444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Ленивая Панда » Повелитель Стихий. Том 6 (СИ) » Текст книги (страница 3)
Повелитель Стихий. Том 6 (СИ)
  • Текст добавлен: 21 ноября 2026, 06:31

Текст книги "Повелитель Стихий. Том 6 (СИ)"


Автор книги: Ленивая Панда


Соавторы: Ярослав Сай
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Однако это совершенно не мешало ему противостоять ледяной буре.

Что ж, Арвис тоже воспользовался своим благословением. Но что это такое? Какая-то новая высшая сила, про которую я не знал? Или, может быть, домен?

По центру свечения появился силуэт и самого элария. Песок под его ногами слился в ровную золотистую поверхность, в которой отражались мечущиеся в воздухе ледяные листья. И не один из них не мог попасть внутрь этой территории.

С легкой усмешкой на лице, Арвис пошел вперед. Казалось, что для него бушующего вокруг холода просто не существует, а ужасающее давление воплощения Мириэль – просто пшик.

Скосил взгляд на девушку. Твою ж то мать! Дура, остановись!

Происходящее давалось эларийке совсем нелегко. Кожа на ее лице побледнела, покрывшись сеткой тонких синих сосудов, щеки впали, а губы дрожали от натуги. Она вложила в этот удар всё. И он не сработал – Арвис даже не раскрыл сути своего домена.

– Остановись, дура!! – уже вслух заорал я, пытаясь перекричать метель.

Бесполезно. Даже если бы Мириэль меня услышала, то зная ее характер, не остановилась бы.

Буря тем временем начала ослабевать, в то время как Арвис продолжал приближаться. Светящаяся область распространялась шагов на тридцать вокруг него, и до того момента, как Мириэль окажется в ней, осталось всего ничего.

Наконец, это произошло. С замиранием сердца я смотрел, как песок под ботинками девушки засветился. Буря в этот же момент захлебнулась, а ледяное дерево за её спиной разбилось на мелкие осколки.

– Разрушение, стигма четвертая! – громогласный голос Арвиса разнесся над ареной, эхом отражаясь от возвышающихся стен. – Необратимость!

Сияние вокруг элария засветилось еще ярче, а над его головой появился сноп золотых искр. Я понятия не имел что это такое, я даже близко не представлял, как это работает, но вот что я понимал точно – эта штука чудовищно мощная. Несмотря на то, что стихийной силы я не чувствовал ни грамма, по хребту побежал холодок.

Тварь! Да он же просто убьет ее!

Рванул вперед, воздушным воплощением разогнав себя до огромной скорости. Все пять нитей воли впились в защитный барьер арены, проламывая его, и спустя мгновение я влетел внутрь.

Ворох искр тем временем сорвался с места и устремился к окончательно обессилившей Мириэль, которая с трудом стояла на ногах. Успею!

Зацепился одной из нитей волей за арену впереди и выстрелил собой, как из рогатки.

Ветер засвистел в ушах, а весь обзор сузился до размеров маленькой точки, в центре которой горели приближающиеся искры.

Интересно, выдержу ли я это или нет? Сейчас и проверим.

Удар!

Все нити воли уже висели у меня перед лицом, принимая на себя атаку. Голову пронзило острой болью, а из глаз посыпались искры. Или это те, что прилетели от Арвиса?

Плевать.

Воля заскрипела, прогнулась, но держала. Не уверен, что на предыдущей закалке смог бы повторить такой же трюк, но сейчас – вполне.

Секунда борьбы, и искры исчезли, а следом наступило облегчение.

Всё вокруг утихло. Буря улеглась уже довольно давно. Домен Арвиса тоже стал светиться не так ярко. Зрители, от необычного зрелища будто беснующиеся в припадке, тоже заткнулись, пытаясь понять, что только что произошло.

В полной тишине я слышал лишь свое тяжелое дыхание.

– Остановись, идиот! Она уже проиграла.

Эларий никак не отреагировал на прямое оскорбление. Лишь неверящим взглядом смотрел на мою фигуру, заслонившую Мириэль от его атаки.

– Твой противник… – выдохнул я сквозь зубы. – Это я!

Глава 4

Колбрин.

Арена, ложа дома Мирейн.

Каэль сидел в мягком, невероятно удобном кресле элитной ложи, но сейчас даже не думал расслабиться. Его напряженный взгляд был прикован к маленькой фигурке, ровно стоящей на песке арены.

Фальк.

Целый и невридимый.

Он заслонил собой обессилевшую наследницу Иглис и остановил атаку Арвиса. Ту самую атаку, от которой Каэлю стало страшно даже здесь, за защитным барьером, на высоте двадцати рядов от земли.

Как? Чем? Фальк просто появился между искрами и девчонкой, без единого щита, и золотые всполохи погасли.

Его же должно было убить! Вот только почему-то наглый выскочка продолжал стоять напротив Арвиса и даже не отступил ни на шаг.

По виску стекла капля пота. Каэль машинально вытер её рукавом.

Он же жулик! Перекупщик камней без дома и прошлого. Каэль уже успел втянуться в освистывающие крики, которые сыпались на Фалька за два первых боя. Но теперь эларий понимал, что все они абсолютно не соответствовали реальности.

Каэль вообще впервые видел бой такого уровня. Дуэли сверстников, показательные схватки на праздниках дома, пара стычек на охоте – вот и весь его опыт. Там противники вежливо кланялись друг другу до и после. Здесь одного из них только что собирались прикончить на глазах у всей столицы, и никто не хотел это остановить.

Но кто-то всё же остановил. И не просто кто-то – тот самый эларий, кому он дерзил ему на глазах у всех. Тот самый, кто выкинул его из турнира. И, наконец, тот самый, чьего барса он приказал украсть.

Проблем с тем, чтобы доставить питомца Фалька к ним в поместье не возникло вообще. Тот вначале отказывался от приманки, которой его пытались задобрить укротители, но потом как-то резко передумал и пошел за ними, радостно виляя хвостом.

Каэль не знал, с чего вдруг в настроении барса произошли такие перемены, но внутренне он был очень рад, что приказал только заселить его в общий вольер и больше ничего не успел с ним сделать.

Дверь ложи хлопнула. Вернулся отец. Он выходил незадолго до полуфиналов: кто-то из слуг отвлек его с докладом. И судя по лицу, новости были скверные.

Губы сжаты, взгляд злой. Таким отца Каэль видел редко и каждый раз потом долго старался не попадаться ему на глаза. Сейчас спрятаться было некуда. А что было хуже всего – отец сразу направился к нему.

– Сынок, – от этого обращения Каэль напрягся ещё сильнее. – Что за барса ты притащил в дом? Где ты его взял?

Отвечать совершенно не хотелось.

– А что не так?

– Ты спрашиваешь меня, что не так? – отец подошёл вплотную и навис над креслом. Говорил он тихо, и от этого становилось только хуже. – В загоне, куда твои слуги притащили эту зверюгу, взбесились все барсы до единого. Разнесли загон в щепки. Напали на элариев. На своих наездников, с которыми прожили годы. Полилась кровь, Каэль. Погонщик остался без руки, двое слуг уже не встанут. Остальные сидят по комнатам и боятся выйти в коридор, потому что по моему дому гуляют барсы. И слушаются они только одного зверя. Того самого, которого привели по твоему приказу.

– Это невозможно, – у Каэля пересохло в горле. – Барсы же… Не нападают на элариев! Как это могло произойти? Может тебя обман…

– Ты тупой или прикидываешься? – отец наклонился ещё ниже. – Да, обычные барсы не нападают на элариев. Фактически никогда. За одним крайне редким исключением – если им не прикажет это сделать королевский барс. Так какого чёрта ты притащил в наш дом королевского барса⁈

Королевского? Каэль испуганно вжался в кресло. По спине, между лопаток, пополз холод. Тот же, что и в лесу, когда перед лицом вдруг появился стальной кулак.

Эларий медленно перевёл взгляд на арену. Фальк всё так же стоял перед наследницей Иглис, будто ничего особенного только что не произошло. И Каэлю стало ещё страшнее.

Кто он такой? Откуда у него королевский барс?

– Только не говори мне, – очень тихо произнёс отец у него над ухом. – Что это его барс.

* * *

Арвис смотрел на меня. Долго, секунды три, не меньше. Сначала удивлённо, потом уже внимательно, оценивая. Золотое свечение под его ногами погасло. Песок снова стал обычным.

Домен он убрал – уже хорошо.

Арвис неторопливо огляделся, посмотрел на судейскую ложу и повысил голос:

– Участник вмешался в чужой поединок. Разве это не нарушение правил?

Трибуны, только-только начавшие приходить в себя, загудели. Арвис повернулся ко мне и добавил с таким видом, будто всё уже решено:

– Вероятно, за это тебя могут дисквалифицировать.

Смешно.

Я только что принял на себя удар, после которого от участь Мириэль была вполне очевидна. А этот отброс еще и пытается что-то предъявить мне.

Да и судя по гудению трибун, фраза Арвиса многим не понравилась. Всё же суть произошедшего дошла до многих, и из мерзкого жулика я только что превратился в героя, спасшего принцессу. Которого он теперь пытался в чем то обвинить.

– Ты шутишь, да? – я усмехнулся. – Я остановил казнь. Девушка уже еле держалась на ногах, бой был закончен. Я не изменил исход поединка, а тебя вообще пальцем не тронул. Просто не позволил тебе, отбросу, её убить. Ты даже хуже идиота. Идиот хотя бы не понимает, что творит, а ты всё понимал и просто хотел покрасоваться.

В ближних рядах кто-то то шокированно ахнул. Арвис в ответ на оскорбления даже бровью не повёл, но в глубине его глаз блеснул раздраженный огонек. Предпренимать эларий ничего не стал —снова посмотрел на судейскую ложу и стал ждать.

Уже спустя несколько секунд над ареной разлетелся громкий голос распорядителя:

– Решение судей! Вмешательство постороннего участника не изменило ход поединка и не повлияло на его победителя. Победа присуждается Арвису из дома Ланнвар! Финальный бой состоится!

Вот и разобрались. Я отвернулся от Арвиса и подошёл к Мириэль.

Пока мы спорили, девушка опустилась на одно колено и теперь опиралась ладонью о песок. Я взял её за плечи и помог подняться.

– Ты как? В порядке?

Мириэль встала тяжело, со второй попытки, качнулась и схватилась за мой рукав. Пальцы у неё дрожали. Кожа посерела, синие прожилки на висках так и не сошли. Похоже, на ультимативное воплощение с ледяным деревом она потратила всё, что имелось, а сейчас стояла на одном только упрямстве.

Достал из пространственного кольца флакон лечебного экстракта, открутил крышку и вложил ей в ладонь.

– Пей. Всё до дна.

Она выпила, даже не споря, хотя обычно Мириэль сначала огрызнулась бы, что сама справится. Плохой знак.

Со стороны уже бежали трое лекарей с носилками. На них она ложиться отказалась, мотнув головой, но на плечо лекаря оперлась. Уходя, на миг обернулась и коротко кивнула мне.

Я кивнул в ответ и повернулся к Арвису. Тот всё так же стоял посреди круга и разминал кисти, будто ничего не случилось и ему просто надоело ждать.

И в этом желании я с ним полностью сходился.

– Если что, я готов сражаться прямо сейчас, – сообщил я. – Отдых мне не нужен.

– Мне тоже, – Арвис усмехнулся.

Судьи совещались недолго.

– Оба финалиста заявили о готовности! – объявил распорядитель, уже почти не скрывая радости. – Финальная схватка начнётся немедленно! Арвис из дома Ланнвар против Фалька из дома Вейр!

Трибуны взревели. Ещё недавно эта же публика требовала вывести жулика на чистую воду, а теперь ей поскорее хотелось нового зрелища. Финал, сразу, без перерыва, после такого полуфинала! О двух моих сданных боях уже никто не вспоминал.

Мы разошлись к противоположным краям круга. Между нами осталось шагов семьдесят белого песка. Ни укрытий, ни единой неровности, только тёмная черта по периметру. Четыре свободные нити воли висели вокруг меня, пятая привычно глушила резонанс в сопряжении. За рёвом трибун я едва расслышал сигнал к бою.

Арвис сразу перешёл к делу.

Раскрыл домен с первой же секунды. От его ног во все стороны побежало золотое сияние, песок покрылся ровным светом, по арене прошла тёплая волна. Трибуны ахнули и восторженно завопили. Эту штуку наследник Ланнвар уже показывал им в полуфинале, и публика её оценила. Красиво, спору нет. И я даже уже немного представляю, с чем придется столкнуться.

Бояться этого не стал – сразу же двинулся навстречу Арвису, и спустя несколько секунд оказался в области действия его домена.

Песок хрустнул под подошвами. Скосил взгляд вниз – под ногами появились глубокие трещины, до самого каменного основания арены. И с каждым моим шагом их становилось больше.

Даже стоять в этом золоте оказалось неуютно – казалось, всё вокруг медленно крошится, и я вместе с ним. Нити воли задрожали: я чувствовал, как их пытается разорвать какая-то сила.

Судя по всему, в бою с Мириэль Арвис не использовал благословение на полную. А теперь экономить смысла не было.

Ну ничего. Еще посмотрим, что ты из себя представляешь.

Я ударил первым. Ледяное копьё седьмой грани сорвалось с ладони и полетело Арвису в грудь. Вот только уже на полпути воплощение начало разваливаться, распадаясь на кусочки, как ледяное дерево Мириэль недавно. До одежды элария долетела только ледяная пыль.

Однозначно, это было не Иссушение – другая сила. Что он там кричал в предыдущем бою? Разрушение?

Сейчас проверим.

Следом я пустил воздушный серп. Тот пролетел полкруга, постепенно истончился и развеялся, не дойдя до цели. Ледяная плита над головой Арвиса треснула ещё до того, как начала падать.

Что ж, значит домен разрушения. При этом даже боюсь представить какой силы должно быть воплощение, чтобы оно смогло хоть царапину оставить на противнике.

Тем временем Арвис тоже перешел в атаку. Эларий взмахнул рукой, и с его ладони сорвались золотые искры. Не целая россыпь, как по Мириэль, а короткая очередь – всего несколько огоньков.

Я оттолкнулся воздухом и ушёл вправо. Первая искра пролетела мимо, ударила в песок и оставила метровую воронку с гладкими краями. Вторая летела мне точно в грудь, третья – с упреждением, туда, куда я смещался.

Решил вновь принять атаку на волю.

Голову пронзила боль. Нити прогнулись, но выдержали. Искры погасли, но у меня было такое чувство, будто я голыми руками остановил два поезда. Так, больше под удары лучше не подставляться.

Рванул вперед, ускоряясь воздухом до предела. Картинка по краям зрения смазалась, мой взгляд прикипел к Арвису, и спустя мгновение мой покрытый металлом, утяжеленный кулак, ударил ему в корпус.

Каким-то чудом противник успел среагировать и подставил открытую ладонь. Его качнуло назад, и он отошел на пару шагов.

Вот только металл на моих пальцах начал трескаться, а спустя мгновение руку пронзила дикая боль. Какая-то невидимая сила разрывала мои пальцы в клочья, и я, не особо понимая, что делать, направил волю к поврежденному участку.

К счастью, это помогло – моя высшая сила подавила воздействие домена Арвиса. Да и судя по тому, что я всё же смог его ударить, он не был полностью неуязвим.

Вероятно, я бы смог его победить в долгой и опасной схватке. Дождаться, пока домен ослабнет, увернуться от всех воплощений, и не потерять сознание от нагрузок.

Но зачем? Мне совершенно не нужна была жидкая и неубедительная победа. И не потому что я хотел покрасоваться на публику – просто эта тварь собиралась убить Мириэль. Такое спускать с рук я не собирался.

Тем временем в меня полетела ещё одна россыпь искр. От трёх я увернулся, четвёртую снова принял на нити. В голове опять шарахнуло болью, во рту появился привкус железа.

Задрал.

Красная точка в сопряжении стремительно понеслась к озеру силы, подчиняясь моему мысленному приказу. Что это за «богоподобная» сила, хозяин благословения так и не объяснил, так что мне самому было крайне интересно, что произойдет.

Словно в замедленной съемке, красный огонек двигался в сопряжении, приближаясь и приближаясь к озеру.

Секунда… Мгновение… Сейчас!

Мир дрогнул.

Озеро силы резко окрасилось красным. Целиком, до последней капли, будто в воду вылили бочку крови и подожгли её изнутри. Деревья на берегу затряслись, сигнализируя о том, что им крайне не нравилось происходящее.

Внезапно я почувствовал странные эмоции. Не свои, чужие.

Они приходили вместе с силой. Мне стало весело. Так весело, что хотелось запрокинуть голову и заржать прямо здесь, посреди арены, на глазах у десятков тысяч зрителей. Потому что всё вокруг было до ужаса смешным. Арвис. Трибуны. Даже я сам. Веселье было чужое, липкое, и лезло оно изнутри, не позволяя никуда спрятаться и никак укрыться.

Твою ж мать! Это точно благословение⁈

Смех сдержать удалось с огромным трудом. И если бы не все закалки и экспирации, я бы уже валялся бы на песке и ржал в голос.

Перед глазами всё покраснело.

Трибуны, купол, экраны, судейская ложа скрылись в густом багровом тумане. Даже зрителей я теперь слышал едва-едва. Чётко видел только Арвиса. Он стоял в своём золотом круге, и казалось, что до него всего два шага, хотя между нами оставалась половина арены.

А в тумане появлялись лица.

Сотни. Тысячи. Они возникали и снова пропадали. Искажённые, растянутые, с неестественно широкими улыбками. Живые так не улыбаются.

Что там говорил дух? Домен меняет кусок мира под суть владельца⁈ Боюсь тогда представить, кто ты такой. Дьявол? Или кто похуже?

Красный туман появился и у моих ног, прямо поверх золота, а потом стал расходиться по арене. Там, куда он добирался, сияние домена гасло. Без грохота, без вспышек. Просто исчезало.

Постепенно золото осталось только возле Арвиса. Который, кстати, казалось не замечал происходящего. Туман уже коснулся его сапог, поднялся до колен, до пояса.

И ничего не произошло.

Арвис стоял в моем домене целый и невредимый. Секунда. Две. Ничего не менялось.

Может, я должен что то сделать?

Стоило этой мысли проскочить у меня в голове, как в тумане вновь появились искаженные лица. И резко повернулись к Арвису.

Все сразу. Тысячи улыбающихся рож вытянулись и разом хлынули к эларию, как стая мальков в воронку.

Арвис улыбался.

Стоял посреди моего тумана и широко мне улыбался. Со стороны, наверное, казалось, что он издевается – чужак попытался атаковать, ничего не вышло, наследник Ланнвар даже не пострадал. За красной пеленой взревели трибуны. Я слышал их глухо, словно из под воды.

Вот только с улыбкой было что-то не так.

Рот растягивался всё шире. Уголки губ дрожали и поднимались выше и выше, хотя Арвис явно пытался их опустить. На лбу у него выступил пот, потёк по лицу.

Он не хотел улыбаться. И не мог перестать.

Из горла вырвался смешок. Потом ещё один. Арвис захохотал. Сначала вполне обычно: громко и уверенно, будто уже победил. Зрители подхватили.

А через несколько секунд смех изменился.

Арвис начал захлёбываться. Хохот срывался на визг и всхлипы. Рот перекосило, лицо скривилось так, что я с трудом его узнавал. Он смеялся и никак не мог остановиться. Давился, пытался вдохнуть и всё равно смеялся. Теперь его было слышно по всей арене. Арвис схватился за воротник, рванул одежду, потом заскрёб ногтями по горлу. На коже остались кровавые полосы.

Трибуны разом замолчали. Как отрезало. Десятки тысяч зрителей слушали, как хохочет их фаворит. Но вместе с ним уже никто не смеялся.

Арвис упал.

Он катался по растрескавшейся арене, и его тело выворачивало судорогами. Локоть выгнулся в обратную сторону. Сухо хрустнуло. Следом начали выворачиваться пальцы, один за другим. Арвис выгибался дугой, бился затылком о землю, будто внутри него сидел кто-то ещё и рвался наружу. И всё это время он смеялся. Даже сквозь хруст собственных костей.

А потом смех превратился в крик. Клокочущий, надрывный. На песок текла кровь. Крик стал совсем высоким.

И резко оборвался.

Арвис затих. Лежал посреди тёмной лужи, весь переломанный, как брошенная со стены кукла, и только мелко подрагивал. Золотое сияние вокруг него погасло до последней искры. Песок больше не светился, новые трещины не появлялись.

В ту же секунду закончилась и моя сила. Красный туман исчез, вместе с ним пропали лица. Чужое веселье тоже прошло, и я снова увидел обычную арену.

Первым делом проверил сопряжение. Красной точки рядом с белой не было. Совсем.

Ну и славно – не уверен, что я хотел бы повторить подобное. При этом Арвиса мне было не жалко – он заслужил. Пускай спасибо скажет, что остался живым. Но вот сам домен внушал опасения.

Что это сейчас было⁈ Что это за сила⁈

К Арвису уже бежали лекари, целая бригада, с носилками и какими-то коробами. Склонились над ним, принялись осторожно перекладывать. Один всё оглядывался на меня и тут же отводил глаза.

И тут я заметил, насколько тихо вокруг.

Никто не ревел, не свистел, не скандировал имя победителя. Поздравлять меня тоже никто не спешил. Десятки тысяч зрителей сидели молча и смотрели вниз, на песок. На огромной арене было слышно, как скрипят носилки, на которых уносили Арвиса. На экранах над верхними рядами показывали моё лицо.

Я выглядел спокойно, как кусок льда.

Ну спасибо, мужик. Богоподобная сила, значит. Мог бы хоть предупредить, что тут начнётся. Теперь полстраны будет заикаться при слове Вейр.

Хотя… грех жаловаться. Я победил.

Тишину наконец нарушили из судейской ложи. Сначала кто-то осторожно кашлянул. Артефакты усилили этот кашель на всю арену, и прозвучало это довольно жалко. Потом распорядитель всё же заговорил:

– Это было… весьма необычное зрелище.

Он помолчал и добавил:

– Поздравляем победителя турнира домов! Фальк из дома Вейр!

На трибунах начали хлопать. Сначала единицы, но к ним быстро присоединялось всё больше и больше зрителей. Еще через какое-то время моё имя громогласно скандировали над ареной.

Вероятно, после увиденного меня боялись. Но уважения и страх всегда идут рука об руку. Сомнений в моей силе не было ни у кого.

Дальше я помнил не всё.

После испытанных чужеродных эмоций никак не мог собраться с мыслями.

Награждение прошло как в тумане. Кажется, мне что-то вручали под аплодисменты опомнившихся трибун. Кажется, я даже улыбался, махал рукой и говорил что-то подходящее случаю. Потом пошли репортёры, вспышки артефактов и десятки желающих познакомиться. Имена я забывал сразу. Кто-то жал мою руку, кто-то звал в гости от лица дома, название которого я даже не расслышал. Судя по довольным лицам, отвечал я вполне нормально. Между делом лекари залечили мне плечо. Даже не помню, когда успели задеть. Изодранный белый костюм остался на мне.

В себя я пришёл, когда толпа вокруг вдруг разошлась, а передо мной оказался старик из Скирн.

– Ну что, готов? – спросил он так буднично, будто мы на прогулку собрались.

– К чему?

– Только не делай вид, что ты пришёл на турнир не ради главного приза.

Старик усмехнулся и, не дожидаясь ответа, махнул рукой.

Всё вокруг привычно смазалось.

А ведь точно. Я же ради этого на турнир и шёл. Победитель получает возможность прикоснуться к Наследию, а мне как раз хотелось о нем узнать. Правда благодаря разговорчивому хозяину склепа я теперь и так знал куда больше, чем рассчитывал.

Под ногами вместо песка оказался грубый тёмный камень. И тут же стало холодно.

По-настоящему. Я продрог насквозь за считаные секунды. Пальцы свело, меня затрясло.

Я замёрз. Я. Замёрз.

За всё время в этом теле такого ещё не было. Я ходил через Бурю в одной рубахе и спокойно спал в снегу. Даже на шестом ярусе шахты под Таргисом, где камень лопался от стужи, мне было хорошо. А тут зубы застучали почти сразу. Седьмая грань сродства с холодом вообще не помогала.

Либо здешний мороз был такой грани, что моей седьмой против него не хватало, либо дело было вообще не в стихии.

Накрыл тело покровом воли, и холод отступил. Так-то лучше.

Старик смотрел на меня с явным удивлением.

– Ну надо же, – с чувством произнёс он. – Ты не мёрзнешь?

– Уже нет. Где мы?

– Под землёй.

– Ну спасибо, – я оглядел тесную каменную площадку, грубые стены и проём, за которым начинался спуск. – Всё сразу стало понятно. Очень информативно.

– Сейчас сам всё увидишь, – старик хмыкнул и шагнул к проёму.

– Что?

– Сердце этой планеты.

Дальше была лестница. Узкая, без перил, винтом уходящая куда-то вниз. Мы спускались долго. С каждой сотней ступеней холод усиливался, наваливался на покров воли всё тяжелее, и на поддержание уходило всё больше силы. Старик шёл впереди ровным шагом, укрывшись несколькими слоями какого-то марева, и продолжал молчать.

Сколько мы уже прошли, я считать бросил. Очень много. Кто вообще такую лестницу вырубил? Ступени заметно стёрлись и стали покатыми. За сотни лет здесь явно успели походить.

– Глубоко ещё? – спросил я, когда, по моим ощущениям, прошёл уже час.

– Глубже, чем ты думаешь, – отозвался старик, не оборачиваясь. – Глубже любой шахты, что ты видел.

Ясно. Подробностей опять не будет.

Наконец лестница закончилась. Проход расширился, впереди появился голубой свет.

– Дальше сам, – старик остановился перед освещённым входом. – У тебя час. Потом я тебя заберу. Буду ждать здесь.

Оставлять за спиной старика такой силы не хотелось, но выбора мне никто не предлагал. Я кивнул и вошёл.

Пещера была огромной. Потолок терялся в вышине, всё вокруг освещал ровный голубой свет. Его источник находился в центре, там, где заканчивался пол.

Посреди пещеры был круглый провал шагов в двести поперёк. Сколько я ни всматривался, дна не видел.

А над провалом висел кристалл.

Синий, гигантских размеров. Его ничто не поддерживало. Он просто висел над бездной, ярко сияя изнутри, а его грани медленно меняли яркость, будто кристалл дышал.

От него и шёл тот самый холод, который я почувствовал наверху. Только здесь он был намного сильнее и давил сплошной стеной. Приходилось держать покров воли в полную силу. Через провал к кристаллу поднималась узкая каменная лестница без единой опоры.

Однако на этом странности не кончались.

Внутри кристалла висел эларий. Руки сложены на груди, одежда без единой складки, глаза закрыты.

Белая точка в сопряжении отозвалась таким сильным резонансом, что я едва удержал её нитью. Следом зашевелились ростки в сопряжении.

Уж не знаю, что это за наследие такое, но кажется теперь я понял, почему на этой планете настолько холодно.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю