Текст книги "Не замерзай! (СИ)"
Автор книги: Isabel_Villiers
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)
– Лёша, идём. Надо это отметить! – продолжала канючить блондинка.
Покосившись на Илону, рыжий ухватил свою спутницу под руку и поволок к выходу. Полянская вошла в кабинет страхового агента.
Немолодая дама пребывала на эмоциях – настолько, что решила поделиться с Илоной.
– Представляете, застраховали деда, прекрасно зная, что он вот-вот умрет. Ну и получили неплохой куш. И ведь не первый случай уже! – она шумно выдохнула. – Ладно, что у вас?
– У меня машина сгорела…
Оформление страховой выплаты не заняло много времени. Она получит компенсацию по КАСКО, затем можно подумать о покупке другого автомобиля, поскольку совсем без него неудобно. Илона все же привыкла по делам ездить на машине. Это здорово экономило время, хотя и требовало дополнительных вложений.
Но сейчас ее больше занимало другое: случайно услышанный в коридоре диалог и последующий комментарий агента. Застраховали деда, получили куш и молодец доктор. Что бы все это значило?
«Нужно позвонить Крылову! Узнать, как он!» – эта внезапная мысль заставила Илону быстро достать телефон. Экран не слушался подрагивающих от холода пальцев, пока она пыталась нажать нужные позиции.
Гудки. Один, два, три… Не отвечает.
«Может, на процедурах? – она смотрела на проезжавшие мимо машины, нервно теребя край шарфа. – Позвоню чуть позже».
Домой идти не хотелось. Ее теплая, уютная квартира вдруг стала местом небезопасным. Какой неприятный сюрприз может ждать там в следующий раз? Откуда появится враг? Кто он? Чего ему нужно? Как спасти себя и дочь? И не так страшно было за себя, как за Кристину. Хорошо, что сейчас она у Жени. Но через неделю вернется. И что дальше?
Сможет ли полиция ее защитить? Куда ей идти? К родителям приехала тетя Наташа из Твери со своим мужем и внучкой. И, похоже, надолго. Да и как они все умещаются в маленькой двушке? Так что этот вариант отпадает. Напрашиваться к друзьям или знакомым? Кому нужны чужие проблемы криминального характера? Да и у всех условия жизни почти как у Янки, и появление Илоны окажется совершенно неуместным. Снять квартиру? К сожалению, она не могла себе этого позволить. Да и не факт, что те, кому она стала так интересна, не выследят ее и там.
Илона брела по улице, машинально смотря на витрины магазинов и украдкой оглядываясь по сторонам: не идет ли кто за ней?
Как резко изменилась ее жизнь всего лишь за несколько дней. С появлением Димы Масленикова и его команды. Впрочем, ему тоже досталось. Интересно, где он сейчас? Куда отправился с утра? Все ли в порядке?
Решив позвонить Диме ближе к вечеру и пожелать удачной дороги, Илона снова набрала Крылова. И опять лишь длинные гудки!
Руки совсем окоченели, и она зашла погреться в ближайшую кофейню. Здесь готовили прекрасный облепиховый чай с медом, который оказался бы весьма кстати в такую стужу.
Уже сидя за маленьким столиком возле окна, окутанная теплом заведения, Илона вдыхала ароматы кофе и выпечки под звуки приятной музыки и задумчиво наблюдала за посетителями, коих, включая ее, было всего человек пять: две девушки, старичок с газетой и молодой человек, уткнувшийся в смартфон.
Ожидая заказ, Илона в третий раз набрала Крылову и вновь безрезультатно. В горле встал ком от нехорошего предчувствия. Надо выяснить, что с ним!
– Лара, доброе утро! Извини, что беспокою в выходной день, – Полянская решила позвонить секретарю кафедры на мобильный. – Как у вас дела?
– Здравствуйте, Илона Сергеевна! – обычно веселый голосок Лары сейчас звучал совсем тускло. – Устала. Не могу больше! Когда уже вы с Николаем Петровичем вернетесь? Сил нет…
– Сочувствую, Лара. Надеюсь, что во вторник приду. Завтра у меня нет пар. А про Крылова что слышно? – Илона старалась говорить как можно спокойнее.
– Сегодня не звонила Надежде Яковлевне. Нет ни минуты свободной! – Лара громко вздохнула.
– Давай я позвоню. Скажи номер!
Илона быстро вытащила из сумки ручку, записала несколько цифр на салфетке и, поблагодарив Лару, набрала Надежду Крылову без особого желания с ней общаться. Все же супруга Николая Петровича вызывала в Илоне явную неприязнь. Не верила она в ее искренние чувства к пожилому мужчине. Не верила и все!
Крылова ответила не сразу. В трубке фоном громко звучала музыка. Интересно, где это она в такую рань?
– Здравствуйте, Надежда Яковлевна. Это Илона Полянская, – начала Илона вежливым тоном. – Извините, за беспокойство…
– Оля, сделай потише! – крикнула Крылова, затем проговорила более спокойно: – Здрасьте. Сорри, я на маникюре.
– Я только хотела узнать, как Николай Петрович. С утра не могу ему дозвониться. С ним все в порядке?
– Не знаю. Все нормально вроде, – ответила Надежда. – Не звонила еще сегодня Коле.
«Ну конечно. Тебе не до него! – со злостью подумала Илона. – И что эта быдло-баба делает рядом с таким интеллигентнейшим человеком?»
– А вы чего ему так часто звоните?
Илона опешила от столь неожиданно грубого вопроса.
– Потому что я беспокоюсь о здоровье моего коллеги и близкого друга! – ответила Илона с вызовом.
– Насколько близкого? – музыка, наконец, стала тише, и Илона услышала в голосе Крыловой открытое недовольство.
«Ой, все!» – Полянской захотелось бросить трубку, не говоря больше ни слова, но не стоит опускаться до уровня этой хабалки.
– Настолько, чтобы переживать о нем, Надежда Яковлевна! Прошу прощения.
Внутри все кипело после этого короткого диалога. Выдохнув, Илона посмотрела на свой чай, который принесли, пока она разговаривала. Очень кстати. Несколько глотков помогли почувствовать себя значительно лучше. Теперь нужно решить, что делать дальше.
Расплатившись на кассе, Илона поспешила на улицу, поймала такси и с колотящимся от тревоги сердцем направилась в больницу. Начало двенадцатого. Можно успеть до тихого часа и все же попытаться выяснить, что с Николаем Петровичем.
Бегом поднявшись на четвертый этаж, она толкнула уже знакомую ей дверь гастроэнтерологии.
– Эй, вы куда? – окликнула ее медсестра с поста.
– К Крылову Николаю Петровичу, – переводя дыхание, выпалила Илона.
– К нему нельзя. Он в реанимации.
Что?! Эти слова заставили Илону замереть на месте. Медленно развернувшись, она сделала несколько шагов в направлении говорившей девушки.
– В реанимации он, – повторила медсестра.
– А что случилось? – Илона сунула в карманы внезапно похолодевшие руки.
– Можете с лечащим врачом переговорить. Андрей Олегович на месте, – девушка указала на кабинет заведующего отделением.
«Странно… Сегодня же воскресенье! Работает без выходных? Похвально!» – подумала Полянская и, кивнув медсестре, приблизилась к двери и уверенно постучала.
Через мгновение на пороге появился доктор Вильнет.
– Чем могу помочь? – спросил он вполне дружелюбно, хотя во взгляде читалось холодное равнодушие.
Илона не стала заострять на этом внимание. Нужно узнать, что с Крыловым. Вопрос сугубо профессиональный, поэтому как он там на нее смотрит – дело десятое. Она приняла молчаливое приглашение войти и села на стул перед рабочим столом врача.
Андрей Олегович закрыл дверь, что-то быстро глянул в телефоне, после чего устроился в кресле напротив Илоны. За эти несколько секунд она успела осмотреться. В принципе, обычный кабинет врача, ничем не отличающийся от множества других подобных. Стол справа от окна, черное кожаное кресло с высокой спинкой, ноутбук и совсем мало шкафов. Зато целая стена с благодарственными письмами, грамотами и дипломами в деревянных рамках. Интересно, за какие такие заслуги? Но разглядывать было некогда. Доктор уже внимательно смотрел на нее, вертя в руках авторучку «паркер».
– Андрей Олегович, я пришла справиться о самочувствии Крылова Николая Петровича. На мои звонки он не отвечал, вот я и забеспокоилась… – произнесла Илона. – Мне сказали, он в реанимации. Без сознания?
– К сожалению, Николаю Петровичу стало хуже, и мы перевели его в отделение интенсивной терапии под постоянное наблюдение. Не беспокойтесь, – он устало выдохнул, словно намекая, что посетительница отнимает у него время.
– Но он не отвечал на телефон! Если бы он был в порядке, он бы ответил! – продолжала настаивать Илона. – Я даже его жене позвонила. Но она, кажется, как-то не очень сильно переживает…
– А вы почему так тревожитесь? – чуть склонив голову набок, Вильнет с любопытством взглянул на Илону. – Насколько я знаю, вы коллеги.
Илоне показалось, что он не закончил мысль. Вероятно, подразумевалось, что они всего лишь коллеги, то есть ничего личного.
– Понимаете… – начала она. – Нас объединяет профессиональная сфера. Я сначала была его студенткой, потом дипломницей, потом аспиранткой, пока не стала коллегой по кафедре. И все это время он был добр, заботлив, помогал, поддерживал везде и во всем, поэтому для меня он очень близкий человек.
Вильнет монотонно постукивал ручкой по столу, пристально глядя на Илону, а она продолжала свой монолог:
– Я бы хотела, чтобы он как можно скорее выздоровел и вернулся к нам. Знаете… Я не очень доверяю его супруге, поэтому… – Илона запнулась, испугавшись, что сболтнула лишнего.
– Почему не доверяете? – темно-карие глаза Андрея Олеговича сузились.
– Ну… Она намного младше. И зная добрый нрав Николая Петровича, я боюсь… Что ее истинные намерения несколько иные, – проговорила Илона неуверенно.
В памяти снова всплыл услышанный в страховой фирме диалог про умершего старика. В случае с Надеждой Крыловой она бы такой вариант не стала исключать, но доктору об этом знать не обязательно.
– С вашим Николаем Петровичем все будет в порядке, не тревожьтесь. Я лично контролирую его состояние, – уголки губ врача скользнули вверх. – Приятно видеть такую заботу со стороны близких людей.
– Да, и он всегда отзывчив. Даже когда профессор оказался в больнице, я неоднократно обращалась к нему за помощью, – Илона взглянула на доктора. – Вот, например, про этот логотип ваш я интересовалась…
– Да, я помню, – он выпрямился и чуть подался вперед. – Удалось что-нибудь выяснить любопытное про наш центр?
– Про центр – нет, – Полянская удивленно вскинула брови. – Я только про символ спрашивала…
Плечи Андрея Олеговича опустились, он откинулся на спинку кресла и впервые за время разговора отвел взгляд в сторону.
– Пожалуйста, передайте Николаю Петровичу, пусть свяжется со мной, как только будет такая возможность, – попросила Илона, вставая.
– Да, обязательно передам. Думаю, вы скоро встретитесь! – ответил Вильнет, поднимаясь вслед за ней, чтобы проводить. – Всего хорошего!
«Да чего уж хорошего? – думала Илона, спускаясь по лестнице на первый этаж. – Пустой какой-то разговор. Он так и не сказал мне, что с Николаем Петровичем… Может, попробовать прорваться в реанимацию? – остановившись, она обернулась, посмотрела назад: – Нет, бесполезно… Никто меня не пустит. С этим строго. Но жен, вроде пускают… Позвоню вечером этой мымре еще раз. Надеюсь, соизволит проведать больного супруга…»
Оказавшись на улице, Илона застыла в нерешительности: куда идти? Может, все-таки к кому-нибудь из подруг? Она достала телефон, чтобы пробежаться по списку контактов, и в этот самый момент позвонила мама:
– Илона, когда ты уже, наконец, к нам приедешь? – в голосе мамы звучала обида. – Мы с папой и тетя Наташа с дядей Сашей ждем тебя! Очень соскучились!
– Могу сейчас приехать, – ответила Илона.
«Все равно деваться мне пока некуда, так хоть у них побуду…» – подумала она, садясь в такси.
Впрочем, вечер в компании родителей и родственников из Твери не принес никакого удовольствия. Пустые разговоры на тему «А как же ты одна? Молодая еще, замуж надо…» раздражали. И то, что из-за этих гостей она сама не может остаться у родителей, бесило особенно. Улучив удобный момент, Илона вежливо сообщила, что ей пора домой, поблагодарила за ужин и быстренько ушла.
После душной квартиры оказаться на свежем воздухе было просто жизненно необходимо. Да что, в конце концов, все это значит? Она взрослый человек. Почему она должна убегать из собственного дома?
«Да не буду я ни к кому напрашиваться! Я домой хочу!» – подумала Илона и решительно зашагала к автобусной остановке. Спешить ей некуда, такси брать не обязательно.
Вспомнив, что собиралась позвонить Диме, Полянская взяла телефон и посмотрела на часы: наверное, он уже на вокзале, ждет московский поезд.
Он ответил почти сразу. И Илона невольно вздрогнула от звука его глубокого голоса в трубке.
– Привет, – начала она несколько смущенно. – Звоню пожелать тебе счастливого пути! Надеюсь, на этом твои злоключения в Старославле закончились.
– Спасибо, только я пока никуда не еду, – ответил он.
– Не едешь? Почему? Что случилось? – от волнения, вызванного этими словами, сердце вновь лихорадочно застучало.
– Долго объяснять, – он устало вздохнул. – А ты где? Удалось найти место схрона на время?
– Н-нет, – нехотя ответила Илона.
– Нет? – переспросил он сердито. – Что, неужели нет друзей, подруг, у кого можно пересидеть?
– Я домой пойду…
– Нельзя тебе домой! – оборвал ее Дима. – Нельзя, слышишь? Мало тебе машины?
На мгновение зажмурившись, Илона перевела дыхание, чтобы как-то унять ошалевший пульс. Что он так о ней печется? Какая ему вообще разница, что с ней будет дальше?
– Илона, ты слышишь меня? – его голос звучал строго.
– Да-да, слышу… – проговорила она. – Извини, мне нужно садится в автобус.
– Никаких автобусов! Приезжай ко мне.
– Что? К тебе? Зачем? Да ну… Неудобно. Извини за беспокойство… – затараторила она.
– Слушай. Прекрати, а? Приезжай прямо сейчас, я жду. Вызвать тебе такси?
«Какой настойчивый!» – подумала Полянская с раздражением.
– Хорошо… Ладно, – согласилась она, будучи уверенной, что ночевать она все же поедет домой.
========== Глава 9 ==========
20 ноября, воскресенье
Мимо проплывали знакомые улицы и дома, в окнах которых уютно горел свет. Наверное, люди сейчас ужинают, смотрят телевизор или занимаются другими важными или приятными делами, и лишь она едет непонятно куда, потому что в свою квартиру ей возвращаться нельзя. Какое это, оказывается, счастье – просто быть дома! Когда ты каждый день приходишь туда, не осознаешь, насколько это важное место. Лишившись такой возможности, начинаешь вдруг ценить и испытывать жуткую тоску по родным стенам.
«Может, зря я к нему еду? Не стоило соглашаться. Что мне там делать?» – ответом на собственные мысли был глубокий вздох.
Чтобы немного развеять сомнения, Илона уговаривала себя: вот узнаю, что у него случилось, и сразу же домой! В конце концов, вернуться туда ей все равно придется. Других вариантов нет. К счастью, у Кристины все в порядке. Не хотелось ее пугать произошедшим с машиной, но пришлось все же предупредить ее и Женю, чтобы были начеку.
«Кого ты опять пытаешься обмануть, Илона? – внутренний голос был беспощаден. – Просто признайся: Дима Масленников нравится тебе настолько, что ты предпочла скорее избегать его, чем видеть!»
«Да! – мысленно ответила она голосу. – Какой смысл в этих встречах? Растревожить душу, разволновать… А потом еще долго переживать остаточный эффект? Все равно никакого будущего у нас нет!»
«Лучше жалеть о том, что сделал, чем о том, чего не сделал. Слушай свое сердце! Иногда несколько счастливых часов стоят целой жизни…»
«Хватит болтать банальности! И без того тяжко!» – выдохнув, Илона вновь попыталась сосредоточиться на виде из окна машины.
Наконец, такси въехало во двор новой многоэтажки. Значит, вот где блогер арендовал жилье! Район недешевый, но он мог себе позволить. Наверное, изначально это было бы куда надежнее, чем совковая гостиница «Русь».
Дима ждал ее у входа. Стоял в своей неизменной черной толстовке, чуть нахохлившись от холода и скрестив руки на груди.
– Я уже начал волноваться, – сказал он вместо приветствия, затем открыл дверь, провожая Илону в подъезд, и легонько коснулся ее спины привычным жестом, от которого она невольно вздрогнула.
– О чем? Что меня где-то прихлопнули по дороге? – нервный смешок.
– Нет, просто ехала слишком медленно.
Неужели он так за нее переживал и хотел видеть? Звучало убедительно, но, несмотря на это, пока они поднимались в лифте на самый верхний этаж и шли по длинному коридору, Илона продолжала гонять в голове назойливую мысль: «Зачем я здесь? Зачем?!»
Дима отпер массивную дверь и пригласил Илону войти. Уже с порога стало ясно: квартира огромная. Свежий ремонт, хозяева не скупились на отделочный материал и мебель. Все дорого-богато. Пахло кофе.
Скинув куртку и ботинки, Илона прошла следом за Димой на просторную кухню, выполненную в черно-белом цвете, и устало опустилась на мягкий кожаный стул перед большим стеклянным столом прямоугольной формы.
– Поужинаешь со мной? – он указал на разложенные на столе пластиковые контейнеры с роллами и суши. – Только что привезли.
Она коротко кивнула в ответ и принялась наблюдать за тем, как Масленников деловито достает из шкафа тарелки, как при этом задирается его толстовка, оголяя узкую полоску спины, как ищет что-то в пакетах, закатав до локтей рукава. Илона снова невольно засмотрелась на его покрытые татуировками руки, но едва заметила вопросительный взгляд, смущенно отвела глаза.
Дима протянул ей одну пару палочек для суши, а вторую положил возле своей тарелки.
«Он заказал два комплекта? Зачем? Знал, что будет есть не один?» – подумала она, взяв палочки.
Суши Илона любила, даже очень, но у нее совершенно не было аппетита. Обижать Диму не стоило, поэтому она взяла наугад один ролл из контейнера и положила себе на тарелку. А вот пить очень хотелось. От расшатавшихся нервов во рту пересохло, и живительный глоток был просто необходим!
– Спасибо. А можно мне воды? – попросила она.
Дима наполнил стакан из пластиковой бутылки и передал Илоне, словно невзначай коснувшись при этом ее пальцев, затем сел, наконец, за стол и с аппетитом принялся за еду.
Она сделала несколько глотков и поставила стакан – да так неловко, что едва не расплескала воду себе на джинсы. Илона, спокойно!
Она снова взглянула на Диму. Заметив на его руках свежие ссадины, спросила:
– Где ты был?
Прожевав, он медленно отложил палочки в сторону, затем посмотрел на Илону:
– В сгоревшей больнице, – вытащив из кармана телефон и многозначительно хмыкнув, открыл в нем фотографии и положил перед девушкой: – Вот что я там нашел!
Он неторопливо листал снимки, а Илона, глядя на них, чувствовала, как внутри растет удивление.
– Что это такое? – вскинув брови, она смотрела на блогера. – Как ты туда попал?
– Пришлось потрудиться, – ответил он. – Без специальных инструментов взломать дверь было непросто, однако мне удалось! – он самодовольно улыбнулся. – Мастерство не пропьешь!
– Так… А зачем ты снова пошел на заброшку? – продолжала недоумевать Илона.
– Эта запертая дверь не давала мне покоя. Я вообще не люблю запертые двери! – он снова взялся за палочки. – Во-первых, я хотел выяснить, что за ней. Во-вторых, мне нужно было хоть что-нибудь снять!
– То есть ты хочешь сказать, что снова потащился в больницу после того, как тебя уже обокрали? Хм… – она нахмурилась.
– Да, верно, – он кивнул, отправляя в рот суши и, прожевав, добавил: – Но я не успел снять всё, поэтому пойду еще раз завтра.
– Так, стоп! Давай по порядку! – попросила она, легонько хлопнув ладонью по столу, по-учительски призывая его к вниманию.
– Я приехал в больницу, взломал дверь… Не спрашивай – как. У нас свои методы, – он усмехнулся. – За дверью оказалось темное и очень холодное помещение. Мне показалось, что температура там на несколько градусов ниже, чем снаружи. Брр! Как в склепе! Я включил фонарик, вошел, осмотрелся и увидел больничную койку… Если ты заметила, койка заправлена. На ней постелено чистое белье.
Илона внимательно слушала, нервно постукивая пальцем по столу. Да, она тоже обратила внимание, и оттого стало еще любопытнее… Во что, черт возьми, опять ввязывается этот блогер?
– Это все же довольно подозрительно, поэтому я позвонил в полицию. Пока они ехали, я успел обнаружить второе, смежное помещение. Его ты тоже видела на фото. Там стоял стол для вскрытий, а рядом лежали необходимые инструменты. Абсолютно новые, – Масленников откинулся на спинку стула и посмотрел на Илону: – Я сразу понял – дело тут не чисто.
– Что сказала полиция? – спросила девушка, теребя в пальцах деревянную палочку.
– Да что они могут сказать?.. – он обреченно махнул рукой. – Пришли, потоптались на месте, осмотрелись и ушли, сделав единственное предположение, что там может скрываться бомж. Да какой на хрен бомж?! Я думаю, тут все куда интереснее.
В его глазах горел азарт исследователя, Илоне же от всей этой истории стало не по себе. Он говорит об опасности, которая угрожает ей в собственном доме, а сам лезет, куда, скорее всего, ему соваться не следовало бы. Отговаривать его, похоже, бесполезно.
– Дима, твои видеоматериалы были украдены потому, что в них, вероятно, имелся какой-то компромат, – от возмущения ее голос зазвучал чуть громче обычного. – Не боишься ли ты, что твое повторное появление там с камерой может повлечь новые неприятные последствия?
– Завтра я отсниму еще немного, чтобы сделать хотя бы небольшой ролик о моем путешествии в Старославль, а вечером уеду. Подписчики ждут контент! – упрямо пояснил он, чуть хмуря брови и будто не понимая смысл ее слов.
Илона вздохнула. Контент, подписчики, лайки, просмотры… Вот вокруг чего крутится вся жизнь этого человека. Для него это столь важно, что он готов снова рисковать здоровьем, ошиваясь в подозрительных местах. А что стало с ее жизнью за эти несколько дней? Нападение, ограбление, угрозы, вредительство… Теперь она даже домой не может вернуться!.. А почему, собственно, нет? Кто ей запретит? Этот самоуверенный красавчик-москвич?
Он уже закончил есть, сидел, откинувшись на стуле, и молча смотрел на Илону. В его взгляде читался явный интерес, который он никак не пытался скрыть. А она, – хотя ей и доставляло удовольствие его внимание, – все же чувствовала себя несколько неуютно, но в тайне лелеяла смелую мысль о том, как этот вечер мог бы продолжиться для них обоих.
Можно было бы принять вызов этих серо-голубых глаз, смотрящих на нее дерзко и испытующе, но она зачем-то достала из кармана телефон. Проверила сообщения. Одно новое от Кристины: «Мам, у тебя все хорошо?» «Да, милая, я в порядке», – быстро написала Илона, отправила и внезапно вспомнила, что не перезвонила Надежде Крыловой! Скорее всего, она так ничего и не выяснила – при ее-то отношении к мужу! Но Илона все же немного надеялась узнать от нее хоть какие-нибудь новости. Тревога за Николая Петровича накатила с новой силой. Посмотрев на часы, она вздохнула: сейчас звонить было уже поздно.
– Все хорошо? – спросил Дима, чуть подаваясь вперед.
– Не совсем, – призналась Илона. – Николай Петрович Крылов, заведующий кафедрой, где я работаю, до сих пор в больнице. Ему стало хуже, пришлось перевести в реанимацию. И я немного беспокоюсь.
– Может быть, не все так ужасно? Не стоит переживать сейчас. Этим ты вряд ли как-то повлияешь на ситуацию. А утром можно будет позвонить туда и все выспросить, – он ободряюще улыбнулся и сжал ее ладонь.
От этого дружеского прикосновения Илону накрыло жаркой волной. Дима сидел напротив, улыбался, держал ее пальцы, а ей становилось трудно дышать. Рука сама потянулась и расстегнула несколько пуговиц на красной вязаной кофте.
– Тебе жарко? – спросил Дима, уловив ее жест. – Идем, я тебе кое-что покажу!
Не отпуская руку, он поднялся и подошел к девушке. Вздохнув, Илона улыбнулась в ответ и встала, очутившись в опасной близости от него. Как он смотрел!..
Миновав коридор, они прошли в гостиную, а оттуда – на балкон. Какой потрясающий вид на город открывался с верхнего этажа многоэтажки! Несмотря на то, что балкон застеклен и утеплен, здесь все же было на пару градусов холоднее, чем внутри, и Илона невольно обхватила себя руками. Что ж это такое? То ей невыносимо жарко, то знобит… Заметив это, Дима приблизился к ней и легонько приобнял за плечи. Несколько минут они просто молча стояли рядом и смотрели на вечерние огни, на проезжающие по главной улице редкие автомобили и думали, каждый о своем.
«Может быть, мне не стоит здесь находиться?» – Илона, чувствуя тепло обнимавшего ее мужчины, понимала, насколько абсурдна эта пришедшая внезапно мысль.
Однако выносить его присутствие, взгляды, запах, «пьянея звуком голоса», и контролировать свои чувства становилось все сложнее и сложнее. Захотелось снова заглянуть в его серо-голубые глаза, увидеть красиво очерченные губы и представить их на своих губах…
Медленно развернувшись к нему, она тихо спросила:
– Хочешь, чтобы я ушла?
На его лице отразилось недоумение. Кажется, такого вопроса он совсем не ожидал.
– И куда же ты пойдешь?! – так же тихо спросил он.
Касаясь большим пальцем ее щеки, он быстро провел им по линии подбородка и дотронулся ладонью до шеи. Прикрыв веки от удовольствия, Илона невольно облизала пересохшие губы и выдохнула:
– Домой…
– Там опасно, – сжав ее запястья, он прижал их к своей груди, при этом проникновенно глядя на девушку.
– А здесь?.. – она уже ощущала его теплое дыхание на своих губах, трепеща и замирая в ожидании поцелуя.
– Здесь тоже… Такой адреналин! Чувствуешь?..
В следующее мгновение он, ухватившись за края расстегнутой кофты, медленно стянул ее с плеч и отшвырнул в сторону. Илона от волнения, вызванного таким многообещающим началом, не в силах вымолвить ни слова, смотрела на него, вновь слыша прерывистое дыхание.
Но что это? Стена? Когда она успела прижаться к стене, а его руки оказались на ее талии? Почему даже без кофты ей так жарко?
Запрокинув голову, она встретилась с выразительным и строгим взглядом серо-голубых глаз, в котором читалось любопытство вкупе с замешательством и… нежностью.
Близость его тела обескураживала, изумляла и провоцировала на безумство. Илона чувствовала, как становится трудно дышать, и приложила ладони к груди. Этот жест не укрылся от внимания Димы. Он осторожно взял ее руку и поднес к губам, касаясь ими кончиков пальцев.
– Ты дрожишь. Тебе холодно без кофты? – прошептал он.
«Мне жарко, черт возьми!» – едва не воскликнула она, но вместо этого лишь неопределенно мотнула головой.
Она видела, как он долго, задумчиво смотрит на ее губы. Черт! Заметавшись, она сначала их поджала, потом закусила нижнюю … А он все смотрел и смотрел, словно размышляя, что же делать дальше.
«Теряю волю и рассудок!..»
Полуоткрытые губы Масленникова манили, притягивали. Не в силах более сопротивляться нахлынувшему желанию, девушка обвила руками его шею и привстала на цыпочки.
Легкое касание, еще одно, затем следующее – уже долгое и уверенное. И вот Илона уже чувствовала ответный поцелуй – глубокий, настойчивый и жадный.
Решимость его губ, видимо, передалась рукам, которые, не стесняясь, приподняли края футболки Илоны и принялись путешествовать по животу и спине.
Сейчас черная толстовка совершенно неуместна. Илона ухватилась за нее и потянула вверх. Дима охотно откликнулся на ее намерение, и спустя мгновение толстовка лежала на полу балкона рядом с ее кардиганом, а Илона уже исследовала крепкие мышцы груди через ткань Диминой футболки.
– Теперь ты точно никуда не пойдешь, – уверенно произнес он, понизив голос.
– А ты весьма убедителен! – только и могла выдохнуть девушка.
Откинув голову назад, она отдалась приятным ощущениям. А ведь пока он просто целовал ее, дразняще скользил губами по лицу, опускался к шее, при этом касаясь ее кожи под футболкой.
Распаленная ласками, Илона сама дрожащими от нетерпения руками скинула эту так мешавшую сейчас деталь одежды.
Дима на секунду замер, жадно рассматривая ее грудь в белом кружевном бюстгальтере, а у Илоны от этого взгляда приятно потянуло внизу живота, а из груди вырвался протяжный стон, который Масленников расценил как согласие. Он медленно завел руки за ее спину и нащупал застежку.
Илоне показалось, что он возился с маленькими крючочками целую вечность, хотя в действительности справился с ними за секунду. Дима подцепил лямки и медленно потянул вниз, с нескрываемым восторгом наблюдая за тем, как обнажается грудь. Чуть поведя плечами, девушка довольно улыбнулась.
– Я догадывался, что это красиво, но не думал, что настолько… – прошептал Дима, касаясь ладонями набухших сосков.
– Что?! Ты думал о моей груди? – выдохнула Илона, вздрогнув и снова едва не застонав.
– Я не просто думал… Я мечтал о ней! – проговорил он, прерывисто дыша и наблюдая за тем, как подушечка его пальца поглаживает напрягшийся сосок.
«Даже если врет, это чертовски приятно слышать, в конце концов!» – Илона прикрыла глаза, наслаждаясь тем, с какой нежностью он ласкал ее грудь ладонями, чуть сжимал между пальцами набухшие соски.
Но в следующий момент, вероятно, подумав, что балкон – не лучшее место для проявления чувств, Масленников подхватил ее под бедра и решительно куда-то понес. Обняв его шею руками, Илона глубоко вдохнула запах Диминых волос, чувствуя, как по коже побежали мурашки. Этот молодой мужчина будоражил ее во всех своих проявлениях.
Наконец, они оказались в просторной спальне. Она не замечала обстановки вокруг, желая, чтобы он как можно скорее уложил ее на постель и избавил их обоих от одежды.
Дима осторожно опустил девушку, и Илона тут же ощутила голой спиной, какая прохладная и гладкая была простынь. Как приятно для разгоряченной кожи!
– Давай снимем это, – Масленников склонился над Илоной, расстегнул ремень, затем молнию на джинсах и ловко стянул их, обнажая ноги.
– Не люблю быть голой одна! Твоя очередь, – заявила она, приподнимаясь на локтях и указывая на его одежду.
Димина футболка, а затем и штаны полетели на пол.
– Так лучше? – он улыбнулся, посмотрев на Илону.
– Так отлично! – Илона рассматривала партнера таким же плотоядным взглядом, как и он ее на балконе.
Дима Масленников стоял перед ней в одних черных боксерах, и она могла в полной мере оценить его прекрасное спортивное телосложение, широкие плечи и крепкие бедра.
Илона поманила его к себе. Кивнув, Дима склонился к валявшейся на полу одежде, что-то вытащил из кармана и сжал в кулаке. Девушка догадалась, что это было, и мысленно выдохнула: хорошо, что он заботится о них обоих.
Он медленно опустился на нее, неторопливо провел ладонью по ее телу, от плеч по груди к животу, словно изучая, остановился перед линией трусиков и двинулся в обратном направлении. Казалось, он никуда не спешил. А вот девушка изнывала от возбуждения, нетерпеливо ерзая под его руками. Погладив скулу, Дима скользнул вниз, к шее, прикоснулся к ключице, а затем снова взялся за грудь. Теперь к его теплым ладоням присоединились губы и язык.
Застонав, Илона выгнулась навстречу этим сводящим с ума ласкам и сильнее сжала его бедрами. Запустив пальцы в Димины волосы, она с удовольствием отметила, какие они густые и мягкие. Он целовал, покусывал, облизывал ее соски, а она в ответ сладко постанывала, испытывая сверхнаслаждение от прикосновения к его голове. Все вместе оказывало на нее убийственный эффект!
