Текст книги "Лис, бегающий с волком (СИ)"
Автор книги: Little_Finch
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 25 страниц)
Бесполезно. Если она уже приехала, хотя клятвенно обещала встретить его на входе и скрасить вечер своим обществом, то, скорее всего, сейчас “затерялась” где-то с Перришем. А если не приехала, то… Ой, да серьёзно, это Лидия, и она определённо-точно-стопроцентно уже приехала.
Стайлз усмехнулся и нервно покрутил телефон в руках. Народу становилось всё больше, на него стали обращать внимание всё чаще. Пять минут и он снова позвонит ей, и если, и на этот раз, она не возьмёт этот чёртов телефон, Стайлз просто уедет домой. Тогда его хоть никто не будет отчитывать за внешний вид…
Они встретились летом третьего года с начала его жизни под заглавием “после”. Он тогда спокойно прогуливался по Лос-Анджелесской ярмарке, в поисках каких-нибудь интересных вещей, а она просто сидела за столиком на террасе в какой-то милой кофейне.
Если говорить честно, то в конце весны он вернулся из Тибета не по своей воле. Из-за кошмара.
Так как плохие сны стали не просто редкостью, а уже совершенно не навещали его, Стайлз, посоветовавшись с наставником, решил, что это предупреждение.
Конечно, Лидии он никогда не расскажет, что видел во сне усохшую сгорбившуюся старуху, которая кричала и тянула к его горлу свои скрюченные пальцы, но тем не менее…
Он вернулся в США и, как ни странно, не пожалел. Хотя, как только между ним и банши осталось меньше двух метров, первое, что девушка сделала, это дала ему пощёчину, Стайлз всё равно не расстроился…
Потому что потом они ещё три часа сидели в этой же кафешке и разговаривали. Она рассказывала, что закончила экономический, и на удивлённое Стайлзово “но ты же хотела не этого”, только ответила, что так подсказали инстинкты. Он говорил о законченной кафедре психологии, Тибете и незаметно для них обоих иногда переходил на недавно выученный французский. Лидия естественно его понимала.
А потом она спросила, чем он собирается заниматься дальше. Парень на несколько секунд завис и просто пожал плечами. Мол, как-то ещё не думал…
И тогда девушка предложила сколотить компанию по продаже чего-то там, и вообще открыть свой бизнес. Стайлз удивлённо вскинул брови.
– Зачем?
– Хмм, ну чтобы были деньги, и вообще я же не просто так училась на экономическом, совмещая его с юридическим… Я хочу руководить твоей будущей компанией.
– Моей, чем? – Стайлз усмехнулся, а затем в голос рассмеялся. Лидия закатила глаза. – И как же ты собираешься сколотить для меня целую, прибыльную компанию? Хотя, нет… Зачем, ты собираешься это делать?
– Чтобы у тебя были деньги на книги, путешествия и одинокое затворничество. – Лидия отпила свой кофе и внимательно посмотрела на хмурого парня. – Тебе ничего не придётся делать. Просто уговоришь кое-кого вложить нужные средства, а всё остальное я сделаю сама…
И правда. Вышло так, как она и сказала. Стайлз просто уговорил, а Лидия уже раскрутила, набрала штат, выкупила здание под офис, распространила сеть и стала директором… Хоть и во всех самых крупных документах писала его имя, ведь он был владельцем.
Поэтому сейчас у него за спиной было полмира воспоминаний и несколько миллионов/миллиардов на руках. А ещё обязанность посещать вот такие мероприятия. Обязанность, которую он исполнил впервые за два года с основания компании…
Весь юмор был в том, что он даже не знал, чем торговала его собственность, какое место занимала на биржевом рынке и так далее и тому подобное… Он просто спускал все деньги на благотворительность и путешествия. Лидия очень часто ругала его по этому поводу, но Стайлзу было плевать. Идея создания корпорации для него была не его…
Снова разблокировав мобильник, парень набрал выученный на зубок номер и прижал трубку к уху. Когда гудки пошли на второй десяток, он уже собирался сбросить звонок, но не успел.
– Где тебя черти носят, Лидс? – он негромко зашипел, чувствуя гнев. – Ты обещала встретить меня, а вместо этого, я стою тут как белая ворона и уже битых полчаса прячусь за каким-то уродским цветком.
