Текст книги "Хозяйка драконьего аэропорта (СИ)"

Автор книги: Lita Wolf

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

– Мда-а... – протянула я. – Всё ещё хуже, чем мне казалось. Он, оказывается, не просто придурок, аобиженныйпридурок. Слушай, Рок, а ведь с его стороны можно ожидать диверсий.

– Откровенных диверсий – вряд ли, – покачал головой дракон. – А вот что касается подлянок, с него станется.

– Поясни, пожалуйста.

– Ну смотри – с любой агрессией против людей у нас очень строго. Это касается и питомцев дракона. То есть если на диком ящере летят люди, на него никто не нападёт. В противном случае будет магическое расследование и виновника ждёт суровое наказание вплоть до смертной казни. Когда же я говорю о подлянках, то, в первую очередь, имею в виду то, что Дарган попытается открыть собственный аэропорт.

– Рок, у вас нет системы... – я задумалась, пытаясь выудить из местного лексикона нужное слово. – Кажется, нет. Скверно.

– Что ты имела в виду? – мужчина остановился и, положив руки мне на плечи, развернул к себе.

– Систему патентования я имела в виду. Патент – это документ, который удостоверяет авторство идеи. Например, если ты первым в мире внедрил драконьи авиаперевозки с вагончиками, то, если у тебя есть патент на изобретение, никто другой не имеет право возить пассажиров таким вот способом.

– А другим способом – имеет право? Ты же сама сказала, что патентуется авторствоидеи, – напомнил Рокард.

– Я немного ошиблась в формулировке. Саму по себе идею запатентовать нельзя. А вот непосредственно техническое решение, в котором воплощена идея, как раз таки подлежит патентованию. Поясню на примере – если у нас есть патент на изобретение, тот же Дарган вправе перевозить пассажиров на своих драконах. Он может сажать их между шипами, прицеплять вагончик к ящеру снизу или ещё что-то придумает. В общем, имеет право на любой способ транспортировки людей, кроме того, который запатентован нами. Но, раз в вашем мире нет подобной практики, разговор на эту тему не имеет смысла.

– Фу-ух... – выдохнул мужчина, глубоко задумавшись. – Как бы всё это организовать-то?

– Что именно? Внедрить систему патентования?

– Да!

– Ну, вот тут я не помощник. Понятия не имею, как и с чего начать. Но вообще процесс этот серьёзный и уж точно не быстрый.

– Агата, а потом можно запатентовать техническое решение? – спросил дракон.

– Можно, – кивнула я.

– А если Дарган к этому времени уже запустит авиаперевозки с вагончиками?

– Если ты запатентуешь первым, то ему придётся выплатить штраф. При повторном нарушении может последовать уже уголовная ответственность. Ну, это у нас. Как у вас, я, повторюсь, без понятия. Такие вещи решаются на законодательном уровне.

– Это меняет дело, – немного воодушевился Рокард.

– Смотря с какой стороны посмотреть, – произнесла скептическим тоном. – Для нас с тобой это будет выгодно. Для пассажиров – не то что невыгодно, а просто опасно. Ведь Дарган вряд ли откажется от идеи и станет изобретать другие способы перевозки. Парочку абсурдных я тебе в пример привела. Но это нам оные кажутся абсурдными. Дарган может придерживаться иного мнения.

– Ладно, – хмуро бросил брюнет. – В любом случае, наша первоочередная задача – открытие аэропорта.

– Это факт, – согласилась я. – Кстати, вопрос из любопытства – вот ты брюнет, и в драконьей ипостаси чёрный. А Дарган – шатен. Он оборачивается в шоколадного ящера?

– Скорее, в какашечного, – презрительно скривился Рокард.

Хохотнув, я взяла мужчину под руку, и мы двинулись по улице, выискивая глазами экипаж, чтобы добраться на нём до местного бюро занятости.

Вот с набором персонала для конечных точек маршрутов тоже была большая проблема.

Мы решили, что на первых порах обязанности «встречающего» будет выполнять маг-контролёр. Но грузчики-то нужны! Кто будет подкатывать трап (которые ещё нужно развезти по городам!), кто станет выгружать чемоданы и сундуки из багажных сумок? Ну и кто-то ведь должен подогнать извозчиков к моменту, когда прибывает рейс.

Поскольку люди приходили в бюро занятости не только с целью почитать заявки работодателей, но и чтобы оставить свои, мы могли ознакомиться с перечнем соискателей и найти тех, кто нам нужен. Потом ехали по адресам, договаривались. Объясняли, что именно нужно делать, и, начиная с какого дня необходимо дежурить, ожидая прилёта дракона. Естественно, выплачивали задаток.

Одним словом, все шесть дней мы были на ногах, а Рокард ещё и на крыльях.

Также решили, что обратно пассажиры должны летать с первого дня работы аэропорта. Пусть пока без должного обслуживания, нодолжны. Все, кто прилетит из Маристона в пункт назначения, будут оповещены о том, что каждый день в определённый час (для трёх городов – часы), обратно в столицу отбывает порожний дракон. Желающие смогут приобрести билеты у мага-контролёра прямо перед вылетом. Билеты эти будут «обезличенными», то есть без указания числа и времени вылета. Всё это, конечно, временно.

Вот так – должность, которая изначально даже не рассматривалась, стала одной из ключевых. Магам, разумеется, пришлось увеличить жалование, но оно того стоило.

Что касается главных фигур нашего проекта – ящеров, работа по их дрессировке шла полным ходом. Да, почти на неделю нам пришлось выпасть из процесса, но, вернувшись из командировки, мы взялись дело с удвоенной энергией. По мере подготовки драконов гоняли их в рейсовые города – сначала без оснастки, а потом в полной экипировке, да ещё и с пассажирами, роль которых исполняли наши сотрудники. На ящерах же переправили трапы для посадки. Мы договаривались с местными жителями с городских окраин и за небольшую плату оставляли трапы у них во дворах, чтобы не стояли бесхозными на взлётно-посадочных площадках.

На данный момент шесть ящеров уже сдали экзамен, то есть слетали в пункт назначения, неся на себе мага-контролёра и пассажиров. Ещё пятеро готовы были пройти контрольное испытание в ближайшие пару дней. С тремя норовистыми мы продолжали усиленно работать.

Параллельно я готовилась к презентации, которая состоится в здании Маристонского драматического театра за три дня до планируемого открытия аэропорта. Рок уже разослал приглашения. Ожидался полный зал.

***

Прошло ещё два дня

Рокард стоял на сцене, за занавесом гудела собравшаяся на презентацию публика. На заднике вместо театральных декораций висели прикрытые шёлковой тканью эмблема компании и все наглядные пособия, включая схему проезда к аэропорту.

Подмигнула ему, высунув голову из-за кулис – мы договорились, что я выйду сразу после вступительной части. Решая вопрос, как дракон меня представит, подумали, что логичнее всего переделать фамилию Медведева на местный манер. «А́рвед» на колвертском языке – медведь, а аналог моей фамилии – А́рведер. То есть теперь я Агата Арведер.

Рокард в ответ поднял вверх большой палец и улыбнулся.

В этот момент разъехался в стороны занавес. Я стала наблюдать за действом через щёлочку.

Зал, до отказа заполненный состоятельной публикой, навеял ассоциацию с эпизодом из известного фильма, где герой, играя на балалайке, пел: «Подходи, буржуй, глазик выколю».

Поздоровавшись, Рок повторил зрителям текст пригласительной карточки, а именно, что они станут свидетелями обзора невиданного доселе транспортного проекта. После чего говорил ещё минуты три, нагнетая интригу.

– А теперь разрешите представить идейного вдохновителя и разработчика проекта! – Дракон сделал приглашающий жест рукой, и я вышла из-за кулис. – Агата Арведер!

Зал жиденько захлопал. Рокард оказался прав – доверия к идейному вдохновителю женского пола было немного. Ну, ничего – постараемся поправить ситуацию.

– Добрый вечер, дамы и господа! – поприветствовала я публику и незамедлительно перешла к сути: – У многих из вас есть дела в крупных городах Колверта. У кого-то там живут родственники и друзья. Кто-то любит просто отдохнуть. Например, на знаменитом Юнидском курорте. Солнышко, море, песочек... Но скажите, сколько добираться до Юниды?

Такой формат выступления для местных был в новинку, но я рискнула пойти на контакт с залом. По счастью, несколько человек сразу приняли вызов.

– Шесть суток! – раздалось одновременно с разных сторон.

– Шесть с половиной! – басовито выкрикнул толстяк из первого ряда.

– Что-то непредвиденное? – смело уточнила я.

– У экипажа колесо отлетело, – поведал мужчина.

– И такое бывает, – закивала с сочувственной улыбкой. – И ещё много всяких неприятностей: разбойники, сгоревшие постоялые дворы, ухабы на дорогах. Итак, господа,шестьсуток! – я обвела взглядом зал. – Это же отрезок жизни! Пока вы шесть дней добираетесь до уютного солнечного городка, ваше желание меняется с просто отдохнуть на отдохнуть от поездки.

– Точно! – засмеялся один из зрителей.

– А за время обратного путешествия успеет сойти загар, – добавила я.

Теперь рассмеялись уже несколько десятков человек. Кажется, моя подача начинала нравиться людям.

– А ведь как было бы хорошо – утром покинул Маристон, а к вечеру ты уже в Юниде, – продолжила я. – Есть время, чтобы заселиться в гостинице, принять ванну с дороги, поужинать. А поутру – на пляж.

– Жаль, экипажи не летают как птицы, – сам того не желая, подыграл мне мужчина из пятого ряда.

К слову, женщины в зале тоже были. Вот кто точно относился ко мне настороженно, так это они. Дамы не комментировали мои слова, не смеялись и вообще выглядели желающими послушать Рокарда, а не меня.

– Экипажи не летают, – согласилась я. – Но есть те, кто очень даже летает.

– Уж не драконы ли? – с тревогой вопросил уже знакомый мне толстяк.

– Именно! – подтвердила я. – Дамы и господа, мы хотим представить вам новый вид транспортного сообщения – драконьи авиаперевозки!

Зал эмоционально загудел. В общем гуле смешивались боязнь, удивление, недоверие. Мы с Роком были готовы к такому отклику.

– У драконов поначалу была похожая реакция, – с улыбкой сказала я.

Пара-тройка смешков, раздавшихся в зале, разрядили пессимистичную атмосферу.

Дальше я вкратце рассказала, как мы приручали питомцев, а в завершение поведала, что все они уже прошли испытание по перевозке пассажиров.

– И что, никого не сбросили по дороге? – спросили из зала.

– Даже если бы захотели, то не смогли бы, – ответила я. – Потому что нами разработана уникальная система, исключающая не только вероятность несчастных случаев, но и дискомфорт во время полёта.

Сказав это, подошла к схеме пассажирского дракона и сдёрнула с неё шёлковую накидку.

– Это вагончики с креслами, – пояснила, воспользовавшись указкой. – То есть пассажир будет чувствовать себя как в экипаже. Надежные крепления не позволят дракону избавиться от своей ноши. Впрочем, подобного желания у наших питомцев не возникало ещё ни разу.

– А что располагается между парами вагончиков? – последовал практичный вопрос, перекрывший гул тех, кто по-прежнему был настроен скептически – а таких оставалось ещё немало.

– Багажные сумки. Согласитесь, было бы странно, если бы мы предложили вам путешествие с пустыми руками.

– Кресла плохо видно! – выкрикнул кто-то. – Не могу их сосчитать.

Я сдернула шёлк с соседней схемы.

– А теперь? – спросила, повернувшись в сторону вопрошавшего.

– Спасибо! – поблагодарил мужчина.

– А если я не помещусь в это кресло? – поинтересовался толстяк из первого ряда, явно не смущавшийся своих габаритов.

– Кресла – аналог театральных, – пояснила ему. – Раз вы сейчас в зале, значит, и на борту дракона проблем не возникнет.

– Звучит, конечно, впечатляюще, – прокомментировали откуда-то справа. – Но как вы видите сам процесс? Нам что, нужно ехать в Ленайские горы, чтобы забраться на дракона? Да только на это полдня уйдёт!

– Если бы вам пришлось ехать в Ленайские горы, мы бы вас тут не собрали, – по сценарию подключился к выступлению Рокард – здесь он, как хозяин, должен был презентовать аэропорт. – Дорогие гости, прошу познакомиться с новым словом – аэропорт! – Сказав это, он сдёрнул накидку с эмблемы. – Аэропорт Легрос! Несколько минут верховой езды на запад от Маристона!

Глазам зрителей предстала и схема проезда.

– Что такое аэропорт? – посыпались со всех сторон вопросы.

На пару с Роком мы рассказали про наше детище. Публика слушала с заинтересованностью, лиц с признаками пессимизма заметно поубавилось.

– А в Зурмис будут рейсы? – спросил кто-то с балкона.

– А в Сорбо? В Гайверт? – прилетели ещё вопросы.

Тут я поняла, что Рокард выбрал действительно востребованные направления.

Вместо ответа продемонстрировала карту драконьих авиалиний и зачитала все рейсовые города, не забывая отмечать, сколько лететь до каждого.

– Когда открытие аэропорта? Сколько разрешается взять багажа? Можно ли полететь с детьми? Как добираться обратно? – народ определённо настраивался на правильный лад.

Мы подробно отвечали на все вопросы, поток которых, кажется, стал нескончаемым.

Спустя час, когда зрители наконец выяснили всё, что хотели, я сделала объявление:

– Дамы и господа, прошу обратить внимание на важный момент! В день открытия аэропорта, которое, как мы уже вам сказали, состоится через трое суток, будеттолькопродажа билетов! Первые рейсы отправятся лишь на следующий день. Для чего это делается. Всё логично – чтобы к дате вылета вы успели завершить срочные дела и собраться. Ведь если в первый день приедете с вещами, а выяснится, что билеты на рейс уже раскупили, будет немного обидно.

– Всё верно! – выкрикнули с галёрки.

– Если вопросов больше нет, позвольте нам откланяться, – обратилась я к залу. – Ждём вас в аэропорту Легрос. Это будет незабываемо – поверьте!

Собравшиеся зааплодировали. Мы с Рокардом поклонились, благодаря зрителей.

– Да не полечу я на драконе! – послышался возмущённый голос какой-то женщины.

– Значит, я полечу один! – ответил ей, видимо, муж.

Я попыталась выискать глазами эту не самую счастливую в мире пару, но в этот момент съехались половинки занавеса, отгородив нас от сонма маристонских толстосумов.

– Отлично! Молодец! – Рок сгрёб меня в объятия.

– Теперь главное, чтобы открытие прошло успешно, – сказала ему. – Вернее, не столько открытие, сколько первый день рейсов.

– Ну не для того же мы так долго обливались потом и кровью, чтобы всё пошло наперекосяк! – с воодушевлением произнёс дракон.

– Вот ты говорил, что в вашем обществе мнение женщин не особо-то котируется. Однако лично мне кажется, что от этих самых дам и следует в первую очередь ждать проблем.

– Проблемные дамы вообще не хотят летать на драконах, – возразил Рокард. – Сама слышала.

– А я о тех, которые захотят полететь.

– Ладно, будем разбираться с вредными женщинами по мере их поступления, – перефразировал он поговорку.

– Ну, это твоя забота. Я больше по вредным мужчинам специализируюсь.

На этой фразе мой рот запечатали поцелуем.

***

Спустя три дня

Сегодня мы впервые ночевали в аэропорту. Открытие, вернее, начало продажи билетов, было назначено на полдень, но, скорее всего, народ начнёт подтягиваться раньше, а нам всё это броуновское движение нужно контролировать.

Сотрудники из числа тех, кто не жил здесь, приехали к восьми. Несмотря на то, что сейчас не будет ничего, кроме продажи билетов, мы решили привести штат в полную «боевую» готовность. Пускай будущие пассажиры увидят команду, которая будет их обслуживать.

Насчёт прибытия людей заранее мы не ошиблись. Первый желающий купить билет приехал без четверти десять. Следующий подкатил через пять минут.

Во избежание неразберихи у билетной кассы я отправила диспетчера к воротам, чтобы тот присваивал порядковый номер каждому потенциальному пассажиру. Потому что если в полдень вся толпа начнёт хаотично выстраиваться в очередь, конфликтов не избежать. Нерасторопный пассажир, прикативший в числе первых, вряд ли придёт в восторг, если шустрый господин, появившийся без пяти двенадцать, займёт место в начале очереди.

Я сразу сказала диспетчеру, чтобы он уточнял у каждого пересёкшего ворота, собирается тот покупать билет или нет. Тем, кто планировал стать пассажиром, диспетчер вручал бумажку с номером. Зеваки же заходили на территорию неучтёнными. А пришло оных, как мы и ожидали, очень много.

Что касается платёжеспособного контингента, то он был разношёрстным. Часть состоятельной публики решила лично поприсутствовать на открытии аэропорта. Многих из них я видела на презентации. Были и представители средних слоёв общества – те, что почерпнули информацию из афиш и газет. Третья категория – посыльные, кому хозяева поручили купить билет.

Женщин почти не было. На данный момент я насчитала с десяток дам, и все они пришли с кавалерами.

Здание аэровокзала пока оставалось закрытым, поэтому люди разбрелись по территории, с любопытством оглядывая всё вокруг. Самый большой интерес вызвали подъёмник и ряд вагончиков, накрытых парусиной. Некоторые особо любопытные осторожно заглядывали под ткань, словно под ней были не вагончики, а живые хищники.

В двадцать пять минут двенадцатого я сходила к воротам и выяснила у диспетчера, сколько он раздал номерков – двести пятьдесят четыре. Что ж, теперь оставалось надеяться, что эти две с половиной сотни вернутся довольными и станут живой рекламой драконьих авиаперевозок.

Ровно в половину двенадцатого Рокард толкнул торжественную речь у входа в аэровокзал, после чего наш швейцар, он же охранник, распахнул двери.

Обладатели заветных номерков стали наполнять зал. И вот тут-то у многих случился шок – будущих пассажиров встречали Лерна и Алоя. Мало того что обе красивые, обе в необычной для Колверта форме, так ещё и от низа юбки до туфель сантиметров тридцать.

– Считайте, что отныне я ваш постоянный пассажир, – сообщил мне один из мужчин, остановившийся рядом с нами.

– Мы всегда будем вам рады, – улыбнулась ему.

На презентации говорилось, что персонал аэропорта сможет ответить на все вопросы, поэтому девушек взяли в два плотных кольца – так, что теперь их вообще не было видно.

Необычайное оживление творилось и в буфетной зоне. Там уже выстроилась очередь человек из двадцати. И я уверена, что пирожные мало кого интересовали – мужчины просто хотели купить что-нибудьу Мирты.

– Главное, чтобы они не забыли, зачем сюда пришли, – шепнул мне Рокард.

А народ тем временем всё прибывал и прибывал. Люди с любопытством рассматривали обстановку, многие подходили к схемам, изучали их, читали правила поведения в аэропорту.

Лерна, засыпанная вопросами, как проходит регистрация на рейс, подошла к стойке и принялась объяснять.

– Это возмутительно! – раздался где-то рядом недовольный женский голос.

Началось!

– Такая одежда переходит все рамки дозволенного! – продолжила негодовать дама.

– Согласна с вами! – поддержала её другая.

– Где руководство аэропорта?! – первая заозиралась по сторонам.

– К вашим услугам, – сказала я, подойдя к ней. Рокарду шепнула оставаться на месте, ибо опасалась, что он не выдержит и пошлёт даму ко всем чертям.

– Почему у ваших служащих такие короткие юбки?! – вопросила она.

– Длина юбки выбрана из соображений удобства, – пояснила ей. – Некоторым работникам приходится много передвигаться. Чрезмерно длинная юбка будет сковывать движения.

– Но это недопустимая длина! – продолжала кипятиться женщина.

– Мы считаем, что если колени закрыты, то юбка приличная, – привела я главный довод.

– Не хватало ещё, чтобы они тут коленками сверкали! – мадам обернулась, ища глазами единомышленницу. – На это нельзя закрывать глаза! – добавила, отыскав ту взглядом.

– Вот тут вы правы, натакоеглаза никак нельзя закрывать, – с усмешкой произнёс молодой мужчина.

Женщина смерила его гневным взглядом и обратилась ко второй даме:

– Надо принимать меры!

– Да-да, – согласно закивала та.

Глава 19

– Пожалуйста, соблюдайте спокойствие, – обратилась я по большей части к зачинщице.

– Я спокойна! – та гордо вскинула подбородок. – Абсолютно спокойна!

Бросила взгляд на часы, которые показывали без десяти двенадцать. У кассы уже начала формироваться очередь, но многие продолжали бродить по залу.

Шепнула Рокарду, что пора.

– Дамы и господа, минуточку внимания! – громогласно проговорил хозяин аэропорта. – Скоро откроется билетная касса. Просим первые тридцать номеров выстроиться в очередь. Вторые тридцать номеров, будьте поблизости.

В течении минуты к загодя занявшим позицию у кассы присоединились остальные. Всего в стартовой партии оказалось двадцать семь будущих пассажиров. Трое из числа зевак всё-таки взяли себе бумажки с номерками – то ли на память, то ли просто захотели стать причастными к знаменательному событию.

– И ещё, – продолжил вещать дракон. – Купившим билеты советуем не расходиться, потому что в три часа дня стартует пробный рейс с добровольцами, чтобы вы своими глазами увидели, как всё происходит.

Собравшиеся оживлённо загудели.

А через пару минут открылась касса. Вскоре от неё отошёл наш первый пассажир. Я этот момент сфотографировала. Заряда аккумулятора осталось три процента. Хорошо бы его хватило, чтобы завтра снять взлетающего дракона с пассажирами на борту.

На покупку одного билета уходило не больше минуты, поэтому первая «тридцатка» уложилась в полчаса. За ней встала в очередь вторая. Рокард сделал объявление для третьей, чтобы готовились.

Деньги нескончаемой рекой текли в кассу. Стоимость самого дальнего рейса – в Зурмис – составляла пять тысяч филлеров, а кошелёк желающего улететь в ближайший город Грекас при покупке билета пустел на две тысячи. То есть на своё бывшее месячное жалование посудомойки я могла три раза слетать в Зурмис. Вернее, сгонять туда, вернуться в Маристон, потом опять в Зурмис... ну и назад уже на перекладных.

Люди отходили от кассы довольные, рассматривали билеты, читали короткую памятку на обратной стороне, в которой был указан предельный вес багажа и рекомендация приехать в аэропорт за сорок минут до вылета. Некоторые подходили к Лерне или Алое и что-то уточняли. Позже Лерна рассказала нам, с какими, в основном, вопросами, к ней обращались. Одни говорили: «В билете указывается: нужно прибыть за сорок минут до вылета. Я правильно понял, что если вылет в десять, то мне нужно приехать не позднее, чем в девять двадцать?». Или: «Тут написано, что максимальный вес багажа – сорок буртов. Выходит, больше сорока буртов перевозить нельзя?»

Нет, это не пассажиры глупые. Просто девушки красивые.

Были, конечно, и вопросы по делу. Например, как быть, если вес багажа всё-таки превысит предельный. Тут наши сотрудницы отвечали, что при регистрации на рейс поклажа ставится на весы и в случае превышения верхнего предела пассажиру предлагается либо оставить часть вещей в специальном помещении аэропорта, а при возвращении забрать их, либо, если есть возможность, отправить лишнюю часть багажа домой.

Подходили и к нам с Рокардом. Некоторые высказывали восхищение нашим проектом. Находились и те, кто интересовался, рассматривается ли в случае коммерческого успеха инвестирование средств в драконьи авиаперевозки. На последний вопрос хозяин аэропорта отвечал лаконично: «Поживём – увидим».

Без четверти три снаружи послышались возгласы: «Дракон! Дракон!»

– Дамы и господа, сейчас все идём смотреть на отправку пробного рейса! – провозгласил Рокард. – На время демонстрации касса закроется. После неё все желающие купить билет сделают это в порядке очереди.

Народ, гудя, стал покидать здание аэровокзала.

Вокруг аэродрома рассредоточилась куча народа – в основном, зеваки. Прилетевший из Ленайских гор Брин уже занял место под подъёмником. Сверху на тросе на его хребет опускались передние вагончики. Два монтажника ловко направили конструкцию на шипы, закрепили её. Четверо их коллег перешли ко второму вороту и стали спускать заднюю пару вагончиков. Дальше перекинули через спину багажные сумки.

Дракон поднялся на лапы, позволяя закрепить оснастку через брюхо ремнями.

Весь процесс занял около двадцати минут. Экипировавшись, Брин по команде Ристона перелетел на взлётную площадку. Монтажники подкатили к правым задним вагончикам трап.

– Уважаемые зрители, среди вас есть желающие прокатиться на драконе до Грекаса? – обратился Рокард к зевакам.

В толпе взметнулись полсотни рук. Спустя несколько секунд их стало в полтора раза больше – кто-то принял решение не сразу.

Мы с Рокардом прошлись вдоль людской стены и выбрали одиннадцать человек – семерых мужчин и четырёх женщин. Старались, чтобы получилась разновозрастная группа. Самому молодому было около двадцати, старшему – в районе шестидесяти. Ещё два места мы выделили корреспондентам маристонских газет, которых аккредитовали на оба дня открытия аэропорта. Они трудились в самого утра – брали интервью у будущих пассажиров и собирали прочие материалы для утреннего выпуска. На завтра для журналистов были забронированы места на рейс Маристон – Сорбо.

Диспетчер, в обязанности которого входила посадка, поднялся по ступеням, открыл дверь. Друг за другом по лестнице взошли трое пассажиров. Пропустив их в салон, мужчина закрыл дверь и спустился на землю. Монтажники покатили трап к передней паре вагончиков. Так, в течение десяти минут, усадили всю группу. Носильщики, кстати, тем временем, заполнили багажные сумки. Изначально мы хотели погрузить пустые сундуки и чемоданы, но потом решили положить в них всякий хлам, чтобы нагрузка была как на коммерческом рейсе.

Диспетчер, отойдя на безопасное расстояние, подал сигнал Ристэну, что всё готово. Маг сделал ему отмашку рукой и ментально скомандовал Брину взлетать. Оливковый оттолкнулся от земли и замахал крыльями, устремляясь на восток.

Зрители взорвались овациями. Они провожали взглядом ящера, пока тот не превратился в маленькую тёмную точку.

– Через два с половиной часа дракон приземлиться в Грекасе! – объявил Рокард. – А ещё через три вернётся обратно. Так что, кто хочет поинтересоваться впечатлениями пассажиров-добровольцев, могут задержаться в аэропорту до половины девятого вечера.

Толпа довольно загудела.

– Если не считать взбалмошной тётки, всё идёт гладко, – радостно поведал мне на ухо Рок.

– Не сглазь! – буркнула в ответ.

– Да ладно тебе! – отмахнулся мужчина. – Давай наслаждаться процессом, а не забивать голову суеверной ерундой.

Тем временем часть зрителей из числа не успевших купить билет нестройной вереницей двинулась в сторону аэровокзала. Мы тоже пошли туда, чтобы контролировать процесс.

– Ну ты, Рок, и авантюрист, – раздался сбоку от нас ироничный голос.

Повернула голову и увидела подошедшего к нам мужчину с длинными пепельными волосами.

– Привет, Блор, – брюнет пожал ему руку. – Агата, познакомься, это Бло́рдиус, он тоже дракон.

– Добрый день, – поздоровалась я. – Вы в Маристоне живёте?

– Да, – кивнул тот. – А вы?

– В данный момент – в здании аэровокзала, – ответила ему. – А вообще живу в доме авантюриста.

На губах Блордиуса проскочила загадочная усмешка. Что, его интересует, откуда я появилась? А я не могу ответить, потому что не знаю, насколько это конфиденциальная информация. До сего момента ни о чём подобном меня не спрашивали, поэтому даже вопросов не стояло, можно ли говорить кому-то, что я из другого мира или нельзя.

– Агата не местная, – туманно прокомментировал Рок, явно намекая, что не собирается распространяться на тему моего появления в своём доме. – А ты, Блор, давно здесь? Что-то на глаза мне не попадался.

– Полчаса назад прилетел, – ответил тот. – Я в Грекас на три дня по делам мотался. Вернулся – гляжу, афиши по всему городу висят. Вот и примчался сюда посмотреть, что это за драконьи авиалинии такие.

– Теперь можешь летать в Грекас с комфортом, – с улыбкой предложил ему Рокард.

– А я, кстати, попробую разок прокатиться, – сказал Блордиус.

– Тебе будет бесплатно.

– Заплачу, не развалюсь! – засмеялся приятель.

В этот момент мы зашли в аэровокзал. Блор отправился изучать схемы, а мы стали наблюдать за вновь выстраивающейся очередью в билетную кассу.

Что расскажут летавшие в Грекас добровольцы, интересовало если не всех, то очень многих. В аэропорту оставалось не так уж и много народа – большинство уехали в город пообедать или по каким-нибудь своим делам. Причём как пассажиры, так и зеваки.

Идеально, конечно, было бы организовать какой-нибудь концерт на уличной сцене, но на это у нас уже не нашлось бы ни времени, ни сил. Да и вообще я не знаю, как в Колверте обстоят дела с эстрадной музыкой.

Стягиваться уехавшие начали к восьми часам. И мне показалось, что людей стало больше, чем в полдень. Видимо, известие о пробном полёте прокатилось по городу и количество желающих послушать впечатления добровольцев увеличилось.

Людская стена, вытянувшаяся вдоль аэродрома, становилась плотнее с каждой минутой. Во избежание назревающей давки мы с Рокардом прошли вдоль толпы, прося зрителей не наваливаться друг на друга. Вроде прислушалась.

В восемь двадцать две на востоке показалась тёмная точка. Весть тут же прокатилась по рядам. Все повернули головы и стали всматриваться вдаль.

В восемь двадцать шесть Брин пошёл на посадку.

К приземлившемуся дракону подкатили трап. Диспетчер выпустил первую партию пассажиров. Те выглядели вполне счастливыми. Интересно, восторг вызван самим полётом или тем, что люди ощутили себя личностями, вошедшими в историю?

– Что скажете? – задала я вопрос прибывшим, дождавшись, когда к нам подбегут корреспонденты, летевшие в заднем вагончике.

– Мне очень понравилось! – ответствовал молодой человек. – Никогда не думал, что можно так быстро попасть в другой город.

Журналисты сделали записи в блокнотах.

– Сначала было немного страшно, но потом привыкла, – поделилась с нами женщина лет сорока.

– Я всю дорогу смотрел в окно, – поведал мужчина, подошедший к нам вслед за корреспондентами.

– А мне крыло мешало смотреть, – пожаловался пассажир из первого вагончика.

– Тоже мне проблема! – ухмыльнулась одна из женщин.

– Это было незабываемо! – возвестил молодой человек, только что спустившийся по трапу из третьего по счёту вагончика. – Я обязательно накоплю на билет и слетаю в Зурмис к родственникам.

– А меня в начале укачало, – посетовала дама, которая не считала проблемой невозможность увидеть что-либо в окно.

– Об этом не нужно писать в газетах, – шепнула я журналистам, а ей сказала: – Вас должны были предупредить, что в кармане, висящем на стене, есть бумажный пакет.

– До пакета дело, к счастью, не дошло, – ответила женщина. – Когда дракон пошёл по прямой, мне стало лучше.

– Вот и хорошо, – улыбнулась я.

– Никогда не думал, что покатаюсь на драконе! – радостно сообщил следующий доброволец – насколько я поняла, из последней партии. – И ещё меньше думал, что меня когда-нибудь занесёт в Грекас.

– Ну, в самом-то Грекасе мы не были, – возразил один из мужчин.

– Взлётно-посадочные площадки в конечных точках маршрутов тоже находятся на небольшом отдалении от города, – громко пояснил Рокард. – Со временем и там построим аэропорты.