Текст книги "Рыжее наказание для плохих мальчиков (СИ)"
Автор книги: Лея Кейн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
– Среди них женщина… – прокатилось глухим эхом.
Наконец вперед вышел кто-то из главных. Сорвал с себя маску и сверкнул голубизной больших глаз в окружении пушистых ресниц и темной краски.
– Что? – обалдела я, все-таки выйдя из-за своего укрытия. Озадаченно взглянула на не менее растерявшегося Ранстора и хрипнула: – Они женщины?
Замешательство украло у нас не одну минуту. Мы смотрели на них, они на нас, а где-то там в море громыхал бой, топящий корабли неотступных захватчиц. Солдаты держали наготове оружие, Ранстор внимательно следил за жестами женщин, я просто ждала, кто первым протянет руку для пожатия или вывесит белый флаг. Но произошло то, чего я никак не ожидала. Дикарки, которые только что жаждали перебить все привилегированное войско Норлинга и захватить Синлар, опустили лица и встали на колени.
– Благословенен Шрайк! – забубнили они, преклоняясь передо мной.
Я почти необдуманно потрогала свои замечательные ушки на макушке и впервые порадовалась этому вирусному приложению.
Ранстор чуть повернул голову, взглянул на меня с проклюнувшимся одобрением и взял за руку. Скрестил наши пальцы, вселяя в меня уверенность, давая понять, что теперь я руковожу боем.
Оружие захватчиц пало, лязгая тяжелым металлом. Маски слетели с крашеных лиц. Они не смели поднять глаз, ожидая позволения.
– Кто у вас капитан? – спросила я, крепче сжимая пальцы Ранстора. Я нуждалась в его поддержке, в его вере в меня.
Та, что вышла вперед, осторожно подняла лицо.
– У нас нет капитанов, – голос у нее был твердый, звучный, ораторский. Наверное, не раз приходилось орать в боях и выступать с речами перед общиной. – Есть совет лидеров.
– Передайте своему совету, что Шрайк недоволен вашим варварством. Сдавайтесь или разворачивайте свои корабли. Иначе…
Она снова склонилась в надрывной просьбе:
– Мы много лет ждали того дня, когда великий Шрайк вернется в Заан! Не прогоняйте нас. Позвольте прикоснуться к его благословению. Мы его заслужили.
– Тем, что грабили и убивали?
– Мы не всегда были такими. Когда-то мы жили в городах и крепостях. У нас были дома, семьи, ремесла. Мы трудились на благо родных земель, пока не начались гонения. За веру в Шрайка мужчин лишали работы, сажали в тюрьмы, казнили. Их семьи выгоняли из домов и оставляли без средств к существованию. А куда идти женщинам с детьми? Нас отовсюду гнали. Никто не делился стаканом воды и коркой хлеба.
Я представила, какой ад пережили эти женщины. Оглядела каждую из них. Загнанные в угол, они не ведали, что творили. Они просто выживали, как могли. Им не оставили выбора.
– Сколько вас? – поинтересовалась я.
– Больше тысячи.
– Где вы живете?
– У нас бухта у рифов. Двенадцать фрегатов. Теперь одиннадцать. – Она посмотрела туда, где уходил под воду тонущий корабль. – Многие из нас годами не ступали на твердую землю. Мы живем в море. У рифов есть пресный источник. Ловим рыбу, собираем водоросли. Оружие и одежду добываем на кораблях с королевскими парусами, если те входят в наши воды.
– На Синларе нет королевских парусов, – заметила я.
– Но мы были уверены, что тут заключенные: воры, убийцы, насильники. Там наши мамы и бабушки. Они больны. А здесь полно лекарственных трав. Овощи, фрукты, дичь.
Я тяжко вздохнула. Мне было жаль их, но слепо довериться и пустить на Синлар тысячу вооруженных женщин, часто пребывающих в состоянии аффекта?!
– Кам, соберите их оружие, – велела я и потянула Ранстора в сторону. Мне требовался его голос, совет. – Что скажешь?
– Нас с детства пугали варварами. То, что она рассказала, вполне может быть правдой. Если в их общине и есть мужчины – то это повзрослевшие сыновья казненных за веру. Их мало, вот и берегут. Используют как скот для тяжелого труда. Нелегко жить в море.
Я скривила губы. Ранстор хоть раз бы выбирал выражения!
– У них есть шанс получить помилование?
– Октавия, шансов нет даже у нас. Но если они захотят рискнуть, я протестовать не стану.
В его темных глазах блеснул опасный огонь, разлетевшись на искры. Конечно, он не против, чтобы на острове поселился десяток-другой женщин, оголодавших по мужикам не меньше, чем те по юбкам. Он парень видный, сильный, смелый. Принц, да еще и маг! В его койку сразу целая дюжина прыгнет. И хотя меня уколола предательская ревность, я вовремя вспомнила об Игане и вернулась к дикаркам.
– Можете собрать травы, овощи, фрукты, поймать десяток кабанов и отбыть к своим, – предложила, подойдя к ним ближе. Присела перед их главной и за подбородок подняла ее лицо. – А еще можете положить конец такой жизни. Мы дрейфуем к Северному Полесью с целью пробудить народ. Сильные лидеры нам не помешают. Хотя если честно, – улыбнулась я, подмигнув ей, – надоело мне быть единственной женщиной на острове. Пора показать этим неотесанным болванам, что мы можем утереть нос каждому, кто в штанах.
Глава 10
Иган не выходил из нашей хижины весь оставшийся день. Обрабатывал и зашивал раны, поил больных отварами. Он не отказался даже осмотреть девушек с затопленного корабля. Одна получила сотрясение, еще одна наглоталась воды, у остальных были ушибы и ссадины.
Я не отходила от него ни на шаг. Ассистировала, попутно следя, как бы его не понесло на флирт. Надо признать, мой док вел себя крайне профессионально. В меру улыбчивый, очень компетентный и чуткий ко мне. Фактически при каждой пациентке награждал меня легким поцелуем, сразу с ходу давая понять дамам, что его сердце занято. В лоб, в висок, в щеку, в кончик носа или руку – не имело значения. Одного прикосновения его губ к моей коже хватало и мне, и им.
К закату дым развеялся. На Синларе снова стало свежо и чисто. Корабли давно отбыли в другом направлении. И только дюжина молодых женщин, согласившихся попытать счастье за свободу своей общины, напоминала о том бое, что мы пережили, на удивление, без потерь. Они разместились в долине, ловко разбив тут палаточный лагерь с костром и кабаном на вертеле. Эти красотки были приспособлены ко всему. Нигде бы не пропали. Мы вернули им только ножи, но этого было достаточно, чтобы мужики боялись к ним приблизиться. На ужин они пригласили только меня.
– Иган, ты уверен, что мне стоит идти? – уточнила я, когда мой док сказал, что не против, если я поужинаю отдельно.
– Я не думаю, что они опасны. Они смотрят на тебя с обожанием, – улыбнулся он, устало садясь на кровать и разматывая бинт.
– Я не о том. Ты ранен. Я беспокоюсь.
– Не волнуйся. Я лягу спать. Все равно любовник из меня сегодня так себе, – засмеялся он, при этом потерев занывший висок. – Только пообещай, что не разрисуешь себе лицо. Эта краска несмываемая.
– Меня трудно втянуть в секту. – Я помогла ему снять брюки и лечь. Накрыв одеялом, поцеловала в губы – долго и нежно. – Я быстро. Немножко посплетничаем, и вернусь.
– Я тебя не тороплю.
Конечно, он меня не торопил. Он даже ждал, когда я уйду, чтобы спокойно отдохнуть.
Я погасила свечи, взяла корзину с овощами и отправилась на девичник. При мысли, что у меня есть шанс обзавестись подругами, которые не будут норовить изнасиловать меня или скинуть со скалы, было радостно на душе. Я буквально летела к ним, подгоняемая азартом познакомиться поближе.
Наши гостьи чувствовали себя, как дома. Их стиранные жилетки и набедренные повязки сохли на натянутых промеж деревьев веревках, а сами дамы разгуливали в топах и шортиках.
– Я Аника, – представилась мне их лидер. Умытая и без боевого настроя она оказалась куда моложе, чем я думала. Моя ровесница, не старше. Наверное, еще ребенком попала в море, вот и выросла воинственной амазонкой.
– Октавия, – ответила я, садясь на бревно перед костром.
– Мы в курсе, – заулыбались девушки, раскладывая по чашкам мясо и овощи. – Его высочество принц Ранстор рассказал нам о тебе.
– Да? – хмыкнула я, оглядевшись. Нигде в темноте его высочества не было видно. Успел пошушукаться с девчонками, пока я помогала Игану.
– Тяжело было тут одной среди мужчин? – Подмигнула мне Аника.
– Они вам скажут, что тяжело было им со мной одной, – улыбнулась я, беря у нее чашку. – Они считают меня грубой, хамоватой дикаркой.
– Теперь они изменят свое мнение, – дружно засмеялись девушки, располагаясь вокруг костра.
Мы приступили к ужину, слушая завораживающие звуки: треск хвороста, шелест трав, журчание ручья, писк зверушек. Иногда девушки делились впечатлениями – кто-то говорил о вкусной еде, другие не верили, что у них под ногами земля. Но в конце концов все разговоры свелись к моим волосам, и мои новые подруги уговорили меня заплести их в сотню косичек. Это лучше, чем сделать тату на лице, поэтому я не отказалась.
– У тебя шикарные волосы, – повторяли они, в несколько рук плетя косу за косой.
– Только с ушами осторожнее, – попросила я. – Они у меня единственные.
– Мяу… – раздалось из одной палатки, и все замерли. – Мя-а-а-у…
– У вас кошка? – удивилась я, отчего девушки напряглись. – Да расслабьтесь вы, я ее не спалю.
– Майра, снова твоя выходка? – застрожилась Аника.
Девушка с густой челкой, падающей на глаза, нырнула в палатку и вытащила оттуда небольшого пучеглазого котенка. Прижимая его к груди, вернулась к костру и села рядом со мной.
– В бухте много кошек. Этот малек от меня не отстает. Пришлось брать с собой. – Погладив его, она чмокнула маленькую головку промеж ушек и выпустила его на землю.
Потоптавшись возле хозяйки, котенок обнюхался, медленно подошел ко мне и стал тереться о мои ноги. Нежный, мягкий, теплый пушистик, от прикосновения которого во мне начала зарождаться какая-то вера, что мы можем победить.
– Да ты мой сладкий. – Я взяла его в руки, усадила на свои колени и стала поглаживать. Разомлев, котенок замурчал и прикрыл глазки, обволакивая все вокруг щемящей нежностью.
Норлинг последний козел, раз положил начало этой войне против кошек. Как можно истреблять этих прекрасных мурчат?! У него нет ни ума, ни сердца!
– Это что, настоящая кошка? – Появление Ранстора заставило котенка перепрыгнуть с моих колен в объятия хозяйки, которая тут же прижала его к себе и отвернулась, пряча от принца.
Я подскочила на ноги и обернулась.
– Ты его напугал!
Ранстор задержал на мне взгляд. Секунду просто смотрел, потом улыбнулся:
– Красиво.
Девушки только закончили с косичками, и теперь я выглядела как-то по-новому. Жаль, что первым меня увидел не Иган.
– Я просто купался на источнике. Шел мимо, решил заглянуть узнать, все ли в порядке, – оправдался он, а я скрестила руки на груди, скривив уголок рта.
Мог бы не вешать лапшу на уши. Явно заявился поглазеть на полуголых женщин. Даже сам не стал особо одеваться. Только тонкие подвернутые брюки поверх мокрого тела. Голый торс, прилипшие к шее волосы и полотенце через плечо.
– Майра, можешь не бояться, – сказала я. – Его высочество всю жизнь мечтало увидеть настоящую кошку. – Я шагнула вперед и, проходя мимо Раснтора, шикнула ему: – Надеюсь, он исцарапает все твои кубики. Спокойной ночи, девочки! Увидимся утром! – добавила уже громче и направилась к нашему с Иганом дому, оставляя за спиной полившиеся рекой сладкие голоса покоренных обаянием принца девушек.
Представляя, как он будет тискать котенка, заодно клея себе девиц, зубы до скрежета стиснула. Обделенные мужским вниманием, они всей толпой с радостью обогреют его в эту ночь. А он, как нарочно, по погоде обнаженный появился из темноты. Всем своим видом продемонстрировал, что ему не страшны холодные синларские ночи. На всех огонька хватит.
Запнувшись о корягу на тропинке, едва не упала. Спасли чьи-то жадные руки, подхватившие за талию и резко дернувшие меня назад. Лопатками прижалась к твердой мужской груди и ощутила его рваное дыхание на своих ушах.
– Приревновала? – смакуя каждый звук, прошептал Ранстор, сильнее прижимая меня к себе.
От его алчущих объятий у меня кишки скрутило. Едва косточки не затрещали. Слишком загребущими оказались его руки, да и на аппетит этот принц не жаловался. Тот еще прожорливый боец, хоть в войне, хоть в любви.
– Еще чего! – усмехнулась, вложив в свой тон максимум небрежности и скуки. – У вас проблемы с самооценкой, ваше высочество. Она завышена.
Развернув меня к себе лицом, он облизнулся, посмеиваясь.
– Ты всегда была остра на язычок. А с этими косами еще и выглядишь воинственно.
– Да и настроена я агрессивно, – похвасталась ему своей готовностью отбрить его.
Правда, Ранстора мое признание ничуть не оттолкнуло. Не зашли ему неудовлетворенные гостьи. Потрепался с ними. Может, и пытался заарканить парочку, но что-то пошло не так. Я сидела в нем червоточиной. И не знаю, гордилась я этим, или боялась.
– От тебя теперь все будут без ума. Устоишь? – хмыкнул он, обволакивая мое лицо своим взглядом, словно смазывая сладким кремом.
– Я ничего не сделала, чтобы все вдруг с катушек слетели.
– Ты спасла Синлар. Солдаты даже выступили в мою защиту, когда Тартис собрался вернуть меня в клетку. Они молчат. Не признаются вслух, но я-то знаю, что зерно веры в Шрайка уже дало в них ростки. К нашему прибытию к побережью Северного Полесья за тебя выступят горой. И мое войско, и эти боевые девчата.
– Не за меня. За Шрайка.
Ранстор поджал губы, ничего на это не ответив. Его взгляд стал проникновенным, пополз вниз – на ключицу, плечи, обтянутую тонкой тканью платья грудь. Горячие ладони властно разместились на талии и пояснице. Дыхание отчетливо сбивалось от захватывающего его волнения.
Я кожей чувствовала, как он борется с самим собой. Он состоял из частей, противоречащих друг другу. Одна оставалась верной деду. Другая лезла в защиту войска. Третья жаждала меня – обладать мной, подчинить, отнять у Игана, сделать своей навеки. Но какие бы попытки унизить или даже уничтожить это третье «я» он бы ни предпринимал, идея, засаженная в его голову, с каждым днем становилась сильнее. Его бомбило, когда он видел нас с Иганом. А еще он явно ненавидел себя, что не мог переключиться на других девушек.
– Я тебе сейчас кое-что скажу, а ты пообещай выслушать, не перебивая, – неожиданно сказал он, став на мгновенье мягче. – Когда ты появилась на Синларе, я увидел в тебе оружие против деда. Представил, как подпортил бы монаршую репутацию, подарив трону наследника от женщины-кошки. А чтобы не привязываться к тебе, решил обойти всю романтику стороной.
– Да, я помню, как ты подстроил мою встречу с Иганом, чтобы я узнала у него о своей овуляции, – напомнила я с обидой.
– Я не знал, что я бесплоден. Я же никогда раньше не планировал детей. Не было возможности проверить. А сейчас я, как никогда, жалею об этом недостатке.
– Ну да, – горько усмехнулась я, – позлить деда не получится.
– Не поэтому, а потому что из-за моего бесплодия шансы Игана удваиваются. В тебе же заложено материнство. Ты на подсознании ищешь самца, способного подарить тебе ребенка. К нему тебя тянет, каким бы он ни был. Слабый, робкий, неуклюжий, нерасторопный, кривой, косой, располовиненный. Ты будешь цепляться за него, даже если придется ждать его с очередного похода, в одиночку справляясь с домом и детьми.
Досада, с которой говорил Ранстор, саднила больнее ножа. Я была уверена, что он напал снова трахнуть меня, и не была готова к его исповеди.
– Зачем ты говоришь все это, если изначально видел во мне оружие против Норлинга?
– В какой-то момент я понял, что ошибся. Я не хочу что-то доказывать деду, воевать за корону, производить на свет его наследников. Я просто хочу хоть на мгновенье почувствовать, каково это – когда тебя любят.
– За твоей спиной полураздетые амазонки, заряженные расстрелять тебя стрелами своей любви.
– Они видят во мне принца. Вот что их возбуждает. Ну и голод, который толкнет любую из них даже под коня. А ты не такая… Ты избирательна.
Голос, как шершавый бархат, пройдясь по мне, оставил дорожки мурашек. Ранстор преклонялся перед моей стойкостью. Притащив сюда из прошлого бесчисленное количество провалов в любви, я не пустилась во все тяжкие, пользуясь случаем и развлекаясь с каждым понравившимся солдатом. Я посвятила себя Игану, каждый день вымаливая прощение за ту мимолетную слабость, что я позволила себе наедине с Ранстором.
Но до этой секунды я считала свою упертость сущим наказанием. Из-за нее Шрайк сбил остров с курса, отказался нам помогать и вообще заявил, что такое войско ему не нужно. Однако после откровений Ранстора во мне зародилась гордость за себя. Сама в шоке, как мне удалось противостоять им?! Оглядываясь назад, пришла в ужас, но была довольна, что в итоге я добилась своего законного места на Синларе. Я обрела всеобщее уважение и не упала в грязь лицом.
– Да, Ранстор, – ответила я, выскальзывая из его объятий. – Я избирательна. Поэтому ты должен знать, что я не брошу Игана.
С трудом отведя от него глаза, развернулась и бегом побежала домой. Именно домой – туда, где у меня был общий уютный уголок со своим любимым мужчиной.
Не снимая платья, забралась на кровать, залезла под одеяло и устроилась на груди своего мирно посапывающего дока. Кончиком носа пройдясь по его коже, прикрыла глаза. Я ненавидела себя за это, но не могла отрицать, что Иган был у меня не единственным любимым мужчиной. Но тот, за чью спину я пряталась, в чью руку вцеплялась, когда на нас напали «варвары», был только что мной отшит…
Глава 11
Старенькое зеркало, в которое смотрелись еще прапредки моих заанских современников, было единственным на острове. Солдаты брились и стриглись, смотря на себя в отражение до блеска начищенного меча или шлема. Я же привыкла к более цивилизованным вещам.
Разглядывая себя в утренних лучах, наполняющих комнату теплом, согласилась с Ранстором, что косички мне к лицу. И правда, красиво. Даже с этими причудливыми ушами, реагирующими на любой минимальный раздражитель. Зато с ними я прекрасно знала, что в тот самый момент на источнике молодые холостяки заигрывают с девчонками, спустившимися умыться. Впрочем, последние вовсе не были против. Во всяком случае, пока не получили втык от Аники.
– Вас это тоже касается! – рявкнул Герард парням, и те, бубня под нос, что он им не начальство, поплелись в крепость.
– Брыкливые, – усмехнулась Аника, оставшись на берегу наедине с Герардом.
– Да, порой отбиваются от рук, – ответил он, не спеша уходить.
Неужели между ним и Аникой что-то заискрило? Наш хладный демон вовсе не жертва-импотент? Может не только рычать на женщин, но и строить им глазки?
– Вы придерживайте их, – продолжила Аника мягко и гладко. – Мои девочки неопытны в сердечных делах.
– Сам им кочерыжки пообрубаю, если тронут, – хмыкнул он.
– Ладно. Увидимся.
– Если что-то понадобится, мы всегда рады помочь…
Рады помочь?! Ушам не верила, что слышала такое от Герарда!
– Доброе утро… – сладкий шепот горячей струйкой скользнул по моей шее.
Крепкие руки обвили талию, и в отражении за своей спиной я увидела Ранстора. Вздрогнув, резко обернулась и взглянула на кровать. Она пустовала. Передо мной стоял растерявшийся Иган.
– Кошечка, ты в порядке? – взволнованно поинтересовался он, приложил к моей щеке свои пальцы.
Нет, не в порядке! У меня начались галлюцинации. Но я не могла рассказать ему о них. Это ненормально – видеть всюду постороннего парня.
– Просто заслушалась, как Герард флиртует с Аникой, – кое-как улыбнулась я, но сердце продолжало трепыхаться. – Похоже, она ему понравилась.
– Разве они близко?
– На источнике. Были.
– Твои чувства обостряются, – с улыбкой заметил он, погладив мои косички. – Ночью заплела?
– Девочки уговорили. Как видишь, лицо не разрисовала.
– Вижу. – Он притянул меня к себе и наградил жадным поцелуем.
– О-о-о, мой док уже окреп. – Ответив на поцелуй, чуть отстранилась и, повиснув в его объятиях, посмотрел на рану. Она быстро затягивалась. Намного быстрее обычной. – Магия тебя исцеляет. Хоть что-то хорошее от Шрайка.
– Я хотел бы поблагодарить его.
– Морда у него не треснет от твоей благодарности? – проворчала я. – Если бы не он, ты вообще не был бы ранен.
– А Аника с подругами не плыла бы с нами в Северное Полесье, чтобы помочь положить конец гонениям последователей Шрайка.
– Ты всегда во всем ищешь плюсы.
– Я неисправим, – улыбнулся Иган, любуясь мной, как чудом света. – Так что, поговоришь с ним?
Я тяжело вздохнула. Игану был важен этот разговор, а я и так была перед ним в долгу. Отойдя к столу, села на его угол, вложила свои пальцы в широкие мужские ладони и, закрыв глаза, сосредоточилась на воспоминаниях скалистого берега, на котором отбывал свое наказание мой дорогой друг Шрайк.
– Скажи ему, что я польщен, – муркнул он в моей голове.
Открыла глаза, взглянула на Игана, а тот с улыбкой кивнул.
– Ты тоже его услышал? – догадалась я.
– Это удивительно, – счастливо ответил мой док, сжимая мои пальцы. – Мурашки по коже. Не верится, что я слышу самого Шрайка.
– М-да... – прокомментировала я его восторг. – А мне порой хочется его забыть.
– Так нельзя, кошечка. Он свел нас. Это высшая награда. Благословение, которое сходит далеко не на каждого.
– Вот видишь, Тави, он умеет быть благодарным, – съязвил Шрайк.
«А не пошел бы ты!» – мысленно послала я ему.
«Тебе стоит у него многому поучиться, – сказал котобог уже лично мне. – И перестань мне дерзить. Раздражаешь. А я и так едва сдерживаюсь, чтобы не рассказать ему, кто еще поселился в твоем сердце».
Кажется, фоном я расслышала даже зловещий хохот. С трудом сглотнула, вытаращившись на Игана и ожидая его реакции. Но он продолжал обожающе улыбаться, большими пальцами поглаживая мои ладони.
– Да, милый, ты прав, – выдавила я. – Шрайк нас свел. Спасибо ему.
– Всегда пожалуйста, – ответил нам кошак, прежде чем выйти из онлайна.
Иган провел ладонями вверх по моим рукам и, приближаясь, заговорщицки произнес:
– Ты куда-то собиралась?
– Хочу попросить Анику потренировать меня. К дракам меня тянет больше, чем к кастрюлям. А что, есть планы получше? – Я прикусила губу, стараясь выбросить из головы Ранстора. Положила руки на обнаженные плечи Игана, развела бедра и потянула его на себя.
– Да. Есть, – не стал отрицать он, заглядывая в мои глаза. Чуть склонил голову и вдруг ответил: – Я хочу жениться на тебе, кошечка. Здесь и сейчас.
В нашей маленькой уютной хижине замер даже воздух. Я не назвала бы Игана инфантильным, но то, с какой скоростью он развивал наши отношения, иногда напрягало. Да, он был нежным, милым, менялся ради меня и доставлял неземное удовольствие в сексе. К тому же, Иган был самым умным парнем из всех, с кем мне доводилось встречаться. И все же, несмотря на то, что я уже подумывала о нашем будущем, как о семейном, выходить замуж вот так впопыхах, где-то на острове-тюрьме, без гарантии, что мы выживем в войне с самым могущественным монархом Заана, не было верхом моих мечтаний. Однако томление, с которым Иган ждал моего положительного ответа, разожгло в его глазах целое пламя, не позволяющее мне отказать ему. Единственное, что я смогла вымолвить, это:
– Прямо здесь?
– Для церемонии достаточно пять девушек и пять мужчин, чтобы засвидетельствовать бракосочетание. А духовным лицом выступит Шрайк.
– Но… – Я замялась в его объятиях. Напряглась, уже не чувствуя себя в былом восторге и предвкушении страстного утра на кухонном столе. – Разве мы не должны получить благословение старших?
– У нас нет родителей. Обычно в таких случаях благословляет король…
– Значит, добьемся королевского благословения, – зацепилась я за этот маленький крючок, широко улыбнувшись.
Что-то внутри меня противилось столь спонтанной свадьбе. Я вроде и не сгорала от желания вырядиться в украшенное драгоценными камнями платье, но и выскакивать замуж в спешке, как в плохой комедии, не хотела.
– Боюсь, от его величества мы добьемся только приказа казнить, – вздохнул он.
– Ты настолько не веришь в нас? Иган, мы через многое прошли. Это не сломило нас, а сделало сильнее.
– Это из-за него, да? Из-за Ранстора? – предположил он, заставив меня замолчать. Этой секунды промедления с ответом ему хватило, чтобы расслабить объятия и выпустить меня. – Недавно я видел сон. Все происходило будто наяву. Ты, я, он.
– Пожалуйста, не рассказывай, – попросила я, на миг закрыв глаза и воспроизведя яркую картинку из того группового сна-наваждения. – Просто дай мне время. Я считаю, будет правильным сначала разобраться с Норлингом, а потом строить свое будущее. Вы годами возвращались к побережью Северного Полесья без результата, какой понравился бы королю. Через несколько дней он получит сполна, увидев меня, тебя, Ранстора, Герарда и отчаянных морских разбойниц, которых он подлым обманом очернил перед всем миром. Представляешь, какой удар его хватит? Попросить его благословения – это проявить уважение с нашей стороны. Показать ему, что мы не умаляем его власть. Мы остаемся его подданными, которые лишь хотят мира во всем мире.
Иган сорвал чистую рубашку с веревки у печи и натянул ее на себя, чуть морщась от неприятных ощущений в больной руке.
– От него ты нахватала больше, чем от меня, – с досадой произнес он.
– Ошибаешься. Я учусь у всех вас. Прислушиваюсь. Меняюсь. До вчерашнего дня я умела только занозы из пальцев выковыривать. А ты научил меня зашивать раны, ухаживать за людьми. Ты делаешь меня сострадательной. Он делает меня сильной. Теперь я думаю, прежде чем что-то сделать. Но не думай, что вами двумя мой мир ограничился. У Тартиса я учусь смирению. У близнецов – послушанию. У Харди – упрямству. Черт, даже Герард – мой учитель. Он всю жизнь скрывал от вас свой дар. Сумел его замаскировать, превратившись в верного королевского пса. Точно так же он прячет внутри себя то, что делает его уязвимым. А это талант. Я впервые в жизни почувствовала себя значимой, Иган. Во мне зародился дух борьбы.
– Что мешает тебе бороться, став женой?
– Обязательства, – ответила я, глядя ему в глаза. – Дав клятву, я все силы пущу на то, чтобы быть хорошей женой. Я лимитирую свои прихоти. Ты станешь моим слабым местом, которое Норлинг не упустит из вида. – Я спрыгнула со стола и одернула платье. – Если это повод считать меня эгоисткой, я все пойму. Но лучше я помогу Шрайку наладить в Заане порядок, зато ты будешь жить. Чем стану женой, а через неделю вдовой.
Сунув ноги в сандалии, я вышла из хижины, не дожидаясь ответа любимого. Оставила его переваривать свое заявление, надеясь, что не пожалею об этих горьких словах.
«Неожиданно! – снова появился голос Шрайка в моей голове. – Признаюсь, поначалу я думал, ты кривляешься».
– Он слишком дорог мне.
«Я понял. Еще когда ты предпочла его из всех пятидесяти семи солдат».
Я усмехнулась, стараясь отвлечься:
– Да ладно? Может, я набивала себя цену. Сейчас войду во вкус, и как попрет масть – не остановишь.
«Шутишь? – муркнул он, засмеявшись. – Должен признать, Тави, я тобой восхищен. Все вышло даже лучше, чем я ожидал. Я так и не получил войско магов. Я просто получил войско – сильное, смелое, готовое голыми руками за меня бороться. Ты объединила две враждующие стороны. Я уверен, что победа будет за тобой».
– За нами, – поправила его я. – Кстати, не дашь пару советов, которыми я ни за что не воспользуюсь?
«У вас три дня до входа в воды Северного Полесья. Решайте сами, как встретитесь с королевской стражей».
– Что, даже не станешь настаивать на оргии?
«Тебя бесполезно уламывать. Да и я надеюсь скоро насытиться энергией любви от Камаэля. На него парочка моих девчат запала. Они в своих рамках так не стеснены, как ты».
– Ну ты и извращуга, – засмеялась я и заметила спускающуюся по склону Анику. Махнув мне рукой, она ускорила шаг.
– Доброго нового дня, Октавия! – поприветствовала она меня с улыбкой, ставя у двери забытую мной вчера корзину. – Мы с девочками собираемся на тренировку. Не хочешь к нам присоединиться? Подберем тебе боевой костюм. Научим разным приемчикам защиты и атаки.
– С удовольствием! – согласилась я. – Тем более, у нас три дня до прибытия.
– Четыре. Герард посчитал четыре, – объяснила она с легким смущением.
«Нет, три. Он ошибся. Мозги потекли».
– Мой источник говорит обратное. А ему я доверяю больше. С некоторых пор, – уточнила я, чтобы Шрайк сильно не зазнавался.
– Тогда надо поторопиться, – подмигнула мне Аника и кивнула в сторону своего лагеря. – Мужчинам не терпится провести спарринги. Мы должны быть в полной боевой готовности, чтобы их уделать.
– О, это мне нравится! – поддержала я ее, и мы вместе отправились на тренировочное поле.
То, что у девушек изъяли оружие, их не остановило. Они не сидели сложа руки: сделали луки и стрелы, заточили деревянные копья, приготовили дубинки и бумеранги. У Майры я даже заметила духовую трубку. Хотя не удивилась бы, если бы Аника и нунчаки из кармана вынула.
Мне выдали новенькую меховую жилетку и набедренную повязку. Я с превеликим удовольствием наконец-то избавилась от платья. Выкинуть его, конечно, рука не поднялась. Это была единственная вещь в память о сестрах, родителях и доме. Поэтому я аккуратно сложила его стопочкой, завернула в мягкую бересту и с воодушевлением окунулась в боевое обучение.
Сначала мы занимались все вместе. Просто выстроившись в две шеренги, разминались, повторяя каждое движение за Аникой. Потом была пробежка, и на подъеме я выдохлась. Буквально, грохнулась на землю и ртом хватала воздух, считая минуты, когда же в груди перестанет давить от недостатка кислорода. К счастью, я была не в армии. Никто не заставил девушек на себе тащить меня дальше, а потом отжиматься всей ротой в качестве наказания. Наоборот, Аника вернула меня на поле и дала воды.
– Вы выносливые, – переводя дух, улыбнулась я, возвращая ей кружку.
– Каждодневные тренировки.
Я взглянула на ее крепкие руки и ноги и протяжно вздохнула. Наверное, в ее крепости был небольшой перебор, но учитывая мир, в который я попала, тут лучше выглядеть чуть мужиковатой, чем бояться собственной тени.
– Я немного слышала о заанках, – призналась я, чем вызвала у Аники улыбку.
– О том, какие мы белоручки, глупышки и слабачки? Да, в нашем мире патриархат. Мы первые, кто не побоялся своевольничать. Иначе бы прислуживали в домах богачей или пополняли ряды блудниц. А у вас заведено иначе?
– С некоторых пор, – кивнула я. – Если честно, у нас тоже дурдом. Мир будто перевернулся с ног на голову, и в нем все исправить куда сложнее, чем в Заане.
– Похоже, мы живем не в таком уж и плохом мире, – засмеялась она, тоже глотнув воды. – Главнокомандующий идет, – указала на тропинку.
Я подскочила на ноги и обернулась, решив, что она сказала о Рансторе, но к нам приближался Тартис.
– Я не могу заставить своих солдат отвести взгляды от ваших женщин, – начал он, подойдя к нам. Без укора и неприязни, даже почти с намеком на улыбку.
– Что вы предлагаете? – обратилась к нему Аника. – Спрятать их в палатках?
