сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)
Гермиона ничего не ответила, лишь улыбнулась. Она всегда была рада видеть Гарри, ведь для них никогда не существовало ни времени суток, ни каких-либо других неудобств. В любой момент он или она могли наведаться друг к другу и у них не было ограничений, рамок, которые они могли бы выдвинуть. Их дружба была простой, крепкой и построенной на века.
— Я хотел бы поговорить с тобой, — сказал Гарри и перевёл взгляд на Драко, — наедине!
В этот момент Гермиона почувствовала как рука Драко соскользнула с её талии и она даже слышала его ухмылку. Закатив глаза, Гермиона знала, что он сделал только что, точно так же.
— Гарри говори при нём. Мне нечего скрывать от Драко и потом, мы находимся в его доме и это просто невежливо, — последнее слово она сказала намного тише, словно смущалась или показывала это специально для Гарри, чтобы смутился он.
И это сработало, друг опустил взгляд и немного отошёл назад. Непроизвольные, неловкие движения говорили о том, что Гарри понял о чём говорила Гермиона.
— Ты сказала сегодня, что выйдешь работу в Министерство и позже я подумал, что тебе бы не стоило пользоваться камином, — он не договорил, как снова появился этот звук, издаваемый Малфоем.
Всё было так неуместно, но в тоже время всё, что говорил Гарри было привычно для Гермионы. Это было его навязчивое беспокойство, чрезмерная забота, сдобренная неуместными фразами. Тактичностью её друзья никогда не обладали и Гермиона к этому давно привыкла, а вот Малфой реагировал иначе.
Ей хотелось ему всё объяснить, прямо здесь, но она знала, что это бесполезно. Драко уже заключил вердикт и переубедить его в чём-либо было сложной задачей.
— Так вот, не стоит пользоваться камином, потому что Малфой всё ещё под арестом и каминная сеть отслеживается. Более того, если ты соберёшься аппарировать, то лучше это сделать за воротами, потому что...
— Потому что Грейнджер, героини войны, негоже общаться с подобными элементами. Поэтому пока ты здесь, стоит подумать о своей безопасности и не запачкаться, — Драко перебил Гарри и сказал это резко, грубо и, развернувшись, пошёл в обратную сторону, в сторону холла.
Он уходил спешно. Вероятно, чтобы подняться к себе в кабинет и зарыться в собственных бумагах. Девушка хотела окрикнуть его, и даже дёрнулась чтобы схватить его за руку и развернув, посмотреть ему в глаза и сказать, что всё что сказал Гарри - это просто беспокойство о ней. Всё слова это его неуклюжая забота. И плевать на общественность, теперь она это знала точно. Её резко перестало волновать всё, что происходит там за пределами поместья, и как только она подумала об этом, всё стало предельно ясно.
Гермиона видела как он уходит, но продолжала смотреть уже на пустое место, на то, в котором только что был он. Вздохнув, девушка развернулась и посмотрела на своего друга.
— Гарри, я понимаю ты заботишься обо мне, но я знала это и знала, что если буду пользоваться камином ежедневно для того, чтобы перемещаться на службу, то это не останется незамеченным. Как я могла этого не знать?
— Просто когда всё это закончится и вы решите этот вопрос, — он перевёл взгляд туда, где был кулон, — твоя жизнь должна остаться прежней.
— Она никогда не будет прежней, — тихо сказала Гермиона. — Понимаешь, ещё несколько дней назад я думала так же как ты, что когда сниму этот кулон, жизнь станет прежней. Что я стану снова свободной и смогу делать свой собственный выбор, не зависеть от какой-то магии. Но больше ничего не будет как прежде. Понимаешь? Всё уже изменилось!
— Но вы же нашли решение? Вы же его нашли?
— Да, но это решение, оно поменяет мою жизнь, перевернëт с ног на голову.
— Но вы сможете его снять?
—Да, мы будем свободны друг от друга и магия не будет нам указывать, что делать, но в моей жизни навсегда будет Малфой.
— Я не понимаю. Тогда может стоит поискать другие варианты. Я нашёл одного...
— Гарри нет! Не нужны никакие варианты, пожалуйста, —она сделала несколько шагов вперёд и положила свою ладонь на плечо друга, при этом заглянув ему в глаза. — Ты заботишься обо мне так же, как я о тебе, но не нужно больше так делать. Мне плевать что Малфой всё ещё под арестом, я нахожусь здесь по своей воле и несмотря на то, что нас связывает магия, я здесь не только поэтому.
— Ты уверена?
— Да, теперь уверена.
— Добрый вечер, Гарри.
Гермиона дёрнулась и сделала несколько шагов назад.
— Я рада вас снова видеть. Может быть чаю?
— Нет, спасибо, Миссис Малфой. Я пришёл к Гермионе буквально на пару слов. Я уже ухожу, служба.
— Днём и ночью, днём и ночью, — проговорила Нарцисса.
— Да издержки профессии, — спокойно сказал Гарри. — Я, пожалуй, пойду, Гермиона.
Девушка обняла друга и, улыбнувшись на прощанье, быстро прошла в сторону холла. Всё что она хотела, так это поговорить с Малфоем, объяснить ему ситуацию и сказать, что его реакция является странной, потому что нужно уметь контролировать себя, а свои эмоции не стоит выпускать наружу. Это выглядит странно и она, поднимаясь по ступенькам, проговаривала речь. И это тоже было странно. Гермиону беспокоило о чём он подумал, что он сейчас делает и какое у него настроение. Девушка беспокоился о нём, только о нём.
Когда шаги Гермионы стихли, Нарцисса подошла ближе и, заглянув в глаза Гарри, спросила:
— Всё в порядке?
—Да, удивительно, но да.
— Что вас удивляет Гарри?
— Потому что вы всё поняли, намного раньше, чем я и чем Гермиона.
— Да, осталось только за моим сын.
— А он ещё ничего не понял? — спросил Гарри.
— Нет, он очень упрямый.
Гарри кивнул и, улыбнувшись, вошёл в камин.
***
Гермиона вошла теперь в их спальню и поняла, что Драко здесь нет. Все вопросы, которые она приготовила и заготовленные на них ответы, всё что она хотела ему сказать, осыпалось, словно конфети и уже не имело никого смысла.
Девушка подошла к кровати и, сев на неё, впилась ногтями себе в коленку и, процарапав дорожку, вцепилась в подол платья,.накрутив себе на указательный палец жгут, нервно сжала его.
— Ну где же ты Драко? — тихо прошептала она.
Гермиона откинулась на спину, смотря в потолок и ей стало так тоскливо.
Она чувствовала всем телом мягкость этой постели, прикосновение бархата и его запах, но отсутствие его было для неё таким явным, что сердце пропускало глухие удары. В животе что-то скрутилось и ей стало казаться, что она смотрит на потолок уже вечность, а время стоит на месте, будто оно больше никуда не бежит.
Девушка закрыла глаза и расправила свои руки настолько широко, насколько могла. Она представляла себя морской звездой, которая лежит на глубине океана. Но Гермиона не была звездой, потому что не была хищницей и потому что ждала его не чтобы напасть, а чтобы просто быть рядом.
Гермиона нахмурилась от собственных, непонятных мыслей и, открыв глаза, сказала:
— Во всём виноваты Малфои.
***
Нарцисса вошла без шума, передвигаясь подобно лебеди по водной глади, и когда она коснулась плеча сына он даже не вздрогнул.
— Я знал, что это ты, — тихо сказал он. — Я не слышал тебя, но знал, что ты идёшь. Это странное чувство из детства. Я никогда не слышал твоих шагов, но знал, что это ты.
— Конечно, ведь ты мой сын, — Нарцисса обняла его и, присев рядом, положила голову на его, уже взрослое, плечо. — Ты так вырос, но мне всё кажется, что ты ещё ребёнок.
— Я всегда буду твоим ребёнком. Ничего не меняется. Просто я становлюсь старше.
От этих слов мать улыбнулась.
— Знала, что найду тебя здесь.
— Я не прятался.
— Не прятался от меня, но ты спрятался от неё. И, вероятно, она тебя ищет.
— Я не думаю.
— Я знаю Драко, и ты можешь сколько угодно избегать этого разговора и пытаться закрывать на всё глаза, но всё что у вас происходит с Гермионой...
— Не надо, мама.
— Ты не мог не знать, что сердцевина цветка должна меняться точно так же как и листья, но у вас она была одинаковая!
— Потому что мы связаны магией, — перебил её Драко.
— Магия думает, что мы муж и жена.
— Не всегда муж и жена имеют одну сердцевину у этого цветка. Ты же знаешь, что это означает, Драко, ты читал.
— Да, я читал.
— Тогда почему ты пытаешься отрицать очевидное?
— Потому что, как только мы сможем снять кулон, она уйдёт. Гермиона этого так хочет, что идёт даже на крайние меры. Она хочет быть свободной и делать свой выбор.
— Тогда просто жди и она сделает свой выбор.
— Не понимаю.
— Драко, — Нарцисса коснулась его волос и нежно погладила по голове. — Просто не чуждайся чувств, которые появились у тебя и посмотри на неё так, как ты смотришь когда она не видит, забудь всё, что было до того, как всё случилось. Ты вырос и стал самим собой. И я горжусь тобой.
— Я устал от борьбы, страха, страдания и выбора.
— Я знаю, — тихо сказала мать. — Но это последний прыжок.
— Потому что потом я разобьюсь, — Драко издал нервный смешок.
— Нет, перед этим у тебя вырастут крылья.
Драко помотал головой, он не понимал о чём говорит его мать, но знал, что она права в одном: он не может сопротивляться чувствам, которые, зародившись, просились наружу.
— Я пойду, — она встала и пошла к выходу.
Драко так и остался сидеть на той самой скамейке, на которую он прибегал в детстве, чтобы побыть одному, когда ему становилось грустно или страшно. Он всегда приходил сюда, в эту часть сада. Прячась в тени деревьев и кустов, часами сидя на лавочке, которую когда-то для него наколдовала мать. Это было его место, в котором он приходил в себя и восстанавливал свои силы.
***
Гермиона лежала в ванне и вдыхала аромат, который ей напоминал, как они в детстве с родителями проезжали в лес. Прохлада хвои согревала изнутри, а от чистоты воздуха начиналось головокружение.
Девушка слушала журчание воды - эта музыка уносила её на задворки сознания, и она вспоминала эпизоды из своего детства: счастливую улыбку мамы, серьёзного папу, который занимался сбором палатки, трели птиц и даже увидела голубое небо, такое чистое без единого облака и кроны величественных деревьев.
Гермиона почувствовала, как её подбородок погружается в тёплую воду и, распахнув глаза, вынырнула.
Прошлое было позади, она выросла и от родителей остались только воспоминания, только подумав об этом её сердце сжалось, но тут же продолжило свой ритм. Гермиона смирилась со своим прошлым и только сейчас она осознала, что у неё впереди будущее и пусть оно неизвестное, зыбкое, но оно есть.
Девушка встала, вода стекала по её телу струйками. Как только её стопа коснулась мраморного пола, как на кромке в ванной появилось полотенце. Гермиона улыбнулась.
Ванная как и всё в мэноре было зачарованно. Стены были пропитаны волшебством, магией и сочились из каждого уголка. Всё это напоминало о том, что здесь живут исключительно волшебники.
Гермиона взяла мягкое, бежевое полотенце и промокнула им лицо, глубоко вдохнув аромат. Он был тонким, практически еле уловимым, но как только она вдохнула его, то в её сознании сразу возник он. Девушка так отчётливо увидела картинку: как Драко сидел за письменным столом и что-то старательно выводил, каждую букву. Она увидела его опущенные веки, дрожащие ресницы и сосредоточенное лицо.
Гермиона подошла к большому напольному зеркалу запотевшему от тепла, которое захватило комнату и ладонью протёрла его, проявляя своё мутное отражение. Она встретила себя с улыбкой.
Девушка подошла к высокому зелёному стулу и, нагнувшись, коснулась пальцами своей одежды, но так и не взяла её.
Взяв лишь волшебную палочку, лежавшую на этой пирамиде из ткани, и крепко сжав её она пошла к двери и открыв её вошла в спальню.
Девушка стояла в проёме между ванной и спальней и смотрела прямо на него, Драко был в комнате и сидел на краю кровати. Его лицо было спрятано в ладонях, а его обнажённая спина была сгорблена. Даже на расстояние девушка могла пересчитать его позвонки, которые торчали словно хребет боевого дракона.
Драко услышал её, и убрав ладони от лица повернулся.
Они смотрели друг на друга и в этот момент ничего, кроме них не существовало. Был только он и она, а между ними было что-то, чего они боялись. Каждый из них боялся впустить чувство и забыть о том, что кто-то из них когда существовал по отдельности.
— Почему ты ушёл?
— Потому что он прав. Мне нужно было время, чтобы обдумать.
— Нет, Драко, всё это намного проще.
— Проще? Всё что мы придумали, это опрометчиво! И что будет потом? Поттер он прав. Ты не можешь пользоваться моим камином, как и аппарировать из моего поместья. Это станет достоянием общественности, и все узнают, что ты общаешься с пожирателями. А потом у тебя родится ребёнок, и возможно у него будут белые волосы или ещё какие-то приметы. Ну мало ли.
— Мало ли?
— Всё это сопоставимо Грейнджер. Ты же умная. Наша жизнь уже не будет прежней и если моя уже шла под откосом, то твоя нет.
Гермиона помотала головой, она даже не поворачиваясь положила волшебную палочку на комод, и уверенными шагами пошла вперёд, крепко прижимая полотенце к своему телу.
— Послушай, всё что ты говоришь это так, но разве у нас есть выход?
— Именно это тебя и интересует. Выход из этой ситуации, но то что мы придумали это не выход. Уж лучше если я пострадаю.
— Нет, я этого не хочу, — Гермиона подошла к нему и на на корточках присела рядом, продолжая плотно прижимать полотенце. —Драко, посмотри на меня, пожалуйста, — её голос стал нежнее и он посмотрел в её тёплые карие глаза. — Послушай, всё, что случилось, оно уже произошло и ничего уже изменить нельзя. Моё безрассудство привело меня к Паркинсон и я думала, что тогда нашла разгадку. Была уверена, что справлюсь с ней. Твоя мама, она действительно спасла мне жизнь и всё, что она сделала это было во благо. Да, это удивительно, что теперь мы связаны с тобой и этот кулон, он диктует нам свои условия, но сейчас это не то... Понимаешь, я не уверена, что это магия.
Она видела как Драко сосредоточился и у него проявилась глубокая морщинка, которую она раньше не замечала. Девушка коснулась пальцем морщинки между бровей и провела по ней, словно по какому-то пути и, проскользнув до кончика его носа, преодолела новый путь, до его губ. От этого Драко приоткрыл рот касаясь её кожи своим тёплым дыханием.
Он поднял руку и схватил её за кисть другой руки. Одëрнув пальцы от его теплых губ, Гермиона растерялась и хотела приподняться, убежать в ещё открытую дверь ванной комнаты. Хотелось громко захлопнуть её и остаться в том тёплом помещении в котором ей казалось, что она была счастлива.
«Может быть, это всё иллюзия, все эти чувства – это лишь выдумка и мне это всё кажется?».
Драко сжал её кисть и притянул на себя, девушка очнулась от мыслей. Он наклонился и их носы практически соприкоснулись.
— А если ты очнёшься от этого сна, в тот самый день, когда снимешь этот кулон и поймёшь что ничего нет? Раны заживают долго, Грейнджер.
— Почему ты говоришь обо мне? Ты всегда говоришь обо мне. Что я пожалею, что мой план хреновый, — тон девушки становился выше. — Ты всегда говоришь только обо мне, а что ты? Что ты чувствуешь? Это всё магия, да? Там, внизу, это была магия, и то, что мы с тобой общались – всё это мне показалось? — девушка вырвала руку и встала.
И в этот самый момент она забыла про полотенце и оно выскользнув упало к её ногам.
Гермиона молчала и не знала что делать. Поднять это полотенце и снова завернуться, а может быть извиниться или бежать в ванную комнату захлопнув дверь и не выходить до тех пор пока он не уйдёт. Но она просто стояла и видела как его взгляд скользил по её телу. Он даже не стеснялся, Драко будто бы трогал её взглядом, медленно и мучительно, а она продолжала стоять.
— Я ничего не говорю о себе, потому что мне нечего терять. Как бы со мной не поступила судьба, больнее мне уже не будет. А чувства – это не позволительная роскошь для меня, особенно чувства к тебе, такой как ты.
— Что? Чувства, ты сказал это, — девушка будто забыла про свою наготу. — Такой как ты. Всё просто, моя кровь...
— Нет, это не потому что ты магглорождённая, а потому что я тот, кто мог истреблять таких, как ты. Потому что я на обочине этой жизни, а ты в первых рядах Грейнджер.
— Пялишься на меня, — тихо сказала она.
— Да, — и она даже не успела опомниться, как он протянул её на себя, а его ладони скользнули по её телу.
Драко практически не прикасался. Его ладонь скользнула от её позвоночника, слегка коснувшийся ягодиц и прошла ниже. Кончиком носа он дотронулся до её мочки уха, прикаснулся к шее.
Гермиона ощущала прохладное тело, слышала стук его сердцебиения и запах: тонкий, тёплый, который заставлял её сердце замедлять удары. И она обняла его, повторила каждое его движение, практически не прикасаясь.
Гермиона скользила ладонями по его спине, прикасаясь к шее и дотрагиваясь до его мягких волос.
— Драко...
— Что? — тихо спросил он.
— Я не хочу сомневаться и не хочу думать и...
— Я хочу тебя, — это было дополнение к её фразе, которая была понятна без слов.
