Текст книги "Ликвидатор на службе Империи. Том 5. Финал (СИ)"

Автор книги: NikL

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 6

– Да, конечно, присаживайся, – широко улыбаясь, ответил я. – Но меня терзает смутное сомнение, что мы не совсем та компания, которая тебе нужна. Да и тем более, зачем такой, как ты – лишние слухи, верно?

После моих слов, лицо Миланы немного изменилось. Она нахмурилась буквально на миг, а затем, резко переключилась. Ее мимика стала проще, на лице заиграла улыбка, и больше не обращая внимания на меня, она села напротив Жилина. Поставила локти на стол, положила голову на сведенные вместе ладони, и, не сводя глаз с Сашки, спросила:

– А как вас зовут? – ее голос был мелодичным, отчего Жилин еще сильнее впал в ступор. – Меня – Милана.

– Знаем, – не обращая внимание на то, что она говорила явно не со мной, или же, специально делала вид, что я ей не интересен, ответил я. – Одна из главных звезд нашего учебного заведения.

– У тебя какие-то проблемы? – на сей раз, она обратилась конкретно ко мне. – Или тебя настолько сильно тревожит, что такая как я, сижу рядом с вами?

Тут я ничем парировать не мог. Улыбнулся пошире, понимая, что история хоть и повторяется, но уже в несколько другом ключе, и молча уткнулся в свою тарелку. Жилин, тем временем, попытался прийти в себя, и как только он ответил ей:

– Я… я… Саша Жилин… Александр то есть. Но можно просто Сашка. – Он покраснел, что было очень свойственно ему. – А ты… – он посмотрел на меня и еле слышно добавил, словно и не знал. – Как тебя зовут?

Милана в этот миг звонко рассмеялась, что привлекло к нам еще больше внимания.

– Ты же все сам прекрасно слышал, – она моментально изменилась в лице, покосилась сначала на Жилина, на котором живого места от стеснения не было, а затем на меня. – Первокурсники часто прикидываются, словно ничего не слышат?

– Понятия не имею, – сухо ответил я. – Я так понимаю, ты не случайно к нам подошла? Что-то хочешь? Прогуляться, может?

То, что произошло дальше – удивило меня. По идее, по логике всех вещей и по тому, что я уже пережил, итог был одним – мы должны были уйти прогуляться, и там, на прогулке, мне должны были дать артефакт, чтобы со мной мог связаться Штерн, и еще… меня надо было предупредить, чтобы я не искал проблем на свою «упругую» со слов Миланы, задницу.

– Зачем ты мне сдался? – она сделала вид, что искренне удивилась. – Я к твоему другу пришла, познакомиться. Знаешь ли, меня интересуют люди с особыми связями.

Хм. Странно. Она не может знать, что Саша сын императора, значит… что-то в голове у меня не складывалось. Или же, Милана просто переигрывает ситуацию, и на самом деле, решила держать меня на виду за счет Саши, или… я чего-то не понимаю.

Я, сделал вид что мне наплевать, кто и зачем пришел. Молча доел, коротко кивнул Дубровцеву, который ввалился в столовую со своей бригадой бездарей, и ушел из столовой, оставляя Жилина наедине с нашей будущей подругой и по совместительству бестией с красными волосами.

«Нет, – задумался я, направляясь в казарму. – Жилин точно не может ее заинтересовать с точки зрения задания. Штерн в „тот“ раз явно дал понять ей, чтобы я особо не светился нигде и был на связи, а сейчас… – я пропустил мимо себя стайку первокурсников, которые сверлили меня взглядами. – Хотя, я же не отличился еще толком, верно? Верно. Может, история меняется?»

Я узнал о том, меняется ли ход событий или нет, спустя полчаса, когда в казарму вернулся потухший Жилин. Сашка сел на свою кровать, пробурчал что-то, а затем окликнул меня:

– Тезка, ты там как? – его голос явно был расстроенным. – нормально дошел, не потерялся?

– Как видишь, – хмыкнул я, не свешивая ног с кровати и в целом, не меняя позу. – А ты там как? Как тебе Милана?

– Странная она, – честно признался тот. – Я сначала и не поверил, что она села к нам. Она ведь… она…

– Лучшая из лучших, – продолжил я за него. – Сколько там у нее баллов?

Мой вопрос заставил Александра Жилина задуматься. Он замолк, затем, спустя несколько секунд встал, и протянул мне небольшой предмет в кожаном мешке.

– Это, Саш, – он замялся и отвел взгляд. – Не знаю, если честно, зачем она вообще подходила ко мне, но это тебе, – я взял предмет из его рук и усмехнулся про себя.

Понятно. Значит, из-за того, что я не сильно то отсвечивал, Штерн просто дал задание следить за мной и передать этот артефакт. А вот то послание… в нем теперь просто не было смысла. Теперь всё сходится.

– Она сказала, что тебе старшеклассники передали бонус за какие-то заслуги, – в его голосе чувствовалась обида человека, которым просто воспользовались. – В общем, как-то так…

Он напоследок, недовольно глянул на меня, а затем лег на кровать. Воцарившаяся тишина длилась недолго. Жилин, вместо того чтобы взять с меня пример и попросту отдохнуть, вдруг вспомнил про баллы, точнее – очки, и пнул меня в матрас.

В любой другой ситуации, я бы уши оборвал, тем более, что я привычно перевернул перстень, чтобы навалить кому-то по шее.

– Слушай, Сань, – сначала, показалась его макушка, а затем и сам Жилин. – Нам же в кружок надо записаться, чтобы чем-то себя после учебы занимать… да и баллы получать.

Я покосился на его добродушное и одновременно, взволнованное лицо, почесал голову и отвернулся.

– Не интересно, – тут я не соврал. И все же, я прекрасно понимал, куда мы пойдем и что там будет. В общем, пустая трата времени. – Кружки эти ваши – не мое.

– Но, Сань! – не унимался тезка. – Надо – значит надо. Не принято у нас так, чтобы студент слонялся по академии без дела. Да и не забывай, что ты на отработках, хочешь не хочешь, тебе все равно нужно показывать своему куратору, что ты исправляешься, а не собираешься опять заниматься таким непотребством – как драки со своими же.

Ага. Непотребством. Как же.

Спустя час, мы выдвинулись в сторону корпусов, и по дороге, Жилин не затыкался. Время от времени, он повторялся, перечисляя одни и те же секции, куда бы хотел попасть, но я прекрасно понимал, что мест – не будет. И по иронии судьбы он вдруг вспомнил про сегодняшний обед, где к нам пришла Милана.

Парень загорелся идеей поступить на стрельбу из лука сразу же, как привел меня к стендам, где были лучшие ученики, да и не только лучшие.

– Стрельба из лука, это… – начал было он, но я уже его не слушал.

Внимательно всматривался в список студентов и пытался понять, что же меня так сильно смущает? Либо то, что я в конце списках, или то, что у меня нет заработанного балла? Черт, какого заработанного балла? Ведь никто кроме Димы Дубровцева не в курсе, что я завалил однорога. Поэтому, и награды никакой нет. Я сам того не понимая, уже в самом начале принялся все менять, а это… давало свои минусы. Например, как мне выделиться, чтобы Штерн отметил меня как потенциального воина и взял в одну команду к звездам?

Ладно, что-нибудь придумаем.

* * *

– Вы уверены? – Белов смотрел на начавшее разлагаться, тело монстра в небольшой тумбочке. – Это точно однорог?

– Точнее не может быть, сэр, – отрапортовал клировец в серой форме с небольшой шпагой на поясе. – Вячеслав Сергеевич осмотрел тело, от силы, ну… пару дней.

– И кто же его решил убить и спрятать? – Андрей Алексеевич не мог сопоставить некоторые факты. – Более того, ладно убил, почему не сообщил?

– Может, просто притащили, да и бросили? – предположил мужчина, нервно поправляя шпагу. – Андрей Алексеевич, тихушников в академии много… может, опыты какие ставили? Или хотели что-то с телом сделать?

– Нет у нас таких идиотов, – парировал Белов. – Один в вечных командировках, да и тот не стал бы заниматься подобной ерундой.

Подошедшие клировцы, молча вынесли тело, оставив Белова наедине со своими мыслями. А у него их было не мало. Во-первых, у кого хватило мозгов умолчать о таком вопиющем факте. И второе, а не тот ли это однорог, который…

Вторая мысль оказалась самой интересной. Андрей Алексеевич достал из кармана небольшой камушек, который являлся артефактом связи, и набрал Воронцова, который и доложил о монстре в восточной части академии.

– Скажи мне, Леонид, – вместо приветствия, сказал Белов. – Рог у однорога был какой длины?

– Вы, о чем? – не понял его Воронцов. – Какие типы однорогов бывают, или…

– Нет, – перебил его Белов. – Какой длины рог был у монстра, которого обнаружили в восточной части академии? Да и цвет бы знать.

– Белый, сэр, – отрапортовал Белов. – Сантиметров десять, не больше. Не особо опасный монстр, конечно, но вот если бы на него наткнулись студенты, то… я бы мог только констатировать факт смерти. Неподготовленному человеку это…

Белов просто отключил артефакт. Даже не удосужившись дослушать то, что говорил ему коллега. Вместо этого, он внимательно изучил весь пол в последний раз и пришел к одному-единственному умозаключению. Волков вряд ли смог бы победить однорога, а вот Дубровцев…

– И почему же Дмитрий предпочел умолчать о подобном? – спросил он сам себя, выходя из кабинета. – Ладно, сейчас мы все и узнаем.

Спустя четверть часа, он застал Дмитрия Дубровцева в казарме. Одного жеста было достаточно, чтобы смеющаяся компания студентов в миг замолкла. Сам Дубровцев даже не сразу понял, за кем пришел Белов, тем более – лично. И позволили себе лишнюю улыбку, идя навстречу куратору.

Только вот разговор вышел не таким веселым, как ему бы хотелось.

Белов вывел студента за территорию казармы, посадил на невысокую лавку и встал напротив, как истукан.

– Знаешь, что меня бесит больше всего в студентах? – начал Белов издалека, но затем жестко закончил. – Вранье. Поэтому, думай перед тем, как соврать, понял меня? Или тебе сказать, какие последствия могут быть после этого?

Дубровцем мгновенно поник. Опустил голову и осунулся.

– Кто запихнул в тумбу класса однорога? И, – Белов начал говорить чуть тише. – Кто его убил?

– Александр Волков, – без промедления ответил Дима. – Андрей Алексеевич, прощу, только не говорите, что это я вам сказал!

– Вас было двое, или был кто-то еще? – напоследок уточнил Белов.

– Двое, – еле слышно ответил Дубровцев. – Андрей Алексеевич вы…

Он поднял голову, и тут же понял, что его вопрос бесполезен. Ну вот если они были вдвоем, разве Волков не поймет., кто его сдаст? А Волкова Дубровцев опасался, он не знал ни одного студента первого курса, кто бы голыми руками мог убить монстра. Быстро и жестоко.

* * *

Когда мы прибыли на запись, мне не сразу удалось поставить свою подпись напротив клуба Миланы, точнее, поставить то я ее поставил, но меня выдернула тучная женщина в очках и с неприятной родинкой на носу. Она появилось у меня за спиной и проследив, какую фамилию я внес туда, процедила:

– А вот и нарушитель Волков, ну что, Александр, готовы отрабатывать? – голос был басистым, что не было свойственно обычной женщине. – Или пойдете из лука стрелять?

Жилин покосился на меня и дал понять, что никуда со мной он точно не пойдет, я же, пожимая плечами, предугадал:

– Только не говорите мне, что пора двигать мебель?

Судя по удивленному взгляду и очкам, которые тут же съехали ей на нос, я попал в самое яблочко. Ну, что же, оттого и легче. Ключевые моменты, которые мне нужно исправить, сами собой лезут ко мне.

Жилин ловко сделал вид, словно и не знает меня и очень быстро свалил из кабинета, чтобы не дай бог, не попасть под раздачу, а вот я направился вместе с этой женщиной в сторону указанного кабинета.

Когда мы зашли в нужную аудиторию, я увидел очень симпатичную девушку, по совместительству, мою «цель», которая уже как неделю назад, а может и больше, «работала» на Голицыных. Предателей и мразей.

Она не заметила нашего прихода, и просто стояла к нам спиной, растерянно разглядывая огромные шкафы.

Я не стал особо распинаться перед женщиной в очках, делая вид, что понимаю и знаю фронт работ, и вместо этого, очень быстро направился в сторону девушки. Встал за ее спиной и прошептал:

– Привет, Маша, не подскажешь, почем нынче стоит сдать шпиона? – я говорил с легкой хрипотцой, специально, чтобы чуть припугнуть ее. – Или же, ты не работаешь на Голицыных?

Маша повернулась ко мне с ужасом написанном в глазах, я же, криво улыбаясь, убедился в том, что дверь закрыли и женщины здесь больше нет и направился к центральной парте, под которой, должен был быть жук-монстр.

– Понимаешь, какое дело, – заговорил я, отодвигая в сторону стол и стул. – Голицыны – предатели, и то, что они обещали тебе помочь с твоим статусом, помочь вырасти и так далее – бред, достойный попаданцев. Хочешь расскажу, что будет дальше?

Маша стояла в ступоре и, казалось, даже не дышала. Она не сводила с меня своего взгляда, но было ощущение, что девушка мысленно вообще находится не здесь.

– Они поиграют тобой после того, как получат нужное, – Я говорил крайне тихо, почти шепотом. Отчего мой голос был лишь более угрожающим. – А затем бросят на растерзание к обездоленным аристократам, которых они начнут вырезать целыми семьями. Или ты думаешь, попаданцем есть дело до таких, как ты?

Она была готова зарыдать от ужаса. Ее пугали не только мои слова, но и осознание того, что она сделала. Ну а я, пошел давить дальше. Мне не нужно было ее повиновение и раскаяние. Скорее наоборот. Мне требовалась ее помощь, чтобы начать вырезать всю эту гниль на улицах нашего города и империи.

– Ты осознаешь, что ты натворила, когда пошла на поводу у предателей империи и притащила эту дрянь в нашу академию?

– Но я… я не знала… – пропищала девушка.

– Это уже никого не будет волновать, – произнес я, приблизившись к девушке почти в плотную. – Артефакт, который тебе сунули, является взрывным. Считай, что это диверсия. Ты серьезно думаешь, что после такого они стали бы тебя прикрывать? Да тебя спишут в утиль в тот же день, как их план сработает!

– Но откуда ты всё это… – она вжала голову в плечи, а её губы задрожали и мгновенно побелели от страха. – Откуда ты всё знаешь?

– Тебе лучше не знать этого. И никогда и никому не рассказывать о нашем разговоре! Запомни это раз и навсегда! У тебя ещё есть шанс всё исправить. Но ты должна слушаться меня и только меня! Поняла⁈

– Д-да! – Снова пискнула девушка, но на этот раз у неё уже застучали зубы.

– Скажи мне вот что, у тебя есть контакты или способ связаться с ними в случае… в случае чего-то непредвиденного?

– Е… есть!

Этого было достаточно. Я перестал ментально давить на девушку и сделал шаг назад. После чего ещё раз глянул на девушку, легонько улыбнулся, а потом резко скинул парту в сторону, а сам, со всей дури наступил на прозрачную насекомо-подобную сволочь, которая дай бог, была как две мои ладони.

Фиолетовая вспышка и громкий хлопок были свидетелями того, что я уничтожил иномирную сущность.

– А теперь, – я вернулся всем вниманием к уже, побледневшей девушке. – Мы сейчас все поставим на свои места и сделаем вид, словно здесь ничего и не произошло, да?

Она часто закивала, но сдвинуться с места физически не могла.

– А после того, как мы тут уберемся, ты, сделаешь всё, что я скажу. Без лишних вопросов и пререканий. И запомни, если ты кому-нибудь обмолвишься… скорее всего эти же люди сами тебя и ликвидируют. Поверь, всё что тебе наговорили это чушь собачья. Тебя просто используют, чтобы дестабилизировать ситуацию в империи.

Ответом был короткий кивок, после которого, закипела работа. Маша оказалась очень податливой легко внушаемой. Понятно теперь почему именно её выбрали Голицыны для осуществления своего плана. Но если ей обещали хорошую жизнь, я давил совсем на другое. Есть страх куда более страшный. Страх за свою жизнь. Поэтому, надеюсь, для неё этого будет достаточно. Но приглядывать за ней всё равно придется.

Остатки от жука мы сгребли в небольшую коробку, которую положили на тумбу, только в этот раз – заберем с собой, а там посмотрим, может закопаем. Затем, сдвинули все шкафы туда, куда нужно, здесь я обошелся без помощи Маши, и уже заканчивая все работы, я вернулся всем вниманием к «проблеме».

– Как ты можешь связаться с Голицыными? – спросил я, убирая стулья к стене. – У вас есть артефакт или нечто иное?

– Артефакт, – тихо ответила она. – Он у меня в комнате, под вещами, чтобы никто не нашел.

– Назначь встречу в городе, например, – я задумался, припоминая, когда мне можно будет выйти в город. – На выходных, хорошо? Лучше место, где будет как можно меньше людей, что-нибудь безлюдное, знаешь такие места?

– Знаю, – ответила она. – Но… зачем? И кто ты вообще такой?

– Я же предупреждал. Без лишних вопросов! Тебе достаточно знать, что я работаю на империю. И слежу за вот такими ситуациями, чтобы предотвращать диверсии.

– Поняла, – На выдохе ответила девушка. – Что-то еще хочешь?

Вопрос, скорее, был риторическим, но вот ответить на него я не успел. В аудиторию в прямом смысле этого слова, ворвался Белов. Его разгневанное лицо напугало Машу, которая просто не ожидала подобного.

– Доброго времени суто… – договорить я не успел, потому что Белов закричал на меня.

– Волков, сию же секунду за мной!

Я лишь коротко кивнул, и не глядя больше на Машу, отправился на выход.

* * *

– Как ты мне объяснишь это? – Андрей Алексеевич сидел за столом в своем кабинете, и, собственно говоря, показывал мне на мертвое тело однорога, который покоился в пластиковом контейнере. – Не молчи, Волков, я внимательно слушаю.

Я задумался на миг, и пожал плечами. Прикидываться дурачком и делать вид, что я не понимаю, что это – не имело никакого смысла. Белов далеко не дурак и сам все прекрасно понимает. Раз уж он нашел меня, значит перед этим, он нашел Дубровцева и… напугал того. Поэтому, сейчас, я тут.

– Это однорог, – спокойно произнес я. – Мертвый, очевидно.

– Думаешь, это смешно? – оскалился тот. – Волков, я вот не пойму только одного… хрен с ним, ты его смог убить, об этом мы поговорим позже, но почему ты скрыл сам факт…

– А кто бы поверил мне, что я смог его убить? – ответил я вопросом на вопрос. – Ну, если судить логически, я первокурсник, без особых сил. Тут однорог, который за каким-то чертом оказался в этом помещении. Понятное дело, что я обязан был тут же сообщить о находке, и я пытался… – Я внимательно посмотрел в глаза куратору, после чего продолжил. – Честно пытался… но вы сами нас заперли! И по итогу, у меня не оставалось выбора, кроме как прикончить его, чтобы самому не сдохнуть. Мне повезло. Вот и всё.

Белов посмотрел на меня, с неким презрением. Но я уже знал его взгляд. Он пытается понять, сколько правды в моих словах.

– Как ты смог его убить без артефакта? – оскалился он. – Не расскажешь мне⁈

– Сломал рог. Им же и убил, – проговорил я. – Они не поворотливые, хоть сильные и резкие. Мне повезло, потому что удалось использовать его инерцию.

Белов больше ничего мне не сказал. Молча встал, указал рукой на дверь и даже не попрощался.

* * *

Следующий день для меня выдался излишне продуктивным. Меня посетила идея – развиваться. Развиваться в том плане, чтобы получать очки и выделяться для куратора. А все для того, чтобы попасть в лучшую группу из лучших. И это не выглядело слишком сложным. Ведь он и так уже будет постоянно наблюдать за мной. А мне и надо только и всего, что выполнять любые задачи и задания лучше остальных. Необходимо стать самым усеваемым первогодкой.

Первым делом, я взялся за учебу. Гордо отсидел все занятия, постоянно пытаясь выделить все внимание на себе, что повергло в шок Жилина, и в той же манере, уходил на дополнительные занятия, дабы придерживаться заданной планке. До выходного дня, где Маша, если все получится так, как нужно, оставалось всего трое суток, а это означало только одно – мне нужно преуспеть во всем, чтобы вопросос у Штерна на счет моего «ухода» не было. Тем более, что я условие уже ставил еще в поезде. Он обязан был мне дать одну неделю отгула в первые «дни».

– Мне кажется, словно ты уже это все проходил, – сообщил мне Жилин поздним вечером. – Что это вообще было?

– Так, проще простого, – улыбнулся я. – Это все есть в учебниках.

– Мне кажется, тезка, – Жилин последнее время зачастил с этим словом «тезка». – Ты скрываешь от меня какую-то страшную тайну!

Я постарался не улыбаться, но не получилось. А парировал простой фразой, которая была многообещающей:

– Скрываю не меньше твоего, Александр. Не меньше твоего…

Глава 7

Следующий утро началось ровным счетом точно так же, как и всегда. Громкая сирена, которая долбила по барабанным перепонкам, была невыносима, но функцию свою выполняла. Я моментально поднялся, спрыгнул с яруса и начал расталкивать Сашку, которому, казалось, было наплевать на этот дребезжащий звук.

– Подъем, Сань! – я сильно толкнул его в плечо, но казалось, он то ли помер, то ли был в очень глубокой отключке.

Тем не менее, когда я его перевернул, и приложил палец к шее, он раскрыл глаза и уставился на меня как на врага народа.

– Ты перебарщиваешь, – недобро прошипел он. – Ты чего это тут удумал, а?

– Ничего, – хмыкнул я. – Разбудить тебя не мог, вот и переволновался, вдруг сын… – я поймал себя за язык, чуть не ляпнув: «сын императора». – Короче, просыпайся. Новый день – новые победы.

– А когда это ты стал таким целеустремленным? – озадачился тезка, но тем не менее, противиться не стал. Зевнул, потягиваясь, и, издавая не самые понятные звуки на выдохе, начал медленно подниматься.

На завтрак мы пришли вовремя. Обошли очередь на раздачу и вскоре, вдоволь насытились. По планам на сегодняшний день, у нас были практические занятия, после которых, я расчитывал сходить в стрелковый клуб, так сказать, выделиться.

Но именно сегодня мой «план» начал исполняться, потому что сегодня…

– Сегодня у вас небольшое изменение в расписании, господа курсанты, – негромко, но прекрасно понимая, что его все слышат, произнес куратор. – Ситуация меняется быстрее, чем мы планировали. Поэтому сегодняшнее занятие проведу я.

Я улыбнулся, понимая, что сейчас я буду убивать, и очень много. Точнее, как убивать? Ломать монстров и выбивать из них всю пыль, и чем больше монстров мне удастся обезвредить, тем больше ко мне начнет присматриваться Белов. И дай бог, в ближайшее время я выйду на вылазку, чтобы сломать шею попаданцу.

Или попаданцам, кто знает?

Нам выдали деревянные футляры, внутри которых были слабые артефакты. Я бы их даже боевыми не назвал, потому что ими можно было только вырубить того или иного монстра. Бесполезная дрянь, как по мне.

Но я научился одной вещи, проживая жизнь в роли попаданца. Любое оружие можно сделать смертельным, если уметь правильно им пользоваться. А еще, можно перенастроить артефакт, владея лишь малыми знаниями об устройстве. Чем, собственно говоря, я и занялся.

Пока в двери кабинета пытались пропихнуть здоровенный ящик, который хранил в себе иноземных тварей, я… баловался. Менял структуру артефакта изнутри, убирая все сдерживающие силы. Перенастроить артефакт, на самом деле, оказалось проще простого, нужно было только знать, где и что – искать.

Блокиратор оказался в рукоятке дубины, и представлял собой небольшое углубление, в которое нужно было послать частичку маны, а обнуление режима – выбоина на конце, которую просто нужно было смочить. Устроить магическое замыкание.

В результате, у меня была не дубина класса «С», которая максимум, что могла вырубить монстра, а полноценное смертоносное оружие.

«Ну что, Андрей Алексеевич, готов собирать трупы? – пронеслось в моей голове. – Если это тебя не впечатлит, и я не получу балл там, или приглашение в группу ликвидаторов, то я не знаю, что еще нужно сделать, чтобы меня взяли на вылазку».

Я быстро избавился от лишних мыслей, когда куратор и его помощники неожиданно растворились, а дверцы в ящике, который уже занесли и поставили прямо перед нами, распахнулись. Под ожидаемый визг множества монстров, большинство курсантов встало в ступор. Но не я.

Схватив дубинку в правую руку, и прокручивая ее по оси, я вскочил на стол, за которым сидел и резким ударом, переломил позвоночник у небольшой сволочи с кожаными крыльями и тонким носом. Вспышка, которая появилась в момент смерти монстра, была еле заметная. А учитывая, что вокруг царила паника, первую минуту «практики», мне можно было не опасаться, что кто-то сможет увидеть такую мелочь, как еле заметное фиолетовое свечение.

Мельком посмотрел на Жилина, который пялился на меня с открытым ртом и крикнул ему:

– Рот закрой, а то муха залетит!

В преддверии моих слов, в его сторону полетел самый настоящий бочонок. Одна из немногих, крупных тварей, которые вылезли с запозданием. Ее полупрозрачные крылья при движении создавали звук, словно это не бочонок летит, а тысячи мух.

Противно, на самом деле.

До Жилина эта тварь так и не долетела, в грациозном прыжке с парты на парту, я ударом сверху вбил «бочонок» в пол, где тот и сдох. После, началась череда быстрых убийств, и каждый монстр, с которым я сталкивался, падал не переломанный, или оглушенный, а мертвый.

Силы я не жалел, осознавая, что Белов прекрасно понимает и видит, что я вытворяю. И если бы он хотел остановить бой, чтобы спасти «запас» тренировочных монстров, то он бы это сделал. А значит, сейчас он наблюдает за мной и гадает, кто же я такой? И на что способен на самом деле.

Затем, я промазал по непонятному, высокому монстру, который напоминал мне ходячее дерево, но слишком уж «узкое». А после, я осмотрелся, понимая, что на меня больше никто не рыпается.

Вокруг творился форменный ад. Курсанты были просто не готовы к подобному практическому занятию. Абсолютно для всех это стало неожиданностью. Многие валялись между партами, пытаясь сбросить с себя мерзких созданий, но это мало у кого получалось. На некоторых нападало сразу несколько уродцев. Кто-то бегал от тварей кругами и истошно орал.

По факту, тех, кто пытался сражаться, было не много. Но и противников почти не оставалось. За какие-то пять-десять минут, я разнес большую часть этих тварей, и даже, помог Жилину, который защищал какую-то девку своей грудью. Швырнул в спину монстра, другую тварь, более мелкую, которая кратковременно вывела его из равновесия, ну а Сашка, уже добил его. Даже, как мне показалось, с благодарностью написанном на лице, кивнул мне.

Бой остановился в момент, когда весь пол был устлан трупами монстров. Ни одна тварь не шевелилась, а те, кто все же выжил, медленно ползли обратно в клетку. Спасаясь, то ли от меня, то ли от озверевших кадетов, которые хоть что-то делали.

– В общем и целом, – рядом с клеткой появился Андрей Алексеевич. – Меня удивляет то, кадеты, насколько вы не подготовлены к встрече с этим мусором, – он сильно хлопнул ладонью по клетке и злобным взглядом, посмотрел на искорячившихся под партами парней. – Первоначально, согласно тому, как вы себя поведете на практическом занятии, я хотел наградить особо отличившихся одним баллом.

Студенты аж ахнули от такого заявления. Многие, целый год лезли из кожи вон, чтобы получить этот балл. А тут, только поступили и уже можно было заработать его. Разумеется, многие из тех, кто лежал, уже пожалели о том, что показали страх.

– Судя по увиденному, – продолжил Белов, – Балл заслужил только один человек, и то, – он явно посмотрел в мою сторону и цокнул. – К нему, конечно же, есть несколько вопросов. Но это позже. В общем, я хочу выделить троих человек.

Хм. Что это он имел ввиду?

– И всё же итог мы подведем. Курсант Жилин!

– Я! – браво воскликнул Сашка.

– На вашем счету два монстра, и оба – крайне безобидные, – пристально глядя в глаза моему соседу по комнате, произнес куратор. – Но у вас есть преимущество. Удивительным образом вы догадались использовать против своих противников оружие, которое мы выдали всем перед практическим занятием. Вы занимаете второе место.

– Курсант Лисин! – Белов раздраженно прикрыл глаза, после того, как Лисин выполз из-под стола. – Вы весь поединок прятались и не высовывались из-под стола. Помимо того, что вы трусливо спрятались, так еще и делали подножки своим сокурсникам, которые пробегали мимо вас. Хочу спросить, почему? Чтобы монстры напали на них, а не на вас?

Я повернул голову и посмотрел на этого самого Лисина. Пацан, на вид, был достаточно крепким, с квадратной мордой и большими кулаками. Но вот глаза… по ним я понял сразу, что он самый настоящий трус. Таким, не место в клир.

– Можете возвращаться в казарму и собирать вещи, – сухо продолжил Белов. – Таких как вы я не намерен больше обучать. И думаю, деканат меня поддержит. Ну и, звезда сегодняшнего занятия, – куратор быстро переключил внимание с потухшего студента, на меня. – Волков. – Тяжело вздохнул Андрей Алексеевич.

В аудитории сразу же повисла напряженная тишина. Снова стало слышно, как в железном ящике скребутся выжившие твари.

– Тридцать семь монстров. Все – мертвы.

После этих слов наступила гробовая тишина.

– Только я даже и не знаю, похвалить вас или выговор объявить, – снова вздохнул куратор. – Монстров после вас можно только утилизировать… как вы умудрились обычным артефактом, убить кого-либо? Я пойму, если бы вы, Волков, попадали только по головам. Но… ладно. Об этом мы с вами поговорим лично. И так, подведем итоги…

Белов дождался, когда последние кадеты повылезают и объявил:

– Десять кадетов, которые хоть что-то показали сегодня на занятии, пойдут на второй этап нашего практического занятия, но это будет только завтра. Остальные, – он махнул рукой одному из своих помощников, и тот скомандовал остальным, чтобы начали собирать трупы с пола. – Дополнительные занятия сегодня. По физической подготовке, по устройству артефактов и на психологический анализ. Чтобы завтра, я подумал на счет того, взять ли и остальных с собой.

– А теперь, перерыв час, прийти в чувства и на следующие занятия. Все кроме Волкова.

Толпа первокурсников, замотанных и растрепанных, потянулась в сторону выхода. Я же, дождался, пока мимо меня пройдет Жилин, и направился к Андрею Алексеевичу. Тот и слова мне не сказал, взял мой артефакт в руку и кивнул головой на выход. По итогу, Белов повел меня по длинным коридорам академии в свой кабинет.

Когда мы оказались в полной тишине, в изоляции стен и без лишних ушей, куратор сел на край стола, скрестил руки на груди и прямо спросил:

– Что ты сделал с артефактом? – он был спокоен, но голос был настойчивым. Я хорошо знал его характер и его самого, в «прошлом», разумеется. – Он отличается от того, что был выдан всем.

– Перенастроил, – я пожал плечами, выпрямился и завел руки за спину. – Вы не говорили, что это запрещено. Нам просто выдали их для пользования и ничего не сказали. Вот я и воспользовался. Кто-то, взял в руки и попытался защищаться, многие – просто забыли про его существование, ну а я, чуть подправил каналы, чтобы он стал более эффективнее чем был.

– Где ты этому научился? – Белов смотрел на меня, не моргая. – Волков, я не люблю вранья. Говори честно.

Честно? Не любишь вранья? Как будто я этого не знаю. Андрей Алексеевич отличался от остальных одним очень интересным умением, он действительно понимал, когда ему врут. Поэтому, я ответил честно, но завуалированно. Без уточнений.