Текст книги "Брак под прикрытием. Фиктивное счастье (СИ)"

Автор книги: Наталия Журавликова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

– Как же иначе, – почтительно склонил голову Рудольф, – моя горячность и так создала проблемы в заведении личных контактов. Не хочется, чтобы это отразилось еще и на отношениях наших славных держав.

– Браво! – Куприш эмоционально и порывисто захлопал.

– Я бы не был настроен так безоблачно, – голос таинственного Истона оказался тягучим, обволакивающим и очень низким. Я уставилась на его губы, ожидая, когда он продолжит.

– Мы должны быть уверены, что барон Метлер не собирается мстить, когда генерал Хонвер потеряет бдительность. И нанесет ему удар в спину.

С некоторым разочарованием я поняла, что зубы у него самые обычные. Истон сразу потерял сто очков загадочности и привлекательности в моих глазах.

– Граф Истон – поглотитель правды, – многозначительно произнес Омео, – и сегодня мы пригласили его, чтобы отбросить все сомнения в искренности собравшихся.

– Вы не доверяете мне? – приподнял брови Рудольф.

– Если ваши помыслы чисты, граф не причинит вам ровно никаких неудобств, – спокойно возразил ему Омео, – вы ведь знаете, как это работает.

– А я не собираюсь лебезить и пытаться обмануть вашу ищейку, – рубанул с плеча Амвер, – я не дипломат, мне не нужно притворяться в желании расцеловать чью-то задницу.

– Я задам каждому из вас всего по три вопроса, – вкрадчиво произнес Истон, – а после можете продолжать вечер, как сами того пожелаете.

– Отказаться мы, надо полагать, не можем, – утвердительно заметил Рудольф.

– Вы сами все понимаете, мой друг, – извиняющимся тоном сказал Куприш, – могу вас только заверить, что совершенно не сомневаюсь в чистоте ваших помыслов. Знаю вас как преданного своему делу дипломата и мага.

– Благодарю, Дональд, – кивнул ему Руди, – что ж, граф, можете располагать мной.

– Подайте мне руку, – велел Истон.

Руди, чуть заметно вздрогнув, послушался.

Мрачный невампир (а жаль) сжал пальцы моего мужа, заглянул в его глаза и спросил:

– Желаете ли вы до сих пор зла вашему противнику, Амверу Хонверу?

– Не могу сказать, что хотел бы способствовать его счастью, – ответил Руди не колеблясь, – но убивать мне его точно не хочется. Я утолил свою жажду поединков.

Истон чуть прикрыл глаза и втянул носом воздух. Потом медленно произнес:

– И это правда. Барон не горит дружелюбием к генералу, но в нем нет жажды мести. Второй вопрос: считаете ли вы Амвера Хонвера опасным вашему семейному счастью? Ведь он проявлял интерес к вашей жене Дорит.

– Нет, не считаю, – тут же сказал Рудольф, едва дослушав вопрос.

Истон вновь сосредоточился на его словах, затем покачал головой:

– А тут вы не вполне искренни, барон.

Рудольф заскрежетал зубами, его губы посинели, лицо исказилось.

– Хоть себе бы не врал, – презрительно бросил в его сторону драконий генерал, – боишься, что твоя пташка захочет погостить в моем гнездышке.

Истон отпустил руку Руди, позволяя тому прийти в себя. Как я поняла, даже небольшая ложь доставляла допрашиваемому страдания. Рудольф хватал ртом воздух и разминал посиневшие пальцы.

– Готовы продолжать? – поинтересовался минут через пять Истон. Руди кивнул и протянул ему руку.

– Имеете ли вы недружественные намерения по отношению к Изодии и ее правительству? – задал Истон, пожалуй, самый главный вопрос.

– Мое сердце исполнено восхищением к этому удивительному королевству, – на щеки Руди вернулся естественный румянец и говорил он живым, бодрым голосом, – а особенно к великолепному магическому Озеру. Я ни за что не хотел бы хоть каким-то образом нарушить этот идеальный баланс волшебства и процветания.

– Он говорит правду, – заключил Истон.

– Мне кажется, на последний вопрос барон ответил расплывчато! – задумчиво проронил магистр Омео. – Я бы хотел задать ему еще один.

– Это невозможно, магистр, – твердо сказал Истон, – три вопроса значит три вопроса. И ни одним больше. Этот человек не замышляет ничего против Изодии.

– Что ж, – с неохотой признал Омео, – вы правы, Истон. Однако, я бы желал, чтобы барон Метлер дозволил применить эту процедуру и к его дражайшей супруге Дорит.

И он посмотрел в упор на Рудольфа.

Внутри меня все похолодело, будто я резко проглотила сосульку с указку размером. Они хотят и меня допросить этим жутким детектором лжи!

Я старалась не паниковать, очень сильно старалась! Но сердцу не прикажешь, оно бешено забилось, позвоночник заледенел.

Сложно сказать, чего я больше боялась – раскрыть какую-то неудобную и опасную правду, или того что меня скрутит в бараний рог недомоганием, когда я попытаюсь что-то скрыть.

– Я бы не хотел, чтобы мою жену держал за руку посторонний мужчина! – хмуро выдал Рудольф.

– Вот как? – удивился Омео. – И танцевать вы ей с другими тоже не дозволяете?

В вопросе был подвох. Все видели, как меня принц по танцполу водил.

– Да, – невозмутимо ответил муж, – если могу на это повлиять. Разумеется, когда танец продиктован дипломатическими соображениями, мне приходится это принять.

– Представьте, что нашего танца тоже требуют дипломатические соображения, – криво усмехнулся Истон Ужасный. И ведь не поспоришь с ним!

– По каким таким резонам я должен позволять другому мужчине забираться в голову моей жены? – глаза Рудольфа недобро блеснули. – Да, я выразил свою готовность идти навстречу правительству Изодии. И старательно исправляю свою ошибку, которую допустил по эмоциональности. Но ведь моя супруга не билась на дуэли с Амвером Хонвером.

– Да ладно тебе, Метлер, – раздраженно бросил ледяной дракон, – это лишь формальность, знак доверия мне и королю. Красивая точка примирения.

– Хорошо, – внезапно согласился Рудольф, и у меня внутри все помертвело. Ладно, он хотя бы попытался.

– Действительно, это очень красивый шаг, спасибо, что дал мне увидеть это именно с такой стороны. Я не против, если уважаемый метрано Истон проведет допрос моей жены.

Уверена, про “допрос” он с умыслом сказал. Но с каким? Руди продолжил и все стало понятно.

– И, конечно же, жду такого же шага с твоей стороны, дорогой Амвер.

– С моей? – Хонвер выглядел удивленным.

– Именно! Граф Истон заглянет в сокровенные мысли моей жены, а затем сделает то же и с Лариэтт. Это будет справедливо, не правда ли?

Омео и Куприш переглянулись. К логике Рудольфа придраться было можно, но сложно.

– Вот еще! – рявкнул Хонвер. – С какой стати? Дуэль была мужской и выяснять, как относится к ней жена – это мое дело! Лариэтт вы не тронете. Я не позволю ее допрашивать.

Я готова была расцеловать Руди, как ловко он все повернул! Если гости продолжат настаивать, это будет выглядеть сомнительно.

– Что ж, – с неохотой признал Омео, – вопрос снимается. Любезный граф, задайте свои вопросы генералу, а прекрасных метрис мы пока обойдем вашим магическим вниманием.

Я заметила, что к генеральским откровениям подошли как к обычной формальности. Истон подержал Амвера за руку, спросил его, удовлетворен ли тот результатом дуэли, хочет ли продолжения и сможет ли поддерживать дипломатические отношения с бароном Метлером.

Генерал ответил коротко и однозначно. Я видела, что Омео колеблется и поглядывает в мою сторону. Однако идти на открытый конфликт с принуждением он не решился. Но я прекрасно понимала, что попытки как-то на меня воздействовать не прекратятся. Они слишком серьезно восприняли оговорку кронпринца. Или, возможно, это он сам излишне запаниковал и толком сам не сказал, что его так напугало.

– Если вы покончили с формальностями, предлагаю все же партию в роттил, – подал голос Данвер, – господа чиновники могут присоединиться.

– Увы, нас ждут другие дела, – выразил притворное сожаление Омео, – мы с графом Истоном вынуждены следовать дальше, однако метрано Куприш, если желает, может остаться.

Он посмотрел на Дональда так красноречиво, что было очевидно – тот должен возжелать присоединиться к игре в роттил, в чем бы она не заключалась.

Все еще не веря в свое счастливое избавление, я тоже готова была участвовать в этом неведомом развлечении. С замиранием сердца проводив взглядом грозных гостей, я случайно посмотрела на Лариэтт. И вздрогнула от того, сколько ненависти было в ее глазах.

Ротилл оказался карточной игрой, наподобие “дурака”. Правила мне удалось освоить довольно быстро, и где-то с третьей партии я даже увлеклась. Тут тоже были масти, правда, назывались они, разумеется, иначе. Кинжал, секира, копье и арбалет. Соответственно, персонажи тоже были воинственные. Рыцари, генералы, короли и советники. И суть игры – в завоевании королевства соперника. Надо же, как символично с учетом нашей с Руди разведывательной миссии.

Все присутствующие, кроме разве что Данвера, старались поддерживать светскую беседу. Даже Амвер при Куприше держался вполне прилично. Не поддевал Рудольфа и меня пошлыми замечаниями, не провоцировал на грубости. Лариэтт почти не разговаривала, только делала замечания по ходу игры. Данвер же откровенно потешался над всеми присутствующими.

Куприш отдувался за всех, пытаясь поддержать атмосферу непринужденной вечеринки.

Когда все закончилось, я с большим облегчением пошла к выходу за Рудольфом. Я себя здесь чувствовала не в своей тарелке еще и потому, что со мной не было фенека. Надо же, я к нему привыкла не меньше чем к Руди. В следующий раз буду везде его с собой брать.

Оказавшись в кабриолете, оба мы выдохнули, словно сбросили с плеч тяжелые мешки.

– Тот еще вечерочек, – с облегчением сказал Рудольф, накрыв мою ладонь своей. Я поймала себя на том, что чуть не сжала его пальцы.

– Но мы вроде бы справились? – спросила я.

– Вполне. Ты была на высоте, дорогая. Даже ни разу не скинула мою руку со своей талии. – Руди озорно мне улыбнулся.

– Мы же с тобой любящие супруги, – проворковала я, кинув взгляд в сторону водителя.

– Еще какие любящие, моя сладкая, – пропел Рудольф так, что мне его захотелось огреть. Странным образом его речи меня волновали.

Приехав домой, я в первую очередь кинулась искать своего маленького ушастого лиса. Он оказался в моем “будуаре” – маленькой комнатке с платьями и косметикой, в которой я бывала пока так редко из-за всех этих забот, что позабыла о ее существовании.

Малыш дремал на туалетном столике, устроившись на шкатулке с украшениями. Там всего-то были одни серьги и тонкая жемчужная нить, все купленное еще в тот памятный выход по магазинам. Второй комплект был на мне.

– Присматриваешь, чем удивить меня на ночь глядя?

Я и не заметила, что Рудольф пошел следом за мной.

– Мы с тобой еще не так давно вместе, чтобы мне нужно было освежать отношения! – фыркнула я. Эти подколки уже стали частью наших странной показной супружеской жизни.

Руди приблизился ко мне вплотную.

– Дорит, – сказал он тихо, – вообще-то я сегодня тебя спас. Как ты думаешь, о чем бы спрашивал Истон?

– Наверняка о том злополучном танце, – ответила я, чувствуя, что от тела Рудольфа будто энергия какая-то исходит, очень притягательная, надо сказать, – но ты спас в основном себя. Не нужно прикрываться добродетельными намерениями.

– Ну вот никак тебе голову не задурить! – сказал муж вроде бы насмешливо, но голос его вдруг стал хриплым.

Он легко провел двумя пальцами по моей щеке, запуская во мне дрожь.

– Такая нежная кожа, – глаза Рудольфа потемнели, – ты все дразнишь и дразнишь меня. И не только меня. Этот ледяной чурбан Амвер тает, когда на тебя смотрит.

– Так ты что, взревновал, что ли? – догадалась я. И отступила на шаг, чтобы совладать со своим дыханием. Видит озерный дух, мне совершенно не нравится то, как действует на меня этот испорченный красавчик.

– Может быть, я и ревную, – Рудольф криво усмехнулся, – но разве ты при виде Лариэтт не меняешься в лице? Наверняка гадаешь, было у нас с ней что-нибудь, или нет.

– Если у меня и появляется некое загадочное выражение при виде нее, то это от страха. Неужто ты не замечаешь, с какой ненавистью она на меня пялится? Того гляди, испепелит взглядом!

Негодяй снова сделал шаг ко мне, скрадывая расстояние.

– А если я тебе скажу, что действительно скрывал кое-что, связывающее нас с Лариэтт, но вовсе не романтические отношения, тебе станет легче?

Рука Рудольфа легла на мою талию. Я была бы рада ее сбросить, но … хотя, кого я обманываю? Мне не хотелось, чтобы он убирал ладонь, от нее шло тепло и легкое покалывание. Интересно, это его магнетизм действует? Тогда я не виновата, как сопротивляться чародейству?

Тьфу, как малодушно!

Я попыталась избавиться от наваждения, тряхнул головой.

– Нет, не станет? – по-своему истолковал это движение Руди.

– Да мне все равно, было ли у тебя что-то с Лариэтт! – я постаралась сказать это резко, с раздражением. – Тем более что у нас с тобой ничего не будет. У нас фиктивный брак и показная любовь! Все, что меня интересует – как с твоей помощью попасть обратно домой!

Лицо Рудольфа вдруг исказилось, глаза сверкнули. Сильные руки обхватили меня, не давая сбежать, а его губы прижались к моим, терзая поцелуем. Требовательным, настойчивым, лишающим остатков благоразумия.

В ушах зашумело, я услышала стон, будто бы издалека, не сразу поняв, что это я сама застонала.

Какой позор, полная и бесславная капитуляция!

Я таяла под горячими пальцами Рудольфа, которые пробежались по моей спине. И сама, не соображая, что делаю, обхватила его шею.

Муж легко, как пушинку, подхватил меня на руки, вынес из будуара и направился в нашу спальню. Сопротивляться не хотелось.

По законам жанра, нам обязательно должно было что-нибудь помешать. Но этого не случилось. Зато случилось все остальное.

Рудольф был умелым, страстным, настойчивым. А я тянулась к нему, как к единственной своей опоре в этом чужом мире, согреваясь и оттаивая.

Мы помогли друг другу раздеться так, что потом пришлось собирать одежду по всей спальне.

– Ты просто восхитительна, Дорит, – шептал мне на ухо Рудольф, а потом подтверждал свои слова чувственными росчерками поцелуев по всему телу.

Даже похудевший после ранения, он выглядел обнаженным просто завораживающе, его хотелось рассматривать, касаться, целовать.

Широкие плечи, мускулистый торс, длинные сильные ноги. Просто великолепный мужчина.

И этот мужчина сейчас хотел быть со мной, о чем говорило его сбитое горячее дыхание, кончики пальцев, скользящие по моей разгоряченной коже,

Время то растягивалось до бесконечности, цедя секунды сладостного томления, заполненные оглушающим сердцебиением, то сжималось в пружину, затем стремительно выстреливая.

Когда мы без сил оторвались друг от друга, мне показалось, что прошла вечность… но продолжалась она несколько мгновений.

Закрыв глаза, я прислушивалась к своему телу, в котором ожила каждая клеточка. Стоит ли жалеть себя за эту слабость? Да, не поддаться напору Рудольфа сложно. Он брал меня так, словно отказа ему быть не могло. Будто мы с ним созданы друг для друга.

Только не влюбляться в него!

Он слишком опасный, слишком коварный и расчетливый.

На него надеяться невозможно, слишком велик риск разочарования. Сейчас я и Рудольф оказались в одной связке, нам просто выгодно быть вместе.

По коже пробегали разряды электричества, мышцы приятно гудели.

– О чем ты думаешь? – спросил меня Рудольф. Его голос доносился словно с другого конца вселенной.

– О том, что не могу тебе доверять, – легко призналась я.

– Вот как? – удивился он.

Я открыла глаза.

– Мне кажется, пять минут назад ты очень даже смогла мне довериться.

Руди усмехнулся.

– Мы просто переспали, это не говорит о доверии, – выдохнула я. Это была защитная реакция.

– Вот как? Думал, для женщин это значит куда больше, – Рудольф смотрел на меня с интересом. Мне показалось, или в глубине его глаз плеснулась тень разочарования?

– У нас с тобой в отношениях полная определенность, – напомнила я, – мы вместе распутываем заговор против твоей страны и помогаем тебе провести ритуал на озере. А я все еще надеюсь вернуться домой.

– Тебе настолько здесь не нравится? До сих пор?

Вот же болван самонадеянный! Он решил, что я теперь растаяла и не захочу расставаться с таким чудесным мужчиной?

Что ж, стоит признать, я действительно раскисла. И сейчас мне ужасно хотелось его обнять, положить ему голову на плечо и болтать обо всяких нежных глупостях.

– Мой дом в другом месте, – тихо сказала я, – исчезнув так внезапно, я резко оборвала связи, подвела кого-то невыполненными обязательствами. У меня остались родственники, которые не представляют, что со мной случилось и думают самое плохое. Вы здесь совершенно не воспринимаете нас, попаданцев, как людей.

– Дорит, – голос Рудольфа был мягким. Он развернулся ко мне, опираясь на локоть, глядя в глаза, – дело не в нашем восприятии. Представь, если бы ты умерла в своем мире. Внезапно, трагически. Тогда было бы то же самое: разбитые планы, обманутые ожидания и переживания родственников. Ты бы тоже не смогла на это повлиять никоим образом. Не надо воспринимать меня как злодея, разлучившего тебя с семьей. Обещаю, если у меня представится такая возможность, я помогу тебе вернуться в твой мир. Вопрос – будет ли тебе там так же хорошо, как раньше?

ГЛАВА 13. Ритуал

Можно подумать, что теперь мы с Рудольфом начали полноценную семейную жизнь. Но это не так. После той вспышки страсти я старалась избежать новой близости с ним, понимая, насколько это нелогично выглядит. Да, я со слишком уж большим энтузиазмом откликнулась на его приставания. Но потом пришла в себя. Не хватало еще привязаться к нему, а потом страдать. А то, что с таким как Руди уж точно придется страдать, я не сомневалась.

Слишком он самовлюбленный, упрямый и хитрый.

Пару ночей я сторонилась его, а он вроде как попытался ко мне снова подобраться. Но когда понял, что мои отговорки про “хочу спать” и “голова болит” – всего лишь попытка отдалиться, обиделся. И буркнул, что ему прекрасно спится и самому. После этого он переселился на диван. К слову, очень удобный и мягкий.

– А то вдруг тебе ночью захочется меня обнять, а потом ты утонешь в самобичевании, – насмешливо пояснил он, застелив себе спальное место. Прислугу он к этому не привлекал, мы ведь должны изображать счастливую пару в том числе и в глазах этих домашних шпионов.

Дальше все пошло своим чередом. На нежности Рудольф больше не напрашивался, выглядел отстраненным, каждый день ходил на работу, а я проводила время за изучением книг и прогулками по Изодии, иногда в компании Олив. Она оказалась из всей этой семейки наиболее человечной. С охотой делилась знаниями о местной моде и рассказывала сплетни о богатых горожанах.

Постепенно я втягивалась в окружающую меня действительность, привыкала к ней.

Через неделю после нашей случайной и ошибочной связи, Рудольф пришел из министерства раньше обычного, за час до ужина, нашел меня в библиотеке.

– Надеюсь, ты узнала много полезного, – сказал он, разглядывая книгу в моей руке, – сегодня нас ждет незабываемая ночь вместе.

Я вопросительно посмотрела на него.

– Не надейся, мое мужское расположение ты своими капризами потеряла безвозвратно, – фыркнул Руди.

– Паяц, – сказала я.

– А ты истеричка, которая сама не знает, чего хочет. Но сейчас не это важно. А то, что пришло подходящее для ритуала время. И мы сегодня в полночь должны быть у Озера.

– Мне только надо с тобой? – удивилась я.

– Разумеется. Твой лис со мной вряд ли захочет пойти, а он, как мне кажется, весьма пригодится. Да и ты у нас оказалась проводником. Так что я очень рассчитываю за один ритуал сделать столько же как и за три дня непрестанных магических плясок на берегу.

– И как же мы проникнем всей нашей бандой на священные берега?

– Все это время я искал способ, – Рудольф уселся в кресло напротив меня, – подкупить охрану, как оказалось, невозможно. У них в латы встроен механизм, который исключает любое несанкционированное проникновение. Так что страж, решивший нажиться на доступе к Озеру, загремит в тюрьму на долгие годы. Никто не будет так рисковать.

– И что, мы через забор полезем? – спросила я саркастично.

– Почти, – кивнул Рудольф, – я нашел человека, который покажет нам слабое место в стене, которой оцеплен озерный парк.

– И ты ему доверяешь? – ахнула я.

– Мне придется, – пожал он плечами, – иначе в моем пребывании тут почти и смысла-то нет.

– А как же спасение родного Пинартеса? – напомнила я.

– Это уже потом выяснилось, и не без твоего участия. Изначально же я рвался в Изодию, чтобы преумножить свой магнетизм. И намереваюсь это сделать.

– Когда мы едем? – спросила я, поняв, что переубедить этого рискового упрямца не выйдет.

– Еще успеешь отдохнуть после ужина, – порадовал меня Рудольф, поднимаясь, – надень платье потемнее.

Платье. Я бы с удовольствием в джинсы влезла, но тут дамы не носят брюки.

Волновалась ли я? Разумеется. Во мне зрела уверенность, что этот неуемный маг в своей жажде могущества втянет нас в очередные приключения.

К Озеру мы поехали, когда на Изенплао опустилась тьма. Ночное освещение в столице Изодии есть, но на центральных улицах. На окраинах, видимо, жители лучшего города в этой вселенной должны себе светом из глаз путь озарять, поскольку они ж тут все избранные через одного…

Да, я была раздражена. Мне не хотелось подвергать себя риску и тащиться к Великому Озеру, где нас не ждут. А если вдруг дождутся, то захотят бросить в кутузку как минимум.

Добирались мы необычно. Разумеется, о том чтобы взять выделенный нам кабриолет с водителем и ночью рвануть на Озеро, не было речи.

Рудольф нашел даже не карету, а повозку, запряженную вороным конем, грива которого была заплетена в косички и украшена красными атласными лентами.

Муж сам уселся на козлы, меня усадил внутрь, в тесную двухместную кабинку, в которой мне даже одной было совсем несвободно.

Путь себе и коню Руди освещал небольшим магическим фонарем.

Я сидела с крохотной лампой в руках. Бледный волшебный огонек светил, не нагревая стекло.

В кабинке были окошки, но сложно что-то там разглядеть на загородной дороге.

Дорога показалась мне бесконечной и очень тревожной. Я все время ожидала, что нас остановят какие-нибудь бандиты или наоборот, правоохранители. Чтобы поинтересоваться, куда это мы едем среди ночи. И когда эта карета эконом-класса действительно остановилась, у меня сердце в пятки ушло.

Внутрь заглянул Рудольф, лицо его было веселым, и я немного выдохнула. Но ненадолго.

– Сейчас к тебе присоединится еще один пассажир, – сообщил Руди, – он нас и проведет потайным путем.

Тут же в и без того тесную мою “каюту” проворно заскочил мужчина, лицо которого показалось мне смутно знакомым.

И только когда мы тронулись, я вспомнила, кто это. Летвек Мив, тот пройдоха, что пытался выдать себя за моего друга детства!

– Вы! – возмущенно выдохнула я.

– А, узнали? – радостно улыбнулся мошенник. – Счастлив вас видеть, метрис Дорит!

– А я пока еще не определилась в своих чувствах.

Неужели Рудольф настолько наивный? Ведь не похож же! Просто беспечный? Или самонадеянный сверх меры?

– Вы ведь обманщик и авантюрист! – заявила я Миву. – Как мой муж мог подумать, что вы нас приведете к Озеру?

– Все мы ошибаемся, баронесса, – примирительно сказал Мив, – пытаться вас разыграть было с моей стороны совершенно неуместно. Позже я поговорил с метрано бароном и мы выяснили, что я могу быть ему полезен.

– Зачем же вы хотели меня, как вы выразились, разыграть? – требовательно спросила я.

– Ну как же… вы новенькие в Изенплао, втереться в доверие, попросить взаймы… у меня бедственная ситуация, – бесстыдник вздохнул. Терпеть таких не могу! В нашем мире тоже подобных кадров полно.

– То есть вы как-то смогли сейчас убедить Рудольфа, что без подставы доведете нас до Озера? Да кто вы такой?

– Я три года там проработал в качестве охранника одного из выходов. И действительно знаю, как можно проникнуть на Озеро, минуя всех. Ваш муж человек очень богатый и могущественный, так что с ним выгоднее дружить, чем подставлять.

– Так вы на самом деле вообще местный, а никакой не мой сосед? – мне хотелось схватить наглеца за плечи и вытрясти его продажную душонку.

– Моя мать из местных, отец приезжий из Пинартеса как раз, – улыбнулся Мив, – разумеется, как нечистокровный житель Изодии, я свое детство провел вдали от столицы. Но сумел пробиться, как видите. И родину папеньки навещал не раз. Я понимаю, что вы мне не верите. Но вашему мужу в его деле действительно не на кого больше рассчитывать.

Повозка наша вновь резко встала, я едва удержала равновесие.

– А вот теперь приехали, дальше придется пешочком по лесочку! – жизнерадостно сообщил мне авантюрист.

В этом мире женам благородных баронов не полагались ни резиновые, ни кирзовые сапоги. Поэтому я месила подтаявший снежок пополам с прошлогодней травой и грязью своими элегантными сапожками, хорошо хоть на низком каблуке.

Сам-то Руди обзавелся удобной обувью, а на ногах Мива было что-то растоптанное, большое и по виду невозможно уместное.

Ночь была прохладной, у меня колени подмерзали, все же зима на дворе. Точнее даже в лесополосе, по которой мы шли. В таких местах еще холоднее.

– Сильно не светите тут, чтоб нас не заметили, – шепотом предостерег нас Летвек Мив.

– А передвигаться как? На четвереньках? – прошипела я, сжимая под мышкой своего фенека. Еще не хватало его потерять в этом лесу.

Но снег, белеющий между деревьями, помогал не переломать ноги. Несколько раз я поскользнулась, хватаясь за стволы. Потом Рудольф меня подхватил под руку и тащил за собой.

Идти пришлось долго, под конец пути в сапогах у меня хлюпало и чавкало. Ступням было холодно и мокро.

Я ненавидела местные обычаи, согласно которым дамам высшего света не пристало шлепать в галошах. И тулупах. Потому что я уже хорошо так подмерзала, разница между дневными и ночными температурами заметная.

Наконец впереди заколыхалась мрачная громадина забора.

– Добрались, – хрипло сообщил Летвек, – теперь пропустите меня вперед.

Он прошлепал к ограждению, положил ладони на стальную обшивку, которая загудела у него под руками.

Да, тут может и колючая проволока найдется, если присмотреться. Или попробовать перелезть.

– Посветите совсем чуть, – попросил Мив.

Рудольф подошел к нему, придерживая тусклую магическую лампочку. Наш провожатый деловито ощупывал забор, словно искал в нем какую-то точку.

Затем кивнул.

– Гасите свет, – велел он.

Стало темно, только глаза Финика почему-то мерцали зеленым.

– А теперь внимание, надо действовать очень быстро. За мной!

Он надавил на глухую стену перед собой и вдруг провалился вперед. Пока я соображала, что делать, Рудольф и меня за талию подтащил к этому месту, резко толкнул и я упала на колени, выпуская Финика. Позади послышался шорох. Оглянувшись, я увидела, что нахожусь с другой стороны забора и следом за мной из узкого проема появился Руди. И тут же дыра за его спиной затянулась, словно ее и не было.

Встав, я отряхнулась и поискала Финика. Зверек спокойно сидел неподалеку и чесал ухо лапкой.

Я удивилась, что здесь, ближе к Озеру, тьма уже не была такой глухой и страшной, как за забором.

Вокруг разливался сиреневый свет, впереди, метрах в ста, поблескивало загадочное Озеро, оно, кажется, что-то шептало.

Финик тявкнул и потрусил к берегу.

– Стой! – окликнула я его шепотом. – Нас тут могут заметить!

– Это так, – согласился Мив, – есть одна хитрость, о которой мало кто знает. Нужно дойти до линии, где начинаются прибрежные камни, присмотреться и взять тот, что светится. И дальше можно здесь быть, не боясь, что кто-то заметит.

– Мы что, станем невидимками? – не поверила я.

– Нет, это отвлекающая магия. И увы, не все видят эти светящиеся камни. Очень надеюсь, что нам сегодня повезет.

Издалека послышались глухие шаги.

– Возможно, это обход, надо поторопиться, – подскочил Мив.

Оглядываясь, не появится ли из-за ближайшего дерева рыцарь в бряцающих доспехах, мы добежали до россыпи гальки и уставились себе под ноги.

– Нашел! – тихо вскрикнул Рудольф, хватая совершенно обычный с виду серый камень. Но у него на ладони он начал мерцать серебристым.

Следом облегченно вздохнул и Летвек, поднимая с земли расколотый невзрачный булыжник. Он тут же заиграл розовым.

Я буравила взглядом разбросанные по берегу камни, разноцветные, но без признаков сияния, в груди у меня росла паника, шаги становились все ближе.

Мне уже было понятно, что никто помочь не сможет, каждый из нас видит свой камень самостоятельно.

И я сейчас могу попасть в переделку!

Глаза застилали слезы, дыхание перехватило. Да, я ужасно беспомощной становлюсь в стрессовой ситуации.

– Неужели ты не видишь? – тихо спросил Рудольф.

Послышалось покашливание, глухое, будто в ведро. Это точно охранник в рыцарском шлеме.

– Финик! – прошелестела я, чувствуя, что от страха вот-вот грохнусь в обморок. Рыжий зверек метнулся ко мне, мягкая шубка скользнула по ноге. И тут же передо мной засветился добрый десяток камней.

Со стоном я схватила ближайший ко мне. Он сиял голубым.

Сжав до боли камень, я повернула голову в сторону шагов. Охранник уже показался из-за деревьев, вышел к берегу и направлялся к нам, прислушиваясь. Отблеск ночного светила играл на ярко начищенном шлеме.

Казалось, он нас увидел и сейчас разгонит всю компашку алебардой. Но рыцарь вдруг остановился и неловко повернулся назад, в ту сторону, откуда пришел.

Там были негустые заросли. Кусты, невысокие деревца, кажется, между ними выглядывало что-то вроде беседки.

Будто что-то вспомнив или завидев кого-то, охранник потопал прочь.

– Вот так оно и работает, – подмигнул мне Мив.

Похоже, Рудольф знал, что дальше делать. Прежде всего, он отослал нашего провожатого Левека Мива ждать у забора, сквозь который мы проникли.

Я смотрела на него с сомнением, однако Руди был совершенно спокоен.

– Уверяю, он никуда не денется, – сказал муж почти хладнокровно, – даже если он решит меня сдать властям, ему и самому сильно перепадет.

Рудольф рукой указал, куда нам надо идти. Спустившись к воде, мы увидели небольшую беседку, точнее, деревянную крышу на столбах, вкопанных прямо в землю и обложенных камнями. Сняв с плеча объемную сумку из черной кожи, застегнутую на несколько пуговиц, Руди поставил ее на камни.

– Ритуал пройдет здесь. Где твой зверь?

Я в испуге огляделась. Неужели лисенок убежал? Но к моему облегчению, малыш оказался рядом со мной.

– Как ты его будешь использовать? – спросила я.

– Так, как он сам это позволит, – загадочно ответил Рудольф.

Он скинул куртку, потом к моему удивлению снял свитер из толстой шерсти и тонкую майку, оставшись с голым торсом. Я поежилась, представив, как ему холодно.

В фиолетовом сумраке Рудольф смотрелся загадочно и очень по-магически.

А он уже доставал из сумки вещи.

– Возьми кисть и нарисуй мне серебристой краской две полосы на спине, – приказал муж.

С некоторым волнением я повиновалась ему. Когда кисть коснулась кожи, он чуть вздрогнул, мускулы непроизвольно сократились, демонстрируя великолепную физическую форму этого странного и пугающего меня сейчас мужчины.