Текст книги "Нищенка в Академии (СИ)"
Автор книги: ltvjy
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)
Глава 60 Сокрушительная сила
Лиен
Смотрел затянутым яростью взглядом на магиан в форменных одеждах, на тут же появившихся стражей, замешкавшихся от моего вида, и искал глазами того, кого требовал сидящий внутри меня монстр.
– Хион! – рыкнул я, вновь призывая свою магию и по обеим от себя сторонам создавая две охваченные пламенем плети, одной из которых я показательно ударил в воздух.
От громкого щелчка присутствующие вздрогнули, а две служанки завизжали, кидаясь за спины стражников.
– Где Хион?! – повысил я голос, угрожающе переступая порог чужого дома.
Знал, чем мне это грозит. Знал, что на отце мои действия тоже отразятся, но ничего не мог с собой поделать. Я горел заживо от страданий, которые возникли из-за злодеяний ублюдочного сына маркиза.
– Успокойтесь, – один из стражей вышел вперед, выставляя руку и тем самым пытаясь вразумить меня. – Вам лучше уйти!
– Уйти? – из моей груди вырвался зловещий смех. – Сразу же, как только доберусь до Хиона!
Двое стражников, словно сговорившись, кинули в меня заклинанием, которое я с легкостью отбил, возводя перед собой огненную стену, отчего рядом стоящий шкаф вспыхнул, озаряя комнату.
– Черт! – ругнулся один из них. – Что вы делаете?! Покиньте этот дом! Немедленно!
В меня вновь полетели пульсары, усиленные порывами ветра, но и это не напугало. Правильно говорят, ярость придает сил. Так вот на данный момент я был непобедим, потому что столь плохая эмоция напитывала, становясь со мной единым целым.
Издав яростный рык, я щелкнул плетью в воздухе, опутывая сразу двух мужчин и с легкостью отшвыривая их в стену. Удар, стон боли и они закряхтели, пытаясь подняться на ноги. И вновь такое же действие и еще один стражник последовал за своими же, влетая в сервант и разбивая весь хрусталь вдребезги.
– Где Хион? – шипел я, медленно наступая на испуганную до жути служанку, руки которой ходили ходуном, а глаза напоминали блюдца.
– В-второй эт-таж, п-прав-вое к-крыло, – пролепетала она, шлепаясь задницей на пол и закрывая голову руками, будто я собирался ее ударить.
Стиснув зубы, взлетел стрелой по лестнице, мгновенно отыскивая верное направление, но проблема заключалась в том, что дверей там было три.
Не стал мелочиться, вышибая первую с ноги. От шума, которого я создал немало, с улицы донеслась тревожная сирена.
– Не поможет! – рыкнул раздраженно. – Я прикончу этого гаденыша прежде, чем приедет городская стража!
Одна дверь слетела с петель, и я вошел внутрь, выискивая взглядом того, чьей крови желал.
Никого… Вся мебель накрыта белой тканью…
Не стал медлить, устремляясь ко второй двери и поступая с ней так, же, как и с предыдущей. Замах, удар ногой и дверное полотно распахнулось, с громким стуком ударяясь о стену.
И здесь такая же история. Вся мебель накрыта.
Только повернулся, чтобы выйти в коридор, как краем глаза заметил смазанное движение, будто кто-то пробежал.
Мгновенно устремился следом, замечая сверкающего по лестнице пятками Хиона…
«А вот и ты!»
Плеть замахнулась в воздухе, со свистом устремляясь вперед, к намеченной цели.
От хлесткого удара, оставившего разрыв на одежде и окровавленную полосу на коже, Хион взвыл, теряя равновесие и скатываясь кубарем со ступеней.
– Господин! – кинулись к нему стражи.
– Отошли! – взревел я, снова замахиваясь и со всей дури ударяя ублюдка по спине…
Он завизжал, как свинья, а на его одежде проступил еще один алый след.
– Нет! – истерил он, пуская сопли пузырями и пытаясь отползти подальше. – Ты же умер! Умер!
– Заткнись! – заорал я, вновь замахиваясь и нанося удар. За ним еще один и еще…
Стражники кричали, пытались меня атаковать, но я находился в таком состоянии, что мне море было по колено. Никому не мог позволить спасти эту скулящую мерзость.
«Он заслужил! – я хлестал его беспощадно. Настолько сильно, что кровь стекала по моим плетям, разбрызгиваясь по округе. – Заслужил! Он забрал ее у меня! Лишил жизни! Лишил возможности дышать и смеяться!»
– Прекрати! – завизжал кто-то за моей спиной.
Не колеблясь, призвал огненную стену, прикрывая ей себя и не позволяя навредить, хладнокровно продолжая свое наказание дальше.
– Остановись! – и снова оглушительный женский визг, наполненный мольбами. – Ты убьешь его! Прошу тебя, остановись!
Но я не мог… Не мог остановиться, каждым ударом выражая всю свою боль, всю свою ярость, которая душила, разрывала изнутри и давала отчетливо понять, что мне нет смысла больше находиться среди живых. Нет смысла ходить по этой пропитанной страданиями земле.
«Я потерял… Я ее потерял…»
– А-а-а-а-а! – и снова крик. Крик моей души. Души, которая ревела кровавыми слезами и просилась к Элис. Просилась к девушке, что стала частью меня.
Взмах кнута, свист, рассекающий воздух, удар, стон боли… Хион уже не пытался ползти к дверям, просто лежал на полу, скуля и вздрагивая от моей огненной плети.
Вой сирен с улицы становился сильнее. Послышались громкие голоса и топот ног…
– Сын! – закричал отец, когда я снова взмахнул кнутом, направляя его на почти отдавшего богам душу ублюдка. – Лиен! Остановись! – родитель, за спиной которого собралась городская стража, встал перед Хионом, тем самым не позволяя больше трогать его.
– Отойди! – рыкнул злобно, с силой сжимая пальцами рукоять своего магического оружия.
– Мальчик мой, успокойся! – просил отец.
За спиной слышались всхлипы той, кто молила прекратить избиение, но она не могла спуститься, ведь перед ней полыхала огненная стена.
– Сын, прошу тебя…
– Защищаешь его?! – мой голос сорвался на крик. – Если бы не он, я бы не находился на грани между жизнью и смертью, а Элис не отдала бы всю себя, спасая меня! Она была бы рядом! Рядом со мной! – орал во все горло, чувствуя, как по щекам бегут жгучие слезы.
Сам не знаю, как так получилась, но по моему желанию одна из стен холла вспыхнула, спровоцировав мерзкие визги служанок, ринувшихся со всех ног на улицу.
– Она будет жить! – успокаивал меня отец. – Она вернется к тебе, только успокойся, сынок!
– Ты лжешь… – из груди вырвался болезненный шепот. – Зачем ты мне лжешь? Зачем делаешь еще больнее?
– Лиен, ректор запечатал душу Элис в сосуд. Мы ждали твоего пробуждения, чтобы провести ритуал по ее возвращению, – убеждал он меня.
Боги, как же сильно хотелось верить в это, но все походило на сказку, ведь о таком ритуале мне не доводилось слышать ранее.
– Я никогда тебя не обману, сын, – отец сделал шаг в мою сторону. – Убери свое пламя и позволь забрать Хиона. Он ответит за содеянное, даю слово. Лиен, – позвал меня папа, – ты указал на преступника, дальше все сделает городская стража. А теперь идем, тебя ждет будущая супруга, а меня – дочь.
Глава 61 Она будет рядом со мной
Лиен
Пламя носилось под кожей, мне так хотелось, чтобы сказанное отцом оказалось правдой.
Не спешил утихомиривать свой огонь, который не позволял никому подойти к скулящему Хиону, мгновенно потрескивая и вспыхивая, если в его сторону хоть кто-то делал шаг.
Смотря в глаза герцога, пытался разглядеть в них подвох. Пусть я и был охвачен горем, желая вернуть любимую, но это не говорило о том, что сошел с ума, потому что за все свои годы ни разу не слышал, чтобы хоть кто-то возвращал мертвого к жизни.
– Сын, я не лгу, – словно прочитав мои мысли, качнул головой папа. – Прошу, поверь мне.
Секунды бежали, нервы натягивались словно канаты, а подвывание за моей спиной изрядно действовало на нервы.
– Мы вернем ее, – отец снова сделал шаг, грустно улыбаясь. – Я обещаю.
Он еще сократил между нами расстояние, а потом протянул руку и, наплевав на танцующее на моей коже пламя, коснулся ладони.
– Что ты… – ахнул я, тут же впитывая магию в себя.
– Я клянусь, Элис вернется к тебе. Давай уйдем отсюда, прошу.
Я колебался еще пару секунд, а потом растворил свой образ пламени. Не смотря ни на кого, направился к выходу, мимо стражи, которая укладывала стонущего Хиона на носилки.
– За что ты так с ним?! – раздалось измученное вслед. – Он же ничего не сделал!
Я даже оборачиваться не стал, не то что отвечать. Понимал, мать воздушника не виновата, наверное, но и разговаривать с ней я сейчас был не настроен.
– Проверьте состояние маркиза, – кинул отец стражникам, двое из которых склонили головы, направляясь к лестницам.
– К нему нельзя! – тут же воспротивилась его супруга. – Он приболел!
– Приболел, значит, – как-то странно хмыкнул отец. – Что ж, понятно. Его тоже в тюремную лечебницу.
– Что?! – взвизгнула хозяйка дома. – Ваша светлость! За что?! Ваш Лиен напал на Хиона! Чуть не убил его, а вы за это наказываете моего супруга и сына?!
– Леди Тан Фэрт, – я знал эту интонацию отца, пощады ждать не стоило, – я очень надеюсь, что вы искренни и действительно не знаете, в чем обвиняется ваш сын и супруг, в противном случае ваша участь, как и их, незавидна.
– Да о чем вы?! – задыхалась женщина.
– Вам другие объяснят. Сын, нам пора, – кивнул он мне.
Безмолвно вышел на крыльцо, чувствуя себя словно механизм замедленного действия.
– В экипаж, давай, – отец бережно сжал мое плечо, направляя к городской карете.
Стоило забраться внутрь, как меня тут же сгребли в охапку, прижимая к могучей груди.
– Отец… – захрипел я, поражаясь хватке родителя.
– Живой! – шептал он, держа свою широкую ладонь на моей макушке. – Я думал… думал, что сойду с ума…
Экипаж дернулся, и мы поехали, но папа не спешил отпускать, все бормоча и бормоча, что виноват. Что мало уделял мне внимания и что впредь все изменится. Он рассказал мне многое, пока я не мог найти себе места, думая об Элис и моля богов, чтобы сказанное родителем было правдой.
Когда городская карета остановилась возле целительского крыла, я поспешил на выход. Меня переполняли эмоции. Не видел и не слышал никого, движимый одной единственной целью – вернуть любимую.
– Лиен, – у самых дверей стоял ректор.
Его лицо было каким-то странным и только при приближении удалось рассмотреть, что на висках мага раскинулась черная сеть капилляров.
– Элис… – выпалил я, замирая и до дрожи в коленях боясь, что некромант сейчас начнет отрицать сказанное моим отцом.
– Давай зайдем внутрь, – кинул он, разворачиваясь и скрываясь в коридоре.
Не стал тратить время на расспросы, хотя они рвались из меня нескончаемым потоком.
– Скажи… – заговорил глава академии, шагая впереди.
Мне казалось, что он едва передвигает ногами. Создалось ощущение, будто ректор сильно ослаб, но с чего бы это?
– … ты согласен делиться своими жизненными силами?
Вопрос меня насторожил, но я не спешил вставать в штыки.
– С кем именно? – спросил следом.
– С той, за которую чуть не разнес поместье семьи Тан Фэрт, – хмыкнул некромант, закашлявшись.
– Согласен! – мне не стоило даже думать над его словами, ответ шел от сердца.
– Я объясню, а ты внимательно слушай…
Сказанное далее подарило робкую надежду, за которую я цеплялся, как утопающий за соломинку. Из слов главы академии мне довелось узнать, что если бы он зашел в палату несколькими секундами позже, то душу Элис задержать бы не удалось. Он поймал ее и запечатал в сосуде, который вытягивал неимоверное количество сил, так как душе необходимо было продолжить свой путь.
Как оказалось, некромантам многое под силу, конечно же, связанное со смертью, но у всего имелась своя цена, отдать которую готов был далеко не каждый. Так я и узнал, что Элис можно вернуть путем проведения древнего и очень мощного ритуала, который по завершении привязывал душу любимой к моим жизненным силам. Иными словами, она вернется в свое тело, но будет жить за счет меня. Здесь была и обратная сторона медали: если умирал я, то следом и она уходила в мир духов.
Понимал, это разительно отличается от обычной жизни, но другого пути не было и я, не раздумывая, согласился, готовый отдать ей всего себя до последнего вздоха.
Также ректор пояснил, что на тот момент мою душу к Элис привязать было невозможно, потому что тело получило множество смертельных травм. С такими ранами и переломами не живут, как сказал он.
Дальше потянулись мучительные секунды, казавшиеся вечностью.
Расположившись в той палате, где я увидел свою природницу, мы заперли дверь, расставили свечи, создавая определенный рисунок, в который поместили каменный сосуд. Именно в нем, как я догадался, находилась душа любимой.
Ректор начертил на каждой стене какие-то руны, а после зажег шесть факелов, закрепляя их таким образом, чтобы они образовывали круг, в который встал я.
Не сводил глаз с лежащей на кровати Элис, мысленно разговаривая с ней. Я шептал ей, что совсем скоро мы снова будем вместе. Снова будем смотреть друг другу в глаза и держаться за руки.
«Боги… я молю вас, верните мне ее…»
Было настолько волнительно, что дышать удавалось с трудом. Ноги дрожали, сердце громыхало в груди, а пальцы без конца сжимались в кулаки, выдавая взвинченное до небывалых высот состояние.
Отец остался за пределами палаты, стоя на страже, чтобы никто не смог нам помешать и прервать ритуал.
Ректор что-то шептал, водил руками по воздуху и как-то странно дышал, закатывая глаза. Если честно, я готов был смотреть на что угодно, вытерпеть что угодно, только бы любимая снова подарила мне свою очаровательную улыбку.
– Главное, не вздумай выйти за пределы круга, – ворвался голос главы академии в мои мысли. – Другого шанса не будет, Лиен.
Стиснув зубы, я напрягся всем телом, неотрывно смотря на некроманта, который встал между мной и сосудом, вскидывая руки к потолку.
– Tu ne quaesieris quem tibi…
С его губ сорвались слова на незнакомом мне языке, и я ощутил, как воздух в комнате начал сгущаться и вибрировать, наполняясь запахом опасности.
– … tribuit Iuppiter ultimam scire nefas.
Со всех углов поползли черные тени, распространяясь по стенам и полу, устремляясь к ногам ректора…
– Ut melius quidquid erit pati… – продолжал он нараспев, раскачиваясь словно маятник из стороны в сторону.
Его черные полы одеяния вздымались и шли волнами, хотя в палате не было сквозняков.
Тени преобразовывались в образы неведомых мне ранее монстров с алыми глазами и когтистыми лапами, от которых кровь стыла в венах, но я стоял на месте, даже не думая шевелиться, ведь от меня зависела жизнь Элис.
– Quem mihi, quem tibi… – повысил голос некромант, и одна из теней устремилась к нему, оплетая шею и сжимая ее, отчего ректор захрипел, вызывая у меня нешуточное волнение.
Я дернулся вперед, но тут же приказал себе стоять на месте.
Черные создания закружились в адском хороводе вокруг главы академии, пока он хрипел все сильнее, не переставая шевелить губами и вырисовывать руками символы.
Смотрел на происходящую чертовщину с широко распахнутыми глазами. Мои нервы были натянуты словно струны, я не знал, что буду делать, если глава академии не выдержит и рухнет на пол, ведь его черные капилляры поползли по всей коже.
Маг бился и стонал в когтях темных тварей, но держался. Я не представлял, через что он сейчас проходит, но был благодарен ему, как никому другому.
Но тут одна из теней зашипела, бросаясь в мою сторону. Я инстинктивно отшатнулся, ожидая нападения, но она врезалась в невидимую стену, демонстрируя мне свои длинные клыки, с которых капала черная жижа.
«Спокойно, – повторял я себе, цепко сжимая зубы и наблюдая, как темный монстр бьется возле меня, пытаясь прорваться в круг. – Ничего он мне не сделает».
Собранный до предела, я учащенно дышал, понимая, что в палате темнеет, причем стремительно.
«За окном утро, а у нас ночь…»
Не желал об этом думать, тем более мне и не дали, так как некромант неестественно выгнулся, издавая булькающий звук, и из его рта вырвался крохотный шарик, сияя ярче солнца. Он был таким ослепительным, таким живым и мощным, что тени рванули в сторону, шипя и скалясь.
– Ректор… – взволнованно позвал я мага, который упал на колени, склоняя голову.
– Scire nefas… – прохрипел он, трясясь всем телом. – Quidquid erit mihi…
Всего мгновение, и шарик рванул к сосуду, стремительно разбивая его вдребезги…
– Не-е-ет! – закричал я.
Это единственное, что мне удалось, так как в следующее же мгновение меня пронзила адская боль, от которой я сложился пополам, пытаясь вдохнуть воздуха.
– Терпи… – послышался измученный шепот ректора.
И я терпел… Терпел, сдерживая стоны и ощущая, как внутри что-то разрывается, пронзается, словно кто-то зашивал меня огромной иглой, раскаленной до красна.
Голова кружилась, и я затрясся всем телом.
Больно… Как же больно…
Перед глазами что-то вспыхивало, я не мог ничего разобрать, концентрируясь на своем сознании, чтобы не грохнуться в обморок, ведь тогда мое тело покинет пределы круга.
«Держись! – подстегивал себя. – Ради нее! Терпи ради нее!»
Болела каждая клеточка тела. Пульсировала и кровоточила, но это все ерунда, ведь главное, что я смогу спасти ту, кто рискнул собой ради меня.
Чувствовал, силы стремительно утекают. По ощущениям я находился в кипящем с маслом котле. С меня словно сдирали кожу, оголяя мышцы и сухожилия, а затем добирались и до них, разрывая на волокна…
В какой-то момент стало настолько мучительно, что я не выдержал, оседая на пол…
– Терпи, я сказал! – громоподобный голос, словно хлесткая пощечина, придал сил.
«Я смогу! Я все смогу! Элис будет жить!»
Секунды бежали, сжирая меня муками и пытками. Я корчился на полу, стараясь не шевелиться и не выйти за контур круга. И, когда сердце почти перестало биться, внезапно все прекратилось…
Тьма рассеялась, боль отступила, позволяя жадно глотать ртом воздух…
Я забегал глазами по палате, замирая от увиденного… Некромант… Пышущий силой и здоровьем, он из статного мужчины с длинными волосами, словно смоль, превратился в немощного седого старика с иссохшей кожей и впалыми щеками.
– Ректор… – шок на моем лице вызвал его вялую улыбку.
– Не зря ты не знал о таком ритуале, Лиен, – проскрипел некромант, – потому что он запрещен и несет за собой последствия.
– Вы… – я не мог подобрать слов.
– Что? – вскинул он брови, как и я, сидя на полу. – Знал ли о таком исходе для себя? Знал, – кивнул маг. – Я виноват перед тобой. Виноват перед вами. Поэтому принял такое решение, чтобы хоть как-то искупить свою вину. Прости меня.
– Ректор… – повторял я одно и то же, словно других слов на свете не существовало.
– Ритуал прошел как положено, – произнес он, вскидывая старческую руку. – Душа Элис привязана к тебе, так что теперь ты не будешь таким сильным, как раньше…
– Плевать! – мотнул я головой, чувствуя, как по щекам побежали слезы.
– Другого ответа я от тебя и не ждал, – усмехнулся некромант, закашлявшись. – Она будет спать какое-то время, а ты – чувствовать слабость, так как ее телу нужно заполниться магией.
– Я могу забрать ее домой? – спросил, испытывая гложущее чувство вины, ведь сильнейший в истории некромант лишился самого важного – своих лет.
– Думаю, да, – кивнул он, осторожно поднимаясь на ноги.
– Ректор… – поспешил я за ним.
– Не надо, Лиен, – отмахнулся он. – Я попытался исправить то, за чем не смог углядеть. И я рад, что она отдала себя за тебя, потому что именно таким способом вы вместе будете жить дальше. А теперь забирай ее, мне нужно отдохнуть.
Не давая больше сказать ни слова, некромант покинул пределы палаты, под опешивший взгляд моего отца проходя мимо него.
– Сын? – влетел он внутрь, тревожно оглядывая меня и Элис.
– Потом, – грустно качнул я головой. – Давай обо всем потом. А сейчас я хочу отвести Элис домой.
– Она… – папа замолчал, боясь спросить о самом главном.
– Она будет жить, – улыбнулся я. И вновь эти предательские слезы. – Она будет рядом со мной…
Глава 62 Это самое главное
Лиен
– Лиен! – донеслось взволнованно и до безумия счастливое. – Брат, как же я рад тебя видеть!
«Отис…»
Стоило выйти за пределы целительского крыла, как огневик с разбега влетел в меня, чуть ли не сшибая с ног. Я, не раздумывая, заключил его в объятия, краем глаза замечая, топчущуюся Эрику, которая находилась от нас всего в двух шагах.
– Иди сюда, – поманил я ее с улыбкой на устах.
– Лиен… – зашмыгала носом воздушница, – мы так волновались за тебя. Так переживали! – рыдала она, уткнувшись в мою грудь. – Элис места себе не находила, избегала нас. Она так страдала…
– Элис?! – напрягся Отис, тут же кидаясь к моему отцу, который вынес магиану природы на руках, так как я пока был на это не способен.
– Что с ней? – занервничала Эрика. – Боги, Лиен! Она же жива?! Жива?! Ну что ты молчишь?! – зарыдала магиана в голос.
– Успокойся, – снова прижал девушку к себе, плечи которой сотрясались. – Она жива, просто… просто спит.
Я решил пока не посвящать друзей в случившееся, уж слишком тяжело это осмыслить и принять, да и не факт, что о таком вообще можно распространяться. Ректор ничего не упомянул об этом, но все же не время сейчас говорить о таком и не место.
Эрика и Отис отправились вместе с нами, в дом графини, которая последующие несколько часов не могла найти себе места, нервно кусая губы и постоянно заглядывая в комнату к своей новоиспеченной дочери.
Я не отходил от нее ни на шаг. Сидел возле кровати и смотрел, как ее кожа теряет серый оттенок, а из-под глаз уходит чернота. Здоровый румянец Элис успокаивал меня, говоря, что она здесь, со мной.
Чувствовал себя измотанным и уставшим, даже начал побаиваться, что отключусь и именно это и произошло, так как я ни с того, ни с сего заснул.
Что-то нежное и теплое касалось моего лица: бровей, скул, губ. Было так приятно, что я невольно потянулся за этими ощущениями, слыша тихий смех.
Мгновенно распахнул глаза, смотря на любимую, которая глядела на меня сверху вниз.
– Элис… – прошептал я, наполняясь чувством радости до краев. Моя голова лежала у нее на коленях. – Как ты… – голос дрогнул. – Как ты себя чувствуешь?
– А ты? – спросила она в ответ.
– Я… я… – не мог говорить, эмоции взяли надо мной верх, и я вскочил, заключая магиану в объятия.
Повалив ее на кровать, накрыл губы жадным поцелуем, мгновенно получая отклик.
Целовал ненасытно, словно пытаясь лишний раз убедиться – это не сон.
Сердце билось о грудную клетку… ее запах, такой теплый и родной…
– Ну здравствуйте! – раздалось насмешливое от дверей, и я чуть с кровати не упал, мгновенно отстраняясь от покрасневшей Элис, глаза которой блестели. – Вот так я и думала, что нельзя вас наедине оставлять, – графиня, на лице которой виднелась лукавая улыбка, уперла руки в бока. – Ну? Это что такое?
– Мы… да мы это… – залепетал я, пытаясь отойти от поцелуя с любимой, который разжег огонь под моей кожей.
– Элис! – довольный визг прокатился по комнате, и из-за спины графини выскочила счастливая воздушница, бросаясь к нам на кровать.
– Ну вообще, – буркнул я, когда меня нагло спихнули на пол. – Кошмар, – фыркнул обиженно, – встречаясь взглядом с отцом и Отисом, которые прятали улыбки. – Девчонки, – фыркнул я, поднимаясь.
– Сын, – позвал меня отец. – Элис… проснулась, – подобрал он слово после небольшой паузы. – Теперь-то ты поешь?
– И помыться бы не помешало, – закивала Диона. – Твоя одежда, – она вытянула губы трубочкой, – скажем так, не первой свежести и это если не брать в расчет, что пижама из целительского крыла.
От кровати послышался писк, и я стремительно обернулся, наблюдая, как Эрика обнимает Элис.
«Любимая… – смотрел на нее, не имея возможности оторвать глаз, в то время как она дарила внимание в ответ, – я так рад, что ты вернулась ко мне».
– Хорошо, – графиня шмыгнула носом, смахивая слезинку с щеки, – с моей семьей все хорошо, и это самое главное.
