290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Румынская рапсодия (СИ) » Текст книги (страница 3)
Румынская рапсодия (СИ)
  • Текст добавлен: 27 ноября 2019, 08:00

Текст книги "Румынская рапсодия (СИ)"


Автор книги: Mela_Esther






сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Я стал нервным, раздражительным. Даже тренировки не спасали… Что и говорить – после трех месяцев настойчивого террора я сдался.

– Если мы один раз сделаем это – ты от меня отстанешь? – я не мог поверить, что говорю это.

– Конечно.

Я ненавижу то, что мой первый секс произошел под шантажом, из-за страха ложных обвинений. Не с той, кого я любил. Не от большого желания. Ненавижу, что мной просто воспользовались. Нет, удовольствие я получил. В то же время – я никогда не забуду того гадливого стыда, который испытывал. Я виню себя за то, что поддался. Это стало моим проклятием на долгие годы.

Я не буду рассказывать о … о том, что мы делали еще, подробно. Этот кошмар прекратился, когда отец случайно завел разговор о сыне знакомых, поступившем в военное училище. Я с неистовой радостью подхватил разговор, утверждая, что всю жизнь мечтаю о карьере военного или полицейского детектива. Отец окинул меня пристальным, оценивающим взглядом.

– А что, идея неплохая.

Тем же вечером Серсея закатила мне истерику. Мол, я не сбегу от нее и все в таком духе.

– Заткнись. Возьми и заткнись… Ты – конченная шлюха. Только конченная будет лезть к своему брату, принуждать его трахаться с ней. Только конченная будет развлекаться с Осмундом в мужской раздевалке, сбежав с уроков. Клянусь, я тебя ненавижу, – в глазах Серсеи полыхало зеленое бешенство, – Ненавижу за то, кем ты меня сделала, и как заставила чувствовать… Ненавижу за то, что я больше не могу назвать тебя своей сестрой. Ты разрушила нашу семью, ты, ты, ты! А если ты попробуешь рассказать родителям о нас – я расскажу и об Осмунде, и об Ионе Попеску, обо всех… И, будь уверена – мои слова подтвердит вся школа.

– Мы с тобой одно целое. Ты – часть меня, часть меня… – единственное, что, как заведенная, твердила моя сестра.

После этого разговора я долго лежал в своей кровати, смотря в потолок. Надо было брать сестричку ее же методами… Почему я до этого сразу не додумался?

Тупой спортсмен.

Никто не знает о том, сколько раз я хотел совершить самоубийство. Сколько раз просчитывал в уме нужные дозировки препаратов, сколько чертовых раз удерживал себя от желания шагнуть вперед в открытое окно шестого этажа. Но что-то меня сдержало. То ли банальная трусость. То ли моя никчемная жизнь все еще нужна была Создателю. Мне хотелось бы в это верить.

Никто не знает о причинах моей жестокости к женщинам. О том, насколько тяжело мне было заниматься с ними сексом, не причиняя им физической или моральной боли… К счастью, я находил партнерш, чьи наклонности совпадали с моими. Но, это не было для меня спасением. Я все больше тонул в своей грязи, теряя надежду, что когда-нибудь смогу стать нормальным в эмоциональном плане.

Вы скажете, а как же психологические проверки в полиции и прочее. Так вот, я успешно их проходил. Я не агрессивен, у меня нет маниакальных наклонностей, я не набрасываюсь на людей, и моя сексуальная жизнь никого не травмировала. У меня повышен самоконтроль при сниженной эмпатии, что, в принципе, нормально для копов.

И, никто не знает, каково это – жениться без любви к своей нареченной. Каюсь, я использовал Бриенну. Наверное, с самого начала нашего знакомства. Тогда я взял отпуск на неделю – хотел поехать на пару дней в Мангалию*, немного погреться на песочке. В то утро я решил перекусить в своем любимом кафе «Patisseria», что рядом с Домом Офицеров – только там умеют делать настолько свежие и вкусные круассаны с красной рыбой и сыром. Согласен, это некошерно, но и я не религиозен.

Сидя за столиком возле окна, я заметил, как какой-то хлипкий мужичонка вцепился в сумку высокорослой блондинки. Повинуясь рефлексу, я выбежал на улицу.

Мужик поливал девушку грязью, рассказывая, что бы он с ней сделал, стараясь вырвать сумку. Девушка молчала – видимо, она либо была настолько шокирована, что изо всех сил старалась удержать сумку. Либо, ей было настолько обидно и страшно, что она даже не могла найти в себе сил дать отпор. Либо и то, и другое.

Я не стал церемониться – один точный удар в челюсть, другой – по четырехглавой мышце бедра. Взвыв, обмудок завалился на землю.

– Лежи, блять, и не дергайся, – я показал ему жетон, который по привычке взял с собой, – Иначе я посажу тебя не на пятнадцать суток, а на пару-тройку месяцев в изолятор. К крайне голодным мужикам.

К счастью, рядом оказалась патрульная машина. Мой друг, инспектор Лаурентиу Броня и молодой стажер Павел Попеску с удовольствием взяли очередного нарушителя.

– Ты, Ланнистер, смотрю, никак не отдыхаешь. Премию себе захотел? – Броня сверкал некачественно сделанными металлокерамическими коронками, оформляя заявление, – Подпишите здесь, мадам. И можете написать мне свой телефончик на моей ручке, я не обижусь, – он громко засмеялся, почесывая не раз перебитый нос, – Ладно, мы с Паву были рады вас видеть, но нам надо доставить нашего голубка в отделение. Всего хорошего, – пожав руку, инспектор удалился, с достоинством запихнув задержанного в служебный автомобиль.

– Спасибо вам огромное, – я почувствовал, как ее ладонь опустилась на мое плечо.

– А? – я и забыл, что она стоит за мной, – Не за что, обращайтесь.

– Комиссар, скажите, как я могу вас отблагодарить…Ну, кофе, чай, пицца.

Я хотел было проявить бескорыстие, но почему-то проявилась стереотипная еврейская любовь к халяве. Или… Или я просто инстинктивно почувствовал что-то, что мне было нужно.

– Красотка, с тебя пицца с мясом и двойным сыром, – произнес я, ловя свое отражение в ее ярко-синих глазах, – Я сам скажу где, и когда – сегодня я уезжаю в Мангалию на три дня. Дай мне свой номер – и мы договоримся о встрече по моему приезду.

– … Я тоже. Уезжаю.

– Куда?

– В Мангалию.

Я криво усмехнулся, спрашивая, чем она планирует ехать. Во мне сыграло невиданное благородство, когда я предложил ей сменить душный, плохо пахнущий автобус на мою вполне презентабельную «Хонду». И заодно чуть-чуть еврейской расчетливости – у меня появился попутчик, который немножко заплатит мне за бензин. Хотя, потом я передумал брать деньги – ее тетка предложила мне комнату со скидкой в ее пансионе.

Таким образом, я провел три дня в компании с очень доброй, милой девушкой, ее теткой, их немецкой овчаркой по кличке Цезарь, и, как ни странно, остальные постояльцы тоже были довольно приятными.

Мне не было скучно – Бриенна с радостью сопровождала меня на прогулках. На пиццу мы тоже сходили.

– Я плачу. Хоть я и еврей, но я не жадина, – произнес я, с легкой улыбкой наблюдая, как она копается в сумочке.

– Нет, я же должна была сводить тебя на пиццу. Платит приглашающая сторона.

– Все в порядке.

– … А ты правда еврей? – она смотрела на меня со скрытым любопытством.

– Да, самый настоящий. Можешь даже потрогать, – я засмеялся собственной шутке.

Моя подруга покраснела, опустив глаза.

– Эй, женщина. Я имел в виду – ущипнуть, погладить. А не трогать там, где я, по идее, должен быть евреем, – легкий смех перешел в откровенный ржач, – Боже-Боже… Такая девушка, и такие мысли! … Не переживай. Моя семья не религиозна. Я еврей только по происхождению.

И там я ничем не отличаюсь от среднестатистического румынского мужчины. Это так,

маленькое уточнение

– Да? То есть, ты не ходишь в синагогу?

Я фыркнул.

– О чем речь?! Если бы я ходил в синагогу и был набожным евреем – я бы не ел пиццу – нельзя смешивать молочные продукты и мясные, это раз. Я бы не стал намазывать твою спину на пляже кремом, это два. Ну и, навряд ли я бы подружился с такой очаровательной трансильванской немкой, как ты. Это три.

Бриенна скромно улыбнулась, покраснев, как школьница.

Я уезжал в пятницу – Бриенна же оставалась у тети до воскресенья.

Я складывал свои нехитрые пожитки в машину, когда она подошла ко мне, одетая в неслишком длинный сарафан лазурного цвета и обычные сандалии на завязках.

– Аккуратно на дороге. Сейчас жарко, и многие водители неадекватны.

– О“кей, шеф. Я знаю.

Мы долго смотрели друг на друга, пока она не опустила глаза первой. Почему-то мне просто захотелось поцеловать ее в губы. Просто поцелуй, без языка, определения размера грудей и задницы партнерши и прочего.

Что я и сделал, немного напугав ее.

– Что такое? – спросил я, несильно обняв ее за плечи.

Она молчала, потом – посмотрела на меня с почти вселенской скорбью.

– Меня никогда раньше не… , – произнесла она, чеканя каждое слово, стараясь не расплакаться, – Никто не защищал. И не целовали. Кому охота связываться с великаншей-страшилой?

– Какие глупости, – большим пальцем я вытер слезу с ее щеки, – Страшила – тот, кто заставляет девушек так себя чувствовать.

Я тоже страшила. Наверное, самый страшный из всех.

– Ты хорошая девушка, Бриенна Тарт.

Пожалуй, самая лучшая из всех, что мне попадались.

– Давай я заберу тебя с автовокзала в воскресенье? Уж лучше жариться в машине, чем трястись в метро, а потом – на общественном транспорте.

– Если у тебя получится.

– Получится. Не все евреи – обманщики.

Постепенно, мы с ней начали встречаться. Для меня многое было в новинку. Например то, что меня можно настолько сильно любить и так обо мне заботиться. Я не мог ответить ей с той же силой. Я просто не способен на столь сильные и глубокие чувства. Тем не менее, через полгода наших отношений, я сделал ей предложение. Потому, что я не хотел, чтобы она уходила из моей жизни. И, я надеялся, что за время совместной жизни я смогу полюбить ее.

К счастью, мой расчет оправдался. И я рад, что несмотря на мое отвратительное прошлое, Создатель даровал мне столь преданную и верную супругу.

Запивая халу** чаем, мужчина наблюдал за слабо брезжившим рассветом. Он услышал негромкие шажки, потом – почувствовал, как маленькая ладошка дернула его за футболку.

– Папа, а почему ты не спишь? – для своих трех лет Мартин Ланнистер был весьма коммуникабельным молодым человеком.

– Мне не хочется, – Джелу погладил сына по золотистым волосам, помогая ему сесть на колени, – А ты почему проснулся?

– Не знаю. Просто так, – зевнув, мальчик прижался к отцовской груди, – А можно я буду не спать с тобой? Мне тоже не хочется.

– Нет. Ты еще маленький, и тебе нужно поспать. Пошли, я расскажу тебе сказку.

– Хочу ту, о льве с золотой гривой и принцессе, которая его приручила. Папа, а можно мне компот бабушки Йоаны? Тот, который они делали в банках вместе с мамой.

– Хорошо.

Выпив немного сливово-виноградного компота и совершив необходимые гигиенические процедуры, Ланнистер-младший наслаждался сказкой, сочиненной его отцом. Вскоре он снова уснул, обняв отцову руку.

Жил-был гордый лев, с золотой гривой и злым сердцем.

***

В субботу с утра Арья проснулась от звуков работающего телевизора. Отец смотрел передачу об охоте, попивая кофе.

Мама что-то готовила на кухне. Девушка слышала, как методично постукивает разделочная доска.

Наверное, будет тушенная с мясом капуста. Или суп.

В любом случае – надо вставать, приводить себя в порядок, немного помочь матери, подучиться и пойти в гости к Якену. На пять часов, как и договаривались.

Кэтэлина Старку пребывала в странно-радушном расположении духа. Решив не придавать этому особого значения, Арья поинтересовалась, чем она может быть полезна.

– Поменяй у всех постельное белье. И собери стирку.

Потом госпожа Старку объявила, что идет по магазинам вместе с Рослин – ее невестка хотела выбрать новое платье, поэтому попросила поддержки свекрови.

Арье очень импонировала та простота, с которой жена Робба относилась к окружающим. Рослин выросла в семье с куда высшим социальным статусом, чем семья Старку, и, тем не менее, она не кичилась своим происхождением. И с искренней теплотой относилась к родным своего мужа. Взять те же приезды на дачу, когда девушка с удовольствием помогала с работой, не боясь испортить дорогой маникюр. Да, что там говорить – Рослин звонила Арье чаще и охотнее, чем ее родная сестра. А с Кэтэлиной Старку у девушки вышли хорошие, теплые отношения. Иногда Арья ловила себя на мысли о том, что ревнует маму к невестке.

– Арья, солнышко, не хочешь ли ты пойти по магазинам с нами? – поинтересовалась госпожа Старку у дочери, когда они заворачивали сармале***.

– Нет, мам, спасибо. Сегодня я встречаюсь с Якеном на пять часов, я хочу немного подучить домашнее задание к тому времени.

– А. Ну, хорошо, – настроение госпожи Старку было столь хорошим, что она решила не портить его расспросами о новом друге своей дочери.

Около двенадцати к ним подъехала Рослин.

– Милочка, ты что, одна?

– Да. Робб поехал с папой на объект в Плоешти – там что-то случилось с перекрытиями, и они будут только под вечер. Я только что говорила с отцом, – девушка тряхнула пышными каштановыми волосами.

Арье нравилась та грация, присущая людям, уверенным в любви и заботе со стороны своей семьи. Почти во всех движениях Рослин Старку скользил этот уверенный, спокойный шарм.

Проводив мать с невесткой, Арья принялась усиленно штудировать паразитологию и фармакологию, переживая, что ей не удастся все успеть хотя бы до четырех часов.

Тем не менее, в без десяти пять она нажала кнопку вызова на домофоне, висевшем на подъезде Якена.

– Кто там? – поинтересовался хриплый голос из динамика.

– Насяйника, повара заказывали? Это я, открывай.

Якен уже ждал ее со свежепривезенной пиццей и салатами из супермаркета.

– Человек рад видеть милую девочку у себя дома, – он забрал ее куртку, – Проходи, не стесняйся.

Арья с любопытством рассматривала его квартиру. Девушку приятно поразила чистота, царившая в комнатах.

– Одно из двух. Либо ты – скрупулезная трансильванская зануда, либо ты быстро собрал весь бардак в пакеты и порассовывал все по шкафам, – Арья провела рукой по занавеске из прозрачных бусин, висевшей в дверном проеме Якеновой спальни, заметив, что бусы красного цвета составляют узор из двух сердец.

– Скорее первый вариант, чем второй. Моим скелетам в шкафу не понравится, если я засуну туда еще и пакеты с мусором, – мужчина улыбнулся.

Мяуро лежал на диване, рассматривая гостью из-под полуопущенных век.

– Такое чувство, что он вытянул лапку для поцелуя. Как дон Корлеоне, – Арья почесала кота за ушком.

– Ты ему нравишься. Обычно, он старается укусить незнакомцев или рычит на них.

Прижмурившись, кот прижался лбом к Арьиной ладони, громко замурчав.

– Какая любовь с первого взгляда, – Якен улыбнулся, думая о своем.

– У меня есть хорошее вино, будешь? – поинтересовался мужчина, когда они прошли на кухню.

– Нет. Ты забыл, как меня понесло от «Красного Шотландца»? Мне противопоказан алкоголь. Иначе я кого-нибудь зашибу.

Или изнасилую.

Арья сделала вид, что рассматривает синичек, копошащихся в кормушке за окном.

Она старалась не думать о том, что ей очень хочется прикоснуться к его губам еще и еще раз.

Возможно, позже это и произойдет. Хоть они парень и девушка понарошку, но, тем не менее. Тем не менее – Арья видела, каким взглядом Якен на нее смотрит.

Улыбнувшись своим мыслям, девушка перевела взгляд на Якена, потягивавшего Мурфатлар**** из бокала.

– Хорошее вино?

– Да. Хочешь – могу налить тебе капельку.

Арья пожала плечами.

– Не стоит. Можно, я лучше отопью немного твоего? – эта идея пришла к девушке в ту же минуту, и, по определенным причинам, Арье она очень понравилась.

Серые глаза на секунду расширились.

– Конечно. Прошу, – он протянул ей бокал, – Пробуй не спеша.

Смотря ему в глаза, Арья приложилась губами к той же стенке бокала, что и Якен, оставляя след от губной помады винного цвета.

Отпив немножко, девушка улыбнулась.

– Действительно вкусно. Спасибо, – она взяла кусочек пиццы.

– Девочке налить вина?

– Нет. Иначе начнутся танцы на столе, перетекающие в избиение младенцев, – Арья засмеялась.

Мужчина улыбнулся.

– Человек сможет усмирить разбушевавшуюся девочку. Будьте покойны.

– Каким образом?

Серые глаза задорно блестели.

– У меня сильные руки, и есть веревка в отделе с инструментами.

– Ясно-понятно.

Они разговаривали об Арьином обещании готовить. Девушка поинтересовалась о вкусах господина Х“гара, о том, какие блюда предпочтительнее готовить и прочее.

– Якен… Ты извини, но почему тебя так назвали? Я никогда не встречала никого с таким же именем.

Мужчина откашлялся, приготовившись к долгому разговору.

– Мой прапрадед по отцовской линии был наполовину цыганом. Так получилось, что в город пришла одинокая цыганская женщина с грудным ребенком. Никто не знал, кто она и откуда. Но. Мальчик не был чистокровным цыганом – у него были рыжие волосы и голубые глаза. Митрица, так звали цыганку, утверждала, что это ее сын. Неизвестно, был ли он ее родным сыном, или она где-то подобрала брошенного сироту – мы никогда не узнаем, – Якен пожал плечами, – Она попросилась в качестве кухарки в семью Х“гар. Х“гары были богатыми – Николаус Х“гар был лучшим кузнецом в округе, но бездетными. И госпоже Х“гар как раз была нужна помощница. Цыганка ловко управлялась на кухне, в свободное время – гадала всем желающим. Я все же склоняюсь к версии, что она была чьей-то домашней цыганкой, освобожденной указом от тысяча восемьсот пятьдесят шестого года*****. Только почему Митрица отошла от своего народа – остается загадкой. Может быть, она родила сына от румына или немца, и свои ее прогнали. Через несколько лет она внезапно умерла по неизвестной причине. Тогда Николаус Х“гар усыновил маленького Якена и дал ему свое имя. И, наверное, Бог сжалился над Х“гарами – когда Якену исполнилось пять лет, его названная мать забеременела и родила здоровую девочку. Якен и Элиза росли вместе, и в какой-то момент, они полюбили друг друга. Когда Элиза выросла, Якен пошел к названному отцу просить руки его дочери. Парень крупно рисковал – Х“гар мог выставить его, безродного полу-цыгана – кузнеца за дверь. Тем более, на руку Элизы были куда лучшие и более богатые претенденты. Тем не менее, старый Х“гар разрешил молодым пожениться. И они жили вместе долгие и счастливые годы, родив пятерых детей. Дед Михаэль настоял на том, чтобы меня назвали в честь того Якена. С его слов, дедушка Якен был крайне удачливым человеком. И по каким-то соображениям, его удача должна была перейти мне.

– И как? Ты удачлив? – серые глаза внимательно смотрели на Якена.

– В бизнесе и сексе, – мужчина улыбнулся, наблюдая за ее реакцией, – Пошли в комнату? На диване сидеть куда удобнее. Ну и, можно посмотреть фильм.

Или посадить тебя на колени к себе лицом.

Арья задумчиво взглянула на Якена. Что ж. Ей ничего не остается, кроме как принять его предложение.

Якен включает ноутбук, они недолго спорят о том, какой фильм выбрать. Побеждает какой-то американский сериал. Арья равнодушно смотрит на картинку на экране, не особо утруждая себя вникнуть в происходящее. Она сосредотачивается на тепле, исходящем от его тела, на том, что его рука мягко скользит по ее талии.

– Так будет удобнее сидеть, – неизвестно почему говорит Якен.

– Ага.

Мяуро трется об ее ноги, потом – начинает играть с ногой Якена, стараясь стащить носок. Девушка смеется, когда во время очередной атаки коту удается задуманное. Радостно заорав, животное быстро схватило носок и побежало прочь из комнаты.

– Придурошное создание, стой! – мужчина выбежал вслед за котом.

Арья устроилась поудобнее, поджав одну ногу под себя, раскинув руки.

Интересно, я не слишком вызывающе выгляжу?

– Золушка нашла свою туфельку? – поинтересовалась девушка у вернувшегося в комнату Якена.

– Ага. Я сам виноват – научил его этому трюку на свою голову.

Фильм стоит на паузе, Якен смотрит на нее с легкой предвкушающей усмешкой.

Потом – садится рядом. Арья не поняла, когда оказалась на его коленях, лицом к нему

Серо-голубые глаза внимательно исследовали ее лицо, руки – гладили по щекам, плечам, талии. На какой-то миг девушка ощутила себя хрупкой, но драгоценной. Как фарфоровая кукла.

В его движениях не было неторопливости, свойственной молодым юношам. Якен действовал медленно, с неспешным удовольствием.

Не как Джендри с его постоянным желанием запустить руки туда, куда не следует.

Постепенно Арья начала отвечать на его прикосновения, прислоняясь к его ладоням, не желая пропускать ни одного момента этой странной нежности.

– У девочки очень нежная кожа, – прошептал мужчина, когда его ладони остановились на ее щеках.

Отстранившись, девушка решила повторить все то же, что делал Якен. Она массировала его плечи, с удовольствием мяла мышцы на руках.

Он мягко подтолкнул ее, так, что Арья почти легла на его грудь.

Аккуратные, мягкие поцелуи, крепкие, но не сжимающие объятия. Девушка застонала, ощутив, как его язык мягко коснулся ее.

… Если он такой всегда – то моя выдержка полетит к херам собачьим… Мамочки…

Его губы сместились на шею, покрывая кожу поцелуями. Арья стиснула губы, стараясь не стонать. Этот хитрец и так знает, что хорош, нечего подкармливать его самолюбие еще больше!

– Якен! – она нетерпеливо дернула бедрами, когда почувствовала, что ощущения становятся слишком… бесконтрольными.

– Что такое?

– У меня ноги затекли. Давай пока прервемся, – Арья как никогда была рада тому, что в комнате царил полумрак, и никто не увидит, как сильно она покраснела.

– Как скажете, маленькая госпожа Старку, – в голосе мужчины слышалась нескрываемая ирония.

– Ты смотри. Цыган смеется, – девушка показала Якену язык.

– Маленькой девочке не стоит дразнить взрослого цыгана.

– А то что будет?

В полумраке его серо-голубые глаза казались темными, как антрацит.

– Цыган украдет девочку себе, и будет ей наука.

И, возможно, несколько цыганчат с темно-рыжими волосами.

Комментарий к Немного о львах, немного о цыганах.

* – курорт на черноморском побережье Румынии, в жудеце Констанца. Древнейший заселенный город Румынии.

**– еврейский традиционный праздничный хлеб, который готовят из сдобного дрожжевого теста с яйцами, а также часть теста, отделяемая в пользу священников. Хлеб-халу едят в шаббат и на праздники.

*** – блюдо румынской и молдавской кухни, похожее на традиционные голубцы. готовится с некоторыми отличиями.

**** – один из лучших сортов румынского вина, производимый в одноименном городе.

***** – рабство в Румынии существовало с 1385 по 1856 года (официально), фактически – до 1860-х . В основном, рабами были цыгане, изредка – татары или ногайцы. Существовало три группы цыган-рабов —господские, принадлежавшие правителям, монастырские – принадлежавшие монастырям, боярские – принадлежавшие румынским и венгерским помещикам-землевладельцам. При этом наряду с рабами в румынских землях существовали крепостные крестьяне-румыны.

========== Я так хочу до тебе. ==========

Понедельник встретил Бухарест тягучим серым туманом, убаюкивавшим и без того сонных и не отдохнувших за выходные горожан.

Якен приехал на работу к половине девятого – он всегда приходил пораньше. Обычно, мужчина завтракал на работе – он брал с собой несколько бутербродов. Два куска ржаного хлеба, между которыми – колбаса или балык, сыр или брынза, помидоры и огурцы. Как ни странно, ему не надоедало завтракать одним и тем же каждый день. Наверное, этот незамысловатый утренний ритуал, включавший в себя чашку кофе и три бутерброда, просто помогал ему окончательно проснуться и настроиться на рабочий лад.

Но не сегодня. Иногда бывают такие дни, когда ты думаешь о чем угодно. Не подумайте – ты собран на работе, не совершаешь противоправных действий, не щелкаешь варежкой на светофоре, как говорил покойный дед Михаэль. И, тем не менее – твои мысли находятся за много километров и лет от сегодняшнего дня.

Сейчас, сидя в своем кабинете, перебирая счета за коммунальные услуги и от поставщиков, Якен находился в странном полудремотном состоянии.

Он вспоминал, какими вкусными были вишни у деда в саду. Рви – сколько хочешь, хоть весь день просиди на теплом, нагретом солнцем дереве. Чем они со старшим братом и кузенами удачно и занимались в конце июня – начале июля. Потом – садились рядом с бабушкой и помогали ей перебирать спелые, вкусные ягоды. Часть – для варенья, часть – в компот, часть – чтобы высушить, часть – для наливки. Ну и, естественно, часть оседала в желудках неугомонных мальчишек, жадных до солнца и новых приключений.

Как весело было потом стрелять друг в друга вишневыми косточками, громко оглашая результаты. Убил или ранил. И : «Н-не ст-треляйте, человек идет в туалет!»

Мужчина улыбнулся, вспомнив первую банку, которую помог закатать. Нет, Якен не любил и не участвовал в самом процессе приготовления компотов – в детстве его интересовал именно процесс закатки, когда банку необходимо закрыть крышкой. Чем именно его так увлекло это нехитрое действие – сложно сказать. Тяга к закатыванию длилась лет до двенадцати. Потом мальчику стало неинтересно. На память остались рубцы на ладонях – однажды банка, которую он закатывал, лопнула, порезав ему руки.

– Доброе утро, шеф, – в кабинете показалась белобрысая голова Лучиана Спэтару, – Как вы поживаете?

– Доброе. Спасибо, в порядке, – Якен зашуршал фольгой, оставшейся от бутербродов, – Как ты?

Лучиан подробно описал два дня, проведенных в Ватра-Дорней*. И то, как он чуть не сломал себе шею, катаясь на сноуборде.

– Шеф, вы че-то сегодня чересчур молчаливый? У вас точно все в порядке?

– Да. Я думаю о закаточных ключах. Не обращай внимания.

Пожав плечами, бармен вышел. Персонал привык к маленьким причудам своего начальника. И к его странной привычке время от времени огорашивать собеседника, рассказывая то, что действительно происходит у него на душе.

Сегодня к нему придет Арья. Она обещала прийти около семи-половины восьмого.

Якен усмехнулся, вспоминая, с каким сосредоточенным лицом она записывала его пожелания. И как критиковала духовку в его плите – по ее мнению, ему стоило положить два кирпича на дно духовки – чтобы жар был более равномерным.

Или купить электрическую духовку отдельно.

Хо-ро-шая девочка.

Мужчина постарался занять себя более приземленными делами. Во-первых, это было необходимо. Во-вторых – так было легче не думать о маленькой Старку.

И не искушаться.

Как и любому другому мужчине, Якену тяжело давалось девятимесячное отсутствие близости. Будь бы Арья похитрее – она бы могла очень повлиять на него сексом. А так – малышка Старку была уж слишком прямолинейной. И, что греха таить – грубоватой в своей простоте. Но, это даже радовало – хватит с него девушек, раздвигающих ноги, как только услышат о его бизнесе.

На сердце защемило, когда мужчина вспомнил, какой послезавтра день.

… Знала бы ты, как мне тебя не хватает.

– Шеф, у соседей прорвало трубы. На кухне с потолка капает.

– … Твою ж мать!

***

Арья весь день боролась с сонливостью. И с желанием послать одногруппников куда подальше.

Поэтому, она даже была рада видеть угрюмое лицо своего начальника.

– О. Старку принесла нам зиму и холод, – доктор Клиган указал на снежинки, украсившие мех капюшона ее зимней куртки, – Сильно снежит?

Девушка неопределенно скривилась.

– Да нет. Начало падать, как только я вышла из метро.

– Ясно. Мокрый снег днем – сракопад и переломы вечером, – казалось, шефа сильно обрадовал столь мрачный прогноз.

После однообразной работы Арья с удовольствием поехала домой к Якену. Она планировала побыть у него дома до девяти, потом – вернуться к себе.

Его квартира встретила ее приятным теплом. И Мяуро, решившим посмотреть, кто это объявился.

Быстро раздевшись, девушка прошла на кухню.

«Продукты в холодильнике. Приятной готовки», – гласили немного корявые буквы на записке.

Оглядев набор продуктов, Арья решила приготовить овощной суп с индейкой. И мититеи** с картофельным пюре. Учитывая, что Якен дома только ужинает – ему должно хватить до четверга.

Подпоясавшись передником, девушка быстро взялась за работу, включив музыку на мобильном телефоне.

… Я так хочу до тебе, як до матері немовля.

Я так хочу до тебе, як до неба ота земля,

Всі на світі бажання, все, що маю, віддав би я,

Лиш би кожного ранку називати твоє ім”я.

Я так хочу до тебе…***

Готовя фарш для котлет, Арья пританцовывала в такт песне. В свое время «Я так хочу до тебе» в исполнении «Океана Эльзы» произвело приятный фурор в Румынии. Девушка просила теткиного мужа – дядю Романа перевести слова песни для нее.

Роман Таргариенко настолько ответственно подошел к переводу с родного языка, что Арья получила подробно расписанное письмо на электронную почту с его комментариями.

Интересно, а Якен слышал эту песню? Надо будет поставить.

Он объявился как раз посреди процесса готовки. Суп доваривался, мититеи допекались в духовке, картофель еще не думал закипать.

– М… Я как только вошел в подъезд – сразу понял, что аромат идет из моей квартиры, – мужчина улыбнулся, созерцая идиллию из кастрюль и сковородки на плите.

– И тебе привет, – Арья махнула рукой, отмывая миску от фарша, – Скоро все будет готово.

Она грациозно сняла фартук. Якен задумался о том, что он был бы непротив сам развязать оборки и аккуратно откинуть фартук в сторону.

А потом – посадить ее на стол и развести ее бедра в стороны, вжимаясь между ними.

– Что ты так смотришь?

– А… Нет, ничего. Я просто устал, не обращай внимания.

– Я пойду, наверное. Мне еще надо добраться домой.

Мужчина был немного несогласен с таким поворотом вещей.

– Поужинай со мной. Повар ведь должен откушать своей стряпни, – его глаза хитро блестели, – А потом я отвезу тебя домой.

– Ладно, как скажешь.

Якена немного отвлекало от ужина то, что напротив него сидела довольно миловидная девушка. Вернее, неглубокий разрез на ее водолазке из черного спандекса. И сама водолазка, выгодно облегавшая небольшую, округлую грудь. Хотя. Арья – небольшого роста, и у нее как раз все в порядке с пропорциями.

– Хочу перца, – она потянулась за перечницей, наклонившись над столом.

Вырез немного сполз, обнажив немного больше, чем следовало. Девушка не задумывалась о том, что происходит в этот момент в сердце у Якена.

Мужчина потупил взгляд, изучая мясо и куски овощей в тарелке, стараясь не думать о том, что ему бы хотелось заглянуть за тот чертов вырез и исследовать то, что он скрывает, куда детальнее.

И о том, что он куда сильнее ее.

Якену стало жарко. Виной всему слишком горячий суп, да.

– Ты такой тихий… День был тяжелым?

– Ага… Не обращай внимания. Я так… просто задумался.

– О чем?

– О закаточных ключах. Тебе, может быть, это и непонятно, но, как по мне – любой, выросший в странах бывшего соцлагеря знает о том, что такое закаточный ключ, и как им пользоваться, – мужчина умело соврал, припоминая свое утреннее настроение.

– Пф, напугал ежиху голой задницей. Я тоже знаю что это, и с чем его едят. Спасибо летним поездкам на дачу и тазам с помидорами, огурцами, баклажанами, перцами и прочим добром, – Арья недовольно нахмурилась, – Но, мне более интересно – откуда у мужчины такие познания? Ты любишь делать закрутки на зиму?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю