Текст книги "Последний Серафим: Катастрофа шестнадцатилетнего Глена Ичиносэ (ЛП)"

Автор книги: Кагами Такая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 53 страниц)

– А твои друзья?

– Что за глупый вопрос. Разве ты не знаешь, где я выросла?

Семья Хиираги. Эта маленькая девочка тоже носила фамилию Хиираги, она родилась с этим темным проклятием. Согласно информации, оставленной Maхиру, этот ребенок тоже обладал генами демона. Глен бросил ей:

– Ответь на звонок.

– Может быть, ты ответишь? Моей сестре все равно наплевать на меня.

Это была ложь. Махиру рисковала своей жизнью, чтобы спасти Шиноа. После этого она стала одержимой. Она в одиночку справлялась с двумя демонами, поглотив демона из тела сестры. Из-за этого она потеряла контроль. Тем не менее, у Шиноа нет никакой необходимости знать об этом. Ей не пришлось брать на себя тяжесть этого проклятия. С этими мыслями Глен взял ее телефон и принял вызов.

– Кто это?

Ему ответили:

– Здравствуйте, это рекламный агент, я хочу порекомендовать Вам наш продукт, – это был голос Махиру. Кроме того, ему казалось, что Maхиру подслушивала их разговор. Она продолжила: – Я звоню, чтобы предложить Вам пылесос за четыреста тысяч йен.

– Где ты сейчас?

– Ты придешь и обнимешь меня, если я скажу тебе?

– Я убью тебя.

– Ах, как прямолинейно.

– Ты уже должна быть мертва.

– Как ужасно. Разве я не та женщина, которую ты любил?

– Если это так, то, пожалуйста, скажи мне, как я могу спасти тебя. Я спасу тебя!

Шиноа, которая сидела на диване, сузила глаза и посмотрела на него. Maхиру замолчала. Глен слышал только ее легкий вздох.

– Ах. Глен серьезно говорит об этом, не так ли?

– Разве сейчас самое время для того, чтобы шутить? – ответил он.

– Нет, ведь пылесос за четыреста тысяч йен, который может почистить все что угодно, только что прибыл на наш склад…

– Заткнись, где ты сейчас?

– Даже если я скажу тебе об этом, ты не сможешь добраться до меня. Телефон Шинoa в настоящее время прослушивается людьми рода Хиираги. Если я скажу тебе о своем местоположении в настоящее время, сюда снова придут убийцы из «Имперских Демонов». И они все снова умрут. Конечно, они ведь просто наемники, принадлежащие твоей стороне, – Махиру уже знала, что их подслушивали. Возможно, этот звонок тоже был подслушан Курэтo.

Когда Глен думал об этом, то его мобильник издал сигнал пришедшего сообщения. Кто-то отправил ему SMS. Это был Курэто: «Постарайся продлить разговор как можно дольше».

Если они будут долго разговаривать, местонахождение Mахиру, возможно, определят. Он прочитал следующее сообщение: «Не предавай меня сейчас, Глен. Не забывай о том, что если ты не сможешь убить Maхиру в сентябре, твой отец погибнет. Мы не станем переносить казнь».

Дата отображалась в верхней части экрана – 28 сентября. Сакаэ Ичиносэ… Менее двух дней осталось до казни его отца. Махиру прошептала:

– И каково это? Ты так легко показываешь свои эмоции…

– О чем ты говоришь?

– Ты сжал телефон так сильно, что я слышу треск. У тебя теперь много силы, я знаю это, Глен. Ты действительно зашел в тупик. Твоего отца держат в заложниках. Твои слуги и подчиненные тоже находятся под присмотром рода Хиираги. Даже если это так, я тоже хочу спасти их и тому подобное… Не правда ли, я слишком жадная? У тебя нет такой силы, как ты собрался спасать их?

– Что…

Его телефон снова пропищал. Сообщение от Курэтo. Кажется, это какой-то другой приказ. Но Глен проигнорировал его.

– Вот почему я сказал, что тебе нужно умереть.

Махиру рассмеялась.

– Но ты не принимаешь никаких мер. Ты сказал, что хочешь, чтобы мы умерли вместе, прежде чем упал со мной с двадцать пятого этажа своего дома. Но ты не пронзил мое сердце. Я до сих пор помню тепло твоего тела, когда ты крепко обнял меня.

Телефон Глена снова завибрировал. Приказы Курэто. Глен взглянул на экран: «Поговори с ней еще немного. Мы обнаружили ее секретное местоположение. Готовимся атаковать».

На мгновение Глена охватило желание предупредить Махиру о том, что Kурэтo собирается убить ее. Он не имел ни малейшего представления о том, какие эмоции заставили его чувствовать себя подобным образом. Но все было так, как сказала Maхиру.

«Я, вероятно, не смог бы убить ее. Но если теперь я предупрежу ее, отец и мои подчиненные будут убиты. Что мне делать? Как поступить?».

Он не мог двигаться. Он не мог ничего сказать. Он не мог ничего сделать. Еще одно сообщение: «Отряд на месте. Собираемся убить эту женщину. Продолжай разговаривать с ней».

Maхиру заговорила:

– Глен, не нужно так нервничать. Я люблю тебя, такого жадного, слабого, но настолько сильного в то же время.

Сообщение: «Если ты посмеешь предать нас, твои близкие будут убиты. Говори с ней. Скажи что-нибудь».

– Я, я…

Махиру очень счастливо хихикала.

– Какой милый Глен. Ты настолько добр и нерешительный даже при таких обстоятельствах. Ты хочешь быть добрым ко всем, кто тебя окружает, но все равно тянешь свои руки к тьме? Эта тьма еще глубже и темнее, чем в моем сердце. Этот мрак маскируется под справедливость, но на самом деле наполнен безнадежностью… Я с нетерпением жду этого. Я с нетерпением жду того момента, когда смогу наблюдать за всем, что произойдет. Но сейчас я закончу разговор.

– Maхиру, подожди.

– Я не жду тебя. Мой старший братик Курэто уже здесь, привел с собой много людей. Ах, сегодняшняя вечеринка уже началась!

– Maхиру!

Тем не менее вызов завершился. Глену было не место в битве Махиру и Курэто. Он не обладал силой, и он больше не нужен роду Хиираги. После окончания разговора он чувствовал себя так, как будто вся энергия оставила его тело, когда он отстраненно смотрел на телефон. Перед ним была Шиноа, которая все это время сидела на диване, она подняла голову, разглядывая его, и молвила:

– Все закончилось?

– Еще ничего не началось. Меня оставили не у дел, – ответил Глен.

– Не у дел… Лето уже закончилось. Но я такая же, как ты. Меня никогда не воспринимали всерьез, потому что моя сестра – выдающийся и умный человек. Я даже не знаю, почему она предала род Хиираги.

Нет, это было не так. Maхиру намеренно оградила Шиноа от себя. Чтобы защитить свою сестру. Тем не менее, теперь, когда все сложилось таким образом, Глен не мог быть уверен в том, что это правда. Записи об исследованиях были оставлены Maхиру. Таким образом, существует огромная вероятность того, что Maхиру изменила некоторые свои намерения и цели. Если она прекратила эксперименты, то, возможно, ее младшая сестра снова окажется вовлечена в опыты «Кидзу». Что произошло? Действительно ли Махиру начала исследования «Кидзу» для того, чтобы спасти Шиноа? Теперь все стало запутанным. Силы Глена все еще не достаточно. Независимо от этого сейчас подобные вопросы – не самая большая проблема. Глен швырнул телефон Шиноа в ее сторону. Мобильник пролетел мимо девочки и приземлился на диван, прежде чем отскочил и шмякнулся об пол. Возможно, он разбился.

– Почему ты не поймала его?

Шиноа пожала плечами.

– В любом случае только моя сестра, рекламщики или люди, которые набрали неправильный номер, звонили мне. Даже без телефона моя сестра все еще может связаться со мной, поэтому… – она смотрела на него, полуприкрыв глаза. – Ичиносэ Глен. У моей сестрицы нет никакой другой причины разговаривать с такими людьми, как я, кроме как связаться с тобой таким образом.

Она сказала: «С людьми вроде меня» таким бесстрастным голосом. Даже лучше, что у нее нет сильной эмоциональной привязанности к Махиру. Нет, не только к ее сестре, но и ко всем остальным Хиираги. Потому что она была ребенком демона. Или это все из-за ее старшей сестры, которая была слишком доброй и мягкой с Шиноа. Чтобы защитить себя, она была готова отстраниться от других. Глен посмотрел на девочку и сказал:

– Все еще хочешь прийти ко мне на ужин?

Шиноа улыбнулась.

– Ха-ха, твоя доброта действительно чрезмерна.

– Что ты пытаешься сказать?

– Ты тот, кто подбирает с улицы печальных маленьких щеночков, которые едят консервы, и заботишься о них, не так ли? Тогда почему бы тебе не сесть на самолет и улететь в Африку, чтобы помочь накормить голодающих детей?

– Ты проклятое дитя. Слушайся взрослых.

– Но ты всего лишь пятнадцатилетний выродок!

– Мне шестнадцать.

– Ха-ха!

Глен протянул руку и схватил девочку за запястье.

– Ай! Не… похищай… маленьких детей!

Но она не сопротивлялась. Ее голос был спокойным. Никаких изменений в ее эмоциональном состоянии. Глен продолжил:

– Послушно заткнись и иди со мной. Если ты не пойдешь, то останется много всякой вкусной еды.

– Ох, сколько от тебя беспокойства, – пробурчала девчонка, но все равно последовала за ним.

– Пошли.

Они оба пересекли коридор и покинули квартиру. В этом доме лифты могли перевозить только пять человек, и Глен нажал кнопку первого этажа. Они оказались внутри лифта, затем спустились с седьмого этажа на пятый. Шиноa, полузакрыв глаза, подняла голову и взглянула на парня, пробормотав:

– Эй, Ичиносэ Глен..

– Что?

– Ты пригласил меня на ужин, потому что просто пытаешься скрыть свою слабость, так как ты не смог спасти сестренку, не так ли?

– Я сам знаю это, – ответил Глен.

– Ах вот как. Как хлопотно это должно быть для тебя.

– Но вкусная еда куда лучше консервированной, верно? – продолжил он, и Шиноa снова подняла подбородок, внимательно вглядываясь в его лицо.

– Да, конечно, – она кивнула, и в этот момент лифт прибыл на первый этаж.

***

Склад в темном переулке, откуда раздавался сигнал телефона Maхиру.

– Откройте дверь.

По приказу Хиираги Курэто металлические ставни дверей были отодвинуты с громким скрежетом. Внутри была кромешная тьма. Этого следовало ожидать. На этот раз он привел с собой пятьсот с лишним человек с оружием «Кидзу». Весь склад был надежно окружен ими. Кроме того, уровень силы оружия «Кидзу» был сильно увеличен. Maхиру не сможет победить с таким численным перевесом на стороне Хиираги. Напротив солдат стоял человек. Махиру, вероятно, скрывалась в темноте, ожидая шанса сбежать.

– Если бы она на самом деле была здесь…

Сангу Аой, его подчиненная, стояла рядом с ним. Она сказала:

– Курэтo-сама, пожалуйста, сделайте шаг назад. Стоять на передней линии очень опасно.

– А? Хорошо.

Kурэтo сделал несколько шагов назад. Эмоции не возьмут над ним верх, он не позволит себе оказаться в опасности от чистой скуки. Хотя это было правдой: если командир не сделает свой ход, солдаты не смогут выиграть битву, но как только наследник рода Хиираги пострадает, вся игра будет окончена. Аой закричала:

– Первый и второй отряды, выдвигайтесь!

– Да!

Затем солдаты из обоих отрядов, надевшие очки ночного видения, бросились в глубину склада. Если Maхиру действительно скрывается там, оба отряда будут полностью уничтожены. Ничего страшного. Если они узнают о том, что Maхиру внутри, то смогут применить большее разнообразие тактик нападения. Но тут изнутри раздался голос:

– Цель не обнаружена!

– Конечно… мы не можем позволить себе неосторожность. Зажгите свет! – пробормотал Курэто.

Aой кивнула и подняла руку, подавая сигнал. Затем подъехало несколько автомобилей, и водители включили дальний свет фар. Весь склад оказался залит светом. Внутри все было завалено коробками: типичный склад. В середине лежал небольшой плюшевый мишка. У него во рту было два телефона. Микрофоны и динамики были обращены друг к другу, скрепленные вместе с помощью ленты. Это защита от попыток выведать ее местоположение. Телефон, который прослушивался Курэто, передавал вызов, исходящий откуда-то еще.

– Принесите мне телефон.

Командир отряда, который вошел на склад, вытащил мобильник изо рта мишки. Aой с тревогой сказала:

– Опасно касаться вещей, которые оставила здесь Хиираги Махиру.

– Но у нас больше нет ничего другого, – сказав это, Курэто указал на одного из членов отряда и приказал ему снять ленту.

– Если Вам угодно, Kурэтo-сама, – затем он осторожно передал телефон Kурэтo.

Похоже, с помощью двух телефонов Махиру добилась того, что ее голос мог раздаваться откуда угодно. Он посмотрел в списке вызовов. Телефон был использован только один раз. При разговоре, который только что произошел. Курэто также просмотрел список контактов. В нем ничего не было. Он проверил SMS. Он нашел там одно сообщение, не отправленное и не дописанное. Вот что там было:

Тема: Без темы

Текст: Я могла бы устроить вам ловушку, используя этот телефон. Но я не сделала этого. Ты знаешь почему? Старший братик Курэто. Ты когда-то сказал мне, что ты мне не соперник. И, наверное, к тому времени, как ты прочитаешь это сообщение, я покину Токио. Я готовилась переехать в Киото. Если ты хочешь убить меня, то преследуй меня. Ах, к слову об этом, почему бы тебе не попробовать поохотиться на меня, как в одном из известных фильмов о шпионах? Хиираги Курэто. После того, как ты просмотришь это сообщение, у тебя есть десять секунд, после чего мобильник взорвется. Три, две…

Текст сообщения закончился. Kурэтo швырнул телефон в сторону, где никого не было. Он упал на землю и немного откатился. Но не взорвался. Курэтo взглянул на разбитый мобильник и тихо сказал:

– Черт бы побрал эту женщину.

Затем на другой телефон пришло сообщение. Там было лишь несколько слов: «Ты испугался? Правда испугался? Идиот». Kурэтo ничего не сказал, проверил информацию об отправителе и набрал этот номер. Maхиру ответила ему.

– Ах, старший братик. Давно не виделись.

– Ты уже в Киото?

– Нет. Я до сих пор в Сибуе. Около школы. Ты можешь прекратить поиски.

В любом случае у него не было достаточно времени на то, чтобы добраться туда. С самого начала он знал, что так все и случится. На этот раз все было организовано Maхиру. Таким образом, ей следовало бы завершить подготовку, прежде чем сделать свой ход. Такой уж она была женщиной. Даже в детстве она была странной. Полное олицетворение слова «гений». И каждый день, прилагая лишь небольшие усилия, занимаясь своими разработками, она предпринимает шаги в этом направлении, устремляясь в другое измерение силы. Но из-за этого она не может вести за собой людей. Потому что Махиру не может работать в команде, она не подходит на пост следующей главы рода Хиираги.

Курэто заговорил с ней. Просто для того, чтобы продвинуться вперед на один маленький шаг. Несмотря на то, что ему не представлялось возможным перейти на другой уровень за один шаг, ему по-прежнему необходимо предпринимать небольшие шаги, двигаясь вперед.

– Скажи мне свое точное местоположение. Если не скажешь, я убью Глена.

– Ах, ты используешь его, чтобы угрожать мне?

– Нет, не ради угрозы. Но если это сработает, то я сделаю это.

– Верно. Тогда можешь действовать.

– Если ты не хочешь, чтобы это произошло, то будь послушной, оставайся там и не двигайся. Если нет, то я вырву правый глаз Глена…

– Ха!

– Я серьезно. Если ты осмелишься бросить вызов мне, я буду…

Она очень счастливо смеялась. Словно она была в приподнятом настроении: она смеялась как невинная милая девушка. Это было бесполезно. Даже если Курэто вырвет правый глаз Глена, она не будет возражать. Даже если Глена убьют, она не будет возражать. Или эти ее слова должны были ввести Курэто в заблуждение? Образ мышления монстров непостижим простому человеку.

– Твой смех действительно режет уши.

– Правда? Глен сказал, что ему нравится мой смех.

– Даже если тебе плевать, я все равно убью его. Начиная с сегодняшнего дня, в течение трех дней я буду допрашивать Глена, затем сломаю обе его руки и ноги, отрежу ему язык и вырву его глаза. Тогда я заживо сдеру с него кожу и убью его. Если ты не придешь на склад прямо сейчас, Ичиносэ Глен будет…

– Ах, ах, ты слишком много говоришь, Хиираги Курэто. Все верно. Все, что ты делал до сих пор, было правильным. Если ты продолжишь говорить мне подобное, мое сердце заболит. Потому что я действительно люблю Глена.

– Значит, если ты не хочешь, чтобы это произошло…

Но Maхиру прервала его и сказала:

– Ах, как сильно болит мое сердце. Как больно… Но как ты собираешься это сделать? Кроме того, братец, позволь своей любящей единокровной сестре дать тебе несколько советов. С того момента, как ты планируешь использовать силу демонов, считая это правильным, разве это не делает тебя слабее? Тогда твоей медленной и незначительной силы будет недостаточно. Справедливость? Здравый смысл? Ничего подобного. Похоже, что ты никогда не догонишь меня.

На это Курэто ответил:

– Ты знаешь, как называют тех ублюдков, которые не следуют законам здравого смысла?

– Мне это не интересно. Семья, в которой я родилась… в которой мы родились, сила – это все, брат. Ты всегда знал это.

Все, что она говорила, было правдой. Но даже если это так…

– Я – глава «Имперских Демонов». В области познания человеческой натуры я превзошел тебя. Я откажусь от всего и буду использовать другие способы, чтобы двигаться вперед и создавать новое будущее.

– Пожалуйста, делай что хочешь. А для меня настало время отправиться в Киото прямо сейчас.

Что там в Киото? Когда он думал об этом, то снова сдался. Не было никакой необходимости в том, чтобы продолжать разговаривать с сестрой. В следующий раз, когда он увидит ее, он убьет ее. Он прервал разговор и обратился к Аой:

– Вы засекли ее местоположение?

Aoй покачала головой.

– Мы уже исследовали все районы Токио, Сибую, но до сих пор…

– Вы не можете найти ее?

– Да.

С самого начала Maхиру знала о том, как скрыться от их систем слежения. С этим у нее не было никаких проблем. Тем не менее, она использовала этот метод, чтобы отправить всех в погоню по ложному пути.

– Киото. Киото, да? – пробормотал Курэто себе под нос и глубоко задумался.

========== Том Пятый. Глава вторая – Право быть счастливым ==========

Комментарий к Том Пятый. Глава вторая – Право быть счастливым

https://pp.userapi.com/c836639/v836639465/24d82/U5wtVGMji-M.jpg

Во дворе сиротского приюта Хякуя Махиру Хиираги произвольно сбросила телефонный звонок и слабо улыбнулась, затем она взглянула на небо. Хотя на нем не было ни единого облачка, огни Шибуи горели так ярко, что звезды были едва различимы. Наступил уже конец сентября, и стояла такая температура, что было не слишком жарко и не слишком холодно – в самый раз. Это было любимое время года Махиру. Но теперь в этом мире больше не будет подобных дней, когда она сможет снова точно так же наслаждаться погодой. В конце концов, через три месяца настанет конец света, и в таком случае:

– Прямо сейчас, думаю, мне стоит пойти и съесть скумбрию, – пробормотала Махиру самой себе. Сезон ловли этой рыбы вот-вот кончался, и девушка слышала раньше, что в первой половине сентября скумбрии становятся более жирными, а ко второй половине сезона начинают мало-помалу терять вес и вкус. Ах, если она пойдет и купит рыбку, следует ли ей попробовать приготовить ее на открытом воздухе, на мангале? Рядом с высохшим руслом реки? Она прокоптит мясо, и запах запеченной на углях рыбы распространится по всей округе. Сильно разыгравшийся аппетит стимулировал ее разум. Желание. Вожделение. Страсти, ради которых она существует.

“Аах, выглядит так вкусно”, – скажет она будто нормальная девушка, а затем насладится поглощением скумбрии вместе с Гленом. У Махиру не было сомнений насчет того, что это было бы отличное времяпрепровождение. В любом случае, если дни этого мира уже подходят к концу, если все, что происходит с ней, завершается вот так…

Упоминая об этом, она подумала о том времени, когда была ребенком; в ее школе было популярно задавать друг другу некоторые глупые излишние вопросы вроде: „Что ты будешь делать, если завтра настанет конец света?“. Каждый день все допытывали друг друга этим бесконечное количество раз и проверяли ответы у учеников. Но никто никогда даже не спрашивал Махиру. Не нашлось никого, кто бы хотел задать подобный вопрос девочке такого знатного происхождения из рода Хиираги. Вот почему это прошло мимо нее. Однако, она видела, как другие дети вокруг веселятся, отвечая друг другу. Среди них был мальчик, который говорил, что в случае скорой гибели мира ел бы только карри, пока бы вот-вот не лопнул.

“Это довольно хорошее решение, – подумала Махиру тогда. Тут какая-то девочка произнесла, что перед Апокалипсисом сказала бы своим матери и отцу, как благодарна им. – Но для меня, той, которая никогда не знала любви от своих родителей, это всего лишь неизвестное чувство”. Вот о чем она думала в тот момент. И тогда, только единожды, она заглянула глубоко в свое сердце в поисках ответа на этот вопрос, хотя никто никогда не задавал ей его. Но если бы кто-нибудь осмелился спросить ее об этом, она сама задумалась о конце света и том, как ей стоит ответить.

Если дни нашего мира сочтены. Если Апокалипсис произойдет завтра, что ты будешь делать?

Даже если не нашлось бы никого, кто спросил бы ее об этом сегодня либо в любой момент настоящего времени, она твердо решила попробовать объяснить ему, к какому выводу привел ее нынешний день. Если конец мира настанет завтра, что ты собираешься делать?

– Я пойду и куплю себе скумбрию, несмотря ни на что, – когда Махиру произнесла это вслух, позади нее раздался чей-то звонкий голосок.

– Ах! Скумбрия такая вкусная, не так ли?

Махиру обернулась, перевела свой взор вниз и увидела там девочку, выглядящую оживленной и энергичной, которая держала в руках нечто похожее на мяч для игры в вышибалы. Вероятно, эта девочка была на попечении сиротского приюта Хякуя. На вид ей можно было дать шесть-семь лет от роду: она казалась ровесницей младшей сестры Махиру, Хиираги Шиноа. Девчонка, стоявшая чуть поодаль нее, могла быть даже немного младше Шиноа.

– Но я ненавижу рыбьи внутренности, потому что они горькие на вкус, – снова молвила девочка, наморщив лицо. Она казалась Махиру милой. Безусловно, внутренности горькие. Тогда Махиру отдала бы их Глену. Он ведь любит вести себя как взрослый, поэтому он, несомненно, съест все рыбьи потроха ради Махиру.

– Как тебя зовут? – спросила Махиру девочку.

– Я – Аканэ. А Вы, мисс? – ответила она вопросом на вопрос.

– Миюки Ямада, – быстро придумав себе псевдоним, произнесла Махиру.

– Здравствуйте, Ямада-сан, – Аканэ сразу же поверила ей и поприветствовала ее с кротким выражением на лице.

– Можешь звать меня Миюки, – поправила ее девушка. В любом случае, все люди „Храма Хякуя“ использовали фальшивые имена.

– Ладно, сестренка Миюки. У меня есть вопрос.

– Какой?

– Сестренка, а ты хорошая? – прямо спросила Аканэ.

Хорошая? Если бы она обратилась к ней настоящей, то Махиру Хиираги, вероятно, совсем не была хорошей. Откровенно говоря, она предпочитала удовлетворять все свои собственные желания. Даже несмотря на то, что существование этого мира подойдет к концу уже через три месяца, все ее мысли состояли из одной безумной идеи о том, что она желает лишь отведать запеченную на углях скумбрию вместе с Гленом. Махиру была корыстолюбивой девушкой. Но что насчет Миюки Ямады? Махиру наклонила голову и ответила:

– Хмм, дай подумать. Я немного против того, чтобы называть себя хорошей.

И в первую очередь потому, что на самом деле Миюки Ямада вовсе не существовала на свете. Тогда Аканэ возразила ей:

– А я все еще думаю о том, хорошая ты или нет, – после того, как Махиру бегло взглянула на нее, девочка продолжила с серьезным лицом. – В конце концов, это как с сестренкой, не так ли? Ты пришла, чтоб забрать одного из наших детей отсюда, верно?

„Наши дети“ могло означать одного из ребятишек из сиротского приюта. Махиру пришла сюда за четырехлетним мальчиком по имени Дзюндзи, чтобы использовать его в экспериментах. Чтобы вовлечь его в проект „Последний Серафим“. Аканэ снова заговорила:

– Сестренка, ты хорошая? Твои мама и папа хорошие? Ты будешь добра к Дзюндзи? – эта милая девочка расспрашивала Махиру так отчаянно, что та легонько погладила Аканэ по голове. Когда ее рука коснулась волос девочки, на глаза Аканэ навернулись слезы. Казалось, она вот-вот расплачется. Должно быть, для нее было мучительно больно разлучаться с мальчиком по имени Дзюндзи, хотя они не приходились друг другу кровными родственниками. Наверное, Аканэ считала его своим младшим братиком. Что ж, Махиру более-менее понимала ее чувства, ведь, в конце концов, у нее тоже была маленькая сестренка, и они обе были привязаны друг к другу. Махиру рисковала своей жизнью, чтобы спасти Шиноа. Вот почему она могла понять причину плача Аканэ. Махиру продолжила нежно поглаживать девочку по волосам и спросила ее:

– О чем ты подумала, когда посмотрела на меня?

– Ты очень красивая, – ответила она.

– Спасибо.

– И еще ты кажешься хорошей.

– Кажусь?

– Да.

– Тогда сможешь ли ты со спокойной душой отпустить Дзюндзи со мной?

Но на это девочка ничего не ответила, продолжая говорить:

– И, несмотря на то, что ты кажешься мне хорошей, ты также выглядишь печальной.

– Что? ..

– Ты кажешься опечаленной. Сестренка, тебе грустно? – обратилась к ней Аканэ.

Но Махиру вовсе не собиралась принимать опечаленный вид. Она много раз перед зеркалом репетировала улыбку на своем лице до тех пор, пока она не стала выглядеть естественно. Она оттачивала свое умение выглядеть безмятежной бесчисленное множество раз с самого детства. И раз уж ее истинное лицо смог увидеть даже ребенок, стало быть, ее улыбка и напускной вид на самом деле были довольно плохого качества.

– Да, полагаю, что так, – ответила Махиру, и лицо Аканэ стало обеспокоенным.

– Сестренка, у тебя все в порядке?

Махиру лукаво улыбнулась.

– В последнее время у меня не слишком хорошие отношения с любовью всей моей жизни.

Тут в глазах Аканэ вспыхнуло еще больше интереса. Хотя она была еще ребенком, она также являлась девочкой, а значит, ее безумно интересовали любовные истории.

– Что-то не так с твоим бойфрендом?

В ответ на ее вопрос Махиру пожала плечами.

– Он еще не мой бойфренд.

– Неразделенная любовь?

– Мм… Я так не думаю.

– Тогда какие у вас отношения?

– Он мой друг детства.

– Ах, твой друг детства! Но, но это значит, что вы хорошо ладите друг с другом, верно? Тогда почему бы тебе не признаться ему?

Махиру снова заулыбалась.

– Черт побери, мы говорим только обо мне. Может, нам сейчас стоит подумать о Дзюндзи?

Аканэ тоже нежно улыбнулась ей.

– Теперь все в порядке.

– Почему это?

– Потому что, сестренка, когда ты говорила о своем любимом человеке, на твоем лице было по-настоящему доброе выражение.

Как оказалось, ее лицо естественным образом стало добрым и ласковым, когда она только что заговорила о Глене. Махиру немного изумилась от этого.

– Честно говоря, я такая простодушная девушка, – она посмеялась над собой. Подумав об этом, Махиру вспомнила, что давным-давно Шиноа сказала ей что-то похожее. Ее фраза была в духе: „Сестрица, когда ты говоришь про Ичиносэ Глена, ты выглядишь такой оживленной“.

Еще в ее памяти всплыл тот момент, когда они обе, сестры Хиираги, стояли перед туалетным столиком и говорили о том, как всем девушкам абсолютно необходимо обладать женскими чарами, пока репетировали улыбки на лицах в отражении зеркал. И в то время, как Махиру скоро стала хорошо удаваться поддельная улыбка, Шиноа вовсе не могла естественно улыбнуться против воли.

– Так? Или вот так, верно? – говорила младшая, глупо улыбаясь с полуприкрытыми глазами.

Одно воспоминание о лице Шиноа снова заставило Махиру почувствовать себя живой. Демон внутри нее поглотил все ее эмоции, оставив только их следы и пережитки прошлого. По крайней мере, ее сердце все еще билось в груди ради Глена и Шиноа. Вот почему она не могла не улыбаться так нежно, пока думала о своем любимом Глене. Ее мысли были заполнены возлюбленным, и Аканэ лишь радостно усмехалась над ней.

– Раз уж мы об этом заговорили, а у тебя есть мальчик, который тебе нравится? – прямо спросила Махиру девочку, щеки которой тут же вспыхнули ярким красным румянцем.

– Ммм… Я…

– Значит, есть. И кто он?

Но тут кто-то из здания сиротского приюта позвал девочку по имени.

– Аканэ-чан! – у него был отрывистый и невероятно отчетливый голос. Аканэ подпрыгнула на месте, вздрогнув. И эта ее реакция, по которой об отношении девочки к окликнувшему ее было чрезвычайно легко догадаться, выдала ее с головой.

Махиру посмотрела в направлении, откуда исходил голос, прямо на парнишку, которого так любила Аканэ. Она увидела там толпу детей, и среди них был особенно красивый мальчик. Его пушистые волосы имели золотистый цвет, а кожа была белоснежной. Вероятно, он не являлся чистокровным японцем, один из его родителей был европейского происхождения. Его звали Микаэла Шиндо. Махиру уже видела имя этого мальчика в научно-исследовательских материалах „Храма Хякуя“. Естественно, сам он ничего не знал об этом, но Махиру было известно, что по решению правящей верхушки организации именно его тело определили как чрезвычайно подходящее и по его возрасту отменно развитое для экспериментов. Степень оценок его показателей была такой высокой, что это значило лишь одно – „Храм Хякуя“ отказывался отпускать Микаэлу из приюта.

– Мика! – Аканэ позвала его по имени, и ее голос был жизнерадостным. Голос влюбленной девочки.

Как оказалось, этот мальчик, которого она назвала Микой, был любим и обожаем всеми детьми, окружающими его. Приходя к этому умозаключению, Махиру заметила, даже почувствовала, что он ведет себя как лидер в этом приюте, так было отмечено даже в материалах исследования. На самом деле девушка была не заинтересована в чем-либо, кроме данных, полученных в ходе экспериментов.

Совсем маленькие дети повисли на руках Микаэлы, и прямо сейчас один из них, недавно переданный под опеку „Храма Хякуя“, Дзюндзи, горько плакал. Напротив них стояла пожилая леди, ответственная за работу сиротского приюта. Позади нее находился Сайто, мужчина в черном костюме, отправленный сюда из главного штаба секты Хякуя. Сайто бросил взгляд холодных глаз на Махиру, но она ничем не ответила ему.

– Братик Мика! Не хочу идти! Не хочу уходить! – Дзюндзи льнул к коленям Микаэлы, и тот осторожно смахивал слезы с лица мальчика. Затем Мика посмотрел на Махиру. Взор его больших голубых глаз выдавал в нем ум и смышленость, и в выражении его лица виднелась такая сильная и прямая воля, что создавалось впечатление, будто этот ребенок может видеть насквозь каждого человека, всё и всех вокруг. Махиру словно маску нацепила на свое прекрасное лицо ту улыбку, которую репетировала так много раз с самого детства.

– Дзюндзи-кун, несмотря на то, что ты так напуган, моя семья совершенно обычная, так что с тобой все будет в порядке.

Но Дзюндзи даже не повернулся к ней лицом, и вместо него заговорил Микаэла.

– Кто ты?

– Мика, это Миюки Ямада-сан. Молодая леди, которая станет старшей сестрой Дзюндзи, – точно так же ответила за Махиру Аканэ.

– Мне не нужна новая старшая сестра! Я… Я хочу остаться с братиком Микой и сестренкой Аканэ! – закричал Дзюндзи, все еще рыдая. Тут Микаэла снова вытер ему лицо и повернулся к девочке: