444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Ленивая Панда » Повелитель Стихий. Том 6 (СИ) » Текст книги (страница 12)
Повелитель Стихий. Том 6 (СИ)
  • Текст добавлен: 21 ноября 2026, 06:31

Текст книги "Повелитель Стихий. Том 6 (СИ)"


Автор книги: Ленивая Панда


Соавторы: Ярослав Сай
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 14

Засов лязгнул, и дверь в левой створке ворот приоткрылась ровно настолько, чтобы пропустить одного. Я кивнул охраннику и скользнул внутрь. За спиной глухо стукнуло железо. Ворчание очереди стихло. Всё, Сэлварин остался снаружи.

За воротами начинался рабочий участок. Под длинным навесом выдавали кирки и короба. Вдоль стены стояли грузовые тележки, а чуть дальше гудел подъёмник, опуская платформу с ящиками в темноту. Очередная бригада в термокостюмах собиралась на спуск, и старший пересчитывал своих по головам. На одиночку в капюшоне никто даже не обернулся. Прошёл через ворота, значит, имеешь право здесь находиться.

Вот и отлично.

За штабелем пустых коробов я достал из пространственного кольца термокостюм и натянул его поверх одежды. Мороз мне не мешал, но эларий, который разгуливает по шахте в одной куртке, сразу бросается в глаза. А привлекать внимание, понимая, что за мной в любой момент может нарисоваться хвост, совсем не хотелось.

За участком начиналась магистраль. Вдоль пологого склона тянулись вбитые в камень колышки с рыжей оплёткой. Дальше их скрывало знакомое марево. Буря здесь стояла такая же, как в Таргисе – светящаяся мгла, сквозь которую то и дело проскакивали фиолетовые осколки.

А вот сама шахта на таргисскую походила мало. Там был кратер, гигантская яма с ярусами и тросами на отвесных переходах. Здесь – пещера. До свода не доставал свет, спуск шёл полого, без всяких ступеней, а путь то и дело преграждали сросшиеся сталактиты и сталагмиты. Где-то они стояли отдельными колоннами в три обхвата, где-то смыкались в целые стены с тёмными проходами между ними. Одна огромная пещера переходила в следующую, та – в третью, и все они вели всё ниже. Местами уклон был едва заметным, местами приходилось практически съезжать по крутым каменным скатам.

Шёл я быстро. По сторонам почти не смотрел: нить Воли время от времени обнаруживала руды в стороне от тропы, но я даже не пытался посмотреть на находки. Не за ними пришёл. За день я собирался пройти столько, сколько гружёная бригада не осилит и за три.

На втором часу спуска, когда марево заметно уплотнилось, я вспомнил про своё недавнее приобретение. Интересно, а как Прозрение поведёт себя в Буре?

Остановился у колонны и потянул силу из средоточия за переносицей.

Секунда.

Глаза ожидаемо обожгло, по щекам покатились слёзы. Зато Буря стала прозрачной, будто ее и не было. Я различал камни за сотни шагов, вплоть до дальней стены пещеры. Само марево никуда не делось, просто теперь я видел, из чего оно состоит. Огонь, вода и ещё десятки разновидностей стихий, смешанные в одну кучу.

Перестал использовать Прозрение и проморгался, пережидая резь.

Дальше уже шёл без остановок. Цвет оплётки на магистрали успел смениться дважды, прежде чем к вечеру впереди, прямо посреди марева, показалось оранжевое свечение. А вот и посёлок.

На перевалочный лагерь Таргиса он походил только в главном: тот же купол, задерживающий осколки, те же нагревающие артефакты, которые за счет тепла не пускали Бурю внутрь. Остальное отличалось. Вместо кучи времянок здесь было несколько улиц с полноценными домами под крышами. Улицы сходились к маленькой площади с лавками, между домами лежали дощатые настилы. На столбах светились артефактные фонари, у лавок толпились шахтёры, с площади пахло горячей едой. Таргисская деревенька рядом с этим посёлком смотрелась бы свалкой.

Снял койку в ночлежке, съел миску горячего и завалился спать. Ночь прошла тихо: никто меня не караулил и не выслеживал.

К середине второго дня пути нити под ногами кончились. Последние колышки торчали у края широченного провала. Дальше – голый камень без всякой разметки. Отсюда начинались места, куда артели заходят редко.

Сделал еще несколько шагов вперед и сразу понял почему.

Склон уходил вниз под бешеным углом, и вся гладкая плита была покрыта наледью. Ни трещин, ни уступов. Вырезать ступени воплощениями? Или… А чего я вообще думаю?

Нить воли уже привычным образом растянулась в подобие салазок, на которые я уселся, оттолкнулся и поехал.

Склон оказался куда длиннее, чем выглядел сверху. Меня разогнало так, что ветер засвистел в ушах. Лёд заскрежетал под штанами, а внизу пришлось тормозить волей, чтобы не размазаться о ближайший сталагмит.

Внизу Буря стала ещё плотнее. Осколки сыпались чаще, от мороза то и дело потрескивал камень, и на покров пришлось выделить вторую нить Воли. Судя по температуре, я приехал по адресу. Осталось найти город элементалей.

Сказать оказалось проще, чем сделать. Целый час блужданий прошел без толку, и я уже успел отчаяться и подумать, что элементали куда-то переехали, как на горизонте показалось первое порождение стихии. Ну как на горизонте – змейка воли засекла элементаля заранее.

Следом из марева выкатился водяной шар в полтора моих роста. Внутри его полупрозрачного тела мелькали росчерки Бури.

В первую встречу я таких душил волей, не особо раздумывая. А вот теперь… Я иду к их старшим договариваться. А те разумные и, вполне возможно, злопамятные. Перебить по дороге кучу их сородичей, а потом просить о помощи? Сомнительное начало. Так что выбора у меня особо нет.

Пока я думал, элементаль ударил струёй воды толщиной с бревно. Удар принял покров воли, а третья нить обвязалась вокруг синего шара, придерживая его на месте. Просто остановил агрессора, как ловят за шиворот разогнавшегося щенка. Элементаль забился, дёрнулся раз, другой и замер. Бежать не получалось, но и убивать его никто не собирался.

– Постой тут, подумай о своём поведении, – посоветовал я напоследок и пошёл дальше.

Шагов через сорок я отпустил нить. Водяной встряхнулся, покрутился на месте. А потом покатился за мной, постепенно сокращая дистанцию.

Дальше элементали полезли один за другим: огненные сгустки, от которых ощутимо тянуло жаром, земляные глыбы, от шагов которых вздрагивал пол пещеры, водяные шары и воздушные вихри. Самых настырных отбрасывала воздушная стена, остальных хватало ненадолго придержать нитью.

В итоге спустя довольно короткое время за мной уже вытянулась процессия из элементалей, которых я раз за разом откидывал обратно. Благо после пятой закалки справляться с ними стало совсем легко, и я даже не прибавил шага.

Вот только свои силы я немного переоценил. Где-то через час за моей спиной собралась уже целая толпа порождений стихий, а города всё не было видно. Зато было видно кучу самых разнообразных силуэтов, что двигались следом сквозь Бурю и то и дело пытались напасть.

А силы то у меня не бесконечны. Если так пойдет и дальше, то про пацифизм придется забыть.

Пару раз я осматривался Прозрением, буквально на доли секунды. Никаких построек не виднелось, зато рассмотрел элементалей… изнутри? Они выглядели сгустками чистой стихии, и у каждого сила складывалась в свой узор.

Только на четвёртый или пятый раз использования Прозрения далеко внизу заметил прямые линии. Слишком прямые для пещеры.

Город! Наконец-то.

Чем ближе я подходил, тем слабее становилась Буря, и вскоре стену стало видно без всяких высших сил. Каменные столбы высотой с трёхэтажный дом поднимались прямо из породы, а промежутки между ними заполняли стихии. Между одной парой столбов стояла стена воды, текущей снизу вверх. Между другой – вихрь, растянутый в плотную преграду. Дальше ровной стеной висело пламя.

На вершине ближайшего столба горели два огненных сгустка. Не дикие: те вечно мечутся, а эти висели неподвижно, на равном расстоянии друг от друга. Стражники, надо полагать.

Я остановился шагах в ста от стены. И только тут заметил, что моя компания отстала. Дикие замерли позади широким полукругом, будто перед невидимой чертой, и ближе не лезли. Я на пробу убрал воздушную стену и свернул свободные нити, оставив только покров. Никто даже не шелохнулся.

Ну да. Здесь начиналась чужая территория. Похоже, дикие знали, куда им соваться не стоит.

– Привет! – крикнул я, подняв раскрытую ладонь. – Я пришёл с миром. Хочу поговорить!

Огненные сгустки смотрели на меня. Я смотрел на них.

Ничего не происходило.

Ломиться в ворота к тем, у кого собираешься просить помощи – идея паршивая. Значит, ждём, сколько потребуется. И готовимся валить, если что-то вдруг пойдет не так.

Один из стражников тем временем исчез – видимо, пошел докладывать о необычном госте. А затем вокруг меня уже привычным образом закрутился ветер. Спустя несколько мгновений стихия собралась в молочно-белую фигуру с фиолетовыми всполохами внутри.

– Кто такой? – негромко и ясно спросил элементаль, а его голос доносился одновременно со всех сторон.

– Я Фальк, пришёл сюда…

– Что здесь забыл носитель высших сил? – перебил элементаль. – Ты же в курсе договоренностей? Почему заявился на нашу территорию без предупреждения?

Не знаю, как именно элементаль понял, что я владею высшими силами, но в целом было достаточно простой логики. Я привел за собой такую толпу, а воплощениями практически не пользовался. Значит, пользовался чем-то другим.

– Нас не интересуют ни слуги Большой Семёрки, ни Хранители, – добавил элементаль, пока я раздумывал над ответом. – К кому из них относишься ты?

Элементаль назвал сразу обе фракции. И элариев, и людей. Посланник видел и синюю кожу с белыми волосами, и человека под ними, потому и не знал, к кому меня отнести.

– Ни к кому. Я не Хранитель и семёрке не служу, пришёл сам по себе. У меня важный разговор. Хотел бы поговорить с вашими представителями, если это возможно.

Я морально приготовился к долгим уговорам. Уже прикинул, что скажу сначала и какие доводы оставлю на потом.

– Хорошо, – кратко ответил элементаль совершенно то, чего я не ожидал.

Вот так сразу⁈ А как же недоверие? Уговоры?

– Спасибо, – кивнул я, не выдав удивления.

– Рано не радуйся, человек, – элементаль повернулся к стене. – Это не просто так. Ты спас нашего детёныша у другого города. Поэтому с тобой поговорят. Идём.

Двинулся следом, параллельно обдумывая услышанное. Ничего себе. Между городами элементалей, оказывается, имеется обмен новостями, и довольно подробный, раз меня узнали по одному только лицу. Получается, все эти пещеры соединены между собой? Или каким образом они передают сведения?

Пламя между столбами разошлось перед посланником, пропуская нас внутрь, и сомкнулось за моей спиной без единой искры. Дикие остались снаружи, за чертой. Внутрь не сунулся ни один.

Довольно быстро перестал про это думать, сразу закрутив головой по сторонам и осматриваясь.

Ортхаль я видел лишь издали, мельком, и как следует рассмотреть не успел. А стоило бы, потому что отличались города элементалей от привычных мне довольно сильно.

Во первых дома. Никаких тебе обычных материалов – только стихии. Каменные стены переходили в лёд, лёд – в застывшие воздушные вихри. Поверхности слегка колебались и переливались, пока я проходил мимо.

Из-за такого необычного принципа строительства формы домов тоже были очень странные, а главное, разнообразные. Взгляд не находил ни одной пары похожих сооружений. Часть зданий парила в воздухе, часть наоборот была утоплена в камень.

А ещё здесь было тихо: ни голосов, ни лязга, только низкий гул стихий. Улицы шли прямо, были широкими и полупустыми.

Хотя… Может, всё дело тут во мне.

Элементали не прятались, но при нашем приближении отходили к стенам и рассматривали меня издали. Прямо королевский проезд какой-то – народ встречает своего правителя.

Отдельно стоило сказать и про самих элементалей. Во первых, помимо четырех базовых стихий я несколько раз замечал в толпе кого-то отличающегося. Один раз встретился элементаль холода и один раз элементаль молнии. А во-вторых, часть стихийных порождений выглядела совсем иначе… По-гуманоидному, что ли?

У кого-то угадывались руки и голова, кто-то отрастил себе ноги и даже вполне сносно на них шагал. Но спутать таких элементалей с эларием или человеком не вышло бы при всём желании.

А самое главное, в городе мне было хорошо. Очень хорошо. Я даже не сразу сообразил почему. Стихийной силы в воздухе оказалось столько, что она сама, капля по капле, поступала в моё сопряжение. Озеро пополнялось без всякого усилия с моей стороны, будто я попал в какой-то огромный, растянутый стихийный источник.

Вот бы поселиться тут на годик… Боюсь только, что убедить хозяев в той затее окажется непросто

Посланник тем временем вёл меня к центру города. Впереди возвышалось здание, которое я про себя назвал дворцом: колонны из скрученных вихрей держали ледяной свод, а внутри льда горело пламя, подсвечивая его изнутри.

У высоких каменных створок посланник остановился.

– Тебя выслушают. Входи.

Створки разошлись сами. Я спокойно шагнул внутрь, и они сомкнулись за спиной с мягким, совсем не каменным звуком.

Зал оказался круглым и просторным, с тем же светящимся воздухом вместо ламп. Напротив входа полукругом стояли пять кресел, сделанных прямо из пола. В них сидели пятеро. От створок до кресел было шагов пятнадцать. Я прошёл половину и остановился: разговаривать удобно, и слишком близко не лезу.

Все элементали были в человеческом облике. И, в отличие от тех, кого я видел на улице, с телами они справились отлично. Не знай я заранее, кто передо мной, принял бы за людей или элариев. Ну, почти. У сидевшего в центре вместо волос горело невысокое пламя. У соседа слева на белой коже проступал рисунок морозных узоров. Ещё один, с совершенно человеческим лицом, положил на подлокотник кисти, словно вырезанные из серого камня. У четвёртого, синекожего, с острыми, вытянутыми к затылку ушами, волосы шевелились сами, словно живые. А у крайнего справа по щеке сбегала тонкая струйка воды и исчезала, так и не добравшись до подбородка.

И какие сильные. От каждого чувствовалось давление, сравнимое с давлением стихийного источника, при этом никто из пятерых не пытался меня впечатлить – просто пассивный фон.

– Что тут забыл человек? – огненноволосый не стал тянуть и заговорил сухо, с треском в голосе. – Сначала скажи, к какой фракции принадлежишь.

– Ни к какой. Я не Хранитель и семёрке не служу, – повторил я уже сказанное на входе.

– Хм, – пламя на голове собеседника качнулось. – Редкое явление. Носитель высших сил, который никому не принадлежит. Ну хорошо. Что тебе надо?

Вот и все приветствия. Ни имён, ни предложения присесть, ни прочих расшаркиваний. Сразу к делу.

– У меня личные счёты с большой семёркой, – я говорил спокойно, глядя на огненноволосого. – Мой дом когда-то входил в число великих домов. Вы, думаю, застали времена, когда семёрка была восьмёркой.

Застали, конечно. Судя по силе, которую я от них чувствовал, эти пятеро повидали наверху не одну смену королей.

– Мой дом назывался Вейр. Его уничтожили. А теперь одна из великих сил охотится за мной. Какая именно, я только что сказал.

Синекожий переглянулся с каменноруким. Пламя на голове у огненноволосого вытянулось и опало.

– И ты просишь нас помочь? – морозный откинул голову и рассмеялся. Смех у него был сухой, каркающий. – Ты? Нас? С какой стати нам вмешиваться в твою личную вражду? И еще тем временем ставить под угрозу баланс сил, который устаканился тысячелетия назад!

Вопрос разумный, и ответ на него я заготовил заранее.

– Деримг, давай ему поможем, – раньше, чем я успел открыть рот, в разговор вмешался водяной. Элементаль подался вперёд, и струйка на его щеке побежала быстрее.

Мне же не послышалось⁈ Вот это поворот. Я ещё ничего толком не попросил, а за меня уже заступаются.

– Кай, ну в который раз ты будешь это начин…

– Да хоть тысячный! Сколько раз я говорил, что нам пора возвращаться! Мы слишком долго живём вдали от мира, и после войны совершенно перестали участвовать в том, что происходит наверху. А мир меняется, и рано или поздно нам придётся с этим считаться. Почему бы не начать с малого? И не воспользоваться подвернувшимся поводом.

– Кай, что ты несёшь⁈ – взвился синекожий, и каменнорукий поддержал его коротким:

– Опять за своё.

Деримг в перепалку не вступал. Молчал, слушал, и остальные то и дело косились в его сторону. Судя по всему, он тут главный, а значит, в первую очередь убеждать надо его.

Но даже так – начало шло куда бодрее, чем я полагал. Моё появление неожиданно задело давно наболевшее место в обществе элементалей, из-за чего на моей стороне сразу появился сторонник. А я ведь даже не озвучивал свои козыри! Думаю, самое время сделать это сейчас.

– Про наш погибший дом вы знаете, – я повысил голос, перекрывая перебранку. – Значит, знаете и то, какой силой он владел. У меня есть Прозрение. Кроме меня, этой высшей силы нет ни у кого в этом мире. Так что мне есть что предложить. Да, я прошу помощи. Но не просто так – взамен готов предложить вам свои силы.

Когда я заговорил о Прозрении, струйка на щеке Кая остановилась, а морозный перестал ухмыляться и подался вперёд, разглядывая меня заново. Хороший знак.

Про Волю я, разумеется, не сказал ни слова. Второй туз пока останется в рукаве.

– Вот видите! – тут же заговорил Кай, не вставая с кресла. – Он не просто повод, он же и правда может нам помочь. Мы можем предложить ему найт…

– Замолчи! – рявкнули синекожий и морозный в один голос.

Деримг медленно повернул ко мне голову, и пламя на ней стало ниже.

– Нам нужно подумать, – проговорил он. – Посовещаться. Иди погуляй.

Створки за моей спиной разошлись сами. Понятнее не скажешь.

Я коротко кивнул, не став возмущаться такому обращению, и двери закрылись за моей спиной. В зале тут же снова заспорили, но слов уже было не разобрать.

У выхода из дворца ждал тот же посланник. Он молча довёл меня до нижних ступеней и исчез, превратившись в порыв ветра.

Когда возвращаться, мне никто не сказал. Куда идти – тоже. Но, судя по спору за дверями и по тому, как дружно затыкали Кая, совещаться они будут долго. Далеко не десять минут и, скорее всего, даже не час.

Ну и пусть. Раз выставили меня погулять, значит буду гулять.

Тем более тут было на что посмотреть.

За площадью кварталы менялись один за другим. В одном стены домов были сплошь ледяными, с тёмными силуэтами внутри. В другом от построек шёл жар, и даже мостовая тускло светилась багровым.

Отдельно стоит упомянуть местную растительность, хотя не уверен, что ее можно вообще так называть.

У ближайшей стены распускались цветы из чистого пламени: лепестки горели, сыпя искрами во все стороны, и покачивались без всякого ветра. Рядом из мостовой бил крошечный фонтан. Струи расходились, как ветки куста, а на них дрожали листья из капель. Чуть дальше поднималось дерево. Деревянной у него была разве что треть ствола, остальное состояло из огня, который медленно перетекал по древесине. Крона горела ровным рыжим пламенем, а среди ветвей висели плоды: яркие, малиновые.

Руки зачесались, чтобы сорвать пару штук, но я решил не рисковать. Особенно с учетом того, что за мной везде следовала процессия зрителей.

Элементали сопровождали меня всю дорогу. Не подходили, держались шагах в двадцати, но рассматривали так внимательно, что затылок чесался. Стоило свернуть на новую улицу, как вдоль стен уже собирались зрители. Похоже, двуногие здесь – совсем не частые гости.

Внезапно от стены ближайшего дома отделилась водяная лужа и распласталась в воздухе блином с бочку шириной.

Подлетела и зависла на уровне моих глаз, покачиваясь.

– Привет!

Я ещё не успел ответить, а лужа уже вытянулась, забурлила и собралась в человека.

Ну, как в человека. Голова склонилась набок и так и осталась. Правая рука вышла длиннее левой на добрую ладонь, да и вся фигура постоянно текла и менялась в размерах.

Ясно. Либо совсем молодой, либо не очень сильный.

– Привет, – кивнул я.

– Ты правда с поверхности? – переминаясь с ноги на ногу, выпалил водяной. – Прямо с самой-самой? А там правда нет камня над головой?

– Правда. Вместо свода там небо.

– А оно не падает?

– Пока держится.

– А города наверху тоже есть? Большие?

– Есть. Камень, железо и много народу.

– Больше нашего?

– Ваш красивее.

– А эларии какие? Ты эларий? Ты же человек, мне сказали, что ты человек. А почему тогда синий?

– Долгая история, – уклонился я, от ответа, но настаивать элементаль не стал.

Видимо от возбуждения, его тело начало распадаться на струи воды, и он пытался собрать себя заново.

Вслед за первым, вокруг нас сгрудилась целая компания. Ещё один водяной, пара огненных, земляной, слепивший себе плотную приземистую фигуру с кулаками-булыжниками, и воздушный. Последний даже не пытался принять человеческий облик, просто крутился рядом прозрачным вихрем. Тела у всех получились кривоватые – ни одного сильного элементаля ко мне не подлетело.

– А эларии злые? – тут же влез второй водяной. – Старшие говорят, они жадные до жути.

– Разные. Как и все.

– А они так умеют? – огненный с разными ногами поднял над ладонью кривой язычок пламени.

– Умеют, если единены с огнём. Только учатся этому долго. Кто-то несколько лет, а кто-то и больше.

– Несколько лет! – компания восторженно загудела, и я не сразу сообразил, чему они радуются. – Так быстро!

Дальше вопросы посыпались без пауз, сплошным потоком. А что едят люди? А правда ли, что наверху вода падает с неба? Зачем мне одежда?

Я отвечал коротко, пропуская добрую половину вопросов, но эту ораву всё устраивало.

– А правда, что вы умираете? – вдруг выдал земляной. – Совсем-совсем?

– Правда.

– И как вы так живёте?

– Быстро, – честно ответил я.

Компания озадаченно притихла. Видать, пытались представить. Хватило их секунды на три.

– А ты старый? – не выдержал всё тот же земляной.

– Для своих – старый. А вам сколько?

– Мы молодые! – гордо сообщил семипалый. – Нам всего по триста-четыреста лет.

Всего. По триста-четыреста. Детский сад на прогулке.

– Солидно, – только и ответил я.

– Это мало! – возмутился воздушный вихрь. – Старшие в тысячи раз… ну, не в тысячи. Сильно старше!

– А младше вас в городе кто-то есть?

Ребятня переглянулась, насколько вообще могут переглядываться сгустки стихий.

– Почти нет, – признался семипалый. – Дети у нас рождаются очень-очень редко. В основном появляются дикие, а они глупые. Из них мало кто просыпается.

Вот оно что. Теперь понятно, почему спасённого малыша запомнили на всю округу и почему весть о нём ушла в другие города. Если дети такая редкость, каждый на счету. И того, кто спас ребёнка, здесь просто так не забудут.

Мне это уже помогло.

– Скучно тут у вас, наверное, – заметил я. – Четыреста лет в одних и тех же стенах.

– Ничего не скучно! – хором возмутилась компания, а семипалый аж подпрыгнул. – У нас есть круговерть! Ты в круговерть играешь?

– Впервые слышу.

– Как это⁈ Это же лучшая игра! Сейчас покажем!

Один из огненных метнулся в переулок и вернулся с шаром размером с голову. Шар горел настоящим пламенем, от него ощутимо тянуло жаром.

Я протянул к шару нить Воли. Любопытная штука. На артефакт не похоже: нить не нашла внутри ни контура, ни кристалла. На воплощение тоже: никто не поддерживал его силой, шар существовал сам по себе. Просто шар, полный стихии.

– Это переливец! – другой элементаль перехватил его, и от ладоней тут же повалил пар. Морщась, он принялся перекидывать шар с руки на руку. – Видишь? Я водяной, мне огненный даже держать тяжело. А бегать с ним вообще беда. Зато…

Он перебросил шар огненному приятелю. Пламя в переливце взметнулось и стало вдвое ярче, а сам огненный будто подрос.

– Видишь! Если твоя стихия совпадает со стихией переливца, ты усиливаешься и становишься быстрее. Только он всё время…

Шар в руках огненного вдруг потемнел, превратился в бурый камень и тяжело потянул его вниз.

– … меняется, – со смехом закончил элементаль. – Никогда не знаешь, когда и во что. В этом вся игра! Надо собрать звон – когда проносишь переливец сквозь кольцо, то оно звенит. У чьей команды звонов больше, та и победила.

– А нести его обязательно в руках?

– Можно толкать, можно пинать, хоть головой! – семипалый замахал руками. – Главное, чтобы сквозь кольцо прошёл. Сыграешь с нами? Ну пожалуйста! У нас никогда человек не играл!

Вся компания уставилась на меня с такой надеждой, что даже у земляного на каменном лице проступило что-то умоляющее.

Так. И на кой мне, спрашивается, гонять мячик с четырёхсотлетними детьми, пока совет решает мою судьбу?

Хотя с другой стороны, именно за этим я сюда и спускался. Знакомиться и договариваться. Старейшины будут грызться неизвестно сколько, а эта орава за одну игру расскажет про город больше, чем любой посланник за год. Да и с местными подружиться не помешает.

– Сыграю.

Ребятня заорала от восторга. Воздушный вихрь закрутился волчком, а у водяного от радости отвалилась и заново приросла рука.

Меня потащили через город. Улицы кончились, и мы вышли на край такого разлома, что я присвистнул. Каньон шириной шагов в триста тянулся в обе стороны на добрый километр. Отвесные стены уходили в темноту, дна отсюда видно не было.

– А играть где? – на всякий случай уточнил я.

– Так здесь! – семипалый махнул рукой в пустоту над разломом. – Прямо в воздухе!

Он уже разбежался прыгать, но вдруг затормозил и обернулся с ужасом:

– Ой. Ты же летать не можешь!

– Всё нормально.

Я зачерпнул воздух из сопряжения. Пятая грань откликнулась легко, и за спиной развернулись два упругих полупрозрачных крыла. Взмах, другой, и подошвы оторвались от камня. Крылья придётся поддерживать непрерывно, понемногу расходуя воздух из озера.

Компания взвыла от восхищения. Кажется, зауважали меня ещё до начала игры.

Ворота нашлись на дальних концах каньона. Над пустотой висели широкие кольца, сотканные из низко гудящих воздушных жгутов.

– Только учти, мы играем не просто так! – водяной подлетел ближе и заговорщицки забулькал потише. – Проигравшая команда лезет в сад к старику Шарруму!

– Что ещё за сад?

– Ой-ой, – компания разом притихла. – Шаррум – жуткий ворчливый старик. Он выращивает у себя кучу всего интересного и никого туда не пускает. Проигравшие должны что-нибудь украсть из его сада. А если он поймает, шкуру спустит так, что мало не покажется!

Даже смешно. Четыреста лет, а развлечения всё те же: залезть в чужой огород и украсть яблоки, пока владелец солью в задницу не стрельнул.

– Ладно, – хмыкнул я. – Прорвёмся.

На команды делились шумно. Главным образом спорили, кому достанется человек. То есть я.

В итоге меня определили в команду к водяному смельчаку, и тот раздулся от гордости.

По краям каньона тем временем собирались зрители. Сначала десятки, потом счёт пошёл на сотни – порождения стихий даже теснились чтобы занять лучшие места. Похоже, я с ходу превратился тут в настоящую знаменитость.

Переливец подбросили над серединой каньона. Тот взлетел, полыхнул огнём и в верхней точке вдруг превратился в синий водяной шар. Обе команды сорвались с места, и я ударил крыльями следом.

Ну что, поиграем!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю