сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)
Маринетт ждала этого весь день. Она бы никогда не призналась в этом Алье, Тикки или даже самой себе, но эта мысль - чёткая и оформленная - говорила сама за себя. Всё то время, что она провела сегодня с Котом Нуаром, она мечтала наконец оказаться в его объятиях.
И теперь, прижимаясь к своему напарнику, ощущая тепло его губ, она чувствовала удовлетворение, перемешанное с приятным волнением. Оно рождалось где-то в животе и волнами распространялось по всему телу. Наполняло мышцы маленькими мурашками и отключало всю рациональную часть мышления. Губы Нуара. Его руки, обнимающие её талию. Вот всё, что было важно в данный момент.
Когда напарник неожиданно развернул её спиной к стене, Маринетт ахнула от удивления. Нуар, на секунду потеряв её губы, тут же прижался к ним снова. Оба тяжело дышали от какого-то нового, неопознанного чувства. Оно ускоряло сердцебиение и заставляло щёки гореть от собственной смелости и предвкушения чего-то неизведанного. Маринетт ещё никогда не испытывала ничего подобного. Это новое чувство... Оно пугало. Но Маринетт оно нравилось.
Особенно приятным было то, что смущение, столь часто сопровождающее её в обычной жизни, понемногу отходило на второй план. Особо не раздумывая над своими действиями, Маринетт подняла одну ногу, согнутую в колене, и обняла ею бёдра своего партнёра. Это удивило обоих. Но удивление быстро рассеялось в сознании, уступая место новым ощущениям.
Кот Нуар положил ладонь снизу на бедро девушки и, секунду поколебавшись, крепко сжал его. Он углубил поцелуй, чувствуя, что это простое действие лишь усилило его желание. Он никогда не был с девушкой так близко... до этого момента. И Маринетт никогда не фигурировала в его потаённых мечтах. Она всегда была слишком славной для этого и вызывала самые невинные чувства. Но теперь... То ли в ней что-то изменилось, то ли в нём самом, но Нуару хотелось намного большего, чем раньше. Хотелось узнать её ближе. Например, какова её кожа на вкус?..
И едва эта мысль успела возникнуть в затуманенном мозгу, как Кот Нуар разорвал поцелуй и мазнул губами в сторону шеи. Маринетт запрокинула голову, давая напарнику лучший обзор и больше пространства. Но тот вдруг остановился. Губы, которые едва касались тонкой кожи, замерли в нерешительности.
- Что... что случилось? - спросила Маринетт, едва слыша свой голос за громовым сердцебиением. Вцепившись в напарника, она ждала ответа, кажется, вечность.
- Думаю, нам пора остановиться, - сказал Кот Нуар, закрыв глаза.
Маринетт не хотелось останавливаться. Её кровь, наоборот, бурлила от желания продолжить. Ей хотелось целовать своего напарника несколько часов подряд. Хотелось изучать его. Хотелось наслаждаться чувством сладкого волнения и безмятежности. Сейчас ей казалось, что эти - до сих пор удивительные для неё - моменты близости с Котом, погружали её в идеальный мир. Всё ещё странный, непонятный, с миллионом вопросов и недосказанностей. И всё-таки - идеальный, потому что в этом мире все проблемы отходили на второй план.
И в то же время она не хотела казаться навязчивой. Поэтому, скрыв разочарование, Маринетт отпустила напарника и облизнула губы. На них всё ещё остался манящий вкус мелиссы, которой частенько пах Кот. Останавливаться в разгар столь жаркого общения оказалось сложно. Пришлось задействовать дыхательные практики, чтобы успокоить стук сердца и привести мысли в порядок.
- Ты лучший отвлекающий фактор, - Кот Нуар первым прервал тишину. Маринетт посмотрела на своего напарника: тот вяло улыбался, явно чувствуя неловкость из-за всего произошедшего. Маринетт прекрасно его понимала.
- Спасибо, - она убрала за уши выбившиеся пряди волос и провела ладонью по лбу: кожа была там чуть влажной, хотя она была поклясться, что на самом чердаке было весьма прохладно. - Таких комплиментов мне ещё не делали, - едко добавила она.
- Извини, это было грубо... - ответил Нуар, приняв журящий тон Маринетт за чистую монету. Он скривился, явно с трудом подбирая слова. - Я не имел в виду, что ты для меня мало значишь или что-то вроде того.
- Да нет, всё окей, - девушка обнадёживающе улыбнулась. - Я понимаю, что между нами нет ничего серьёзного.
- Верно, ничего серьёзного, - поддакнул напарник.
- Это не любовь, а просто... - Маринетт поджала губы, подыскивая правильное слово, - необходимость.
- Точно, необходимость.
Маринетт не была уверена, что то, что она сказала, - истина на сто процентов. Она действительно безумно нуждалась в нём. Он действительно был её необходимостью. Но являлось ли это чувство несерьёзным? Кто знает.
Однако Кот согласился с ней, а ей не хотелось рыться дальше в их запутанной терминологии.
- Спасибо, что ты есть в моей жизни, - вдруг выпалил он, всё ещё смущённый своими недавними словами. - Мне ужасно не хватает... общения.
- Так вот как это называется? - Маринетт хитро прищурилась, не щадя своего напарника. - Обще-е-ение...
- Ну... мы же не только... делаем... всякое... Подожди, да ты же прикалываешься! - воскликнул Нуар, наконец решившись взглянуть на одноклассницу. Та еле сдерживала хихиканье, прикрыв рот рукой.
- Ага! - хохотнула Маринетт. Было непривычно видеть Нуара смущенным, и она вдоволь наслаждалась этим моментом. Напарник же, сделав вид, что обиделся, упер руки в бока и покачал головой.
- Мой квами тоже постоянно меня подкалывал, - грустно улыбнулся он. - Хах... помню, мы могли часами спорить с ним о том, что важнее - еда или девушки. Меня бесило его постоянное желание есть... - Нуар сел на кровать, его плечи понуро опустились. - А теперь я ужасно по нему скучаю.
Маринетт села рядом. Их плечи соприкоснулись.
- Мне так жаль, Котёнок.
- Слава богу, что у меня есть ты. И я могу хоть немного поныть кому-то о своей несчастной кошачьей доле, - Нуар театрально схватился за сердце, искоса поглядывая за реакцией Маринетт. - И Ледибаг об этом не узнает.
Упс.
- Почему тебя это так беспокоит? Неужели ты думаешь, она посмеётся над тобой? - Маринетт с трудом спрятала обиду в голосе.
- Нет! - горячо возразил Нуар. - Нет, что ты! Она никогда бы этого не сделала. Она замечательная. Прямо, как ты... - напарник боднул одноклассницу головой, и та ответила ему тем же. - Просто не хочется, чтобы она знала, что я переживаю и скучаю. Хочу, чтобы она запомнила меня другим.
"Так, этот разговор явно ведёт в ненужное русло", - пронеслось в голосе Маринетт.
- Знаешь, у меня есть идея, - приободрившись, сказала она. - Расскажи мне, как выглядит твой квами. Я нарисую его... или, может, сделаю игрушку?
Глаза Нуара восторженно сверкнули.
- Что? Ты правда сделаешь это... для меня?
- Ну... я люблю делать подарки дорогим мне людям.
- Это очень замяунчивое предложение! - скаламбурил Кот, и Маринетт впервые в жизни обрадовалась этому. - Как я могу отказаться?
- Отлично! Найдётся у тебя лист бумаги и карандаш?
Порывшись в сломанном комоде, Нуар нашёл небольшой огрызок простого карандаша и старую, выцветшую газету. Чистый белый лист был бы лучше, но ничего похожего на чердаке на нашлось. Маринетт положила газету на коленку и размяла шею.
- Я готова.
Кот Нуар принялся рассказывать ей о Плагге. Она, конечно, и так прекрасно помнила маленького чёрного квами, но гражданская личность Маринетт не могла знать его. Поэтому пришлось разыгрывать неведение. И вот, спустя несколько минут на газетном листе был нарисован быстрый скетч квами, а рядом был список моментов, которые показались Нуару особенно важными.
- И самое главное - в его глазах - непреодолимая жажда сыра, - сказал он, тыча указательным пальцем в этот список.
- Я подумаю, как это изобразить, - Маринетт задумчиво закусила губу, уже продумывая, какую ткань и набивку выбрать для будущей игрушки. Поначалу она, конечно, подумывала нарисовать картину, но эта идея довольно быстро отпала. Рисунок - это, конечно, тоже хорошо. Но игрушка... С ней можно поговорить, её можно погладить и обнять. Беспроигрышный вариант.
Ещё раз пройдясь по списку комментариев и убедившись, что всё самое важное там отражено, Маринетт засобиралась домой.
- Мне уже пора - надо бы уже начать делать эскиз, если я хочу успеть до завтра. А я очень хочу!
"Потому что, кто знает, в какой момент ты можешь неожиданно исчезнуть из моей жизни?"
- Ты же придёшь? - опасливо уточнила Маринетт.
- Ну ради игрушки-то, конечно!
Маринетт недовольно хлопнула его по плечу, пряча улыбку.
- Ауч! У тебя тяжёлая рука, Принцесса! - он потёр руку, вжав голову в плечи, будто испугался. - Ладно-ладно. Я и так собирался зайти.
- Вот и славно, - бросила она через плечо, подходя к окну. Ей ужасно не хотелось расставаться с напарником. И не только потому, что ей казалось, будто оставив его в одиночестве, произойдёт то самое, непоправимое. Но ещё и потому, что без него её собственное одиночество становилось слишком болезненным.
- Ты, к слову, тоже очень хороший отвлекающий фактор, - сказала она подошедшему напарнику. И тот, положив руку ей на талию, вздрогнул, потому что эта последняя фраза повлекла за собой волну горячих, не совсем дружеских воспоминаний. - И я уже совершенно не хандрю.
- Значит, ты всё-таки хандрила! - с хитрым прищуром сказал Нуар, и Маринетт округлила губы буквой "о". Она совсем забыла про свою маленькую ложь этим утром.
- Я сказала "хандрила"? Не-не-не, я имела в виду "храпела". Ты пришёл, и я уже не храпела! И теперь не храплю.
Маринетт и сама не поняла, отчего её рот выдал этот неправдоподобный бред, больше свойственный общению с Адрианом. Она прижала руку к губам, словно боялась, что оттуда вырвется что-то ещё. А Нуар прыснул и неожиданно обнял девушку, крепко прижав её к себе. Он приподнял её в воздух и слегка покружил, отчего та весело завизжала, мгновенно забывая о своём конфузе.
- Ты знаешь, что ты ужасно забавная, а? - сказал он, глядя на неё снизу вверх.
- Видел бы ты меня в коллеже пару месяцев назад... Животики бы надорвал, - пробурчала Маринетт. - И эй, отпускай меня уже, - недовольно добавила она, потому что бабочки, заметавшиеся у неё в животе, не входили в её планы. Честно говоря, они даже немного пугали. Они ведь договорились, что между ними нет "ничего серьёзного".
Ничего. Серьёзного.
Маринетт мысленно цыкнула на себя, пытаясь заставить сердце утихомириться. Не получилось. И когда Кот наконец поставил подругу на пол, она принялась тянуть время, чтобы хоть немного успокоиться: поправила вылезшую из штанов рубашку, пригладила волосы, отряхнула штаны. Но не получилось. Проклятые бабочки всё ещё летали внутри и, кажется, не собирались прекращать.
- Идём, - наконец сказала она, принимая своё поражение.
Нуар легко подхватил одноклассницу на руки. Маринетт обхватила его шею и крепко прижалась к его груди. Крепче, чем обычно. Просто чтобы проверить: а вдруг его сердце стучит так же быстро, как его?
Да, так и было.
Это оказалось на удивление приятным. Но на самом деле... это было проблемой.
Нуар тем времени выпрыгнул на улицу, и яркий свет солнца неприятно ударил по глазам. Маринетт подумала, что убежище напарника, хоть и было не слишком уютным, сейчас казалось ей самым заманчивым местом в городе. Но напарники летели над Парижем в совсем противоположную сторону. И маленький, тёмный, но уютный и полный смущающих воспоминаний мирок становился всё дальше и дальше.
Комментарий к Часть 14. Ничего серьёзного
Спасибо, что воспользовались Калиана-Экспресс! Самый быстрый выход глав на континенте!
========== Часть 15. Подарок Ледибаг ==========
Вечером Маринетт оббежала все ближайшие магазины тканей, чтобы найти нужный ей, мягкий бархатистый материал чёрного цвета и зелёные стекляшки, которые она собиралась использовать в качестве глаз игрушки. Если бы у неё было время и деньги, она бы не поленилась и доехала бы до магазина Swarowski - из этих кристаллов у неё точно получились бы лучшие глаза в мире. Но ни того, ни другого у Маринетт не было, поэтому пришлось довольствоваться простыми на вид, дешёвыми камнями яркого зелёного цвета. С остальными материалами проблем не возникло. Вата для обивки нашлась в аптечке, нитки для прострочки - в сундучке для шитья.
Когда Маринетт принялась за создание игрушки, квами вылетели из своей шкатулки. Они с интересом рассматривали чёрные обрезки ткани, разложенные на столе, и следили за быстрыми движениями пальцев их Хранительницы. При этом каждые две секунды они наперебой давали советы о форме Плагга, выражении его глаз и размерах рта. Брюнетка внимательно слушала все рекомендации, чтобы сделать куклу максимально приближенной к реальности. Они, в конце концов, были знакомы с ним на тысячу лет дольше.
- Бедный Кот Нуар, - сказала Зигги, рассматривая наполовину готовую игрушку. Она всегда была очень чувствительна. - Если бы у моего талисмана был владелец, я бы не хотела расставаться с ним ни на минуту.
- Разве тебе не весело со всеми? - не отрываясь от дела, поинтересовалась Маринетт.
- Весело, конечно. Но отношения между квами и владельцем камня чудес - особенные. Это совсем другое...
Маринетт кивнула, прекрасно понимая, о чём она говорит. Если однажды ей придётся расстаться с Тикки, это будет одно из самых болезненных событий в её жизни.
- Кстати, получается неплохо! - Каалки подлетела ближе к игрушке. - У тебя действительно талант. Может, однажды ты станешь знаменитой! - в голосе квами прозвучали нотки мечтательности. Облетев игрушку по кругу, она вдруг остановилась и открыла рот, словно ей пришла в голову гениальным мысль. - А сможешь сделать игрушку-меня?
В глазах квами-лошадки сияли звёзды.
- И меня, и меня, и меня! - квами бойко подхватили идею Каалки и теперь летали вокруг головы хранительницы, наперебой уговаривая её выбрать их в качестве модели.
- Тише, тише, - засмеялась Маринетт. Ей пришлось отложить работу, потому что этот круговорот перед глазами не давал сосредоточиться. - Не все сразу. Обещаю: в свободное время буду потихоньку делать для вас игрушки.
Квами одобрительно замычали.
- Но чтобы это произошло как можно быстрее, мне нужно спокойствие. Как можно работать в таком шуме? - с поддельной строгостью воскликнула Маринетт. И всё же это подействовало на маленьких существ отрезвляюще.
- Прости, Маринетт, - Дейзи сложила лапки лодочкой. - Мы будем потише.
Брюнетка благодарно кивнула и продолжила заниматься созданием игрушки. Погрузившись в работу, она уже почти не замечала снующих рядом квами, хотя те время от времени подлетали к игрушке, чтобы понаблюдать за интересным, творческим процессом. Игрушка с каждым часом становилась всё более похожей на Плагга, а к пяти утра её и вовсе было не отличить от него. Вот только Маринетт к этому времени была больше похожа на ходячий труп. Бледная кожа, впалые глаза, кровоточащие пальцы...
- Маринетт, тебе надо поспать, - мягко проговорила Тикки, касаясь маленькой лапкой щеки девушки. Та согласно кивнула и выдала что-то нечленораздельное, широко зевнув.
- Только сделаю кое-что, - сказала она и закрыла люк на потолке на защелку.
"Давно пора. Так мне будет спокойнее".
Девушка бросила последний взгляд на чёрную фетровую игрушку, что лежала на рабочем столе, окруженная остатками тканей и обрезками нитей. Кажется, получилось очень неплохо. И хотя Маринетт знала, что судить о своём творчестве после бессонной ночи, - плохая идея, она всё равно почувствовала гордость и удовлетворение. Довольная собой, она доползла до кровати и камнем упала на неё, лицом в подушку. Солнце уже стояло высоко над горизонтом. Но это не помешало девушке мгновенно провалиться в сон.
***
Проснулась Маринетт в три часа дня от настойчивого стука. Звук раздавался откуда-то сверху. Маринетт нехотя перевернулась на спину, и мышцы тут же закололо из-за неудобной позы, в которой та проспала всю ночь (или утро?). Разлепив глаза, она свесила ноги с кровати и схватилась за голову. Та гудела после тяжелой ночи.
- Принцесса, это я!
Сон как рукой сняло. Игривый голос Кота заставил Маринетт быстрее прийти в себя. Она вскочила с кровати и заметалась по комнате, не зная, за что хвататься в первую очередь. Убрать постель? Привести в порядок стол? Расчесаться?
"Зеркало", - ухватившись за первую здравую мысль, девушка наконец посмотрела в своё отражение.
- Я сейчас! - крикнула она, по-быстрому осматривая себя в зеркале. Видок у неё был, мягко говоря, неудовлетворительным. Одежда - мятая, волосы - растрёпанные, лицо - серое, а кожа казалось липкой: с вечера она так и не переоделась. Но заставлять напарника ждать слишком долго ей не хотелось. Поэтому по-быстрому приведя волосы в порядок и вытерев влажной салфеткой веки, почерневшие от растёкшейся подводки, она открыла люк.
- Значит, всё-таки начала запираться? - с гипертрофированной жалостью хмыкнул Нуар, спустившись в комнату подруги.
- Учусь на своих ошибках.
