стене угодила в расстояние между ними, словно ещё пристреливаясь.

Дружина Лютояровых к такому развитию событий была готова, Глеб и Ратибор дёрнули Владимира назад за свои спины, Ярополк же врубил ауру на максимум, превратив большую часть оппонентов в безвольных кукол, валяющихся на спине. В трезвом рассудке осталась лишь пара Витязей, но и это было тщетно, Ярополк не стал устраивать резню, тупо сделал рывок и схватил борова. Материализовавшись с ним уже у телеги, дал тому по ногам и поставил на колени, прижав к его горлу меч.

– Мы не хотим войны! Крикнул Владимир, выпрыгнув из телеги. Бояться пушки уже не приходилось, стрелять не будут, побоятся задеть Господина. – Мы пришли с торговлей, но обирать нас не позволим! Значит так, вы откроете ворота, и мы пройдём через крепость, как будем выезжать, вернём вашего Господина.

– Верните сейчас! Крикнул один из Витязей.

– Чтобы Вы нас расстреляли из пушки? Хер вам. Ответил Ярополк.

– Если с его головы упадёт хоть волос. Пригрозил тот же Витязь, Владимир заверил его, что такого не случится, затем тот отдал приказания стражникам, и их впустили в город-крепость. Мало того что его ворота были огромными, застилая весь горизонт, так ещё и сам город был торговым полотном, удивительно, что такое чудо контролировал всего лишь Красный род. Чем ближе к столице, тем больше странностей, заключил Владимир. Ради их проезда перекрыли несколько улиц, и все горожане смотрели на них с определённой долей страха, однако покинули территорию крепости они без проблем. Медведева отпустили, когда отъехали на два километра от крепости, то есть выйдя из зоны поражения пушки.

– У нас может хоть иногда всё идти ровно? Задал риторический вопрос Владимир.

– Если ровно в задницу, то может. Ответил Ярополк. Тот шибздик не может быть реальным владельцем этого богатства, может не Ростиславичи, но какой-то сильный род его крышует, он же не просто так три дня нас мариновал, мог сказать, что распоряжение уже есть.

– Мог. Это меня и смущает. Отозвался Владимир. Нужно взять самый короткий маршрут на пути в Новгородскую Губернию.

– Дальше быстрее поедем, там скверны нет, сможем через леса гнать, к тому же заезжать в крепости не придётся.

– Хоть что-то радует.

– Думаю, до следующей губернии доберёмся дней через пять. Отозвался Глеб, поймав на себе удивлённые взгляды, ответил. Так на карте же масштаб есть, вот я и посчитал.

– Ты считать умеешь? Удивился Ратибор, хотя скорее шутливо.

– Да иди ты, старый пень, тебе бы до Крыма дожить ещё. Ответил Глеб, а затем добавил: – А когда мы пастухов успели встретить?

– Так мы и не встречали, я решил рискнуть, тот в запале и не подумал. Ответил Владимир, всю команду Лютояровых накрыл смех, патриарх рода, был в своём духе.

В то же время Боеслав со Святополком уже освоились в десятке, улучшили свои навыки как наездники, пусть их уровень всё ещё был заметно хуже степняков. После происшествия в фантомной Зоне к ним начали относиться лучше и стали делиться мелкими хитростями, кто какие знал, где лучше подвернуться, как покров ровно лить, как укрепить связь с лошадью. Это было целое искусство. Заметив их стремительное вливание в коллектив, старик Октай приступил к обещанным тренировкам со Святополком. Только теперь к ним присоединился и Боеслав. Для того чтобы попасть на первую тренировку, им пришлось встать за два часа до рассвета, небо ещё не было светлым, но, конечно, темно не было. Придя, как и было условно, на тренировочную площадку за поместьем, они увидели старейшину без верхней одежды, в большом кожаном поясе, его мышцы, несмотря на возраст, не были дряблыми, напротив, закручивались канатами.

– Младшие приветствуют старшего. В унисон произнесли парни.

– Снимайте рубахи, надевайте ремни, обучать борьбе вас буду. Ответил старейшина, указав на два ремня, лежащих на столике чуть в стороне от площадки, на Боеславе ремень чуть висел, ведь, несмотря на свой рост, он был худоватым, а вот на Святополке, затянувшем ремень на максимум, он даже не спадал.

– Попробуйте меня сдвинуть. Улыбнувшись, дал задание Октай, сам чуть подсел, согнувшись в коленях, направил носки в разные стороны, ноги были на ширине чуть-чуть больше плеч.

Парни переглянулись, они привыкли бить оппонентов, а не толкать, но не растерялись, тупо подошли к нему вплотную, уперлись в тугой пресс и начали толкать. Сначала толкали по-обычному, потом упёрлись плечами и начали пытаться таранить, в конце с разрешения старейшины даже покрыли плечи покровом, но даже так не сумели сдвинуть его ни на сантиметр.

– Да как, как это возможно, вы же не покрыли тело покровом! Возмутился Боеслав.

– Тело не покрыл. Улыбнувшись ответил Октай.

– Старший, объясните уже, в чём дело. Задыхаясь, попросил Святополк.

– В ногах, если быть точнее, в пятках. Улыбнувшись ответил старейшина и одним толчком отбросил пацанов на другой конец площадки, которую они вспахали своими спинами, Боеслав только обрадовался, что корка превращается в кожу, а нет, опять ободранный.

– Когда воин готовится встретить угрозу, он должен быть устойчивым, поэтому нужно немного подсесть и выбрать удобную стойку. Затем нужно почувствовать землю, без покрова, без силы просто почувствовать, и затем уже, когда каждый палец будет чувствовать землю, направить равными долями покров, если где-то он будет сильнее, где-то слабее, то вас сдует даже ветер. Баланс кроется в правильном распределении.

– А атаковать как?

– Если цель сдвинуть? Тогда нужно менять углы. Поддел, толкнул, встал в полный рост, подсек ногу, схватил, кинул.

– Это как? Спросил Боеслав.

– А ты подойди узнаешь. Ответил Октай.

Делать было нечего, ругнувшись про себя, он подошёл к старейшине. И, последовав его советам, занял оборонительную стойку, почувствовал землю и направил покров по пальцам.

– Нет, не так. Ты встал прямо как я, но у нас разные телосложения, ты высокий, тебе нельзя подседать в таком углу. Вот и вот. Показал старейшина, направив его ноги куда надо. Так удобнее?

– Намного. Отозвался юноша.

– Святополк, подойди сюда и займи стойку. Позвал он второго юношу, затем сел перед ними и просто минут пятнадцать наблюдал, как ребята стоят, куда смотрят, как дышат, было ощущение, будто он изучает их пастух стадо.

– Святополк. У тебя просто огромные запястья, произнёс он, глядя на двенадцатилетнего парня, он был всего лишь метр шестьдесят, обычного телосложения, плечи шире среднего, но не сильно, а вот запястья у него были просто огромные, словно распухшиеся, это было следствие тренировок с тяжёлым оружием с малого детства. – Тебе подойдут захваты, долгие удержания, и силовые броски.

– Боеслав, у тебя очень подвижные суставы ног, для тебя будут идеальны зацепы. Произнёс старейшина глядя на война, который в свои четырнадцать уже был около ста восьмидесяти сантиметров, и перерос его. Затем Октай начал объяснять тонкости борьбы, захватов, подседов. Разъяснил ребятам, что центр тяжести находится в районе пупка, показал, как нужно группироваться при падении, какие существуют приёмы и какие есть контр приёмы. После чего объявил им вольный спарринг, первые две схватки уверенно забрал Боеслав, он был быстрее, ловче, каждый раз он позволял себя схватить, разворачивался и делал зацеп передней ноги оппонента, опрокидывая его спиной вниз. Однако, осознав, что у оппонента ограниченный список приёмов, Святополк сделал опять всё как в прошлые разы, только когда его соратник подвернулся, обхватил его двумя руками, подсел и бросил башкой вниз, Боеслав амортизировал приземление покровом, но приятного всё равно было мало, следующие две схватки тоже выиграл Святополк. Он начал крепче браться за пояс, обманывать врага и подсаживаться, когда Боеслав летел на него. Итоговый счёт оказался 3–2 в пользу Святополка, потрепанные ребята все в ушибах и занозах, растянулись на земле минут на пять, а когда вдруг осознали, что их десятка уже встала, хотели попрощаться со старейшиной. Только вот из ниоткуда взялась Яйлак и поставили им ультиматум, что отпустит только после еды, сил было потрачено много, поэтому пододный плен был воспринят однозначно положительно. Октай же отказался от предложения жены и продолжил тренироваться, с самого начала схваток парней он делал одно и тоже, стоял в стойке, поджав колени, и глубоко дышал, было чувство, будто это движение глубже, чем кажется на первый взгляд, но расспрашивать его парни не стали, вместо чего последовали за Яйлак.

Оказавшись за столом, перед парнями предстала уже привычная гора мяса, степные мужчины не очень жаловали овощи и фрукты, считалось, что силу воин может черпать силу только из мяса, оно укрепляло сухожилия и способствовало сохранению крепкого здоровья.

– Ешьте, ешьте. Подгоняла их Яйлак, сидевшая напротив, она решила ограничиться чаем и какой-то незнакомой парням сладостью с орехами.

– Едим. Отозвался Святополк. – У меня такой вопрос появился, а что делал дедушка Октай в конце?

– Отслеживал вражеское войско. Тяжело вздохнув, ответила женщина.

– Ясно. Ответил поражённый Святополк, прикидывая, что если лагерь не подняли по тревоге, значит, силы неприятелей были в сотнях километрах от них, и аура восприятия старейшины умудряется докатывать даже на таком удалении.

– Тётя Яйлак. Начал Боеслав, перенявший обращение товарища. – Возможно, это невежливо, но можно уточнить, какой ранг у вашего мужа?

– Ты верно заметил, Боеслав, это невежливо. Но ты через два года станешь родичем, так что это уже и не важно. Октай находится в ранге Багадора уже как сорок лет.

– Ух ты. Я видел войнов в этом ранге, но почему-то дедушка Октай казался мне намного сильнее. Удивился Святополк.

– Вы слышали о прозвище старейшины?

– Нет. Ответили парни в унисон.

– Абсолютный Багадор, его так прозвали за то, что он выжал максимум из этого ранга.

– А почему он тогда не пойдёт дальше? Для него этот прорыв стал третьим?

– Алсу будет непросто с тобой. Ответила женщина, улыбнувшись. Напрочь лишён чувства такта и инстинкта самосохранения. Октай уже тридцать пять лет находится на стадии закипания, он специально не прорывается на ранг «Титана». Мы обычный чёрный клан, нам нет нужды бороться за статус пурпурового дома с Едиге, они не чета вашим Хорезмским Юсуповым, у них в роду не один Титан, а целых семь.

– Жесть. Присвистнул Боеслав, а затем, чуть помедлив, вернулся к прозвищу старейшины и спросил: «Это значит, что ни один Багадор в империи ему не ровня?»

– Как и слабые Титаны. Кивнув головой, подтвердила женщина, Святополк чуть не подавился, не до конца веря, что так непринуждённо разговаривает и учится у такого человека.

– Но у меня есть для Вас более актуальные новости, молодой человек. Произнесла женщина, глядя на Боеслава. – Отец Алсу, мой сын Джабраил, обладатель довольно буйного нрава.

– Так и? Поменявшись в лице, спросил парень.

– Он находится в ранге Воеводы в тридцать два.

– И?

– Планировал выдать дочь замуж за внука старейшины Альнура.

– Святополк, ты был хорошим товарищем, жизнь прожил я достойную, пусть и недолгую. Заключил Боеслав.

– Хватит паясничать. Впервые на памяти Святополка, повысила голос женщина. – Если ты хочешь, чтобы свадьба через два года состоялась, ты должен сильно за них вырасти.

– Гридень в четырнадцать – это плохо?

– Это отлично, но если говорить откровенно, это хорошее дополнение к крепкому роду за спиной, если учитывать, что ты сын простого война, этого недостаточно.

– Второго лица в дружине. Заметил Святополк, его раздражало, что Ратибора называют «простым войном». – И, клянусь предками, я стоял в шеренге с его отцом, когда тот ровень в ровень, меч в мечь встретил Богатыря. Я думаю, ни один из ваших Витязей ему даже не ровня. Упрямо заключил Святополк.

– Дитя, ты можешь глубоко заблуждаться. Ответила женщина глядя на Лютоярова. – И это не меняет сути того, что по нашим меркам знатным мужем он не является. Заключила женщина уже мягче, она не хотела продавить парня, она хотела донести до него свою мысль.

– Хорошо, а если через два года Боеслав вернётся Витязем и макнёт сына старейшины башкой в землю? Заключил Святополк глядя женщине прямо в глаза.

– Это невозможно, внук Арслана старше на три года, а Витязей до восемнадцати я и вовсе видела лишь дважды.

– А я смогу. Ответил Боеслав. Мне понравилась мысль воткнуть внука старейшины, и звучит весело, вашу внучку, как я уже и говорил, после свадьбы заберу в Хорезм. Да, я не знатный, да, не внук крутого старика, но в отличие от местных я ходил в Зоны не на конях, а пешком, не пару раз, а больше десятка. Заключил Боеслав, Святополк давно понял, что в их личном разговоре количество ходок парень занизил, но тот факт, что он был больше десятка раза, удивил даже его. – Вы думаете, я Гридня взял за счёт красивых глаз? Вы думаете в бою на мечах уступлю вашим Гридням? Уже вышел из себя Боеслав. Да, он не планировал жениться на Алсу изначально, но она уже стала его, и он очень не любил, когда оспаривали его права на что-то.

– Вот это дух. Ответила женщина улыбнувшись. – Ну я запомнила, к свадьбе ты должен вернуться Витязем. Заключила женщина глядя на парней, они переглянулись и осознали одну простую мысль: их обули как лохов на необязательное обещание. Святополк тяжело вздохнул, подумав, что если отец узнает, будет долго и протяжно ворчать. Женщина сидевшая напротив была куда опаснее, чем добрая тётя, она все-таки была старшей женой самого видного старейшины, её хватка не удивительна. Было видно, что эта партия ей нравится не до конца, и если Боеслав через два года вернётся Гриднем, она сможет отменить свадьбу, а может сделать вид, что этого разговора вообще не было, если эта опция будет ей выгодна.

Глава 17

Лагерь Аргунов, спустя три недели.

– Урусовы близко. Произнёс Октай глядя на супругу. Его взгляд был направлен лишь ему известно насколько далеко.

– Насколько? Спросила Яйлак, обеспокоенно спросила женщина, чуть не уронив пиалу с чаем.

– Часов восемь пути, стянули несколько командиров с флангов, пробили северный участок фронта, идут за моей головой и нашим молодым поколением.

– Сколько высокоранговых?

– Три Багадора, десять Воевод, и двести человек низкорангового мяса.

– Может нам успеют на помощь.

– Не успею я встречу их один в поле. – Собери детей, уходите в Хорезм. Святополк сын своего отца, с ним вы не пропадёте, старейшинам передай что моё последнее слово отплатить роду Лютояровых с троицой за то что Вас приютили.

– Октай. Произнесла женщина имя любимого притронувшись рукой к его щеке. Любимый почему ты так уверен что умрёшь?

– Воевод много, Богатыри свяжут меня боем а те будут пытаться убить. Клянусь предками всех Урусовых тварей порву на кровавые ошмётки.

– Я никуда не уйду. Упрямо ответила женщина. Почему именно в Хорезм? И даже если туда зачем к Лютояровым, не лучше ли к Юсуповым?

– К ним в дом скоро придёт война.

– Откуда?

– Не ведаю, я видел своих предков этой ночью, они о том поведали.

Услышав это женщина заплакала к степнякам приходили предки ровно один раз перед неминуемой смертью, давая последние наставления.

– Уводи детей сейчас, вещей берите по минимуму.

– Я уже сказала что никуда не уйду.

– Мне плевать что ты сказала, клянусь КРОВЬЮ возразишь ещё раз я вырублю тебя и посажу на коня Дамира, дав распоряжение тому не останавливаться до самого Хорезма

Достойный воин должен встретить смерть один, если она настигнет его семью то предки его не примут.

– Хорошо! Я уйду, уйду. Запалакав ответила женщина но пообещай что заберёшь как можно больше жизней этих тварей!

– Я заберу их все, любимая. Отозвался мужчина, вели десятникам собрать всех у ворот мне нужно собраться с мыслями.

– Хорошо. Ответила женщина, смахнув слёзы с лица рукавом побежала вертишить десятников за этот месяц все дети сильно выросли особенно конечно выросли пришлые они ходили в Зону каждый день, чередуясь от десятке к десятки которая шла на разведку, глупые решили выиграть спор со старой женщиной, подумала Яйлак.

Через десять минут все стояли перед воротами, серьёзные и злые как пурпуровы тыари.

– Где старейшина? Вопрошал Тимур. – Скажите ему что мы встретим врагов как войны! Как гордые Аргуны, мы будем танцевать на костях наших врагов! Закричал он с непривычной уверенностью, чувствовалось что этих людей сбросили до изначального родого состояния, они не были готовы бежать они хотели пустить кровь врагам.

– Да! Закричал вечносдержанный Дамир. КРОВЬ за КРОВЬ!

– КРОВЬ за КРОВЬ! Подхватил весь строй, именно этими авиациями встречая старейшину, его шаги были тяжёлыми, взгляд яростный в глубине мыслей он уже встречал зверское количество врагов совсем один, гордый и бесстрашный.

– Тихо! Крикнул Октай, придавив аурой, всадники чуть не упали с коней, испуганно сделавших шаг назад. – Слушать моё последнее распоряжение, вы да вы все отступить в Хорезм! И мне плевать чего вы там хотите, погибнете Вы погибнут все Аргуны! Взгляните на себя Вы слабые! Никого в строю выше Гридня и вы думаете встретить их копьё в копьё? Да вы позор предков! Святополк сделать шаг назад из строя.

– Есть шаг из строя. Отозвался парень с новым шрамом на щеке, на груди у него красовался значок "двадцать два" с учётом прошлых трёх, глаза были уставшие, но готовые он знал что этот момент придёт ещё когда услышал от Яйлук чем занимался старейшина он наблюдал за ним и каждый день видел всё более обеспокоенное лицо, причина этого была ясна как день.

– У вас большое поместье?

– Никак нет! У нас есть бункер и мы отсроили казармы плюс есть дом наших союзников! Ответил Святополк зная о чём пойдёт речь.

– В таком случае назначаю тебя двухсотником Аргунов! Знай с этого момента ты ответственен за всех их жизни, если они умрут я найду тебя в чистилище и отомщу, а если выживут весь клан Аргунов будет тебе должен! Подойди сюда. Произнёс старец, Святополк не стал спорить спешился и подошёл, чувство было странное он уже привык проводить верхом больше времени чем стоя.

– Это знак. Произнёс мужчина прикрепляя на его грудь новый знак, он святился непонятной энергией а сзади было изображение самого старейшины написаны на нём было число "200".

– Изображение сзади показывает кто назначил. Пояснил мужчина. А теперь прощайте кровь от крови! Произнёс он глядя на детей. Я не знаю как сложится ваша судьба, не знаю как сложится будущее клана, но несмотря на слабость тел, я вижу огонь в ваших сердцах несите его во имя Аргунов! Во имя предков! И передайте эту искру своим детям! Вперёд! Вперёд! Вперёд! Крикнул Октай, все отдали ему воинское прощание, прижав руки к груди и крикнули:

– Да благословят вас Первопредки! Отдали он протяжный вой и не глядя назад безумно поскакали вдаль, женщины поскакали вслед за ними, а вёл всех ещё месяц назад никому неизвестный пришлый, ирония судьбы как всегда зашкаливала, с ним рядом скакал Боеслав, Бояр с которым они успели сдружиться, Дамир, Яйлак поравнявшаяся с ними, и что самое удивительное Тимур после того похода в фантомную Зону он засунул гордость в задницу и начал тренироваться ещё крепче прошлого. Они старались не глядеть назад слишком велик был ризк не сдержаться и поскакать назад.

Когда десятники скрылись за горизонтом, Октай развернулся и направил своего жеребца по кличке «Тварь» к ровной опушке. Конь под стать хозяину: с ужасным норовом, яростными глазами и мощью, способной растоптать медведя – именно от этого жеребца был рожден тот конь, что ныне носил под седлом Святополка.

Старейшина выбрал место битвы заранее. Спешившись, он сел в позу лотоса прямо на траву и закрыл глаза. Началось глубокое, размеренное дыхание. Он ждал. Он был готов к последней сече.

Долгие восемь часов небо сменило свой оттенок, с рассветного золота переходя в зенитное сияние, когда землю вдруг затрясло. На горизонте показалась пылевая завеса. Впереди элитного отряда скакали трое Багадоров, племянники главы клана Урусовых, все в расцвете сил – от сорока до пятидесяти лет. За ними стелилась свита из десяти Воевод, а замыкала процессию сотня низкорангового мяса.

Октай поднялся. Его аура хлынула наружу, сжимая воздух до состояния твердого камня. Давление было настолько плотным, что землю вокруг стоп старика продавило ямами. Тех, кто был слабее Витязя, сплющило мгновенно: их сердца лопались, не выдержав чудовищного резонанса. Витязей и Богатырей просто вжало в седла, лишая воли.

– Октай! Сегодня твой последний день! – проревел центральный Багадор, Улуйбек Урусов.

Но прежде чем он закончил фразу, «Тварь» сорвалась с места. Лошадь под Улуйбеком подкосилась – жеребец даже не успел испугаться, когда голова его хозяина уже покатилась по пыльной траве. Октай двигался не как человек – как размытое пятно стали и ярости.

Двое оставшихся Багадоров ударили синхронно. Октай, изящно уйдя от первого выпада, принял второй на бок своего коня, укрепленного толстым слоем Покрова. В то же мгновение он всадил свой меч в руку всадника. Рывок – и старейшина уже оказался в самой гуще Воевод.

– Сдохните! – выдохнул он, сворачивая шею одному из нападавших.

Тьма мечей сошлась в одной точке. Кольчуга Октая треснула, холодная сталь вошла в плоть. Жидкая кровь залила морду жребца, но старик даже не моргнул. Он вырвал меч, который пробил ему легкое, и с хрипом развернулся к двум наседающим Багадорам.

Тот, что был с раненой рукой, ударил по «Твари» аурой. Верный конь, спасая хозяина сбросил его с седла, и ударил по голове Багадора, но тот лишь пренебрежительно фыркнув добавив давление второй ауры, которая превратила "Тварь" в кровавую лужу. Октай же отлетел на сотню метров, прокатившись кубарём, и пересчитав каждую точку башкой. Но сразу подскачив на ноги вырвал из земли огромное дерево вместе с комьями переплетенных корней и, взревев, швырнул ствол прямо под копыта вражеским скакунам, которые уже проследовали за ним. В этой сече не было хитрости, двойного дна, потайной цели, просто звериная ярость, и твёрдая сталь.

– Идите сюда, шакалы! Я вас всех перегрызу! – старик безумно рассмеялся, обнажая окровавленные зубы.

Враги навалились разом. Октай закрыл глаза и позволил энергии течь. Он сорвал печати, которые держал закрытыми десятилетиями. Каналы, застоявшиеся на прошлом ранге, вспыхнули. Октай переродился.

Его тело охватила черная, пульсирующая энергия. Все старые раны, которые затянулись за счёт регенерации но не в полной мере, мгновенно затянулись.

Перепад силы был настолько колоссальным, что старик едва не сошел с ума, превратившись в бездумную тварь, но воля Абсолютного Багадора удержала его на грани. Он стал Титаном. Сила нового ранга ударила по полю, как молот. Багадоры и Воеводы рухнули с коней, словно беспомощные щенки. Октай пошел по кругу. Он двигался медленно, каждое движение давалось с трудом – сердце билось на трехстах ударах в минуту, разрывая сосуды. Он не видел врагов, не чувствовал боли, перед глазами уже плыла белесая пелена.

Голова последнего врага слетела с плеч. Старик рухнул на колени. Внутренние органы, проплавленные собственной мощью, начали отказывать, затем и вовсе проплавив плоть, вырвавшись наружу. Но он умирал долго. Минут пять он ещё находился в сознании, глядя в пустоту. Он не видел трупов вокруг. Он видел предков, стоящих в сиянии бесконечной Степи. Они звали его домой. Старейшина закрыл глаза с безмятежной улыбкой. Он свою задачу выполнил.

В то же время в Хорезме два огромных отряда упёрлись друг другу в морду, одни несли знамя Чосовых, другие Сабуровых, Михаил встретил взглядом Угэдэя, его взгляд был обезумевшим, прежний прагматизм и стабильность куда-то делись, но от них буквально воняло новой силой, Угэдэй не мог понять откуда она, Сабурову, чтобы прорваться на новый ранг, нужно было пройти через мясорубку пурпуровой зоны, этот шаг был не в его духе, значит, это был просто безумно дорогой рафинад, поднявший его до пика Багадора.

– Ты хотел поговорить? Вопрошал Угэдэй, глядя прямо на Михаила, тот нервно почёсывал руку, его взгляд становился всё более пугающим, словно кто-то выбил тормоза.

– Нет, Угэдэй, я здесь не для того, чтобы разговаривать, пора сломать баланс Хорезму, много двух чёрных кланов, и мало одного пурпурового.

– Ты безумен, я не хочу войны. Если дело в прибыло, то…

– Не в прибыли дело! Сука! В какой нахер прибыли, Сабуровы, властители этой земли! Мы перережим Вас одним за другим. Бросил Чосов, за спиной у него было полторы тысячи войнов, за спиной Угэдэя – пятьсот, он не ожидал, что Сабуров соберёт столько наёмников, это было безумие, он нанял половину красных родов, Сабуров не должен был обладать такими средствами, это невозможно…

– Нам ни к чему война! Крикнул старик. Если у тебя есть ко мне вопросы, реши их как мужчина в дуэли! Крикнул он.

– С удовольствием! Иди сюда, давай схлестнемся! Ты не представляешь, какой костью был в моём горле! Ещё в горле моего отца! Кричал он как обезумевший.

– По каким правилам бьёмся?

– Нам ни к чему правила. Хищно крикнул Михаил.

– Джучи, ты далеко спрятал семью? Вопрошал Угэдэй, нагнувшись к уху сына.

– Да, отец. Ни одна тварь не найдёт.

– Добро, помни мои заветы, отходи с армией сейчас, не жди исхода битвы.

– Я не…

– Ты можешь!! Приказы патриарха не обсуждаются.

– Нашушукались? Насмешливо спросил Михаил.

– Это не твоё дело. Ответил Михаил и, больше ничего не говоря, полетел в атаку на запредельной скорости, Угэдэй сменил меч на копьё, с довольным видом заметив отступление сына, и бросился вперёд. Он был опытным воином и точно знал, что был сильнее оппонента, уверенность того списывал на какой-то артефакт, поэтому выкрутил ауру восприятия на максимум и покрыл тело покровом. Неравномерно, как делают многие новички, налил побольше в области уязвимых зон: глаза, пах, голова, поменьше, например, в ноги, куда может прийтись критический удар, но мгновенно не убьёт, по такому же принципу обмотал жребца и неспеша двинул вперёд, концентрируя взгляд на руках Михаила, и он оказался прав, в один момент он достал странную колбу. Угэдэй решил раздавить её аурой, но произошло немыслимое, она не поддалась, а Михаил, выпив содержимое залпом, вспыхнул ровным чёрным сиянием, разве что его левая рука сильно распухла, став в два раза больше, и белки глаз стали пурпурового цвета. Михаил стал Титаном. Когда Угэдэй понял, что произошло, они уже обменялись ударами копьев. Удар сердца, и под Михаилом завалилась лошадь, а Угэдэю лишь задело левое плечо, существенно, но терпимо. Он развернулся и полетел на врага, но тут будто впечатался в стену, это была лавина покрова, его откинула на метра два, но приземлился воин ровно и сразу выхватил меч, опыт давал о себе знать. Затем его настиг Михаил, его удары были безумными, быстрыми, резкими, но на таком уровне сказывалась не самая крепкая база, там, где он делал пять движений, Угэдэй делал три, поэтому умудрялся не то что не проигрывать, но и сдерживать оппонента.