– Стайлз, я уже в зале… – её голос был немного запыхавшимся, и мальчишка скривился, закатив глаза. Нашла время… – Ты у самого входа?
– Нет. Немного вглубь зала, у окна…
– Тут окна по всей стене и у каждого этот цветок. Он, кстати, действительно ужасен…
– Я сейчас выйду и ты меня сразу увидишь. – он сделал пару шагов вперёд и, заметив официанта, поставил бокал на его поднос. Незаметно вытер руку о штанину, оглядываясь. – Ну, ты где?
– Почти подошла. Надеюсь, ты одел то, что я тебя попросила?
– Да, конечно.
– Стайлз, я же просила!
– Мне неудобно в классических брюках, а галстук это для старпёров, так что…
– Перриш в галстуке.
– Не придирайся, Лидс. Я одет нормально, во всё чёрное, и готов, если что, тут же кого-нибудь похоронить… – он всматривался толпу, но так и не мог разглядеть подругу, которая, пока говорила с ним по телефону, ещё успевала с кем-то здороваться по пути. – Ты хоть в чём?
– Платье, изумрудное, в пол. Я кажется вижу тебя… А нет. Это какой-то старпёр в бабочке… – она ехидно усмехнулась, и Стайлз закатил глаза.
– Не смешно, Лидс, ни разу. – он повернул голову влево и, наконец, заметил её на расстоянии метров пятидесяти. Девушка как раз остановилась и начала с кем-то здороваться. – Я тебя вижу, не отключайся. Сейчас попробую подойти…
– Нет, стой там. Помаши мне, а то я тебя в упор не вижу… – она сделала пару шагов от компании дам и их кавалеров, закончив разговор, и начала озираться.
Стайлз на секунду завис, рассматривая свою любимую великолепную подругу. Она тоже выглядела немного дико, среди всех этих вычурных дам и юных леди… Дико, не значит плохо. Совсем наоборот.
Она была, наверное, единственной, кто не увешался драгоценностями и не смотрел на других свысока. Платье на одно плечо с рукавом три четверти и до самого пола прекрасно подчёркивало её стройность, а милое небольшое колье, скорее всего подаренное Перришем, великолепно оттеняло молочную кожу. Стайлз улыбнулся, чувствуя, как теплота разливается внутри…
Он всё ещё любил её. Свою крошку Лидию…
– Стайлз, ты слышишь меня? Чёрт тебя дери, ответь уже!
– Да-да. Смотри… – он замахал свободной рукой, привлекая внимание чуть ли не половины зала. Лидия ещё пару раз оглянулась и всё же увидела его.
Улыбнувшись, она уже хотела что-то сказать, но вдруг Стайлз заметил на её лице удивление. Даже с такого расстояния было видно, что она чем-то очень, очень-очень, взволнована.
– Стайлз… – голос напоминал шелест листвы на кладбище. Девушка сглотнула, а парень перестал махать и опустил руку. – Стайлз, тебе пора домой. Вечер окончен, уходи.
– Что?!
– Я сказала, иди домой, Стайлз! Живо. – она начала почти рычать на него в трубку.
– Что? Подожди, почему, ты же…
– Быстро убирайся отсюда, Стайлз! Живо, вали куда-нибудь, быстрее…
– Но…
Он присмотрелся к Лидии, а затем попытался проследить за её взглядом. Толпа уже более-менее перестала на него так сильно пялится, все занялись своими делами и собеседниками. Но то, что увидел он сам…
Между ним и Лидией, в куче других компаний,стояли, дорого выглядевшие даже на первый взгляд, пятеро человек. Какой-то мужчина со своей, выглядевшей обычно в данной среде, спутницей и ещё трое…
Красивый молодой парень с кудрявыми волосами, девушка, милая, изящная, и мужчина, с серьёзным хмурым взглядом и гладковыбритыми щеками.
Стайлз уже не слышал, как Лидия чуть не покрывала его матом, в попытке сдвинуть с места. Он не мог оторвать взгляда от него.
От Дерека.
Он стоял, внимательно слушая собеседника, с бокалом в руках и выглядел, мягко говоря, сногсшибательно. Классический чёрный костюм с галстуком, и окей, похоже, Стайлз только что пересмотрел своё мнение по поводу этого элемента гардероба, потому что… Потому что, всё что хотелось, это притянуть оборотня за этот галстук к себе и заставить забыть, как дышать.
Но…
Пальцы дрогнули, и телефон чуть не выпал из рук. Колени ослабели.
Он не может. Не может этого сделать.
Он мёртв. Как бы.
– Стайлз, ты слышишь меня? Пожалуйста, оторви свой взгляд от него, и прислушайся к тому, что я говорю… Просто вдохни и выдохни, слышишь… Стайлз, просто дыши. Держи себя в руках. – Лидия буквально шептала пробираясь по кругу к парню. – Сделай шаг назад, и ещё один, Стайлз ну же, я всё ещё говорю с тобой, давай же…
Он хотел уже бросить трубку. Правда, хотел. Но голос банши завораживал. Успокаивал.
Между лопаток скатилась капелька пота, и только подумав, что от него, наверное, за километр пахнет страхом и тревогой, Стайлз понял, чем это чревато. Чем именно, это может кончиться…
– Стайлз? – Малия вскинулась, принюхалась, даже не замечая, как Дерек окаменел, а Айзек просто замер, услышав до боли знакомое имя. Она начала крутить головой, но бета тут же отвлёк её внимание на себя.
Стайлз всё никак не мог оторвать взгляд от Хейла. Тот глубоко вдохнул, выдохнул. Сглотнул. Уже начал беседу, как вдруг, будто почувствовав чужой взгляд, посмотрел в ответ.
Небо, кажется, в эту секунду упало на землю.
– Блять. Стайлз, я желаю удачи, и не ручаюсь за тебя больше. Беги, лисёнок… – Лидия вздохнула, убирая трубку от уха, и последнее, что парень услышал было: – Волк начал охоту.
Он невидяще отключил вызов и запихнул телефон в карман. Дерек всё ещё не моргнул. Не разорвал контакт. И Стайлз тоже.
В его голове уже был более-менее хороший план бегства, но он чего-то ждал. Чего-то…
Дерек на мгновение прикрыл глаза и, быстро извинившись, вышел из компании. Айзек еле успел подхватить его бокал.
Стайлз будто именно этого и ждал. Резко развернувшись, вместо того чтобы переместиться домой, он сквозь толпу начал пробираться к лестнице. Расталкивая, безостановочно извиняясь, он пытался пробить себе путь к спасенью. Почти чувствовал, как разъярённый зверь наступает на пятки.
И взбегая по лестнице из холла на первый этаж, к лифту, Стайлз не нарочно начинал вспоминать. Раздирать загноившиеся царапины, поднимать самые отвратительные свершения. Всё, по кусочкам, осколочкам, частичкам…
Возвращаясь к Элеонор после первого года в колледже, он решил заглянуть к родителям. Провёл с ними почти весь день, рассказывая все-все новости за последние девять месяцев. Говорил о планах на будущее.
Когда начало медленно темнеть, он, попрощавшись и с отцом, и с матерью, вдруг вспомнил, что сегодня выдача аттестатов выпускникам, и долго не раздумывал: сфера-невидимка, перекрытый запах и ноги, ведущие в сторону школы.
Остановившись на самой кромке леса, у поля для лакросса, он быстро нашёл их взглядом.
Все серьёзные, задумчивые. Сидят в первых рядах, в парадных мантиях. Лишь Малия, Дерек и Питер, на зрительских трибунах…
Он сначала не понял, но вспомнил, как Айзек говорил, что девчонка на год младше, и задумчиво кивнул сам себе.
И всё. Он уже мог уйти, потому что пересчёт закончен, все цыплята на месте, волноваться не о чем. Но что-то держало. Придавливало к земле и не давало даже пошевелиться…
Дерек выглядел хмурым. Вообще это как бы было его обычное состояние, но сейчас…
Окей. Он знает, ладно?! Знает, что разбил своему волчаре сначала сердце, а затем и жизнь. И не надо тыкать этим везде и всюду, пожалуйста, ладно.
Он прикрыл глаза и, сконцентрировавшись, принюхался.
Левая трибуна, шестой ряд, самое крайнее место. Охотник. Не местный.
Резко открыв глаза, мальчишка буквально врезался в него взглядом.
Одет как все, но вряд ли он пришёл к сыну или дочери. Потому что рука преувеличенно расслабленно лежит на поясе… Потому что он сидит и только и смотрит то на Дерека с Питером, то на Скотта и остальных…
Потому что, давайте будем честны, это чёртов сверхъестественный мир, где воскреснуть, переродиться и пройти по воде может каждый! Потому что, давайте пройдём исповедь, это Арая Калаверосс и она очень-ахринеть-как-сильно далеко не дура…
Когда на поле стало почти ничего не видно, директор на сцене, что стояла перед трибунами и рядами с выпускниками, прервался и попросил включить свет. Стайлз так задумался, что не слышал этого, поэтому, когда поле осветилось прожекторами, он чуть не упал, ослепнув.
Зрачки перевернулись и зажглись оранжевым, а глаза довольно быстро привыкли. Стайлз последний раз взглянул на тех, кого любил и замер.
Дерек-чёртов-Хейл смотрел прямо на него. Не мигая.
Тяжело сглотнув, мальчишка удостоверился, что сфера на месте и от него всё ещё не пахнет. Тени он не отбрасывал тоже.
Не зная, видит его альфа или нет, он не мог дышать. Сердце уже начинало колотиться где-то в горле.
Слава богу, оборотня отвлёк Питер, и зрительный контакт был разорван. Стайлз тут же рванул к джипу, оставшемуся у кладбища. Он бежал, будто на пятки наступала толпа зомби…
И он был уверен, что когда церемония кончится, Дерек подойдёт к тому месту и всё внимательно осмотрит и обнюхает. И он был уверен, что тот там ничего не найдёт.
Уже позже, рассматривая эту ситуацию в воспоминаниях, Стайлз понял, что, скорее всего, задел какой-нибудь куст или что-то подобное, когда шарахнулся от включившихся прожекторов…
И, тем не менее, тот вечер подтвердил его догадки. Охотники не отвяжутся. По крайне мере не так сразу. Может лет через шесть-восемь…
Буквально год назад у него случилось что-то типа ломки. Почти две недели мальчишка был сам не свой, постоянно думал о волке, не мог остановиться. Никакие травы, успокоительные и медитации не помогали.
А затем он заявился к Лидии, прямо в офис, и сказал, что если она что-нибудь не сделает, он сядет в машину и поедет искать Дерека…
Девушка, до этого занятая какими-то бумагами, подняла на него холодные глаза и негромко осадила:
– Ты мёртв.
Стайлз будто ударило разрядом в пару тысяч. Он осел на мягкий диван, в уютном большом кабинете, и принял из изящных пальцев станка с виски напополам с аконитом.
Больше о попытках “вернуться” он не думал.
И вот сейчас, давя, как ненормальный на кнопку лифта, он видел, как прямо на него идёт злой, разъярённый альфа. Стайлз, если честно, не так представлял себе их встречу во время прошлогодней ломки…
Горящие красные глаза и раздувающиеся ноздри. Волна обжигающего злостью запаха.
Два метра до, и двери закрываются, разделяя их. Стайлз расстёгивает пиджак и съезжает вниз по стене, хватаясь за волосы.
Блять.
Лифт звенит, оповещая, что восьмой этаж достигнут.
Блять.
Мальчишка аккуратно высовывается в пустой коридор, прислушивается. Тремя этажами ниже Дерек пробегает мимо закрытых дверей лифта и несётся к лестнице.
Блять…
Пытаясь успокоить себя, Стайлз идёт по коридору между дверей с трёхзначными номерами и останавливается у восемьсот двадцать четвёртой.
Двадцать четыре был его номер. Счастливый. Кажется…
Переместившись за дверь, он прошёл по комнатам, убеждаясь, что в нём никто не живёт, и вернулся к двери. В коридоре послышались тихие шаги и немного сбитое дыхание. Стайлз замер.
Блять.
Прикрыв глаза, он глубоко вдохнул.
Появившись своей же копией в конце сворачивающего коридора, он убедился, что Дерек его заметил и побежал.
Оборотень ничего не говорил и не кричал. Только тихо порыкивал, пытаясь догнать ускользающую ложную фигуру мальчишки.
Он бежал, в надежде поймать ненастоящую куклу, и… Сделать что?…
В первую очередь хотелось хорошенько врезать Стайлзу, заставить его объясниться, подтвердить, что это он. Настоящий, честный, не выдумка…
Дерек завернул за очередной угол, почти ловя чужую тонкую руку, но мальчишка уже был почти в конце коридора. Набрав в грудь побольше воздуха, альфа зарычал и прибавил скорости. Рубашка была уже слегка влажная, а внутри медленно появилось осознание – не Стайлз. Снова какая-то жестокая игра. Он будет бегать за этой, видимо, иллюзией, пока не упадёт без сил и не сдохнет, прямо посреди коридора. Но…
Нет. Дерек не упадёт. Не сдастся. Не во второй раз…
Чувствуя как отрастают клыки, он продолжает бежать, обещая себе догнать это. Догнать и узнать всю правду.
Стайлз прислонился спиной к стене, не открывая глаз, сполз по ней на мягкий ковёр. Из-под ресниц начали катиться слёзы.
Он видел не своими глазами; заманивал альфу не своим телом; водил его за нос, всё это время, оставаясь на одном месте…
Когда они выбежали на крышу, Стайлз подошёл к самому краю, развернулся. Встретился взглядом с медленно приближающимся, настороженным полу обращённым оборотнем. А затем, когда тот уже был на середине пути к нему, просто исчез. Растворился в воздухе.
Достав мобильник и сняв блокировку, мальчишка быстро отписался Лидии.
“Номер 824. На сутки. Я в норме.”
Просто, он не был уверен, что сможет подняться на ноги. Или выйти. Сделать хоть что-нибудь сегодня.
Ответ пришёл незамедлительно.
“Сделано. Мой 853.”
Откинув мобильник на ковёр, он зарылся руками в волосы и всхлипнул. Прислушался, пытаясь найти Дерека.
Тот всё ещё стоял на крыше. Стайлз чувствовал, как распространяется запах чужого горького разочарования и комкал в руках ковёр в прихожей. Дерек ходил кругами, принюхивался, пытался поймать след. И в итоге, лишь разочарованно убрал когти с клыками и остановился. Замер.
Мальчишке казалось, что он видит, как его руки переплетены на груди, а брови нахмурены, хотя глаза и слегка прикрыты. Оборотень медленно возвращал себе самообладание и приходил в себя.
Вдруг послышался тонкий звук втягиваемого носом воздуха, а затем очень, очень тихое рычание.
Между ними было три этажа, но у мальчишки всё равно побежали мурашки вдоль позвоночника. Что-то начало идти не так…
Дерек развернулся и, спустившись на последний этаж, начал медленно обходить его. Спустился ещё ниже.
Стайлз перекрыл свой запах и затих, вслушиваясь в аккуратные шаги по коридору этажом выше. Складывалось ощущение, что оборотень идёт, будто действительно знает куда. Будто чувствует, где мальчишка…
Когда волк остановился ровно над ним, на девятом этаже, рядом с другой дверью в номер, подросток вдруг почувствовал, как Лис в нём мелко вздрогнул и сел, очнувшись от затяжного сна.
Этой методике его научили в Тибете. Когда он собирался в место, где могло быть много народу и он мог разволноваться из-за чего-либо, Стайлз усыплял зверёныша и тогда был полностью уверен, что не потеряет контроль.
И сейчас, этот самый зверёныш, проснувшись, начал нервничать. Он потёр лапой нос и потянулся куда-то вверх. Стайлз в ужасе распахнул глаза и зажал рот рукой, понимая, что сейчас закричит и выдаст себя.
Наверху раздали быстрые удаляющиеся шаги, которые сорвались на бег, и спустя пару секунд Дерек уже стоял меньше чем за метр от мальчишки. По ту сторону обычной деревянной двери.
– Стайлз… – тихий шёпот и аккуратный стук. Звук головы, мягко ударяющейся об дверь. Так безнадёжно… – Я чувствую тебя. Я знаю, что ты там, Стайлз.
Обняв себя руками, он подтянул ноги ближе и начал медленно раскачиваться. Рядом раздался тихий вздох и неловкое шуршание. Дерек тоже опустился на пол.
И теперь, спустя пять долгих лет, они снова рядом…
Стайлз не думал, что будут какие-то сложности типа этих, когда год назад собирался найти своего волка. Не думал, что не сможет открыть дверь, посмотреть ему в глаза, сказать что-либо.
Он чувствовал себя отвратительно-паршиво-убого.
Он чувствовал его близко-тепло-уютно.
– Успокойся, Стайлз…
Никаких доводов. Никаких уговоров.
Я простил тебя. Я всё ещё люблю тебя, просто открой дверь. Малыш, всё хорошо.
Никакого этого чёртового слюнявого дерьма.
Они взрослые люди, в конце концов… Наверное.
И наверное, Дерек злиться сейчас… Хотя злостью не пахнет. Пахнет какой-то нежной детской радостью, как когда находишь долгожданный подарок под ёлкой… Пахнет лёгким раздражением, хотя это можно считать его обычным состоянием… Пахнет нечеловеческой усталостью, будто последние пять лет были слишком неподъёмными…
Хотя, почему будто? Они и были.
Какое-то время они проводят в молчании. Стайлз пытается не шмыгать носом слишком громко, а Дерек борется с желанием сломать чёртово дерево за спиной и хорошенько вставить мозги мелкому придурку.
Но они оба чувствуют, как Лис и Волк медленно кружат, пригибаются к земле и изучают того, кто напротив. Как звери сближаются и замирают. Принюхиваются…
– Тогда… На выпуске Айзека. Это был ты?.. – мягко, не давяще. Дерек задерживает дыхание в ожидании ответа, но его не следует. Он тихо вздыхает. – Если ты не будешь мне отвечать, я выломаю дверь и всё равно доберусь до тебя, Стайлз. Игры кончились…
Мальчишка тихо усмехается сквозь слёзы.
“– Это была всего лишь игра, Дерек! Я думал, ты понял, ещё в начале лета… Глупый волк.”
Тишина укутывает их обоих, расслабляя. Стайлз постепенно приходит в чувство и перестаёт дрожать и, всхлипывая в кулак, икать. Дерек прикрывает глаза, концентрируясь на Волке, который впервые за последние полдесятка лет, утихомирился и не обгладывает его рёбра изнутри.
Вместо этого его Волк трётся щекой о рыжий, горящий и переливающийся мех, и чувствует, как Лис дурашливо кусает его за загривок. Они весело катятся мохнатым клубком, рыча и играясь.
От этого им обоим хочется отчаянно стонать в голос. Потому что, хей, у людей всё не так просто! Нельзя притвориться мёртвым, а затем вернуться и сказать «Привет, как поживаешь?». Это не прокатит…
Проходит какое-то время, музыка доносившаяся из холла и так еле-еле, смолкает окончательно. Немногие начинают возвращаться в номера.
Дерек видит, как из лифта выходят какие-то люди и напрягается. Хотя они даже, кажется, не замечают его. Мимолётно кидают взгляд, будто перед ними на полу не сидит взрослый мужчина в классическом костюме, и идут в свои номера.
Оборотень замечает Лидию с Перришем, которые идут в противоположный конец коридора. Один раз девушка порывается развернуться и, наверное, дойти до Стайлза, но парень её останавливает.
– Мне кажется, ему сейчас лучше побыть одному… Попытаться справиться самостоятельно. – он мягко обнимает её за плечи и уводит.
Дерек снова прикрывает глаза.
Догадаться не трудно – Стайлз поставил сферу-невидимку. Только вот… Зачем?..
– Я даже не знаю, что сказать, Стайлз… Я чувствуя тебя, но я не верю… Не верю, что это действительно ты. – Дерек проводит рукой по волосам и ослабляет галстук. – Три года. Три чёртовых года я видел тебя в каждом высоком, неуклюжем, тощем и громком пареньке. Я думал, с ума сойду! А ты… Ты оказывается жив. Надо же… Пока я, буквально, умирал двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, ты успел сколотить состояние и скорее всего завести семью. Боже… – он бьётся затылком о дверь от безысходности и рычит. Пытается дышать, успокаиваясь.
Стайлз непонимающе хмурится. Семья?.. Ему никто не нужен. Уже давно. Никто кроме…
– Это даже весело. Ты оказывается такой лицемер… Хотя, ладно. Проехали. Прости меня за это… Я знаю, зачем ты это всё затеял. Питер рассказал. Немного позже, после случившегося.
На самом деле только через два месяца.
Когда Дерек, наконец, стал вменяем и более-менее отошёл от потери. Когда его уже не надо было усыплять на ночь, чтобы он отдохнул. Когда он смог, наконец, встретится со всей своей стаей.
– Просто, знаешь… Твоя проблема в том, что ты… Ты мог бы поговорить со мной об этом. Придурок. – Дерек не весело усмехается. Вздыхает. Чувствует как отчанье, горе и печаль, накопившиеся за последние пять лет, куда-то медленно исчезают. Он всё равно рад, что его мальчик всё-таки здесь. Всё-таки жив. – Мы бы придумали что-нибудь подобное, но это принесло бы намного меньше боли…всем. Серьёзно, Стайлз, почему ты не поговорил…
Его голос обрывается, а ладони устало потирают лицо. В кармане начинает трезвонить телефон.
– Да.
– Алло, Дерек… Я… – Питер запинается. Прочищает горло. – Нам тебя ждать?
Он становится таким каждый раз, когда тема хотя бы косвенно касается мальчишки. Таким непохожим на себя.
Альфа зажмуривается сильно-сильно. Пропарывает когтями ковёр. И выдыхает.
Бесполезно.
Он не разговаривает. Видимо не хочет видеть. Видимо…
– Да. Сейчас спущусь. – он скидывает вызов и остаётся сидеть. Снова наполняется разочарованием.
Значит, всё-таки семья… Всё-таки он нашёл себе кого-то другого…
Стайлз сглатывает, открывает рот, чтобы что-то сказать, но не получает даже тихо пискнуть. Оборотень по ту сторону нехотя начинает подниматься.
– Ну что ж… Видимо те твои слова были правдой… Было приятно снова встретиться, Стайлз.
– Нет. – к горлу подкатывает комок и мальчишка со всей силы ударяется затылком об дерево. Перед глазами пляшут звёздочки.
Дерек замирает, а затем тихо плюхается назад, на ковёр. Набирает смс Питеру.
“Едьте. Я остаюсь. Всё нормально.”
Ответа не приходит, но мужчина уверен, что его стая уже выходит на улицу, собираясь по домам.
И в душе у оборотня творится что-то непонятное. Вроде бы отпустило, но в то же время непонятное боязненное ожидание… Оно заставляет напрячся.
Они снова сидят в тишине.
– Стайлз…
– Я один. Никого нет, волче… Совсем. – сколько боли. Она переливается через край, плещется. Все эти годы он был один. И даже сейчас, мысль о том, что он мог завести себе кого-то вызывает некое отвращение. Стайлз сглатывает. Зажмуривается, решаясь. – И я всё ещё… – не может. Он не может закончить чёртово простое предложение, состоящее из чёртовых простых слов.
– Я тоже.
Тиски расходятся. Лёгкие, тихо ворча, начинают снова качать воздух.
– Прости меня… – “что умер и бросил тебя. Что почти убил тебя.”
– Почему ты не поговорил?..
– Я… Я так испугался, что ты можешь погибнуть…
Он слышит тихий смех и расслабляется окончательно. Со временем всё у них наладится, не может не…
– Я чуть не вынес себе мозги спустя неделю.
Стайлз округляет глаза и тут же подрывается с места. На голову будто вылили ведро ледяной воды, потому лжи не слышно. Но…
Он не мог. Не мог!
Замок щёлкает и только благодаря способностям Дерек не вваливается в номер, потеряв опору. Вместо этого он чувствует, как его приподнимает и закидывает внутрь. Дверь захлопывается.
– Ты… – Стайлз садится ему на живот и хватает за галстук. Заставляет смотреть в свои, полные боли и испуга, глаза. – Ты сделал, что?
Дерек, который хотел надавать оплеух, нарычать и вправить мозги, тоже не может…
Не может сдвинуться с места, пошевелится. Он заворожено смотрит на свою пару, чувствует его тепло, эмоции, кладёт ладони на талию. Он не может говорить. Он пытается впитать в себя каждую чёрточку своего любимого Стайлза.
– Отвечай, чёртов волк! – мальчишка слегка трясёт его, жмурясь от накатившихся эмоций. Он оставил Дерека, чтобы тот жил… Но он оставил его, и это стало для оборотня равносильно смерти…
– Я не успел. Крис прострелил руку, которая держала пистолет, и он выпал, а Питер за это время накинулся на меня, отвлекая. Заодно сломал руку и пару рёбер. Сказал, ещё один такой выкидон и он лично разорвёт мне глотку… – Дерек говорил тихо и смотрел прямо в карие радужки ошарашенного мальчишки. Под конец тот прикусил дрожащую губу и наклонил голову, пытаясь спрятать снова мокрые глаза. – Эй… Стайлз…
Оборотень протянул руку и легонько погладил его по щеке. Мягко улыбнулся, когда парень прильнул, вздрагивая.
– Всё хорошо… Ну же… Посмотри на меня. – Стайлз отрицательно покачал головой, всхлипывая. Дерек медленно поднял его лицо за подбородок. – Я здесь. Всё будет в порядке. Мы будем в порядке… Только пообещай, что в следующий раз поговоришь со мной. Стайлз?..
Мальчишка почувствовал, как ему вытирают слёзы. Медленно открыл глаза. Кивнул. И тут же был притянут к тёплой широкой груди.
Альфа хотел бы, да не мог, злится на мальчишку. Он только сейчас понял, что то решение ему тоже далось не легко…
– Почему ты не сердишься, не злишься, не пытаешься разорвать меня?
– Какой смысл… Хоть ты и придурок, но я люблю тебя. И ты здесь со мной сейчас. А прошлое осталось в прошлом. Тем более на твоём месте, я бы тоже не раздумывая кинулся на меч… – Дерек приподнимается, помогает сесть Стайлзу. – Это похоже наша работа – постоянно спасать друг друга.
Тихо вздохнув, парень зевает, прикрывая рот рукой и, ведомый оборотнем, встав на ноги, идёт в спальню. Там Дерек медленно раздевает сначала его, а затем себя. Они стараются не сильно соприкасаться друг с другом.
В комнате темно, когда они забираются под одеяло. Пару секунд смотрят друг другу в глаза, а затем оборотень опускает веки. Вздыхает, легонько улыбаясь.
Стайлз понимает, что ему неудобно и холодно. Хочет уже спросить…
И вдруг чувствует, как где-то внутри тихо отзываются надежда и ожидание. Однако, эти чувства не его. Это чувства Дерека…
Значит, они всё-таки пара. В груди распадается тугой узелок сомнения, Стайлз улыбается.
– Дерек… Можно я…
– Угу.
Волк раскрывает объятья, и мальчишка перебирается к нему. Притирается, чувствуя лёгкий поцелуй в макушку.
– Дерек… – имя непроизносимое несколько лет, звучит на языке немного непривычно, но приятно. Будоражаще. Будто вернулся домой. – Мы же поговорим об… Обо всем…
– Конечно. Завтра.
– А ты не уйдёшь?..
– А ты?
Стайлз хмурится. Молчит.
– Нет. У меня завтра нет никаких дел.
Волк тихо усмехается, приподнимает уголки губ. Закатывает глаза.
– Спи, лисёнок…
– Спокойной ночи, волче…
***
Почти год спустя.
Чёрная Камаро останавливается у тротуара рядом с главными воротами. Они выходят из машины почти одновременно. Улыбаются друг другу.
– Ты готов, папаша? – Стайлз игриво подмигивает, обходя авто.
– Я готов, если ты готов… – Дерек надевает солнцезащитные очки, прикладывая руку к сердцу и с усмешкой смотря, как парня слегка корчит.
– Фу, Дерек, ты опять испортил весь момент! Что за сопливая хрень… – мальчишка качает головой, наигранно-разочарованно отчитывая супруга. – Ты – небритый альфа в кожанке и не должен…
– Так значит, мы берём Эрику?.. – прерывая начинающийся пиздёж, говорит мужчина.
– Ага. Других вариантов и не было. – Стайлз подходит к нему и целомудренно целует в губы. Отстраняется. – Волнуешься?
– Немного, а ты?
– Тоже. Как думаешь, мы же…
– Тысячу раз это обсуждали, Стайлз. Из нас выйдут хорошие родители. – Дерек приобнимает его за талию, и они идут к воротам. – Главное не заболтай эту малышку до смерти и…
– А ты не смотри на неё волком и почаще улыбайся. – Стайлз легонько пихает мужа в бедро и усмехается своей колкости. Тот в ответ закатывает глаза, но всё же надевает искреннюю улыбку. Они вместе заходят в калитку.
“Нью-Йоркский детский дом-интернат” встречает их с распростёртыми объятьями…
