290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Королева плоти (СИ) » Текст книги (страница 7)
Королева плоти (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 22:30

Текст книги "Королева плоти (СИ)"


Автор книги: IRKQ




Жанр:

   

Триллеры



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

– Что ж, значит, мы будем не одни на празднике жизни, – пожал плечами Джексон. – Другого я и не ожидал.

Максвелл вскинул арбалет и оскалился. Его изуродованное лицо осветилось злой и почти восторженной радостью.

– А я о другом и не мечтал, – заметил он.

– Что вы будете делать после всего? – спросил его Роланд. – Не пойми меня неправильно, но…

Стрелок покачал головой.

– Я никогда не думал, что будет «после», – спокойно ответил он и нежно посмотрел на Кристин, сосредоточенно возившуюся с замками. – Думаю, что отправлюсь в тюрьму. Возьму вину на себя. А она… Надеюсь, рано или поздно она сможет жить нормально. Или вроде того.

Почувствовав взгляд брата, Кристин подняла голову и улыбнулась. Она махнула ему рукой и сняла последний замок. Гарретт стянул цепь с прутьев, отбросил ее в сторону и толкнул ворота – те отворились без всякого шума, словно хвастаясь хорошо смазанными петлями.

– Добро пожаловать, – весело сказал Миллер, но раскат грома заглушил его голос.

Кайли, следившая за показаниями, первая вошла в ворота. Эдуардо скользнул следом за ней, и Роланд с Максвеллом последовали его примеру. Гарретт с Кристин оказались в арьергарде. Дождь усилился; крупные капли падали на сухую почву, изможденную долгой июньской жарой, и Гарретту пришлось нелегко – колеса его коляски то и дело норовили застрять в размякшей земле. Два раза он отставал от остальных, забуксовав из-за грязи, но Кристин удивительно легко удавалось вытащить его из ловушки. Как ни странно, он не чувствовал раздражения из-за ее вмешательства – казалось, что ее неполноценность примиряет Гарретта с необходимостью принять от нее помощь.

Приближение охотников к заколоченной парадной двери совпало с сильным порывом ветра, качнувшим леса, и из-за их отчаянного скрипа казалось, что сам дом негодует из-за прихода незваных гостей. Такое недружелюбное приветствие произвело соответствующее впечатление на всех, кроме Кайли, которая, не отрываясь от экрана ПКЭ-счетчика, чуть было не споткнулась о низкие ступеньки, но удержалась на ногах.

– За дверью вроде ничего, – она обернулась к коллегам и махнула рукой в сторону заднего двора. – Нам туда.

Показания провели их по следу машины, замеченному Максвеллом еще у ворот, поэтому Роланд не удивился, увидев за поворотом серебристый форд, небрежно припаркованный прямо у стены дома. Он осторожно заглянул внутрь, удостоверился, что в машине никого нет и взялся за рацию.

– Жанин, проверь серебристый форд мандео, номер «Джей Си Экс, три-один-два-девять».

– Рол… зы… ехи… Джей Си… ромче…

Роланд повторил номер громче, хотя мог только надеяться на то, что Жанин правильно разобрала его слова – из-за грозы связь стала просто ужасной. Между раскатами грома он расслышал усилившийся треск счетчика и посмотрел на Кайли, которая исследовала притаившийся в самом углу заднего двора сарай.

Эта небольшая постройка была совсем не под стать дому – скорее всего, ее возвели совсем недавно. Прочные ровные стены и крепкая железная дверь с массивным навесным замком явно свидетельствовали о том, что внутри хотели скрыть что-то посерьезнее садового инвентаря.

Кристин потянулась к отмычкам, но Гарретт остановил ее.

– Я тоже знаю пару секретов, – подмигнул он и, прицелившись, сбил с двери замок. – Вуаля!

Толстая дверь была настолько тяжелой, что Эдуардо и Роланду с трудом удалось открыть ее, но не только она преграждала путь – охотники оказались нос к носу с решеткой. Роланд взялся за прутья и с удивлением обнаружил, что эта преграда с готовностью ушла в сторону.

Сарай был пуст. Охотников встретили только голые стены, неожиданно низкий потолок и пол, чуть просевший под их весом, когда они вошли внутрь.

– Ты уверена, что нам сюда, Кай? – нервно спросил Эдуардо.

– ПКЭ показывает так, – озадаченно ответила Гриффин и, не изменяя себе, начала методично обходить помещение по периметру.

– Он может быть неисправен, – заметил Роланд. – Рации барахлят из-за грозы, может и счетчик…

– Или нет? – Кайли подняла с пола небольшой пульт с двумя кнопками. – Это не сарай, парни. Это лифт.

Они переглянулись, и Гарретт задвинул решетку.

***

Спуск занял больше времени, чем мог представить себе Эдуардо. Он слушал мерный гул механизма и чувствовал, что его сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Ему то казалось, что пол под ногами разверзнется, и все они окажутся пойманы в какую-нибудь адскую ловушку, то вдруг мелькала мысль о том, что лифт никогда не остановится, и на самом деле они просто застряли здесь, во времени и пространстве, и этот спуск будет бесконечным, будет повторяться снова и снова и снова, пока все они не сойдут с ума, тогда кому-то придется прикончить друзей и потом пустить себе…

Легкий толчок прервал мрачные размышления Эдуардо. Лифт остановился. Гарретт, находившийся ближе всех к выходу, бесшумно отодвинул решетку и приникнул ухом к двери.

– Все тихо, – наконец сказал он и первым вытащил ружье.

– Расступитесь, – Роланд подошел к двери и толкнул ее; моментально шагнул назад и прижался к стене. Осторожно выглянул наружу и с облегчением кивнул. – Никого. Идем.

Лифт привез их в пещеру, настолько просторную, что, казалось, туда вполне могли бы поместиться две Таймс-сквер. Каменные своды сталкивались в десятках футов над головами охотников, порождая уродливые и опасные сталактиты, оплетенные толстыми корнями деревьев как щупальцами гигантского кальмара. У дальней стены пещеры бил ключ, и вода из него стекала вниз по темному тоннелю, как будто приглашая следовать за ней.

Но присутствие другой, не природной, а человеческой воли чувствовалось и здесь. Кайли, толкнув локтем Эдуардо, указала ему на электрические фонари, подвешенные вдоль стен и освещавшие все великолепие. Ее счетчик пел все громче во время спуска, и сейчас, взглянув на показания, она прошептала:

– Мы совсем рядом, парни.

– Тогда идем, – так же тихо ответил ей Роланд.

Они вошли в узкий петляющий тоннель, освещенный тусклым светом только одного фонаря, закрепленного под потолком. Вода в ручье доходила до щиколоток, и через пару минут сухими ботинками мог похвастаться только Гарретт – впрочем, ему это радости не приносило. Колеса, только что оставившие позади липкую грязь во дворе, теперь то застревали в расщелинах, то чересчур резво скользили по мокрым камням, и Миллер снова и снова ругался вполголоса, вызволяя свою коляску из подобных ловушек.

Спустя несколько минут пути тоннель привел их к развилке. По левой стороне вниз вели неровные ступени, выдолбленные прямо в стене. Два других ответвления расходились из центра под прямым углом, и Роланд улыбнулся, подумав о том, как здесь не хватает соответствующего дорожного знака. Кайли поочередно исследовала начало каждого из каменных коридоров и, вернувшись к группе, пожала плечами.

– Сигнал слишком сильный. Не могу точно сказать, какой путь приведет к его источнику.

– Значит, разд… – начал Роланд, но его прервал Эдуардо.

– Нет, мужик, только не говори «разделимся». Ты не можешь всерьез предлагать это в пещере, полной каннибал… ой! – он обиженно посмотрел на Кайли, пнувшую его по голени.

– У нас не так много времени, чтобы исследовать каждый тоннель, – терпеливо объяснил Роланд. Он снял с пояса рацию, включил ее и проверил сигнал. – Связь не ахти, но в принципе работает, так что…

– Так что хватит ныть, моя дорогая Эдвина, – весело закончил Гарретт, которому никогда не надоедала эта шутка.

Ривера по очереди посмотрел на своих друзей, перевел взгляд на стрелков и, ни в ком не найдя поддержки и неразборчиво пробормотав напоследок что-то по-испански, с тяжелым вздохом последовал за Кайли, которая уже спускалась по ступеням.

– Что он сказал? – поинтересовался Максвелл у Гарретта.

– Вряд ли что-то лестное, – хмыкнул тот и, сильно крутанув колеса, подъехал к центральному коридору. – Ну, кто со мной?

***

Максвелл бесшумно шел вперед, почти прильнув к каменной стене, укрываясь в ее тени, и в сравнении с его тихим шагом Роланд казался себе настоящим слонопотамом. Он был рад, что стрелки не пошли вдвоем. Официально причиной этому стало отсутствие у них нужного оборудования, на тот случай, если они первыми встретят демона; но на самом деле Роланд сомневался в них. Он верил, что они искренне хотят остановить культ, но не хотел, чтобы в решающий момент из-за столь сильного – и, он признавал, обоснованного, – стремления к мести что-нибудь пошло не так и позволило Пожирательнице Плоти ускользнуть.

Тоннель изогнулся, и стрелок замер у поворота. Джексон остановился в паре шагов от него, прижавшись к стене. Он расслышал чьи-то голоса – громкие, но неразборчивые, и догадался, что они уже близки к своей цели. Максвелл осторожно выглянул из-за угла, и Роланд скорее почувствовал, чем увидел, как стрелка пробила крупная дрожь.

– То место, – сквозь зубы процедил он и, выпрямившись, шагнул за угол, перестав прятаться.

Роланд быстро последовал за ним, надеясь, что успеет остановить стрелка до того, как их заметят, но Максвелл вбежал внутрь помещения, вскинул арбалет и свистнул, привлекая внимание трех людей – двух мужчин и женщины, рассматривающих что-то у стола, привинченного к стене. Они обернулись, и арбалетная стрела вошла точно в левый глаз одного из мужчин. Оставшиеся двое выхватили оружие, и Роланд отреагировал немедленно – протонный луч выбил из рук женщины пистолет, и в его ярком свете он узнал Старлу Левинсон, заместителя начальника полиции, о которой упоминала Моника.

Второй мужчина успел выстрелить. Максвелл уклонился, но недостаточно быстро – пуля вспорола его рубашку и оцарапала плечо. Он этого, казалось, и не заметил, тут же всадив две стрелы в грудь мужчины, и прицел арбалета плавно переместился в сторону Старлы Левинсон, застывшей с поднятыми руками под дулом ружья Роланда.

– Отлично, – промурлыкал Максвелл, страшно улыбаясь искалеченным ртом и, прищурившись, очертил в воздухе треугольник, отмечая что-то для себя на теле Старлы. – Легкое, печень, кишки. Умирать будешь долго, сука. Я обещаю.

– Максвелл, она безоружна, – с тревогой произнес Роланд. – Мы передадим ее полиции…

Его увещевания были прерваны самой Левинсон. Она расхохоталась, и ее широкое загорелое лицо, такое достойное и уверенное в газетных фото, исказилось почти до неузнаваемости.

– Я сама полиция, мальчик! – она насмешливо взглянула на Роланда и обернулась к стрелку. – Стреляй. Стреляй, если осмелишься. Она возродит меня, ты знаешь это. Она вернет меня, и тогда я выжру твое лицо и отгрызу тебе яйца.

Стрелок, исполнившись ярости, шагнул вперед, и Роланд снова попытался остановить его:

– Не поддавайся на провокации, она пойдет под суд и…

– Да осмотрись ты, блядь, уже! – заорал Максвелл. – Хотя бы взгляни где мы! Какой суд может это исправить?!

Роланд оглянулся. В пяти футах за его спиной, спрятанные за перегородками, стояли ряды просторных стальных клеток. В них виднелись двух-и трехъярусные кровати, по углам были обустроены раковины и биотуалеты, но все это Роланд разглядел позже. Сейчас он видел только людей – и то, что осталось от них, – прикованных за пояс длинными цепями, вкрученными в стены.

Он опустил ружье и на негнущихся ногах медленно пошел вдоль клеток, рассматривая пленников сквозь стальные прутья.

В первой клетке он насчитал семерых мужчин и пять женщин. Трое встали при его приближении и приблизились к двери; остальные безучастно сидели в своих углах, уставившись прямо перед собой. У четверых не было ног, у одного мужчины вообще не осталось конечностей – он лежал на полу, несчастный обрубок тела, больше похожий на жуткий манекен из супермаркета и, вслух считая, бился затылком о каменный пол.

Во второй клетке две женщины пытались успокоить третью, которая все срывала и срывала бинты со своих ног, обнажая глубокие раны на голенях. Порванные мышцы были небрежно сшиты, и Роланд мог поклясться, что сквозь них уже проглядывает кость.

В следующей клетке он насчитал одиннадцать детей возраста Кейси. Четверо из них столпились у прутьев, встревоженно глядя на него, и Роланд с непередаваемым облегчением увидел, что они все еще целы. Две девочки сидели на верхней кровати, болтая ногами; одна из них, постарше, обнимала свою подругу уже зажившим обрубком левой руки. Та, что помладше, на первый взгляд показалась здоровой, но, когда она повернулась в профиль, Джексон заметил, что у нее отсутствует правое ухо, а на щеку, на то же место, где у Максвелла была тонкая изуродованная кожа, наложена аккуратная повязка. На нижней койке под тонким одеялом лежал темнокожий мальчик, и на первый взгляд Роланду показалось, что он значительно младше своих товарищей по несчастью, но такое впечатление сложилось от того, что он просто был значительно короче – одеяло резко проседало там, где обычно находятся ноги. Девочка, не старше восьми лет, сосредоточенно протирала ему лоб платком. Услышав шаги Роланда, она встала и вжалась в ближайший угол; он навел на нее свет фонаря и, хотя девочка прикрылась рукой, успел увидеть пустую глазницу и расползшиеся струпья там, где должны были находиться губы.

Он отвернулся, почувствовав, что по щекам стекают слезы, и зло вытер лицо рукавом. Посмотрел на Старлу, которая, улыбаясь своим уродливым ртом, наблюдала за ним. Ярость душила его, переполняла его грудную клетку, и Роланду казалось, что он разорвется, если прямо сейчас

не пойдет и не схватит суку за волосы и не начнет бить головой об стол, пока ее лицо не превратится в кровавую кашу, а зубы не повылетают из рыхлых десен

не сможет сделать хоть что-нибудь, не остановит это раз и навсегда.

– Мистер Джексон?

Голос, тихий, неуверенный, но полный надежды, показался ему знакомым, и Роланд обернулся к последней клетке – самой густонаселенной. У ее двери стоял худой всклокоченный молодой человек, протягивая руки сквозь прутья. Заметив на нем белый халат, Роланд смог узнать Ллойда Фостера и подошел ближе.

– Мистер Джексон, слава Богу, – ассистент коронера ухватил его за рукав, вцепляясь как утопающий за последнюю надежду. – Хилл спятил, натурально спятил! Он собрался съесть меня, представляете?!

– Никто вас не съест, мистер Фостер, – Роланд ободряюще сжал его ладонь. – Вы здоровы? Можете идти?

– Он что-то вколол мне, но я уже почти в порядке, да. Но остальные… В тех клетках…

Роланд кивнул, направился к месту, где Максвелл держал на прицеле Старлу,

если взять одну из его стрел и вспороть ей брюхо, интересно, долго она будет подыхать или нет, а можно заставить кого-нибудь из ее дружков сожрать в это время ее кишки

и, протянув к ней руки, приятно удивился тому, что она нервно дернулась, хотя он всего лишь сорвал с ее пояса связку ключей.

– Нам надо вывести людей, – категорично сказал он Максвеллу, – и вызвать службу спасения. Им нужна помощь.

– Но…

– Когда ты сидел на их месте, ты же хотел, чтобы вас скорее спасли или нет? – рявкнул Роланд.

Злость, клокочущая внутри, в итоге вылилась на Максвелла, хотя тот и не был ее причиной – Джексон злился на Старлу, злился на Пожирательницу, злился на культ… Но больше всего отвращения он испытывал к себе – за то, что всего пару минут назад готов был терзать и пытать хоть плохих, но все же людей. Осознание того, что это были только дурные мысли не успокаивало – Роланд слишком хорошо знал, к чему могут привести такие размышление, если давать им волю.

Он выдохнул, на секунду прикрыл глаза и продолжил уже спокойнее.

– Мы запрем ее здесь. Дай Фостеру пистолет и выведете людей отсюда, а я посмотрю, кому еще нужна помощь. Куда ведет этот тоннель? – он махнул ружьем в сторону неприметного прохода, еле видневшегося между клеток, обращаясь к Старле.

– А ты догадайся сам, мальчик, – ответила она, и Роланд едва сдержался, чтобы хотя бы не ударить ее.

Но он не стал делать этого и, чувствуя, насколько медленно исчезает за мучительной жалостью переполняющий его гнев, начал отпирать клетки.

***

Тоннель, который выбрал Гарретт, оказался шире и ровнее предыдущего, что значительно облегчило передвижение. Он ехал со средней скоростью, подстраиваясь под шаг Кристин, идущей рядом, поглядывая то вперед, то на показания счетчика. Пока все было спокойно, и Гарретт немного расслабился.

– Где ты училась стрелять? – спросил он Кристин, указывая на арбалет.

Она улыбнулась и развела руками; Гарретт хлопнул себя по лбу.

– А, извини… На Аляске?

Кристин кивнула.

– Мне бы хотелось побывать там. Испытать себя, знаешь. Дикая природа, никакой цивилизации и все зависит от твоих умений и навыков… Это было бы классное приключение! – мечтательно вздохнул он. – Может, выпрошу у Игона отпуск на следующие каникулы. Ты охотилась на медведей?

Снова кивок в ответ.

– Класс! – Гарретт поднял вверх большой палец. – Да. Мне определенно надо съездить на Аляску. Может, еще уговорю Персефону…

Кристин вопросительно приподняла бровь.

– Моя девушка, – пояснил Миллер и сконфуженно добавил. – Ну… У нас типа отношения на расстоянии. Они с ее народом живут под землей, там, где метро, и ее отец… Долго объяснять.

Он умолк – воспоминания о Персефоне всегда повергали его в задумчивость, и некоторое время они шли в полной тишине, прерываемой только треском счетчика. Потом Кристин робко тронула Гарретта за плечо и, покраснев, показала на его затылок.

– Что? – сначала не понял он и, ощупав голову, поморщился от тупой боли. – А… Не парься. Даже сотрясения не было. Бьешь как девчонка.

Она в шутку замахнулась, и Гарретт поднял руки.

– Эй, эй! Я просто прикалываюсь.

Кристин широко улыбнулась и принялась активно что-то показывать, но быстро прервалась, замерев на месте. Прижала палец к губам и указала вперед. Гарретт, взявшись за ружье, остановился и прислушался.

Шаги. Не боязливые и не тихие; нет, это были шаги доброго десятка ног, уверенные, мощные, четкие.

Гарретт огляделся в поисках укрытия, но тоннель, как назло, не петлял и был некстати хорошо освещен. Он поднял голову. До потолка было не менее пятнадцати футов – высоковато, однако сейчас выбирать не приходилось.

– Ты сможешь забраться? – спросил он у Кристин, и та, быстро что-то прикинув, кивнула. – Хорошо. Я бы не просил, но… – Гарретт выскользнул из коляски, сложил ее и протянул Кристин вместе с ремнем. – Я не смогу прицепить ее поверх протонного блока.

Она присела и позволила ему закрепить на своей спине коляску, потом попыталась ухватить его за пояс и поднять, но Гарретт возмущенно замахал руками. Он подполз к стене, зацепился за выступ, приподнялся и прислушался. Шаги звучали громче.

– Спорим, я еще и обгоню тебя? – прошептал он Кристин и, ловко перехватываясь натренированными руками, начал уверенно продвигаться наверх.

Он почти выиграл собственное пари, но застрял на последнем этапе, под самым потолком, стараясь ухватиться покрепче. Кристин, взмокшая от напряжения, распласталась на стене рядом с ним словно муха.

– Это ненадолго, – шепотом ободрил ее Гарретт и, кое-как вывернув шею, посмотрел вниз.

Люди, чьи шаги они услышали, уже появились в зоне видимости. Их было восемь человек, и встретив их на улице, Гарретт долго бы ломал голову, что могло бы объединить такую разношерстную компанию. Однако, сейчас его это не занимало – эти люди были вооружены, и, хотя в целом они не напоминали охранников или наемников, лучше было не попадаться им на глаза.

Ладони вспотели, и Гарретт сильнее вцепился в выступы, мысленно умоляя культистов пройти этот участок тоннеля как можно быстрее. Кристин зашипела что-то, и обернувшись к ней, он с ужасом заметил, что коляска начала сползать с ее спины. Собрав все свои силы, опасно доверив весь свой вес только правой руке, левой Гарретт ухватил ремень, удерживающий коляску, и попытался затянуть его туже. Люди уже почти скрылись за поворотом; осталось продержаться каких-то пару минут…

Он зацепил арбалет, который с предательской готовностью сорвался с пояса Кристин вниз и шумно приземлился на камни, расколовшись на две части. Гарретт на секунду зажмурился, пытаясь вспомнить подходящее ругательство из арсенала Эдуардо.

Когда он открыл глаза и посмотрел вниз, то увидел пять стволов, направленных на них с Кристин, и понял, что для этой ситуации нет нужного слова даже на его родном языке.

***

Лестница, ненадежная, осыпающаяся под ногами, уводила Эдуардо и Кайли все дальше от света и свежего воздуха, и в конце концов им пришлось зажечь фонари, чтобы не свалиться вниз.

– Чувствую себя прекрасной мишенью, – проворчал Ривера, увеличивая яркость.

– Лучше так, чем со сломанной шеей, – тихо сказала Кайли и тяжело вздохнула. – Какой же тут спертый воздух!

– Это точно. Черт!

Ступенька осыпалась прямо под левой ногой Эдуардо; он кое-как удержался от падения, ухватившись за стену.

– Могли бы уж строить как следует, – недовольно заметил он, вновь обретая равновесие.

– Хорошие новости: мы почти внизу, – бодро отозвалась на его жалобу Кайли.

Она оказалась права – лестница кончилась всего через десяток ступеней. Впереди был узкий коридор. В отличие от каменного тоннеля, сквозь который они прошли поначалу, его попытались облагородить – окрасили стены, положили плитку на потолок и выровняли пол. Свет фонаря Эдуардо вильнул из стороны в стороны и выхватил из темноты несколько медицинских каталок, стоящих в ряд у стены. На одной из них лежало бережно укрытое тело; Кайли хладнокровно подошла к нему и отдернула простыню.

– Видимо, это настоящая Кара Уилкс, – шепотом сказала она.

Эдуардо даже не стал заставлять себя смотреть в сторону покойницы, из-за которой в последние несколько дней они все прошли через столько испытаний. Он глубоко вздохнул и, дождавшись пока Кайли снова накроет тело, прошел мимо нее к двери, видневшейся в глубине коридора. Он попытался прислушаться и понял, что просто не способен сейчас правильно оценить обстановку – даже если за дверью полная тишина, его разум, измученный бессонными ночами и бесконечной погоней за монстрами, обязательно обманет его, являя ему химеры и иллюзии; поэтому, не дожидаясь Кайли, он выпрямился, толкнул дверь и вошел внутрь.

Свирепый вой чуть не оглушил его; тварь бросилась слева и едва не вцепилась ему в лицо, но что-то отбросило ее назад. Ривера с криком отпрянул, запутался в ногах и упал.

– Что случилось? – в дверях появилась Кайли. Луч фонаря скользнул по Эдуардо, затем переместился к твари, злобно ходившей вдоль прочной сетки вольера.

– Я думал, мне конец, – сказал Ривера, поднимаясь на ноги. Он ожидал – и отчасти предвкушал – гнев напарницы, который вот-вот должен был обрушиться на него, но она молчала, глядя на проявляющиеся в свете фонаря все новые и новые клетки, в каждом из которых были заперты печально знакомые им существа.

– Нихрена себе, – прокомментировал Эдуардо. – Я-то думал, что на пожарную часть они бросили основные силы.

– Все они были людьми, – севшим голосом произнесла Кайли. – Культистами… но в основном жертвами. Сколько жизней они забрали? Они понимают, что делают?

– Я не знаю, – честно ответил Эдуардо.

Они прошли вдоль вольеров, сопровождаемые кровожадными воплями тварей, доносившимися со всех сторон. Им не хватило бы ни ловушек, ни времени, чтобы разделаться с ними; оставалось только идти вперед.

В конце комнаты они обнаружили электронный пульт, по всей видимости, предназначенный для управления дверями в вольерах. Рядом располагались двери очередного лифта, возле которых призывно мерцала кнопка «Вверх».

– Поедем? – заметно нервничая, спросил Эдуардо.

– Можем подняться по твоей любимой лестнице, – фыркнула Кайли и решительно ткнула кнопку.

Подъем занял значительно меньше времени, чем спуск, и Эдуардо уже не терзался странными фантазиями. Его больше беспокоило то, что ПКЭ-счетчик все громче и громче выводил свои песни, а Кайли постоянно нервно поглядывала на экран.

Лифт остановился, плавно качнувшись; охотники синхронно вскинули ружья. На несколько коротких секунд они остались в тишине и полумраке кабины, слушая только шум собственного дыхания, отчаянно пытаясь угадать, что ждет их впереди; затем двери разъехались в стороны.

Эдуардо прикрыл глаза, защищаясь от слишком яркого после темноты пройденных комнат и коридоров света. Он услышал громкие голоса и звуки торопливых шагов; нечетко, сквозь навернувшиеся слезы, он смог рассмотреть просторный зал, озаряемый бесчисленным количеством свечей, и силуэты приближавшихся к ним с Кайли людей. За их спинами, на каменном возвышении, была возведена огромная арка, украшенная вырезанными символами и окруженная большими столами, увитыми как плющом массивными стальными цепями.

– Кажется, мы нашли то, что искали, – с тревогой произнесла Кайли.

Среди людей, приблизившихся к ним почти вплотную, раздался смех; один из них выступил вперед, и Эдуардо без всякого удивления узнал в нем Натана Хилла.

– Без сомнения нашли, барышня, – с улыбкой произнес тот, наставив на нее пистолет. – А теперь положите ваше оружие на пол, пожалуйста. Вряд ли оно пригодится вам снова.

========== Глава 11. Монстры ==========

Двое мужчин тащили Гарретта по каменному коридору. Еще двое вели Кристин, излишне сильно заломив ей руки за спину. Впереди всех вышагивала темнокожая женщина, толкавшая перед собой коляску с уместившимся на ней протонным блоком. Ее лицо казалось Миллеру очень знакомым и, когда группа остановилась перед лестницей, он смог приглядеться к ней повнимательнее.

– Эмили Оуэн, – громко сказал он. – Да, точно. Ты ведущая вечерних новостей на четвертом.

Женщина вздрогнула, зло взглянув на него, и Гарретт обрадовался тому, что попал в цель.

– Интересно, как твой соведущий объявит о твоем участии во всем этом? – нарочито весело продолжал он. – Думаю, он будет до усрачки рад стать единственной звездой эфира. Ты ведь в курсе, что в следующий раз появишься перед телекамерами в наручниках?

Один из тех, кто скрутил Кристин, здоровенный детина с удивительно косматыми бровями, развернулся и со всего размаха ударил охотника в челюсть. На мгновение перед глазами у Гарретта потемнело. Скула и зубы заныли от боли, и он, почувствовав, как по подбородку стекает кровь, улыбнулся разбитыми губами, горевшими так, словно по ним только что прошлись утюгом.

– Просто так тебе этот удар не сойдет, мудила.

Бровастый замахнулся снова, но Эмили Оуэн перехватила его руку.

– Джерри… – укоризненно сказала она, выразительно взглянув на ноги Гарретта.

Миллер рассмеялся.

– Какие мы щепетильные, только подумайте! Скажи, Эмили, ты проявляла столько же сочувствия, когда ела людей, а? Наверное, думала: «О, ничего страшного, я просто откушу совсем немного от его задницы, это ведь так полезно для моей карьеры!». Сидеть в тюрьме тоже полезно для карьеры? Может…

Резкий удар прервал его ерничанья, но в этот раз бровастый обрушил свой кулак на лицо Кристин, пошатнувшейся, но не издавшей ни звука.

– У нее-то с ногами все в порядке, – хмыкнул он, покосившись на Эмили.

Гарретт рванулся вперед так резко, что его едва удержали, но Джерри замахнулся снова, очень выразительно взглянув на Миллера, и тот обмяк на руках своих охранников.

Их торопливо протащили по лестнице вниз и, миновав еще несколько коридоров, – Гарретт сосредоточился на том, чтобы считать шаги и повороты, раз рассматривать обстановку он не успевал, – наконец втолкнули в небольшую комнату с двумя низкими железными кроватями, стоящими всего в паре футов друг от друга. Кристин бросили на дальнюю, развели в стороны ноги и руки и цепями приковали каждую из них по отдельности к спинке. Гарретта уложили на вторую кровать, и он почувствовал, как на запястьях защелкнулись тесные кандалы, словно в фильме про смертников. Один из его охранников заколебался.

– Ноги приковывать? – нерешительно спросил он у Эмили.

– А он что, убежит? – холодно улыбнулась она. – С ней закончили?

– Да, – отозвался Джерри и похлопал Кристин по щеке – та дернулась, пытаясь отстраниться от этого прикосновения.

– Отлично, – Эмили небрежно толкнула коляску Гарретта с протонным блоком к стене. Ее спутники вышли в коридор; сама она задержалась на пороге и неожиданно улыбнулась той самой профессиональной улыбкой, которую миллионы нью-йоркцев могли наблюдать ежедневно в одиннадцатичасовых выпусках. – Другой день – другие новости. Спокойной ночи, Нью-Йорк.

Дверь закрылась, отрезав Гарретта и Кристин от коридоров и тоннелей, запечатав их в этой комнате с холодным ярким светом люминесцентных ламп. Мимо простучали шаги и вскоре стихли вдали; теперь Миллер слышал только собственное тяжелое дыхание.

Он ухватился руками за спинку и подтянулся на пару дюймов, изо всех сил вытянув шею, чтобы оглядеться, но этот осмотр ему ничего не дал – за исключением кроватей из обстановки комната могла похвастать только прочным деревянным табуретом и узким платяным шкафом. Гарретт повернулся к Кристин – она пыталась последовать его примеру и приподняться, но этому мешали оковы на ногах. Их взгляды встретились, и Гарретт улыбнулся, стараясь приободрить девушку.

– Мы что-нибудь придумаем, – уверенно произнес он. – Отмычки еще при тебе?

Кристин с трудом изогнулась, показывая ему футляр, прицепленный к поясу с правой стороны.

– Хорошо, – Гарретт умолк, лихорадочно соображая.

Сперва он изо всех сил сжал руку в кулак и напряг мышцы, проверяя прочность кандалов, но те не пожелали ломаться.

– Попробовать стоило, – смущенно пробормотал охотник и, снова обернувшись в сторону Кристин, начал внимательно рассматривать ее кровать, пытаясь понять, можно ли ее разобрать.

Увиденное его приободрило – конструкция кровати оказалась не сварной, спинки были прикручены внушительными, хоть и заржавелыми болтами. Гарретт опустил руку и чуть не вывернул себе кисть, пытаясь нащупать один из них. Цепь натянулась почти до предела, и оковы врезались в запястье, царапая кожу, но в итоге пальцы Гарретта все же наткнулись на шестигранную головку. Он крепко сжал ее подушечками и постарался вывернуть, от всей души надеясь на то, что упражнения с эспандером не прошли для него даром. Болт, однако, не желал поддаваться.

– Ничего, – вслух сказал Гарретт, успокаивая скорее себя, чем Кристин. – Я просто попытаюсь расшатать спинку. У меня сильные руки.

Но он не успел опробовать этот вариант – дверь комнаты распахнулась, и в один миг весь проем оказался заполнен гигантским телом, облаченным в дорогой костюм-тройку. Не только Гарретт сразу узнал вошедшего; еще до того, как прозвучал его раскатистый голос, Кристин вскинулась на кровати и вонзилась взглядом в широкое надменное лицо.

– Ты не представляешь, как я рад видеть тебя снова, моя дорогая, – Авраам Грант плотно закрыл за собой дверь. – Все эти годы я так мечтал… повторить.

– Только попробуй, ублюдок херов! – крикнул Гарретт, словно озвучив мысли Кристин. Он со всей силы рванулся вперед, но цепи выдержали, и его отбросило к спинке.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю