290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Ключ Соломона (книга первая) (СИ) » Текст книги (страница 4)
Ключ Соломона (книга первая) (СИ)
  • Текст добавлен: 24 ноября 2019, 09:30

Текст книги "Ключ Соломона (книга первая) (СИ)"


Автор книги: О. Бендер






сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Зато уже через пару минут ожидания мужчине стало понятно, почему его начальник предпочёл дивану стол, на котором в данный момент с безмятежным видом сидел и наблюдал за сражением с потолочным покрытием. Омерзительная обивка липла к рукам и грела в самых неподходящих местах. А уж ему, с его от рождения повышенной температурой тела, пыточный образчик офисной мебели доставлял особо широкую гамму отрицательных эмоций. Телохранитель припомнил, что такие вот диванчики шеф всегда выставлял в приемной для ожидающих его посетителей, которым требовалось основательно пропотеть и заблаговременно лишиться душевного равновесия перед «высокой аудиенцией». Сдавшись, мужчина свернул газету и, оставив её на месте экзекуции, немой тенью примостился у выхода из офиса, словив на себе насмешливый взгляд начальства.

Наконец, спустя мучительно долгое время потолок принял первоначальный вид, работяги в пять пар нетвердых рук затащили в офисный опенспейс оставшиеся столы, стулья и оргтехнику, после чего радостно отбыли опохмеляться. Офису ещё предстояло придать жилой вид, подключить всевозможную машинерию и создать ощущение кипучей деятельности, но этим в дальнейшем предстоит заниматься ассистентам. В задачу этой особой породы работников их ведомства как раз и входили мелкие бытовые поручения, показная симуляция бурной деятельности для случайных зрителей и умение держать язык за зубами касательно всего того, чего им слышать и знать не полагалось. По мнению телохранителя, труд совершенно мозгоиссушающий, но на это шли, причём шли как правило жены и боевые подруги полевых стаци (так часто называли стационарных агентов), охочие до шпионской романтики и надеющиеся хотя бы таким образом видеть своих возлюбленных чаще, чем раз в три года по случаю увольнительной.

– Ну что, Ску?

Телохранителя выдернули из раздумий.

– Всё штатно, шеф, – со вздохом ответил великан. Сокращённый вариант своего имени Скугга на дух не переносил. Хоть и минуло уже столько лет, но традиции того народа и того мира, из которого Ску происходил, засели в его мозгу намертво, как кривые гвозди. Поэтому для всех он был Скугга, для избранных, посвященных в тайну его рода – Скугга ден Варга и только в устах шефа он позволял себе быть просто Ску, поскольку тому, в отличие от остальных, был обязан всем, в том числе и – неоднократно – жизнью.

– Вопрос?

– Валяй, – за период их совместной работы они научились понимать друг друга с первого слова, а иногда и с пары незаметных окружающим жестов.

– Зачем это все?

– Мобилизация ангельско-демонических сил на ратный подвиг?

– Угу.

– Ну а что все только нам достаётся? Пусть ребята развлекутся! – Ску терпеливо дожидался, когда шеф перестанет зубоскалить и перейдёт к делу. – Ты же не будешь отрицать, что они явно кого-то заинтересовали?

– Не спорю… О, напомнил! Ты как про Центр узнал? Ни в одном отчете этого не было, они ж шифруются почище контрразведки!

– А вот ты не поверишь – никак! Догадывался, что просто так бы им бегать не дали, но вот к кому их занесло – понятия не имел. Повезло, что у ангела с опохмела язык без костей – иначе б дольше пришлось комедию ломать. Но мне пригодилось все, что я знал из их досье, и будем надеяться, что они не заметили мелких нестыковок в моей версии. Но есть ведь и плюсы! Раз их Центр вербанул – нам ли с тобой нос воротить?

– Зелёные же ещё, а ты на них всю операцию свалил!

– Друг мой, в нашем случае это самый лучший вариант из всех самых хреновых. Как ты знаешь, носорог подслеповат, но это, в целом, не его проблема. Так что пусть набьют себе все шишки, до каких смогут дотянуться!

– А разгребать? Нам?

– Ну а что ты предлагаешь? Завалиться татарской ордой на местную малину, всем лежать, остальным строиться, трамваям бежать справа? – Ску явно нарвался на тщательно подготовленную речь. – И что это даст? Мелочь всякую мы выловим, не спорю, кого-нибудь даже показательно сошлем инвентаризировать песок в Сахаре, а дальше? Пойми, большая часть наших врагов… или не, помнишь, как там недавно выразился наша главная аналитичка Бенуа? «Коллег с несовпадающей с общепринятой точкой зрения на социокультурную динамику», так, вроде? Вот ведь мудак мудаком, а как красиво изъебнулся! Короче, вся эта шобла возмутительно бессмертна, и им ни черта не стоит затаиться лет на триста, а потом отыграться на нас в роли того самого жареного петуха! – Ску слушал шефа и с сожалением понимал, что тот выходил во всем прав. Это бесило. В основном тем, что, вместо сто лет назад запланированного отпуска и хоть каких-то поползновений на обустройство личной жизни или хотя бы её отдаленного подобия, опять придётся заниматься выпасом крупного рогатого… В общем крупного рогатого и того, второго! – Так что, раз уж нам выпала в этой пьесе роль ведомых, дадим ребятам отличиться, а сами будем вести себя так тупо, как от нас этого, по всей видимости, ожидают, пока не сможем уцепить за бороду непосредственного организатора.

– Ладно, шеф, сглупил. Извини.

– Брось. Но и оставлять наших подопечных не годится, так что мне твой лучший друг человека понадобится. Одолжишь?

– Ну так, спрашиваешь! – Ску заулыбался в предвкушении. – Плотно обложить или так, издалека?

– Плотнее некуда, чтобы дел не натворили. И еще одна просьба к тебе будет, – Альфред на минуту задумался. – Надо бы, раз уж мы в это дело по локоть влезли, с начальством двух наших бравых комиссаров действительно договориться. Так что я по своим каналам подробности об этом персонаже выясню, а ты уж не сочти за труд его уломать.

– Не-е-е, шеф, ты лучше сразу поясни, тебе его уговорить или реально уломать? – великан широко ухмыльнулся, красноречиво намекая на спектр своих возможностей.

– Так, Ску, давай без лирики! Что хочешь с ним делай, хоть на пляж вези купаться… Но если он начнет пускать пузыри – проследи, чтобы не всплыл!

– Ладно, босс, понял! Тогда я к себе на пару часов, а вечером двину в город – осмотреться.

Дождавшись утвердительного кивка, мужчина вышел, оставляя начальника разбираться с бумагами и донесениями агентуры. Ночь обоим предстояла длинная.

***

– Напила-а-а-ася я пья-а-аной…

– Ури, да уймись уже, зараза!

– И не подумаю! Не дойду-у-у я до до-о-ома-а…

– Прекрати, сказал! Мы здесь должны отсиживаться, а не балаган на весь дом устраивать!

– А ты меня не подавляй! Лучше ещё плесни, во!

– Нечего плескать, ты последнее пять минут назад прямо из бутылки всосал!

– Чего-о-о? Предатель, скотина, тварь последняя! О, а пошли, ещё купим!

– Чего мы купим? Ночь на дворе!

– А-а-а тогда в бар! Андр… Андр… Тьфу! Андрас, пошли в бар?

– Куда пошли? Ты забыл, что нам сказали до завтрашнего утра из квартиры не выходить?

Ангел на секунду задумался.

– О, а тогда давай через окно вылезем? Нам же только через дверь нельзя! И только выходить, а не вылезать!

– Как? Куда? Совсем сдурел, что ли?

– Почему сдурел? Второй этаж всего. Вылезем на карниз, до первого этажа спустимся по наличнику – там бортик есть, я видел!

– Угу, а дальше как?

– Дальше? Ик! Пешком… Да там невысоко совсем! Ну, А-а-андри, ну дава-а-ай…

Уриил продолжал свое весёлое буйство, а Андрас, глядя на него, все больше мрачнел. За прошедшие восемь месяцев он уже успел как следует изучить своего напарника. Ангел и раньше не отличался последовательностью в своём поведении, чередуя неуемный пыл и внезапные ласки с приступами раздражительности и мелкими бытовыми истериками, а после потери крыльев ситуация ожидаемо усугубилась. Теперь у Ури случались приступы практически неконтролируемого «веселья», сопровождавшиеся не менее жёстким отходняком. И чем разгульнее была первая часть, тем мощнее и неотвратимей за ней следовала вторая. Андрас тайком даже купил пару книг по психиатрии, в которых быстро нашёл сведения про биполярное расстройство личности, очень уж подходящее под симптомы, но на этом удача и закончилась. Шанс, что человеческие лекарства подействуют на ангела и вызовут хоть какой-то эффект, сильнее отрыжки, был минимален. Ну а про предложенные в той же статье методы поведенческой терапии и контроля эмоций Андрас с Уриилом, проведя столько столетий в различных войнах и будучи полевыми агентами, сами могли по паре книг написать. Толку-то от этого с их работой? Нет, Уриил держался и даже вроде изменился не так сильно, но все его состояние выглядело как-то… шатко. В итоге, оставалось лишь ждать и надеяться, что хоть что-то сдвинет Ури с мёртвой точки, причём желательно в сторону от маячившей впереди пропасти. Так что, когда на них свалилось это покушение, а затем и чудик Альфред со своим заданием, Андрас был готов согласиться на все, не раздумывая, лишь бы было чем занять его белобрысый моральный груз.

Впрочем, сейчас все эти мысли затуманенный мозг Андраса посещать не решались, а засела там только одна-единственная, что так хорошо ему и пернатому уже давно не было, а если ещё и вылазку в бар сделать, то есть все шансы, что до депрессняка ангел сегодня не дотянет – вырубится! Ещё, правда, мучило подозрение, что просьба не выходить из квартиры наверняка распространялась и на окна тоже, но его уже уцепившийся руками за карниз Андрас предпочёл игнорировать. К тому же ползущий следом ангел здравым рассуждениям не содействовал, норовя своими копытами наступить демону то на руку, то на голову.

Оба продолжали ползти по карнизу, пытаясь на ощупь найти пригодный для использования спуск вниз. Вдруг ангел, в очередной раз ощутив правой ногой выступ в стене, перенёс на него вес, запоздало осознавая, что обычный кирпич не может считать Уриила тупорылым бараном и уж точно не должен высказываться об этом вслух. Успокоив таким образом свою совесть, Уриил принялся размахивать руками в попытке заново обрести равновесие, а не найдя его, ухватился одной рукой за Андраса, а второй с корнем выворотил из старой кладки один из кирпичей и кулем рухнул вниз.

Первая мысль Андраса после падения вслед за малахольным ангелом была о том, что обычно организм на реактивное сближение с асфальтом реагирует гораздо острее.

– АХ ТЫ Ж БЛЯДЬ!

Второй мыслью промелькнуло, что и асфальт не должен в ответ на столкновение начинать пьяным голосом материться на всю улицу.

Из-под лежащих пластом Ури и Андраса, отряхиваясь, начали выбираться три шатающихся тулова, по степени нетрезвости готовые составить конкуренцию ангелу и демону вместе взятым.

– Неправда, мы не такие! – контуженный после падения ангел попытался въехать в суть предъявленных ему претензий. – Андри вот вообще верный, как лебедь. Правда, милый?

На Ури уставилось три пары осоловелых глаз.

– Э-э-э… Вы чо, пидоры, что ли?

– Не, мы десант! Голубые береты.

– Чего-о-о? Это чо, ты тут из десанта?

– Ага, я и мой брат, кирпич!

– Да ты чего вякнул, сука! – один из амбалов взвился, незамедлительно приходя в ярость. – Я Кирпича двадцать лет знаю, а ты его в пидоры записал? Эй, Вовчик, давай-ка поучим эту падлу как на десантуру залупаться!

В руках у ночных знакомых подозрительно быстро блеснула пара кастетов и короткий нож.

– Ой, да вы не трудитесь, я это и так умею!

Слушая ответ Ури, Андрас с грустью подумал, что избежать столкновения с этими тремя смертниками явно не удастся, и приготовился отрастить когти, чтобы решить все дипломатические сложности побыстрее. Не то чтобы он возражал против мордобоя, но ведь хотели же день тихо пересидеть!

Один из парней как раз двинулся в их сторону, намереваясь заехать Андрасу кулаком в челюсть, как вдруг со стороны тёмного проулка между домами до участников стихийной баталии донеслось низкое утробное рычание, а еще через несколько секунд первый нападавший скрылся из виду, заслоненный косматой тушей огромного чёрного пса.

Псина, не дав никому опомниться, вцепилась ему в руку и, повалив на землю, с довольным рыком принялась тормошить свою добычу. Удостоверившись, что жертва больше не предпринимает попыток защищаться, а только тихо поскуливает, придерживая располосованную конечность, волкодав оскалился на оставшихся двух парней, находящихся в тихой пьяной панике, и ринулся в их сторону, ни в кого конкретно, однако, не целясь. Это его жертв деморализовало окончательно: что делать с людьми, те ещё худо-бедно представляли, а вот наличие косматой угрозы в их миропорядок явно не помещалось.

Погоняв качков ещё какое-то время и дождавшись, пока те догадаются подобрать раненого товарища и свалить, пёс с рычанием развернулся в сторону молчаливо наблюдавших за боевыми действиями ангела и демона. Из ощеренной пасти на асфальт закапала слюна и кровь незадачливого гопника. Зрелище получилось жутковатым.

– Андри, похоже, наш спаситель настроен как-то недружелюбно. Может, ну его этот бар, пошли домой?

Демон согласно кивнул, пристально глядя на приближающегося хищника. Убивать пса не хотелось, только даром грязь разводить, но выбора могло и не представиться.

– Да. И через дверь на сей раз. Давай, медленно отходи во двор, старайся спиной к этой твари не поворачиваться – бросится.

– Ага, отличный план. Только это…

– Чего ещё?

– Я ключи в квартире оставил.

– Ури, твою ж…

Спустя десять минут оба, матерясь, оскальзываясь и периодически оглядываясь на маячившую внизу псину, ввалились в окно явочной квартиры и, доползя до так и не разложенного дивана, рухнули друг на друга и провалились в сон. Пару раз беззлобно тявкнув и махнув хвостом, пес заспешил обратно в подворотню.

***

По безлюдным окраинам города осторожно передвигалась чья-то почти неосязаемая в ночных сумерках тень. Редкие тусклые фонари своим светом изредка выхватывали из тьмы то плечи и спину неизвестного, то его искаженное брезгливостью лицо. Боже, как он ненавидел этот город со всей его мразью и нечистотами. Не мог выносить вид и запах копошащихся в нем людишек. Хотя здесь, на окраинах, заполненных в основном пылью, руинами и заброшенными остовами бывших заводов, было даже немного легче. Но как она умудрялась любить все это? Получать удовольствие от существ, населяющих все эти дома-муравейники. Любить толчею по утрам, любить общественный транспорт с потными и пьяными со вчерашнего вечера пассажирами… А как она могла любить его? Будто бы это было в ее натуре, и будто бы он был этого достоин! Было похоже, что для заключения их союза им пришлось поменяться душами и всем своим естеством! И ведь она действительно любила, он знал это. Любила, и потому не давала любить себя. Только не так, как он хотел. Все из-за предназначения. Бездна, будь оно проклято!

Но он тоже ее подвел. Все должно было выйти совсем иначе! Но пришлось торопиться, еще немного – и даже этот мизерный шанс стал бы недоступен. Взрыв, хоть и не достиг тогда цели, выиграл ему немного времени на новую попытку. Но теперь все опять ползло по швам и еще больше запутывалось… Откуда взялись эти неизвестные доброжелатели? Проклятые людишки – а он был уверен, что это именно они – посмели предложить ему «взаимовыгодный союз». А потом еще и имели наглость попросить предоплату за свои услуги! Гнилые отродья! Но они ведь знали, что у него нет выбора. Откуда? Теперь уже неважно. Важно было то, что вот он, проглотив свою гордость и сдерживая распаляющееся внутри бешенство, как червяк ползает по горам мусора и кирпичей, столь любимым местными контрабандистами. Он и сам частенько оставлял здесь передачи своим связным: найти их было невозможно, если точно не знать, где искать.

Вскоре он обнаружил описанное ему место и принялся копошиться в обрывках полиэтилена и обломках старой черепицы. Вот, наконец, послание для него было найдено – маленький черный сундучок с лакированной крышкой, а внутри – напечатанное машинным шрифтом письмо и маленький хрустальный фиал в форме капли с затейливой серебряной окантовкой. Решив, что позже выяснит предназначение сосуда, он углубился в чтение, но через минуту в ярости отбросил от себя лист бумаги и заметался по нагромождениям строительного хлама. Дьявольщина! Как эти твари посмели?! О, с каким наслаждением он своими собственными руками выпотрошит каждого из них! Будет отгрызать кусок за куском, а они будут жить и чувствовать все каждое мгновение оставшейся им жизни, уж это-то он им гарантирует!

На то, чтобы успокоиться, понадобилось некоторое время, но все же он справился со своим порывом и принялся ожесточенно обдумывать ситуацию. Подумать только, они потребовали от него дать им кровь светлого в качестве предоплаты. Это не укладывалось в голове! Зато становилось понятно, зачем нужны были все эти игры с тайниками и подворотнями – в городе такой обмен незамеченным уж точно не совершить. Он еще раз медленно взглянул на ларец с хрустальным сосудом в нем, так и лежащий открытым на горе кирпичей. Оплату предлагалось произвести немедленно и оставить в том же тайнике. Он рвано выдохнул и потянулся рукой к небольшому ножу с вороненым лезвием, спрятанному в незаметной кобуре под мышкой. Терять уже нечего. Пусть так. Он пойдет на все, чтобы достать ключ и стать наконец свободным!

========== Глава 5 / Всходы ==========

Охота – это когда охота. А когда неохота, то кому это надо.

Охотник из «Красной Шапочки»

Утреннее мироздание встретило Андраса немым укором, отлитым из чугуна и, судя по ощущениям, сброшенным прямо ему на темечко. С трудом отпихнув от себя Ури, который мешком опилок провалялся на нем всю ночь, он доплелся до умывальника и, с усилием восстановив в памяти принцип действия смесителя, минут на пять сунул голову под холодную воду. Отмороженный мозг на какое-то время перестал болеть и подал владельцу идею спуститься на первый этаж, где к этому времени уже должны были оказаться их новые документы.

Эта идея была ничем не хуже других, поэтому, убедившись в недобудимости ангела и потратив минут пять на поиски ключей, Андрас направился к почтовым ящикам. Характерный коричневый конверт оказался на месте, а в нем обнаружились паспорта, водительские удостоверения и даже медицинские полисы на имя Андрея Свиридова для Андраса и Юрия Лившица для Ури. Демон хмыкнул – что ж, в пунктуальности их новому начальству отказать было невозможно.

Поднявшись обратно в квартиру, Андрас заварил две чашки кофе, надеясь, что запах пробудит к жизни ещё пребывающего в коме Ури. В противном случае, подумал демон, горячее быстрорастворимое пойло можно будет влить ангелу за шиворот. Последний, словно предчувствуя готовую свершиться расправу, открыл глаза и со стоном приподнялся на локтях.

Уриил проснулся и с настроением посмотрел на белый свет. Настроение было мерзким, свет мутным, а жажда убивать все живое с каждой минутой все более материальной. Ее прибывало все больше вместе с головной болью, которая, казалось, сдерживалась и копила силы всю ночь и дожидалась пробуждения владельца головы для того, чтобы испытать на нем все свои возможности.

Пробурчав что-то нечленораздельное в адрес вселенной, ангел было решил обрушить на нее все громы и молнии, или хотя бы обрушиться самому, как неведомая сила пихнула ему под нос стакан с какой-то шипящей жидкостью. Уриил собрался зашипеть в ответ, но наткнулся на хмурую рожу Андраса и передумал.

– Чо вчера было?

– Скорее, чего вчера не было. Пей, это аспирин. На столе кофе и бутерброды.

– С-спасибо! – ангел жадно присосался к протянутому стакану.

– Ты как, работать вообще сможешь? А то наша новая легенда с утра уже подоспела, можно и делом заняться, – Андрас взглядом указал на лежащий на столе конверт.

– Смогу. Через пять минут…

Спустя полтора часа, во время которых Уриил дважды успел уснуть, один раз практически стоя, они в результате вывалились из квартиры и, наполняя коридор молодецким перегаром, двинулись вниз по лестнице.

– Ехать далеко?

– Не особо, – Андрас замедлился, припоминая детали своего предыдущего визита: – Но это за городом, так что сначала придется попутный транспорт искать.

– Зачем? Сейчас такси вызову, подожди минуту.

– А ты что, помнишь наизусть номера всех окрестных таксопарков?

– Через приложение, Андри! – Уриил помахал перед носом демона одним из подаренных им накануне телефонов. – Я иногда тебе удивляюсь: ты на Земле, вроде, не первый год, так как ты умудряешься уворачиваться от всех достижений технического прогресса человечества?

– А зачем мне? – Андрас хмыкнул. – У меня на то личный пернатый референт есть. Которому я крайне дорог, и бить он меня ни в коем случае не буде-е-е-ет! – Последнюю фразу демон выкрикивал уже скатываясь кубарем с лестницы и прячась от взбешенного ангела за входной дверью, в которую тот немедленно принялся колотить двумя руками.

В такой возне оба, на ходу пытаясь отряхнуться и перевести дух, пыльными мешками вывалились из подъезда, где Андрас со всего размаху влетел в спину застывшего столбом Ури. Собравшись высказать ангелу все о его грации и пластике, Андрас вдруг почувствовал, что замер тот не просто так: на газоне прямо перед их подъездом сидело косматое чудовище с огромными черными глазами, в котором демон не узнал, а, скорее, почувствовал их вчерашнего непрошеного защитника.

– Ой, собачка! – Ангел, припомнив вчерашний боевой оскал «собачки», инстинктивно отполз за спину Андрасу. – А ты же не собираешься нас доедать?

Демон только усмехнулся: притворный испуг способного покрошить в капусту целую армию ангела серьезности ситуации не добавлял, да и животное, хоть и выглядело при дневном свете еще страхолюднее, чем ночью, нападать, судя по всему, не собиралось. Вместо этого пес принялся активно мести хвостом пыль и умильно склонил голову набок, рассматривая осмелевшего ангела, который потихоньку начал подбираться к своей цели с намерением затискать ту до смерти.

– Уриил, вот скажи, тебе что, в жизни так не хватает индивидуумов, кусающих тебя за задницу? Куда ты опять полез?

– Андрас, ты черствый сухарь! А еще сволочь! Правда, он сволочь? – Ури запустил ручонки в косматую гриву псины, которая теперь млела от восторга, растекаясь по газону довольной, но при этом все равно очень волосатой лужей. – А у меня, между прочим, большое и доброе сердце!

– Чьё оно, кем был несчастный?

За свою фразу Андрас был удостоен с большой буквы Взгляда, призванного испепелить адресата и избавить мироздание от язвительных комментариев, направленных в его, ангела, сторону. Но развившего приличный иммунитет демона заткнуть было не так-то просто. – Учти, если ты решишь уподобиться Симеону Столпнику¹ и натащить к нам в дом блох для пропитания их святой кровью, то ночевать будешь под дверью на коврике!

– Ух ты, и откуда ж у тебя столько познаний из жизни святых великомучеников? – Ангел даже на секунду забыл, что должен был бы обидеться.

– А кто, как ты думаешь, его на это надоумил?

Придумать достойный ответ на эту подколку Уриилу помешала желтая машина такси, вырулившая на стоянку перед домом и своим прибытием разрушившая наступившую идиллию. Следующие пару минут Андрас был вынужден потратить на общение с таксистом, уточнение маршрута, жалобы на отдаленность пункта назначения в частности и нелегкую долю простого среднеазиатского таксиста в целом и только после этого смог усесться на заднее сиденье, дожидаясь Ури и прикидывая, как бы половчее выкинуть в окно набор ароматических елочек, висящих сбоку от его места.

Закончив тискать псину, Уриил, наконец, соизволил плюхнуться на сиденье, радостно глядя на Андраса, корчившего ему брезгливые гримасы. Такси вскоре оказалось за городом и направилось вдоль лесополосы. Весь путь до окраины города прошел без заметных приключений. Ремонтная мастерская обнаружилась возле съезда с федеральной трассы. Как понял Андрас, в основном здесь оказывались дальнобойщики, которые по каким-то причинам не смогли сами справиться с ремонтом своих фур или же банально хотели отоспаться под благовидным предлогом поломки. Более удобного прикрытия для промежуточного пункта переправки контрабанды вообразить было сложно. Водитель такси высадил их прямо на обочине и, получив в оплату пару купюр, поспешил выехать к следующим заказам.

Андрас быстро оглядел знакомый ему по предыдущему визиту барак с тремя гаражными створками и уверенно двинулся мимо ярко-красного щита с двумя конусообразными ведерками в сторону заднего двора. Дойдя до обшарпанной металлической двери, через которую предполагалось попадать на работу сотрудникам мастерской, он потянул ручку на себя и оказался в облаке горюче-смазочных, протирочных, а иногда и, чего уж греха таить, горячительных материалов. Все здание внутри было залито белым медицинским светом, позволяющим как следует рассмотреть стоящий прямо по центру внедорожник. Валяющиеся рядом с автомобилем пустые ведра из-под краски, скрученные номера и две уголовного вида рожи местных «левшей», заподозрить которых в умении что-либо отремонтировать мог бы только самый безнадежный оптимист, довершали общую картину. «Мастера» попытались было возмутиться неурочному вторжению, но, увидев Андраса, благоразумно передумали и постарались не отсвечивать.

Демон, мельком отследив наличие ангела позади себя и напрочь проигнорировав немое удивление «ремонтников», широким шагом направился в дальний конец шараги, где за ещё одной дверью располагалась местная штаб-квартира. Офис встретил ангела и демона настоянным запахом перегара и табака, а также письменным столом со стратегически расположенным на нем спящим туловищем и калейдоскопом разномастных и подозрительно пустых бутылок, разбросанных тут и там по всему помещению.

Дождавшись, когда Уриил прикроет дверь, Андрас с тяжким вздохом подошёл к спящему и, взяв за шиворот, несколько раз резко встряхнул над столом. Убедившись, что владелец офиса пришёл в сознание, демон отошёл на пару шагов назад и, скрестив руки на груди, принялся ждать отложенного эффекта. Наконец, до сидящего за столом человека дошло, что его сон пошёл по незапланированному маршруту, и он резко вздернул голову, явив всем желающим свой гордый, хоть и помятый от длительного лежания, профиль. Профиль был продолжительное время небрит, лысоват, одутловат, коротко подстрижен и обладал всеми отрицательными и ни единой положительной чертой человека, разменявшего четвёртый десяток по самому невыгодному курсу. Сам же владелец профиля представлял собой образец классического братка из девяностых, слегка оплывшего со времени бурной молодости и сменившего малиновый пиджак на более привычный прикид пролетария, состоящий из застиранной футболки и спортивных штанов с традиционными тремя полосами. Глаза сидящего метались по кабинету, тщетно пытаясь объяснить своему владельцу суть с ним происходящего. Ангел с удовольствием наблюдал, как на лице человека попеременно отражался гнев, недоумение, прискорбный уровень интеллекта, а при взгляде на хмурое лицо Андраса – ещё и панический ужас.

– Че? – Нервы забулдыги за столом наконец не выдержали.

– Да ты, Леха, не нервничай! – Ангел расплылся в хищной улыбке: – Мы к тебе всего на пару вопросов. И, при правильных ответах, это будет совсем не больно!

– Че?

– О, кажется, наметился диалог! Куда дел золото партии?

– Че?!

– Так, Юрий Александрович… – Демон закатил глаза и, отодвинув ангела, наконец решил вмешаться. – Я рискну поднять интеллектуальный уровень вашей беседы на недосягаемую высоту.

С этими словами Андрас подошёл к слабо дернувшемуся мужчине и ухватил его за волосы. Пахнуло озоном, по комнате прокатилась волна раскаленного воздуха, поднявшая температуру сразу на пару градусов, а рядом с довольно оскалившимся Андрасом оказался слегка дымящийся, но абсолютно трезвый владелец мастерской.

– Ловко! Где научился?

Демон пожал плечами на вопрос ангела.

– Попал бы на одну из наших вечеринок – и не такому бы научился. Ну что, попробуем все сначала? – Последняя фраза была обращена уже к владельцу кабинета.

– Ага. Вы кто?

– А мы, Леша, с некоторых пор твои самые лучшие друзья! Меня зовут Юрий, а вот ту улыбчивую фею-крестную с косой саженью в плечах – Андрей.

– И что вы, клоуны, тут забыли? – Мужчина, придя в себя и заново обретя присущую ему наглость, попытался встать из-за стола, но был вовремя остановлен рукой Андраса, до хруста костей сжавшей его плечо. – Ах ты ж, сука!

– Ну вот, не представился, не поздоровался. Теперь ещё и оскорбил. А мы всего-то поболтать хотели.

– Пусти, бля! – Демон, не реагируя на вопли, продолжал медленно сжимать пальцы на плече извивающегося владельца мастерской. – Убью, сука!

– Андрей Викторович, кажется, нам здесь не рады. – Уриил подал Андрасу знак ослабить хватку и выжидающе уставился на скрюченного мужчину. – А мы ведь так и не познакомились!

– Алексей я! – Взвизгнул владелец офиса и, видимо, не найдя путей к отступлению, придушенно прохрипел: – Чего надо?

– Сущие пустяки! – Ангел достал из заднего кармана эльфийский амулет и кинул его на стол, заставив мужчину дернуться так, будто он увидел перед собой гремучую змею. – Расскажи все, что знаешь о местной контрабанде и, в частности, вот об этом.

– Ничего не знаю! Ничего! – Мужчину затрясло. – И вообще, у меня права есть!

– Так это только пока, милый! Я тебе сейчас твои права по одному выдергивать буду, если ты нам все не расскажешь. Начнём с права на свободное передвижение, а там и до права на самоопределение дойдём…

– Чего? – К удивлённому взгляду допрашиваемого добавился такой же от Андраса.

– Ноги, говорю, повыдергаю и в задницу обратной стороной затолкаю! Так понятнее стало? – Ангел выдал ещё один свой фирменный оскал.

– А я вас помню, кстати. Вот его точно! – Внезапно выдал Алексей и нервно покосился на Андраса. – Это же ты какие-то блестяшки для Корнелии, мать ее волшебницу, приносил?

– Корнелия? Это ещё кто? – Ангел с интересом рассматривал их невольного осведомителя. Тот на удивление быстро умудрялся перейти от состояния пьяной свиньи до буйного гопника и далее стремительно превращался в опытного дельца, готового, по мере необходимости, сдать всех, кого надо. И если с первой метаморфозой ему помог Андрас, то вторую он осилил сам, и в самые рекордные сроки.

– По паспорту она Неля Стицюк если что. А Корнелией заделалась лет пять назад, для солидности – когда бордель в центре города под крыло взяла. Только я-то точно слышал, как она по малолетке за кражу трусов на рынке залетела! – Мужчина нервно дёрнул плечами. – В общем, весь ваш антиквариат драный через неё идёт. Так что с ней и разбирайтесь! А я пас, мне последнего раза на всю оставшуюся жизнь хватит!

– О как! Стало быть, есть все же в городе бордель, не обманул очкарик! – Уриил, казалось, неподдельно удивился этому факту. Демон мрачно пожал плечами:

– Так ловко догадался, либо так и знал с самого начала.

– Э-э-это как раз понятно, наш работодатель давно уже требует себя протереть – больно мутный, сволочь! Но сейчас не об этом! – Уриил вновь широко улыбнулся и переключил все свое внимание на Алексея:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю