Текст книги "Не замерзай! (СИ)"
Автор книги: Isabel_Villiers
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)
– Не говорите так! – возразила Илона. – Вы мне нужны. Всем нам, вашим коллегам с кафедры! Мы вас очень любим и ценим. Вы столько добра сделали для нас. Пожалуйста… Нужно держаться до последнего!
Но он в ответ лишь неровно вздохнул, слабо мотнул головой и отвернулся.
– Так, – решительно произнес наблюдавший за ними Дима. – Надо что-то делать!
Илона в изумлении подняла на него глаза, но он ответил кивком головы на ее вопросительный взгляд. Дима проследовал туда, где под самым потолком висела сплит-система, состоящая из прямоугольного металлического корпуса и помещенных в него трех вентиляторов под защитными решетками, нагнетающих в бункер холодный воздух.
Илона видела подобные установки, но никогда не думала, что однажды ей придется на себе испытать их разрушительное действие.
Блогер несколько секунд внимательно рассматривал вентиляторы, а затем, задумчиво потерев подбородок, посмотрел на систему снизу, заглянул с обеих сторон.
– Это источник всех наших бед! – наконец, произнес он. – Надо его сломать!
– Каким образом? – Илона шагнула к нему и встала рядом, тоже взирая на аппарат.
– Пока не знаю, – Дима оглянулся по сторонам в поисках чего-нибудь, что, по его мнению, помогло бы решить поставленную задачу.
Крылов медленно повернул голову и тоже посмотрел на установку. Илона про себя обрадовалась, что Николай Петрович все же не оставался абсолютно безучастным к происходящему. Значит, какая-то надежда все же была! Он все еще хотел жить.
– Вряд ли удастся перебить источник питания, – он указал на идущую к стене черную металлическую трубку, в которой, по всей видимости, находились провода.
– Да, – Дима согласно кивнул. – Тут нужно другое. Стоит попробовать остановить вентиляторы. Эх, жаль, они забрали у меня обломок ножа! Запихнули бы его между решеток и сломали лопасти.
– А что еще можно туда засунуть? – спросила Илона. – У нас нет ничего.
Дима приблизился к койке, на которой сидел профессор.
– Извините, вы не могли бы ненадолго одолжить мне это? Просто больше здесь не на что встать.
Крылов медленно поднялся, а Дима придвинул кушетку к стене, над которой висела сплит-система, и, скинув на пол простыню, забрался так, чтобы лучше рассмотреть установку.
– Черт! Тут гораздо холоднее, чем внизу! – посетовал Дима, едва лицо оказалось прямо напротив дующих вентиляторов. – Посмотрим… Слушайте, расстояние между прутьями решеток довольно большое! Если бы были сетки, как у обычных кондеев, тогда плохо. А здесь прутья идут параллельно, и в промежутки между ними вполне влезет палец!
– Надеюсь, ты не собираешься его туда пихать! – испугалась Илона, представив кровавые брызги, летящие во все стороны.
– Нет, конечно. Пальцы мне еще пригодятся, – заверил ее Масленников.
Тем временем Крылов поднял с пола валяющуюся простынь и протянул ее Диме.
– Попробуй это.
– Хорошая идея! Спасибо! – Дима взял и, продолжая балансировать на кушетке, разорвал ее на несколько лоскутков. – Так будет удобнее, – пояснил он.
Илона и Николай Петрович наблюдали за тем, как Дима медленно и осторожно, стараясь не повредить пальцы, просовывает кусок материи между решеткой, пытаясь остановить движущиеся лопасти.
– Есть! – довольно воскликнул он, когда одна из лопастей зацепила лоскуток и принялась его наматывать на всю вращающуюся конструкцию.
Покряхтев немного, вентилятор заглох.
– Дайте мне только выбраться отсюда, и я начну вести кружок «Юный техник», – самодовольно хмыкнув, Дима принялся за следующий механизм.
Илона хотела было напомнить ему про способности так же взламывать двери, но передумала. Сейчас не до этого. Только бы у него все получилось!
– Черт! – вскрикнув, Дима резко одернул руку и принялся трясти ею в воздухе. – Чуть без пальца не остался!
– Осторожнее, пожалуйста, – сложив ладони у груди, попросила Илона.
Выдохнув, Дима вновь сосредоточенно принялся проталкивать ткань внутрь корпуса, шепча, словно заклинание: «Ну, давай же, давай!..»
Вскоре и второй вентилятор оказался обездвижен. Переведя дыхание, Дима потряс руками, чтобы взяться за третий.
– Остановим этот, и адская машина хотя бы перестанет нас морозить, – проговорил он. – А потом будем думать, что делать дальше.
То ли от усталости, то ли от холода, то ли от перенапряжения пальцы отказывались работать. Илона видела, как рука Димы то и дело срывается, а движения становятся все менее точными и аккуратными. «Только бы не травмировался!» – переживала она про себя.
– Всё! – победно провозгласил Дима, спрыгивая с кушетки на пол, едва остановился последний вентилятор. – Слышите, как тихо стало?
И действительно, исчез этот противный, раздражающий гул. Поток ледяного воздуха прекратился, хотя в помещении все равно стоял дикий холод. Настолько сильный, что даже при выключенной системе терпеть это было совершенно невыносимо.
– И что же дальше? – задал резонный вопрос Крылов, вновь опускаясь на кушетку: все же стоять на бетонном полу в одних носках крайне неприятно.
– Пока не знаю, – ответил Дима, пожимая плечами. – Я сделал все, что мог.
– Ты молодец, парень, – похвалил его Крылов. – Сколько в тебе силы!..
Дима лишь слабо улыбнулся в ответ, затем посмотрел на Илону и притянул к себе. Вместе они опустились на пол и прижались к стене.
– Иди сюда, так теплее, – прошептал он, вновь заключая ее в объятия.
Она охотно прильнула к нему и прикрыла глаза. Хотелось спать.
Как там Кристина, снова подумала Илона. Звонила ли она ей сегодня? Писала? Начала ли переживать, что мама долго не отвечает? А что с работой? Студенты будут ее ждать, а Ларе придется лихорадочно искать ей замену. А Москва? Как же Москва? С Кристиной на Новый год… Каток на Красной площади. Бой курантов… Бом… Бом… Бом… Двенадцать раз! Нужно успеть загадать желание!.. С Новым годом! С Новым счастьем!.. Бом… Бом…
Нужно было одеться потеплее на каток. Почему она мерзнет? Наверное, надела легкую куртку вместо пуховика, думая, что в движении станет жарко…
– Эй, Илона, не спи! Нельзя спать! – Дима настойчиво теребил ее за плечо.
Она открыла глаза и непонимающе посмотрела на него. Черт! Они все еще в этом проклятом бункере… Почему же так клонит в сон?
Веки сами опустились… Она на катке, грациозно скользит, чуть раскинув для равновесия руки… А вот и Кристина! Почему она в одном свитере? Простудится, заболеет! Давно ли валялась с гриппом…
– Илона, нет, не засыпай! Слышишь меня? – Дима продолжал ее трясти.
– Да-да, хорошо, – ответила она и с трудом попыталась встать.
Видения исчезли, уступив место реальности.
Нужно двигаться, чтобы не уснуть, хотя руки и ноги дико ломило от холода. Рядом с Димой было так хорошо, так уютно. Несмотря ни на что.
Чуть пошатываясь, она подошла к лежавшему на кушетке Крылову и тронула его за плечо. Он не спал, но дрожал еще сильнее и бормотал что-то невнятное. Жив! Держится. Из последних сил держится! Знает, что нельзя спать. Иначе кома…
Но насколько их всех хватит?
Схватившись за кушетку, чтобы не упасть, Илона шумно выдохнула. Взглянула на Диму. Он по-прежнему сидел у стены и смотрел на нее.
Звук отпираемой двери заставил девушку замереть и обернуться. В бункер вошли Андрей Вильнет и Валера. И, судя по всему, их визит не предвещал ничего хорошего.
– Кому это тут жарко? – Вильнет навел на Диму дуло пистолета. – Тебе? Смотрю, разделся до футболки.
Дима не удостоил его ответом, однако направленное на него оружие заставило его заметно напрячься. Илона, оцепенев не только от холода, но теперь и от страха, наблюдала за ними, не в силах пошевелиться или произнести хоть слово.
– Честно говоря, не ожидал, что вы додумаетесь сломать холодильную установку и сорвать ход эксперимента, – зло процедил сквозь зубы врач.
– Может быть, нам надо было спокойно сидеть и ждать, пока мы не откинем коньки в этом долбанном бункере? – так же зло бросил в ответ Дима.
– А тебя надо было сразу пристрелить!
Вильнет продолжал держать Диму на прицеле, а тот лишь молча взирал на пистолет.
– А чего ж не пристрелил? – буркнул Масленников.
Вильнет поджал губы, словно размышляя, отвечать или нет, но потом, видимо, решив, что с оружием в руке он может говорить что угодно, ответил:
– Пришел заказ на эксперимент. Нужен был мужчина твоего возраста и телосложения. Я как раз искал его, сроки поджимали, а ты сам явился ко мне. Какая удача!
– Силы небесные… – вымолвил Крылов, прикрывая глаза.
– Какой еще эксперимент?! – воскликнул Дима. – Вы в своем уме? Что вы творите вообще?!
Илона, немного приходя в себя, и ощущая всю сложность ситуации и собственную никчемность, панически соображала, чем и как она может помочь. Этот доктор совершенно невменяем! Если он планировал их здесь заморозить, то ему ничего не стоит сейчас выпустить в Диму пулю, избавившись таким образом от нежелательного свидетеля, а потом… Починить установку и продолжить издеваться над ней и Николаем Петровичем. Или же тоже убить?
«Нет, он не выстрелит!» – возразила себе Илона.
Да, доктор угрожал им оружием, но, скорее всего, не для того, чтобы застрелить, а иначе давно бы это сделал. Он тем самым воздействовал на психику, хотел напугать, подчинить. Но при этом нервничал сам – Илона видела, как он напряжен при кажущемся внешнем спокойствии, как побелели костяшки пальцев руки, сжимавшей пистолет.
Нет, не выстрелит…
– Валера, – обратилась Илона к Янкиному мужу, стоявшему за спиной Вильнета. – Как ты жить будешь после этого всего?
– Вот давайте без философии, леди, – грубо оборвал ее Вильнет. – Он просто делает то, что я велю и за что плачу деньги. Причем, немаленькие.
– А за бабушку Софу вы ему тоже заплатили? Или он вам? Чтобы избавиться от обузы? – с трудом сдерживая слезы отчаяния, воскликнула Илона.
– О чем она говорит? – обратился Вильнет к Валере.
– Да про бабку нашу, Софью Васильевну.
Валера хотя и старался говорить и держаться равнодушно-непринужденно, а все же заметно переживал. Еще бы! Неужто совесть проснулась у подлеца?
– Прохорова Софья Васильевна болела, – произнес врач уже более спокойно. – Ей просто нужно было помочь уйти. Но не без вклада в науку, конечно же, – он криво усмехнулся. – Вы, наверное, знаете об использовании в медицине замедленного умирания от переохлаждения? Так вот… Все эти замечательные люди замерзали здесь не просто так. Благодаря им мы совершили прорыв в криотерапии, а так же в хирургии, ведь теперь мы знаем гораздо больше о проведении операций на сердце и мозге при охлаждении тела до двадцати градусов!
Шокированная Илона переводила взгляд с одного убийцы несчастной бабушки на другого. Врачу нужен был очередной подопытный, и Валера отдал ему Софью Васильевну. Что она чувствовала здесь? Как долго находилась в сознании? Было ли ей больно? Страшно?
– Какие же вы… Нелюди! – невольно вырвалось у Илоны.
– К сожалению, в жизни так иногда происходит, что кто-то из нашего близкого окружения становится в тягость. Как он, например, – Вильнет кивнул на Крылова.
Тот вскинул голову, и Илона прочла в его взгляде столько боли и отчаяния, что невольно захотела собственноручно удушить и врача, и эту подлую Надю.
– Надежда Яковлевна уж как-то слишком щепетильно справлялась о вашем здоровье, – продолжал врач. – Я сразу понял, с какой целью. Думаете, она у меня первая такая?
– И что же Надя? – вымолвил профессор.
– Мне удалось вывести ее на откровенный разговор, и она призналась, что ждет, когда сможет унаследовать авторские права на все ваши научные разработки. Очень уж ей хотелось поскорее стать богатой вдовой!
– Замолчите! – выкрикнул пожилой мужчина, сжимая кулаки.
– Я все сказал, – Вильнет поднял ладонь, при этом продолжая целиться Диме в живот, вероятно, как самому потенциально опасному. – А вот вас, Илона Сергеевна, искренне жаль. Такая красивая женщина! При других обстоятельствах я бы даже пригласил вас поужинать.
– Идите к черту! – огрызнулась Илона.
Последующие события произошли настолько стремительно, что Илона едва успела уловить их последовательность.
Порядком замерзший Дима, тем не менее, все это время спокойно и уверенно стоял под дулом пистолета, чуть расставив ноги и опустив руки вдоль тела, сжимая и разжимая кулаки. Вдруг он чуть подался вперед и молниеносно ударил по руке доктора, державшей пистолет, и тут же крепко сжал запястье, при этом отскакивая в сторону, чтобы уйти с возможной линии выстрела. Доктор явно был к этому не готов. Как и предполагала Илона, Вильнет, угрожая пистолетом, сам находился в состоянии психического напряжения и, вероятно, недостаточно контролировал свои действия и окружающую обстановку. Он даже не предполагал, что Дима под угрозой оружием отважится на него напасть!
Однако в следующее мгновение Дима зажал запястье доктора уже обеими руками. Резко развернувшись спиной к Вильнету, он дернул мужчину на себя, выворачивая ему сустав. Врач яростно вскрикнул от боли и вынужденно разжал пальцы, стоило Диме сильнее заломить ему руку. Пистолет упал на пол. Валера метнулся к нему, но Дима успел поднять оружие раньше и нацелил его на врача.
– Боевое дзю-до, – пояснил Дима серьёзным тоном. – К стене, оба! – велел он. – Могу стрелять без предупреждения в целях самообороны. У меня есть свидетели.
– Он не заряжен, – прохрипел врач, пятясь назад.
– Можем проверить! – с вызовом бросил Дима.
Но тут среагировал Валера, набросившись на Диму и выбив пистолет, который отлетел куда-то в сторону. Завязалась драка. Подоспевший Вильнет попытался повалить Диму на пол, однако получил уверенный удар правой. Все же легко одетый и довольно натренированный блогер оказался в более выигрышном положении. Купируя удары, он умудрялся ловко наносить ответные.
Илона отыскала взглядом валявшийся в углу пистолет и незаметно шагнула к нему, пока дерущиеся были заняты друг другом и не обращали на нее внимания. Оружие казалось таким тяжелым в непослушных от холода пальцах!
Дима начал понемногу сдавать позиции и оказался схваченным за руки.
– Эй! – крикнула она и направила пистолет на Вильнета. – Хватит! Немедленно отпустите его!
– Какая смелая… Женщина! – прерывисто дыша, прохрипел доктор. – Вы умеете стрелять?
– Нет, но сейчас научусь, – Илона, удерживая пистолет обеими руками, навела его на Вильнета, потом резко опустила вниз и нажала на курок.
Несколько мгновений они стояли оглушенные грохотом выстрела и… резким криком. Вильнет, согнувшись пополам, ухватился за голень.
– Нога! Сука, ты прострелила мне ногу! – злобно выкрикнул он, зажимая рану окровавленной ладонью.
– Отойди от него, – приказала Илона и навела дуло на Валеру, который нехотя отпустил Диму и поднял руки вверх.
Масленников, подойдя к девушке, окинул ее тревожным взглядом и, вероятно, убедившись, что с ней все в порядке, осторожно забрал у нее оружие.
– Слушай, может, по-хорошему разойдемся? – Вильнет, морщась от боли и с трудом сдерживая стоны, чуть повернул голову в сторону Димы.
– Ха-ха! – рассмеялся Масленников. – Может, ты мне еще денег предложишь? Мне свои-то девать некуда. Вот, трачу на съемки всяких заброшек.
Вильнет молчал, шумно дыша. Валера переминался с ноги на ногу, решив упереть руки в стену. Жалкая картина! Преступники! Нужно срочно вызвать полицию и сдать этих тварей под суд. Удастся ли доказать что-либо? Нет, это уже не ее забота. Хотелось бы для начала выбраться отсюда живыми.
– Илона, Николай Петрович, встаньте за моей спиной. Медленно пятимся к двери, – сказал Дима. – Уходим отсюда. Хватит.
========== Глава 13 ==========
22 ноября, вторник
– Илона, отправляйся за помощью, – сказал Дима, едва они вышли из бункера.
Он тщательно закрыл дверь, правда, без ключей ее все равно не запереть. А это значит, преступники могли выбраться оттуда в любой момент, если оставить их без присмотра. Держа в одной руке пистолет, он коснулся другой ее плеча.
– Николай Петрович останется со мной, – продолжал давать указания Масленников. – Во-первых, он слишком слаб, а во-вторых, у него нет обуви. Доберись до дороги, останови машину и попроси позвонить в один-один-два.
Взглянув на часы, которые показывали половину второго ночи, Илона согласно кивнула, хотя и прекрасно понимала, что в такой час возле заброшенного кладбища вряд ли можно кого-то встретить. Но Дима прав. Это единственный выход. У него пистолет, он будет сторожить бандитов до приезда полиции, а ей нужно во что бы то ни стало эту полицию вызвать.
– Только будь осторожна, пожалуйста, – он крепко сжал ее руку, а затем кивнул в сторону выхода.
Очутившись на улице, первое, что почувствовала Илона, был студеный, но такой свежий ноябрьский воздух. Да, куртка сейчас не помешала бы! Поежившись в Диминой толстовке, девушка глубоко вздохнула и осторожно побрела в кромешной темноте в направлении кладбища. Шла медленно, буквально на ощупь, еле переставляя окостеневшие от холода ноги. Ей очень хотелось бежать, чтобы немного согреться, но сил не осталось, да к тому же тогда она рисковала споткнуться о какой-нибудь камень и получить нежелательные увечья. Нельзя падать. Нужно идти вперед. Дима и Николай Петрович ждут помощь, и она должна найти ее! Метр за метром она пробиралась между покосившимися памятниками и крестами, уже не заботясь о том, наступила ли она на чью-то могилу. Поскорее бы выбраться отсюда!
Впереди замаячил тусклый свет уличного фонаря, освещавшего проезжую часть, и Илона попыталась чуть ускорить шаг, хотя руки и ноги уже настолько замерзли, что потеряли всякую чувствительность и двигались скорее на автомате.
Она жива! Им удалось выбраться оттуда! Значит, у нее есть шанс скоро увидеть Кристину… Как же она соскучилась по своей девочке! Они обязательно поедут в Москву на Новый год, а потом, летом – в какую-нибудь замечательную страну, где есть море, солнце и теплый, мягкий песок на пляже. Например, в Испанию или Грецию. Вот бы увидеть своими глазами белоснежный Санторини! Нельзя больше откладывать! Жизнь такая хрупкая штука, – и сегодня она это ощутила сполна! И маму с папой нужно будет навещать почаще. И со Светой снова начать ходить в спортзал… Только бы дойти, дождаться машину…
Выйдя, наконец, на дорогу Илона подумала, что кричать и звать на помощь в таком месте бесполезно, да и севший от холода голос не слушался. Из горла вырывался лишь глухой хрип на попытки сказать хоть что-нибудь. Обхватив себя руками, она пошла вдоль шоссе в направлении города, молясь, чтобы какой-нибудь адекватный полуночник поскорее выехал к ней. Но трасса была пуста, а Илона все шла и шла, держась из последних сил и едва не теряя сознание.
«Все! Не могу больше!» – подумала она, останавливаясь и падая на колени.
– Пожалуйста… Кто-нибудь… Помогите… – прошептала она в ночную мглу и закрыла глаза.
И в этот самый момент до слуха донесся слабый шум двигателя. Неужели кто-то едет? Или у нее галлюцинации?
Приподняв свинцовые веки, Илона зажмурилась снова, ослепленная ярким светом фар движущегося навстречу автомобиля. С легким шуршанием машина остановилась возле нее, хлопнула дверца. Шаги. Женский голос:
– Девушка, с вами все в порядке?
Илона подняла голову и прошептала:
– Можно мне позвонить?
Женщина достала из кармана куртки телефон и протянула Илоне, но та побоялась брать его в застывшие руки – выронит из окоченевших пальцев, разобьет.
– Лучше вы, – попросила она. – Наберите сто двенадцать и включите громкую связь.
Оператор ответила сразу, и Илона, стараясь говорить как можно более внятно, начала объяснять ситуацию:
– Пришлите наряд полиции и «скорую» на старое Песочинское кладбище. Там, в подвале сгоревшей больницы находятся люди, которым нужна помощь… Там Дмитрий Масленников, он с пистолетом удерживает за дверью бункера двух опасных преступников! И Николай Петрович Крылов, ему семьдесят, и он очень замерз… Пожалуйста, скорее…
И тут силы вместе с сознанием покинули ее, и она рухнула на асфальт.
***
Медленно, тяжело, как после глубокого наркоза Илона начала приходить в себя. Приоткрыв веки, она не сразу поняла, где находится, но стоило ей заметить капельницу на руке, как девушку охватила паника. Больница! О нет! Только не больница! В свете последних событий это место внушало ей ужас.
С бешено колотящимся от внезапного испуга сердцем Илона тут же попыталась сесть и вытащить катетер, но руки медсестры, которую она сразу не заметила, аккуратно, но настойчиво взяли девушку за плечи и опустили обратно на койку.
– Лежите спокойно, – мягко произнесла молодая светловолосая женщина в голубой больничной униформе. – Вы поступили к нам с переохлаждением, и врачи успешно повысили температуру вашего тела до нормальной. Теперь вам нужно набраться сил!
Илона закрыла глаза, затем снова посмотрела на медсестру.
– Скажите, что с Димой и Николаем Петровичем? Они тоже в больнице? С ними все в порядке?
– Я сейчас пойду на пост и все узнаю, – пообещала та. – Хорошо, что вы в сознании. Кстати, с вами желает поговорить следователь. Он уже давно ждет за дверью. Но я сказала, что доктор пока не велел…
От слова «доктор» у Илоны невольно сжались кулаки. При этом она подумала: «Пальцы!» Она снова чувствовала пальцы! И ноги… Она пошевелила сначала одной ступней, затем другой и облегченно выдохнула.
– Пригласите его. Я могу говорить.
Девушка кивнула и вышла. Илона оглянулась по сторонам. Ну, надо же! Ее поместили в отдельную палату, а не в обычную на шесть коек. Так вот, значит, как они выглядят! Стены выкрашены в светло-голубой цвет, на окне – жалюзи. Койка, на которой она лежала, имела специальный механизм для опускания/поднятия изголовья. А какой удобный матрас! И все такое новенькое, свежее. Рядом с входной дверью она заметила еще одну. Интересно, что за ней? Уборная? Но, несмотря на все предложенные удобства, валяться здесь совершенно не хотелось. Она подумала, что в такой, вероятно, находился Николай Петрович перед тем, как… Фу! Когда же домой?!
Через минуту в палату вошел мужчина средних лет, в сером костюме, лысеющий, с глазами слегка навыкат и пухлыми губами.
– Старший следователь Тарасов, – представился он и добавил: – Федор Ильич. Как вы себя чувствуете, Илона Сергеевна?
Взяв стул, он придвинул его к койке Илоны, вытащил из кармана пиджака телефон и, видимо, включив в нем диктофон, положил рядом на столик.
– Нормально, – ответила Полянская. – Скажите, что с Масленниковым и Крыловым. Они были в бункере?
– Их доставили в больницу, но сейчас состояние стабильно. С Дмитрием я уже побеседовал, а вот Николай Петрович пока что не готов отвечать на вопросы, – следователь негромко кашлянул и посмотрел на Илону. – Вам удалось вовремя вызвать помощь.
– Нас хотели убить! – воскликнула Илона. – Доктор Вильнет и Валера Лебедев.
Илона переживала, как бы эти два негодяя не начали свидетельствовать против них. Дескать, эти трое на нас напали и заперли. Кто их знает?.. К тому же, пистолет был у Димы. Это еще доказать надо, кто там кого хотел убить.
– Мы обнаружили в бункере их обоих. У Вильнета была прострелена нога. Ему тоже оказали необходимую помощь, – сообщил следователь. – Расскажите, пожалуйста, что произошло.
Илона глубоко вздохнула. Переживать весь этот кошмар, эти страшные мгновения придется заново… Но чтобы сволочи получили по заслугам, она сообщит все, что ей известно!
– Нас заперли в бункере, – начала Илона, – в котором должен проводиться эксперимент по воздействию низких температур на организм человека…
Тарасов внимательно слушал ее историю, сцепив пальцы в замок, изредка кивал головой и задавал уточняющие вопросы.
– Спасибо, продолжайте…
И Илона говорила о том, как им с Димой благодаря случайно найденному обломку ножа удалось выбраться из одного помещения и очутиться в другом, где находился Крылов. Какой там стоял холод… Как Вильнет угрожал им оружием, а потом продолжил свой опыт по заморозке людей насмерть.
– …Он забрал у нас с Димой верхнюю одежду. Холодильная установка работала на полную мощность. У нас не оставалось надежды, – призналась Илона. – Я думала, мы никогда уже не выберемся оттуда. Это сложно описать… Когда деревенеют все мышцы, начинает путаться сознание, и ты уже даже не дрожишь… – она сглотнула. – Этот врач – убийца и мучитель! Он заслуживает самого сурового наказания. Знаете, сколько невинных жизней он загубил «во имя науки» – как он выразился? – девушка закрыла лицо руками и несколько раз глубоко вздохнула. – Сколько бабушек и дедушек, ставших ненужными своим детям и внукам, прошли через эту камеру смерти?
– Это нам предстоит выяснить и доказать. Мы с вами еще долго будем разговаривать, поскольку подозреваемых в этом деле на данный момент больше двух.
Илона вскинула на него удивленные глаза, но вынуждена была согласиться. Все верно: пока что они тоже подозреваемые. Но тут важно выяснить не то, кто кого держал взаперти в бункере, а зачем.
– Илона Сергеевна, как у вас оказалось оружие? – спросил следователь.
Илона по порядку изложила все события, происходившие в старой больнице – про сломанную сплит-систему, о новом визите Вильнета с Валерой и их угрозы, про драку.
– Дима выбил у него пистолет, а мне удалось его поднять, и я выстрелила подонку в ногу, – Илона пристально посмотрела на следователя. – В тот момент я была в отчаянии, на стрессе… И очень хотела выжить любой ценой… Поэтому выстрел был в качестве самообороны. Но я готова за это ответить!
– Понимаю ваши чувства, Илона Сергеевна. То, что вы рассказали, действительно не поддается нормальному объяснению. Ваша история совпадает с тем, что я услышал от Дмитрия. А скажите, как он умудрился, находясь там в одной футболке, пострадать от холода меньше всех? На тот момент, когда мы вошли в бункер, температура внутри помещения была около нуля градусов.
Илона опешила. Не могла же она выдать следователю про духа, который, по всей вероятности, помог Диме, про особый ритуал, после которого он начал чувствовать тепло. Нет, Тарасов решил бы, что она не в себе, и поставил бы под сомнение весь ее предыдущий рассказ. Да и к тому же это слишком личное…
– Молодой, крепкий мужчина. Закаленный, выносливый, – сказала Илона. – Николай Петрович пожилой, а я всегда была мерзлячкой. Поэтому мы бы там и в тулупах замерзли, а Дима держался.
Кажется, следователя устроило такое объяснение. Он коротко кивнул и потянулся к своему телефону. Похоже, разговор окончен.
– Благодарю, Илона Сергеевна. Все, что вы сейчас сообщили, очень важно для следствия. Скорейшего выздоровления! – он поднялся. – После выписки из больницы нам с вами необходимо будет встретиться снова в следственном отделе. Возможно, неоднократно. Да, кстати… Ваши вещи мы обнаружили в багажнике машины Вильнета, но пока они изъяты как вещдоки, поэтому не могу вам отдать даже ваш телефон и бумажник.
– Хорошо, спасибо, – Илона слабо улыбнулась. – А мне еще есть о чем вам рассказать. До встречи!
Тарасов кивнул и вышел. Илона откинулась на подушку и устремила взгляд в потолок. Снова и снова вспоминая доктора Вильнета, его чудовищные эксперименты, она с ужасом представляла, как они могли бы запросто умереть там. И никто никогда бы не узнал о том, что с ними стало. Их бы тихо закопали на том старом кладбище. Как ненужный мусор. Возможно, даже в одной могиле с Крыловым. Его жена устроила бы официальные похороны со всеми почестями. А, может быть, и нет. Зачем ей это? Она получила бы все, чего желала, и уже строила бы планы, как распорядиться свалившимся на нее наследством.
«Ее тоже нужно отдать под суд! Вместе с доктором! Мерзкая сука!» – подумала Илона, яростно сжимая кулаки.
Но, благо, все позади. Сколько несчастных стариков теперь смогут избежать такой чудовищной участи. История с «замерзнутием» закончилась.
Илона вспомнила про метрическую книгу и про отца Иннокентия, который записывал туда все смерти и помечал знаком богини Мары тех, кто замерз. Значит, еще прадед Андрея Вильнета начал практиковать это в своей больнице. Наверное, он и Иннокентия убил, узнав про книгу. А вдруг это его останки нашел Дима в овраге возле церкви? Какой кошмар творился в Старославле на протяжении многих лет, люди жили рядом с этим, и никто даже не подозревал о злодеяниях, творимых династией врачей. Доктор – уважаемая профессия, которую опорочила шайка маньяков.
«Богиня Мара, чей символ они сделали логотипом своей преступной деятельности, должна их наказать!» – мелькнула в голове странная мысль.
Вернулась медсестра. Проверив капельницу, она сообщила:
– Дмитрий Масленников и Николай Крылов пока находятся здесь.
– Да, мне об этом уже известно от следователя Тарасова, – сказала Илона.
– Кстати, Дмитрий желает вас видеть, – произнесла девушка с улыбкой. – Пригласить его, или вы хотите отдохнуть после разговора со следователем?
– Нет, – уверенно ответила Илона. – Позовите Диму, пожалуйста.
Медсестра снова вышла, а Илона чуть приподняла изголовье койки, чтобы встретить Диму хотя бы полусидя.
«Хорошо же я, наверное, выгляжу в больничной пижаме и с капельницей в руке. Но, слава богу, я жива…» – подумала Илона, в ожидании глядя на дверь.
Он вошел не сразу, а сперва заглянул. Увидев Илону, он улыбнулся и после этого проскользнул внутрь. На нем была какая-то совершенно нелепая желтая футболка, вероятно, выданная в больнице, которая к тому же была ему маловата. Илона радостно улыбнулась в ответ и протянула руку ему навстречу. Дима присел на стул, на котором несколько минут назад сидел следователь Тарасов, и сжал ладонь девушки в своей.
– Все позади, – прошептал он, глядя ей в глаза. – Как ты?
– Хорошо, – заверила его Илона. – Но я очень боялась не успеть… Дима, ты в порядке?
– Да, не переживай за меня! Я в полном порядке и уже собираюсь отсюда уйти, – заявил он.
– Расскажи, как вы дождались приезда полиции и что было дальше? – попросила Илона.
– Ну… – протянул Дима, откидываясь на спинку стула. – Эти двое сначала сидели тихо, потом попытались выйти, думая, вероятно, что мы либо ушли, либо сдохли. Но я загнал их обратно! Знаешь, хотелось, чтобы они там подольше померзли, вкусили все прелести собственного изобретения. Мрази!
Илона полностью разделяла Димины эмоции, смотрела на его лицо – уставшее, но по-прежнему притягательное, на его перебинтованные руки, спасшие им жизнь, чувствуя при этом, как внутри разливается приятное, нежное тепло.
– Потом приехала полиция, я им объяснил, что произошло, и передал пистолет. Они вытащили ублюдков, а нас забрали медики и привезли сюда.
– А как Николай Петрович? – спросила она, уводя себя от мыслей о Масленникове.
– Держался. Я переживал за него. И за тебя… – он снова крепко сжал ее пальцы. – Все думал, как ты дойдешь, не случится ли чего по дороге, сможешь ли найти телефон. И лишь когда прибыли полиция и «скорая», я немного успокоился. Решил, что тебе все удалось. Ты молодец! – привстав, он осторожно обнял ее.
