Текст книги "Идентификация Блэка (СИ)"

Автор книги: mrs Addams

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 28 страниц)

Глава 36

Трибуны затаили дыхание, когда над стадионом отчётливо пронёсся звук сработавшего портала. Тысячи глаз устремились к судейскому столу в ожидании триумфального появления победителя.

Но никто не появился.

Северус ожидал именно этого. Детали операции были с ним подробно оговорены, и для такого дела он даже нацепил на запястье маггловские механические часы швейцарского производства. Непривычная тяжесть металла на руке раздражала, однако зельевар терпел. Точность сейчас была важнее комфорта.

Прошло уже пятнадцать минут, а чёртов Поттер не появлялся.

О том, что кубок мог достаться кому-то другому, Северус старался не думать. У мальчишки были все шансы добраться первым. Джейсон снабдил ученика необходимыми артефактами и оружием. Роль самого Снейпа-Принца в операции заключалась в том, чтобы вывести Поттера из Хогвартса без потерь.

И сейчас, оглядываясь по сторонам, декан Слизерина понимал: просто не будет.

Мальчишку здесь ждали. С маниакальным блеском в глазах ждали.

Одним из ожидающих был поддельный Муди. Кто именно скрывался сейчас под личиной отставного аврора, Северус понятия не имел. Настоящий Аластор уже несколько месяцев испытывал на себе гостеприимство специалистов из отдела мистера Уайтлоу. Китайский шпион, прежде носивший эту личину, был недавно освобождён Блэквудом и пока не мог в полной мере исполнять свои обязанности. Разумеется, Снейп подозревал, что новый Муди представлял агента святейшей инквизиции. Однако своими выводами он поделился лишь с Джейсоном и осторожно намекнул Джеймсу Уайтлоу. Директор Дамблдор наверняка знал всё это и без подсказок, а привлекать к себе лишнее внимание – последнее, чего хотел декан Слизерина.

Прошло уже полчаса, а Поттер всё не появлялся.

Лжемуди даже не скрывал торжествующего выражения на изуродованном шрамами лице. Магический глаз бешено вращался в глазнице, то и дело останавливаясь на судейском столе.

Андромеда выглядела взволнованной, что на аристократичном лице Джейсона смотрелось противоестественно. Декан Слизерина поймал взгляд Люциуса Малфоя и едва заметно кивнул в сторону средней мисс Блэк. Лорд Малфой, безупречный как всегда в своей чёрной мантии с серебряным шитьём, всё понял правильно. Он склонился к жене, а та принялась что-то шептать сестре.

Сам Северус оставался спокоен, как скала. Он не верил, что новый глава рода Блэк не справится со своей задачей. Скорее всего, к общей забаве на кладбище присоединился Уайтлоу, а мелкий Поттер попросту безответственно грел уши, вместо того чтобы возвращаться по плану.

Наконец, над стадионом раздался громкий шипящий хлопок криво настроенного порт-ключа, и возле судейского стола буквально вывалился Поттер.

Мальчишка был взъерошен, мантия порвана в нескольких местах, а на щеке красовалось пятно копоти. Но при этом он весело сверкал зелёными глазами. Сейчас, когда Гарри был без очков, это стало особенно заметно. Не вовремя госпожа Линь исправила герою зрение – слишком уж бросалось в глаза его довольство.

Северус мгновенно понял: мальчишка побывал в таком месте, где ему чрезвычайно понравилось. Вряд ли противники окажутся настолько глупы, чтобы не сделать тех же выводов. Ведь если бы на кладбище действительно произошло создание опасной нежити, веселиться подростку было бы решительно не с чего.

– Я победи-и-и-ил! – завопил четвёртый участник турнира, потрясая кулаком в воздухе.

Трибуны взорвались аплодисментами и криками, но Снейп лишь прикрыл лицо ладонью, чтобы не видеть этот эпичный провал тщательно выстроенного плана.

Поттера немедленно обступили организаторы турнира. Кто-то тормошил его за плечи, другие пытались расспрашивать о произошедшем. Но мелкий паршивец восторженно пищал что-то невразумительное и упорно игнорировал вопросы.

Северус протолкался сквозь толпу и ухватил мальчика за руку. Гарри повернулся к нему, и в зелёных глазах мелькнуло понимание. Он едва заметно кивнул и начал перемещаться в сторону профессора зельеварения. Но почти тут же остановился – его крепко держал за другую руку профессор защиты от тёмных искусств.

Снейп чертыхнулся сквозь зубы и одним броском пролез к Поттеру, грубо отпихнув в сторону Людо Бэгмена. Бывший квиддичист попытался возмутиться, но напоролся на многообещающий взгляд зельевара и благоразумно отступил.

Дальше на глазах изумлённого гриффиндорца почтенный профессор зелий ловко подсёк Лжемуди. Тот завалился назад и, пытаясь удержать равновесие, непроизвольно вцепился в мантию стоявшего рядом Фаджа, выпустив при этом руку Поттера.

Гарри всё понял совершенно правильно. Едва почувствовав свободу, он тут же юркнул за спину Снейпа. И они неторопливо двинулись к выходу – два человека, которым совершенно некуда спешить.

– Подождите! – раздался за их спинами запыхавшийся голос Фаджа.

Бывший министр магии, низенький и полноватый, в неизменном котелке и мантии в тонкую полоску, подбежал к ним, отдуваясь и промокая лоб платком.

– Господин бывший министр, – холодно проговорил Снейп, останавливаясь, – у меня чёткие инструкции от наставника и опекуна мальчика. Мистера Поттера надлежит немедленно доставить домой, где он будет осмотрен и ему окажут необходимую медицинскую помощь. Церемония награждения победителя, насколько я понимаю, состоится значительно позже.

Фадж открывал и закрывал рот, словно выброшенная на берег рыба, и наливался дурной кровью. В этот момент к ним подошла Андромеда под личиной Джейсона.

– Какие-то проблемы, мистер Фадж? – осведомилась она, старательно копируя холодные интонации главы рода.

– Нет, ну что вы… – тут же пошёл на попятную бывший министр, невольно отступая на шаг.

После этих слов Северус развернулся и направился к зоне аппарации. Андромеда с Гарри следовали за ним. Больше их никто задерживать не пытался.

Спустя несколько минут все трое благополучно переместились в Блэк-хаус.

****

В лондонском доме Северус, Андромеда и Гарри задержались ровно настолько, чтобы привести себя в порядок и переодеться. Затем все трое переместились камином в корнуэльское поместье Блэков.

Там царило настоящее столпотворение.

Просторная гостиная с высокими потолками и тяжёлыми бархатными портьерами была полна народу. Боевые маги триады негромко переговаривались в углу, домовые эльфы сновали между гостями с подносами, кто-то громко спорил в соседней комнате. Воздух пропитался запахами пороха, ингредиентов зелий и почему-то жареного мяса.

– А где моя жена? – задал главный интересующий его вопрос Северус.

– Если вы имеете в виду вторую молодую китайскую леди, то она с сестрой занята экспериментами над тем, что осталось от моего племянника, – спокойно отозвался сидевший в кресле у камина кряжистый старик.

Пожилой джентльмен взирал на всеобщий хаос с философским спокойствием и наслаждался ароматом большой сигары. Годы в Азкабане оставили на нём неизгладимый след: глубоко запавшие глаза, землистая кожа, обтягивающая скулы, седые волосы до плеч. Однако в тёмных глазах Гонта не было и тени безумия – лишь цепкий ум и насмешливое любопытство.

Северус опустился в соседнее кресло. Гарри тут же убежал разыскивать наставника, а Андромеда принялась наводить порядок в поместье и организовывать ужин.

– Вы Морфин Гонт, – полуутвердительно произнёс Снейп.

– Совершенно верно. Морфин Марволо Гонт, последний из рода, – с достоинством ответил старик, выпуская кольцо дыма.

– Северус Тобиас Снейп-Принц, глава рода, – представился, в свою очередь, зельевар.

– Значит, это для вас Блэки добыли целый котёл варева, – усмехнулся Гонт, и в его глазах мелькнул огонёк.

– Какой котёл? – Северус подался вперёд, в чёрных глазах зажёгся неподдельный интерес.

– Вообще-то, это трофей Блэков… – начал, было, старик.

Но его прервал появившийся на пороге Джейсон. Глава рода Блэк выглядел усталым: под глазами залегли тени, на скуле красовалась свежая ссадина, а тактическая куртка была прожжена в нескольких местах. Однако двигался он по-прежнему энергично.

– Так, Северус, требуется твоя консультация. И ваша, мистер Гонт. Идите за мной.

Протестовать никто из них даже не подумал. Оба мага спокойно проследовали за хозяином дома к аппарационной площадке усадьбы, где их уже ждал Блэквуд. Через мгновение вся группа переместилась на побережье – в новое поселение Блэков, о котором по магической Британии ходили самые невероятные слухи.

Лаборатория единственных некроманток на Британских островах располагалась в прибрежных скалах. Проникнуть туда с помощью аппарации могли только хозяева. По нынешним временам подобная защита была запрещена Министерством магии – как, собственно, и сама некромантия.

По понятным причинам Блэкам на это было плевать с высокой колокольни. Джейсон и вовсе считал, что запрещать целые направления магии – всё равно что запрещать закон всемирного тяготения. Северус находил это утверждение абсолютно справедливым. Стихию запретить нельзя. Сам он обладал даром тоже запрещённой магии крови – и что с того? Без этого дара невозможно сварить ни одно из высших зелий.

Поэтому сейчас зельевар, сдерживая нетерпеливое любопытство, плыл в небольшой лодке по заполненной водой расселине. Скалы нависали над головой, почти смыкаясь где-то высоко наверху. Солёные брызги оседали на лице, а впереди уже виднелся тусклый свет факелов у причала.

Своим браком Северус был доволен в высшей степени. В силу некоторых особенностей его магии некромантия на него не действовала. Вернее, действовала, но совсем не так, как на других. Поэтому жену с подобным даром горячо одобряли все уцелевшие портреты родственников Принцев.

В лаборатории Шуан схватила мужа за руку, едва он переступил порог, и потащила в алхимическую часть помещения. Молодая китаянка буквально светилась от возбуждения, её обычно невозмутимое лицо раскраснелось, а в тёмных глазах плясали искорки.

Сама лаборатория представляла собой обширную пещеру с высокими сводами. Вдоль стен тянулись полки с ингредиентами, на рабочих столах громоздились реторты и перегонные кубы, а в центре…

В центре стоял огромный котёл явно гоблинской работы.

Северус замер, не веря своим глазам. Рунный орнамент по окружности широкого горла и на пузатом боку слабо мерцал в полумраке. Ручки в виде свернувшихся змей выглядели удобными для захвата, а глубокий чёрный цвет указывал на сложный сплав, похожий на зачарованный чугун. Где-то он о таком читал… Точно!

– Клянусь мелкими яйцами гоблинов! – воскликнул поражённый Снейп. – Это же полная копия котла Дагды! Кто-то не пожалел золота на этот артефакт!

– А что он делает? – с интересом спросил Джейсон.

– Облегчает варку почти всех известных зелий, – не раздумывая, ответил Северус, благоговейно касаясь пальцами гладкого металла.

– А что за зелье пытались в нём сварить? – не отставал глава рода Блэк.

Северус внимательно заглянул в котёл, взял черпак, осторожно понюхал и покатал на пальцах остывший состав. Густая субстанция отливала болезненной зеленью.

– Что я могу сказать, – задумчиво начал он. – Это основа под зелье Возрождения. Кто-то неправильно понял концепцию крестражей и решил, что с их помощью можно возродить живое существо.

– А это не так? – поторопил Джейсон.

Он точно знал: стоит только дать волю яйцеголовым, они будут рассуждать хоть целую ночь. А Северус, несмотря на все его шпионские игры, в первую очередь оставался учёным – потому и огребал постоянно ворох проблем.

– Разумеется, не так, – тоном университетского лектора произнёс Снейп. – Ушедшие за грань назад не возвращаются. Это тебе ещё миссис Блэк объясняла. Что касается данного зелья, то оно модифицировано для придания псевдожизни любому предмету. Само по себе зелье Возрождения было изобретено для лечения безнадёжных больных. Например, я варил его модификацию для Корвина Лестрейнджа, и мальчик пошёл на поправку. Но в этом котле эффективность зелья возрастает многократно. Во сколько именно раз – сказать не могу, нужны специальные расчёты.

– Итак, что мы имеем, – проговорил Джейсон, складывая руки на груди. – Невероятно дорогой котёл, зелье, поднимающее покойников, и гомункул с обрывком души Тома Риддла. Вопрос на засыпку: что именно желали сотворить на этом чёртовом кладбище?

– Марионетку, выполняющую чьи-то приказы, – ответила за всех Сюэ.

Старшая из сестёр Линь стояла у рабочего стола, задумчиво перебирая свитки с расчётами. Её тонкие пальцы, перепачканные чернилами, скользили по пергаменту.

– Вот только я насчитала как минимум шесть грубых ошибок в самом ритуале и в теле гомункула. При таком раскладе контроль был бы под большим вопросом. Я вообще не возьмусь предсказывать, что за существо вылезло бы из котла на кладбище. Да ещё усиленное копией священного котла.

– Какая прелесть! – буквально пропел Блэквуд, и в его голосе прозвучало искреннее восхищение абсурдностью ситуации. – Значит, у нас в подвалах сидят неграмотные злоумышленники, по вине которых чуть не разразилась катастрофа. И контролировать своё изделие они бы не смогли – некромантия-то запрещена!

– Абсолютно точно, – мрачно подытожил Блэк.

В лаборатории повисло тяжёлое молчание. Факелы потрескивали в держателях, отбрасывая на стены причудливые тени.

– Прошу прощения, джентльмены, – подал голос молчавший до сих пор Гонт, – но эти милые леди обещали упокоить моего племянника.

– Кстати, мистер Гонт, – повернулся к нему Джейсон, и в его глазах блеснул холодный огонёк. – Если бы в своё время вы проявили хотя бы каплю заботы и внимания… Да что там говорить – даже просто забрали мальчика из приюта! Всей этой истории попросту не было бы. Ни инквизиции, ни тупым и жадным магглам не за что было бы зацепиться. А вы сейчас не были бы последним в роду.

Морфин Гонт выдержал взгляд главы рода Блэк. Изборождённое морщинами лицо старика окаменело, но в тёмных глазах плескалась застарелая боль.

– Вы правы, Джейсон, – глухо ответил он. – В Азкабане не было дня, чтобы я об этом не пожалел. Но прошлое не изменишь. А жаль. Могу я рассчитывать на то, что мой племянник обретёт, наконец, покой?

– Да, можете, – ответила за мужа Сюэ. – Змею вы нам предоставили, но не хватает ещё одного осколка.

Миссис Блэк выжидательно посмотрела на Гонта. Тот помедлил, словно собираясь с духом, затем полез в карман поношенной мантии и достал небольшую деревянную коробочку. Потемневшее от времени дерево было покрыто полустёртыми рунами.

– Вот, берите. Только будьте осторожны – племянник, чего только не навертел с этой вещицей, – мрачно проговорил старик, протягивая коробочку.

Сюэ аккуратно приняла её в руки, держа на вытянутых ладонях, словно ядовитую змею. Затем направилась в дальнюю часть лаборатории, где за тяжёлой портьерой скрывался ритуальный зал.

– Кто желает, может поприсутствовать на ритуале, – донёсся до собравшихся её мелодичный голос.

Северус ожидал от ритуала упокоения чего-нибудь более зрелищного. Грома, молний, воя потусторонних сил – всего того, о чём писали в древних трактатах. Однако всё прошло как-то буднично, почти обыденно.

Ритуальный зал представлял собой круглое помещение, вырубленное в толще скалы. Стены покрывала сложная вязь иероглифов и странных рун, больше похожих на письмена санскрита, начертанных серебряной краской. В центре, на отполированном до зеркального блеска каменном полу, был выложен многослойный ритуальный рисунок из песка разных цветов – белого, чёрного, алого и золотого.

Миссис Сюэ Блэк и Шуан Снейп-Принц бережно поместили крестражи в отведённые им точки сложного узора. Диадема Ровены Рэйвенкло, тускло мерцающая сапфирами. Золотая чаша Хельги Хаффлпафф, покрытая мельчайшей паутиной рун. Тяжёлый медальон Слизерина на потемневшей цепи. Потёртая шкатулка с кольцом Гонтов, которую отдал Морфин. И, наконец, усыплённая огромная змея – Нагайна свернулась кольцами, и её чешуя отливала болезненной зеленью в свете ритуальных свечей.

Выбор предметов для хранения осколков души поражал воображение. Впрочем, чего ещё ждать от безумца?

Дальше Северус мог лишь наблюдать за слаженными действиями жены и её сестры. Дамы проделали всю работу сами. Мантры читались на каком-то древнем диалекте восточного языка – кажется, Шуан называла его пали. Даже Джейсон Блэк, при его знании китайского, ничего не понимал в произносимых формулах.

Голоса сестёр сплетались воедино, то поднимаясь до пронзительных нот, то опускаясь до едва слышного шёпота. Северус ощущал, как волны силы расходятся от ритуального круга, заставляя волоски на руках вставать дыбом.

В какой-то момент воздух задрожал, словно раскалённый. Предметы в центре рисунка вспыхнули ослепительным светом. Северус невольно прикрыл глаза рукой. Послышался тихий вздох – будто кто-то наконец-то обрёл долгожданный покой.

А потом всё закончилось.

Усталая Сюэ бледно улыбнулась и поблагодарила всех присутствующих за поддержку. Под её глазами залегли лёгкие тени, а руки едва заметно подрагивали.

– Это что, всё? – удивился Северус.

– Совершенно верно, – ответила Сюэ, опираясь на руку подошедшего мужа. – Смерть – процесс естественный. Она всегда приходит бесшумно.

Морфин Гонт с молчаливого разрешения Блэка забрал медальон и кольцо, небрежным жестом развеяв остатки проклятия Тёмного лорда. Для него, потомственного проклятийника, это было сущей безделицей.

А Северус, не стесняясь присутствующих, закатал рукав и обнажил левое предплечье.

Там, где столько лет змеилась уродливая Чёрная метка, теперь белела совершенно чистая кожа. Ни следа, ни шрама, ни малейшего напоминания о годах служения безумцу. Самое поразительное – Северус ничего не почувствовал. Ни боли, ни облегчения, ни рывка высвобождающейся магии. Должно быть, это зависело от мастерства некроманта, проводившего ритуал упокоения.

На главу рода Снейп-Принц снизошло удивительное умиротворение.

Он выполнил свои клятвы и обеты. Все до единой. Гарри Поттер больше не нуждался в его защите, и осознание этого было неожиданным. Ещё несколько месяцев назад Северус готовился к долгой, изнурительной борьбе, к годам двойной игры и постоянного риска. А всё разрешилось удивительно быстро и почти безболезненно.

Мужчина молчал, погружённый в собственные мысли, пока возвращался на лодке к аппарационной площадке. Молчал, автоматически перемещаясь в главный особняк корнуэльской усадьбы Блэков. Обдумывал своё положение и планы на будущее.

Очнулся от этого оцепенения он лишь тогда, когда Шуан мягко взяла его за руку и повела к накрытому столу.

Северус встряхнулся. В самом деле, зачем ему что-то ещё обдумывать? У него есть любящая жена и семья. Есть перспективы частной практики, о которой он когда-то мог лишь мечтать. Есть свобода – впервые за долгие годы.

Всё было просто замечательно.

Заглядывайте в мой бусти там много интересного.

Глава 37

Награждение чемпиона Турнира и закрытие мероприятия пришлось проводить исполняющей обязанности министра Амелии Боунс.

А ведь она поручила бывшему министру Фаджу завершить все текущие медийные проекты. Специально, чтобы престиж магической Британии не скатился окончательно в отхожее место. Хотя о какой репутации тут вообще можно переживать? Корнелиус умудрился провалить всё, что только можно и нельзя. В интригах внутри самого Министерства он был неплох, этого не отнять. Но дальше этого уровня мужчина попросту не тянул.

Возродили вместе с Дамблдором Турнир Трёх Волшебников – и весь год развлекали международное сообщество отвратительными скандалами. Финал турнира и вовсе пошёл бы по совсем скверному сценарию, если бы не вмешались Блэки.

Да, на Амелию пытались давить маггловские власти. Но женщина стояла на своём твёрдо, как скала: наёмники действовали с разрешения Министерства. Обеспечение безопасности турнира, точка. От неё отстали. Можно было выдохнуть и, наконец, вручить призы – главный и утешительные.

Церемония проходила во внутреннем дворе Хогвартса. Древние стены замка, увитые плющом, окружали собравшихся с трёх сторон, а с четвёртой открывался вид на озеро, где в солнечных лучах поблёскивала чёрная гладь воды. Всё было устроено официально, без излишеств и помпезности – насколько это вообще возможно в магическом мире.

Сама Амелия, высокая женщина с темно-рыжими с проседью волосами и проницательным взглядом синих глаз, держалась с достоинством главы древнего рода. Строгая мантия тёмно-синего бархата и монокль на серебряной цепочке придавали ей вид одновременно официальный и внушительный.

Поттеру вручили приз в тысячу галеонов. Мальчик заученно, то и дело косясь на стоящего поодаль наставника, поблагодарил организаторов турнира и зрителей. А затем, не дожидаясь окончания церемонии, аппарировал вместе с Блэком. Исчезли оба – только воздух колыхнулся на том месте, где они стояли.

Дальше исполняющей обязанности министра пришлось вручать памятные подарки остальным участникам. Дарить грамоты. Произносить торжественную речь, закрывающую это утомительное мероприятие. Слова лились привычно, отточенные годами работы в Министерстве, но мысли Амелии были далеко.

Наконец, мисс Боунс проследила, как Кубок Огня запаковывают в зачарованный сундук и представитель Ассоциации магического спорта при МКМ забирает его. Всё. Можно аппарировать в Министерство. Британия больше ни за что не отвечает – драгоценный артефакт передан и вышел из зоны их ответственности.

Уже перемещаясь, Амелия краем глаза успела заметить Альбуса Дамблдора. Директор выглядел скверно. Непривычно скверно. Обычно лучезарный старик словно потух изнутри: плечи ссутулились под тяжестью звёздной мантии, лицо посерело, а знаменитый блеск в голубых глазах угас, будто кто-то задул свечу.

Женщина взяла это на заметку. У старого лиса ничего небывало случайным. Поэтому совершенно неясно, чем может аукнуться магической Британии столь болезненный вид того, кого Блэк именовал негласным диктатором.

****

– Добрый день, мистер Блэк, – поприветствовал главу рода лорд Монтегю, входя в кабинет.

Просторное помещение с высокими потолками и дубовыми панелями на стенах было залито мягким светом, льющимся сквозь окна. Книжные шкафы до потолка, массивный письменный стол тёмного дерева, пара глубоких кресел у камина – всё здесь дышало респектабельной роскошью и властью старого рода.

Джейсон отвернулся от окна, за которым простирались ухоженные сады корнуэльского поместья, и ответил гостю:

– Здравствуйте, милорд. Какие новости?

Лорд Монтегю позволил себе лёгкую усмешку. Несмотря на преклонный возраст, он держался прямо, а в каждом его движении чувствовалось воспитание потомственного аристократа.

– Не поверите, самые прекрасные, – произнёс он, опускаясь в предложенное кресло. – Хогсмид присоединится к ритуалу. Вот, можете полюбопытствовать.

Он протянул свиток пергамента Джейсону. Тот с интересом развернул документ – и замер, не веря собственным глазам. Перед ним лежало официальное разрешение Альбуса Дамблдора, подписанное и заверенное печатями Хогвартса и председателя Визенгамота. Тяжёлая восковая печать с гербом школы тускло поблёскивала в солнечном свете.

– Это же…

– Совершенно верно, юноша, – мягко произнёс лорд Монтегю. – Альбус решил, что так будет лучше для всех.

– А он понимает, что это означает для него лично? – настороженно спросил Джейсон.

– Разумеется, понимает. И очень хорошо, – кивнул собеседник.

Глава рода Блэк задумчиво вертел в руках свиток, обдумывая ситуацию. Доказательства работы Альбуса Дамблдора на «Псов Господних» и властную группировку магловских чиновников и банкиров были полностью собраны. Как и множество других документов, изобличающих негласного диктатора магической Британии.

Джейсон ждал откровенного подвоха. Он просто не видел смысла в подобном документе. Если только…

– Вижу, вы тоже поняли замысел моего старого противника, – усмехнулся следивший за ним лорд Монтегю. – Каждый политик желает, чтобы его помнили исключительно с положительной стороны. Даже если он продавал свой народ с потрохами и извлекал из этого личную выгоду.

– И что конкретно мистер Дамблдор хочет от нас? – спросил Джейсон, ибо не верил в благие намерения диктатора ни на грош.

– Не обнародовать компромат, разумеется. Судить покойника мы уже не сможем.

Глава рода Блэк мрачно молчал. На политическом поле он не был директору Хогвартса достойным противником и прекрасно это осознавал. Больше всего в этой ситуации Джейсона злило то, что он уже был согласен на эти условия. Безопасность близких и благополучие магического мира стоили отказа от мести зарвавшемуся политику.

Он тяжело вздохнул.

– Госпожа Линь может не понять нашу позицию, – ответил он наконец.

– Меня уже радует это «нашу». Приятно осознавать, что вы согласны со мной, – мягко произнёс Монтегю. – Что касается госпожи Линь, я мог бы поговорить с её братом. Мистер Чжан способен занять более мягкую позицию.

– А может и не занять, – усмехнулся Джейсон. – Его семья погибла почти полностью.

– Альбус был всего лишь одним из собирателей трофеев, – мягко прервал его лорд. – Полагаю, основных виновников гибели клана Зелёного дракона уже повыбили. Иначе мистер Чжан не топтал бы эту землю. К тому же этот документ появился, в том числе и потому, что деваться Дамблдору больше некуда. Феникса нет, а магические клятвы давят всё сильнее. Поэтому советую поторопиться с ритуалом – иначе разрешение может стать недействительным.

– Ваша правда, – согласился с пожилым магом Джейсон. Затем чуть повысил голос: – Кричер! Пригласи ко мне мистера Гонта и мистера Крауча.

Список желающих присоединить свои земли к ритуалу и без того был внушительным. Теперь же, с учётом документа, полученного лордом Монтегю, он как минимум удваивался.

Если присоединялся Хогвартс, это автоматически означало присоединение земель Запретного леса, самой деревни Хогсмид и всех окрестных ферм. А если учесть, что шотландские кланы со своими обширными владениями тоже вступили в дело, результат обещал быть поистине грандиозным.

Барти Крауч уже заявил Майклу и Джейсону, что охваченная территория превышает ту, что в своё время удалось собрать Тому Риддлу. И это было ещё до документа от Дамблдора.

Сундук с артефактами, необходимыми для ритуала, они обнаружили задолго до третьего тура – в фамильном особняке Краучей. Мрачный дом в викторианском стиле хранил немало тайн, и зачарованный сундук в подвале оказался лишь одной из них.

Но радость находки омрачилась скорбной вестью. Фамильный гобелен однозначно показал гибель главы рода – Бартемиуса Крауча-старшего. После таких новостей Барти-младший впал в глубокую депрессию. Вывести его из этого состояния удалось лишь совместными усилиями Северуса и госпожи Линь. Оправившись, он вплотную занялся подготовкой к ритуалу вместе с Морфином Гонтом. Немногочисленные земли последнего тоже присоединялись к общему делу.

После окончания третьего тура Турнира Трёх Волшебников у Джейсона началась настоящая запарка. Требовалось срочно разбираться с пленниками: допрашивать, сортировать, решать, кого передать Секретной службе Её Величества.

Но для начала следовало встретиться с мистером Уайтлоу. Что глава рода Блэк и сделал.

Встреча состоялась в одном из уютных летних кафе Гайд-парка. Солнечный июньский день выдался на редкость погожим. Лёгкий ветерок шелестел в кронах вековых платанов, по дорожкам прогуливались няни с колясками, а на изумрудных газонах расположились семьи с детьми. Мирная картина, совершенно нерасполагающая к разговорам о пленниках и тайных операциях.

Джейсон ожидал ожесточённого торга за каждого узника, однако получил деловое предложение.

Мистер Уайтлоу ничем не напоминал агента спецслужб. Мужчина лет тридцати пяти – сорока, одетый в светлые летние брюки и футболку-поло нежно-голубого цвета, выглядел в высшей степени мирно и респектабельно. Светлые волосы, аккуратно выбритое лицо, добродушные морщинки в уголках глаз – скорее офисный клерк на отдыхе, чем человек, командовавший всего несколько дней назад боевой операцией на кладбище Риддлов.

– Доброго дня, мистер Блэк. Как поживаете? – спросил он, когда Джейсон опустился в плетёное кресло напротив.

– Благодарю вас, превосходно, – сухо ответил глава рода.

Официант принёс меню, оба мага заказали по чашечке кофе и отослали его взмахом руки.

– Прежде чем мы начнём, я хотел бы сделать вам одно предложение, – продолжил агент.

Блэк вопросительно приподнял бровь, выражая сдержанный интерес.

– Я совершенно точно знаю, что артефакты из особняка Краучей у вас, – начал мистер Уайтлоу с невозмутимым лицом.

Перед этим он установил простейшие чары конфиденциальности – едва заметное движение палочки под столом, лёгкое мерцание в воздухе, и звуки окружающего мира словно отступили на шаг. Джейсон тут же усилил их, используя беспалочковую магию. Судя по тому, как неуклюже колдовал агент, подобное было ему не под силу.

Из чего Блэк сделал вывод: его собеседник из так называемых магов первого поколения. Никаких предубеждений против них Джейсон не имел, в отличие от покойной леди Вальбурги.

А вот информированность агента Секретной службы его напрягала. Особенно если учитывать, какие усилия они вложили, чтобы сохранить в тайне подготовку к ритуалу.

Уайтлоу заметил, как напрягся собеседник, и поспешил сгладить впечатление.

– Не подумайте ничего дурного, – он поднял руки в примирительном жесте. – Я никоим образом не собираюсь вам мешать. Напротив, моё предложение исключительно выгодное и сулит вам неплохие дивиденды.

Агент сделал паузу, пригубив принесённый кофе.

– Видите ли, мы довольно долго наблюдали за вами и анализировали увиденное. И пришли к выводу, что, несмотря на вашу фамилию, вы не питаете предубеждения против магов первого поколения.

При последних словах он внимательно посмотрел в глаза Джейсону. Тот выдержал взгляд и ответил:

– Да, мистер Уайтлоу, это так. Для меня маг – это просто маг. Независимо от происхождения и силы.

– Значит, говорить с вами – наилучшее решение, – заключил Уайтлоу.

Блэк настороженно молчал, наблюдая за агентом. Тот выдержал паузу, задумчиво рассматривая пышный розовый куст, растущий у ограды кафе, затем продолжил:

– Хочу рассказать вам одну историю. Думаю, она вас обязательно заинтересует. Да и многое объяснит.

Джейсон чуть откинулся в кресле, давая понять, что готов слушать. Солнечные блики играли на плетёной спинке, где-то неподалёку смеялись дети, и вся эта мирная картина странно контрастировала с тем, что творилось в душе у Блэка.

– Сто восемьдесят лет назад тогдашний глава Отдела Тайн в тесном сотрудничестве с нашим ведомством создал один проект, – начал Уайтлоу. – С тех пор он изрядно разросся и вышел далеко за рамки первоначального плана.

– И что это за проект? – спросил Джейсон.

– Полагаю, для вас не секрет, что маги первого поколения считаются в волшебном мире людьми второго сорта?